Глава 2. «Имитация жизни»

      Ночной воздух был пропитан запахом надвигающегося дождя, когда Хэсу, едва переставляя ноги от эмоционального истощения, вошла в маленький уютный дом бабушки. Сбросив рюкзак в углу, она прошла на кухню, где её ждала чашка еще теплого чая и мягкий, испытующий взгляд единственного близкого человека.       — Она приходила, бабуля. Прямо в бар. Тринадцать лет тишины, и вдруг — «притворись моим роботом», — голос Хэсу сорвался на горький смех. — Представляешь, какая наглость? Бабушка долго молчала, помешивая чай ложечкой, которая тихо билась о края фарфора. Наконец, она тяжело вздохнула.       — Хэсу-я... Я думаю, ты должна согласиться.       — Что?! — Хэсу вскочила, и стул с грохотом отодвинулся. — Как ты можешь это говорить? Она бросила нас! Она променяла меня на свои железки, на свои амбиции! Ты всегда была на моей стороне, почему сейчас ты защищаешь её предательство?       — Она не предавала тебя, — тихо, но твердо произнесла бабушка, маня внучку сесть обратно. — Ха-рин всегда любила тебя. Ты была нашим чудом, Хэсу. Помнишь, я говорила, что тебя очень долго ждали? Твоя мать не могла забеременеть годы, и когда ты появилась, она буквально дышала тобой. Но у неё была и другая страсть — наука.       Бабушка коснулась руки Хэсу, чьи пальцы мелко дрожали.       — Твой отец... сначала он поддерживал её. Но когда родилась ты, всё изменилось. Он начал безумно ревновать жену к её работе. Ему казалось, что каждый час, проведенный ею за чертежами андроидов, — это час, украденный у тебя. Он приходил поздно, взвинченный, и заставал её в лаборатории. Начались крики. Потом... — бабушка замялась, — потом он поднял на неё руку. Ха-рин терпела ради тебя, но когда стало ясно, что это не прекратится, она подала на развод. Она боролась за тебя в судах до последнего вздоха, но у него были деньги, власть и лучшие адвокаты. Он оставил её ни с чем, забрав единственное, что ей было дорого. Тебя.       Хэсу слушала, чувствуя, как мир, который она строила в своей голове годами, начинает трещать по швам. Ненависть, бывшая её щитом, вдруг стала тяжелой ношей.       На следующее утро, переборов гордость, Хэсу подъехала к футуристичному зданию лаборатории. Однако стоило ей переступить порог кабинета матери, как вся её решимость встретила холодную стену. Чо Ха-рин, не подозревая о переменах в душе дочери, стояла у панорамного окна. Не дав Хэсу вставить ни слова, она заговорила ледяным тоном:       — Если ты пришла снова сказать «нет», сбереги время. Но знай: если этот проект провалится завтра, пострадаешь не только ты. Я — главный спонсор твоего лицея и фонда, который выплачивает тебе стипендию. Если я обанкрочусь, твоё блестящее будущее закончится в ту же секунду.       — Я приехала сюда с миром! — взорвалась Хэсу, сжимая кулаки. — Я приехала, чтобы попытаться понять тебя и помочь! А ты... ты делаешь всё, чтобы я развернулась и ушла!       В комнате повисла тяжелая тишина. Мать замерла, её плечи едва заметно дрогнули, но она не обернулась, лишь сильнее скрестила руки на груди. Из тени вышли двое коллег — молодая девушка Ким Минджу и высокий парень Кан Джэсок. Они выглядели виноватыми за резкость своей начальницы.       — Прости её, Хасу-я, — мягко прошептала Минджу, подходя ближе. — Мы все на взводе. Пойдем, нам нужно многому тебя научить. Время работает против нас.       Ха-рин так и не обернулась, молча пройдя вглубь лаборатории, оставляя дочь на попечение инженеров. Настоящий шок настиг Хэсу в испытательном боксе. В центре комнаты, в стеклянной капсуле, стояла она.       Андроид был идентичен Хэсу до мельчайшей родинки, до каждого изгиба губ. Но стоило машине шевельнуться, как иллюзия рушилась: движения были слишком выверенными, механическими, а взгляд — абсолютно пустым, лишенным той искры жизни, которая горела в глазах Хэсу.       — Твоя задача — стать ею, — инструктировал Джэсок. — Голос должен быть ровным, безэмоциональным, как у Siri, но с мягким тембром. Никаких резких движений.       Весь день прошел в изнурительных тренировках. Хэсу учили не моргать по несколько минут, держать спину идеально ровно и подавлять любые человеческие реакции. В самый разгар обучения в лабораторию тайно прокралась Сон-ни.       — О боже, Хэсу! Ты выглядишь как... как суперкрутой гаджет! — прошептала подруга, обходя её кругом. — А ну-ка, системы работают? — и она внезапно ткнула Хэсу пальцем в бок. Хэсу едва не подпрыгнула, издав сдавленный писк.       — Сон-ни! Убирайся отсюда, ты всё испортишь! — прошипела она, пытаясь вернуть лицу каменное выражение под суровым взглядом матери, наблюдавшей за процессом через стекло.       День презентации. Зал был залит холодным неоновым светом. Хэсу стояла на подиуме, облаченная в облегающий костюм из футуристичной ткани. На лице — специальная полупрозрачная маска-фильтр, скрывающая черты лица до официального «запуска». Она замерла, имитируя спящий режим, когда двери распахнулись.       В зал вошел главный инвестор. Хэсу почувствовала, как по спине пробежал холодок: перед ней стоял Пак Тэмин. Он выглядел безупречно в своем дорогом костюме, но, когда он подошел ближе, Хэсу заметила на его запястье, чуть выше края манжеты, отчетливое красное пятно — след той самой аллергии. Тэмин, будучи законченным перфекционистом, не ограничился визуальным осмотром. Он начал подходить вплотную, обходя «робота» как экспонат.       — Текстура выглядит подозрительно натурально, — холодно заметил он. Он протянул руку и коснулся ладони Хэсу. Той самой руки, которой она вчера так дерзко схватила его на дороге. Хэсу почувствовала жар его пальцев. Внутри неё всё кричало от ярости и желания ударить этого высокомерного типа, но она заставила себя остаться неподвижной, даже не дрогнув ресницами.       Наконец, Тэмин потянулся к её лицу и одним резким движением снял защитную маску. Хэсу затаила дыхание, ожидая разоблачения, криков и скандала. Она смотрела прямо перед собой, видя его лицо в нескольких сантиметрах. Но Тэмин смотрел на неё с холодным, чисто профессиональным интересом. В его глазах не было ни тени узнавания. Для него она была лишь «случайным препятствием» вчера и «дорогой игрушкой» сегодня. Он не запоминал лиц тех, кого считал ниже себя.       — Впечатляюще, — произнес он, обращаясь к инженерам. — Но почему её кожа настолько похожа на человеческую? Это пугает.       — Мы использовали специальный высокотехнологичный силикон последнего поколения, — тут же вмешался Кан Джэсок, выступая вперед.              — Он не только визуально, но и на ощупь идеально имитирует человеческую кожу. Это наша запатентованная разработка.       Тэмин прищурился, коснувшись щеки Хэсу. Девушка почувствовала, как её тело предательски начинает нагреваться от возмущения.       — Она теплая, — заметил инвестор. — У этой модели встроена уникальная система терморегуляции, — быстро подхватила Ким Минджу, заметив, как напряглась шея Хэсу. — Она поддерживает температуру 36.6 градусов для максимальной реалистичности. Это самая совершенная модель в мире, господин Пак. Она создана для того, чтобы человек не чувствовал разницы при взаимодействии с ней. Чтобы вы чувствовали себя комфортно, а не как в компании куска металла.       Тэмин долго смотрел в пустые, имитирующие безжизненность глаза Хэсу.       — Посмотрим, насколько она «комфортна» в деле, — наконец произнес он, и в его голосе Хэсу послышалась угроза, от которой ей стало по-настоящему не по себе.