Глава 3. «Первый день в доме Пак Тэмина»

      Зал презентаций наполнился тяжелым, почти осязаемым напряжением сразу после того, как Пак Тэмин озвучил свое решение. Его голос, холодный и лишенный эмоций, прозвучал как смертный приговор:       — Я забираю этот экземпляр к себе. На три дня. Мне нужно убедиться, что хваленая «человечность» вашего андроида — это не просто удачный свет и грим, а реальная польза в быту. Чо Ха-рин побледнела так, что её лицо сравнялось по цвету с белым халатом инженера. Она шагнула вперед, пытаясь преградить путь к Хэсу.       — Господин Пак, это исключено! — её голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — Модель требует ежечасной калибровки в условиях лаборатории. Любой скачок напряжения в обычном доме может привести к необратимому сбою процессора. Её нужно немедленно вернуть в бокс.       Тэмин медленно повернул голову, и в его взгляде Ха-рин увидела отражение своего краха.       — Вы сомневаетесь в надежности электропроводки в моем доме, госпожа Чо? Или в своих собственных словах о «совершенстве модели»? — он сделал шаг к ней, понизив голос до опасного шепота. — Либо она уезжает со мной сейчас, либо завтра утром я аннулирую все счета и отзываю инвестиции. Ваш проект умрет, не успев родиться. Выбирайте.       Ха-рин сжала челюсти так крепко, что на скулах заиграли желваки. Она посмотрела на Хэсу — та стояла неподвижно, глядя в пустоту, но мать видела, как едва заметно вздрогнули пальцы дочери. Страх разоблачения душил Ха-рин, но перспектива потерять всё, ради чего она жила эти годы, оказалась сильнее.       — Хорошо, — выдохнула она, сдаваясь. — Но если с ней что-то случится...       — Тогда вы вернете мне деньги до последнего вона, — отрезал Тэмин.       Дом Тэмина оказался зеркальным отражением его самого: холодный, стерильный и пугающе функциональный. Огромные окна в пол, металл и серый камень. Хэсу отвели место в углу гостиной, обозначив его как «зону гибернации».       Паника накрывала Хэсу волнами. Жить 24/7 в доме человека, которого она искренне презирала, и при этом изображать бездушную машину — это была пытка, к которой её не готовили никакие репетиции.       — Робот, — позвал Тэмин, не оборачиваясь. Он сидел в кресле, изучая какие-то графики на планшете. — Сделай мне кофе. Ровно 65 градусов. Хэсу замерла на секунду. У неё внутри всё кричало: «Я тебе что, термопот?!».              Но она медленно, механически двинулась к кухонному острову. Она понятия не имела, как определить температуру воды на глаз. Пока кофемашина шумела, Хэсу чувствовала на себе его взгляд. Тэмин наблюдал за каждым её движением, ловя малейший признак человеческой заминки.       Она налила кофе, интуитивно выждав пару минут, чтобы кипяток чуть остыл. Подойдя к нему, она поставила чашку на столик с безупречной точностью. Тэмин сделал глоток. Его лицо не выразило ничего.       — 67 градусов, — сухо заметил он. — Допустимая погрешность для первой попытки. Встань за моей спиной в режим ожидания.       И начался кошмар. Тэмин работал часами. Хэсу стояла сзади, не имея права присесть, почесать нос или просто глубоко вздохнуть. Глаза слипались, ноги гудели, а желание просто уснуть прямо стоя становилось невыносимым. Каждый раз, когда её голова едва заметно склонялась вниз, в наушнике раздавался резкий щелчок — это Джэсок и Минджу из лаборатории следили через скрытую камеру в её костюме, не давая ей провалиться в сон.       Вечер принес новое испытание.       Благотворительный раут для элиты города. Тэмин взял её с собой как живой аксессуар, демонстрирующий его статус и технологическое превосходство. Хэсу стояла в центре роскошного зала, облаченная в облегающее платье, которое казалось ей второй кожей. Она имитировала «автономный режим», когда вдруг её взгляд зацепился за знакомое лицо. Среди официантов, лавирующих с подносами, она увидела Джун-хо. А чуть поодаль, в форме горничной, суетилась Сон-ни. «Что они здесь делают?!» — Хэсу едва не выдала себя резким выдохом. Джун-хо, проходя мимо, специально замедлил шаг. Его глаза горели яростью. Он видел, как Тэмин небрежно касается плеча Хэсу, демонстрируя её гостям как новую модель смартфона.       В этот момент к Тэмину подошел один из его конкурентов, подвыпивший мужчина с сальной улыбкой.       — Ого, Пак! Это та самая кукла? Говорят, она почти как настоящая. А если ей нажать на «правильные кнопки», она тоже будет так же отзывчива? — он протянул руку, намереваясь коснуться щеки Хэсу.       Внутри Хэсу закипела её фирменная дерзость. Ей хотелось перехватить эту руку и вывернуть её так, чтобы этот мерзавец завыл на весь зал. Но она осталась неподвижной. Тэмин перехватил руку конкурента раньше.       — Она слишком дорога для твоих грязных рук, — холодно ответил Тэмин. Но его подозрительность не дремала. Он заметил, что зрачки «робота» слишком долго сфокусированы на одном из официантов. Джун-хо буквально сверлил их взглядом.       Когда они вышли на парковку, Тэмин внезапно остановился. Он резко развернул Хэсу к себе. Его ладони обхватили её лицо, зажав щеки, как у маленького ребенка.       — Эй, робот, — прошипел он, заставляя её смотреть прямо в его ледяные глаза. — Твои датчики распознавания лиц дают сбой? Ты слишком часто отвлекалась на посторонние объекты. Слушай внимательно: я твой хозяин. Смотри только на меня. Только мои команды имеют значение. Поняла?       Хэсу чувствовала жар его дыхания и то, как сильно колотится её сердце. Она боялась, что он почувствует пульсацию в её сонной артерии под пальцами.       — Запрос принят. Хозяин: Пак Тэмин. Приоритет установлен, — выдавила она безжизненным голосом.       Вернувшись домой, Тэмин сразу ушел в кабинет, оставив её в гостиной. И вот тут наступил предел. Организм Хэсу, не получавший еды почти сутки, взбунтовался. Желудок сводило от голода.       Убедившись, что в коридоре тихо, Хэсу на цыпочках пробралась к огромному холодильнику. Там, на полке, она увидела оставшуюся с обеда пиццу. Забыв о всякой осторожности, она схватила кусок и начала жадно жевать, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете.       Щелчок выключателя разрезал темноту кухни.       Тэмин стоял в дверном проеме, глядя на «робота», который застыл с куском пиццы во рту и испачканной в соусе щекой. Гробовая тишина длилась вечность.       — Что... ты... делаешь? — медленно произнес Тэмин, его глаза округлились от шока.       В наушнике Хэсу начался сущий ад.       — Хэсу! Не глотай! — орала Минджу. — Скажи про отходы! Джэсок, включай режим аварийной легенды! Быстро! Хэсу медленно, с достоинством дожевала кусок и, не меняя каменного выражения лица, произнесла ровным цифровым голосом:       — Инициирована функция экспериментальной утилизации органических отходов. Проверка совместимости биоматериала с внутренней камерой распада. Тэмин сделал шаг вперед, подозрительно прищурившись.       — Утилизация? Пиццей?       — Подтверждаю, — Хэсу даже не моргнула. — Для имитации полной интеграции в человеческую среду модель способна поглощать органику для дальнейшей переработки в энергию. Тестирование завершено успешно. Желаете ли вы очистить лоток утилизации?       Тэмин замер. Идея «очистки лотка» явно вызвала у него брезгливость. Он еще минуту смотрел на неё, переводя взгляд с перемазанного лица на пустую коробку.       — Ха-рин... — пробормотал он, — ты создала не робота, а какой-то пылесос с лицом моей бывшей кошмарной знакомой. Иди в свою зону. И завтра я проверю твои логи. Утилизация... надо же.       Как только он ушел, Хэсу сползла по стенке холодильника, вытирая соус рукавом.       — Вы чуть меня не убили этим «лотком», — прошептала она в микрофон.       — Зато сработало! — выдохнул в ухо Джэсок. — Но на сегодня с едой закончено. Терпи до завтра.