Глава 12

[Дорогой дневник, Мне снова приснился сон, в котором я убиваю Деви. Они становятся слишком реалистичными… Я всё больше и больше боюсь, что однажды мой разум перестанет различать фантазию и реальность, и я нападу на неё, думая, что это всего лишь сон. Я не понимаю, почему я мог бы это сделать… Я не хочу нападать на неё. Я никогда не хочу причинить ей вред. Поэтому, в качестве меры предосторожности, я решил больше не спать. Единственное, что я могу сделать, чтобы бороться с этими дерьмовыми кошмарами - это не засыпать.]

***

Джонни с нажимом вывел последнюю букву в своей записи, затем тихо закрыл дневник. Он аккуратно засунул его под стул, стараясь не привлечь внимание Деви, которая рисовала в нескольких шагах от него. Ему было неприятно скрывать от неё эти сны. Он был почти уверен, что к его сну каким-то образом причастен Мясо. Но он старательно подавлял в себе чувство вины. Потому что второй вариант был ещё хуже: что он сам придумывает эти кошмары. И это пугало его гораздо сильнее. В любом случае он боялся, что если расскажет Деви, она снова начнёт ему не доверять. А после того, как он вернул хотя бы часть её доверия… Ему было бы невыносимо видеть, как она снова начинает сомневаться в нём. Осторожничает. Следит за словами. Боится. Даже если при этом она всё ещё хотела бы ему верить. Это, возможно, было бы ещё больнее. Они выстроили такую… уютную рутину. Работали вместе. Творили. Ели. Смотрели телевизор. Проводили время рядом. И это было так… спокойно. Говорить ей «спокойной ночи». Говорить «доброе утро». Каждый день. Её режим сна снова стал ужасно сбитым с тех пор, как он переехал. Иногда он говорил «спокойной ночи» в пять вечера. А иногда - «доброе утро» в пять вечера. Но это всё равно было… приятно. Он не представлял, как будет жить дальше, когда «поправится» и должен будет вернуться в свой дом. Без этого. Может, они будут созваниваться.Но это будет не то. Он поднял взгляд от почти нетронутого листа на своём столе и посмотрел на Деви. Она стояла чуть поодаль, на коленях, и работала над картиной. Он улыбнулся. На её лице играла маленькая ухмылка, пока она наносила краску. Она работала над этим заказом уже почти неделю. И всегда, когда приближалась к завершению, входила в какое-то почти безумное творческое состояние. Это был большой проект и хорошо оплачиваемый кстати. Может, именно деньги так её заводили. Он не знал. Она отступила назад, оценивая работу, и стерла краску со щеки. Его улыбка стала шире. Как он вообще может портить ей настроение такими глупостями, как кошмары? Никак. Он справится сам. А она пусть спокойно работает. НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ СПУСТЯ: Деви сияла, водя кистью по холсту в такт музыке, которая гремела из колонок её мастерской. Нет ничего приятнее, чем сходить в банк и положить на счёт большой, жирный чек. И единственное, что ей хотелось после этого - сразу же взяться за что-то своё. Как только они с Джонни вернулись домой, она тут же начала новый личный проект. Это было… чертовски приятно. Знать, что денег пока хватает. Что можно рисовать не по заказу. Не часик. А сколько хочется. — ЭЙ! — перекричал музыку Джонни. Деви обернулась. Он снял один наушник. Это уже было серьёзно - его наушники были его единственной защитой от её музыкальных предпочтений. Она нашла пульт на полу и убавила звук. — Чего? — она улыбнулась. Он улыбнулся в ответ. — Можешь подержать руку вооот так? Он вытянул руку вперёд и слегка повернул её вниз, сжав кулак. Деви усмехнулась. Она уже привыкла, что он просит её позировать. — Вот так? — Эмм… нет, чуть ниже… ммм— он замахал кулаком. — Подними плечо… и… дай мне… «угрожающую» позу. Деви рассмеялась. — Да пшел ты. Но всё же подняла плечо, как он просил. — ДА, ТАК! НЕ ДВИГАЙСЯ! — обрадовался он и тут же вернулся к рисованию. Деви наблюдала за ним с улыбкой. Она должна была признать: он сильно изменился. Раньше он часто срывался, если рисунок не получался. Плакал. Психовал. Последний раз он закатывал истерику… кажется, после всей истории с поводком. Но тогда это было скорее из-за унижения. А не из-за творчества. Она заметила, как у него высовывается язык, когда он рисует. И вдруг… это показалось ей… милым. Она тут же отмахнулась от этой мысли. Просто настроение сегодня хорошее. — Знаешь, эта надменная улыбка не делает тебя слишком уж угрожающей. — поддразнил он. — Заткнись. — фыркнула она. — Ты есть не хочешь? Он задумчиво прикусил карандаш. — А ты? — Да. И моя рука на сегодня закончила рисовать. — она выпрямилась и улыбнулась шире. — Ты закончил? — Пока да… если мой… эм… наставник разрешит… — он посмотрел на неё. Деви хмыкнула. — На сегодня ты свободен. Пошли закажем китайскую еду. Я больше никуда не хочу выходить. Джонни сразу оживился. — Да! — он буквально засиял. Один выход на улицу в день - более чем достаточно. ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ СПУСТЯ: Джонни с размаху швырнул смятый комок денег прямо в лицо доставщику. Тот отшатнулся и упал от силы удара. Джонни уже в этот момент выхватил пакет с едой и захлопнул дверь. Он довольно вдохнул знакомый запах любимого китайского ресторана Деви. С пакетом он прошёл на кухню и начал выкладывать жирные контейнеры на стол. Джонни вздрогнул, когда что-то ткнуло его в бок. Но даже не оборачиваясь понял - Деви. Она выглянула из-за его плеча с хитрой улыбкой. Он смущённо улыбнулся в ответ. — Ты уже душ приняла? — Ага. — усмехнулась она. — Надо было смыть с себя «запах внешнего мира». Она облокотилась на него, скрестив руки у него на плечах, наклоняясь, чтобы посмотреть на еду. — …А зачем ты вообще принёс всё сюда? Джонни замахал руками, пытаясь объяснить, но это было сложно - она его касалась. — НУ… оно довольно… — ещё один жест. — жирное! Деви фыркнула и отстранилась, напоследок хлопнув его по спине ладонью. Она открыла контейнер… И сразу же засунула туда палочки. Набрала лапшу. И с удовольствием отправила её в рот. Она довольно выдохнула. Затем посмотрела на Джонни. Он в этот момент теребил ткань своей рубашки там, где она к нему прижималась. Всего секунду. Но этого хватило, чтобы заметить. Он наклонился к контейнерам, выбирая себе еду. А Деви задумалась. Когда она вообще стала так спокойно его трогать? Раньше любое прикосновение.. было чем-то значимым и требовало эмоциональной подготовки. А теперь - просто так. Между делом. Естественно. Наверное, из-за того, что они постоянно рядом. Или из-за поводка. Или потому что живут вместе. Но всё равно это было странно, что она даже не заметила, как это стало нормой. Джонни же прекрасно помнил момент, когда всё началось. С точностью до секунды. Это было в ту ночь, когда они пошли за продуктами в круглосуточный магазин. Она тогда подошла к нему… И положила руку ему на руку. На несколько секунд. Но для него это время было невозможно измерить. Потому что его мозг в тот момент почти взорвался. Потом он осторожно положил руку ей на плечо. И… она его не убила. Он будет помнить эту ночь всю жизнь. Деви тем временем продолжала размышлять. Когда она снова начала ему доверять настолько… что может просто так его трогать? И при этом не хотеть содрать с себя кожу? Он стал… лучше. С ним снова стало приятно. Она пожала плечами и закинула кусок курицы в рот. — Готов к этому отвратительному марафону? — спросила она с набитым ртом. Джонни осторожно открыл крышку своей острой еды. — ДА! — он засиял, размахивая вилкой, как флагом. ПЯТЬ ФИЛЬМОВ СПУСТЯ: — Ууугх… — простонала Деви, прижимая пальцы к глазам. — Да, грим там отвратительный. Хуже, чем в «Зарождение Монстра, что вылизал меня». — лениво ответил Джонни, растёкшийся по дивану. Глаза у него тоже горели, но он почти не обращал на это внимания. — Нет… — пробурчала Деви. — У меня глаза болят… Она зевнула. Джонни сразу насторожился. Он уже хорошо научился распознавать, когда она устала. И несмотря на его отношение ко сну… он прекрасно знал - ей это нужно. — Ты спать пойдёшь? — спросил он. Он удобно устроился на спинке дивана. Деви посмотрела на него из-под подлокотника. Она уже превратилась в помятый комок. Голова лежала на мягкой ткани. Губы скривились. Нет. Ей не хотелось спать. Оставался всего один фильм. Сдаться сейчас - это слабость. Она повернулась к телевизору… И сразу зажмурилась - свет резанул глаза. — Угх… — выдохнула она. — Ладно. Наверное, да. — Досмотрим завтра. — спокойно предложил Джонни. Она ухмыльнулась сквозь усталость. — Да, окей. Она перекатилась в сидячее положение. С трудом поднялась. Ноги не слушались. Проходя мимо него, она ткнула в него пальцем - почти у носа. — И НЕ СМЕЙ смотреть без меня. Она улыбнулась, несмотря на «угрозу». — Выключай. Без меня не смотри. Джонни нервно улыбнулся. Половина его была в восторге от того, как она с ним шутит. — Конечно. Она кивнула и ушла спать. Джонни дождался, пока дверь закроется. Взял пульт. Выключил телевизор. Он обмяк на диване. Внутри было тепло. Спокойно. Он думал, чем заняться. Рисовать - нет. Руки устали. Телевизор включать - рано. Она ещё не уснула. Поэтому он просто лежал… Лежал и думал. Мысли быстро перешли к Деви. Он улыбнулся вспоминая весь день. Пальцы сложились на груди. Он задумался… Это их максимум? Или будет что-то большее? Он и сейчас был счастлив. Но… два месяца назад он бы сказал то же самое. А теперь он не мог представить жизнь без её улыбки. Смеха. Подколов. Он выдохнул и вжался в диван сильнее. Вспомнил, как она опиралась на него. Как её руки лежали у него на плечах. Это было… очень приятно. Сейчас всё было приятно. Джонни мог бы жить так вечно. Он даже забыл, что это временно. Он уткнулся лбом в подушку. И позволил мыслям унести себя. И сам не заметил...как заснул. Джонни крепче сжал рукоять ножа. Сухожилия на его руке проступили под бледной кожей. Обычно он надевал перчатки для такого. Это было грязно. Но не в этот раз. Этот «раз» был… личным. Почти страстным. И тут не было места аккуратности. Она заслужила это. Она была слишком жестока. Слишком злой. Раньше она не была такой. Раньше… в книжном магазине… они говорили. И всё было хорошо. Он помнил её. Помнил короткие чёрные волосы. Фартук. Тёмные губы. Улыбку. Улыбку, которая была предназначена ему. Только ему. Это было так необычно. Его губы растянулись в ещё более безумный оскал. Кровь на лице размазалась от движения. Деви лежала под ним. На полу. И смотрела на него. Со страхом. Он уже ударил её несколько раз. Но по её глазам он понял - она знает. Это не конец. Он навис над ней. Левой рукой держал её за плечо. Правой наносил удары. Лезвие снова вошло в её грудь. Ещё. И ещё. И ещё. Он чувствовал, как рёбра хрустят под его рукой. Это было…ХОРОШО. Она это заслужила! Все её слова. Все её насмешки. Она сама довела до этого! — Ты это заслужила! — выдохнул он. Снова удар. — Заслужила! заслужила! заслужила!— Он повторял это, как заклинание. Снова и снова. Смотря ей в глаза. Но… что-то было не так. Её взгляд… Он медленно перестал улыбаться. Это было не то. Не та боль. Не тот страх. Не как у других. Не как у его жертв. Не физическая боль. Не ужас. Это было… предательство. И что-то ещё. Как будто она спрашивает: «Почему?» Или: «Как ты мог?» Почему она не сопротивляется? Она всегда сопротивлялась. Всегда уходила. Деви никогда не была жертвой. Почему сейчас она просто лежит? Почему позволяет ему это? Он замер. И понял. Он её убивает. Деви тоже это поняла. Её лицо стало усталым. Смирившимся. Внутри Джонни всё оборвалось. Он почувствовал настоящий ужас. Её рука слабо коснулась его кулака. Он посмотрел вниз. Её пальцы… в крови.. пытались удержать его. И…нож всё ещё был в её груди. Он резко выдернул его. Она вскрикнула. Впервые. Он уронил нож. Схватил её за плечи. — Деви-! Как будто это что-то изменит. Он убил её. Она умирала. Это не должно было происходить. Она ведь помогала ему. Давала всё. Время. Поддержку. Дом. А он превратил её в окровавленное тело на полу. Нет. Нет. Нет. Что-то мокрое коснулось его щеки. Её окровавленна рука. И всё равно… он потянулся к ней. Хотел больше. Хотел, чтобы она коснулась его. По-настоящему. Но рука упала. Сил не осталось. Он смотрел ей в глаза. И видел, как они тускнеют. Нет. Нет. Нет! Джонни резко вдохнул так, что его чуть не вывернуло. Он проснулся. Нога дёрнулась и сбила со стола пустые контейнеры и банки. Он отшатнулся от шума, в панике. Рука поднялась к лицу - стереть мокрые дорожки слёз. Но сейчас это было неважно. Он задыхался. Сердце колотилось. Слишком быстро. Слишком сильно. Он пытался успокоиться. Не получалось. Грудная клетка будто не успевала за дыханием. Глаза метались. Он пытался зацепиться за реальность. Убедить себя, что всё нормально. Что это просто кошмар. Тёмная гостиная. Бардак на столе. Выключенный телевизор. Всё как обычно. Ничего не изменилось. Кроме него. Сжавшегося на диване. Он посмотрел на дверь спальни Деви. И замер. Дверь была приоткрыта. Она никогда не оставляла её открытой. Никогда. Холод прошёл по всему телу. От плеч до рук и живота.Его начало трясти. Внутри скрутило от тошноты. Ему было больно даже просто встать. Как будто тело заржавело. Он не смог выпрямиться полностью. Сгорбился. И медленно пошёл к её комнате. Глоток воздуха застрял в горле. Он остановился у двери. Он боялся. Боялся открыть её. Боялся увидеть её тело. Там где он «видел» его во сне. Боялся, что это не сон. Что он перепутал. Что он действительно её убил. Но всё равно… рука легла на дверь. Он медленно её открыл. Шаг внутрь. Слабый свет с улицы. И…на полу ничего. Никаких тел. Он посмотрел на кровать. Под одеялом её силуэт. Наверное. Но этого было недостаточно. Он должен был убедиться. Быстро подошёл к кровати. Смотрел на неё. На её лицо. Тихое. Спокойное. Она не двигалась. Он не мог понять дышит ли она. Он сам слишком трясся. Паника снова накрыла. Он резко подался вперёд. Колено в матрас. Схватил её за плечи. Начал трясти. — ДЕВИ! ДЕВИ! ДЕВИ!! Она сразу проснулась. Глаза метались. Потом остановились на нём. Он обмяк. Уткнулся в неё. Продолжал звать её. Но уже сквозь слёзы. Деви сначала не понимала, что происходит. Потом… поняла. Опять. Она устало вздохнула. — Нни! Нни! — она попыталась его оттолкнуть. Не помогло. Он рыдал. Пытался что-то сказать, но ничего не понятно. Она устала. Очень устала. — Джонни… — она положила руку ему на голову. — успокойся. Пожалуйста. Успокойся. Он окончательно сломался. Растёкся рядом с ней. Как тряпичная кукла. — …ты была мертва… — выдавил он. — ты была мертва- Она вздохнула. Погладила его волосы. — Я не мертва, Нни… я в порядке… видишь…? Он пытался поверить. Но тело всё ещё дрожало. Он не мог остановиться. И вдруг..он почувствовал. Её пальцы. У себя на голове. Он замер. Она лениво гладила его. Почти неосознанно. Его глаза медленно закрылись. Но лицо всё ещё было напряжённым. Он подтянул колени к груди. Обнял их. Её рука замедлилась. Потом просто легла ему на голову. Потом… ниже. На шею. Он наклонился. И вдруг… упёрся лбом во что-то тёплое. Он приподнял голову и понял - это её грудная клетка. Её ключицы. То самое место… куда он «втыкал» нож во сне. Он хотел отстраниться. Должен был. Но… его ухо прижалось к ней. И он услышал.. Сердцебиение. Тихое. Ровное. Спокойное. Он замер. Его собственное сердце всё ещё бешено билось. А её о ровно, живо. Это значило одно. Она жива. Он прижался сильнее. Убеждался. Слушал. Слушал. И слушал. Пока не начал успокаиваться. Он понимал, что это… неправильно. Что он должен уйти, но не мог. Её кожа. Её рука. Это чувство безопасности… Он закрыл глаза. И снова заснул. СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО: Деви глухо пробормотала что-то себе под нос, просыпаясь. В голове всё ещё отдавалась тупая боль, и сейчас ей совсем не нравилась мысль о том, чтобы открывать глаза или окончательно просыпаться. Её губа дёрнулась от странного ощущения, что-то щекотало её. Она недовольно фыркнула, пытаясь сдуть раздражитель. Дыхание почти выровнялось снова… но через мгновение щекотка переместилась выше, к носу, заставив его сморщиться. Она раздражённо отмахнулась рукой, прогоняя непонятную помеху, и с неохотой открыла глаза, понимая, что уснуть уже не получится. Пока она тёрла лицо, пытаясь прийти в себя, мягкий, пушистый «комок», который её разбудил, снова коснулся её губ. Деви раздражённо уставилась в пустоту, затем опустила взгляд вниз. И замерла. Перед ней была спутанная масса чёрных волос. Замешательство длилось всего секунду - она сразу поняла, что это волосы Джонни. Он был свернут в комок рядом с ней, в том маленьком пространстве, которое оставляли её согнутые ноги, и его голова удобно устроилась у неё под подбородком. Её лицо резко побледнело, а затем залилось краской от неловкости, растерянности и внезапного раздражения. С резким, почти рефлекторным движением она оттолкнула его, сбрасывая с кровати. На матрасе остались только его тонкие ноги, нелепо раскинутые в стороны. Деви села и уставилась на них с возмущением. — Джонни, какого чёрта?! Джонни быстро пришёл в себя после удара об пол и тут же вскочил на колени рядом с кроватью. — О, эм, я- — он покраснел, избегая её взгляда. — Я, кажется… уснул, после, ну… Он замялся, не зная, как закончить. Его пальцы неловко забарабанили по простыне. Деви нахмурилась… и вдруг вспомнила. Ночь. Его паника. Его крики. Она раздражённо фыркнула, но уже с меньшей злостью. — Идиот. Джонни поднял на неё взгляд - виноватый, почти жалкий. Но она уже отвернулась. Сбросила ноги с кровати. И, обойдя его, направилась в ванную. Он остался сидеть. Задумался. Он ожидал большего. Наказания. Криков.Чего угодно. Но… ничего? Он осторожно забрался обратно на край кровати. И стал ждать. Дверь открылась. Деви вернулась. Скрестила руки. Смотрела на него. Он сразу сжался. Сложил руки между коленями. Отвёл взгляд. Она закатила глаза, тяжело вздохнула и села рядом. — Опять кошмар, Нни? — спросила она. Он опустил голову. — Да… Его голос был тихим. Он нервно теребил пальцы. Собирался с духом. — Деви… эм… мне нужно в кое-чем тебе признаться. Она слегка напряглась. И внутренне взмолилась, чтобы это не оказалось чем-то… неловким или блять романтическим. Джонни вздохнул. — Понимаешь… я уже несколько месяцев вижу эти… «кошмары». Она удивлённо посмотрела на него. — Во всех них… я, ну… убиваю тебя. Он скривился, произнося это. А выражение Деви изменилось - уже не раздражение, а что-то более серьёзное. — Каждый раз, когда я засыпаю, они становятся хуже… более реальными… более жестокими. — Последний… был самым ужасным. Он сглотнул. — Он был настолько настоящим, Деви, что я… я был уверен, что убил тебя. Я был абсолютно уверен… Его руки сжались на ткани штанов. — Я думаю, что за этим стоит Мясо. Теперь Деви уже действительно насторожилась. В комнате повисла тишина. Затем Деви слегка наклонила голову, внимательно глядя на него. — Ты правда думаешь, что это его рук дело? — Да. — сразу ответил Джонни. — Он почти не говорит со мной с тех пор, как я живу здесь… но я уверен, что это он. Я… не знаю, зачем он это делает, но уверен, что именно он делает эти сны такими кровавыми… и… связанными с тобой. Деви задумалась. На её лице появилось напряжённое, холодное выражение - но не злость. Подозрение. Очень осторожное. Насколько она знала, Преподобное Мясо хотел, чтобы Джонни жил. Он не пытался заставить его кого-то убивать. Наоборот - он толкал его к «человеческим» вещам. К чувствам. К эмоциям. И в данном случае… к ней. Она снова посмотрела на Джонни. Но теперь скрыла свои мысли. Чтобы не показать их. Ни ему. Ни Мясу. — А сегодня ночью… когда ты уснул у меня в комнате, тебе снова снилось что-то? — спросила она. Джонни моргнул. Он даже не задумывался об этом. — Эм… нет. — ответил он. Деви сжала губы. Теперь она была почти уверена. Мясо просто толкает его к ней. Как пастух гонит скот. Прямо в её сторону. Мысль об этом её бесила. Очень. — Прости, Деви… — тихо сказал Джонни, опустив голову. — Я знаю, что должен был рассказать раньше. Я просто боялся… Он поднял взгляд. — Боялся, что ты снова перестанешь мне доверять. Он вдохнул. — С тех пор как мы… ну… «снова встретились»… многое изменилось. Он слабо усмехнулся. — И я боялся, что всё вернётся обратно. Как было раньше. Его голос стал мягче. — Сейчас всё так… хорошо. И я не хотел это разрушать. Деви уставилась на него. С недоверием. Она всё ещё не привыкла к таким… искренним словам. Тем более от него. На секунду она задумалась. Сказать ли ему правду? О Мясе. Это могло бы помочь. Но… тогда он начнёт избегать прикосновений. Начнёт закрываться. Контролировать себя ещё сильнее. А он и так всё ещё от неё шарахается. И это ей… не нравилось. Ей нравилось его трогать. Поддевать его. И вообще… иметь рядом кого-то, с кем можно быть вот так. Просто. Она устало выдохнула. Сдалась. — Да… сейчас всё правда неплохо. — сказала она, слегка улыбнувшись. Джонни замер. А потом… осторожно улыбнулся в ответ. — Но ты всё равно должен был сказать, идиот. — добавила она с привычной усмешкой. Он пожал плечами и тихо рассмеялся. Она толкнула его в плечо. — Прощу, если сделаешь мне завтрак. Джонни тут же оживился. — Конечно! Он вскочил почти сразу инаправился на кухню, но слегка замедлился, будто ожидая, что она пойдёт за ним. Деви фыркнула. И пошла следом. Она решила пока просто наблюдать. За снами. За ним. И за Мясом.