15.02 – Ревность

День стремился к вечеру, но Кайи все ещё не было дома. Это волновало Суну, потому что он уехал утром и сказал, что вернётся скоро. Но его не было уже достаточно долго. С другой стороны это радовало Суну, потому что у неё был план, для которого отсутствие мужа было ключевым фактором. Её телефон пикнул уведомлением о входящем сообщении, и девушка поспешила на улицу, оглядываясь, чтобы никто не увидел её. Она успешно достигла своей точки назначения – Абидина – забрала то, о чём просила его, и уже собиралась уйти, не обменявшись с ним ни одним словом, но не успела. – Суна, – голос её мужа послышался за спиной и она слегка дернулась от неожиданности. – Потрудишься объяснить, что здесь происходит. Она сделала несколько шагов навстречу мужу тщательно пряча за спиной пакет. – Ничего не происходит, – она улыбнулась, притворяясь невинной дурочкой. – Не ты ли вчера говорила мне, что любишь меня? А сегодня у меня за спиной встречаешься со своим бывшим наедине? – её бровь взлетела вверх от удивления. – Кайя, это совершенно не то, что ты подумал. – Ты ещё и врать мне пытаешься? – чуть усмехнулся Кайя. Суна внимательно посмотрела в глаза мужа, пытаясь понять, искренне ли он её обвиняет или это какая-то игра, правила которой Кая забыл ей рассказать, так что ей пришлось адаптироваться по ходу. – Дорогой муж, пожалуйста, давай пойдём и поговорим в нашей комнате, – попыталась мягко предложить Суна, так ничего и не поняв по взгляду Кайи. – Не могу поверить, ты его ещё и прикрываешь. Нет, дорогая жена, давай поговорим здесь. Давай и с бывшим твоим поговорим, как он себе всё ещё позволяет крутиться вокруг замужней девушки, – он сделал шаг вперёд, порываясь догнать Абидина. – Кайя, пожалуйста, остановись, – она положила левую руку на грудь мужа, мизинцем попадая в вырез его рубашки, касаясь обнаженной горячей кожи. Правая рука с пакетом всё ещё скрывалась за спиной девушки. – Нет ничего такого, пожалуйста, верь мне. Я ведь сказала тебе, что люблю тебя. И я правда люблю только тебя. – Хорошо, тогда покажи мне то, что у тебя в том пакете, который ты так старательно прячешь за спиной. – Ладно, – Суна протянула парню крафтовый пакет, который так старательно скрывала. – Продукты? – удивился Кайя. Он ведь уже успел себе представить, что там какое-нибудь особенно откровенное нижнее белье, в котором Суна собиралась бы сбежать от него ночью к этому Абидину. Иначе, зачем так старательно скрывать? – Да, потому что я хотела приготовить тебе ужин, чтобы мы покушали вдвоём. Но ты со своей ревностью испортил сюрприз, – Суна чуть надула нижнюю губу, показывая обиду из-за испорченного сюрприза. – О какой такой ревности идёт речь? – нахмурившись спросил Кайя. – О какой ревности? – Суна искренне рассмеялась, а Кайя поймал себя на мысли, что его жене очень идёт смеяться. – О той, из-за которой ты был готов избить водителя Ферита. Хочешь сказать, что такого не было? – ни один мускул на лице Кайи не дрогнул, но он был искренне рад фразе «водитель Ферита». Уж очень хотелось верить, что он не больше, чем водитель Ферита, для Суны. – Было, но я не ревную. Просто против, чтобы моя жена общалась наедине с другими мужчинами. – Я подарю тебе словарь турецкого, Кайя. Чтобы ты проверил значение слова ревность, – улыбнулась Суна, оставляя едва ощутимый поцелуй на щеке мужа. – Раз уж ты узнал о сюрпризе, хочешь присоединиться? – Нет, что ты. Я не стану портить твой сюрприз, ты готовь, а я сделаю вид, что ничего не знаю и пойду приму душ. Только сначала как следует поцелую мою жену, по которой очень соскучился. Когда свободная рука Кайи резко притянул девушку к себе, а его губы накрыли ее собственные в требовательном поцелуе, Суна даже задумалась, было ли это искренне, потому что Кайя действительно скучал или только потому, что он делал это назло Абидину. – Кайя, тише, мы ведь на улице, – Суна оторвалась от мужа первой, потому что чувствовала, что ещё немного и она уже не сможет заняться ужином. – Прости, не удержался, – улыбнулся Кайя. – Хотя, я не буду извиняться за то, что очень тебя люблю. – А ещё очень меня ревнуешь, – рассмеялась Суна. – Отдай пакет, – Суна протянула руку, но Кайя отвёл её в сторону. – Я проведу тебя, – он в собственническом жесте опустил руку на талию девушки, обнимая её. Пусть привыкает к его тактильности, первый шаг они сделали вчера вечером, сейчас продолжат. –И кто бы говорил о ревности, Суна? Не ты ли была готова повырывать волосы Пырыл за то, что она просто разговаривала со мной. – Не сравнивай, у этой девушки явно были виды на тебя. Они с Пелин только и ждали, чтобы стать хозяйками в этом доме. И Пырыл пошла бы на это, а Абидин слишком трус для этого. Он может только стоять в стороне и смотреть. Так что, у меня хотя бы были объективные причины, а ты просто ревнуешь. – Ревную. И что ты будешь с этим делать? – Накормлю тебя ужином. *** – Мне помочь тебе с чем-нибудь? – Кайя принял душ и понял, что действительно соскучился по жене, так что пришел к ней на кухню. После вчерашнего признания Суны и он взглянул на их брак по-другому. Если раньше он был рядом, просто потому что был рядом, теперь ему особенно хотелось быть рядом, потому что он знал, что и Суна неравнодушна к нему. – Да нет, – Суна повернула голову на зашедшего Кайю. – Скажи честно, ты издеваешься надо мной? – она на время забыла про ужин и развернулась всем корпусом к мужу? – О чём ты? – Кайя подошёл ближе к жене. – Ты правда ходишь по этому особняку с практически расстёгнутой рубашкой? – пальчики Суны быстро нашли пуговицы, которые она хотела застегнуть. – Я очень спешил к тебе. А что, собственно, не так? Снова скажешь, что тебе не нравится мой стиль? – Ты можешь ходить так, но только в нашей спальне, а не по особняку. Ты, наверное, мало слышал историй о том, как тут все со всеми не прочь переспать. А это сокровище принадлежит только мне, – улыбнулась Суна. – Не могу поверить, – Кайя чуть рассмеялся. – И ты что-то мне говоришь о ревности. Дорогая жена, кажется, это ты у нас в семье главная по ревности, – Суна улыбнулась. – Почему ты улыбаешься? – У нас в семье. Ты так сказал. И это звучит очень красиво. У меня всё готово, пойдём ужинать, муж. Как только они оказываются в своей комнате, Суна ставит поднос с ужином на небольшой столик у дивана и возвращается к двери, чтобы закрыть её, на желая видеть случайных свидетелей. Когда она проворачивается лицом к мужу, то её взгляд цепялется за его рубашку, на этот раз расстегнутую полностью. И Суна не может управлять своей бровью, которая так и стремится вверх от удивления. – Что? – усмехается Кайя. – Ты ведь разрешила мне ходить в нашей комнате с расстёгнутой рубашкой. – Ничего, – улыбнулась Суна, присаживаясь на диван рядом с мужем, – просто я люблю тебя, – она целует его, но потом они всё-таки возвращаются к ужину.