Внутрений жар

      Зонтик не понимал происходящего с ним. Во рту было сухо, сладость и горечь шоколада на языке сейчас не казалась такой притягательной. Хотелось пить. Ещë эти странные ощущения. Зонтик не понимал их, но до его замутнëного сознания доходило, что примерно так же чувствовали себя герои книги которую он читал, пока… Пока всë не стало слишком странно! Зонтик не мог понять в чëм дело и почему его приследуют мысли о прочитаном и почему они отсылают его к Господину Пику. Его янтарным соколиным глазам, гордому профилю, оскалу с острыми зубами, мягким рукам на его собственной голове, как он делал это обычно. И тому как они проходятся по другим местам… Чего он не делал никогда.       Экзорцист перевернулся на бок, обняв прохладную подушку, пяля полуприкрытыми глазами в стену. Наволочка подушки быстро нагревалась от его разгорячëнного тела. Сейчас ему хотелось другого… Прохладных рук на спине или груди которые сейчас не стесняет одежда. Как бы они гладили его опускаясь всë ниже… и ниже…       Зонтик отдëрнул себя. Нет такие мысли не достойны уважения. То о чëм он думает попросту оскорбительно по отношению к Господину Пику… но… сейчас ему очень хотелось этого… И это было просто желанием охладится! Зонтик очень не хотел связывать свои мысли с творящимся в романе. Бессвязные образы, что казалось никак не должны касаться Владыки, сейчас казались такими заманчивыми. Эти руки… эти губы… они казались мягкими. Но на самом деле пальцы Господина были в мозолях, как если бы он проводил время за занятием с мечом, но отчего-то они так и манили чтобы к ним прикоснуться или чтобы они прикоснулись к тебе…       Зонтик перевернулся на спину и раскинул руки, смотря в потолок он пытался собраться с мыслями. О которых никто и никогда не должен узнать.       «Господин Пик точно будет против такого. Он выглядит как тот кому претит любое проявление привязанности». Зонтик слишком хорошо знал этот взгляд. Безразличный и холодный. Таким обладал его брат. Зонтик уже отмечал, что они в чëм-то схожи, они так же относились к прислуге, не были слишком жëсткими, но оставались холодными и не боялись указывать им на своë место. Но одной стороны был Куро, никогда не проходящий мимо чужих проблем и всегда считавший, что манеры и достойное отношение к другим, особенно к низшему сословию является лицом человека, а с другой стороны был Господин Пик, что не сильно то и «кошмарил» своих марионеток, но вëл себя с ними достаточно строго. И это только то, что Зонтик видел. Возможно он был более жесток к ним пока вокруг не было лишних глаз.       Эти мысли заставили мальчишку, несмотря на жар, обнять себя руками и снова повернуться на бок. Жар не давал ему провалиться в спасительную дрëму, но тяжесть в голове и теле не давала ему предпринять ещë что-то, чтобы отвлечься. Под размышления о собственной беспомощности его посетила шальная, по его мнению, мысль.       «Если уж я не могу получить чужие прикосновения, то стоит ли мне… — Зонтик смутился даже своих мыслей, будто бы их могли подслушать. — …дотронуться до себя самому?..» Для него это звучало дико! Его руки отнюдь не были такими же холодными как у Владыки, что очевидно ему и было сейчас надо… но от этого желание не пропадало. Как не странно оно становилось всë сильнее от осознания того, что он вряд ли получит их. Поэтому с трудом приподнявшись он уселся на груде подушек и откинув голову на них выдохнул и стал думать с чего бы начать.       Думать об этом было неловко, но Зонтик постарался убедить себя лишь в том, что это… А был ли смысл убеждать себя в чëм-то? Голова Зонтика на тот момент уже совсем опустела. Осталось только желание. Чисто инстинктивно он потянулся к своей шее и коснулся еë кончиками пальцев. Лëгкая дрожь прошлась по телу, под непонимающие мысли экзорциста, почему же это так приятно? Дальше он подключил вторую руку и сжал плечо. Пальцы второй руки заскользили по покрытой капельками пота коже и Зонтик понял что уже допустил ошибку. Поняв что нужно что-то другое он вернулся мыслями к тому месту откуда по ощущениям исходил жар, живот и ниже. Но решив пока не ворошить гнездо гадюки, Зонтик положил руки на свои бока и тут же едва не застонал, от того как по его телу прошëлся электрический ток. Стиснув зубы чтобы не издавать звуков Зонтик сложил руки на коленях. Он решил остановится. Не понятно почему, но он боялся этих чувств, так же сильно как и желал ощутить их.       «Так странно…»       Прерывая мысли Зонтика из-за сëдзи послышался кашель. Принадлежать он мог только одному человеку, точнее даже не человеку, а Господину Пику.       И верно, через мгновение послышался знакомый голос:       — Зонтик? Могу я войти?

・ ・ ・

      Ответа так и не последовало. Теперь Пик не знал, что и думать. Услышав учащённое дыхание он было подумал, что хозяина комнаты вновь мучают кошмары, но услышав странное копошение он понял, что он всë таки не спит. На вопрос юный экзорцист так же не ответил. Что было не менее странным ему так его игнорировать. Решив не тянуть он отворил сëдзи и вошëл в чужие покои. Что удивительно хозяин видимо только заслышав едва заслышав звук отодвигающейся двери быстро рванул под одеяло. Никак это не прокоментировав Пик в несколько плавных шагов пересëк комнату и присел на чужой кровати.       — Ты так и не смог уснуть?       Молчание. Только поверхность одеяла продолжала вздыматься с такой частотой, показывая нервное дыхание и напряжение хозяина.       — Ты ведь знаешь как глупо, так просто прятаться под одеялом? Я ведь знаю что ты не спишь. — спокойным голосом произнëс Владыка.       Возможно мальчишка был напуган после пробуждения и теперь ему не хочется выглядеть ребëнком в его глазах, это не удивительно, чтобы не происходило вокруг него, он иногда старался храбриться как настоящий мужчина. Пик находил это очаровательным и слегка забавным. «Но если у него снова слëзы на щеках и нервная дрожь в руках, я клянусь своим существом, я отведу его к Данте на терапию» Пик резко ухватился за край одеяла, но прежде чем потянуть подумал «Будет лучше если я не буду ещë больше его пугать». Так что осторожно потянув одеяло на себя, он ни как не ожидал почувствовать сопротивление. «В чëм дело?» потянув сильнее у него удалось только выцепить из-под покрывала чужие руки и голубую голову, правда та быстро спряталась по самую макушку в одеяле которое держало. Что слегка смутило Владыку. Да и то, что он заметил оголëнные бледные плечи дало ему очень много поводов для размышлений.       «Он хорошо себя чувствует? Что случилось? Почему он так себя ведëт?» Мотнув головой и откинув назойливые мысли, а так же чувство такта от одним рывком стянул покрывало полностью. Чего Зонтик явно не ожидал и продолжая крепко за него держаться повалился на середину кровати сверкая фарфоровой спиной, со слегка выпирающим позвоночником, по которой рассыпалась копна голубоватых волос. «Ну хотя бы низ его кимоно на месте, а то кому-то было бы совсем неловко»       — Чем ты тут занимался? — прозвучал вполне логичный вопрос со стороны демона. Ответа не последовало. — Э-эй?.. — Владыка положил холодную руку на голубую макушку слегка зарываясь в волосы. Послышался мученеский стон.       «Я был слишком резок?» Бросив одеяло и присев рядом он стал поглаживать мальчишку по голове. Тот никак не отреагировал и Владыка подумал положить руку на его спину. Контакт с его холодной плоти с открытым участком кожи часто действовал отрезвляюще. И да, наш горе экзорцист дëрнулся и нечленораздельно замычал, а Пик по совиному склонил голову «Это нормально?» спросил он себя прежде чем наклониться и подхватив руками чужое лицо посмотреть прямо в расфокусированные голубые глаза. Не успел он ничего спросить как его опередили.       — Господин Пик? — голос звучал слегка потерянно. — Это вы?..       — Тебя глаза подводят? — снова больше нервно чем зло выдал Король.       — Не знаю… может и в правду вы, а может моë воображение шутит шутки. — он слегка посмеялся, чего Пик за ним раньше не замечал. Но прежде чем он успел об этом подумать, его спросили. — Скажите, а вам не холодно?       Владыку снова смутило происходящее, но он ответил:       — Нет. Я ведь уже много лет не чувствую ни тепла, ни холода.       — Это немного грустно       После небольшой паузы Зонтик снова засмеялся:       — Тогда давайте поможем друг другу? — он поднялся на трясущихся руках и постарался приблизится к Господину Пику.       — Чего? — демон не хотел признавать, что его напугала игривость в голосе экзорциста, а потому не стал отстраняться.       — Ну-у, я согрею вас, а вы охладите меня… мне кажется это довольно мило…       Мальчишка из последних сил подполз максимально близко и упал на колени демона. Перевернувшись он потянулся рукой к лицу мужчины, но в итоге только мазнул по его груди, безвольно уронив руку вдоль тела он разочарованно вздохнул и перевернулся на бок в сторону его живота, обнимая себя за талию той самой рукой.       Для того кто занимал такое высокое место в мире демонов это должно было быть равноценно оскорблению. Но когда нынешний правитель действительно соблюдал все формальности? Он никогда не был тем кто ставил собственное эго выше мнения и чувств других, если только это не могло поставить под удар его планы. В его интересах было и навсегда останется разделять всех для того, чтобы было легче находится у власти.       Потенциальные предатели или демоны с которыми приходилось считаться. Данте как-то присутствовал при его разговоре с одной из новых Корон и его вердиктом были слова. «Я мог бы посоветовать тебе перестать пригревать на груди змей, но понимаю, что трудно перестать исполнять роль тëплого камня для всяких гадюк», что же он сказал бы увидя Зонтика?       «Почему в последнее время всë катится по наклонной? Раньше мне было плевать на его мучения и я спокойно жил в своей эгоистичной иллюзии, что смогу ему помочь, но сейчас… стоило появиться призрачной надежде как у меня тут же сорвало крышу. Я…» Владыка выдохнул воздух через нос пропуская сквозь себя всё своë раздражение. «Я должен сохранять хладнокровие и трезвость ума. Сейчас важно сделать всë правильно, а значит этот горе-экзорцист должен…» его мысль оборвалась стоило только вновь перевести взгляд на горящее лицо парня, который сейчас мирно дремал на его коленях. «Что с ним не так?! Он что?..»       Стоило ему понять одну вещь как он готов был дать себе пощëчину за все мысленые оскорбления в его адрес.       «Он весь горит… неужели он?.. он упоминал что у него слабый иммунитет, но чтоб настолько? Где я не доглядел? Проклятье! Я и забыл насколько хрупкими могут быть люди» Пикового короля охватила паника. После всего что было, он не хотел возвращаться на тот путь, в любом случае для него это стало бы точкой невозврата. Падением в бездну, в которую никогда не попадало солнце, всë то время, что он гулял по краю, ловя взгляды из темноты, что так и ждали пока он оступится, он не мог не обрадоваться когда этот малец протянул ему руку решив составить компанию. И сейчас потеряв его он бы отправился вслед за ним? Да ни за что!       Он не отпустит его так легко. Мальчишка может даже не надеяться умереть так просто. Сейчас он должен помочь ему и единственное к кому он мог обратится это… Этот напыщенный юблюдок! У него даже не было права на выбор. Да будь оно всë проклято! Подхватив мальчишку на руки он переложил его на подушки. Видимо придëтся вызывать врача на дом.

・ ・ ・

      — Тебя не учили приглашать гостей в свой дом, а не похищать их отрывая от дел?       — Я тебя умоляю, какие у тебя могут быть дела? — не то чтобы правителю было правду интересно, просто он не думал, что его «друг» будет ерепениться.       — Пиковый Король, ты ведь вроде уже не ребëнок чтобы получать то, что ты хочешь по первой просьбе. — официальное обращение которое было сказано без капли уважения, а скорее чтобы указать на то, что Пик уже не то дитя которым он был когда только получил это имя.       — Завались! Если бы это не было так срочно я бы не выдернул тебя сюда. — рожки короля оттопырились и затрещали затвердевая. Видимо монах смог вывести его из себя.       Данте закатил глаза, буквально пятью минутами ранее он всë так же спокойно занимался исследованиями в своëм кабинете, на одной из подушек мирно сопел Усейн, в курильнице медленно догорали благовония. Со стороны это выглядело как полная идиллия. Но стоило ему об этом подумать как у него буквально ушла почва из-под ног. Сказать по правде он мог понять почему так грубо, учитывая что он сам бы добровольно не пришëл к Владыке мира демонов. Но так бессовестно сбрасывать его в темноту, пусть теперь мучается с его скверным характером, возможно поймëт, что с членами семьи так поступать нельзя. Кстати о семье.       — Ты можешь вернуть меня обратно?       — Как только ты поможешь ему.       — Пик, ты должен понимать что я не буду рисковать своим подопечным чтобы спасти твоего. К тому же твоя ситуация может и подождать, а моя нет.       Пик вспылил от подобной наглости и ударив по кровати руками поднялся и направился к стоящему у шкафа укротителю.       — Ты даже его не осмотрел, как ты можешь что-то утверждать?!       — Я не осматривал, но могу сказать точно что у него не хриплое дыхание, нет посинения кожи и слизистых и пульс в пределах нормы. По твоим словам у него лëгкая лихорадка, я думаю я знаю причину и чтобы ему помочь не требуется ничего сложного.       — Тогда скажи мне что делать!       Отлично если он может обойтись без этого придурка всë становится намного проще. Но давать ему шанс на помощь ему видимо не хотели.       — Я сам всë сделаю, от тебя всë равно толку никакого. Но я и пальцем не пошевелю пока не заберу своего ученика.       — Да ты!.. ты!.. ты обзавëлся учеником?.. — честно Пик не ожидал, что Данте пойдëт на такое. — Тц, нет, это же очередной мальчик на побегушках, зачем он тебе?       — Боюсь на этот раз всë серьëзно. И сейчас я не могу отпускать его далеко от себя, так что изволь не быть таким козлом и позволь мне хотя бы привести его сюда.       — Тск! Ладно! Скажи мне он в твоей комнате?       — Да, так что ты должен…       Не успел Данте договорить как Владыка махнул рукой и со стороны открылся портал и послышался юношеский крик, а затем и звук падения сначала тела, а потом глухой удар будто от падения мешка с пухом. Данте не глядя бросился в сторону звука, точно зная что под упавшей подушкой находится его ученик.       — Угх, Данте-сама, что произошло?       — Сейчас важно не это. — мужчина в монашеской робе склонился над ничего не понимающим мальчишкой. — Когда ты спал я дал тебе мешочек с травами. Его случаем не занесло сюда с тобой?       — Что? — в полном недоумении спросил ученик, но когда же до него наконец дошло, то он засунул руку себе под грудь и вытащил увесистый мешочек с ярким запахом сущëных трав. — Это он?       — Да молодец.       Не успел Данте это произнести выхватывая мешочек с молодых рук и развернувшись направился к постели страдавшего от жара Зонтика и спрятав свою ношу в рукав стал осматривать больного, чтобы до конца в чëм-то убедится. В то время как Усейн поднялся с холодного пола и вслух спросил себя.       — О Будда, он со всеми окружающими так себя ведëт?       — Поверь со всеми. — сказал появившийся прямо за его спиной демон, чем до писка напугал мальчишку. Но что поделать, Пику было интересно. — Кстати почему Будда?       — Что?       — Ты же не исповедуешь эту религию. Не смотря на то, что укротителей можно назвать монахами только условно, младшие ученики должны молиться каждый день. Это на самом деле довольно устаревшая модель упражнений для укрепления духовной защиты от демонов и проклятий, в которую к примеру сам Данте не верит. — Усейн поëжился от пронзительного взгляда жëлтых глаз. — Более того ты даже не принадлежишь к жителям этой странны.       — Что?! Да я такой же рождëный на этой земле как и Данте-сама или в… вы… возможно при жизни?.. — молодой служка понял что ему вряд ли можно грубить такому человеку. Он понимал что перед ним демон и он мог определить, что он занимал высокий чин раз имел полную человеческую форму и мог нормально говорить. Поэтому не хотелось даже думать что он мог сделать с ним за грубость.       — И всë же ты не тот кого принято считать жителем этой страны. Абориген. Выходец из дикого племени которых нынешняя власть не желает считать за равных. До чего мерзко… — от того с каким отвращением мужчина выплюнул эти слова, Усейну захотелось вцепиться ему в глотку. Но он стерпел, и как оказалось не напрасно. — Такие как вы имеют полное право на жизнь вместе с обычными людьми. Так как вы не представляете никакой угрозы для власти, было глупо изгонять вас. Но люди всегда отличались жадностью и плоскостью ума.       — Вы так считаете? — робко спросил мальчишка.       — Конечно. Пусть твой наставник говорит, на что хватает его мозгов, но я скучаю по земле. За пределами этого мрачной дыры осталось почти всë что мне было дорого…       Короткая пауза в которой оба пытались оценить друг друга. Точнее сказать оценивал только Пик, Усейн именно «пытался» хоть как-то понять намеренья демона украдкой посматривая из-под отросших волос, вот только пристальный взгляд быстро отбил эти попытки. Пока в конечном итоге демон не вздохнул и не сказал.       — В тебе есть потенциал, но не хватает наглости. Думаю твой наставник это исправит. С таким-то характером ему легко раскрывать чужие таланты.       — Вы думаете? — осторожно спросил мальчишка       — Да. Но для того кто хочет стать его учеником нужно иметь неограниченный потенциал. С другими людьми вокруг себя он не считается.       — А-аа?.. Благода…       — Вот только помни что этот напыщенный индюк любит сталкивать…       — Пикуша! Прикажи нагреть ванну. Кипятить много воды не нужно достаточно чтобы была чуть выше комнатной температуры. И попроси заварить чай.       — Ты что у себя дома?! — гневно рявкнул Пиковый Король.       — Ну что ты, у себя дома мне бы не пришлось терпеть такое отношение к себе и пациенты всегда такие вежливые. Не то что некоторые.       — Данте-сама… — робко подал голос служка, пытаясь вразумить своего учителя, но как оказалось, бесполезно было встревать между этими двумя.       Они проспорили ещë несколько минут, затрагивая довольно личные вещи. Что заставляло демона расспаляться ещë больше, что же до Данте, то его только веселили когда Король злился и его попытки вывести его из себя. Как понял Усейн, Данте-сама единственный кому мог доверять «его высочество», что не смотря на значение сего нарекания, произнесено оно всегда было с насмешкой, либо же с лëгким пренебрежением. Что честно заставляло служку только больше нервничать.       Это продолжалось бы и дальше если бы с кровати не послышался тихий мученический стон. Пик опешил, а Данте видя это только ухмыльнулся дав понять что пока они спорят пациенту становится хуже и Королю ничего не оставалось кроме как недовольно цыкнув щëлкнуть пальцами и призвать двух марионеток мысленно передав «просьбу» Данте. А дальше он просто с неохотой оставил Зонтика на попечение врача, конечно же не без настойчивой просьбы самого врача.       И только после того как они ушли он решил осмотреть комнату на предмет чего-то странного. Первым же в глаза попалась знакомая коробка с как оказалось шоколадными конфетами. Теперь он понял что за запах он чувствовал. Но так же в нос сквозь сладковатый запах ударило стойкое амбре ликëра.       «Это лакомство может вскружить голову не только своей сладостью, но и крепостью своих консервантов, поэтому будь осторожен если решишься угостить кого-то» Всплыли в голове слова одного из Восьми Корон и он кажется понял кто ответственен в случившимся. Выпустив когти Пик решил что «серьёзно поговорит» с Данте после окончания его махинаций.

・ ・ ・

      Зонтик пришёл в сознание спустя какое-то время. Странное ощущение обволакивающего тепла как ни странно не усугубило его положения, а напротив заставило его почувствовать себя лучше. Настойчивый запах трав что пробивался в нос сейчас беспокоил его не так сильно сколько разговоры вокруг себя. Голосов было два и они были ему не знакомы. Это напрягло экзорциста, но он быстро себя успокоил думая что ему вряд ли причинят вред пока он находится во владениях Господина Пика. Вот только не успел он окончательно расслабится от этой мысли как его голову окатили холодной водой. Глубоко вздохнув полной грудью будто сейчас его утянут под воду, чего в принципе не случилось, он открыл свои глаза став вертеть головой. Оглядевшись по сторонам он увидел двоих людей в странном одеянии, что слегка походило на монашеское, но в то же время коричневые робы выглядели странно, и смутно знакомо… пораскинув ещë не отошедшими от тумана мозгами Зонтик понял что эти люди были из Укротителей, что сразу же стало поводом для волнения. Правда его нарастающую панику успокоило, или точнее сказать перебило то, что ему протянули чашку пахнущую зелёный чаем. В ещë большем непонимании происходящего мальчишка посмотрел поверх чашки, и встретив закатившиеся глаза Укротителя, заволновался.       — Просто возьми и выпей это. Я не нанимался тебе сиделкой, если ты очевидно можешь двигаться.       — А-аа… я… — неуверенно начал Зонтик, но стоило ему встретиться с нетерпеливым взглядом, как он уже более уверенно перехватил кружку и сделал небольшой глоток, спросив. — А вы кто?       — Можешь звать меня Данте, это Усейн. — Данте махнул головой в сторону мальчишки возраста примерно как и Зонтик. — По тому как ты пялился на нашу одежду могу предположить что ты понял что мы Укротители.       — Простите… — робко вымолвил экзорцист смотря в кружку.       — Пф-ф… не волнуйся это привычная реакция экзорцистов, что сразу после пробуждения видят вокруг себя людей в коричневых робах. Так что, мне даже нравится, что ты куда более учтив. Ты мне вот что скажи. Как ты себя чувствуешь?       — Я? Н-нормально… чувствую лëгкую тяжесть в мышцах и странное чувство внизу живота, но в остальном я думаю что всë нормально.       — Да я сам был удивлëн что это не возбуждение, учитывая что ты читал, прежде чем опьянеть. Зонтик покраснел и заикаясь произнëс:       — Н-не понимаю о ч-чëм вы… — смущëнно пролепетал Зонтик надеясь что его волнения не видно.       — Ага как же. — неожиданно он вытащил из широкого рукава робы ту знакомую Зонту книгу в красном переплëте. — Как тогда ты объяснишь это?       — Н-не понимаю что вы имеете ввиду. — так как жар в собственной голове всë ещë мешал думать, Зонтик не смог придумать ничего лучше чем косить под дурака.       Тогда Данте открыл книгу на случайной странице и стал зачитывать в слух. От услышанного у младших заалели щëки. Но когда молчать стало невозможно, Зонтик настойчиво, и довольно громко, попросил прекратить. Не успел Данте ничего сказать, как тот закрыл уши и сжался сидя в деревянной ванне, расплескав немного воды.       — У этого произведения такой фривольный стиль… — слегка громче чем следует сказал Зонтик, за что Данте мягко, но настойчиво заставил его разжать уши.       — Это единственное, что тебя сейчас волнует? — нарочито небрежно спросил Данте. Его кажется произошедшее ничуть не выбило из колеи.       — Не совсем, эта книга такая странная. Зачем кому-то записывать подобное? Это же абсурдно!       — Абсурдно? Если бы не этот абсурд ни что живое не смогло бы существовать.       — А-аа? Что вы?..       — Ты ведь должен понимать, чем занимаются все живые организмы, чтобы продолжить род. И это заложено в нас природой. — терпеливо, но с той лëгкой небрежностью с которой родитель объясняет уже взрослому отпрыску как появляются дети.       — Я… я знаю… и я понимаю как это происходит. Мне объясняли это когда я был помладше, но тогда это не вызывало подобных чувств, а сейчас… это так странно. — Зонтик спрятал лицо в ладонях, прежде чем сказать. — И зачем кому-то понадобилось записывать этот интимный процесс в книгу? Это ведь сугубо личное!       — Для удовольствия. — как само собой разумеющееся ответил Данте. От чего на него возрились две пары удивлëнных глаз. — Ха-ах, эта истина понятна даже животным, процесс от которого появляется потомство просто приятен обоим партнёрам. Хотя думаю ответственность за потомство немного всë портит. И это ещё раз доказывает наше отличие от животных. Мы занимаемся этим даже если не ставим перед собой цели продолжить род, а чисто для удовольствия. Поэтому в этом нет ничего дурного.       — Я… это знаю, но всë же не могу понять как можно просто предаваться утехам не желая при этом более высоких чувств.       — Оу, а ты из тех кто не заводит интрижек на одну ночь в пользу того, чтобы построить крепкие отношения с партнëром? Занятно… — Данте наконец захлопнул книгу и просмотрел на своего пациента. — Ещё более занятно, что ты кажется испытываешь эти чувства не смотря на то, что знакомы вы совсем недавно.       — Что?.. — Зонтик не успел ничего сказать, как в его губы уткнулась подущечка чужого пальца настойчиво прося замолчать.       — Ни что, а кто. Но сейчас не об этом. Для начала нужно разобраться с жаром который в этот момент не может найти выход из твоего тела. — говорил он, а в тоже время другой рукой выводил круги на воде. После приподнял ладонь и выставив указательный палец вперëд уронит на поверхность воды одну единственную каплю. Это заставило водную гладь выровняться и отбросить весь немногочисленый ворох сущëнных трав.       Зонтик засмотревшись на этот процесс даже не сразу заметил, что сейчас все смотрят прямо на его обнажёное тело. Он уже собирался дëрнуться, но на его него как будто нашла сильная тяжесть. Оставалось только смотреть.       — Хех, смотрю чай уже начал действовать. — усмехнулся Данте посмотрев в лицо неподвижного сейчас Зонтика. — Расслабься. Всë же я врач и меня связывают правила этики. Этот чай, что-то вроде обездвиживающего средства. Пусть эффект на первый взгляд кажется негативным, но это только так кажется. — Данте стал обходить ванную по кругу, вынимая руки Зонтика из воды настолько аккуратно, что даже водная гладь осталась непотревоженной. — На самом деле его используют когда тело больше не подвластно разуму хозяина, но для операции нужно, чтобы пациент оставался в сознании. Тут всë тоже самое, но в таких малых дозах это работает как лëгкое обезболивающее и предотвращает резкие движения. Не волнуйся мне просто нужно кое-что проверить. — он повернул вторую руку к себе ладонью и поняв, что это то, что он искал стал задумчиво рассматривать ладонь Зонтика. — Так у тебя рабочая рука левая? Хах, занятно.       — Данте-сама, а это имеет какое-то значение? — неуверенно спросил Усейн, до этого момента только наблюдавший, и не уверенный, что ему можно подавать голос.       — Да-да… Сенестралы вообще занятные люди Усейн. По моим наблюдениям живут они не долго, за то могут похвастаться значительными успехами в жизни.       Зонтик от таких слов немного дëрнул головой, на что обратил внимание Данте. И вместо того, чтобы попытаться как-то успокоить пациента, продолжил читать лекцию.       — Запомни Усейн, когда больные находятся в таком состоянии продолжай говорить с ними. Это отвлекает и успокаивает. — говорил он а сам надавливал двумя пальцами на яремную ямочку. — Бездна милостивая, промедли этот упëртый баран ещë чуть-чуть с тем чтобы вызвать меня и у тебя бы разорвались кровеносные сосуды.       — Данте-сама! Это ни капли не успокаивает! — воскликнул молодой ученик не смотря на то, что сейчас разговаривал со старшим.       — Думаешь я пытаюсь его успокоить? — от этих слов Усейн опешил, а Данте между тем продолжил. — Я всего лишь апеллирую фактами. — уже как бы невзначай бросил Данте. — Запомни если огонь не может найти выход, он начинает скапливаться в теле. На первым стадиях он может расти довольно быстро. И разорвать артерии скопившись в них в избытке. Но стоит ему только найти выход… — стоило ему это сказать, одновременно с этим нажав примерно в двух пальцах ниже от точки куда сводились ключицы и на кончиках его пальцев заискрилась его энергия. Оранжевое пламя раскрасило белую как фарфор кожу витиеватыми узорами, но не успев покрыть еë всю паутинкой из ярких всполохов, как за ним следом последовал голубой свет. Такой холодный, что и без того бледная кожа казалась совсем обескровленной. — …как она распространиться дальше…       Стоило эму это сказать, как глаза Зонтика загорелись, непроизвольно, но юный экзорцист ясно осознавал, что подобное произошло. В очередной раз видя мир сквозь лёгкое голубое марево.       — Обычно экзорцисты долгое время медитируют вдали от родных и близких и закаляют своё тело тренировками, чтобы оно могло вынести метаморфозу. Потому как иначе они сгорят дотла, но Сейти… — назвавшийся Данте, сделал паузу, и опустив взгляд в водную гладь невидящим взором смотря в воду. Зонтик понял, что тому трудно об этом говорить, и Зонт внезапно почувствовал ту же жалость к Укротителю, что он, как ему казалось, испытывал к своим пациентам. — Но с Сейти дела обстоят по другому. — отчего-то его голос прозвучал слишком бодро. Зонтик непонимающе склонил голову пытаясь разглядеть чужое выражение лица, и увидел ухмылку, прежде чем, целитель поднял голову и с энтузиазмом заявил. — Сейти в самом деле удивительные. Так как вы определённо не бойцы, огонь укрепляет тело сам, а кандидату нужно только иметь сильное сердце. Удивительно. Жаль, что мне не с чем сравнить твои нынешние показатели. От этого руки так и тянет к твоему телу, чтобы узнать на что оно способно.       Данные слова сказанные с некой маниакальностью заставили Зонтика отпрянуть и прикрыться руками. Слабость в теле всё ещё ощущалась, но и она уходила. Так же как и свечение его глаз и груди.       — Учитель! — на этот раз Усейн кинулся на перерез старшему, оградив экзорциста от своего наставника. — Вы кажется уже в конец забыли об этике! — настойчивость младшего лишь позабавила Данте, но он нашёл это хорошим качеством которым, как оказалось обладал его ученик. Но не осадить его было бы глупо.       — Да, и в этих правилах чёрным по белому сказанно, что при столкновении с подобными прециндентами стоит досконально изучить ситуацию во избежание проблем в будущем.       — Да где такое написанно?! — возмутился Усейн и на его удивление ему протянули раскрытую книгу.       — Положение номер тридцать два. — подсказал куда смотреть старший укротитель. И Усейн быстро пробежался по указанным строкам, не веря своим глазам. — Видишь я не изменяю правилам.       Усейн только перехватил книгу и посмотрев на обложку убедился, что это «Основные положения об врачебной этике» хотя всё ещё не верил, что это правда.       — А почему только «основные положения»? — спросил Усейн осматривая книгу на предмет подделки.       На этот вопрос его наставник только устало вздохнул:       — Ты просто не видел полное собрание правил. Чес слово, всё моё оборудование вместе весит меньше половины собрания этих книг. Всё равно все они основанны на этих идеях, хотя у них и другой автор.       — Погодите! Так тут стоит ваше авторство! — возмутился Усейн видя в уголке обложки знакомые иероглифы.       — Мне кажется ты обостряешь внимание не на тех вещах. — беззаботно бросил Данте пожав плечами. — К тому же… — его прервал звук с которым злополучная книга шлёпнулась на пол, упав между ними будто камень преткновения.       — Мне плевать, что говорите вы или эта дурацкая книга. Я не позволю вам вести себя так по хамски!       Данте смотрел на своего ученика оценивающим взглядом, пока сдерживать смех не стало слишком сложно.       — Боже, ты просто очарователен. Так же очарователен как и Волчонок в молодости. — его смех наконец стих и на удивление он стал серьёзным. — Ха-ах, но тебе стоит побеспокоиться о том, чтобы наш пациент не сбежал от нас пока мы спорим. — он указал за спину своего ученика на Зонтика о котором кажется все забыли и который неудачно пытался перелезть через бортики ванной.       — Господин Зонт, погодите. — Усейн оббежал ванную и подал руку ещё ощущавшему слабость Зонту. — Позвольте вам помочь.       — Не стоит. Я бы и сам справился… — звучал он уверенно, но голос был довольно слабым. Это вызывало в Усейне беспокойство. — Я не хотел вам мешать.       — Простите, за то что мы тут устроили. — Усейн немного покраснел смотря на молочную кожу молодого парня, что сейчас едва не падал от усталости или тех трав, которые подмешали ему в чай. Но сейчас он уже более менее уверенно стоял на ступеньках, пусть и придерживаясь за край ванны. — Но я обещаю, что он не…       — Так давайте побыстрее. — воскликнул из неоткуда появившийся Данте, что сейчас стоял на бортике ванны. И тремя быстрыми движениями он накинул на Зонтика, неизвестно откуда взявшийся халат, обхватил его поперёк талии и подхватив на руки перемахнув через своего ученика и направился к стоящей в углу скамье.       Зонтик только, что-то невнятно забормотал и постарался оттолкнуть от себя не вызывавшего доверия мужчину, но это не потребовалось. Вскоре его усадили на лавку и стали торопливо приводить в надлежащий вид. А именно помогать одеть и завязать халат.       — Я м-могу и сам… — тут же запротестовал Зонтик. — И вообще в-вы не должны…       — Да не буду я трогать тебя без необходимости. — заверил его Укротитель сосредоточившись на завязывании слабого узла на чужом животе. — Лучше оставлю изучение твоего тела твоему ненаглядному. — он неоднозначно улыбнулся и Зонтик потерял всякое желание продолжать спорить. — А сейчас не сбивай меня со счёта.       Укротитель положил обе руки на пульс на руке и шее своего пациента, так будто пытался нащупать пульс. И просидел так около двух минут. Зонтику и Усейну было интересно, что же происходит, но они оба не могли сделать ничего кроме как смотреть. Пока наконец Данте не поднял задумчивый взгляд на Зонтика и не сказал.       — Если не считать погрешности бьётся вместе с пульсом. — после этих слов он осторожно взял того за голову и настойчиво посмотрел в его глаза. — Они у тебя с рождения голубые?       — А? Ну да… — после этих слов его отпустили и Данте зачесав волосы назад выдохнул и задал вопрос, скорее сам себе, чем кому-либо другому в комнате. — Может ли это быть врождённая предрасположенность? Голубоглазый? И ведь если подумать, голубоглазых среди экзорцистов не так много, а огонь… у него он тоже искренний и чистый, так же как и глаза.       — Может, дело в характере? У меня на родине говорили, что с голубыми глазами рождаются те, кто был чист душой в прошлой жизни.       — Интересное предложение Усейн, но в следующий раз постарайся говорить и думать только когда тебя спросят.       — А?.. но я…       — Тихо. Я думаю. — осадил его старший укротитель. — Зонтик. Как ты относишься к демонам?       — Чт-? Что вы?..       — То и имею в виду, что скажи, что ты чувствуешь по отношению к другим демонам. И это касается не только Пика. Постарайся отвлечься от его «Великолепного образа» и скажи, что ты чувствуешь.       Вопрос казался странным. Что он чувствовал по отношению ко всем остальным? Но они были ему незнакомы. Но не смотря на это он думал, что они не плохие, ну не все из них. Может быть в этом состоит ответ?       — Ну я думаю мне их жаль и я не могу их ненавидеть. Даже по отношению к госпоже Шике, я перестал испытывать ненависть как только увидел с чем столкнулась моя семья перед смертью. Она не была похожа на того, что хотел убивать, а больше на больное животное, что страдало и неосознанно делало больно другим. Я не знаю, что тогда на меня нашло, но я пожалел её. Теперь зная как обстояли дела на самом деле я считаю я тоже почувствовал, что ей так же больно как и мне и я стал молиться за её упокой. Потому как почувствовал, что души в ней уже нет. А осталась только пустая оболочка…       Зонтик прервался, но Данте просил продолжать одним настойчивым взглядом.       — Я… я не знаю как сказать…       — Говори как есть.       — Это была как пустая оболочка от любви. Ничего, что бы несло радость. Только страдания, жертвы и ложь. Но она любила и мне кажется, что я слышал как она шептала что-то о предательстве. — Зонтик схватился за голову, надеясь, что на самом деле он не сходит с ума. — но следующие слова Данте его как не странно успокоили.       — Твоя правда. — спокойно произнёс Данте кивая будто подтверждая чужие слова. — Я не так осведомлён в делах правителей Бездны. Но я точно знаю, что Шика за свою жизнь настрадалась как раз от предательства в любви. Последней каплей для неё стало то, что её жених изменил ей с её сестрой прямо в день перед свадьбой. Развязка у этой истории печальная. Но как итог её поглотило отчаяние и проклятье от следов которого она не могла избавится до самого момента рассеивания. Как и все демоны она очень страдала от того, что пережила в прошлой жизни.       — Как и все? Значит и другие?..       — Да. Все разумные демоны это просто люди, что пережили ужасную травму в жизни. И в тот момент когда они были наиболее уязвимы их и поразили проклятья, создания чистой ненависти, что и заставляют, их становиться жестокими. А на деле… — Данте отвернулся горько усмехаясь. — Они страдают не меньше тех, кому по итогу причиняют боль.       — Но тогда нужно же что-то сделать. Искупить их вину и как и с госпожой Шикой.       — Что с госпожой Шикой? — Данте повернул на Зонтика тяжёлый взгляд и вопросительно склонил голову набок. — Она была уже не в себе. Но большинство из живущих здесь демонов ещё в своём уме. Когда они попадают сюда их ярость со временем утихает. Так и происходит, что здесь под началом Императора и Восьми Корон они живут жизнь которую у них отняли. Конечно сюда так же попадает всякий сброд, но его держит в узде железная хватка Короля.       Зонтик опешил. Что же тогда получалось?       — Ты сейчас предложил отнять вторую жизнь у тех, кому выпал шанс прожить её так, как они хотят?       — Но ведь это страдания… — сказал уже более не уверенный в своих словах Зонтик.       — Если только они не справляются сами. Но на этот случай есть мы или в крайнем случае экзорцисты. А ты… что-то среднее. Милосердный убийца.       — Я не убийца… я…       — Смотри на это проще. — перебил его Данте, решив привести пример. — Для экзорцистов демоны и проклятья это одно и тоже. Зараза которую нужно вырезать. Для укротителей это зараза которую нужно изучить и по возможности вылечить. - он прервался беря руки Зонтика в свои и развернув их ладонями вверх, будто показывая их чистоту, продолжил. - А у тебя уникальный подход. Ты разделяешь демонов и проклятья. Для тебя первые будто животные поражённые этой самой болезнью. И ты можешь их вылечить или же безболезненно отпустить. Всё зависит от ситуации, и одного верного решения для всех не существует. И ты только должен стараться, чтобы не пришлось поступаться своими принципами. Поэтому просто живи и учись дальше.       — Но как если я не знаю об этом ничего?! — воскликнул Зонтик подрываясь с лавки. Куда впрочем его тут же усадили.       — Не кипишуй. Дело тут за малым. Принять циркуляцию в своих венах и позволить пламени вырваться наружу по своему зову. Попробуй. — Данте сделал жест рукой предлагая просто попытаться.       Зонтик посмотрел на свои руки и постарался сосредоточиться. Но лишь почувствовал как от напряжения в его голове сильнее забился пульс. Только он хотел сказать, что он не может как ему по лбу прилетел щелбан.       — Слишком много думаешь, это никуда не годится. — Данте покачал головой уперев руки в бока. И на уязвлённый взгляд Зонтика только сказал. — Давай через не могу.       — Ну хоть подскажите мне что делать.       — «Течение по которому течёт лодка — никогда не оснановится по желанию того кто управляет лодкой» — без дальнейших пояснений сказал Данте.       Непонятно к чему это было, но Зонтик задумался. Раз уж это совет, то он что-то да значит. Поэтому Зонтик снова посмотрел на свои руки, но размышляя уже более спокойно. Выдохнув и просто сосредоточившись на своих чувствах, он буквально ощутил, как нащупал нужную нить. Руки и правда ощущались как что-то, что пропускает сквозь себя течение не только крови, но и чего-то тёплого. Был ли это тот внутренний огонь? И значит ли это, что он как и река или его собственная кровь не остановятся даже если он захочет, а просто продолжат своё течение. Он знал, что вся вода рано или поздно проходит путь по тем же рекам снова, путешествуя по круговороту жизни. И подобно его собственной крови, что тоже переливается в его теле по кругам кровообращения огонь будет течь так, пока он жив? Но как тогда ему выпустить его наружу? Может его желанию, будто лодке просто нужно выбрать курс к берегу, к которому он хочет причалить и просто. Приложить силы на то, чтобы лодка остановилась независимо от течения?       Стоило ему об этом задуматься как на его руках пламя зажглось само собой. Сложенные в чашу руки, будто для того, чтобы набрать в них воды стали наполняться теплом и светом, пламя разгоралось, но оставалось спокойным. Зонтик почувствовал, что оно резонирует с его чувствами и спокойно теплится на ладонях будто желая согреть своего хозяина или осветить ему путь. Зонтик слегка улыбнулся, пламя в его руках отозвалось мягким свечением и задорно качнулось. Но от созерцания этой картины его отвлёк восхищённый вздох со стороны Укротителя.       — Вау. Ты и правда это сделал.       — Вы настолько не были уверены во мне? — Зонтик почувствовал укол вины за то, что возможно он и правда не выглядит как способный ученик или тот, кто может подчинить такую силу себе, но ответ его удивил.       — Да я в принципе был уверен, что не получится. Даже у экзорцистов первый раз когда прорезается их огонь должен строго контролироваться. А без помощи наставника вообще сложно что-то уловить, ведь зачастую с этим не возятся, а просто помогают огню ученика пробиться с помощью огня более опытного наставника.       — Что? Но это же…       — Хей, не волнуйся. То, что ты сам понял как это делать сыграло тебе на руку. Ведь в твоём случае помощи наставника ждать нельзя и свой путь тебе придётся пробивать самостоятельно. Но тебе не о чём беспокоится. Ты куда более талантлив чем может показаться. Возможно это всё дасться тебе легко стоит только захотеть. Если приложить к этому достаточно сил и упорства, то всё пойдёт как по маслу. Но главное для себя решить, зачем ты это делаешь.       Зонтик задумался. Посмотрев на свои руки на которых мягко догорало плямя он сжал кулаки будто желая его погасить, но он только решительно поднял взгляд на Укротителя и раскрыв ладони зажёг огонь с новой силой, сказав.       — Я хочу быть полезным Господину Пику. Чтобы отплатить ему за его доброту, я сделаю всё чтобы он не пал от проклятий и не страдал из-за них.       — Отлично. Похвальный энтузиазм, но не расходуй пламя понапрасну. Силы в твоём возрасте, без специальных тренировок плохо восполняются. Как бы не свалится от истощения.       — А… а что это возможно?       — Скорее всего. Вот укротители на этапе посвящения и вовсе не должны пользоваться силами иначе… — его прервал грохот и Зонт только сейчас понял, что они забыли о Усейне, а тот кажется отрубился, но волнения на лице его наставника не было и следа. — Вот всегда так. Делают что-то не зная принципов, а потом мрут как мухи. — Данте с недовольным лицом развернулся и направился в своему ученику, на руках которого ещё виднелись полосы света. — Я слишком стар для этого.       — Вы преувеличиваете. — поспешил заверить его Зонтик, надеясь смягчить возможную злость и разочарование, следов которых правда пока не замечал.       — Да нет, четвёртый век это такой возраст когда нужно уже остепениться и подумать о том, кто продолжит твоё дело. И постараться по возможности его не потерять. — он вернулся к Зонтику с Усейном на руках и присел перед ним на полу. Уложив своего ученика на своих коленях. — А это до ужаса сложно когда тебя выдёргивают из спокойной среды и ученик балда творит фигню не подумав. — он тяжело вздохнул, но после этого ласково огладил волосы младшего укротителя. — До чего же тяжело растить таланты.       — Вы?..       — Я не злюсь. Просто раздражён, но не более. — Данте вздохнул и снова принял умиротворённое выражение лица. Можешь тоже считать меня бесчувственным, но я не вижу смысла распыляться на лишние эмоции.       — Вы не бесчувственный. Просто рассудительный. — Зонтик слабо ему улыбнулся. Чужие переживания были ему знакомы, собственного брата волновала подобная проблема. — Но проживать эмоции стоит. Они как и боль помогают лучше понять границы безопасности и комфорта. Чем жертвовать никогда не стоит.       — Хах, ну ты у нас тот ещё эмпат. Но вот мне это уже давно чуждо.       — А вот и нет! — Зонтик посмеялся прикрыв рукой рот. — Я уверен что Усейн в надёжных руках. Ведь вы заботитесь о нём даже несмотря на то, что по прежнему заняты.       — С чего такие выводы?       — Ваш огонь горит так будто вы пытаетесь его согреть. Может это потому, что ему сейчас нужна поддержка от наставника, но мне кажется вы могли бы этого не делать.       — Да-а, я просто знаю, что если этого не делать, процесс может затянуться. — Данте отвёл взгляд теперь смотрел на своего ученика. — И вообще истинный взор, это не игрушка. Не используй его, чтобы подсматривать за чужими секретами.       — Н-ничего не могу с этим поделать… Это просто происходит…       — Ну для всего есть причина. Даже для пробуждения способностей. Например, внутренне ты можешь просто тянуться к знанию того, что происходит вокруг тебя и с окружающими людьми.       — Ах-хах, ну хотелось бы научиться чему-то более полезному.       Зонтик спрятал взгляд, немного стыдясь своей беспомощности. А Данте усмехнулся. Удивительно как Зонтик не почувствовал его намерений, но когда тот предложил научить его одному трюку который осваивают все ученики, он с радостью согласился.

・ ・ ・

      Пик сейчас стоял у входа в купальню. Было интересно что там происходит, и он пришёл сразу как Мар сказала ему, что с водными процедурами они закончили. Как объяснил сам Данте ванна поможет привести температуру тела в порядок. Но причину почему это вообще произошло он не назвал. Ясное дело, он понял, что или точнее кто виноват. И пытался сейчас исправить свой косяк. С чего ещё такое рвение? Данте никогда не был особым энтузиазтом, а видеть его настолько взбудараженным Пику приходилось всего несколько раз. И это были одни из его самых неприятных воспоминаний.       «Если он что-то сделает с Зонтиком я его придушу. Плевать, что после его смерти возможно долго не протяну. Но если он загубит мою последнюю надежду я его…» в этот момент он отдёрнул в сторону сёдзи и предстал перед такой картиной.       Зонт, Данте и этот служка которого попросил притащить к нему этот недо-целитель, сидели в окружении голубых огоньков. И было понятно чьих рук это дело. Сам же виновник только посмеивался с того как очередной огонёк слетал с его ладоней и будто оторвавшаяся кувшинка отправлялся в свободное плаванье. Сам же Зонт не сразу заметил как в эту атмосферу спокойствия ворвался Владыка. Но увидя его в дверном проёме только сильнее улыбнулся. Пик же… поймав себя на том, что видимо какое-то время улыбается сам, только отвернулся оглядывая обстановку.       — Как обстоит ситуация с его здоровьем?       — Оу, со мной всё хорошо. Смотрите Данте-сама показал мне как…       — Я спрашивал не у тебя.       Пик сам не понял как и зачем это сказал. С одной стороны это уже как рефлекс отчитывать возникающих подданных, но вышло это совсем не так как обычно. Не было этого приказного тона, и рычания, что щекотало нервы даже особо смелым. Даже глаза его не загорелись красным, показывая, что лучше не спорить. И Пик почувствовал только стыд. Не понятно только, от неудавшейся это угрозы или от того, что Зонтик всё равно поник от его слов.       Они оба больше не смотрели друг на друга и неизвестно сколько бы это продолжалось, если бы не вмешался Данте.       — Ладно голубки, ворковать будете когда останетесь на едине. — сказал он и пока Пик не осознал, как его назвали, тут же продолжил. — А пока что, Пик подойди я оставлю тебе все нужные предписания и мы пойдём.       — Тц, с чего ты решил, что сможешь уйти не объяснившись, почему это вообще произошло. И вообще у меня к тебе серьёзный разговор, о том как… — он внезапно остановился не став договаривать.       Дело было в огоньках, что слетались на него как мотыльки летят в огонь. Останавливаясь будто присматриваясь, но после этого изчезая так будто впитываясь в кожу, проходя сквозь одежду. Странное чувство спокойствия вдруг окутало Пика. Как и когда он зашёл в комнату его гнев поугас, а теперь даже затаённое желание расправы внезапно исчезло. Сейчас он чувствовал себя на удивление легко. Поэтому выдохнув он просто махнул рукой и открыв портал кинул безразличное.       — Просто уходите пока я не передумал.       — Большое спасибо за гостеприимство, но думаю дальше вы уже сами.       И они скрылись. Пик ещё какое-то время смотрел им вслед. Но после перевёл взгляд на Зонтика и двинулся к нему с нечитаемым выражение лица.       — Господин, простите… не хотел встрявать в ваш разговор… да и то, что огоньки так на вас подействуют... я... я не ожидал… — но его просто обняли. Не стали отчитывать, а просто прижав к холодной груди стали поглаживать по голове.       — Как я рад, что с тобой всё в порядке.       — Г-господин… кажется вы не в себе…       — Всё хорошо… я просто волновался, за тебя… — не успел Зонтик понять как это случилось, но они уже были в его комнате. И Владыка усаживал его на кровати. — Не пугай меня больше так Лягушонок. — он оторвался от молодого экзорциста и его глаза на секунду озарились пониманием. Но он не стал что-то предпринимать, а просто направился к выходу. Уже в дверях бросив. — В следующий раз будь осторожнее.       Зонтик так и остался сидеть на своей кровати став только беспокойно расчёсывать руками волосы выбирая из них кусочки веточек и трав оставшихся после приёмма ванны. По его лицу было понятно о ком он думал, но вот мысли самого Пика оставались загадкой даже видя, что он чувствует, он не мог понять, что же за тоска омрачала сердце Владыки и почему… ему она казалась такой знакомой.