Часть 2

Был теплый летний день. Мефод как и во все предыдущие дни шел протоптанной дорогой к месту работы. Городу в котором он обитал от дня своего рождения, не посчастливилось стать приграничным между двумя кусками одной страны. Он остановился неподалёку от сада как раз росшего возле решетчатой стены, что перерезала город пополам. По одну сторону оной обитали дремучие невежды своих предпочтений, привязанные к эгрегорам под властью глобального предиктора. По другую же был весь остальной "осознанный мир", гуманистов, правды, добра, жизни по совести и предопределению, под мудрым надзором психологов и внутренних предикторов. Таково было официальное обозначение. Мефод подошел по ближе к стене, достал ножницы и начал срезать поросли. Это входило в часть его работы. Через несколько минут, за стеной послышались шаги. "Вот он, вот он! Полюбуйтесь люди – это же раб глобального предиктора" – услышал Мефод знакомый голос. Он поднял голову и увидел лицо своего старого знакомого, друга детства, с которым он сидел за одной партой и играл, но по несчастью друг жил в противоположной части города и в дальнейшем это страшно сказалось для них обоих. "Доброе утро Петя. Как жизнь? " – спросил Мефод у знакомого. "Я с мясоедами не разговариваю!" – хмыкнул знакомый надменно, и погодя проговорил: "и вообще, я не Петя, а Роднослав, запомни, а то вижу ты совсем уже память потерял от животной пищи? Праной питаться надо, праной!". "Ты зачем ко мне подошел вообще? Ты же не разговариваешь с нами, а?" – спросил Мефод по доброму. "Не твое эгрэгорское дело, хочу и говорю. Жить надо по обстановке ясно?" – протянул Роднослав язвительно: "знаешь что? А меня ведь во внутренний предиктор нашей планеты приняли, вот так! Я рос на глазах и теперь я "человек наместник"! А кто ты, ты кто? А? Ты сам хоть раз об этом задумывался? То-то! Вот так и вы будете здесь сидеть да жрать свое молоко с мясом бедных животных и рыб, пока все не станете рабами глобального предиктора! А мы умрем как мученики… ой, тьфу, то есть, а мы станем все психологами и познаем ведическую мудрость, потому что с нами правда! Вот так и еще… эм…" – у Роднослава начал заплетаться язык и он бубнил какие-то непонятные слова. Но Мефод не слушал бывшего друга. Он собрал скошенную траву в мешок и понес ее к трамвайной остановке. "Что, все ездите на своих убийственных трамваях? Вы самоубийцы, ха-ха – захохотал Роднослав в след Мефоду: Трамваи придумали рептилоиды! Это же рельсы, как две резаные раны на руках. Из-за трамваев все кончают самоубийством, как психологи говорят!". Роднослав еще долго кричал какие-то глупости, но старый, бывший друг не слушал его, и после сел на подъехавший трамвай и скрылся. Роднослав постоял еще с пару минут у забора, выискивая новых жертв для дразнилок, но как назло с той стороны больше никого не проходило мимо. Тогда он вспомнил, для чего вообще вышел из дому и поскорее устремился в пункт следования. Роднослав шел в посольство Концептуального СССР, у него как раз созрел гениальный и одновременно безумный план, но все-таки соответствующий сути концептуальной доктрины. Здание посольства КОБ СССР было обустроено в здании бывшего политехнического института выполненного в стилистике классицизма. Пробираясь по ступеням из оранжевого гранита Роднослав прошел в ворота посольства и направился к главному жрецу родных богов, который отвечал за связь с внешними странами. "Можно войти товарищ?" – постучался в кабинет жреца Роднослав. "Что у вас товарищ? И почему вы не на собрании внутреннего предиктора планеты?" – отвлекся от йоги жрец Психомир. "Я как раз оттуда, и у меня, вернее у наших товарищей возникла идея – начал рассказ Роднослав: как известно наша планета давно стала концептуально просвещенной. Но есть один уголок на ней, где до сих пор подчиняются порабощавшим принципам глобального предиктора! И мало того, они едят мясо, молоко, рыбу, пьют вино и квас. Там ездят на трамваях и самое страшное, там же нет ни одного психолога! Я и доверенные мне люди, не только "эгоисты" но и в том числе и "люди наместники" неоднократно там бывали! Поэтому я знаю о чем говорю". "Значит вам нужно направить туда тайных психологов, а может быть и группы "наместников" в зависимости от тяжести случая, так сказать" – хмыкнул Психомир. "Мы же все это делали. Но они выгнали всех наших психологов, и даже своих тоже!" – проговорил Роднослав тревожно. "Что?!! Они выгнали психологов?!!" – от злости жрец подскочил на месте. "А еще они ездят по рельсам и пользуются котельными, с длинными трубами! И среди них до сих пор живут эти, странные существа - спарки" – продолжил Роднослав испуганным голосом: "и неизвестно, что они показывают в кинотеартах? Возможно аниме или мультики про антропоморфных животных!". "Ужас!" – закричал Психомир испуганно. Он повалился на стул и протер платком набежавший пот. "Бедные, несчастные жители Восточной Ираллии, бедные дети!" – всхлипнул Психомир. "Но и это не все. Как нам стало известно, в Восточной Ираллии все еще придерживаются веры, что была у нас до прихода концепции, и не хотят возвращаться к почитанию родных богов!" – заявил Роднослав. "Ну это уже ни в какие рамки! Нужно принять решительные меры, такова обстановка!" – вскрикнул жрец топая ногами. "Вот именно! Поэтому я и пришел к вам. Под моим руководством внутренний предиктор нашей планеты разработал план. Надо провести операцию по принуждению Восточной Ираллии к концептуальному просвещению! Но для этого нам нужна помощь. И я бы хотел, чтобы вы запросили ее" – сказал Роднослав. "Ну разумеется, сейчас я так и сделаю!" – воскликнул жрец. Они вместе вышли из кабинета и поспешили к пункту связи, который располагался сразу в посольстве. Психомир снял обувь и погрузил голые ноги в таз с водой. К тазу с боков были примотаны синей изолентой куча психотронных генераторов, а к ним еще другие психотронные генераторы, тоже изолентой. Он надел на голову шлем с антенной торсионной связи, до того длиннющей, что она касалась другим концом потолка. Психомир сел в кресло, растопырил пальцы рук и начал крутить ладонями возле висков, посылая сигналы связи. "Сейчас я передам все что вы сказали, а вы оставайтесь здесь, чтобы поправить если я что-то забуду" – сказал он Роднославу.