Часть 3

Концептуальный СССР был невообразимо большим звездным государством. За первые века существования, получившими название в хрониках "Битва концепций" десятки миров были концептуально просвещены и влились в единую семью соратников. За последующие полторы тысячи лет, концепция только расширялась, пускай и не такими темпами. Централизованная административная система, региональное деление и статусы планет, формы правления – все это не подходило под описание Концептуального СССР. Формально многие планеты были как бы независимыми существующими в единой идеологической и правовой системе, без конкретного центра управления. Были и отдельные страны, что де-факто были независимыми, но находились в унии с КОБ, имея общий строй жизни. Почти полсотни планет, и еще несколько звездных стран были связаны общими смыслами концептуальной безопасности. И все же при столь странном и с виду хаотичном устройстве, КОБ нуждался в слаженной связи между планетами. Разбросанные на многие световые годы, стандартная радиосвязь от планеты к планете, заняла бы несчитанные лета. Выход был найден еще в самом начале формирования Концептуального СССР. Торсионное поле. Именно оно было краеугольным камнем в вопросах развития концептуальной индустриализации. О торсионном поле говорили психологи, о нем писали изобретатели здоровьесберегающих технологий, многие книги ВП СССР были посвящены именно ему. На торсионное поле ссылались, использовали как тезис и аргумент, все базовые аксиомы о мере и морали упирались в торсионное поле. При этом, в концептуальной доктрине не было точного и объяснения сути природы торсионного поля. Оно воспринималось как случившийся факт, который невозможно опровергнуть. Все объяснения сводились к аргументам, в основе которых лежали тезисы, ссылающиеся на аксиомы, выведенные ВП СССР, на основании своих собственных убеждений. Но при всей своей необъяснимости, генераторы торсионного поля имели невообразимо широкое применение. В том числе и для связи. Если говорить максимально простым языком, такая связь была подобна натянутой нитке с нулевым растяжением, что перемещала соединенные с нею рычаги. В качестве "рычагов" выступали торсионные антенны, а в качестве "нитки" торсионное поле. Поэтому сообщение Роднослава быстро разнеслось по концептуальной связи и на него, как предписывалось по доктрине КОБ, откликнулись ближайшие планеты СССР. На помощь немедленно отозвались пара, стандартно концептуальных планет, планета демонических эгоистов, а также одна планета карикатурианцев. Колеса трамвая гулко постукивали по рельсам. Мефод с бригадой рабочих как и каждый день двигались к своему месту работы. Завод органического синтеза был из тех немногих предприятий в столице, что занимались какой-никакой промышленностью. В те времена, когда на планете еще не было ни одного психолога и даже самого понятия "психология" на ней были и другие заводы. Но с приходом концепции и переходом на общественно безопасное производство, вся промышленность почти была ликвидирована или заменена на содержащую торсионные генераторы. Мефод вышел из трамвая. По пути ему встретился его двоюродный брат Косним. Косним остановился, пошарил глазами и ухватил Мефода за рукав, заставив его остановиться. "Ты чего, Косним?" – спросил Мефод рассерженно: "Я на работу иду, не видишь?". "Я тебе сейчас скажу кое-что, как единственному человеку, кроме мамы, она в курсе. Только не говори никому, пока" – сказал Косним и отвел его в сторону. "Слушай - сказал он посмотрев по сторонам: похоже наш городской поп в сговоре с этими пришельцами?". "Хватит Косним. Тебе уже больше двадцати, а ведешь себя как дите" - отмахнулся Мефод. "Говорю как есть! Он вчера после Службы рассказывал нам, о том, что все страдающие сами виноваты в своих бедах, и каждый нормальный человек должен испытывать отвращение к ним! Психологи, когда их еще не турнули отсюда, говорили то же самое!" - возразил Косним. Но Мефод не хотел его слушать и повернул в сторону завода. "Да постой ты, я же" - кричал Косним пытаясь остановить родственника. "Да мало ли. Здесь пока были психологи, наши люди от них и понабрались дури. Это еще не значит, что они в связях с КОБ. А теперь не задерживай меня!" - высказал Мефод. "Это еще не все. У меня предчувствие, что кобовцы задумали что-то. Я не знаю, что, но чувствую" - гомонил он в след Мефоду, но тот давно удалился. На заводе было много народу, и все они работали. Мефод подошел к химическому тиглю всыпал туда содержимое корзины, а затем начал крутить вентили и нажимать на кнопки. Туда опустились два электрода и содержимое тигля запенилось. Работа кипела и думать о заговорах было попросту некогда да и не кому. "Тоже мне. Я их предупредить пытаюсь, а они заняты больше работают, чем своим спасением" - ворчал Косним идя по улице и пиная камешки ногами. Он понимал, что наступит такой момент, когда все же придется вступить в прямое столкновение с концептуалами, и чем скорее его сограждане буду готовы к этому, тем меньше потерь они понесут, а быть может даже и выбьют КОБ со своей планеты. Но как донести это людям? Прогуливаясь по улице, Косним обдумывал, как бы найти единомышленников, и подыскивал боковым зрением потенциальных союзников, таких же как он. В первую очередь он старался выискивать спарков. Косним помнил о событиях минувших лет, о том как концептуалы и психологи обращались со спарками не различая правых и виноватых. Поэтому именно спарков Косним рассматривал как потенциально эффективных союзников в борьбе с КОБ. Но, к сожалению, из всех них, немногих кто обитал в столице, Косним был в дружбе лишь с одним. Другое дело Спаркград, но отношение Иларии с этим городом-государством были давольно натянуты. "Все это возможно, но вот чем дать отпор врагам? Эх, а ведь у нас столько старых заводов ОСТАВЛЕННЫХ, оборудование там целое. Столько оружия наделать бы, и техники – сам себе сказал Косним: ух и дали б мы тогда кобочне! Глядишь и планету бы освободили" В какой-то момент его внимание привлекло движение в небе. Что-то мелькнуло очень далеко, за облаками, возможно даже в космосе. Косним остановился и долго вглядывался в небо. Но там больше ничего не было. В это же самое время, за пол миллиона километров от "ИРАЛИИ" остановились несколько кораблей Карикатурии, авангард интервенционных сил. Именно их и увидел Косним, точнее выброс останавливающихся двигателей. Все они были окрашены в желтый цвет и имели форму сильно сплющенных перевернутых конусов, диаметром в 500 метров. На кроях карикатурианских кораблей мигали оранжевые и красные опознавательные лампочки. Это были фрегаты. Они остановились и запустили маневровые реверсы. Вскоре часть из фрегатов опустилась и начала вход в атмосферу. Другая часть кораблей развернулась медленно и устремилась ближе к экватору, чтобы атаковать с уже захваченных территорий.