Глава 13. Дом Блэквестов.

2007 год Дом Блэквестов стоял на окраине небольшого пригорода, типичный маггловский дом: аккуратная лужайка, светлая кухня, мягкий ковёр в гостиной. Ничего примечательного или опасного. Маргарет Блэквест сидела на полу в детской, прижимая к груди кружку с давно остывшим чаем, её руки дрожали, она не плакала: слёзы закончились час назад, когда лампа над кроваткой взорвалась, осыпав стеклом стены, но не задела ребёнка. Ребёнок спокойно лежал. Нора не плакала. Она вообще редко плакала, и это сначала казалось благословением. Сейчас же тревожило. Девочке был год. Она смотрела большими внимательными глазами и тянулась к воздуху, где ещё минуту назад дрожало нечто невидимое. — Это… это не может быть просто короткое замыкание, — прошептал Том Блэквест, стоя в дверях. Он говорил тихо, будто боялся, что кто-то услышит. — Я проверил щиток, всё было в порядке. Маргарет не ответила, она смотрела на руку Норы. Кожа ребёнка слегка светилась. Не ярко, а так, будто под кожей медленно гас уголёк. — Мне кажется, — голос Маргарет дрогнул, — это делает она. Том сделал шаг назад. Он любил эту девочку. Любил с той секунды, как взял ее на руки, любил ее так, как умеют только те, кто долго не мог иметь детей. Но сейчас в его груди поселилось что-то чужое. — Мы не сможем… — начал он и замолчал. — Мы не сможем объяснить это врачам? — Они уже сказали, что она здорова, — резко ответила Маргарет. В этот момент Нора вдруг сжала пальцы. Окно в детской треснуло. Оно не разбилось, но стекло пошло паутиной, как от удара изнутри. Маргарет вскрикнула. Том подбежал, схватил дочь на руки, и в ту же секунду всё прекратилось. Тишина накрыла дом, густая и тяжёлая. Маргарет закрыла лицо ладонями.

***

Звонок в дверь прозвучал ровно в тот момент, когда Маргарет подумала, что больше не выдержит. Она никого не ждала. Женщина на пороге выглядела странно: слишком спокойно для дождливого утра, слишком собранно. Она выглядела, как обычный человек, но что-то в ее манере держаться выдавало какие-то старомодные повадки. Тёмные волосы убраны назад, взгляд внимательный. — Добрый день, — сказала она мягко. — Мне сказали, что у вас… могут быть трудности с ребёнком. Том нахмурился. — Кто сказал? Женщина посмотрела на дом, на окно с трещиной, на слабый след магии, который магглы не могли видеть, но она чувствовала кожей. — Я, — ответила она. — Не так давно. Маргарет побледнела. — Вы… из службы опеки? — Нет, — та покачала головой. — И не из полиции. Я здесь не затем, чтобы отобрать у вас ребёнка. Она сделала паузу. — Я здесь, потому что, если вы не позволите мне помочь, всё станет гораздо хуже. В детской Нора вдруг засмеялась. Тонкий, тихий смех, и воздух снова дрогнул. Гостья закрыла глаза на секунду. — Она сильная, — сказала она. — И очень напуганная, даже если вы этого не видите. — Что с ней? — хрипло спросил Том. Женщина посмотрела прямо на него. — Она волшебница. Тишина. Маргарет рассмеялась почти истерично. — Вы… вы из секты? — Нет, я из мира, о существовании которого вам рассказывали, но вы на время об этом забыли. Маргарет никогда так не делала, она не впускала в дом незнакомцев, но сейчас она отошла в сторону и впустила незваную гостью. Та прошла по коридору, вошла вдесткую так, словно бывала в этом доме уже не раз, и опустилась на корточки перед Норой, не касаясь её. Магия в комнате успокоилась. Маргарет взволнованно посмотрела на мужа. — Что будет дальше? — спросила она. Женщина подняла взгляд. — Если вы согласитесь — я научу вас, как жить с этим. Как защитить её и как сделать так, чтобы она не разрушила себя… и вас. Она помедлила. — Но однажды ей всё равно придётся уйти в мой мир. Нора потянулась к ней и впервые — осознанно — коснулась чужой руки. И магия не вспыхнула.

***

Нора проснулась раньше обычного, это стало заметно не по плачу или какой-то возне в детской, эта девочка почти никогда не плакала по утрам. Просто в доме что-то изменилось: воздух стал плотнее, словно перед грозой, и лампа в коридоре мигнула, хотя выключатель никто не трогал. Миссис Блэквест застыла на кухне с чашкой в руках. — Опять, — тихо сказала она. Нора сидела в кроватке, держась за деревянную перекладину. Глаза широко раскрыты, взгляд сосредоточенный. Она не улыбалась, не тянула руки, не звала, а просто смотрела в пространство перед собой. И это пространство ей отвечало: плюшевый заяц, оставленный на полу, медленно перевернулся, будто кто-то осторожно подтолкнул его невидимой рукой. — Нора, солнышко… — миссис Блэквест поставила чашку на столешницу с громким звуком, подошла ближе, стараясь говорить спокойно, как будто это имело значение. — Всё хорошо. Мама здесь. При слове «мама» Нора моргнула, и давление в воздухе ослабло, заяц упал обратно, лампа в коридоре погасла окончательно. Миссис Блэквест выдохнула. Она часто ловила себя на том, что задерживает дыхание рядом с дочерью. Она не понимала, что ею двигало: страх за себя или за дочь, порой за такие мысли ей бывало стыдно. Ближе к полудню в дверь снова постучали. — Сегодня утром? — спросила волшебница вместо приветствия. — Да, — кивнула миссис Блэквест. — Не сильно. Андромеда сняла пальто, повесила его так аккуратно, будто собиралась остаться надолго. — Можно? Она прошла в детскую, после того как смущенные родители одновременно кивнули. Нора сидела на полу, возясь с кубиками, один из них медленно дрожал, будто отдалённо откликаясь на её настроение. Женщина опустилась рядом, не касаясь ребёнка сразу. — Ты сегодня серьёзная, — тихо сказала она. Нора подняла на неё глаза. И в этот момент миссис Блэквест снова почувствовала то странное, необъяснимое ощущение: будто между её дочерью и этой женщиной существует что-то большее, чем просто знакомство. Кубик перестал дрожать. — Вот видите, — сказала она, не глядя на родителей. — Она реагирует не на предметы, а на состояние. — Это… нормально? — спросил мистер Блэквест. Он всегда задавал этот вопрос одинаково. И каждый раз надеялся на другой ответ. Андромеда помолчала. — Сейчас да, но это не то, что раньше видели у детей. Она провела ладонью над Норой, не касаясь, но достаточно близко, чтобы воздух едва заметно завибрировал. — Раньше подобные всплески возникали хаотично. Здесь же… — она подбирала слова, — магия словно ищет опору, структуру. — Это плохо? — почти шёпотом. — Это иначе, — ответила женщина. — И это значит, что за ней нужно наблюдать. Мы наблюдаем и за другими детьми тоже, проводим различные тесты и помогаем детям и их родителям справляться. — Гостья отвела глаза и немного споткнулась о последние сказанные слова. — Другими? — Том буквально выдохнул это слово. — Она не одна такая необычная? — она замялся. — В плане, я имею в виду… все эти странные всплески и неконтролируемые вспышки? У других волшебных детей тоже это есть? — Последнее время да. В Министерских списках нет вашей фамилии, иначе сова уже сидела бы у вас на подоконнике. Это объяснимо, Нора — маглорожденная девочка, вы не были участниками войны и на вас не воздействовала темная магия, поэтому ваша семья вне списков системы. Но факт остается фактом: ваша дочь подает признаки сильного магического поля, это очень странно для полуторагодовалого ребенка. И я хотела бы помочь вам, не впутывая сюда министерских сотрудников. Вечером, когда Нора уже спала, миссис Блэквест сидела на краю кровати и смотрела на дочь. Она знала каждую её привычку: как Нора морщит нос, когда засыпает, как сжимает пальцы, если сон тревожный, как почти не плачет, но иногда смотрит так, будто видит больше, чем должна. — Она ведь наша дочь, — сказала она внезапно, не оборачиваясь. — Обычный ребенок. Женщина, стоявшая у двери, не ответила сразу. — Конечно, обычный,— сказала она наконец. — Но это бывало и раньше, обычные дети становились великими волшебниками и меняли мир.