3

— Я принёс сладенькое! Звонкий голос Энджела заставил весь персонал замолкнуть на некоторое время, заставляя прислушаться к шуршанию бумажных пакетов. — Спасибо тебе большое! — постаралась как можно скорее выразить свою признательность Чарли. — Я не люблю сладкое, — хмуро отмахнулся Хаск, подпирая лицо кулаком. — Тебе я взял с горьким шоколадом, — проигнорировав высказывание бармена, Даст поставил пакет на стойку, обоятельно ухмыляясь. Это не сильно поменяло его мнение. Хотя горький шоколад не был ему противен, как любой другой, более сладкий. — А мне? А мне?! — прыгала Нифти в ногах актёра. — А тебе леденцы. Не успел он протянуть ей свёрток, как малышка тут же выхватила его в прыжке, открыв сразу. Горничная глядела на палочки с цветной карамелью, по-своему улыбаясь, будто на них были какие-то свои планы помимо еды. Торопливый топот маленьких ножек в купе с хихиканьем заставило Энджела одновременно нервничать и улыбаться. — А это принцессе, — с небольшим реверансом протянул он сладость для Чарли. — Ты так добр, — улыбка не сходила с лица Шарлотты. Было приятно видеть, как её постоялец уверенными шагами шёл к искуплению, а отель давал плоды. Даже столь незначительные жесты показывали, как он становился лучше… — А для меня ничего не нашлось? — с язвинкой поинтересовалась Вегги, без особого интереса. — А тебе — хрен с маслом! — он тут же загоготал, издевательски помахав перед девушкой оставшимся пакетиком. …или почти. Это было воспринято как вызов. Началась игра в кошки-мышки, где целью было заполучить вкусность. Чарли посмеялась со всей ситуации, находя в этом проявление их дружбы: как бы то ни было, они, словно дети, побесятся и успокоятся. Пленённая ароматом выпечки, молодая леди не стала отказывать себе в искушении, заглядывая внутрь. Там была парочка эклеров с начинкой, какие ей нравилось брать неподалёку. Уже каждый, кто знал младшую из королевской семьи, был в курсе о её любви к сладкому, а особенно очень сладкому, вроде эклеров с большим количеством сахара как внутри, так и снаружи — например, глазурь и посыпка. Разумеется, это не миновало посетителей и работников в её отеле. Даже так, юная Морнингстар продолжала нежно улыбаться, словно бы ей сделали подарок, о котором она упомянула лишь раз, но очень сильно хотела. Небольшие знаки внимания со стороны других не могли оставить никого равнодушным. — Добрый день, дорогая, — знакомый голос неожиданно послышался из-за спины. — Ал, привет! — совершенно обычно ответила девушка. Резкие появления больше не пугали её как первое время. — Энджел решил угостить нас и взял для всех нас по угощению, — юркнув рукой в пакет, принцесса достала оттуда один из десертов. — Хочешь попробовать? Немного протянутый в его сторону эклер заставил его замолчать на несколько секунд, после чего учтиво кивнул в знак отказа. — Прости, милая, я не ем сладкое. — Ох… Не знала, извини. Пирожное было благополучно отправлено обратно на дно пакета. Бледное лицо помрачнело, словно бы ей отказали не просто в маленьком укусе. Она ведь даже не знала, что Аластор на самом деле любит. Сам диктор никогда не говорит о себе, да и спрашивать об этом без повода было как-то… смущающе, наверное? Изменения в улыбке его дорогой подруги были заметны очень сильно. Это заставило его руку на микрофоне сжаться чуть сильнее. Взгляд радио-демона задержался на её пальцах, испачканных в глазури. Сама Чарли тоже обратила на это внимание. — Как неряшливо, — она издала короткий смешок. Шарлотта стала подносить ладонь к губам, чтобы слизать столь заметные шоколадные пятна на её белоснежной коже. Сцена была будоражащей для созерцания, но одного лишь наблюдения было недостаточно. — Позволь мне. Аластор перехватил руку, приближая её к себе. Чарли полагала, что он достанет что-то вроде платка и попытается вытереть её руку, как можно было ожидать от джентльмена, коим он и являлся. Никакого опасения действия мужчины не вызывали, так что и сопротивления не последовало. Рассуждения о поведении демона разбились после странного ощущение тепла на коже. Влажный язык медленно, полюбовно проходил по каждому из тоненьких пальчиков, слизывая частички шоколада. С каким-то особым трепетом Ал уделял внимание её ладони, нестерпимо съедая всю глазурь, при этом постоянно одёргивая себя не торопиться, запечатлеть каждое мгновение. Сердце бешено забилось, ударяясь о стены грудной клетки, ускоряя свой темп. Щёки принцессы залило румянцем, пока голодный взгляд рубиновых глаз поедал её без остатка. Кончик языка провёл тонкую дорожку слюны, задержавшись на костяшке одного из пальцев, последовал слегка ощутимый укус. — Ты чего?! — боль вернула ей ощущение реальности, она дёрнула руку на себя. — Прости, дорогая, — из внутреннего кармана он достал красный платок с чёрными краями. Всё-таки у него был платок! — Я не смог устоять перед соблазном. Робко взяв сложенный кусочек ткани, Чарли стала вытирать каждый из пальцев, на котором не осталось ни следа десерта, лишь слюна. — Ты же не ешь сладости, — тихо и с задучивостью утвердила Шарлотта, всё ещё смущённая и покрасневшая. — У меня всегда есть исключения. — ухмылялся демон. — Что? Улыбка диктора была неизменной. Пускай его немного дрогнувшие брови и выдавали его мысли, в которых он сам осознавал импульсивность своих действий, сожалений он не испытывал. — Я надеюсь, что этот момент останется между нами. Лёгкий поклон головы на прощание с его стороны и фигура в красном пиджаке начала отдаляться всё больше. Фрустрированная Чарли только через некоторое время поняла, что платок всё ещё у неё. Догонять смысла уже не было, Ал никогда не был там, где ты ждёшь видеть его, даже если он только что скрылся за углом на твоих глазах. — Придётся увидеться с ним ещё раз… Щёки опять заливало краской при мысли об этом, как и глядя на след от укуса.