Часть 1

Гермиона стремительно вошла в позолоченную кабину лифта Министерства, чётко отбивая каблуками такт своему ритму. На ней был безупречный темный костюм, а волосы, смиренные сложными заклинаниями, лежали тяжёлой идеальной волной. В одной руке — папка с важнейшими проектами, в другой — её верный магловский смартфон, уже ставший таким же привычным атрибутом среди сотрудников, как и волшебные палочки. Зеркало в глубине кабины поймало её отражение: уверенная, современная ведьма на пике карьеры. Импульс был мгновенным и легкомысленным, редким для неё. Она подняла телефон, поймала в кадр свой строгий, но довольный взгляд и идеальную укладку. Мягкий щелчок затвора прозвучал непривычно громко в тишине. В ту же секунду лифт с лёгким звоном остановился, и двери разъехались. На пороге, залитый светом из мраморного коридора, стоял Драко Малфой. Он был одет безукоризненно — чёрные мантии тончайшей шерсти, но в его руке тоже мелькнул тонкий блестящий прямоугольник современного телефона, который он поспешно убирал в карман. Их глаза встретились: её — слегка застигнутые врасплох, его — холодные, оценивающие, с едва уловимой насмешкой в уголке губ. Воздух наэлектризовало. — Грейнджер, — кивнул он, голос ровный, без интонации. Его взгляд скользнул по телефону в её руке. — Малфой, — отрезала она, опуская устройство и подбирая подбородок. Он шагнул внутрь, и они заняли противоположные углы, будто отгороженные незримой баррикадой. Но с шумом и болтовней в лифт ввалилась группа сотрудников из отдела магических игр и спорта, обсуждавших последний квиддичный матч. Пространство исчезло. Гермиона почувствовала, как её спину прижали к стене, а её плечо плотно уперлось в плечо Малфоя. От его мантий пахло морозным воздухом, сандалом и дорогим одеколоном. Она замерла, стараясь не шелохнуться, уткнувшись взглядом в экран своего телефона, на котором все еще был открыт сделанный селфи. Он стоял так близко, что она буквально ощущала напряжение. Когда двери наконец открылись на её этаже, она вырвалась вперёд с такой стремительностью, будто отступала с поля боя.

***

Кабинет Гермионы в Отделе по регулированию магических популяций и контролю над ними был завален пергаментами. Стеллажи ломились от томов по зоомагии, на стене висела карта мира с мерцающими метками, а на подоконнике мирно дремал небольшой кактус, который иногда стрелял колючками в неугодных посетителей. Сама Гермиона, уткнувшись носом в отчёт о незаконной торговле грифоньими перьями, делала гневные пометки красным пером. Она потянулась к кружке, сделала глоток и поморщилась. Кофе был холодным и горьким. В этот момент дверь с лёгким скрипом открылась без стука. — Я сказала не беспокоить до… — начала она, поднимая голову, и фраза застряла. На пороге стоял Гарри, который теперь был главой Аврората. Его тёмно-зелёная мантия была наброшена небрежно, а на воротнике алело чёткое пятно алой помады. Волосы были всклокочены, а на лице застыла блаженная улыбка. — Привет, Гермиона. Не занята? Гермиона медленно опустила перо. Её взгляд прошёлся по мятому воротнику, задержался на помаде. — Поттер. Ты вносишь диссонанс в мою рабочую ауру. Тут пахнет страданием и холодным кофе, а от тебя — сексом и глупым счастьем. Выйди. И не возвращайся, пока не приобретёшь подобающий вид скорбящего по несделанной работе. Гарри рассмеялся и развалился в кресле для посетителей. — Ой, да ладно тебе. Тоже мне, аура. Тебе бы свою поднять, знаешь ли. Когда ты в последний раз… выходила в свет? — Мой свет — это люминесцентные шары под потолком и своды законов, — парировала она, снова хватая перо. — И они не оставляют на воротнике таких вульгарных следов. — Зато оставляют морщины у глаз от постоянного вчитывания в уставные формулировки, — беззлобно передразнил он. — Серьёзно, Гермиона. Тебе пора. Хотя бы на одно свидание. Просто чтобы вспомнить, что мужчины — это не только те, кто подписывает тебе отказы на увеличение бюджета. Гермиона закатила глаза. — Спасибо за заботу. Но, к сожалению, достойные мужчины не сыплются с неба прямиком в мой кабинет, как… Дверь снова открылась. На пороге стоял Драко Малфой. Безупречный. Как обычно. Его серебристо-серый взгляд скользнул по Гарри и остановился на Гермионе. В кабинете повисла тишина. — …Как некоторые, — закончила она, едва слышно, глядя прямо на Малфоя. Драко едва заметно приподнял одну бровь. — Грейнджер. Поттер. Надеюсь, я не прерываю важное совещание? Небеса, похоже, решили ответить ей сарказмом. И прислали его в облике Драко мать его Малфоя. Гермиона, всё ещё держа в руке красное перо, как маленькое копьё, первой нарушила молчание. — Малфой. Чего ты хочешь? — её голос прозвучал резко, переходя сразу к сути, без светских прелюдий. Это был её кабинет, её территория, и сейчас на ней были двое мужчин, каждый из которых нарушал её рабочий покой своим особым, раздражающим способом. Драко не смутился. Он сделал небольшой шаг вперёд, и его взгляд, холодный и деловой, скользнул по стопкам документов. — В моём отделе по утилизации магических артефактов появился… интересный экспонат. Новое поступление из Восточной Европы. Оживляет неодушевлённые предметы. Довольно хаотично и с непредсказуемыми последствиями. — Он сделал небольшую паузу, давая информации усвоиться. — Мне нужна консультация. Ваш отдел сталкивался с подобными случаями влияния на магическую фауну через одушевление объектов? Гермиона нахмурилась. Гарри, до этого молча наблюдавший за обменом репликами, вдруг оживился. Он вскочил с кресла, поправил мантию, безуспешно пытаясь прикрыть пятно помады, и изобразил панику. — Артефакты, оживление… Ох, нет-нет-нет, у меня на это точно нет времени! — проговорил он. — У меня там… э… срочное совещание по отмыванию следов помады с униформы. Или что-то в этом роде. В общем, я выбываю. Гермиона, дорогая, ты же справишься? — Он подмигнул ей так многозначительно, что у неё возникло желание запустить в него чернильницей. — Удачи вам… с артефактом! И прежде чем она успела что-то возразить, Гарри стремительно выскользнул за дверь, оставив её наедине с Малфоем. Гермиона зажмурилась на секунду, ощущая, как головная боль, которую раньше символизировал лишь холодный кофе, обретает чёткие очертания в лице бледного блондина в её кабинете. Она тяжело вздохнула, звук вышел уставшим и раздражённым. — Ты меня бесишь, — констатировала она ровным тоном, откладывая перо. — Знаешь это? Твоё появление, твой… тон, твои безупречно сформулированные запросы, которые невозможно проигнорировать по профессиональным причинам. Ты как живая головная боль. Она встала, разглаживая складки на мантии. — Ладно. Показывай своего монстра. Но только консультация. Пять минут. Уголок губ Драко дрогнул — не в улыбку, а в нечто, напоминающее слабую искру удовлетворения. — Этого должно хватить, — произнёс он нейтрально. Он повернулся и вышел в коридор. Гермиона, хватая папку на всякий случай, последовала за ним. — После вас, Грейнджер. Этот жест был настолько неожиданным и противоестественным в их обычно напряжённых взаимодействиях, что Гермиона на миг замерла. Проходя мимо, она на мгновение оказалась в его личном пространстве. И её обоняние, ещё не опьянённое запахом старого пергамента и кофе, уловило другой аромат — холодный, чистый, с нотками морозного воздуха, дорогого мыла на сандаловой основе и чего-то ещё, пряного и неуловимого. От него пахло… вкусно. Опасно вкусно. Она резко шагнула в коридор, отдаляясь от источника запаха, и мысленно, со всей присущей ей ясностью, выдавила в своём сознании чёткий, не терпящий возражений приговор: «У тебя просто мало секса. Очень, очень мало секса. Это всего лишь биология, Грейнджер. Соберись». — В какой лаборатории? — отрезала она, даже не оборачиваясь, стараясь, чтобы её голос звучал так же сухо и колко, как скрип её каблуков по мраморному полу. — Седьмая, на уровне подземных хранилищ, — ответил он.