Глава 10. День рождения

      Утро началось с календаря.       Сакура включила монитор, отпила первый глоток кофе и машинально открыла общий календарь отдела. Там, среди встреч, дедлайнов и напоминаний, жирно светилось:       День рождения: К. Хатаке (ведущий стратегический менеджер)       Она хмыкнула. Конечно, ведущий. Конечно, стратегический. Конечно, менеджер. Всё как он любит.       «Этот день настал, да?»       «Какой именно?» — отозвался он.       «День, когда офис устроит из тебя жертвенного барана в галстуке».       «Просто делай вид, что этот день такой же, как и все».       «Ты же знаешь, что Сарутоби так просто не отпустит тебя».       От него пришёл короткий, сухой вздох.       «Да. К сожалению».       По опенспейсу уже метались HR, будто кто-то запустил по офису невидимую тревогу. Хатаке не любил этот день, но все старались сохранять традиции поздравления именинников, поддерживая корпоративную культуру «дружного коллектива».       Чат уже разрывался от смайликов и поздравлений. Сакура пару секунд смотрела на это, потом всё-таки напечатала:       «Поздравляю, Какаши. Желаю, чтобы ты облысел (стерла, написала новое) чтобы твоя карьера шла в гору».       «Это пассивная агрессия?» — поинтересовался он.       «Это забота. Ты стареешь, тебе нельзя выгорать».       «Эй!»       «Я моложе и злее, у меня запас».       На кухне тем временем уже накрывали стол. Одноразовые тарелки, пластиковые вилки, пара фруктовых ваз, какие-то печенья. Главной звездой, конечно, был чизкейк Аяме. Идеально ровный, с глянцевой поверхностью, украшенный тонкими ломтиками клубники и каплей шоколада. Аяме стояла рядом, словно охраняя торт телом. Руки вцепились в лопатку для нарезки, как будто кто-то мог сейчас подойти и отрезать кусок раньше именинника.       — Пока мистер Хатаке не разрежет, никто не трогает, ясно? — отрезала она стажёру, который уже слишком пристально смотрел на чизкейк.       Ино уже кружила поблизости, проверяла ракурсы на телефоне:       — Когда он зайдёт, нужно, чтобы все уже стояли, понятно? Я буду с этой стороны, свет лучше. Сато, спрячься за вазой с фруктами, ты всё портишь.       Половина опенспейса уже тянулась в сторону кухни. Кто-то изображал добровольный энтузиазм, кто-то шёл за бесплатной едой, кто-то из чистого любопытства.       Сакура пришла одной из последних. Встала сбоку, поближе к окну, чтобы, если что, можно было отступить (или выпрыгнуть).       Через минуту появился и Хатаке.       Обычно он двигался по офису так, будто часть пространства отодвигалась сама. Сейчас же на него просто обрушился коллективный взгляд. Кто-то захлопал первым, остальные подхватили. Аплодисменты вышли неловкими, нестройными, но громкими. Он чуть напряг плечи, хотя лицо осталось привычно ровным.       «Давайте уже быстрее и идите работать».       Сарутоби выступил из толпы с бумажным стаканом чая, как генерал с тостом.       — Ну что, друзья, — начал он, — у нас сегодня особый день. День рождения нашего ведущего стратегического менеджера и, не побоюсь этого слова, лучшего сотрудника года, Какаши Хатаке!       Сакура сделала небольшой, почти неслышный вдох.       «Конечно. Тот, кому отдали мои цифры, мои презентации и моё повышение».       «Бла-бла-бла».       — …Мы рады, что ты с нами, — подвёл итог Сарутоби. — Желаем успехов, новых побед и… все такое прочее.       Он сделал жест рукой, приглашая именинника сказать пару слов.       Какаши на долю секунды замер. Сакура почти услышала, как он мысленно искал короткий, самый нейтральный вариант.       — Спасибо, — сказал он. Голос был спокойным, без лишней теплоты, но и без холода. — За доверие, за работу, за то, что вы ещё не сбежали от наших отчётов и дедлайнов. Я… честно, предпочёл бы, чтобы сегодня был обычный день. Но раз уже случилось, давайте считать, что это повод лишний раз убедиться: мы ещё держимся. И держим всё, что должны.       Он чуть дёрнул уголком губ, почти улыбка.       — И обещаю, что в этом году постараюсь быть… не худшим коллегой.       По кухне прокатился смех и все приступили к угощениям.       «Считай, я отработал обязательную программу».       «Ты справился. Даже почти не умер».       «Пока что».       Аяме поспешно сунула ему в руки лопатку.       — Ты должен первый, — робко сказала она. — Так правильно.       Он посмотрел на чизкейк, потом на неё, и разрезал торт.       «Одна радость в этом аду».       «Ты так смотришь на её чизкейк, что мне становится неловко».       «Я мужчина простых слабостей».       — Справедливость, — произнёс он, протянув первый кусок ей. Сато ревниво дернулся, но остался на месте. — Ты вложилась больше всех.       Девушка покраснела так, что стала подходить к цвету клубники.       «Вот так и рождаются легенды. Один кусок чизкейка, и через неделю они уже женаты в бухгалтерских сплетнях».       «Если они нас поженят с Аяме, я перееду в другой офис».       «Поздно. Сато уже точит нож», — она тихо фыркнула в кружку.       После общего «ура», тоста Сарутоби и первой волны чизкейка народ начал расползаться по рабочим местам. Кто-то прихватил по кусочку «на потом», кто-то остался добивать печенье, Ино уже строила планы на «вечером обязательно отметим ещё раз», стажёр пытался незаметно взять второй кусок, попадаясь под взгляд Аяме.       Хатаке, с бумажной тарелкой и недоеденным куском чизкейка, тихо ретировался в сторону кабинета, как человек, который честно отбыл положенное время на празднике и теперь хотел обратно в свой бетонный бункер из отчётов.       «Даже не спросишь: «Где мой подарок»?»       Сакура взяла в руки маленький бумажный пакет с плотными ручками и пошла за ним.       «Хочешь поздравить лично?» — спросил он, остановился и обернулся.       «Не льсти себе».       Он чуть посмотрел на пакет, затем на неё.       — Отдел уже вручил мне корпоративную кружку с логотипом, — напомнил он. — Весьма щедро.       — Это нормальный подарок, — парировала она. — Не из бюджета.       Он взял пакет, как брали документацию. Аккуратно, но с лёгким подозрением. Развязал узелок, заглянул внутрь. Там была мягкая игрушка, плотный канат с узлами и пришитой в середине забавной мордой полу-льва, полу-пса. Игрушка явно из серии «выдержит даже очень мотивированную пасть». Он молча достал игрушку, повертел в руках.       — То есть в мой день рождения подарок получила собака, — наконец произнёс он. Пальцами привычно проверил прочность плетения, оценочная привычка в нём сработала автоматически. — Восхитительно.       — Ну… — Сакура пожала плечами. — Булл единственный мужчина в этом мире, который относится ко мне без скрытых мотивов. Логично вкладываться в него. Он хотя бы не пьёт моё молоко из офисного холодильника.       «Это самое странное проявление заботы, что я видел в своей жизни».       «Не преувеличивай. Это обычная логика,» — отрезала она. — «Собака хорошая. Подарок полезный. День рождения у хозяина.»       Он посмотрел на неё чуть дольше, чем нужно для сухого «спасибо».       — Сакура, — тихо сказал он, убирая игрушку обратно в пакет, — ты понимаешь, что это всё-таки… подарок мне?       — Не обольщайся, — парировала она. — Если Булл её не одобрит, я заберу обратно. Найду, кому подарить.       — Если Булл её не одобрит, я заберу её себе, — возразил он. — В конце концов, это единственный предмет в моей квартире, который официально выбран личным врагом и неформальным аудитором моих отчётов.       — Ладно. Просто… не жуй её сам, когда устанешь.       Он кивнул, принимая правила игры.       — Спасибо, — сказал он, но по Связи она почувствовала тихое, очень честное: «мне правда приятно».       Она дернула плечом, будто отмахиваясь.       — Иди уже, лучший сотрудник года. У тебя отчёты и новая игрушка. Постарайся не перепутать, куда грызть.       Он хмыкнул и ушёл в сторону кабинета, с пакетом в руке.       Сакура вернулась в опенспейс и села за компьютер, думая, что, возможно, этот день рождения оказался не самым худшим. Ни для него, ни для неё, ни для Булла.       Пара дней спустя Ино ввалилась к Сакуре уже без боевого блеска, но с выражением человека, который официально закрыл какой-то квест.       — Все, я успокоилась, — сообщила она, опираясь локтем на перегородку. — Отчитываюсь. Я пыталась клеить Хатаке. Он меня отшил так вежливо, что мне стало скучно. Не мой тип.       Сакура оторвалась от таблицы, всмотрелась в подругу. Ни настоящей обиды, ни разбитого сердца. Только укол по самолюбию и лёгкое раздражение, что где-то в мире есть мужчина, который не поддался даже на её полный арсенал.       — И правильно, что не твой, — сказала она. — Он бесчувственный ублюдок. Не бери в голову. С этим экземпляром лучше иметь дело только по отчётам.       «Бесчувственный ублюдок, значит».       «Абсолютно. Тебе идет».       «У Ино слишком много свободного времени и мало задач», — ворчливо добавил он. — «Если она успевает устраивать кастинг стратегов».       «Назначь ей пару своих отчётов, раз такой умный. Посмотрим, кто первый сбежит, она или ты».       Ино между тем вздохнула, выпрямилась и поправила свои шикарные волосы.       — В общем, снимаю его с рассмотрения. Слишком правильный. Слишком спокойный. Слишком… офисный. Мне такие не нужны, — подвела она итог. — Пойду лучше посмотрю, как там наш Сато, он хотя бы краснеет честно.       — Вот, это уже здравая мысль, — кивнула Сакура. — Оставим холодный бетон людям, которых радуют графики. У тебя другие масштабы.       Ино усмехнулась, чмокнула Сакуру в воздух над головой и упорхнула дальше по опенспейсу.       «Ты, кстати, в курсе, что защищаешь её от меня, а меня от неё одновременно».       «Добро пожаловать в мой обычный рабочий день. Я тут всех от всех защищаю. Даже от тебя».