Красный цветок

Руслан проснулся утром довольно поздно. Открыв телефон, он обнаружил, что Настя удалила все написанные вчера сообщения. Голод направлял парня первым делом пойти на кухню. Проходя маленький коридор, Руслан краем глаза заглянул в гостиную. Вдова крепко спала и похрапывала в немного неестественной позе. В руке у нее была сжата пачка сигарет. Она, кажется, собиралась прикурить, но вырубилась раньше. Руслан повернул голову к стене в коридоре. Там висела картина, нарисованная краской, кажется, на заказ. На картине находилась бледная голубоглазая темноволосая девушка, а рядом с ней — силуэт, нет, черное гигантское небрежное обрывистое пятно краски на всю оставшуюся половину картины. По характеру пятна было заметно, что появилось оно значительно позже других элементов картины и возникло очень импульсивно. Брызги от черной краски даже задели портрет девушки, из-за чего один из ее глаз стал полностью черным. На картине была написана дата, но она также была перекрыта другой датой, которую небрежно нанесли поверх черной краской: «05.04.2007». Все это было настолько знакомо Руслану; резко эпизоды создания «черной картины» начали вспыхивать в его голове. Жуткая улыбка матери, запахи кучи гнилых цветов, которыми был завален дом. Черное платье. Жуткая и грустная музыка вперемешку с молитвами и фольклорными плачами. Взрослая женщина, которая безудержно смеется, танцует и плачет одновременно. Ребенок не должен был этого видеть. В холодильнике было пусто, стояли яйца, хлеб и молоко. Руслан попытался приготовить яичницу: налил масло на сковороду и уже собирался разбить первое яйцо о ее поверхность, как вдруг краем глаза заметил тревожную деталь. На подоконнике, который до этого момента всегда был пустым, стоял горшок с алым цветком. Его лепестки, хоть и холодные, уже были наполнены жизнью и предвкушали близящуюся весну. Руслан оцепенел, повернулся в сторону горшка и отложил яйцо в сторону. Он аккуратно приблизился к цветку. Цветок горел красным, словно маня рыжего мальчика к себе. «Мама не держит дома цветы… все они вянут со временем и не задерживаются долго… неужели купила новый? Он же… откуда этот цветок?» Тело начало рефлекторно дрожать. Руслан будто вновь оказался в замерзшей гнилой усадьбе. Цветок занял все место в его голове. Он начал слышать дуновение морозного ветра, квартира покрылась бледно-оранжевым светом, стало в два раза холоднее. «Я помню этот цветок… но он не должен быть здесь… я что, все еще сплю?» Вдруг из соседней комнаты он услышал, как мать сквозь сон равнодушно промямлила: «Щас… щас…» Острота клыков и капля крови на снегу застыли в голове. Тремор охватил все тело. Он вспомнил о волчице: она где-то рядом. Она очень голодна, она вопьется ему в горло. Равнодушный голос вновь повторил: «Щас… щас…» — таким же болезненным и отстраненным, как когда-то в усадьбе. Парень взглянул на разделочную доску. Прямо по соседству с ней стояла подставка с ножами. «Нож. А где нож?» В подставке отсутствовал один крупный и довольно острый нож. «Этого не может быть… она взяла его? Нож у нее? Она хочет убить меня? Как во сне? Нет… нет… нет… нет… это не может быть правдой». Равнодушный голос из соседней комнаты ласково, но не менее равнодушно произнес: «Иди ко мне…» Тело парня напряглось, холодная кровь начала приливать к лицу. Было очевидно: сон начинает исполняться в реальности, он не может допустить воплощения кошмара. Он вновь посмотрел на подставку, а затем схватил второй по остроте нож, который остался там. «Иди сюда…» — продолжал равнодушный голос. Руслан медленно прокрался по коридору и уже стоял в проходе в гостиную. Мать продолжала лежать в той же позе, но, кажется, уже не спала. — Руслан. Иди сюда… — немного кряхтя, произнесла она. Руслан оказался еще ближе, сзади; в своей правой руке он держал нож, готовый в любой момент использовать его по назначению. — Руслан?.. Женщина приоткрыла глаза и очень лениво попыталась повернуться. — Руслан.. воды… принеси воды. Ты слышишь? Женщина открыла глаза и повернулась. Она увидела перед собой своего ребенка: его глаза, наполненные безумием и страхом, широко раскрытые, смотрели прямо на нее; он стоял, широко расставив ноги, словно в боевой стойке. Волосы его были лохматыми и взъерошенными. Женщина резко пришла в ужас от увиденного. — Руслан?! Что это?! Убери нож! Она подскочила, шагнула назад и испуганно смотрела на сына своими опухшими голубыми глазами. — Ты нормальный вообще?! С тобой все в порядке?! Ты что творишь?! — кричала она. — Не подходи ко мне! — крикнул парень, всхлипывая, увидев активность матери. «Сейчас она достанет нож. Если она достанет нож, я убью ее первым». Он сделал шаг назад, чтобы перестраховаться. — Что здесь происходит?! Убери нож на кухню и не подходи ко мне! Ты чокнутый?! — Хватит на меня кричать! Зачем тебе нож? Ты забрала его с кухни! Ты прячешь его? Зачем?! Ты хочешь убить меня!!! Ты убьешь меня!!!! — Что ты несешь!!! Положи нож!!! Руслан, хватит!!! «Она напугана. Почему она напугана? Она вводит меня в заблуждение. Хочет, чтобы я потерял бдительность, и сразу после этого она всадит мне нож в живот». — Сама положи нож!!! Где ты его прячешь?! Он за твоей спиной, да?! — У меня нет ножа, чокнутый!!! Я сейчас в полицию позвоню, больной!!! «Зачем она тянет время? Она ждет кого-то? Она ждет волчицу? Я больше не могу стоять и ожидать своей смерти». Руслан посмотрел на руку, которая держала нож: она тряслась из стороны в сторону. Первые слезы потекли из его глаз. Он быстро метнулся на кухню и закрыл дверь на щеколду, держа нож крепко в руке. «Чего она хочет?! Почему просто не признается?! Я ничего не понимаю». Руслан нервно посмотрел на подоконник. Тот был абсолютно пуст, как и положено. «Цветок… где цветок?» Руслан был абсолютно сбит с толку. Ошеломленный, нервный и напуганный, он смотрел в пол, будто выпав на время из реальности; затем взгляд его украдкой упал на сковороду и яйца, рядом с которыми лежал тот самый потерянный нож. Этим ножом он с утра пытался разбить яйцо на сковородку. «Нет… нет… нет… этого не может быть… всего этого просто не может быть… я сплю… я, наверное, просто все еще сплю». Вдруг раздался агрессивный стук в дверь. — Ты мне объяснишь, что здесь происходит? Ты нож положил? Отвечай, подонок! Что ты хотел сделать?! Руслан медленно положил нож в подставку и опустился на пол. Он потерянно смотрел в стену. Женщина отошла от двери, но вскоре парень расслышал телефонный разговор: — …да. Дом 12. Да, проявляет признаки необоснованной агрессии… психоз? Какой психоз? Да! Психоз! Кажется, психоз есть… уверен, что я хотела его убить… как скоро прибудет бригада? «Бригада? Она вызвала на меня санитаров?» Парень резко подскочил и приставил ухо к двери, чтобы лучше слышать, но разговор уже закончился. «Мне послышалось…? Она хочет положить меня в психушку?! Мне послышалось или нет…?!» Спина Руслана покрылась мурашками, холодный ветер начал дуть под домашнюю футболку; Руслан услышал до жути запомнившийся тихий шелест. Он медленно повернул голову. На подоконнике вновь стоял алый цветок. Тело парня содрогнулось. Голова стала ватной и туманной. Сдающая нервная система начала готовить тело ко сну, но сквозь пелену в своей голове он услышал еще один звук. — Кар! На ручке двери сидела белая ворона, она зазывала парня своим клювом наружу. — Нет, птичка… Как-нибудь в другой раз… я просто должен немного поспать… Руслан взглянул на ворону и улыбнулся; его вдруг насторожило резкое движение птицы. Та агрессивно начала смотреть на что-то позади парня. Он развернулся вновь. Там с горящими хищными глазами и раскрытой пастью с кучей острых, словно ножи, клыков стояла черная волчица. Слюна из ее рта капнула на пол. Парень подскочил на ноги. — КАР!!! Ворона открыла щеколду двери своим клювом и весом своего тела распахнула ее, зовя за собой парня; она порхнула в коридор. Руслан метнулся за птицей, быстро пропустил прихожую и уже стоял у входной двери; не обуваясь, он быстро открыл замки и бежал уже по лестнице вниз. Вдалеке он слышал крики матери. — Стой! Куда! Руслан! — практически навзрыд. Он обнаружил себя посреди улицы. Холодный ветер то и дело просачивался под его спортивные штаны. В кармане был лишь его старенький мобильный телефон; кажется, даже в такой спешке он умудрился взять его с собой. Становилось все холоднее. Он открыл Телеграм и начал листать список контактов. Быстро долистав до конца списка, он осознал, что ему больше не к кому идти. «…Может, попробовать…?» Звук вызова. Высокий женский голос ответил. — …Алло? — Алло, это Руслан, мне кажется, мне нужна помощь… — Руслан? Чего…? — Я сбежал из дома и я не знаю, куда мне идти… с моей головой происходит что-то странное… Из трубки доносилось лишь нервное дыхание. — Руслан, я очень извиняюсь, конечно, но мне нет до этого дела. Пожалуйста, найди кого-то близкого. — Я не знаю, куда и кому еще звонить… Настя еще какое-то время подышала в трубку, а затем нервно пискнула и сбросила звонок.