Глава 7 Секреты Нарциссы

— Мы можем наложить Империус на кого-нибудь и заставить притворяться целителем! — Нарцисса металась из угла в угол, словно пикси загнанные в клетке. — Нет, Цисса. Люди должны получить настоящее лечение, иначе возникнут вопросы. — Северус сохранял ледяное спокойствие, его взгляд скептически скользнул по дверному проему. Ни одно помещение в поместье не вызывало должного доверия. Драко молча указал на предмет в форме драконьего панциря, закрепленный на двери. Магический артефакт наделял поверхность, с которой контактировал, свойствами драконьей кожи, превращая ее в неуязвимую для огня и разрушительных чар. Северус еще пару секунд всматривался в артефакт, а затем, удовлетворившись уровнем защиты, перевел взгляд на Малфоя: — Вам нужен настоящий колдомедик. — К несчастью, единственный кандидат уже переварен Нагайной. — сорвалось у Драко, и он тут же поморщился от собственного тона, прозвучавшего по-детски капризно. Спокойствие Снейпа раздражало — он обладал удивительной способностью выводить людей из себя. Стратег по своей природе, наделенный терпением, — он смотрел на несколько ходов вперед, пока другие видели только то, обо что спотыкаются ноги. К их числу неохотно причислял себя и Драко. — Согласен, но где взять настоящего? Мы не можем дать объявление в «Ежедневный пророк». Северус повернулся к Нарциссе: — Цисса, Андромеда готова помочь, если мы обеспечим ее безопасность? Леди Малфой напряглась и инстинктивно дернулась в знак отказа. Казалось, вся ее сила уходила на то, чтобы не сломаться и не опустить плечи под натиском последних событий. — Теодор Тонкс в вашем подвале, не притворяйся, что это не ты снабжаешь его Оборотным зельем. — Северус проговорил это спокойно, словно речь шла о том, что Нарцисса посадила желтые розы вместо привычных красных. Драко уставился на мать с неподдельным изумлением. Сумасшедшая женщина. Она рисковала жизнью и ради кого? — Мама… — Драко, помолчи. — Грудь женщины опустилась, и глаза зажмурились. — Ладно. Да, пусть. Она… Она будет принимать Оборотное? — Мы обеспечим несколько уровней защиты: чары — Оданезур, амулет Адеи и Оборотное зелье. Драко Малфой уже перестал чему-либо удивляться. Тед Тонкс — в подвале, мать тайно помогает Сопротивлению, Поттер жив, а теперь еще ниоткуда взявшийся амулет Адеи — легендарной русалки, что променяла земную жизнь на морскую пучину, лишь бы быть со своим возлюбленным Лестаном, утонувшем, когда она отказала ему. Все это больше походило на сказку, нежели на реальный мир, пускай и волшебный. Слишком много артефактов, слишком много пророчеств, слишком часто судьба вмешивалась в их жизни, переплетая нити, запутывая и вырывая некоторые с корнем — словно волосы из старой расчески. Так и у него с Грейнджер. Догадывалась ли мать о скрытых чувствах? Скорее всего. Иначе как объяснить странное рвение — мчаться в замок посреди битвы за Хогвартс? Искать Блейза? Какая нелепая отговорка. Она знала его секрет, знала то, что он сам до конца не признавал. И вот Драко наконец увидел айсберг, прежде скрывавшийся под темной водой. Ледяная гладь материнского спокойствия треснула, и он разглядел очертания тайн леди Малфой. Мысли сами сорвались с губ: — Сколько у тебя секретов, мама? Нарцисса чуть приподняла брови. — Ты удивишься, Драко, но больше всего тайн хранится в другой душе. — Ее взгляд мягко скользнул в сторону Северуса. Тот раздраженно цокнул и закатил глаза. — Мы не вокруг костра, чтобы делиться сентиментальными подробностями душевных терзаний. И мои секреты тебя не касаются, Нарцисса. Драко тем временем подошел к окну и уставился в ночь. Свет фонарей сплетал на центральной дороге мерцающую паутину, в тенях которой копошились люди. Призраки. Война продолжалась — и будет продолжаться ровно до тех пор, пока они не найдут способ ее прекратить. Сквозь стекло до него донесся далекий гул, и он почувствовал, как в груди заскребло что-то холодное и неприятное. Скоро здесь появится Андромеда Тонкс — тетя, с которой его никогда не знакомили. Необъяснимое чувство вины возникло в груди, словно он сам подставлял кого-то родного под удар. Но все были под прицелом. Том Реддл заблуждался, но от этого не становился менее опасным. Капризный, непоследовательный, вспыльчивый — он был непредсказуем, как сама смерть. Сегодня ты нужен, завтра — обед для Нагайны. Лишь вопрос времени — когда Поттер залижет раны и ринется штурмовать мэнор, непременно потащив за собой Грейнджер. Без нее ни рыжий выскочка, ни «вечно-неуязвимый» герой не способны сделать и шага. Пора было действовать. Шахматная доска уже ломилась от фигур, и каждая новая партия становилась опаснее предыдущей. — Северус. — Драко не отрывал взгляда от бегущих за стеклом теней. — Мне нужно снотворное. — Не высыпаешься? — в голосе Снейпа скользнула издевка. — Сейчас никто не высыпается, — ровно ответил Драко. — У меня есть Сонное зелье. Принесу из своих запасов. — Какая дозировка? — перебил Драко. — Одна капля, и будешь спать как убитый. — Мне нужен флакон. Спину Драко прожигал тяжелый взгляд, но он упорно не поворачивался, игнорируя повисшую в воздухе тишину. — Существуют и более простые способы свести счеты с жизнью, — заметил Северус. — Например, выйти в окно. Леди Малфой метнула в него возмущенный, почти убийственный взгляд, но Снейп даже не моргнул. — Или можно попросить друга… — Драко медленно обернулся и встретился глазами с крестным, — …попросить убить… — он сглотнул, на мгновение ощутив ледяной ветер на Астрономической башне и пронзительный взгляд директора. — Зачем же еще нужны друзья? Северус замер, всматриваясь в серые глаза Драко. Холод. Вызов. Ни капли сожаления. Он выдержал паузу, затем резко развернулся. Плащ черной волной рассек воздух — Северус молча вышел из комнаты, словно опустил занавес после финальной сцены. Драко почти пожалел о своей жестокости — почти. Молил богов, чтобы крестный оказался отходчив. Снотворное требовалось уже сейчас. Оставшись наедине с сыном, Нарцисса попыталась несколько раз заговорить о Люциусе, но ее слова разбивались о ледяную стену. Безразличие сына к отцу было не размытым, а предельно четким: ему не было дела до того, где он, что делает и кто первым положит конец его существованию — Лорд или Нагайна. Разве что во втором случае придется пересмотреть график кормлений. Все мысли Драко занимало лишь снотворное. И красные капсулы, поблескивавшие на дне стеклянной банки. Голова раскалывалась. Он отмахнулся от матери дежурной фразой: «Я подумаю об отце», — и снова погрузился в мысленный серпентариум. Взгляд скользил к запястью, где тикали фамильные часы Абраксаса Малфоя. Секунды стекали в минуты, минуты — в часы, будто время все еще имело смысл. Но смысла не было. Движение стрелок — лишь иллюзия. Они не шли вперед. Они отсчитывали назад — к концу. И конечным пунктом станет либо смерть. Либо победа. И для последнего Драко нужно было действовать.