Глава 6

Глава 6 — Лагерь Чужаков

Ещё почти два часа Саша и Олег шли по следу, осторожно, выверяя каждый шаг. Они наступали точно в чужие отпечатки, переступая с одного следа ботинка на другой, будто шли по натянутой линии. Снег скрипел глухо, руины вокруг стояли мёртвые и перекошенные, а город на окраине выглядел так, словно его бросили в спешке и навсегда. Впереди, между обвалившихся домов, медленно поднимались в небо несколько столбов дыма. Тёмных, густых. Следы вели именно туда. — Если эти уроды увели наших туда, — тихо начал Олег, не отрывая взгляда от дыма, — нам придётся либо слиться с тенью… либо с толпой. Но если у них есть какие-то отличительные знаки, например повязки, нашивки… нас вычислят за секунды. — Разведчик говорил, что у них больше сотни человек, — ответил Саша после короткой паузы. — Если они не сидят по норам, а реально живут лагерем и ходят по улицам… среди них можно потеряться. Главное не дёргаться. Они замедлились ещё сильнее. Чем ближе подходили, тем отчётливее становились детали: остатки бетонной стены, сваренные металлические листы, колючая проволока, натянутая кое-как, но с умом. Это был не просто временный лагерь, это было место, где собирались надолго. Саша первым пригнулся и жестом остановил Олега. Они залегли за перевёрнутым автобусом, обросшим льдом и снегом. — Смотри… — почти беззвучно сказал он. За стенами мелькали силуэты. Люди. Кто-то нёс ящики, кто-то дежурил с оружием, кто-то просто шёл, закутанный в слои одежды. Лагерь жил. Дым шёл не от одного костра. Их было много. — Охраны меньше, чем я думал, — прошептал Олег. — Но они не расслаблены. — И не голодают, — добавил Саша, заметив, как двое тащат мешок, явно не пустой. — Значит, рейды у них дело привычное. Они начали обходить лагерь по дуге, держась на грани света и тени, прижимаясь к разрушенным зданиям. Каждый шаг давался с напряжением, здесь уже нельзя было ошибаться. Один хруст снега, один неосторожный силуэт на фоне огня и всё. — Медленно, — прошептал он. — Мы не воруем, не геройствуем. Смотрим. Запоминаем. И уходим. Олег кивнул. Лагерь чужаков был уже совсем близко. И с каждой секундой становилось ясно: назад дороги может не быть. Они продолжали обходить стену, держась на таком расстоянии, чтобы растворяться в тенях разрушенных зданий. Лагерь чужаков был собран грубо, но продуманно: высокий забор, дозоры, свет костров. И всё же даже здесь нашлось слабое место. Саша первым заметил неладное. В ровной, наспех сваренной металлической стене виднелся изъян, едва заметная щель. Он остановился, прищурился и сделал шаг ближе. Это была дверь, замаскированная под фрагмент стены. Когда-то её закрыли аккуратно, но время и холод сделали своё дело: край листа отслоился, металл выгнулся, обнажая тонкую тень проёма. — Смотри… — почти беззвучно сказал Саша, указывая пальцем. — Это наш шанс. Олег взглянул и сразу понял. Кивнул, не задавая вопросов. — Пошли. Нам нужно знать, где наши. Они двинулись к двери, осторожно, шаг за шагом. В этот момент Саша краем глаза заметил странные линии на земле несколько ровных, почти параллельных полос, уходящих в темноту за пределы лагеря. Снег лежал в них тоньше, будто его регулярно счищали. Он задержал взгляд на секунду, но смысла не нашёл. Ни он, ни Олег не знали, что это значит, и сейчас было не до загадок. У самой двери они замерли. Изнутри доносились приглушённые звуки: голоса, скрежет металла, чей-то кашель. Лагерь жил своей жизнью, чужой, опасной. Олег первым потянулся к краю двери. Металл тихо скрипнул, и оба тут же застыли, считая удары сердца. Ничего. Ни крика, ни шагов. Только ветер и далёкий треск огня. Они проскользнули внутрь. За стеной оказался узкий проход, заваленный ящиками и старым хламом. Видимо, этим выходом давно не пользовались. Идеальное место, чтобы забыть о нём. Свет сюда почти не доходил, лишь редкие отблески костров пробивались сквозь щели. — Ты сам подумай, на кой чёрт нам эти пленные? — за стеной раздался хрипловатый голос. Судя по шагам, говорили охранники, неторопливо обходя периметр. — Ресурсы забрали, и хватит. Либо сами подохнут, либо снова что-нибудь восстановят. Тогда мы вернёмся и заберём всё ещё раз. Саша стиснул зубы. Злость поднялась резко, горячо, как вспышка. — Фиг вам, — едва слышно процедил он. — Наших людей и наши вещи вы больше не получите. — Тише, — Олег тут же осадил его шёпотом. — Мстить будем потом. Сейчас важнее понять, где у них дыры. Уже знаем одно... сюда можно пробраться незаметно. Они двинулись дальше вдоль стены, скользя между сугробами и тенями. В переулках мелькали силуэты, где-то глухо хлопала дверь, звенел металл. И именно в этот момент Саша оступился. Нога задела что-то твёрдое, скрытое под свежим снегом. Он потерял равновесие и рухнул, ударившись боком. Сердце ухнуло вниз. — Так-так… — над ними раздался голос. — А вы кто такие? Перед ними стоял охранник. В руках пистолет, направленный прямо в грудь Олегу. Лицо напряжённое, глаза злые, цепкие. — Оружие на землю, — медленно сказал он. — У вас, я вижу, ружья. Или хотите проверить, сколько пулевых отверстий можно сделать в человеке за пару секунд? Олег медленно снял ружьё с плеча, делая вид, что подчиняется. В этот же миг Саша, не раздумывая, сгреб ладонью пригоршню рыхлого снега и резко вскочил. Белая вспышка, снег ударил охраннику прямо в лицо. — Чёрт! — вырвалось у того. Секунды хватило. Олег шагнул вперёд и со всей силы ударил прикладом. Охранник рухнул в снег, обмякнув. — Бежим! — выдохнул Олег. Но было уже поздно. — Тревога! — раздался крик где-то сбоку. Из-за угла выскочили ещё двое. Один уже вскидывал оружие, второй что-то орал, подзывая остальных. Друзья рванули с места, проваливаясь по колено в снег. Выстрелы хлопнули позади, пули ушли в стены и лёд, оставляя искры. Саша на бегу сорвал ружьё со спины, дыхание сбилось, в висках стучало. — Влево! — крикнул Олег, указывая на узкий проход между постройками. Они нырнули туда, скрываясь в лабиринте лагеря, не зная, куда выведет бегство — к спасению или к ещё большей ловушке. Но теперь выбора не было. Впереди, сквозь снег и тьму, проступили другие ворота — массивные, выше и шире первых. Рядом, словно дожидаясь своего часа, стояла машина: приземистая, усиленная, с широкими колёсами и защитными дугами. Она выглядела живой. Готовой к холоду. Готовой ехать. — Ты водить умеешь?! — выкрикнул Саша на бегу, почти задыхаясь. — Ты сейчас издеваешься или реально спрашиваешь?! — Олег бросил на него быстрый, уставший взгляд. — Когда, по-твоему, я мог научиться?! — Твой отец же гонял на багги, когда ещё были вылазки… ну, когда багги вообще был! Может, хоть что-то показывал? — Показывал, — выдохнул Олег. — Но это было давно. И у нас всего одна попытка. Они добежали до машины. Олег дёрнул за ручку — дверь поддалась. В лицо ударил запах старого дыма и масла, салон был прокурен насквозь, но сейчас это не имело ни малейшего значения. — Садись! — рявкнул он. Саша захлопнул дверь наполовину и развернулся наружу. Ключ торчал в замке зажигания — словно насмешка или подарок судьбы. Пока Олег лихорадочно разбирался, где что, Саша, упершись коленом в порог, высунулся наружу и выстрелил. Один охранник рухнул в снег. Второй успел нырнуть за укрытие. — Быстрее! — крикнул Саша. Двигатель сначала захлебнулся, кашлянул — и вдруг зарычал, низко, мощно. Олег вдавил педаль, и машина рванула вперёд, вырываясь с места, швыряя снег из-под колёс. — Держись! — только и успел сказать он. Ворота росли перед ними, приближаясь с пугающей скоростью. Удара никто не отменял — металлический зверь врезался в створки, грохот разорвал воздух, петли не выдержали, и ворота разлетелись в стороны. Они вылетели за пределы лагеря. Дорога тянулась вдоль тёмных линий, уходящих в даль. Параллельные полосы, наполовину занесённые снегом, поблёскивали льдом. — Смотри… — выдохнул Саша. — Те самые полосы. Значит, это дорога. Или что-то вроде неё. Машину трясло, но она держалась. Они мчались вдоль железных путей, старых, забытых, но всё ещё указывающих направление прочь от лагеря. И тут позади вспыхнул свет. — Чёрт… — процедил Олег. Из ворот вырвалась вторая машина. Крупнее. Тяжелее. Фары резали метель, сирена выла глухо и злобно. Погоня началась. — Они не отстанут, — сказал Саша, перезаряжая ружьё. — Это их территория. — Тогда будем делать так, как делал мой отец, — Олег стиснул руль. — Ехать туда, где им будет неудобно. Он резко свернул ближе к путям. Колёса завыли, машину повело, но она выровнялась. Позади раздался выстрел. Пуля ударила в кузов, металл зазвенел. — Держись! — снова крикнул Олег, увеличивая скорость. Они были слишком сосредоточены на погоне, чтобы заметить, что впереди, прямо на рельсах, темнела громада. Одинокий паровоз — без вагонов, без огней, словно забытый самим временем. Выстрел прозвучал почти одновременно с резким хлопком. Колесо лопнуло. Машину дёрнуло в сторону, руль вырвало из рук, и транспорт повело по снегу. Олег попытался удержать управление, но это было бесполезно — машина вильнула ещё раз и, тяжело вздохнув металлом, зарылась в сугроб, встала мёртво. — Чёрт… — выдохнул он. Багажник был соединён с салоном, и всё, что лежало там, поехало вперёд. Саша, не раздумывая, развернулся, вытащил два армейских рюкзака, тяжёлых, до отказа набитых. — Берём и уходим! — крикнул он. — Бежим туда! — Олег указал рукой вперёд, на паровоз. — Другого укрытия нет! Они вывалились из машины почти одновременно. В тот же миг раздался выстрел. Саша резко дёрнулся и схватился за руку. Боль была жгучей, резкой, будто кто-то воткнул раскалённый крюк под кожу. — В меня… попали… — хрипло выдавил он. Олег подхватил его, перекинул руку через плечо и потащил вперёд, сквозь снег, к чёрной громаде локомотива. Шаги чужаков уже были близко. Они взобрались на паровоз, цепляясь за обледеневшие поручни. Металл был ледяным, обжигающе холодным. Внутри темнота, запах старого угля и ржавчины. Саша сполз в угол, прижимая раненую руку к груди, дыхание сбилось. Олег, почти на автомате, проверил топку. Уголь был. Старый, сырой, но был. Он зажёг огонь, и слабый, живой свет заплясал внутри. — Почти как печь… — выдохнул он, — только ещё и движется. Если заведётся. Снаружи стих рёв мотора преследователей. Вместо него хруст снега под ногами. Быстрые шаги. Много шагов. — Они близко… — прошептал Саша, сквозь боль и холод. Тени мелькнули за окнами кабины. Кто-то остановился прямо под паровозом. — Проверяйте всё, — раздался приглушённый голос. — Они где-то здесь. Олег стиснул зубы и посмотрел на рычаги управления. Руки дрожали — от холода или от страха, он сам не знал. Огонь в топке треснул громче. И вдруг — едва ощутимо — паровоз вздрогнул. Совсем чуть-чуть. Но этого было достаточно, чтобы понять: он ещё не мёртв. И если у них есть хоть малейший шанс — он здесь, среди ржавчины, угля и старых рельс, ведущих в неизвестность. Олег резко толкнул рычаг до упора. Паровоз ответил пронзительным, протяжным скрипом — будто возмущённо просыпался после долгих лет сна. Колёса дёрнулись, провернулись, и тяжёлая машина медленно, но упрямо покатилась по рельсам. — Не дайте им уйти! — заорал кто-то снаружи. В проёме кабины показалась фигура. Чужак вцепился в перила, пытаясь забраться внутрь, сапоги скользили по обледеневшему металлу. Олег сорвался с места. Он уклонился от резкого взмаха и, перехватив свинцовую трубу, ударил ногой — точно, без колебаний. Воздух выбило из груди противника. Тот сорвался вниз, ударился о бок паровоза и исчез под колёсами, несколько раз перевернувшись в снегу. Олег захлопнул дверцу, задвинул засов и только после этого позволил себе выдохнуть. Паровоз набирал ход. Медленно. Тяжело. Но он ехал. — Держись, — сказал Олег, уже подходя к Саше. Он рухнул рядом на колено и распахнул рюкзак. Внутри — аккуратно уложенные вещи, консервы, патроны… и наконец — металлическая коробка с красным крестом, потёртая, но целая. — Сейчас… сейчас… — пробормотал он, вынимая бинты. Саша был бледен, губы посинели. Он сжимал зубы, чтобы не стонать, дыхание было рваным. — Нормально… — выдавил он. — я в порядке... — В порядке будешь потом, — отрезал Олег. Он быстро осмотрел рану. Пуля прошла навылет, задев плечо. Больно, но не смертельно. Олег сжал губы, обработал рану, туго перебинтовал, стараясь не смотреть Саше в глаза слишком долго. Снаружи раздались выстрелы. Пули звякнули о корпус паровоза, одна рикошетом ушла в темноту. — Они не рискнут стрелять долго, — сказал Олег, вслушиваясь. — Рельсы узкие, попадут под колёса. Паровоз тем временем разогнался чуть сильнее. За окнами мелькали тени, огни, а потом — только ночь и снег. — Знаешь… — тихо сказал Саша, прикрывая глаза. — Если мы выживем… это будет самая тупая и самая удачная идея в моей жизни. Олег коротко усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги. — Главное чтобы не последняя. — Паровоз уходил всё дальше от лагеря чужаков, увозя их по старым рельсам - туда, где ещё никто не знал, кто они такие и что у них за спиной. — и куда мы едем? — вопрос Саши был тихим, но заметным, у Олега был такой же вопрос. — Надеюсь, не в лапы очередных разбойников. В далеке был лес, поля, и неизвестные дали.

Конец Главы