Глава 14

Глава 14 — Война Всегда Рядом

Мы с Олегом стояли среди старых коробок и мебели, пока Валерий молча изучал схему лагеря в своей голове. Остальные бойцы внимательно слушали, стараясь не издать лишнего звука. — Так... если разделимся по пять человек, — начал он, тихо указывая направления на плане, — оглушим охрану по периметру, а потом выйдем на площадь с обращением к жителям, возможно, часть людей перейдёт на нашу сторону. — План неплохой, но отсюда не видно посты охраны, — заметил один из солдат, выглядывая через щель в окне. Валерий несколько секунд смотрел на улицу, после чего спокойно ответил: — Вряд ли они сильно изменили расположение. Я знаю, где стоят основные посты. Коновалов мог поменять людей, но не саму систему. Здесь он всегда полагался на старые порядки. Он подошёл ближе к окну и осторожно посмотрел наружу. — Первый пост у центрального входа, второй возле склада, ещё один возле здания управления. Там обычно дежурят по двое или трое. Если сработаем быстро, они не успеют поднять тревогу. — А если поднимут? — спросил Стас. Валерий посмотрел на него. — Тогда у нас будет несколько минут до того, как вся армия поймёт, что происходит. Нам нужно не победить их силой, а сломать их уверенность. Он сделал паузу. — Они привыкли, что никто не осмеливается идти против них. Они думают, что Золотая Сталь непобедима. Нужно показать людям обратное. Я посмотрел через грязное стекло на улицы под куполом. Там всё ещё ходили люди. Кто-то нёс вещи, кто-то разговаривал, кто-то просто занимался своими делами. Обычная жизнь. Мы разделились на две группы. Я, Олег и трое солдат, Лёша, Дима и Никита, должны были пройти по правой стороне лагеря. Перед выходом Валерий ещё раз коротко напомнил план: никаких лишних выстрелов, никаких действий без необходимости. Главная задача — убрать охрану и не дать поднять тревогу. Мы покинули комнату и осторожно двинулись по узкому проходу между зданиями. Здесь было странно тихо. Под стеклянным куполом продолжалась обычная жизнь: кто-то проходил мимо, кто-то разговаривал, где-то работали механизмы. Никто даже не подозревал, что в нескольких десятках метров от них находятся люди, пришедшие изменить всё. Олег шёл рядом, постоянно осматриваясь по сторонам. За столько времени мы уже привыкли доверять друг другу без слов. Один взгляд мог сказать больше, чем долгий разговор. Первый пост появился впереди. Двое охранников стояли возле двери технического здания, о чём-то разговаривая. Они даже не смотрели в нашу сторону. Дима поднял руку, показывая остановиться. Несколько секунд мы просто наблюдали. Когда один из охранников отвернулся, Лёша бесшумно двинулся вперёд. За ним сразу последовал Никита. Всё произошло за пару секунд: короткое движение, удар, и оба охранника потеряли сознание, даже не успев понять, что произошло. — Чисто, — тихо сказал Лёша. Мы продолжили движение. Второй пост оказался сложнее. Здесь охранник стоял один, но рядом была рация. Любая ошибка могла всё испортить. Олег посмотрел на меня, потом на солдата впереди. Мы поняли друг друга без слов. Через несколько секунд рация уже лежала в руках Димы, а охранник тихо лежал у стены. — Осталось ещё два, — прошептал Никита. Чем дальше мы продвигались, тем сильнее становилось напряжение. Мы уже были внутри их лагеря, среди людей, которые ещё недавно считали нас врагами. И теперь оставался последний шаг перед тем, как Золотая Сталь узнает: они больше не в безопасности. После того как охранники на постах были выведены из строя, мы тихо вернулись к месту встречи. Валерия и его группу пока не было видно. Мы прижались к стене, скрываясь в тени между зданиями, и ждали сигнала. Вокруг всё ещё царила обычная жизнь. Люди проходили по улицам, не подозревая, что всего в нескольких десятках метров от них уже началась операция. Вдруг тишину разорвал глухой хлопок. Кто-то тяжело упал на плитку. Мы резко повернули головы и увидели Диму. Он лежал неподвижно, с простреленой головой. На несколько секунд всё вокруг будто остановилось. Я поднял взгляд выше. Из-за угла вышли двое охранников. Видимо, мы пропустили этот пост. — Оружие на землю! — прохрипел один из них, направляя на нас пистолет с глушителем. — Быстро, пока ещё кто-то не сдох! Они не кричали, не поднимали тревогу. Они были уверены, что всё уже под контролем. Мы медленно сняли оружие с плеч и положили его на землю. Сейчас любая ошибка могла закончиться ещё одной смертью. Но охранники не заметили движения за своими спинами. Из тени вышли Валерий, Стас и ещё двое солдат. Судя по их лицам, их группа тоже потеряла человека. Всё произошло мгновенно. Первый охранник даже не успел обернуться. Валерий сделал шаг вперёд и сильным ударом приклада отправил его на землю. Второго схватили двое солдат, не дав ему поднять оружие. Стас перехватил его и повторил тот же приём. Через несколько секунд всё закончилось. — Парни... спасибо, — тихо сказал Лёша, посмотрев на место, где лежал Дима. — Но если бы вы пришли чуть раньше, он остался бы жив... Валерий на мгновение опустил взгляд, но быстро вернулся к делу. — Мы обязательно вспомним каждого, кто погиб в этой войне, — сказал он серьёзным голосом. — Но сейчас мы не можем остановиться. Он посмотрел в сторону площади. — Охрана обезврежена. Теперь нужно выйти к людям и сделать так, чтобы они услышали правду. У нас больше нет времени. Мы медленно вышли на улицу, где продолжалась обычная жизнь жителей лагеря. Люди сразу заметили нас. Кто-то остановился, кто-то начал отходить назад, другие ускорили шаг, пытаясь скрыться в зданиях. Несколько человек уже открыли рты, чтобы позвать охрану, но ответа не последовало. И тогда они поняли: что-то произошло. В центре жилой зоны находилась небольшая площадка для объявлений. Именно там руководство обычно обращалось к жителям. Валерий поднялся на неё. Несколько секунд он просто смотрел на людей перед собой, будто вспоминал то время, когда сам стоял среди них. Он прокашлялся и начал говорить: — Жители Золотой Стали. Мы пришли сюда не для того, чтобы причинить вам вред. Мы пришли предложить вам избавиться от правления Коновалова. В толпе сразу появились недовольные взгляды. — Многие из вас помнят, каким был этот лагерь пять лет назад. Один из крупнейших, с торговлей, связями с другими поселениями и безопасностью. Но всё изменилось, когда пришёл новый генерал. Голос Валерия стал жёстче. — Коновалов изменил правила. Он сделал так, что обычные люди перестали иметь право голоса. Он превратил место, которое должно было защищать людей, в систему страха. Сейчас вы или с нами, или против нас. Кто-то в толпе выкрикнул: — Мы так видим, вы нам угрожаете? Другой мужчина крикнул — Тоже мне, спасители! Другие начали переговариваться. Слышались недовольные возгласы, кто-то ругался в сторону Песчаной станции. Я понял, что всё идёт не так, как планировал Валерий. Люди не видели в нас спасителей. Для них мы были чужими вооружёнными людьми, которые пришли в их дом. Валерий уже собирался ответить, но я сделал шаг вперёд. Он посмотрел на меня с удивлением, будто хотел остановить, но я продолжил идти. — Уважаемые жители, — сказал я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Мы понимаем, почему вы нам не доверяете. Шум постепенно стих. — Мы пришли с оружием, ворвались сюда и нарушили ваш привычный порядок. Но мы не хотим заставлять вас выбирать нашу сторону. Я посмотрел на людей перед собой. — Вы можете не соглашаться с нами. Можете забыть о нашем существовании сразу после того, как мы уйдём отсюда. Но есть одно, что нельзя игнорировать. Я сделал паузу. — Действия вашего генерала перешли границу. Мы не пришли уничтожать вас. Мы пришли остановить человека, который ведёт этот лагерь туда, откуда уже не будет возврата. Несколько секунд была полная тишина. — Спасибо за внимание. Я отошёл от сцены. Валерий смотрел на меня с явным недовольством. Было видно, что он хотел более жёсткого разговора, но потом перевёл взгляд на толпу. Люди уже не кричали. Они всё ещё были напряжены, многие не знали, кому верить, но злость постепенно сменилась сомнением. Валерий слегка кивнул мне. — Хорошо сказал, — тихо произнёс он. — Только ты понимаешь, что теперь у нас нет права ошибиться? Я посмотрел на улицу, где люди начали переговариваться между собой. — Понимаю. Люди продолжали переговариваться между собой. Кто-то смотрел на нас с недоверием, кто-то наоборот пытался понять, правда ли всё, что мы сказали. Но задерживаться здесь мы не могли. Валерий спустился со сцены и жестом подозвал нас. — Всё. Больше мы ничего здесь не сделаем. Кто хотел услышать, тот услышал. Он посмотрел на часы. — Теперь главное. Армия Коновалова скоро покинет Загородную и направится к Песчаной. Если мы хотим ударить им в спину, нужно попасть на станцию раньше них. Мы двинулись обратно к техническому зданию, через которое был проход вниз. Теперь каждый шаг ощущался иначе. Несколько минут назад мы были врагами, которые проникли сюда тайно. Теперь часть людей знала, что мы здесь. Но никто не остановил нас. Когда дверь в подземный уровень закрылась за нами, шум города остался наверху. Внизу снова встретили знакомую тишину тоннелей. — Странно... — тихо сказал Олег. — Мы только что были среди сотен людей, а теперь будто вернулись в другой мир. Валерий ничего не ответил. Он просто шёл вперёд. Мы вышли к двери, которая, согласно схеме лагеря, вела на станцию метро «Крупская». Отсюда до оккупированной «Загородной» был примерно километр, а ещё столько же до Песчаной. Оставалось десять минут до начала нападения. Времени почти не было. — Посмотрим, что осталось от экипировки Зосталов, и сразу двигаемся дальше, — сказал Валерий, осматривая помещение. Вдруг он остановился. — А вот это нам повезло. Здесь есть дрезина. Он подошёл ближе и проверил механизм. — Сэкономим время. Мы быстро собрали дополнительные боеприпасы, проверили оружие и забрались на дрезину. Никита и ещё один солдат встали по бокам и начали работать с рычагами, постепенно разгоняя её по рельсам. Стук металла разносился по пустому тоннелю. Мы почти не разговаривали. Каждый понимал: сейчас любая ошибка может стоить жизни не только нам. Я смотрел вперёд, где слабый свет фонарей исчезал в темноте. Хотелось верить, что мы успеем. Через некоторое время впереди показалось слабое освещение. Сначала несколько ламп, потом оранжевое свечение от бочек с огнём. Станция была совсем рядом. Но вокруг было слишком тихо. Ни голосов, ни шагов. — Они уже ушли, — тихо сказал Лёша, стоящий позади нас. — Армия направилась к Песчаной. Он посмотрел на дрезину. — Дальше пешком. Здесь могут услышать. Никита остановил механизм. Последний металлический скрип эхом прошёл по тоннелю. Мы спрыгнули на холодный бетон и приготовили оружие. Вот, Загородная. А за ней Песчаная. — Сейчас мы в шаге от боевых действий... снова, — последнее слово Валерий произнёс тихо, почти шёпотом. В его голосе слышалась тяжесть человека, который уже не раз проходил через подобное. Для остальных это была предстоящая битва, а для него — возвращение туда, откуда он когда-то ушёл. — Оружие больше не убираем, — добавил Стас, проверяя своё снаряжение. — Впереди может быть всё что угодно. Мы продолжили движение по тоннелю. Сначала вокруг была только тишина и звук наших шагов. Но вскоре где-то далеко раздался глухой хлопок. Потом ещё один. Звуки становились всё чаще. От стен тоннеля отражались выстрелы, и казалось, будто сама земля начала дрожать. Мы остановились всего на секунду, прислушиваясь. Это уже была не подготовка. Это была война. — Вперёд! — резко сказал Валерий. — На Песчаную уже напали! Он первым рванул дальше по тоннелю, и мы сразу последовали за ним. С каждым шагом звуки боя становились громче. Мы приближались. Первое, что мы увидели в почти полной темноте, были вспышки выстрелов. Мы остановились. На несколько секунд никто не произнёс ни слова. Где-то глубоко внутри меня неприятно сжалось. Мы были всего в нескольких десятках метров от врага, но они даже не представляли, что прямо у них за спиной находятся восемь вооружённых Песчаников. Мы медленно выглянули из-за угла. Впереди был тоннель, заполненный солдатами Золотой Стали. Я насчитал около пятидесяти человек. Большая часть находилась дальше, ближе к выходу, потому что узкий проход не позволял всем одновременно двигаться вперёд. Они подготовились. Из мешков с песком, металлических листов и ящиков они собрали импровизированные укрепления. За ними солдаты вели огонь по Песчаной, даже не подозревая, что следующая атака может прийти не спереди. Мы осторожно продвинулись вперёд и заняли позицию за одним из укрытий. Теперь оставалось только ждать. Я смотрел через небольшую щель между коробками и наблюдал за врагом. Вдруг среди солдат появился человек с фонарём. Свет на мгновение осветил лица троих людей, стоящих чуть дальше от остальных. Одного из них я узнал сразу, форма была знакомой. Это был Коновалов. — Вон он... генерал, — тихо сказал я, указывая в его сторону. В ту же секунду всё вокруг будто изменилось. На лицах солдат появилась злость. Стас сжал оружие сильнее. А у Валерия медленно сжались пальцы на рукояти пулемёта. Раздался тихий хруст суставов. Столько лет он ждал этого момента. — Если убрать его сейчас... остальные могут сдаться, — тихо предположил Олег. Несколько секунд никто не отвечал. Идея была логичной. Без командира армия могла потерять смысл продолжать бой. Но Валерий продолжал смотреть на Коновалова. — Нет, — наконец сказал он. Мы посмотрели на него. — Почему? — спросил Стас. Валерий медленно поднял оружие, но не направил его. — Потому что он не просто стоит здесь и командует. Он посмотрел на солдат впереди. — Посмотрите вокруг. Они подготовились, заняли позиции, пришли сюда с одной целью. Если Коновалов исчезнет, кто-то другой может просто продолжить его приказ. Он замолчал на секунду. — Нам нужен не только мёртвый генерал. Лучше взять его живым, чтобы вынести справедливый суд, и жители Золотой увидят его настоящее лицо. В этот момент один из солдат впереди резко повернул голову, будто что-то услышал. Валерий сразу поднял руку, все замерли. Тишина длилась всего несколько секунд. Потом солдат крикнул: — Там кто-то есть! Фонари начали резко двигаться в нашу сторону. Наше преимущество исчезало. — Ну что ж... — тихо сказал Валерий, снимая оружие с предохранителя. — Похоже, разговор придётся отложить. Первый выстрел прозвучал в темноте тоннеля. И через мгновение весь проход превратился в огонь и шум. — Огонь! — раздалась команда со стороны противника. В тот же момент тоннель взорвался шумом. Мы открыли ответный огонь. Автомат в руках ощущался совсем иначе, чем оружие, к которому я привык. Каждый выстрел отдавался неприятной вибрацией, ствол тянуло в сторону, а руки быстро уставали от напряжения. До этого я стрелял только из ружья. Там было проще. Один выстрел, и заряжаешь следующий патрон. А здесь всё смешалось в один сплошной поток. Я снова спрятался за укрытие, пытаясь перевести дыхание. Рядом что-то тяжело упало, я повернул голову. Никита лежал на земле. Он пытался подняться, но силы уходили слишком быстро. Он захлёбывался кровью, его взгляд метался, сосуды глаз лопнули, и окрасились в кровавый. Он пытался ползти, но ничего не получалось. Мы не могли ему помочь. Я отвернулся и сильнее сжал оружие, но собрал силы и осторожно выглянул из-за укрытия. У Золотой Стали тоже были потери. Несколько солдат лежали за своими укреплениями, кто-то пытался оказать помощь раненым, кто-то продолжал стрелять, не обращая внимания ни на что. Но их было больше. И они продолжали наступать. В голове начало шуметь. Выстрелы, крики, приказы. Грохот отдавался от стен тоннеля и превращался в один бесконечный звук. Я почувствовал, как начинает болеть голова. Я прижал руки к ушам, пытаясь хоть немного заглушить этот хаос. — А-а-ай... ссс... твою же... Я повернулся. Олег сидел рядом, прислонившись к стене. Он держался за ногу, сквозь ткань уже проступала кровь. — Давай помогу... Я заставил себя подняться и достал из рюкзака небольшую аптечку. Олег с трудом поднял штанину. Руки дрожали, но я всё равно начал работать. Обработал рану и перевязал её. Каждое движение давалось тяжело из-за постоянного шума вокруг. — Пуля осталась в ноге... — сказал я, голос дрогнул. Он попытался усмехнуться. — Отлично. Значит, будет что вспомнить. — Ничего, — ответил я, затягивая повязку. — Выберемся отсюда, и тебя нормально подлатают. Я хотел сказать это уверенно, но сам не знал, верил ли в свои слова. В этот момент сквозь грохот боя прорезался новый звук. Другие выстрелы. Из нашего тоннеля, но дальше. Я поднял голову. Это была Песчаная, они дали бой.