Работа

Робби дежурил за прилавком сувенирной лавки, лениво постукивая пальцем по кассе. В колонках играло что-то мрачно-инди, что, по его мнению, «хотя бы отпугивало нормальных людей». — Лучший день, — пробормотал он, глядя на пустой зал. — Ни детей, ни туристов, ни… Дверь распахнулась с таким грохотом, будто в лавку ворвался лесной дух. — О-О-О, СМОТРИТЕ, ЗДЕСЬ ВСЁ СТРАННОЕ!! — хором закричала группа туристов в одинаковых кепках «I ♥ Gravity Falls». Робби медленно поднял глаза. — …я передумал. День испорчен. Толпа мгновенно рассыпалась по магазину. Кто-то начал трясти снежный шар с глазом, кто-то фотографировался с чучелом гнома, а одна женщина уже спрашивала: — Молодой человек, а это настоящий проклятый амулет? — Да, — без эмоций ответил Робби. — Особенно если вы не платите за него. К кассе подбежал мальчишка лет десяти: — А вы правда тут живёте? А вы видели Билла? А вы знаете Диппера и Мэйбл?! — Я знаю боль, — сказал Робби. — И она сейчас говорит твоим голосом. В этот момент из-за стеллажа раздался грохот — турист уронил коробку с «загадочными кристаллами настроения». — ОНИ МЕНЯЮТ ЦВЕТ!! — восторженно заорал кто-то. — Это потому что они пластиковые, — устало пояснил Робби. — И дешёвые. Как и всё в этом городе. Кроме травм психики. Очередь к кассе выросла внезапно. Деньги сыпались, вопросы не прекращались, музыка в колонках заглохла. Робби пробил последний сувенир, посмотрел на гору купюр и вздохнул: — Ладно… — тихо. — Может, туристы не совсем зло. В этот же момент кто-то нажал кнопку игрушки, и по лавке разнёсся пронзительный писк: — Я ПРОКЛЯТ!! Робби уронил лоб на кассу. — Я беру свои слова обратно. Робби стоял за прилавком сувенирной лавки, облокотившись щекой на ладонь и глядя в никуда. Перед ним — гора магнитиков с гномами, кружки «I survived Gravity Falls» и коробка, из которой подозрительно торчал чей-то пластиковый глаз. — Лучший вечер моей жизни… — пробормотал он. И именно в этот момент дверь распахнулась. — ОГО! — закричал кто-то. — СМОТРИ, ЭТО НАСТОЯЩИЙ СКЕЛЕТ?! — А ЭТО ПРОКЛЯТО?! В лавку ввалилась толпа туристов, человек десять, все с фотоаппаратами, детьми, рюкзаками и выражением лиц «мы сейчас всё потрогаем». Робби медленно выпрямился. — Не трогайте. Пауза. — Ничего. Ещё пауза. — Особенно то, что шевелится. Один ребёнок тут же потянулся к стеклянной банке с надписью «НЕ ОТКРЫВАТЬ». — Мам, а почему она дышит? — Потому что это Гравити Фолз, — мрачно сказал Робби. — Здесь даже банки делают кардио. Через пятнадцать минут: кто-то уронил стойку с открытками, кто-то сфотографировался с чучелом, которое не было чучелом, а Робби уже трижды объяснил, что «нет, это не актёр, он правда так выглядит». Когда толпа наконец ушла, лавка выглядела так, будто по ней прошёл маленький апокалипсис. Робби закрыл дверь, повесил табличку «Скоро вернусь (возможно)» и вышел на крышу. Там было тихо. Лес шумел, неоновые огни города мигали вдалеке, а на краю крыши кто-то уже сидел. — Ну наконец, — раздался знакомый голос. — Я думал, тебя съели туристы. Робби усмехнулся и сел рядом. — Они хуже. Они задают вопросы. Он достал гитару, провёл по струнам — тихо, лениво. Ночь была прохладной, но спокойной. Иногда Гравити Фолз был странным. Иногда — просто шумным. А иногда… это было лучшее место, чтобы сбежать от всего и просто посидеть на крыше.