Утро и любовь

Робби проснулся от запаха кофе. И это уже было подозрительно, потому что кофе в их доме обычно пахнет как земля после дождя. Он медленно открыл один глаз. Потолок был знакомый — его комната. Значит, он не умер. Уже плюс. Второй глаз открывался хуже: голова гудела, будто всю ночь он слушал собственные песни на повторе. — …Что вообще вчера было?.. — пробормотал он. Робби приподнялся на локтях — и тут же замер. На полу, в спальных мешках и пледах, спали люди. Много людей. Диппер — свернувшись калачиком, обняв рюкзак, будто тот мог убежать. Мейбл — раскинув руки и ноги, в обнимку с каким-то свитером (кажется, его свитером?!). Тэмбри — сидя, прислонившись к стене, с телефоном в руке, который давно разрядился. И… Робби перевёл взгляд. Венди. Она спала на старом диванчике у окна, укрывшись пледом с черепами (он терпеть его не мог, но ей почему-то шёл). Рыжие волосы выбились на лицо, дыхание ровное, спокойное. Робби мгновенно сел ровно. Слишком ровно. Слишком быстро. — О нет, — прошептал он. — Только не говорите, что я вчера сказал что-нибудь стыдное. Он судорожно прокручивал вечер в голове: туристы → магазин → крыша → друзья → мотылёк-человек (да, это точно было) → кладбище → «Вы можете переждать у меня дома» — …провал. Из кухни донёсся звук посуды. — Доброе утро, солнышко, — раздался бодрый голос мамы Робби. — Ты уже встал? Робби побледнел. — Мама. Не. Заходи. Сюда. Слишком поздно. Дверь приоткрылась, и его мама заглянула в комнату, окинула взглядом спящих подростков и… улыбнулась. — Ой, какие вы милые, — сказала она. — У нас гости! Я испекла печенье. С корицей. Робби хотел умереть. Прямо сейчас. Желательно тихо. — Мам, пожалуйста, не будь… слишком дружелюбной, — прошипел он. — Я всегда дружелюбная, — пожала плечами она. — Особенно к друзьям моего сына. И ушла. Робби выдохнул и осторожно слез с кровати, стараясь не разбудить Венди. Он на цыпочках прошёл мимо, но, конечно же, споткнулся о спальный мешок Диппера. — Ай! — Мы умираем? — мгновенно спросила Мейбл, не открывая глаз. — Нет, — простонал Робби. — К сожалению. Постепенно все начали просыпаться. Комната наполнилась зевками, шорохом пледов и запахом кофе. Венди села, потянулась и посмотрела на Робби. — Доброе утро, — сказала она спокойно. — У тебя… уютно. Робби почувствовал, как у него внутри что-то переворачивается. — Э… да. Ну. Это… эм… спасибо, — выдавил он. За завтраком он вёл себя подозрительно заботливо: пододвинул Венди чашку, предложил печенье, спросил, не холодно ли, не хочет ли ещё. — Робби, ты в порядке? — прищурилась Тэмбри. — Ты ведёшь себя так, будто собираешься признаться в чём-то. — ЧТО? НЕТ, — слишком быстро ответил он. — Я просто… вежливый. Иногда. Венди улыбнулась краешком губ и тихо сказала: — Мне понравилась ночёвка. Спасибо, что пустил нас. Робби опустил взгляд в кружку с кофе, пряча лицо. — Ага… ну… если вдруг ещё появится мотылёк-человек… — пробормотал он, — ты знаешь, где меня найти. И на этот раз он бы л рад, что ничего не помнит о том, как заснул. Потому что утро было… неожиданно хорошим.