Часть 5

      Агнесса Гиберто разделяла мнение Иешуа Га-Ноцри, хотя слыхом не слыхивала о творчестве Михаила Булгакова. Девушкой она была скромной, отличалась невероятно повышенной эмпатией, приятельствовала со всеми и одновременно ни с кем не дружила. Но недавно у неё появилась настоящая подруга, пусть и виртуальная. Её звали Сильви, почти как героиню любимой оперетты Агнессы. Сильва Вареску обрела счастье с любимым, и сословные предрассудки не помешали влюблённым. Так вышло, что история повторилась в жизни молоденькой танцовщицы. Феб казался таким искренним, любящим и благородным. И вот у капитана полиции, как и у Эдвина, оказалась невеста, а Агнессу он не воспринимал всерьёз. Из разряда «на таких не женятся». Если бы Феб попросил извинений или просто дал бы понять, как много любимая для него значит, то Агнесса бы простила своего парня достаточно быстро. Но нет. Капитан кричал на неё, был ужасно груб во время их последнего разговора и ясно дал понять, что у него много проблем и бабские истерики его достали. Немного подумав, девушка заблокировала номер уже бывшего жениха. Агнесса не умела подолгу обижаться на людей за очень редким исключением. Сколько раз отец говорил, что она такая же безвольная тряпка как и мать. Юная ученица колледжа культуры была добра, кротка и думала о людях только хорошее. В её сердце жила ненависть только к Валентину Кормонтрею. Как сейчас она слышала голос отца: — У тебя никакой силы воли! Кто бы говорил! Бабушка Селина в итоге оказалась не такой уж и плохой женщиной. Она раз в неделю звонила Агнессе, рассказывала всё о своей жизни, говорила о прошлом, о своём родном городе Реймсе, ругала столицу Франции, жаловалась на новую невестку. Внучка терпеливо слушала старушку. Иногда Селина могла подкинуть ей денег, но в ответ Агнесса дарила бабке маленькие презенты, поскольку считала, что подарки обязывают. Хотя общаться с бабушкой было довольно познавательно. Даже всезнайка интернет не мог предоставить столько сведений о средневековом Реймсе, как словоохотливая Селина. Пакетта давно уже простила свекровь, и в глубине души была ей даже благодарна. Агнесса считала, что авторитарной, умной и красноречивой женщине надо кому-то выговориться. Так получилось, что с подругами она почти не общалась. На это были разные причины. Хотя дочь и мать Гиберто подозревали, что дело в скандальном и бескомпромиссном характере престарелой мадам Кормонтрей. Агнесса не делилась с бабушкой своими переживаниями. Для этого у неё была Сильви. Как говорила Селина, легче всего выговориться в поезде случайному попутчику. Вот и Сильви являлась для будущей артистки оперетты именно такой попутчицей. Ведь Агнесса никогда не встречала Сильви в реале и скорее всего никогда не встретит. Хотя в жизни всё может быть. Но не будем забегать вперёд. Что же останется к концу, если всё будет известно с самого начала? Агнесса поколебалась и открыла ноутбук. Переписка Агнессы и Сильви. — Прости меня, но ты не занята? Ответ пришёл мгновенно. — Я в любое время к твоим услугам. Что-то серьёзное? — Да нет. Просто мне не к кому больше обратиться. Приятельницы начнут давать такие советы, что моя разорванная в мелкие клочки душа станет и вовсе кровавыми отрепьями. Десять смеющихся смайликов. — Нехорошо смеяться над чужим горем. — Извини. Но меня как профессионального редактора смешат такие вычурные конструкции. Ошибка всех новичков. Набрать побольше красивых фраз и наплевать на смысл. Простота — удел гениев. — Я и не претендую. — Надо равняться на лучших, а не на худших. Ну так что у тебя произошло? Напиши так, как чувствуешь. — Я рассталась с Фебом. Несколько строчек восторженных смайликов. Агнесса против воли улыбается. Ох уж, эта Сильви. Эта девушка с высшим образованием — ровесница Гренгуара, но временами студентка считает, что её собеседнице не больше четырнадцати лет. Эмоциональность зашкаливает неимоверно. Типичный агрессивный подросток в пубертате. — Я рада. Ты избавила себя от лишних страданий. А меня тоже предал любимый человечек. — Ой. Бедная ты моя. — Ну не такая и бедная. У меня есть любимая работа, квартира, заработок, только я не ожидала такой подставы от этого засранца поганого. — А что случилось? — Только после вас. — Да тут нечего и рассказывать. Я вчера получила фотографии в лс. Ну и с ссылку на статью, что Феб собирается жениться на другой девушке. Она такая некрасивая и бесцветная. Крыса белёсая. Но богатая, образованная и воспитанная. Не то что я. Я могла бы быть такой же, если бы не этот козёл. — Папахен твой, что ли? — Он самый. Если бы он умирал на моих глазах, то я бы смеялась. Три удивлённых смайлика. — Теперь я заблокировала его. Ну Феба, в смысле. — Поставь блокировку на незнакомые номера. На всякий случай. И в мессенджерах так сделай. И в соцсетях поставь его в чёрный список. А если лично придёт, то скажи, что сообщишь полковнику Тристану о ваших отношениях. Этого тупицу не погладят по головке за секс с несовершеннолетней. Посадить — не посадят. Но общественность очень строго на это смотрит сейчас. Уволят да приклеят ярлык современного Гумберта. По-хорошему именно так надо сделать. — Не надо. Мой отец был прав, когда говорил, что я достойна только того, чтобы мною попользоваться и бросить. Я сама себя так поставила. Нечего удивляться, что об моё сердце вытирают грязную обувь. — Опять. — Не опять, а снова. — Пусть так. Но ты должна научиться себя любить, а не принижать. Не мечите жемчуг перед свиньями… Ты редкостная жемчужина, которую не оценила свинья в мундире. — Спасибо. Я сэкономила на приёме у психолога. А теперь рассказывай, что у тебя случилось? — Всё то же. Я его любила, я его боготворила, а он плюнул мне в душу. Задница проклятая. Придурок грёбаный. — У него тоже другая женщина? — Что-то вроде этого. — А ты его бросила? — Не всё так просто. Нас связывает слишком многое. — Ага. Зато мне ты категоричные советы даёшь. — Ещё бы. Все любят давать советы особенно дураки с дурами. — Ну это точно не про тебя. Надеюсь, что ты живёшь не вместе с этим выродком. — Отнюдь. Мы живём в квартире, которая досталась мне от родителей. Но мой любимый человек ушёл жить к другой женщине, хотя изредка появляется и у меня. — Вот это наглость. А зачем он приходит? — За деньгами, ну и заодно справляет свою мужскую потребность. — И ты терпишь это? Агнесса так возмутилась, что была готова кинуть в стену с таким трудом заработанный ноутбук. — На днях моё терпение треснуло по швам, как куртка на толстушке в Пасху. Я поняла, что он никогда не ценил и не любил меня. Он предал меня. Я никому не нужна. Иногда я даже думаю о самоубийстве, но у меня не хватает духа. Спасибо, что прочитала. А если бы напишешь мне ответ, то я буду самой счастливой женщиной на свете. Жалость, сострадание и добрые слова меня не унижают. — Тогда напишу, что ты ещё глупее, чем я. — Я не это ожидала прочесть. — Зачем мы тратим время на таких козлов? Хотя у меня есть своя козочка. Она в сто раз порядочнее, чем некоторые. А ты выгоняй этого альфонса в шею. — Не могу. — Почему? — Я давно люблю его и верю, что он исправится. Я живу им. — Ну и дура. — Мы родственые души. — Да я своего бывшего на порог не пущу. — Прекрасно.