Глава 5. Ночной тост

Дециан внезапно встал. Его движения были плавными. Он подошел к небольшому бару в углу рубки. Достал две изящные рюмки и бутылку с золотистой жидкостью. – Составите компанию? – предложил он, поднимая бутылку. – Это медовый ликер. Один из немногих экспортных товаров 22 сектора. – С удовольствием. – Мерцелла выпрямилась в кресле. Он наполнил рюмки и протянул одну ей. Их пальцы слегка соприкоснулись при передаче. Мерцелла вздрогнула. По коже пробежала мурашки. – За что выпьем? – спросила она, пытаясь скрыть внезапное смущение. – За неожиданные разговоры, – предложил Дециан, поднимая рюмку. Ликер оказался удивительно мягким. С послевкусием полевых трав и чем-то еще – диким и свободным. – Это прекрасно, – выдохнула Мерцелла. – Совсем не похоже на то, что подают в центральных секторах. Она сделала еще глоток. Теплота разлилась по телу. Ликер придал ей смелости. – Вы скучаете по Гексосу? – спросил Дециан неожиданно. Мерцелла задумалась: – Да. Хотя и не думала, что буду. Все эти годы мне казалось, что я задыхаюсь дома. Одно и то же, день за днем. – Но теперь понимаете, что вы были частью этого? – Да. – Она провела пальцем по краю рюмки. – И понимаю, что я, возможно, никогда туда не вернусь. Последние слова прозвучали тише. Дециан налил еще ликера. Его движения стали медленнее, задумчивее. – Дом – это не только место, – сказал он. – Иногда дом – это люди. Или воспоминания. Или даже просто чувство принадлежности к чему-то большему. – А где ваш дом сейчас, господин Соррет? – она поймала его взгляд. Он долго молчал, вращая рюмку в руках. Золотистая жидкость переливалась в свете звезд. – Не знаю. Может быть, у меня его вообще нет. А может быть... – он посмотрел на нее, и Мерцелла почувствовала, как учащается сердцебиение, – может быть, дом там, где тебя понимают. В его глазах мелькнуло что-то такое, что у нее перехватило дыхание. Время летело незаметно. За иллюминатором звезды медленно меняли конфигурацию, а в рубке двое людей из разных миров открывали друг друга. – Странно, – Мерцелла покрутила в руках пустую рюмку. – Я никогда не рассказывала об этом. О своих детских побегах, о мечтах увидеть океан. Даже Мейо не знает этих историй. – Иногда с незнакомыми людьми проще говорить о важном, – заметил Дециан. – Нет груза ожиданий и предрассудков. – Но мы ведь уже не совсем незнакомые? Он посмотрел на нее внимательно: – Нет. Не совсем. Между ними повисло молчание, но не неловкое, а полное понимания. – Расскажите еще что-нибудь, – попросила она. – О Церере, о работе, о чем угодно. – О работе? – он усмехнулся. – Это не самая увлекательная тема. – Для меня увлекательная. Каково это – быть дипломатом? Дециан помолчал, подбирая слова: – Представьте, что вы постоянно ходите по минному полю. Одно неосторожное слово – и все взрывается. Приходится все время думать наперед, предугадывать реакции, скрывать истинные мотивы. – Звучит утомительно. – Очень. Иногда я забываю, что думаю на самом деле. Где заканчивается роль, и начинаюсь я. Мерцелла посмотрела на него с сочувствием: – А сейчас вы – это вы? – Сейчас – да. Она улыбнулась и потянулась за бутылкой, чтобы налить еще, но покачнулась. Дециан быстро наклонился вперед и остановил ее движение, накрыв ладонью ее руку: – Осторожнее. Этот ликер коварнее, чем кажется. Прикосновение его кожи обожгло. Мерцелла замерла. Смотрела на его пальцы – сильные, покрытые шрамами, но удивительно нежные. Дециан тоже застыл. Словно только сейчас осознал близость. – Господин Соррет... – начала она. Голос предательски дрогнул. – Я... – Я знаю, – прервал он, медленно убирая руку. – Я тоже. Они смотрели друг на друга в неоновом свете приборной панели. Мерцелла чувствовала, как между ними что-то меняется. Невидимая граница размывалась. Уступала место чему-то большему. Внезапно корабль тряхнуло. Не сильно, но неожиданно. Мерцелла вскрикнула и схватилась за подлокотники кресла. – Что это? – выпалила она. Дециан мгновенно перешел к панели управления. Его пальцы забегали по клавишам. Все следы усталости, расслабленности, теплоты исчезли. Перед ней снова был профессиональный пилот. – Небольшая турбулентность, – сообщил он, изучая данные на экране. – Космический мусор или остатки метеоритного потока. Ничего серьезного. – Вы уверены? – Мерцелла все еще была напряжена. – Абсолютно, – кивнул он. – Щиты поглотили воздействие. Системы работают нормально. Он вернулся в кресло, но атмосфера изменилась. Момент был утрачен. – Нам нужно поговорить, – сказала она, наконец. – Когда прилетим на Илион-12. – Да, – согласился он. – Нужно. Но пока они просто сидели рядом. Слушали гул двигателей. Наслаждались тишиной понимания. За окном медленно разгорался далекий рассвет – первые лучи крупной звезды пробились сквозь космическую тьму. – Красиво, – прошептала Мерцелла. – Очень, – согласился Дециан, но смотрел он не на звезды. За иллюминаторами медленно поворачивались созвездия. Отмечали ход времени. А в рубке космического корабля, Дециан и Мерцелла все еще сидели рядом - она под пледом, он слегка наклонившись к ней. Их руки почти соприкасались на подлокотнике кресла. И хотя между ними не было произнесено слов любви, в воздухе витало понимание того, что они нашли друг в друге ту самую точку опоры, которой так не хватало каждому в огромной и холодной вселенной.