Глава 4. Светские тяготы

– Мне всегда было интересно, – продолжил Дециан, – каково это, расти в большом поместье? Множество комнат, слуги, приемы... Мерцелла поморщилась. – О, светские приемы! Это было настоящее испытание. Представьте: часами улыбаться людям, которых видишь впервые и больше никогда не встретишь, вести беседы ни о чем... Месяц подготовки к одному вечеру в центре всеобщего внимания. – Звучит утомительно. – Это было хуже каторжной работы! – вырвалось у нее, и она тут же смутилась от неудачного сравнения. – Простите, я не должна была... – Все в порядке. – Дециан повернулся к ней полностью. – Продолжайте. Мне действительно интересно. Что-то в его тоне, в том, как внимательно он слушал, заставило Мерцеллу расслабиться. – Я задыхалась от скуки. Все эти разговоры о моде, о сплетнях, о том, кто с кем помолвлен... Но худшим были уроки экономики. Восемь часов в неделю профессор Вейланд ворчал что-то про деривативы и межпланетные фьючерсы. Его монотонный голос был сильнее любого снотворного. Однажды я даже заснула на лекции. А когда проснулась, обнаружила, что профессор, не прерывая лекции, аккуратно нарисовал мне усы и бороду маркером. Ради поддержания дисциплины, как он потом объяснил отцу. – А я-то думал, что аристократическое образование – это привилегия. – рассмеялся Дециан. – Привилегия... – Мерцелла фыркнула, скрестив руки на груди. – Знаете, что было самым неприятным? То, что я не имела права показать, насколько мне все это неинтересно. Я всегда должна была быть примерной, воспитанной леди Мерцеллой Истри. – А какой вы хотели быть на самом деле? – его голос стал мягче. Вопрос застал ее врасплох. Никто никогда раньше не спрашивал ее об этом. – Я... я не знаю. – Она поджала ноги под себя, глубже укутавшись в плед. – Может быть, просто собой. Дециан посмотрел на нее с такой нежностью, что у Мерцеллы перехватило дыхание. - А вы... всегда любили читать? – спросила она, пытаясь скрыть смущение. - Всегда, - кивнул он. - На Сильване с помощью книг можно было забыть о реальности. - А что вы читаете сейчас? - Все подряд. Историю, философию, поэзию... Недавно я читал "Размышления о свободе" Мейрина Архаэля. - И как он понимает свободу? – Мерцелла подперла подбородок рукой. - Он считает, что истинная свобода не в отсутствии оков, а в осознанном выборе того, ради чего стоит их носить. - А как вы понимаете эти слова? – Она с интересом посмотрела на него. Дециан задумался. Его лицо стало серьезным. - Я думаю, он имел в виду, что абсолютной свободы не существует. Мы всегда ограничены - обстоятельствами, обязательствами, собственными принципами. Но мы можем выбирать, какие ограничения принять, а какие отвергнуть. Она долго молчала, глядя на звезды за иллюминатором. - Знаете... – Мерцелла покусывала нижнюю губу. - Я всегда думала, что хочу свободы от долга, от необходимости быть подходящей наследницей. Но сейчас понимаю - я хочу свободы для чего-то. Для того, чтобы помогать другим. Чтобы использовать свое положение не просто ради сохранения статуса, а ради... смысла. - Смысла, - эхом повторил он. Взгляд Дециана был задумчивым. - А вы? Что выбрали бы? Его лицо на мгновение помрачнело. - Боюсь, мой выбор уже сделан давно. И не всегда он был правильным. - Но вы можете сделать новый выбор. – Она горячо подалась вперед. - Разве нет? - Возможно, - тихо ответил он. - Возможно, вы правы. - А знаете, что я поняла за эти дни? – Глаза Мерцеллы сверкали в полумраке. - Что свобода - это еще и право на ошибки. На собственные ошибки. - Мудро, - согласился Дециан. - Хотя цена ошибок иногда слишком высока. - Но жить, не имея права ошибаться, - это вообще жизнь? – спросила она. Он смотрел на нее долгим взглядом. Затем медленно произнес: - Нет. Это существование.