Часть 17

Иванов открыл глаза. Над ним был знакомый деревянный потолок — не такой, как в комнате Адама. Обычный. Он повернул голову: вместо лампы накаливания под потолком висел канделябр. Иванов резко сел — и в тот же миг услышал знакомый, до боли родной голос: — Сергей… ты… не вставай. Он повернул голову и увидел Дениса, который торопливо подошёл к нему. — Денис? — спросил Иванов, вглядываясь в лицо друга. — Да, я, — кивнул тот. — Ты как себя чувствуешь? — Я… голова болит, — Иванов коснулся виска. — Я где? — У меня дома. Не переживай, всё хорошо. Полицейский проверил документы, и я тебя забрал. — Полицейский? — Ты не помнишь? Тебя задержали до проверки личности. Иванов снова коснулся головы. Перед глазами всплыла камера. Последнее, что он помнил в XIX веке. Потом — XXI. Адам. Ева. Карина… Что это было — сон? Или… похуже? — Я всё это время лежал тут? — тихо спросил он. — Да. Как забрал тебя — так и лежал. Не переживай, всё хорошо, — успокаивал Денис. — А я… что-нибудь говорил? — Да, что-то невнятное, — кивнул Денис. — Я толком не понял. Лекарь сказал, что это нормально. Всего лишь реакция на укус осы. Иванов вздрогнул, услышав слово «оса». Он поёжился, вспомнив офис О.С.А. — Денис… а у меня есть дочь? — вдруг спросил он. Денис удивлённо посмотрел на друга. — Не знаю, — пожал плечами. — С чего ты так решил? — Помнишь Иришку… Ты не знаешь, где она? — Помню. Вроде уехала в Сестрорецк. А что? — Я хочу к ней поехать. — Поедем, — сказал Денис. — Только отдохни. Он помог Иванову лечь. Тот закрыл глаза. Он был дома. Денис был жив. Не в этом ли счастье?