2/2

Солнце, пробивающееся лучами сквозь дымовую завесу на небе, начинало освещать некогда спящий город. Двое людей в тихом и мирном районе Омен-сити прямо сейчас тихонько сопели друг в друга. Он в её белые волосы, а она в его голую грудь после вчерашнего сеанса домашнего массажа. К счастью для них обоих, сегодня особенный день, в который комиссар Дейв и его прекрасная жена Тори отдыхали по уважительной причине. В этот день им двоим было дозволено остаться дома с самого утра, ведь уже вечером в их квартире будет тяжело сделать вдох от количества собравшихся людей в нём. Сегодня принято дарить подарки, и Тори подготовила такой, это была рукопись, написанная ею давным-давно, которая была посвящена одному человеку. Конечно, речь идёт про её любимого мужа, который дарит ей счастье одним своим существованием, человека, которого она любит больше всех, она любит его запах, голос, ладони, волосы, лицо, глаза, уши, ноги, рёбра, стиль, шутки, да вообще всё, что только можно любить в человеке, она любит в нём всё! Кажется, любви лучше и не придумаешь, а прямо сейчас девушка уже проснулась и во всю борется с нерешаемой моральной дилеммой, которая нависла над ней. Выбираться из таких приятнейших, нежнейших объятий, которые так мягко согревают душу, но при этом пойти готовить завтрак и репетировать небольшое индивидуальное выступление ИЛИ остаться в этом положении ещё чуть-чуть и пойти заниматься этим всем вместе. И как бы не хотелось ещё немного ощущать на своём затылке родную ладонь, но блондинка решила выбраться из этой «золотой клетки» и пойти заранее готовится к тому, что Лололошка проснётся. Выбраться было легко, просто уйти чуть вниз, и вуаля, ты на свободе. Дальше обычное утро: туалет, почистить зубы, умыться в целом, а дальше на кухню. На кухне был календарь, на нём красуется дата — «11 декабря», но нужно было идти готовить. Готовка никогда не вызывала проблем у Тори, наоборот, исключительное удовольствие от происходящего в моменте действа. Открывается холодильник, из него достаются яйца, сосиски, помидоры, сыр, всё это ставится на стол, после этого из ящика достаётся лук, включается плита, на неё ставится сковородка, капля масла, поднять сковородку, распределить его по всей площади и дальше подождать. В руке скользит рукоять ножа, луковица разрезается на две части, одна идёт обратно в ящик, вторая очищается от кожуры, нарезается кубиками и летит на сковородку, после помидор, который моется под проточной водой, разрезается на две части, нарезается опять-таки кубиками, но достаточно крупными, после этого вторая половинка убирается обратно в холодильник, из которого попутно достаётся забытая зелень, сразу после этого открываются сосиски, две сосиски нарезаются кругляшками, лук и помидор отдали свой сок, перемешиваем, распределяем по всей поверхности, закидываем сосиски, после поджарившиеся сосиски переворачиваются, после некоторого времени берутся яйца, разбиваются лёгким ударом ножа поперёк, и дальше таким образом заливаются пять яиц по всей сковороде, всё накрывается крышкой, моется зелень, нарезается, спустя минуты три крышка поднимается, всё посыпается зеленью, плита выключается, яичница делится на две части, два яйца на Тори, три на Лололошку, в тарелку побольше выкладываются три яйца, в поменьше два, зелень в холодильник, тарелки на стол, к ним вилки, дальше из хлебницы достаётся белый хлеб и… Тёплые, большие, сильные руки сжимают хрупкую женскую талию, губы оставляют мокрые поцелуи прямо на плечах и шее девушки, пока та в свою очередь, улыбаясь, прижимает его голову ладонью к себе, поддакивая ему в его действиях. Доброе утро, Лоши — С особенной теплотой и нежностью, которая таилась в её душе, произнесла писательница. Доброе, моя изумрудная королева — С очень показательной ухмылкой произнёс комиссар, ещё раз поцеловав девушку в шею. Можно я кое-что принесу? — Чуть поджав губу, процедила она. Я в полном предвкушении — С ноткой наигранности произнёс он. Тори отошла за чем-то, в это время Лололошка не стал торопить события и просто стоял ожидающе, смотря в окно на рассвет, который начинался откуда-то слева, освещая озеленённые крыши домов, которые были отличительной чертой Омен-сити. Аграрная направленность города позволяла ему соответствовать такому стилевому оформлению, это раз, а два — это оказалось полезно, ведь таким образом в жаркие периоды повышенная температура в первую очередь поглощалась зелёной частью крыши, а уже после, маленькая-маленькая часть уходила вглубь дома. Более правильное распределение тепла позволяло жить в многоквартирных домах в периоды особенно жаркого лета, когда солнце греет под 36 и более градусов. А за раздумиями со спины послышался родной, мягкий голос поэтессы. Лоши-и, можешь закрыть глаза до тех пор, пока я не скажу открывать? — Вопросительно, с радостью в голосе, произнесла девушка. *Тишина* — Лололошка лишь молча показательно закрыл глаза руками и стал ждать того, что будет происходить. Девушка подошла со спины к парню, который был одет в уже фирменную белую футболку, и рукой надавила на его правое плечо с лицевой стороны, прося повернуться на 180 градусов. После в нужный момент остановив его, она произнесла: Можешь открывать! — Голос девушки был очень близко, поэтому парень аккуратно опустил ладони сначала вниз, а после вывел их типичное положение, открыл закрытые глаза, взгляд бросился вниз и… Это же!.. Стихи? — Небольшое недоумение появилось в голове у парня. Да! Любимый, я хочу поздравить тебя с днём рождения, и я дарю тебе свой самый первый сборник стихов, которые я написала про тебя. Тогда я не сказать, что прям умела их писать, но уже пыталась делать максимально чувственно и красиво, дабы порадовать тебя, но, к сожалению или счастью, я показываю их тебе только сейчас. Это может быть не самый уникальный подарок, но я считаю, он очень ценный и важный для меня в первую очередь, ведь я тогда была влюблена в тебя по уши и просто представить не могла, что в итоге мы поженимся и вообще всё сложиться настолько хорошо для нас. Тогда ты для меня был, можно сказать, спасителем, что поддерживал моё моральное состояние в более-менее хорошей форме. — С долей стеснения и покрасневшим носом проговорила это всё писательница. Какой бы это не был подарок на первый взгляд, но это история, которая имеет особенную ценность, ведь это стихи писательницы семилетней давности, когда комиссар Дейв только-только появился в её жизни. Думаю, их прочтение будет наполнено неловкостью, стеснением и смехом. Оу. Тогда я очень надеюсь, что в качестве второй части подарка ты мне их и прочитаешь, дабы я смог во всей красе прочувствовать ту глубокую влюблённость, что испытывала главная героиня данных рассказов! — С очень яркой, колкой иронией произнёс Лололошка, ещё сильнее заливая нашу писательницу красным цветом, ведь одно дело просто дать прочитать стихи, другое — это услышать, а третье — это прочитать их самостоятельно, но… Тори была бы не Тори, если бы не… Я согласна! Сегодня будет особенный сеанс литературного часа! — Неожиданно для шарфиковидного выдала поэтесса, которая действительно поддержала эту идею, я даже не представляю, насколько её хватит, но одно я знаю точно… Яичница начала остывать, девушка, тоже осознавая это, положила сборник на стол, дотронулась своими мягкими, будто подушки в их спальне, подушечками пальцев до щеки своего мужа и аккуратно, нежно вовлекла его в долгий поцелуй, который был обрамлён тёплой атмосферой стеснения, искренней влюблённости и самого что ни на есть счастья любви.