10. Второй раз.

Эльвира проснулась от ужасной головной боли и замерзших ног. Октябрь, казалось, был еще достаточно теплым, но в гостиной Слизерина, расположенной глубоко под землей, царила привычная прохлада. Даже с разожженными каминами в комнате было как всегда сыро и неуютно. Освещение тоже оставляло желать лучшего: светильники горели холодным, болотным цветом, из-за чего Эльвире не раз приходилось использовать чары, чтобы усилить яркость. Так пришлось сделать и в этот раз. Эльвира села, свесив ноги с кровати, протерла сонные глаза и, наконец спустившись с кровати, съежилась от ледяного пола еще сильнее. Далее, она опустилась на колени и, осмотрев фасад прикроватной тумбочки, приоткрыла один из скрипучих ящиков, в котором, как она помнила, должно было заваляться подходящее для её состояния зелье. Выудив наконец пузырек, Эльвира захлопнула ящик от чего вся тумбочка привычно пошатнулась, выдернула пробку и, отталкиваясь от пола, чтобы встать, быстро выпила противную жидкость. Иногда можно и потерпеть. Все же лучше, чем идти к мадам Помфри или, еще хуже, ходить с больной головой весь день, — подумала Эльвира и, оставив пустой пузырек на тумбочке, принялась собираться на занятия. Учебный день, в итоге, прошел спокойно. Лишь однажды девушка пересеклась с Сириусом, но после той перепалки в коридоре он явно не горел желанием подходить. Да и она... Она, может, и хотела, но боялась. Поэтому Эльвира то наигранно заводила разговор с идущими рядом однокурсницами, то резко отворачивалась, открывала книгу и начинала вчитываться в первые попавшиеся строчки. Лишь бы сделать вид, что брата она не видит. Тем же вечером Барти и Эван нашли Эльвиру в гостиной и, с детским любопытством, утащили в дальний угол комнаты. Удобно устроившись в кресле напротив стоящей девушки, они приготовились слушать. — Ну рассказывай, как тебе наш Лорд? — спросил Эван, приподняв бровь. — Мерлин, да это тут при чем... — Барти закатил глаза и наигранно ударил себя ладонью по лбу. — Ты лучше расскажи нам, почему он оставил тебя? Что вы там такого обсуждали? Эльвира сама не заметила, как опускаясь в кресло резко вжалась в него, а двое парней напротив, наоборот, навострили слух, будто им сейчас раскроют не историю подруги, а величайшую тайну вселенной. — Вы бы хоть постыдились про своего Лорда сплетничать, вдруг языки отрежет? — она улыбнулась, но после недовольного выражения лица Крауча решила не язвить. Что еще за допрос... Если бы я сама знала, зачем он меня оставил, — промелькнуло в голове у девушки пока парни погрузились в раздумья от ее колкого вопроса и, тяжело вздохнув, она все же начала рассказывать. — Ну... Сначала он просто молчал, а потом сказал откинуть формальности, — говорила Эльвира медленно, будто выискивая из памяти мельчайшие детали. Парни лишь в недоумении переглянулись. Крауч хотел что-то сказать другу, но из горла вырвалось лишь глупое «А», от чего тот потряс головой, будто пытаясь вытряхнуть услышанное, а Розье даже пробовать возмутиться не стал. Лишь махнул рукой и снова повернулся к Эльвире. — А потом Реддл подошел, взял меня за… плечо, да, — неуверенно вдруг произнесла девушка, уж очень вовремя она решила немного изменить детали. Но парни ничего подозрительного не заметили — у них в ушах до сих пор звенело это её «Реддл». — И спросил, зачем я здесь. Ну я и сказала: чтобы служить, — на последних словах Эльвира обернулась, чтобы удостовериться, что их никто не подслушивает, и, оставшись удовлетворенной, повела плечами. — Ну вот и все. Непонимание, наверное, вытеснило уже все другие эмоции Барти и Эвана. Оба подперли головы ладонями, будто от этого думать станет легче, и нахмурили брови. Ну и картина. Два кретина, — подумала вдруг девушка и встала с кресла. — Вы как хотите, — она скользнула взглядом сначала на Крауча, а после на Розье, — а я спать пойду. И ушла, напоследок прошептав искренне: — Странные они какие-то. Ровно две недели Эльвира смогла прожить нормально, как настоящий подросток. Учиться, общаться с однокурсниками, волноваться из за оценок и не думать про ответственность. Хотя, последнее кстати получалось хуже всего. Рубец под Тёмной меткой оставался розоватого оттенка, и если черный пигмент можно было прикрыть, наложить заклятие и забыть за него на какое то время, то шрам не переставал зудеть, пульсировать, а по ночам даже жечь. Будто предсказывал, что ждет Эльвиру. В одну из таких ночей, спокойно поспать девушке не удалось. Ведь, около трех часов ночи она проснулась от чувства, будто какая то горячая жидкость стекала по ее запястью, ладони и прям на белоснежную простынь. Боль охватила руку будто на Эльвиру надели наручники с шипами, от чего она скрутилась, сжала зубы, но все же нашла в себе силы распахнуть уже начинающие намокать глаза. Грудная клетка девушки вздымалась вверх вниз, быстрее и сильнее чем у любого профессионального игрока в квиддич, а Эльвира то всего лишь хотела выспаться на своих выходных. Быстро вытянула руку из под одеяла, дотронулась к запястью и удостоверившись, что все хорошо и ей видимо показалось, дыхание ее выровнялось. Она тихо привстала, хотя старая кровать все же пару раз предательски заскрипела, но соседки спали достаточно крепко, что было Эльвире на руку. Девушка вытянула из под подушки палочку, прошептала Люмос и подсунула светящийся кончик палочки к виновнику всего происходящего. Дернулась. Палочка с шаром света упала поверх одеяла и замигала, а Эльвира вытянула руку подальше от себя будто ее это спасет. Другой рукой взяла край одеяла и накрыла бушующую палочку, что бы не дай Мерлин, разбудить соседок по комнате. Девушку начинало трясти снова, она точно видела, могла бы поклясться на крови если нужно, что шрам шевелился. Да он извивался будто змея. А руку Эльвира притянуть назад так и не осмеливалась. Но все же нужно было. От своего же тела не убежишь. Палочка как раз успокоилась, поэтому Эльвира вновь удобно взяла ее в руку, прошептала заклинание и направила свет на свою протянутую руку. И ничего. Простой шрам, розоватого цвета как и был. А Эльвира уже готова была выстрелить себе каким нибудь режущим и избавиться от всех проблем разом. Дыхание все же выровнялось, свет она погасила, но заснуть в эту ночь так и не получилось. А шрам и правда предсказывал. Еще не успело взойти солнце, как предательски жечь начала метка. И подумать только, все нормальные люди спят, а Реддл чем занимается и зачем ему Эльвира даже если бодрствует в этот раз. — Ну не скучно же ему в такую рань стало, — слегка нахмурив брови подумала девушка и слезла с кровати. Выбирать одежду времени не было. Эльвира быстро надела мантию, аккуратные туфли которые в основном носила на учебу и обычный костюм. В последний момент вспомнила о палочке и вспомнив совет друзей, наложила на себя Дезиллюминационное заклинание скрываясь из своей комнаты, а после и гостиной Слизерина. В штаб девушка прибыла достаточно быстро. Поднимаясь по ступенькам, она скинула с головы чёрный капюшон и, осмотревшись по сторонам, вдруг поняла, что не слышит ни единого голоса. — Может, я рано? Перешли в новое место, а я не знаю? — мысли, острые как штыки, пронзали голову Эльвиры. Всё же она послушно поднялась в зал собраний — и там было пусто. Эльвира прошлась вдоль комнаты и, глянув на идеально выставленные у стола стулья, приподняла одну бровь. Дойдя до конца зала и решив заглянуть за большую колонну, она вдруг заметила дверь. Красивая, шоколадного цвета. — Совсем не подходит к этому зданию, — мелькнула мысль. Решила подойти ближе. Эльвира попыталась прислушаться, что за происходит за дверью, но когда попытка не увенчалась успехом, девушка набралась смелости, прокрутила дверную ручку и толкнула дверь вперёд. Темнота. Понадобилось несколько секунд, чтобы глаза привыкли, и в глубине кабинета, у стены, она разглядела стол того же насыщенного оттенка, что и дверь, несколько на вид дорогих картин и стеллажи с книгами. — Видимо, здесь раньше жил статный волшебник… — сделала для себя вывод Эльвира. Она прошла по тёмному кабинету, напрягая зрение, различила шторы и быстрым шагом подошла к окну. Взявшись обеими руками за плотную ткань, распахнула их. Через большое окно просочился свет заходящей луны. Этого оказалось достаточно — теперь она могла рассмотреть комнату получше. Касание. Холодные пальцы коснулись её локтя, затем незнакомая ладонь обхватила запястье. Эльвира застыла, словно под заклятием. Не было сил ни дёрнуться, ни издать хоть какой-то звук. Не могла, а хотелось ужасно. Страх сковал тело. Кровь в жилах будто остыла, словно холод незнакомца передался и ей. И вдруг — голос и тёплое дыхание у самого уха: — Красиво, не правда ли? Эльвира оттаяла. Знакомый голос Реддла мгновенно прогнал напряжение и страх. Плечи расслабились и опустились, а сердце, наоборот, забилось быстрее. — Где ты был? Где остальные? — не поворачиваясь, начала она. Вопросов было слишком много, но Эльвира всё же взяла себя в руки и замолчала. В этот момент она почувствовала, как хватка на её запястье ослабла, а затем исчезла вовсе. Девушка наконец развернулась к мужчине. Комната, залитая тёпло-оранжевым светом зажжённых бра, уже не казалась такой красивой. Картины были поцарапаны, а стеллажи с книгами — пыльными. И только Реддл — идеальный — сидел за столом, будто вовсе не обращая на Эльвиру никакого внимания. Эльвира спокойно рассматривала старинные книги, иногда стряхивая месяцами, а может и годами накопившуюся пыль. Когда одна из них заинтересовала девушку особенно, она потянула палец к верхнему краю корешка, но тут же убрала руку, почувствовав на себе пристальный взгляд Реддла. Поджав губы и спрятав руки за спиной, Эльвира повернулась к мужчине, который, как она заметила, продолжал изучать лежащие перед ним бумаги, совсем не обращая на нее внимание, и всё же собравшись, с интересом спросила: — Так почему мы тут одни? На лице Реддла — ни тени эмоций. Мужчина медленно поднял руку, зачесал мешающие пряди волос, а затем поднял голову и устремил взгляд на Эльвиру. — Мне так захотелось, — уверенно ответил он и упёрся руками в стол. — Я просто решил, что ты можешь составить мне компанию. Или я ошибся? Взгляд девушки забегал по кабинету, щёки вдруг защипало, а переплетённые за спиной пальцы начали нервно извиваться друг с другом. — Нет-нет… просто… не ожидала, — почти шёпотом ответила Эльвира. А после сделала пару шагов к столу. Она не знала почему, и с какой целью, но первым порывом было взглянуть на бумаги, которые, как ей казалось, Реддл так внимательно изучал. Не успела она наклониться, как стул заскрипел, а затем резкий скрежет по полу заставил Эльвиру поднять голову и посмотреть на мужчину. Реддл быстро встал и, обойдя стол, оказался прямо перед ней, тем самым заключая её в ловушку без намека на отступление. Эльвира инстинктивно вжалась бёдрами и ладонями в край стола, прогибаясь назад, лишь бы не быть к нему так близко. Но Реддл, будто нарочно, стирал между ними остатки расстояния. Холодная рука резко легла ей на плечо — не больно, но крепко, настолько, что дальше отступать было уже некуда. Напротив, он почти выровнял её как ему удобно. Другой рукой убрал прядь волос, едва касаясь губы, за которую та зацепилась, — и у Эльвиры сердце ушло куда-то вниз. Что происходит, она не понимала. Мысли не складывались, а если и появлялись то быстро смешивались в какую то кашу — только импульсы били по телу, требуя действовать, а она не знала как. Как бы хорошо Эльвира ни училась, ни один учебник не объяснял, что делать в таких ситуациях. Реддл, впрочем, решил не мучить её дальше. Он крепко взял её за подбородок, слегка сжал щёки пальцами и накрыл своими холодными губами её раскалённые, словно плавящийся металл. Эльвира не могла пошевелиться — не то что ответить на эту близость, тем более со своим Лордом. Она лишь покорно закрыла глаза, успев заметить, как нахмурились брови мужчины. Может, Эльвира и не видела, но чувствовала, как стены, стол и весь этот чёртов кабинет давят на неё. Какая то её часть хотела сбежать, отвернуться, провалиться сквозь землю — только бы не быть здесь. Не касаться его. А другая заставляла стоять и покорно слушаться Реддла. Ей казалось, прошла вечность, хотя на самом деле — какие-то жалкие десять секунд. Когда Реддл оторвался от её губ, он сразу опустил руки — от подбородка и плеча. Медленно отступил и, разворачиваясь, чтобы обойти стол к стулу, положил одну руку на бок, а другой вытер губы. Затем сел, придвинулся и вновь склонился над бумагами. Эльвира ещё около двух минут стояла, будто приклеенная к столу. Когда же наконец пришла в себя, сделала два шага вперёд. Мысли в голове крутились, как торнадо, но ни одна не подходила. Когда она слегка повернулась к столу, видимо, надеясь на удачу, Реддл поступил как настоящий предводитель и всё решил за неё. Не поднимая глаз, он ровно сказал: — Да, можешь идти. И Эльвира ушла — без лишних слов и формальностей. Быстро поклонилась, накинула капюшон прямо в кабинете и почти выбежала из здания. Уже под светом рассвета она с облегчением выдохнула и направилась в Хогвартс привычным маршрутом.