14. Праздник?

Своё место Эльвира усвоила быстро и, как только Реддл перестал сверлить её взглядом, сел за стол и уставился в бумаги, девушка вдруг немного осмелела. Эльвира встала с кровати, и хотя резкие движения всё ещё давались ей с трудом, к столу она добралась небольшими, но быстрыми шагами. — Не отстраняй меня от дел, — умоляюще смотрела на Тома девушка, — я пришла сама и готова делать всё, что ты попросишь. Она не знала, о чём говорит. Слова выходили из неё одно за другим, будто им больше не находилось места внутри. Эльвира не могла подвести родителей, не могла вернуться к прежней жизни. Всё плохое приелось так, что без этой темноты, жизнь привычной уже не казалась. У неё не было выбора — её руки уже были по локоть в крови. Реддл поднял взгляд на девушку и, слегка наклонив голову набок, прошёлся по ней глазами сверху вниз и обратно. Отчаяние — вот всё, что он видел в Эльвире. Бедное дитя, которое хочет выжить, и судьба которого будто была предопределена с самого начала. — Хорошо, — ровно ответил мужчина и, зная вопрос наперёд, продолжил: — Твоя палочка. Из-под стола Реддл вытащил палочку Эльвиры и безразлично протянул её, возвращая внимание к бумагам. Схватив палочку и сжав её в руке, девушка почувствовала небольшой прилив энергии. Оглянулась на дверь, затем снова посмотрела на Реддла и, сглотнув, спросила: — Мне… ну… — запнулась девушка. — Я могу идти? Ответа не последовало. Реддл не сказал остаться — значит, ему всё равно, и делать Эльвире здесь больше нечего. Она вышла за дверь, тихо закрыла её за собой и, сделав глубокий вдох, трансгрессировала к себе в комнату. Уснула Эльвира быстро. После перемещения завалилась на кровать и отключилась как от усыпляющего зелья. Днем тоже из комнаты не выходила. Пусть никаких видимых ран не было, слабость в теле преследовала Эльвиру по пятам. Насчет родителей не волновалась. Домовик о похождениях хозяйки никому не рассказал, а значит мать дальше готовилась к завтрашнему празднику, а отец занимался «чистокровными» делами семьи Блэк. Вышла из комнаты она вечером. Неожиданно, Вальбурга сама постучалась к Эльвире и попросила явиться дочь в ее комнату через пять минут. Девушка отложила книгу и встав с постели направилась к матери. Вальбурга стояла в глубине спальни с довольной улыбкой, а когда увидела дочь так совсем просияла. Обняла Эльвиру за талию и повела к большому шкафу. — Ты же знаешь, отец всегда дарит то, что попросишь и деньги. Но в этот раз я решила подарить кое что еще от себя. Открыв перед дочерью дверки от шкафа, Вальбурга протянула руку к новому чехлу от одежды и аккуратно расстегнув, устремила взгляд на Эльвиру наблюдая за ее реакцией. Взгляд девушки был прикован к платью цвета изумруда, плотный атлас переходил в черную тюль, усыпанную мерцающей пылью и вышитыми в ручную розами. Обтягивающая ткань с квадратным вырезом на груди плавно перетекала в асимметричную юбку, очерченный салатовой лентой, открывая ногу в разрезе. — Мам… — кажется, у Эльвиры отвисла челюсть, если не отпала и не закатилась под кровать. Красивых платьев у младшей Блэк всегда хватало, но все они приобретались как нечто обыденное, а тут — подарок, выбранный с вниманием. Приятно было до ужаса. Девушка только хотела протянуть руку к платью и коснуться ткани, как её осенило, и она резко повернулась к Вальбурге, заключая мать в объятия с широкой улыбкой. — Спасибо большое, — с немного сбившимся дыханием произнесла Эльвира. Заключив дочь в объятия, Вальбурга слегка пошатнулась, но, восстановив равновесие, погладила Эльвиру по спине и нежно улыбнулась. — Носи с удовольствием, — вперемешку с поцелуем в макушку ответила женщина. — Надеюсь, ты наденешь его на праздник. Когда объятия разомкнулись, Эльвира ещё раз счастливо что-то пропищала и вылетела из родительской комнаты вместе с платьем, а Вальбурга, вернув привычное спокойное и невозмутимое выражение лица, продолжила подготовку к приёму гостей.

***

22:07 Наполненный гостями дом казался чужим. Знакомые голоса сопровождали размытые лица, и весь праздник для Эльвиры будто уже было испорчено. Вечер сопровождался лишь взаимным обменом любезностями и поздравлениями с каждым новым входящим гостем и надежда, что больше она этого человека не встретит. Эльвира была подростком, умела и любила иногда повеселиться, но точно не в кругу ядовитых родственников. Вот были бы здесь Крауч и Розье — было бы в сто раз веселее… — Стоит написать им письмо, — подумала Эльвира, проходя мимо какой-то пары гостей, когда внезапно поток мыслей размылся от знакомого голоса. — Эльвира, прекрасно выглядишь, — произнёс высокий неизвестный. Повернувшись, Блэк подняла голову и увидела перед собой пару: кузину Нарциссу и её мужа — Люциуса Малфоя с его высокомерной ухмылкой и снисходительным тоном. Мужчина скользнул взглядом по изумрудному платью Эльвиры, словно оценивая, и, видимо, оставшись удовлетворённым, вернул взгляд к её лицу. — Здравствуй, Люциус. Вы с Нарциссой тоже смотритесь очень гармонично вместе, — выдавливая из себя вежливую улыбку, ответила Эльвира. Она бы с радостью уже ушла, но от Малфоя так просто не отделаться. Слишком уж хорошо играл в любезности Люциус. — Не смею тебя задерживать, но для Нарциссы очень важно сказать тебе это, — Люциус перевёл взгляд на жену. Женщина отпустила локоть спутника и сделала шаг вперёд, заключая ладони Эльвиры в свои. Нежным взглядом Нарцисса осмотрела лицо кузины и, опустив глаза, заговорила: — Ты будешь первой, кто узнает… — подняв голову на мужа и получив одобрительный, хотя и не слишком искренний кивок, Нарцисса перешла к сути. — Эльвира, мы с Люциусом планируем ребёнка, и я бы хотела, чтобы ты стала крестной. Девушка не знала, что и сказать: бегала глазами от Нарциссы к Люциусу и обратно, пытаясь уложить мысли. — Я даже не знаю… почему вдруг я? Почему не Беллатриса? С искренним недоумением спрашивала Эльвира. Всё было так внезапно, будущая беременность и крещение. Она могла бы ещё понять Нарциссу, но как Люциус на это согласился — не понимала. Он явно недолюбливал её, мог бы выбрать кого-то из своих родственников. — Ты же знаешь Беллу, с Андромедой тоже всё ясно… да и с Сириусом, — чуть тише начала говорить женщина. — Я не заставляю тебя, кузина. У тебя есть время подумать. Эльвира кивнула, и когда пара смешалась с толпой гостей, наконец выдохнула полной грудью и решила, что обдумает это позже — где-нибудь в более тихом месте. 23:27 За полчаса до полуночи девушке удалось ускользнуть к себе в комнату, чтобы передохнуть каких-нибудь жалких пять минут и поправить макияж. В это же время она на скорую руку написала два небольших письма с поздравлениями для Барти и Эвана и, позвав домовика, отправила его передать конверты лично. От Эвана эльф вернулся с ответной запиской, написанной на каком-то клочке бумаги, где сообщалось, что подарок от них обоих должен передать Барти. И он оказался прав. Эльвира думала, что от парней подарков не получит, да и не расстроилась бы по этому поводу, но записка Эвана и вернувшийся с небольшой коробочкой от Барти домовик говорили об обратном. Забрав у эльфа коробочку и выпроводив его из комнаты, Эльвира села на край кровати и, положив перед собой коробочку, с нетерпением открыла её. В бархатной подкладке аккуратно лежал серебряный кулон. На небольшой пластине в форме капли были выгравированы инициалы девушки. Блэк улыбалась. Подарок был чудесным, работа выполнена отлично, да и парни точно потратились на это ручное изделие. Надев кулон, вторым чувством, которое испытала Эльвира, стал стыд. Она ведь ничего этим двоим не подарила, а знать об их сюрпризе не могла. Одним из вариантов который пришел ей в голову был дорогой алкоголь, которого у Блэков в запасе было предостаточно, так что если Эльвира что нибудь возьмет, вряд ли кто нибудь заметит, поэтому на нём Эльвира и остановилась. Каждому — по хорошей бутылке чего-нибудь крепкого, и все будут довольны. Спустилась к гостям Эльвира уже с пополнением в образе. Орион сразу заметил украшение, но ничего не сказал, а вот Вальбурга слегка нахмурилась, однако при гостях устраивать допрос не собиралась. Время близилось к полуночи, и желающие начинали произносить громкие тосты за род Блэк, магию, волшебников и, конечно же, чистоту их крови. Пожелания из года в год оставались прежними — менялись разве что формулировки в зависимости от количества выпитого гостями алкоголя. Пару раз Эльвира слышала такой бред, что им с Сириусом приходилось убегать в другую комнату, что бы не рассмеяться. Сейчас же, Эльвира стояла рядом с родителями, оглядывая большую комнату, где собралась большая часть приглашённых. В толпе девушка заметила воркующих Люциуса и Нарциссу, отчего сморщила нос и тут же получила недовольный взгляд Вальбурги. В другом углу стояли дальние родственники, которые всегда любили выпить больше остальных и сдавались первыми. Глядя на них, даже Вальбурга не смогла скрыть раздражение, но быстро прикрыла его маской безразличия, бросив взгляд на дочь — мол, бери пример. Но в какой-то момент в груди что-то сжалось. Что-то было не так — Эльвира чувствовала это нутром, однако понять причину не могла. Единственное, что она сумела предположить: вечер обещает быть интересным.