Я просто не хочу терять надежду

Рейвен нашла его у иллюминатора с видом на пылающую радиацией Землю. Опять. Беллами смотрел вниз сквозь столетнее стекло, силясь разглядеть хоть одно знакомое очертание материка. Но всё было тщетно, планета пылала уже который день подряд. Прикрыв глаза, он прислонился лбом к холодному стеклу, судорожно вздыхая, и гладкая поверхность тут же покрылась паром. Оба знали, что он проводит здесь большую часть своего времени, просто стоя и погрузившись в мысли о Кларк. — Этим ты её не вернёшь, — девушка подошла ближе, тоже устремляя взгляд вниз. Картина всё так же заставляла её желудок сниматься, а руки - покрываться неприятными мурашками. — Ничего уже не вернёшь. — Я всё ещё не могу поверить, что её больше нет, — хрипло отозвался парень. — В смысле, как она могла умереть? Для неё это было словом, которое она просто не знала, верно? — То, что происходит там, — Рейвен сглотнула, кивая на иллюминатор. — Это дерьмо просто не оставляет шансов. — Я знаю, но у неё ведь была ночная кровь, а она может защитить... — начал он, но был прерван. — От радиации, но не от огненной волны, — отрезала Рейес. — Она могла добраться до бункера. — У неё почти не было времени. — А если она всё же добралась? — То там слишком мало припасов, чтобы пережить такой долгий срок, — подытоживает девушка. — Я просто не хочу терять надежду, — обречённо добавляет он, прикрывая глаза. — Чёрт подери, Беллами! — Рейвен буквально взрывается, пиная здоровой ногой дряхлую обшивку стены космической станции. — Я тоже скучаю по ней! Но она мертва! Мы её не вернём! — звонкое эхо отлетает от металлических стен. — С этим нужно смириться, — уже дрожащим голосом добавляет она, когда Беллами отлипает от стекла. — Может, я просто этого не хочу, — бросает он, удаляясь в комнату, которую сам себе выбрал. Ближайшую к медицинскому отсеку. Рейвен с минуту смотрела ему вслед, а потом повернулась к стеклу, смаргивая непрошенную влагу в уголках глаз: — Кларк, — сдавленно шепчет она, глядя на огонь, который вовсе не успокаивает. — Если ты жива, дождись нас, — девушка с трудом переводит дыхание. — Но если ты всё же мертва, — тяжёлый вздох разрывает очередную фразу. — Если ты мертва, отпусти его, пожалуйста, — она находит силы отойти от иллюминатора и тоже идёт к себе. Завтра у неё полно работы, им здесь нужно выживать. Гриффин, живая или мёртвая, им в этом помочь не в силах. Дни складываются в недели, недели - в месяцы, месяцы - в годы. Завтра исполняется ровно три с тех пор, как по земле прошлось Высшее пламя. Беллами сидел на кровати в своей комнате, вертя в руках записки, сделанные её почерком, найденные в медицинском отсеке. Там же он откопал небольшую фотографию (сколько на Ковчеге когда-то стоили настоящие, не цифровые, фото!) семьи Гриффин в полном составе. Она здесь другая, юная, лет шестнадцать, и совсем не такая, какой он привык видеть её на Земле. Но всё такая же родная. Раздался стук в дверь, и он поспешно спрятал свои немногочисленные сокровища под тонкий матрас. Эхо вошла и спокойно уселась рядом, будто делала так каждый день. — Я хочу поговорить с тобой, — прямо в лоб заявила она. Землянка остаётся собой даже в космосе. Беллами хмыкнул и сделал неопределённый жест рукой, чтобы та продолжала. — Ты должен отпустить её, Беллами. Кларк мертва, — жёстко выдаёт она. — И пока ты не примешь это, ты не сможешь жить дальше. — Я не приму это, пока мы не вернёмся на Землю, и я лично не смогу убедиться, что Кларк там больше нет, — резко ответил Беллами. Он уже не раз парировал подобные выпады остальных жителей Кольца. И если бывшие Небесные довольно быстро от него отстали, прекрасно зная, что с "мятежным королём" Сотни спорить бесполезно, то землянки время от времени всё ещё делали попытки. — Нам нужен сильный лидер, — отчеканила бывшая шпионка Ледяных. — Пожалуй, сегодня я обойдусь без твоих советов, — он закатил глаза в почти забытом чисто блейковском жесте. — О, Беллами, — Эхо вздохнула и решилась применить последний аргумент. Она развернулась к парню и одним быстрым движением потянулась к его губам своими. Беллами отшатнулся, и землянке лишь удалось мазнуть поцелуем по уже неделю небритой щеке. — Чёрт, Эхо, — он вскочил с постели. — Неужели ты не понимаешь? Я хорошо к тебе отношусь, уважаю тебя и благодарен, что ты заставляешь нас всех тренироваться, — он взъерошил порядком отросшие волосы, меряя шагами помещение. — Но ни ты, ни твоё тело мне в таком качестве не нужны. — Но почему? — не унималась девушка. — Господи, — он остановился и покачал головой, складывая руки на груди. — С чего бы мне начать? С того, как ты помогла подорвать 49 наших людей в горе Везер? Или как ты пыталась убить мою сестру? Или как держала клинок у горла Кларк после того, как она всех спасла? Поверь, это ещё не полный список того, почему я говорю тебе твёрдое "нет". — Но главная причина в том, что ты до сих пор любишь её, верно? — землянка поднялась на ноги. — Просто уходи, Эхо, — устало ответил он. — Хорошо, но если передумаешь, ты всегда знаешь, где меня найти, — и она скрылась за дверью. Беллами вновь опустился на кровать и сжал голову руками. Кошмары о Кларк, покрытой кровавыми радиационными язвами или сгорающей заживо, всё ещё регулярно снились ему, но этой ночью он видел только хорошие сны. Там она была улыбающейся и счастливой. Рядом с ним. Пятый год в их космическом убежище истёк уже семь месяцев назад, а ракета не была готова к отлёту назад и на половину. Консервная банка, как Кольцо ласково назвал Мёрфи, будто не желала их отпускать. Рейвен была на грани нервного срыва и, послав всё и всех к чертям, решила предпринять ещё одну попытку починить радио. Теперь у них была совершенно конкретная цель - связаться с выжившими из бункера. — Эй, Рейвен, — Беллами зашёл в её мастерскую. — Я могу хоть чем-то помочь? — Нет, — она ловко сдула со лба выбившуюся прядь. — Но, думаю, для этой железки я сделала всё, что могла. И если этот дурацкий приёмник не заработает сейчас, то не заработает никогда. Она жестом попросила Беллами следовать за ней на мостик. Там она подключила целую кучу проводов, о назначении которых он даже не догадывался, но очень надеялся, что радио заработает. — Момент истины, — вздохнула механик и нажала кнопку. Сначала были только помехи и беспорядочный треск, а потом из динамиков чуть слышно донеслось всего одно слово. "Беллами". И этот голос... Это совершенно точно был её голос, он узнал бы его из тысяч других. А потом снова были только шум и помехи. Рейвен первая отошла от шока и бросилась к кнопке ответа: — Земля, приём, — срывающимся от волнения голосом произнесла она. — Говорит Ковчег, это Рейвен Рейес, приём. Вы слышите меня? — но ответом снова были лишь помехи. — Чёрт! — Рей, ты ведь тоже это слышала? — прошептал Блейк. — Я не верю в коллективные галлюцинации, Беллами, — вздохнула та. — Но ты должен понимать, мы не можем знать, что это, например, не зацикленное сообщение, отправленное пять лет назад. — Но ты ведь слышала! — в отчаянии почти кричал он. — Да, Беллами, я слышала, чёрт возьми! И я хочу верить, что она жива, но лучшее, что мы сейчас можем сделать... — Что-то случилось? — на мостик вбежал Монти, оглядывая помещение на предмет нештатных ситуаций. — Я слышал, как вы оба кричали, — пояснил он. — Ничего, всё в порядке, — пояснила Рейес, пристально глядя на затихшего Беллами. — Я починила радио, но, видимо, на Земле проблемы с передатчиками, и до нас доходят только помехи. Мы слышали обрывки какой-то речи, но... — Что вы слышали? — Грин заметно оживился. — Ничего конкретного, Монти, — она вновь кинула предупреждающий взгляд на Блейка. — Но мы должны бросить все силы на то, чтобы вернуться. — Пойду набросаю новый план. — Белл, — она вновь обратилась к парню, когда Монти покинул мостик. — Обещаю, мы вернёмся на Землю и обшарим каждый уголок, чтобы узнать правду. А пока тебе нужно отдохнуть, скоро у нас будет чертовски много работы. Он кивнул и ушёл к себе. Его ожидала очередная ночь с кошмарами о Кларк Гриффин, зовущей его. Спустя пять месяцев, когда они изолировали и фактически разобрали на запчасти несколько отсеков кольца, Рейес, наконец, объявила, что вылет назначается ровно через неделю. Беллами сжал кулаки: "Ещё неделя, Кларк, — мысленно обратился он к девушке. — Подожди ещё неделю, и я вернусь к тебе." Полёт назад длился адских полчаса. Ракета довольно ощутимо стукнулась днищем о поверхность, и все семь пассажиров синхронно выдохнули. Они дома. Место посадки оказалось на краю зеленеющего леса, такого прекрасного, что даже не верится, что всего шесть лет назад Землю накрыл новый ядерный апокалипсис. Мёрфи и Эмори улеглись на траву, Монти, Харпер и Рейвен втроём обнимали раскидистый дуб, Эхо упала на колени, зарываясь пальцами в почву. Беллами же просто дышал этим пьянящим чистым воздухом. Голова немного кружилась и от облегчения (ведь они смогли!), и от того, что у него не было ни одной идеи, где может быть Кларк. Из-за деревьев показалась тень, и Беллами потянулся к пистолету, предусмотрительно заправленному за пояс, как в старые добрые времена. На поляну вышла девочка лет двенадцати-тринадцати. Она слегка приподняла руки ладонями вперёд, специально демонстрируя отсутствие оружия. Но её взгляд говорил куда больше любых действий. Она смотрела на них так, будто знала всю жизнь. — Привет, — начал Блейк, тоже демонстрируя руки. — Мы не хотим тебе навредить... — Беллами? — он пораженно кивнул. — Кларк всегда верила, что ты вернёшься. — Кларк? — парень не мог поверить своей удаче. — Так она действительно жива? — Ни хрена себе, — присвистнул Мёрфи. — Конечно, она жива, — ответила девочка. — Я отведу вас к ней. Кстати, я Мэдди, — и она улыбнулась, совсем как Кларк на том старом фото. Они шли за девочкой по лесу, цветущему и поразительно живому для почти мёртвой планеты, примерно час. Мэдди терпеливо отвечала на все их вопросы об обновлённой Земле и их с Кларк знакомстве. И вот перед ними открылся вид на явно обжитое место: небольшой домик, явно построенный ещё до последней катастрофы, лужайка с неким подобием огорода, а на краю поляны - ровер. Тот самый, который с таким удовольствием водил когда-то Блейк. Но его самого сейчас волновало другое: — Мэдди, где она? — хрипло спросил Беллами. — Она в доме, — девочка потупила взгляд. — Но она, наверное, ещё не очнулась. — Ещё не... Подожди, что? — Беллами стало страшнее, чем все годы на Кольце. — Что с ней? Она ранена? — Нет, не волнуйся, — поспешно заверила его юная землянка. — Просто, видимо, орехи джоби стали ещё опаснее, а она вчера случайно съела пару штук и... — она заметила шокированные взгляды всей компании. — Не волнуйтесь, она говорила мне, что так выглядит обычное отравление. Я уже дала ей побольше воды, она поспит и будет в порядке, — уверенность девочки, кажется, передалась им, и все заметно расслабились. Беллами сделал шаг в сторону домика, но вновь обернулся к девочке: — Как думаешь, я могу войти? — Я думаю, что ты должен, — ухмыльнулась она. — А мы пока прогуляемся по долине. Здесь красиво, и мы как раз поймаем что-нибудь на обед для всех, — она схватила изумлённую Рейвен за руку и весело улыбаясь потянула её в другую сторону. Остальные последовали за ними. Кларк едва открыла глаза, когда поняла, что кто-то зашёл в её комнату. Кто-то высокий, точно не Мэдди. Когда зрение прояснилось, она испуганно всхлипнула: — Я всё ещё сплю, да? Или нет, это всё чёртовы орехи! — она закрыла лицо руками, вздыхая. — Эй, — он накрыл её руки своими, от чего она вздрогнула, и отвёл их от лица. — Это я, я здесь, я настоящий. И ты настоящая, — он осторожно погладил её по щеке кончиками пальцев. — И я наконец-то нашёл тебя. — Беллами, — она медлила всего секунду, а потом обняла его так же сильно и отчаянно, как тогда, после плена в горе Везер. — Я так ждала, что ты придёшь. — А я верил в тебя, Кларк, — он коснулся губами её волос. — И я больше никогда тебя не отпущу, — он вдохнул поглубже, решаясь. — Я люблю тебя, Кларк Гриффин. Она отстранилась от парня, заглядывая своими сияющий глазами в его. — И я люблю тебя, Беллами Блейк. Я хочу, чтобы ты об этом знал, — она потянулась к нему, а он обхватил её лицо ладонями. У их первого и самого желанного на этой проклятой планете поцелуя был самый лучший вкус - надежды, веры друг в друга и простого, но такого долгожданного счастья.