Глава 5. Злосчастные искры раздумий

      «Какое замечательное стечение обстоятельств».       Характерный для иллюзий серебристый дым мягко огибал фигуру Арии Железной; местами продырявленные перепончатые крылья и чуть спиленные прямые рога вызвали ненужное сожаление у Кармиллы. На открытых участках кожи женщины змеились ртутного оттенка капилляры с венами, чернота обволакивала пальцы, запуская подвижные щупальца на ладони. Тонкая тёмная сетка покачивалась на висках, стараясь захватить рогатый лоб; едва заметно колыхалась, отчего у девушки по шее пробежали мурашки.       Брезгливая улыбка появилась сама собой, стоило увидеть когти демоницы, напоминающие драконьи или куриные — большие и загнутые.       — Лихо ты преобразилась с нашей последней встречи. Кажется, тогда лишь кончики пальцев затронуло в этом…       — Совершенстве! — перебрасывая каштановые волосы, Ария довольно провела ладонями по плечам, слегка сжимая их. — Я уже и забыла, как хорошо ты видишь сквозь любые иллюзии… Когда-нибудь поймёшь, глупая, своё упущение. А учитывая силу Рода…       — Уйдём в глубь леса.       — Ха! Переживаешь, что увидят твои драгоценные смертные? — хмыкнула, недовольно обращаясь в кукушку и скрываясь среди веток.       Действие вызвало недоумение. Неужели демоница явилась сюда ради какого-то разговора или же собралась запудрить Кармилле мозги? А может, Зависть столь уверена в своей победе?       Девушка напоследок обернулась в сторону замка. Вернётся ли обратно? И если да, то в каком состоянии?

***

      Кукушка привела на ту самую поляну, где трава по-прежнему не смогла восполнить обгоревшую растительность.       Сразу перестали копаться в почве полёвки, скрестись о траву зайцы и напевать песни звонкие птичьи голоса. Даже ручей неподалёку старался стать мало услышанным двумя соперницами. Может, дело в надвигающейся грозе? Вот-вот должен хлынуть ливень.       Ария вернула истинный облик, откидывая прочь все иллюзии, и расслабленно взбила кудри волос, подставляя под усилившийся хлёсткий ветер крылья.       — Специально подбила железными мячами?       Кармилла, несмотря на тупую и временами усиливающуюся боль, встала в боевую стойку, старательно контролируя дыхание. Метлу на всякий случай оставила в нескольких ярдах от себя под кустами. Добра от этой демоницы точно не жди.       — Конечно я, кто же ещё? — вскинула Железная бровь и прищурила янтарные глаза; зрачки приняли вертикальное положение. — Ты же чуть что сразу бы полезла в бойню! А дорогих тётушек надо встречать иначе…       Синее пламя вспыхнуло и окружило крылатую фигуру куполом, отрезая доступ к низким, кустистым грозовым тучам. Мелькнула молния, другая, третья. Прямо над демоницами. Запах озона усилился. Кармилла заметила, как дрогнули шея и руки женщины. Однако та старалась продемонстрировать расслабленный и независимый вид.       — Моя настоящая тётушка погибла от руки Костяного, пока защищала меня и брата. Напомнить, за что отец вышвырнул тебя из Атхайра?       Янтарные глаза угрожающе сверкнули, когти демоницы удлинились ещё. Вокруг неё вспыхнуло пламя, но мгновенно погасло, соприкоснувшись с более сильным — синим.       — Райан, мой скучный братец, умер от невежества и недальновидности, — высказалась и выкинула руку в сторону Кармиллы, водя чёрными когтями. — Нет оружия? Умно.       «Скорее, не подумала взять на квиддич. И к лучшему».       — Для тебя он прежде всего Райан Хердс О’Драйк Алый! Ты опозорила нашу семью, вмешавшись в…       Пылкую речь Кармиллы прервала взорвавшаяся смехом Ария, совпав с громыханиями неба.       Из малого числа рогато-крылатых Железная могла управлять лишь одной силой, когда потомки высшего и среднего звена зачастую двумя, а то и тремя стихиями. Впоследствии Ария стала наиболее ярким олицетворением человеческого греха — Зависть. От этого чувства демоница насыщается больше всего.       — Ты стала слишком эмоциональной и импульсивной. Этот порок убьёт раньше времени. Забыла, кто ты, живя среди смертных? — прекратив смеяться, женщина задумчиво прошлась взглядом по племяннице. — Как жаль, что Эзран не подождал всего пять лет! Из вас вышла бы замечательная партия. Ну что же поделать, бурная кровь: всё и сразу. Интересно, а принял ли?..       Янтарное пламя чужой воли охватило Кармиллу, но никакого вреда не причинила. Скачок мысли — огонь погас, оставив в напоминание продырявленную и местами подпаленную одежду.       Грянул трескучий смех, превратившийся в вопли истерики и ухающие крики:       — Признало… Любит… Не сожгло саму… Почему?..       «Безумная. Хорошо палочка в комнате, а то скорее всего испепелилась».       Прогрохотал очередной косой, похожий на драконью лапу росчерк молний, разрывающий пространство и являя первые ледяные капли дождя.       — Но и у меня есть свой козырь! — из-под синих всполохов огня вылетел небольшой, тонкого изготовления предмет.       Кармилла не успела отбить или уклониться, потому с непонятным ощущением и нарастающей слабостью смотрела, как рукоятка кинжала торчит из живота. Кровь потекла вниз, окропляя жухлую, желтоватую траву, смешиваясь с набирающим силу дождём.       Пламя по мановению мысли ещё ближе окутало Железную, не давая ей дёрнуться. Попалась, теперь добыча легка.       «Ты должна», — тяжко вздохнув и переступив через себя, Кармилла прижала левую руку к животу; пошла к пленённой хохочущей демонице.       Из янтарных глаз каплями скатывалась чёрная влага. Неужели помешательство крепко въелось в неё?       Отсекая мысли, Кармилла аккуратно вытянула из живота клинок, понимая и принимая ухудшение своего положения — преодолела купол из собственной магии, безэмоционально воткнула Арии в глаз, проворачивая рукоятку.       Дикие, нечеловеческие вопли прокатились по лесу. Окружающее хозяйку синее пламя лихорадочно ждало, когда же топорщащиеся крылья отступницы случайно его заденут: «мрак… Тьма… Гниль… Пожрать, уничтож-жить, оч-чистить».       Алая давно хотела услышать вопли врагов, но почему так судорожно бьётся сердце, словно его защемило?..       — За отца и нас с братом.       — Не-е-ет!       Второй глаз вытек, оставив на скуле белые, мутноватые подтёки и стекающую кровь вперемешку с тьмой. Демоница затряслась, воя и изгибаясь, чёрные пальцы лихорадочно старались нащупать в пустых провалах потерянные глазные яблоки.       — Разор-р-рву! — руки попытались поймать племянницу, но прошли сквозь синее пламя и мгновенно покрылись тяжелейшими ожогами. Запретный лес вновь окропился дичайшими криками вперемешку с рыданиями.       Пульс в ушах частил, совпадая с ускоряющимся темпом льющихся слёз мрачного неба. В левой грудине боль нарастала, физические травмы померкли на её фоне.       — Теперь не так смешно, да? Помнишь, как натравила Кислотного на моего брата, а? Помнишь, тварь?!       Кармилла прикрыла глаза и горько усмехнулась, глядя на женщину. В её голосе прозвучали повелительные, стальные ноты: — Оставлю тебя в живых — пока. Скажешь Эзрану, что и с ним я поквитаюсь… Пока же не будешь показываться ему со своим новым обликом. Клянись!       До боли закусила губу и дрожащей рукой ткнула оружие, повела вниз по щеке, к губам, распарывая кожу и царапая скуловую кость противницы.       — Клянусь! Клянусь собой!.. — отдёрнула руку с клинком и растворила купол.       Почему отпускает родственницу, если надо довести всё до конца?       Вспорхнувшая и истекающая кровью кукушка слепо скрылась среди крон, ударяясь то об одну ветку, то о другую.       Простояв какое-то время и неверяще хлопая глазами, глядя в пустоту, Кармилла рухнула на колени, сжимая дрожащую рукоятку.       Теперь в руках наглядный и улучшенный инструмент того прототипа, которым Алой когда-то нанесли увечья. И что стоило его добыть.       Осторожно легла на землю и свернулась в клубок. Её трясло хлеще, чем когда получилось сбежать от убийц расы. Смогла скрыться полуживой в солёной, казалось могильной воде океана. На теле не осталось живого места, не изрезанного собратом этого клинка, и как же всё щипало… Ей великодушно позволили утонуть, но она выжила.       Слёзы покатились, смешиваясь с ливнем и землёй. Прокушенная губа неприятно саднила — ничто, по сравнению с испытываемой болью и ломотой в теле; с моральными ранами. Смогла отомстить, но не убить. Победа или поражение?       Отсутствие результата равно ни-че-му.       Аккуратно сжимая рану рукой, прикрыла глаза, стараясь перестать дёргаться.

***

      Из сна её выдернуло чужое дыхание в волосах и мокрый нос, настойчиво утыкающийся в бок. Чуть приоткрыв слипшиеся от засохшей влаги глаза, посмотрела на гостя мутным взором.       — Сириус? Что?.. Ох, уже ночь! — обвела взглядом чистое звёздное небо и тонкий серп луны.       Недавние события навалились разом, но сознание цеплялось лишь за настоящее: грязь, холод, кровь и тяжесть мокрой одежды. Если во время полнолуния её отсутствие объяснялось (по крайней мере, профессора вопросов не задавали), то сейчас…       «Она пришла сразу после матча, вряд ли я смогла здесь проваляться тряпочкой слишком долго».       — Слава Матери, сейчас возможно выходной, — обессиленно прикрыв глаза, слегка шлёпнула рукой по костлявой передней лапе с чёрной жёсткой шерстью. — Оставь меня. К утру оклемаюсь…       Лёгкий укус за больной бок мгновенно прогнал остатки сна.       — Совсем больной?! — зашипела, осторожно приподнявшись на локте. — Не видишь, в каком я состоянии? В волчицу обращаться не вариант. Волшебной палочки с собой нет, аптечки тоже.       Пёс фыркнул и раздражённо дёрнул хвостом, ложась рядом и свернувшись в калачик вокруг раненой демоницы. Пёс тихо заворчал, вылизывая обожжённую кожу сквозь остатки ткани.       — Так. Оставь свои собачьи привычки. И я сейчас не пойму звериную речь… Не смогла её убить, Сириус. Сплоховала. Она права — размякла, живя с людьми. Эмоции всегда были нам чужды, по крайней мере, такие яркие… А сейчас… Я не знаю, не понимаю, что испытываю или что должна ощущать… Ты застал случившееся?       Зверь положил морду на землю, чуть поскуливая.       «Жалеет, что ли? В любом случае возвращаться пока не стоит. Глубокая рана от кинжала ещё не зажила, рёбра пока хрупки, а кровь впиталась в землю, сдерживать уже нечего. Нужно ждать. Вряд ли кому-нибудь понадобилась за это время, кроме как Зависти…»       — Сириус, разбуди как солнце начнёт вставать. Долечу на метле.       Чёрный пёс ударил хвостом пару раз по бёдрам, ворча.       — Не надо. Мы вообще не так уж сильно и знакомы, чтобы ты меня пытался отчитать! Предлагаю после как-нибудь встретиться и обсудить некоторые вопросы, — сглотнула, продолжив игнорировать боль и стараясь затрачивать не сильно много воздуха на речь. — Как на это смотришь?       Получив что-то вроде звуков одобрения, Кармилла подалась чуть назад, прижавшись к большому горячему зверю и закрыв глаза.       Вот бы всегда оставаться в этом тепле. Не пачкать руки, не выбирать, не выживать. Просто знать, что тебя закроют собой.

***

      Пробраться в Хогвартс практически в сожжённой одежде казалось больше увеселительной задачей, нежели неприятным обстоятельством. Адреналин бурлил почти как во время квиддича. Препятствиями стали решившие среди ночи полетать привидения и Пивз, устроивший свои порядки в одном из подземных коридоров. Из-за него пришлось делать большой крюк.       — Чую кровь.       Из каменной стены выплыл ужасающего вида призрак с вытаращенными глазами и измождённым лицом, в мантии, замызганной чем-то серебристым. Хотя почему чем-то… Кандалы неприятно брякнули.       — Кровавый Барон?       — Тебя ищут, — чуть склонился к девушке, у которой сердце до сих пор испуганно ёкало где-то в горле. — Поднял шороху декан Слизерина, отплатишь.       — За что?!       — За предупреждение. Там очень любопытный разговор, — он повторно громыхнул цепями и исчез в потолке.       «Спокойно жить мне определённо не дадут».       Нащупывая пространство воздушной стихией, она едва не столкнулась ещё с несколькими учениками и профессором Вектор. Оставалось лишь свернуть направо и спуститься по лестнице, но у споривших впереди оказались планы поважнее.       — …Где она?       — Откуда я знаю, Северус? Может, девочка вышла прогуляться? Меня больше другое волнует, — раздражённый голос профессора Люпина заставил выдохнуть.       — Она проводит с тобой слишком много времени. Учти, за растление малолетних… — явно не слушал вкрадчивый глубокий голос, становясь ещё тише, отчего пришлось приблизиться ещё на пару ярдов, отпустив воздушную стихию.       — Думай, о чём говоришь! — зарычал Римус, послышался хруст костей, словно разминали пальцы. — С чего ты вообще взял, что ученица сейчас не в постели, смотря сладкий сон?       — С того, что сигнальные чары показали: дверь никто не открывал. Пьюси здесь тоже долго ошивался. Внутри никого, проверил.       «Да что за нарушение личного пространства!» — возмущённо вздохнула Кармилла.       — Выходите, мисс Алая. И чем от вас несёт?       «Чёртов оборотень, так ты благодарен мне за совместные полнолуния?»       Вышла, недобро сверкнув иллюзорными глазами и кутаясь в оставшиеся горелые куски мантии. Задрав подбородок и пряча кровавые пятна, спокойно прошла мимо мужчин и обворожительно улыбнулась на ошарашенные, недоумённые взгляды:       — Господа, всем стоит разойтись по своим спальням, — поспешно юркнула в комнату, надеясь избежать последствий.       Фурор произвела, казнь отсрочила, хотя бы ненадолго.       С быстро стучащим сердцем полетела к шкафу в спальне за одеждой, закрывшись. И не зря.       Мужчины ворвались, стукнув входной дверью о стену, как иногда делал Касс. Кинжал с присохшей кровью полетел под кровать, остатки одежды вниз.       Из-за быстрого темпа ходьбы она вновь открылась, выделив сукровицу. Никаких примесей не вытекало, но следовало на всякий случай выпить противоядие и продезинфицировать.       — Мисс Алая, мы вас ждём! — голос декана, казалось, раздался громом по всему Хогвартсу.       — Конечно, профессор, конечно! — стремительно перевязываясь бинтами и стараясь делать короткие вдохи, бросила.       Надев мешковатую футболку и попавшиеся под руку тёмные штаны с мантией, она вышла.       — Чай? Кофе?       — Правду. Хотя она у вас, подозреваю, закончилась раньше чая, — профессор Снейп устроился в одном из кресел, будто собирался проводить допрос до вечера. — Вы отсутствовали в Хогвартсе эту ночь и…       — Не только эту, — послушно добавила, многообещающе взглянув на Люпина. — Знаете ли, иногда приходится выполнять кое-какие важные дела.       Она упрямо гнала прочь воспоминания, снова и снова вспыхивающие перед глазами.       — Неужели? Смотрю, халатное отношение к вашей персоне от Дамблдора явно пошло не на пользу.       — Истекаешь кровью, — до этого молчавший Римус резко подошёл ближе.       — Откуда это у вас? — зельевар без стеснения подскочил, задрал край футболки, оголив бинты, успевшие пропитаться кровью.       «Джентльменством несёт за версту».       — Лучше принесите, пожалуйста, мне крововосполняющее, противоядие от обычных ядов, костерост и мази.       — Костерост от последствий на матче? Полагаю, вам сломало рёбра…       Кивнула.       «Значит, заметил. Значит, внимательно следил. Снейп и Люпин в моей комнате, обсуждают ранения, а я даже не уверена, сплю ли».       На кофейный столик легко отлевитировались склянки с разнообразным содержанием из комнаты напротив. Недоумённо посмотрев на брюнета, озвучила:       — А где хлоргексидин и перекись водорода?       — Что?       — Перекись водорода, трёхпроцентная. Это ж классика… Акцио аптечка!       Бело-зелёный чемоданчик быстро оказался в её руках из сумки с пространственным карманом. Поспешно открыла, продемонстрировав нужные пластиковые бутыльки зельевару.       Если и отыгрывать этот фарс, то до конца.       — Вы знаете, маглы такие затейники. Бывают весьма полезными, — откупорила флакон с красной жидкостью и выпила в пару глотков, следом остальные зелья. — Римус, будь добр, вот здесь чашки, а там заварка и сахар. Сделай чай, пожалуйста.       Брюнет криво ухмыльнулся, косясь в сторону оборотня.       «Плевать, какие выводы он сейчас делает».       Закатала футболку и завязала под грудью, игнорируя оторопелые и переглядывающиеся взгляды мужчин, размотала бинты и начала промакивать рану.       — Скажите-ка, мисс Алая, — профессор Снейп достал волшебную палочку и в притворной задумчивости постучал по своей ноге. — Вы магл или волшебница?       — О, вы об этом? Тогда попробуйте, пожалуйста, наколдовать сами. Целебные чары явно не мой конёк. Может, у вас выйдет.       — Эпискеи.       — Что же, по крайней мере, кровь остановилась, благодарю, — Кармилла старалась не смотреть на мрачное лицо Римуса.       — Чем вас ранили? Вулнера Санентур, — однако заклинание словно пролетело мимо.       Из палочки зельевара мелькнуло ещё несколько вспышек, но всё осталось без изменений.       Кармилла открутила крышечку от банки с целебной мазью и нанесла, затем перебинтовала живот и осторожно откинулась на спинке кресла.       «Про больничное крыло всё-таки не заикнулись».       — Сразу видно профессионализм, — протянул оборотень, хмурясь. — От тебя кем-то пахнет… Не пойму.       — Мы все в нетерпении, мисс Алая.       — Допустим, я местный мракоборец. Отгоняю дементоров, если слишком близко подлетают, патрулирую Запретный лес от всяких… тварюшек.       — В таком случае вы напортачили, когда стража Азкабана прилетела на игру между Гриффиндором и Пуффендуем.       — Не скрою, — Кармилла картинно вздохнула, переведя взгляд на опустившуюся перед ней чашку с чаем. — Хотите знать больше — к Дамблдору, я не имею права раскрывать всю информацию. Впредь прошу ко мне не вламываться и принять тот факт, что я… на особом счету, и не удивляться некоторым нарушенным правилам, так как являюсь не совсем ученицей.       Северус Снейп поднялся слишком медленно для человека, которому всё равно. Взгляд скользнул по её бинтам, затем по Люпину. Что-то в увиденном ему определённо не нравилось. Оборотень, тем временем, не особо удивлён — знает больше?       — Полагаю, нам лучше оставить девушку, Люпин.       Профессор ЗоТИ кивнул, ставя пустую чашку на кофейный столик.       — Надеюсь, что пёс обычный. Иначе… — послав напоследок неоднозначный взгляд, оборотень скрылся за дверью.       — В следующий раз уж будьте любезны предупреждать, если вы собрались на кого-то «поохотиться», чтобы Кровавый Барон не поднимал призраков на поиски одной девицы.       — В таком случае, снимите с моей двери сигнальные чары, профессор. И буду делать как просите.       Брюнет скривился и закрыл дверь, оставив её в одиночестве.       Кармилла взъерошила волосы и схватилась за голову, издала пару истеричных смешков, глядя в танцующий огонь в камине.       — Хоть раз бы всё закончилось окончательно.

***

      Весь день Эдриан и Касс носились по Хогвартсу в её поисках. Хотелось запереться в той появившейся комнате и не показывать носа ближайшие недели, но выйти вскоре пришлось.       Благодаря принятым зельям и мази всё зажило за полдня. Кармилла пришла к выводу, что если собратья незнакомы с такими чудодейственными лекарствами, то шанс избавления мира от них стремительно возрастает.       — Стоять, — неожиданно Касс перекрыл собой коридор, а Эдриан зашёл сзади.       «Покушала, называется».       Чувствуя себя под конвоем, она тяжко вздохнула и поплелась за юношами, с интересом разглядывая их серьёзно настроенные лица. Те открыли дверь апартаментов Кармиллы и по-хозяйски зашли.       — Рассказывай. Где была? — волшебники насильно усадили её в кресло, сами остались стоять по бокам со сложенными на груди руками.       — Не темни, Карма, узнаем если что.       — На территории Хогвартса. Спала.       — В чужой комнате, что ли? — Касс прищурил синие глаза и недовольно на неё воззрился. — Сложно сказать, что у тебя кто-то появился? Не пойму.       «Эдриан явно придерживается иной версии. Молчит».       — Мальчики, ну вы же знаете, что у меня большая нагрузка. Ещё и матч вчера и… Устала я от всего, понимаете? Хотела побыть одна. Столько всего разом… Голова скоро треснет.       — Ладно, пока поверю, — на удивление быстро сдался Касс, улыбнулся и взъерошил девичью белобрысую голову. — В следующий раз говори прямо. А то как с Малфоем осталась, так и пропала. Естественно, мы напугались.       — Я вас услышала. Чем без меня занимались? Написали сочинение по прикладным проклятьям?       «Выкрутилась феноменально легко».

***

      В Хогсмид вместе с Кассом и Эдрианом отправились в начале декабря. Тогда всё покрылось ещё неустойчивой корочкой инея и неокрепший мороз зря старался кусать щёки учеников. А так хотелось снега, как в Норвегии! Юноши провели ей экскурсию по «Сладкому королевству» (любимому месту Уоррингтона), где демоница запаслась мятным шоколадом и отведала воздушного мороженого, о котором многие сладкоежки восторженно слагали легенды. Что же, вполне заслуженно!       Успели зайти в «Три метлы», где в очередной раз убедилась, что сливочное пиво явно не её напиток и британцы не знают толка в молочных продуктах.       — За скорые каникулы!       Они чокнулись, капучино чуть не расплескалось от напора.       — Я домой рвану, а вы?       — Тоже. Мать, поди, с ума уже сходит, — Эдриан стёр образовавшиеся усы и покосился в сторону демоницы. — Тебя кто-нибудь ждёт?       Кармилла хмыкнула и слизала кофейную пену, постаравшись скрыть замешательство.       — Я сама по себе.       — Невозможно. Ты же несовершеннолетняя. У тебя обязан быть опекун! — Касс поддался вперёд, недоверчиво сощурив глаза.       — В некоторых странах можно пройти особую ментальную проверку, где выявят, самостоятельна ли личность или же требуется кого-то приставить.       — И ты, конечно же, прошла?       — Естественно, — ей не понравился посланный взгляд Эдриана.       Посидели какое-то время в тишине, каждый думая о своём. За столом с пуффендуйцами было явно веселее: то и дело раздавались смешки и весёлые дружеские подтрунивания.       — А хочешь ко мне в гости?       Что-то внутри непонятно дрогнуло от этой простоты.       — Спасибо, Касс, но я лучше останусь в Хогвартсе. Мне нужна библиотека и…       — Так у нас есть своя!       — Нет, товарищ, может, на пасхальных?       Лицо Уоррингтона на какое-то мгновение омрачилось, но в следующее мгновение разгладилось.       — Кстати, по секрету… В феврале сыграем против Пуффендуйцев. А тактика у них такая…

***

      Оставив волшебников в «Зонко» — магазине волшебных приколов и ловя волосами редкие снежинки, отправилась в «Чайный пакетик Розы Ли», где приобрела сборы кабусечи и сенчи. Для частенько забредающих гостей пришлось захватить обычного чёрного чая и с чабрецом, последний уж очень любил Эдриан: «Может, станешь заварной мастерицей? Раз с зельями у тебя часто между «выше ожидаемого» и «удовлетворительно» варьируется?»       Стараясь не отсвечивать и пройдя магическую проверку от крысиных черепушек на совершеннолетие, накинула капюшон и прошла в глубь «Кабаньей головы». Таверна оказалась набита под завязку.       Отвратительно несло потом, грязью, козлиной шерстью и их экскрементами, отчего на краткий миг демоница задумалась: а не уйти ли, пока не поздно?       — Эй, крас-савица, не заблудилась? — хмыкнув, обернулась, с интересом разглядев сидящего на стуле небрежного вида шатена с красными прядями.       Нужно налаживать связи. Играй роль, будь лисой.       — Не заблудилась, сладкий, — села рядом, наблюдая за крупным седовласым трактирщиком, чем-то отдалённо напоминающим директора Хогвартса.       — Чего вам, госпожа?       — Вина и огневиски мне, в бутылках, будьте столь любезны.       — Неужели такая леди будет распивать одна? — подхватив за локоток, мужчина заставил развернуться демоницу к нему и прижал её ноги своими коленями. — Не хотите ли, чтобы вам составили компанию?       Кармилла тихо фыркнула, разглядывая подведённые чёрным серо-голубые глаза.       — Нет, милый, может, в другой раз? — она показала ему язык, а из-под капюшона выпала пара белых прядок, собеседник глухо сглотнул.       «Отличное место для насыщения низменными эмоциями, — отметила про себя, отсчитав несколько серебряных сиклей и пару кнатов. — Но пора двигаться дальше».       Казалось, на них никто не обращал внимания. Это место являлось тёмным, невзрачным и, судя по всему, притоном. Мало кого интересовали проблемы других.       Переведя взгляд на дальний тёмный угол, заметила, как кто-то за ней пристально наблюдает.       — И всё же как зовут прелестную леди? — с жадным интересом продолжал следить за таинственной незнакомкой волшебник, облизнув чётко очерчённые губы.       Полученные от трактирщика бутылки исчезли в бездонной сумке.       — Если будет суждено встретиться — узнаешь, — не удержавшись, наклонилась к нему вплотную и провела ногтем от ямочки между ключиц до кадыка волшебника, выпорхнула из трактира.       «Как же сильно кружат голову тёмные людские желания», — подумала, надолго запомнив запах рома и хвойного леса.

***

      На время зимних каникул разъехались все, кроме золотого трио, её, первокурсников Мариана и Налы. Хогвартс опустел, и для демоницы стало непонятно, нравился ли ей такой тихий замок, или всё же не хватало галдежа и бомб-вонючек от близнецов Уизли.       Вновь сидела на облюбованной полянке и потягивали с собеседником из бутылок каждый свой напиток.       — И всё же буду тебе должен.       — Да брось, — чуть заплетающимся языком ответила она и пихнула брюнета в бок. — Считай, подарок тебе на будущее Рождество.       — Оно через два дня.       — Тем более! — они повторно чокнулись, а волшебник смущённо одёрнул добротную утеплённую мантию и зимние штаны.       — Ну надо же, даже с размером угадала.       — Дак ты, волкодав, большой. И прожорливый. И линяешь наверняка сильно…       — Так-так, попрошу сильно не оскорблять, — рассмеялся Сириус и сделал пару глотков огневиски. — Правда, спасибо тебе большое.       — Смотрю, чистокровного Азкабан исправил? Уж очень вежливый для британских чистоплюев, — пламя весело трещало в костерке и будто внимало сказанному.       — Знаешь, моё мировоззрение всегда отличалось от матушки Вальбурги и семейства Малфоев. Мы ничем не лучше и не хуже — правда, есть доля вероятности, что наша магия сильнее…       — И наследники все сплошь плоды кровосмешения с букетом разнообразных болячек, — фыркнула и сочувственно вздохнула, глядя на испещрённое мрачными морщинами лицо мужчины.       «Подумать только! Что ему, что Римусу всего тридцать три, а выглядит гораздо старше, истощённей… Последствия Первой Магической войны?»       — Я, кстати, тебе принесла несколько пирожков с потрохами и мясной рулетик, — выудив из сумки искомое, протянула Блэку. — Смотреть больно — кожа да кости.       — Спасибо, о благородная госпожа, — и поспешно впился в еле тёплый пышный бок выпечки.       — Ты спрячься лучше, завтра полнолуние, Волчок снова выйдет на охоту. Почему тебе какое-то время не пожить у меня? Привёл бы себя хоть в порядок. Жизнь в шкуре лишена многих удовольствий.       — Жила, что ли, так? — отвлёкся он от еды, удивлённо взглянув на собеседницу. — Знаешь же, что нет. Мне нужно Хвоста выловить. Юркий, зараза. Сколько проблем нам учинил.       — Было дело. Это уж точно. Рон с Гермионой постоянно ссорятся: Глотик старается поймать Петтигрю, но он хитёр и вёрток. А я всё же не так сильно приближена к их компании, так, общаемся когда-никогда.       — Как Гарри?       — Вроде не боится, но всё же… Ты всех сильно напугал, когда напал на Полную Даму. Оно того не стоило. На меня ещё тогда декан взъелся: «Где вы вообще были, мисс Алая, когда все спали в Большом Зале?! Вон на отработку!»       — Знаю, знаю, поддался эмоциям, — он горько вздохнул и печально взглянул в фосфоресцирующие фиалковые глаза. — Выставили в таком ужасном свете, что… мальчик по-любому боится и ненавидит. Якобы из-за меня нашли Джеймса и Лили… Агх, удавлю крысу!       — Постарайся в Хогвартсе больше не появляться. Рано или поздно выйдет.       — Кстати, а кто декан Слизерина? Наверняка по-прежнему тот старый хрыч!       — Нет, молодой. Северус Снейп.       Сириус чертыхнулся, поражённо выпучив серые глаза. Какое-то время сидел и смотрел на играющие языки пламени, после ухмыльнулся:       — Надо же, Нюниусу хватило ответственности занять такую должность. А преподаёт, небось, зелья?       — Да, — недоумённо моргнула. — Вы знакомы?       — Конечно. Мы вчетвером с Гриффиндора, а он со Слизерина. Скажем так… Мы его очень хорошо доставали, задирали… Если честно, чувствую некоторую вину за то, что вытворял раньше.       Присмотревшись к задумчивому волшебнику, Кармилла сделала пару глотков и положила на колючее покрывало снега пустую бутыль. Алкоголь приятно грел внутренности, а согревающие чары мягко обволакивали пару в ночи, под почти полной луной.       Хмель почти не брал, но тело наконец перестало ждать удара.       — Может, когда докажешь невиновность… Извинишься?       — С ума, что ли, сошла?! Ни за что! — взорвался Сириус и стукнул кулаком по ближайшему сугробу.       — Понятно, гор-дость, — протянула по слогам и поднялась, потягиваясь. — Ладно, Пёс, пора мне. А то Северный Ворон по головке не погладит за постоянное ночное отсутствие. Представляешь, до сих пор не убрал сигнальные чары с моей двери. Цербер несчастный.       — В смысле, ты живёшь не со всеми слизеринцами? — мужчина округлил глаза и поднялся, слегка шатаясь и шаловливо ухмыляясь. — Вы что, вместе, что ль?       — У тебя фантазия разыгралась. Нет, напротив.       — Вот я и удивился. Уверен, Нюниус до сих пор предпочитает людям котлы.       — Так, оставь-ка эти тёрки при себе, — закатив глаза и покидав пустые бутылки в сумку, Кармилла чуть не запнулась о выступающий корень. — Давай уже, загляну как-нибудь.       — Дойдёшь?       — Куда ж я денусь?

***

      В Рождественское утро Кармилла проснулась с отличным, праздничным настроением. Немного повалявшись и одевшись в тёплое платье, вышла в гостиную апартаментов и обомлела. Рядом с камином высилась небольшая горка подарков с разноцветными яркими упаковками. На глазах неожиданно выступили слёзы.       «Это… мне?»       Кармилла несколько секунд просто смотрела на свёртки, будто опасалась к ним прикоснуться.       «Надеюсь, Рождество и следующие года преподнесут множество чудес, Карма. Будь счастлива, ты это заслужила», — гласила приклеенная бумажка на первом подарке.       «Касс… Какая же ты тонко чувствующая натура, товарищ».       В коробке оказалась дюжина мятных плиток шоколада и плюшевая игрушка белого волка.       — Видишь насквозь, но не отдаёшь себе в этом отчёта, — с нежностью обняла подарок и взяла другой свёрток.       «Для развлекательного чтения». Сразу понятно, огромный том скандинавской мифологии от мисс Гермионы Грейнджер воспринялся с теплом и радостью.       «Самой очаровательной охотнице. Майлз Блетчли». В небольшой коробочке лежала живая, очаровательная алая роза, усыпанная капельками росы. Роза не увядала и пахла так, будто её только что срезали.       — Мило, — с наслаждением вдыхая цветок, аккуратно вплела себе в волосы.       В маленькой коробочке нашёлся милый брелок воющего серого волчка, на котором закрепились чары против сглаза, нежити и лёгкие заклинания защиты.       — Римус… Вот засранец, а мне заявил, чтобы ему ничего не дарила. Ну ничего, сейчас оклемается от полнолуния и найдёт свой подарочек.       В последнем свёртке лежала взволновавшая сердце записка «Прекрасной крылатой кудеснице. Спасибо за дружбу. Эдр» и браслет из лунного камня с серебром. В центре украшения скалилась симпатичная рогатая драконья морда.       «Совпадение или же?..»

***

      Сегодня факультетские столы в Большом Зале оказались отодвинуты к стенам, а посреди стоял один общий, накрытый на двенадцать персон. За ним уже сидели директор Хогвартса, мисс Статная МакГонагалл, мадам Стебль, профессор Флитвик, декан Слизерина и завхоз Филч в непонятном поношенном фраке. Нала и Мариан в смущении помахали ей, а три знакомых гриффиндорца послали дружеские улыбки.       — Мисс Алая, присоединяйтесь к нам!       — С радостью. С Рождеством, — она кивнула, искренне улыбаясь, направилась на последнее свободное место рядом с зельеваром.       Большая ель задорно подмигивала огнями, под потолком летали фантомные золотистые феи, а искусственные, нетающие снежинки пропадали, не долетая до волос.       Посмотрела в сторону учеников и заметила сияющий взгляд карих глаз. «Спасибо», — услышала тихий шёпот Гермионы и подмигнула.       Волшебница давно мечтала о волшебном орлином пере с самозаправляющимися чарами, используя которое кисть никак не уставала.       — Весёлого всем Рождества! — провозгласил Дамблдор. — Хлопушки! Берите, Северус.       Покосившись на соседа, Кармилла прыснула и заслужила недовольный взгляд ониксовых глаз, когда тот взял серебряную хлопушку. Он и первокурсники одновременно дёрнули за шнурок, и в руке брюнета оказался островерхий колпак с чучелом грифа сверху.       Мужчина натужно приподнял уголки губ и протянул директору, тот мгновенно нахлобучил его себе на голову вместо другой остроконечной шляпы. У Налы и Мариана в руках остались маленькие вырезанные костяшки в виде змея и барсука.       — Ваша роза слишком благоухает, мисс Алая.       — Что? Роза? — переспросила и фыркнула — зельевар всё время, пока она накладывала себе на край тарелки овощные салаты, смотрел на неё. — Это подарок, я не могла не воспользоваться им… Живите каждым днём, профессор. Ведь никогда не знаешь, что может случиться в следующую минуту. С Рождеством вас.       И забыла о зельеваре, приветственно кивнула, когда к пиршеству присоединилась профессор Трелони — волшебница, похожая на стрекозу из-за громадных линз и толстой оправы.       Полностью проигнорировала её диалог с Дамблдором касательно количества сидящих за столом. Кармилла не слушала. Верить в приметы существу, само существование которого нарушало половину законов мира, казалось смешным.       Касс и Эдриан кратко охарактеризовали её «сумасшедшим насекомым», отчего демоница не воспринимала женщину всерьёз.       — А как же любезный профессор Люпин?       — Ему опять нездоровится, — сочувственно ответил директор школы и повёл рукой над столом, в упор смотря на демоницу. — Бедный Люпин. Надо же было заболеть на Рождество!       Кармилла усмехнулась, вспомнив, как вчера вышеупомянутый неудачно полез в нору за кроликом. Ушастый с воинственными криками наподдавал оборотню как следует задними лапами по морде, отчего ей в облике волчицы пришлось успокаивать неудачливого охотника. Декан вновь обратил внимание на подопечную и ткнул в бок локтём, приподняв бровь.       От такого неожиданного жеста кусочек лаваша попал не в то горло, и она закашлялась, прикрыв рот рукой. Зато брюнет сбоку не пожалел и со всей ответственностью подошёл к спасению — от души постучал по спине, Кармилла поморщилась.       — Если вы намерены задохнуться за праздничным столом, выберите хотя бы менее идиотский способ.       — О, не волнуйтесь, именно об этом и думаю, — приглушённым голосом ответила и чуть отодвинулась от декана Слизерина, не обратив внимания, как довольно улыбнулся Альбус Дамблдор.

***

      «Гебридский чёрный дракон — второй из обитающих в Британии видов дракона. Намного агрессивнее своего валлийского сородича. Один гебридский чёрный дракон обитает на территории площадью в сто квадратных миль. В длину может достигнуть тридцать футов. Грубая чешуя, блестящие лиловые глаза, вдоль хребта проходит невысокий, острый как бритва гребень. На конце хвоста имеется стреловидный шип, крылья напоминают крылья летучей мыши. Питается этот монстр в основном оленями, иногда ловит крупных собак и даже коров. Магический клан МакФасти, много столетий живущий на Гебридах, по установившейся традиции заботится о местных драконах…»       Кармилла тяжко вздохнула, разглядывая двигающуюся скалящуюся картинку. Когда-то таких драконов летало много, алые — далёкие-далёкие предки их династии. Окончательно потеряв разум и мудрость, смертные отметили повышенную «агрессию», когда случилась потеря индивидуальности и личности драконов. Красных истребили как представителей наиболее сильнейших и опасных ящеров. Чёрные же от природы являлись наиболее спокойными особями, потому остались в живых… И в заповедниках.       Демоница вздохнула и откинула голову назад, задумчиво глядя в потолок. По вискам и лопаткам медленно заструилась кровь.       — Чёрт. Слишком долго не высвобождалась.       Каково держать в себе рога и крылья? Больно. Каждую секунду словно режут и точат изнутри, стремясь вырваться наружу — зелья профессора Снейпа помогают с этим справляться и переключиться с боли на иные задачи.       Зов и сила крови растут, особенно при столкновении с погрязнувшими во тьме и гнили бывшими соплеменниками. Что делать, когда нужно прикидываться смертной? А если априори, несмотря на силу и статус, уступаешь остальным демонам в том же искусстве иллюзий? Силе и скорости? Жизнь среди людей научила её сначала улыбаться, а уже потом выпускать когти. Пламя мести подгоняло выучиться и отомстить, но сейчас… Сейчас ей будто стало всё равно или же смогла наконец отпустить прошлое? Нет. Пока нет.       Одна в этом мире, противники — семь опытных изощрённых демонов. Если всё действительно так, как она думает, шансов на победу мало, но всё возможно. Лишь при одном маленьком и нежеланном условии, к которому рано или поздно придётся прибегнуть — вляпаться по самые крылья и рога. Оружие есть, осталось распознать материал и создать подобное. Что будет дальше? Стоит ли жить дальше, если будешь всегда одна?.. Цель поставлена и обязательно будет выполнена, равно как и содействие с уничтожением Волдеморта, а сейчас…       — Живи каждым днём. Ведь никогда не знаешь, что может случиться в следующую минуту.