Глава 16. Угасание змеиной лучины

      — При неприятных ощущениях говорите сразу.       Шаблонная фраза при всех экспериментах.       — Что на этот раз, профессор?       — Для начала аконит джунгарский.       — Борщевик пробовать будем? — прикусила язык, вспомнив, у данного растения как такового яда нет.       — Ваши знания по травоведению стоит подтянуть, несмотря на прохождение расширенного курса, — профессор Снейп чуть сморщил нос; привычно обработал кожу внутренней стороны руки и вскрыл магловскую упаковку со шприцом. — У борщевика есть фуранокумарины. Надеюсь, помните, что это такое?       Демоница недовольно скуксилась — с кем не бывает? — однако заученно пробормотала:       — Вещества, делающие кожу под ультрафиолетовыми лучами беззащитной, профессор.       — Хоть что-то в вас вбила мадам Стебль, — зельевар чуть надавил на пластиковую рукоятку поршня, и сок аконита брызнул в стороны от тонкой иглы. — Насколько понял, на вас он всё-таки действует… Расслабьтесь, не в первый раз мы уже что-то колем. Или опять боитесь?       «Если бы только в этом было дело, профессор, если бы только в этом».       Мужская ладонь уверенно обхватила предплечье ученицы; игла вошла под кожу, четыре кубика яда плавно покинули шприц.       — У вас опять начинает зашкаливать пульс. Может, расскажете о своём страхе?       — С чего вы взяли, будто я чего-то боюсь?       — Расширенные зрачки, учащённое дыхание и пульс, сглатывание слюны превысило норму. Будете утверждать обратное?       — Пускай будет так, как считаете, профессор, — устало откинулась девушка на спинку стула и тускло улыбнулась, — мне вас не переубедить.       Профессор сел напротив и задумчиво уставился на руку испытуемой. Тёмный взгляд смотрел в никуда.       В последнее время Кармилла начала замечать, как часто зельевар стал витать в своих мыслях, пока она готовила зелье или пересказывала выученный текст.       Ей же нравилось изучать и узнавать мир под другим углом. Магическое сообщество, несмотря на свою малочисленность, весьма рассредоточено и многогранно, среди них она обязательно найдёт себе место.       — Тошнота? Слюноотделение? Слабость? Замирание сердца?       — Последнее, но думаю, причина в другом, — щёки покраснели, а демоница отметила, как напрягся профессор Снейп и спешно подошёл к столу с травами и противоядием от введённого волчьего корня.       — Нет-нет, дело не в яде.       — Тогда в чём, мисс Алая?       Кармилла стыдливо прикусила язык и помотала головой, прогоняя далёкое воспоминание обратно в недра своей памяти. Тогда она так и не ответила.       С того занятия прошло несколько месяцев, и она по ним скучала, но сейчас не время вспоминать — в конце концов, Кармилла уже решила держаться от профессора подальше ради его же блага.       Некогда проживавшая в тёплое время года чета Эрскин канула в небытие. Последний из них скончался в первой половине девятнадцатого века, а из-за безбрачия и отсутствия дальнейших потомков величественный дом остался пустовать и приходить в упадок.       Обломки когда-то возвышавшихся колонн, полуразрушенные арки, провалившаяся во многих местах многоскатная крыша; осколки витража и оконных стёкол давно превратились в мелкую крошку под испытанием катаклизмами природы. Куски тёмного кирпича, обделанного камнем, валялись кучками тут и там, крича о полной небезопасности и разрухи здания. Поросший местами мох змеился по стенам, стараясь завоевать для себя ещё больше места.       Поджала губы, нос чуть наморщился. Напряжённый фиалковый взгляд скользнул по раскидистым лапам можжевельника и туи рядом со стенами поместья.       Никаких следов на тонком полотне снега.       Принюхалась.       Кроме ударившего в нос запаха хвои, ничего не почувствовала — слишком холодно. Возможно, другие запахи здесь попросту не задерживались, и это тревожило засевшую глубоко внутри тугую спираль.       Расслабляться нельзя: держать ухо востро, а глаза открытыми, ведь никогда не знаешь, с какой стороны может нагрянуть опасность. Вдруг со спины?       Ей не нравилась стоящая здесь тишина, — та словно оплела в кокон это место и много миль вокруг него. Ни хлопота крыльев, ни хруста под ногами копытных или хищников.       Ни-ко-го.       «Зверьё хорошо чувствует опасность».       Лёгкие хлопья снега успокаивающе приземлялись на плечи и белую макушку демоницы, однако та не позволяла себе млеть под пушистыми, обжигающими холодом снежинками. Ветер сбивал успевшие накопиться на ветвях сосен шапки, отчего рядом иногда вздрагивала особо впечатлительная нежить.       — Один?       — Кроме гнилонов, никого не увидели, — ухо опалил тихий, вкрадчивый голос Эдмондо. — Ночь безлунна и пасмурна, благосклонна к нам.       — Не только мы видим в темноте, — мотнула головой и сжала свободную ладонь в кулак.       По всему телу сновали мурашки, в животе разбуженным зверем ворочалось беспокойство, равно как и волчица с драконицей, готовые в момент слиться и поменяться местами с «человеческой» оболочкой тела.       Былая уверенность с Хогвартса померкла неумолимо, словно сосулька истаяла по весне. Медленно. Капля за каплей.       Кармилла открыла рот для команды, но внезапно перед глазами потемнело, а следом вспыхнуло ярким белым светом.       — Наблюдатели остаются на своих постах. Трое через крышу: один на втором этаже, двое спустятся на первый и подождут нас.       Бесшумные тени послушно скользнули смазанными силуэтами в сторону заброшенного поместья, лишь едва уловимый скрип снега мог выдать их неприятелям.       — Будешь во второй ипостаси рядом, — бросила предвкушающе усмехнувшемуся брюнету рядом, и они двинулись следом к заброшенному зданию.       Вспышка.       — …Фу-у, отвратительно, как в кожу змеи наступил, — проронил вампир с выбритыми тёмными висками, брезгливо тряся ногой в воздухе. — И запах тут…       — Грегарио, мы не на прогулке, — леденящим тоном отрезал видоизменённый Эдмондо, грозно качнув кожистыми крыльями.       Молодой вампир закатил красные глаза к потолку и сморщил нос, стоило им зайти в одну из подвальных комнат.       — …И нас ещё называют «нежитью» и «мертвецкими тварями», несправедливо, — Фейн, рыжеволосый «брат» главаря, досадливо пнул давно потемневшие щепки костей, а его поддержал другой молодняк:       — Мы только кровь пьём, а они…       Вспышка.       Свет, словно в подтверждение, пару раз мигнул.       Ловушка. Поворачивать назад уже нельзя, — знание пришло из ниоткуда и подкрепилось, когда десяток гнилонов приземлился в начале коридора, отрезая им путь для возвращения.       Вспышка.       — Пришла всё-таки, и не одна, как вижу…       Вспышка.       Кислота захлестнула находившихся рядом вампиров, их вопли натянули одну из немногих струн сердца.       Задача защитить, хоть и мёртвых по своему существованию вампиров, стала приоритетна. Успеет?       Вспышка.       Кармилла захлопала ресницами, сморгнув скопившуюся влагу. Сердце заходилось в безумном галопе в районе горла. Беспомощно огляделась, краем сознания отмечая, как тревожно на неё смотрели несколько пар красных глаз.       «Что это было?»       — Великая?       — План меняется, — произнесла негромко, чуть придушенно, зная: её услышат.       Тихо, почти неслышно вздохнула раскалённый своей студёностью воздух. Оправила ремень, нащупала в волосах защитную цахейлу и сильно сжала.       — Мы же сто раз обговорили и всё утвердили! — взбудораженный брюнет с выбритыми висками экспрессивно взмахнул руками. — Что за сомнения?!       — Грегарио, — голос преобразовавшегося Эдмондо Ди Сабатино рыкнул. В отличие от молодых вампиров, «старый костяк» ещё мог летать, и по нервно дёрнувшимся крыльям главаря отметила его беспокойство.       Да, изначально собирались идти вместе, но недовидение демоница решила не игнорировать.       «А вдруг это кто-то из демонов наложил на меня иллюзию и скрылся?» — прислушалась к ощущениям, но даже отголоска чьей-либо магии не уловила. Значит, этот вариант не рабочий.       — Ждёте здесь, иду одна. Знак подам.       Не глядя на возмущённых подопечных, скрылась в тени стройных стволов хвойных деревьев. Эдмондо их успокоит, а если нет, то они ей всё равно ничего не сделают.       

***

      Куски камня и гипса, слои пыли. Лёгкая магическая вибрация явственно ощущалась в пространстве. Это место ещё поддерживали остаточные человеческие заклинания, а снизу отчётливо несло стихийной, демонической магией.       Вот оно.       Негодование и отвращение обстановкой исказило черты лица.       «Неужели живут… здесь?»       Куча фекалий грызунов и птиц никакого шарма данному месту не придавали. На некогда светлом, лакированном деревянном полу навсегда осталось множество царапок от маленьких коготков крыс, вмятины и непонятного происхождения множества тёмных пятен.       «Кровь. Видимо, многие хищники здесь когда-то обгладывали кости дичи… И хорошо, если дичи».       Внезапный хлопок одной из незнамо как державшихся дверей заставил тяжело сглотнуть и про себя грязно выругаться.       Пол почти полностью разбух из-за повышенной влажности, ситуация провалиться на месте, не дойдя до Кислотного, оказалась бы крайне досадной.       Редкие, сплетенные коконы покачивались под потолком от проникающих в помещения первого этажа порывов ветра. Большинство оказались пусты, а в некоторых ещё билась зарождающаяся жизнь. Стенки переработанного воска пульсировали — показатель скорейшего выхода ещё одних отвратительнейших созданий Тьмы.       Кармилла подпрыгнула и легко сбила несколько «живых» сосудов — новые гнилоны им ни к чему. И всё же она надеялась, что матка тварей была одна, ведь если и Ария за год полностью приняла Тьму, то могут возникнуть серьёзные проблемы. Всё же тётушка по отцу изначально являлась сильнее и хитроумнее Варии.       Клацнула зажигалка, и языки пламени мгновенно обхватили оболочку «яйца», заставив ту шипяще расплавиться, а находящееся там существо — тоненько завизжать.       Кармилла лишь усилила пламя, не приложив никакой магии — огню достаточно шепотка, тем более для такой мелочи.       «Моё присутствие почувствовать не должны, но всё-таки странно: никакой охраны и сигналок для защиты территории, неужто настолько верят в себя? Бред, Эзран по-любому бы этим озаботился, да и остальных не могла бы назвать беспечными… Хотя, быть может, они изменились за столько лет? Либо ловушка, а это наиболее вероятно. Тем более те видения, или что это было, мне послала Матерь? И та стая гнилонов… откуда выскочат?» — задумчиво провела пальцами по треснутой кладке опорной стены первого этажа.       Кармилла продолжала осторожно продвигаться в глубь здания, прислушиваясь к малейшим звукам и вглядываясь в углы помещения. Обнаружила уже успевшее завонять тело светловолосой вампирши — одной из разведчиков Эдмондо. Как он и полагал, девушку схватили. Вряд ли гнилоны, они бы стали её рвать на месте.       Конечности пойманной валялись среди обломков рядом с ней, на коже рук Кармилла разглядела несколько укусов, предположительно, низших. Не понравилась мёртвая по своей сути плоть?       В Министерстве проводили эксперименты на двух гнилонах, но до взаимодействия между ними и вампирами ещё не доходили.       «Если всё действительно так, то можно собрать группы вампиров против чертей и напасть. По идее, проявление жажды крови и мяса не должно быть таким сильным, как если бы увидели людей».       Предстояло ещё выяснить реакцию гнилонов на оборотней, будут ли тёмные воспринимать нелюдей «порченным» мясом или же сочтут приемлемой пищей. Рано или поздно всё же придётся формировать армию для контратаки.       То, что будет ещё одна магическая война, она не сомневалась. Слишком уж растревоженными стали наёмники и егеря, то тут, то там скользили слухи о Тёмном Лорде. Пока почти неслышные шепотки, но у последователей, у Пожирателей Смерти, до этого времени блёклые метки начали наливаться чернотой, чем не показатель вероятного возвращения одного из сильнейших магов Британии?       Пару раз бывала в Азкабане, где приходилось слышать душераздирающие крики волшебников на этажах с дементорами. Тогда впервые смогла увидеть Праудфута нервным и бледным, словно мел, однако мешать инспекции по осмотру условий содержания заключённых личные чувства мешать не должны.       Раз её внезапно схватила за руку практически иссохшая ладонь и даже сумела притянуть ближе к прутьям камеры:       — Он вернётс-ся, вернё-ё-ётс-с-ся!       — В тебя заклинанием пальнуть, что ль? Сгинь, тварь, — рыжеволосый мужчина показательно наставил волшебную палочку на женщину с длинными, нечёсаными чёрными волосами.       — Он скоро будет здесь, — демоница высвободилась, однако заключённая полубезумно захохотала, демонстрируя левую руку с меткой Волдеморта. — Мы будем свободны! Мы уничтожим вас!       — Дементоров, может, позвать? — задумчиво обронил напарник, смотря на бьющуюся в судорогах от хохота женщину.       «Когда-то давно она определённо сводила мужчин с ума своей красотой».       — Пойдём уже, — передёрнула плечами, скривившись. — И так задержались.       Пока Кармилла находилась во «временном отгуле», как обозвал это отсутствие Кингсли, Праудфут успешно сдал оставшиеся экзамены и теперь с достоинством вступил в должность мракоборца.       Хоть они иногда и грызлись по поводу и без, Кармилла поздравила его искренне; этого волшебника поставили ей в напарники и предупредили (благо не сказав о нечеловеческом происхождении) о некоторых «особенностях». Сработались они всё же неплохо, да и на удивлениев оказалось комфортно работать с конопатой язвой. Вопрос одного из сотрудников «почему новичку отдали стажёра?» Кингсли прокомментировал бесстрастным: «Они уже работали вместе и показали наиотличнейший результат».       Воспоминания пробежали по напряжённому сознанию за пару сотых секунды, мысли вновь изменили ход русла.       Для войны нужны бойцы, без согласования с демоницей Эдмондо пока не расширял ряды «живых мертвецов», однако уже пытался поговорить с ней на эту тему. И Кармилле понравилоась эта педантичность, один из трёх Верховных вампиров Великобритании тщательно отбирал и выбирал среди людей тех, кому можно подарить этот сомнительный «дар», однако приказала пока никого не трогать, приглядеться к будущим потенциальным соратникам и ждать. Лишних жертв она не хотела, понимала, многие воспримут как проклятие, и будут чертовски правы! Жить веками и находить в них хоть какие-то приятности — счастье. Счастье, которого она, демоница, практически лишена. В лучшем случае у неё выйдет уничтожить отступников и поддерживать связь с друзьями, а в худшем её не станет уже этой ночью.       На этаже по-прежнему на удивление спокойно, Кармилла лишь изредка сбивала и поджигала коконы с неродившимися гнилонами. Подозрительно легко и тихо, а размышления продолжались, напрочь игнорируя опасную локацию.       Большое количество художественной литературы про вампиров и оборотней по большей части являлась достоверной, особенно про их вражду. Оба вида терпеть друг друга не могли и всячески старались не пересекаться.       Фенрир Сивый, как выяснилось, влиятельный среди своих оборотень со стаей и идеологией. Именно он укусил Римуса в детстве, отомстив подобным образом отцу Люпина за громкие слова о «злобных существах, заслуживавших только смерти».       С ним о союзе Кармилла договариваться точно не будет. Вожак оборотней, скорее всего, присоединится к Волдеморту, как и в Первой магической войне, да и Люпин до сих пор не мог принять свою хищную сущность, ненавидел себя, и это являлось главным доводом избегания всяких контактов.       Нужно обезопасить волшебников от укусов волкоподобных. Но каким образом? Зелье придумать точно не сможет, не её сфера деятельности. Обратиться к профессору Снейпу? Наверняка лучшие зельевары мира уже пытались придумать лекарство или иммунитет к ликантропии, слишком наивно думать иначе.       Осторожно ступая, демоница сошла на несколько ступенек вниз, внутренне негодуя и ругаясь на поскрипывающую деревянную лестницу. Без окон на пролётах приходилось щуриться больше обычного, дабы хоть что-то разглядеть в полном мраке и случайно не наступить мимо ступеньки в дыры местами провалившейся конструкции.       В коридоре висела масляная лампа, где весело танцевали языки пламени. Значит, в подвалах этого поместья демоны и гнилоны обитали. Да, иногда вампирские наблюдатели видели в оконных проёмах на этажах выше мелькавшие крылья, но, скорее всего, низшие проверяли территорию. Где они сейчас?       Кармилла тихо, насколько представлялось возможным, открывала створки дверей и заглядывала внутрь обшарпанных, провонявших затхлость и сыростью комнат. Во многих увидела засохшие остатки коконов и валяющиеся кучи костей. Похоже, только вылупившимся гнилонам еда требовалась сразу, и им её исправно предоставляли.       В каких-то помещениях проглядывались силуэты кроватей и шкафов — её догадка с обитающими в подвале демонами подтвердилась.       «Может, низшие живут на втором этаже? Крыша обвалилась, значит, легко вылететь в случае чего. Да и вряд ли все мои сородичи смогли бы их терпеть под боком».       Зайти в явно жилые и спальные помещения Кармилла решила после того, как расправится с Кислотным, чтобы уж точно исключить для себя всякие риски.       В какой-то момент сердце ухнуло куда-то вниз, когда обратила внимание на новенькую дверь в конце коридора. Внутренний голос противно пропищал: «Оно», заставив свою обладательницу сглотнуть и нервно сжать ладони с оружием ещё сильнее.       Аккуратно толкнула дверь и подслеповато прищурилась, оказавшись в залитом холодным электрическим светом, просторном помещении.       Тело пару раз тряхнула дрожь, а по коже противно побежали мурашки.       Первыми в глаза бросились полки с микроскопами, лабораторные шкафчики у стен с химическими реактивами, ядами, катализаторами и стерильной посудой: колбами, мензурками, стеклянными трубочками и прочим.       Куча стендов с застеклёнными створками, в которых хранилось множество склянок с разноцветным содержимым, ужасала и впечатляла. Сваривший эти зелья демон постарался на славу.       Контраст чистоты с белизной лаборатории и заброшенного поместья поразили, отчего демоница чуть не оступилась, но вовремя перешагнула порог и вновь застыла, тяжело глядя на хозяина помещения.       За письменным столом с невозмутимым видом сидел шатен с лёгкой волной кудрей, забранной в небольшой хвост. Серо-зелёные глаза недовольно уставились на вошедшую. Лёд в них её нисколько не испугал, ведь перед глазами встала картинка-воспоминание мёртвого брата на руках. Край полных мужских губ дёрнулся, зажатая между пальцев ручка несколько раз прокрутилась. Рогов и крыльев не заметила — неужели как-то тоже смог скрыть?       В прошлом этот мужчина представлял собой весьма кровожадную и скорую на расправу фигуру, сейчас же… Мысли сбились, когда демон продолжил что-то записывать в блокнот. Его словно не волновало присутствие чужачки и приближающейся смерти.       — Ничего не хочешь сказать? Сделать?       Медленно, словно не веря в перемены Кислотного, Кармилла сделала несколько шагов к нему.       Дерис тряхнул головой, небрежно взмахнув рукой:       — Прошлое в прошлом. Мешаешь. Уходи.       Остаток фразы засел в голове Кармиллы и послужил спусковым крючком для внезапной ярости.       — Ты убил моего брата, — прошипела, ощетинившись. — Не хочешь ответить за это?!       Горячая волна ненависти удушливо накрыла изнутри. Огонь вскипел в венах, отчаянно желая по первой мысли броситься в бой, сжечь дотла прогневившего её хозяйку.       Преодолела этот путь, столько лет выживала в оболочке человечка и зверя, чтобы что? Просто уйти по требованию? Ни за что! Он — убийца Адаларда, возможно, у них получилось бы сбежать, если бы не этот демон Чревоугодия!       — Она мстить пришла, Дерис, — мягко пророкотали сбоку, и из-за голубоватой ширмы, на которую по первому осмотру Кармилла не обратила внимания, показалась фигура, подёрнутая серебристой поволокой иллюзии.       И она бы обманула кого угодно, но не её.       — А я уж думала, что ты где-то по дороге сдохла, Ария.       Та кровожадно усмехнулась. Пустые глазницы родственницы оказались закрыты тёмной шёлковой тканью, а когда-то чистые участки кожи теперь окончательно накрыло колыхающейся тканью Тьмы. Сколько ей осталось, чтобы стать такой, как в своё время Вария?       От рогов остались лишь треснувшие пеньки на всклоченной каштановой макушке Железной, единственное крыло стелилось по полу, словно перебитое чьей-то жестокой когтистой лапой.       «Это сделал Эзран? — сглотнула, до крови закусив нижнюю губу. — Она клялась не искать с ним встречи! Видимо, поэтому вампиры её не заметили, она просто сидела здесь всё это время и даже не выбиралась наружу!»       — Как всегда, императрица встречает дражайшую тётушкой язвительностью. Ничего, я научу тебя манерам. — Одно движение когтя-пальца Железной, и оружие, закреплённое на ней, завибрировало, затем ножи и дротики попытались изменить положение с вертикального на горизонтальное, а когда не получилось — вылетели из ремешков и карманов, за миг до вхождения в плоть Кармиллы сгорев в ядовитом зелёном пламени.       Даже от пистолета пришлось избавиться на тот случай, если огнестрельное оружие выстрелит до её своевременной реакции.       — Я не позволю устраивать бойню в моей лаборатории, пошли прочь! — меж тем раздражённо рыкнул Кислотный, поднимаясь из-за письменного стола.       Единственное оружие, которое не расплавила Кармилла, — клинок Железной, который сохранила с их прошлой встречи. Сейчас он прятался в переднем пространственном кармане. Из такого металл не должен услышать «зова» Арии.       Да, биться в лаборатории не лучшая идея, но…       «Инкарцеро!» — из кармана штанов показался кончик волшебной палочки — вылетела паутинка обычных верёвок, связавших двух демонов.       Железная удивлённо охнула, но в тот же момент пламя освободило её и сородича.       — Занятно, — Кислотный со вспыхнувшим в серо-зелёных глазах любопытством огляделся. — Вот она, значит, какая — человеческая магия. А ты не дура, раз решила начать изучать… Хм, интересно, а если взять магическую искру, стихию и… — он резко развернулся и попытался вернуться за стол, пока огненная стена не отрезала его от цели.       — Убери.       — Нет.       Губы упомянутой растянулись в усмешке:       — Зелёное пламя, кажется, недостойно, по твоему мнению, нас… — кольцо синего огня вспыхнуло и оплело кольцом каждого, практически касаясь одежды.       В руке «тётушки» взвился огонь и тут же погас — Кармилла перекрыла ей возможность обращаться к этой стихии.       Ария облизнулась. Она не видела происходящего, но определённо точно чувствовала настрой племянницы.       Чувство дежавю.       От взлетевших металлических инструментов девушка легко увернулась, но и демоница Зависти за год с небольшим смогла приспособиться к отсутствию органов зрения — опиралась на слух и вибрацию издаваемого железа, окружившего племянницу.       Треноги, штативы, тигельные щипцы, зажимы и держатели для пробирок вели себя подобно оголодавшим зверям, угрожающе крутясь в воздухе, словно принюхивались в поиске жертвы.       Трое демонов застыли, каждый ожидая первого хода от другого, и Кармилла понимала, что в меньшинстве. Синие кольца чуть сузились, давая понять отступникам серьёзность своих намерений, однако не успела моргнуть, как Кислотный оказался перед ней и в ту же сотую секунды она со всего маху влетела в шкафчик со стеклянной посудой, посыпавшейся на неё. Струйки крови заструились по лицу. Несколько осколков впились в ноги, когда попыталась быстро встать на колени, но её ударили в челюсть так, что голова проломила дерево конструкции и впечаталась в стену, по которой мгновенно зазмеилась трещина.       Алая даже вздохнуть не успела, как побелевшие пальцы Кислотного сжали челюсть до неприятного хруста.       — Маленькая, так и не выросшая девочка. Девочка, желающая мести. К чему? Зачем? Или же тебя кто-то ведёт? Я предлагал тебе уйти, сама не послушалась. — Подушечки пальцев жёстко надавили на скульные кости, Кармилла скривилась, прекрасно ощутив прелести пронзившей всё тело боли.       — Ты решил поразвлечься? — пропел сбоку женский голос, и стянутые в хвост белые волосы бесцеремонно схватили, намотали на кулак. — Давай помогу?       — Не мешай, — холодно произнёс демон, и этого диалога Кармилле хватило, чтобы отойти от шока.       Волна пламени вырвалась из неё, отбросив сородичей, и она, пошатываясь, тяжело поднялась, утирая заливающую глаза кровь. Контроль над синим огнём она потеряла, будучи порядком удивлённая неприятным открытием. Родовой дар активировался сам по себе; алая жидкость больше не спешила покинуть тело.       — Однако, Дерис, я думала, ты тоже прикоснулся ко Тьме, а оно вона как.       Отпрыгнула прежде, чем проломившие деревянный пол растения ухватили её за лодыжки, уклонилась от зелёной шипастой плети. Несколько металлических приборов пролетели мимо, чудом не задев щеки.       — Железная, не считаешь, что разобраться с сестричкой Адаларда должен тоже я? — меж тем, словно не видя манёвров Кармиллы, риторически произнёс Кислотный прежде, чем сорваться.       — Как хочешь, — женщина прекрасно слышала, как сцепилось двое, и понимала: её ответ Дерису не был нужен. Вмешиваться сейчас действительно не стоит, всё же отсутствие глаз сильно урезали полезность в бою. Потому она отошла в конец лаборатории и устроилась в углу, внимательно прислушиваясь к окружению и племяннице: вдруг у неё всё же остались металлические побрякушки?       Кармилла издала смешок, когда ком с шипастыми растениями вновь пролетел мимо, но расслабляться себе не позволяла:       «Слишком быстр, избегаю из-за своих размеров», — несколько файерболов встретили земляной блок, и магия рассыпалась на клочки в воздухе.       Уклонилась, зигзагом бросилась в другую сторону, почувствовав дрожь пола прежде, чем каменная пика разорвала бы ей таз.       Она понимала — пока демон дерётся с ней далеко не в полную силу. При желании вполне мог расщепить деревянный пол или вовсе сделать из него трясину, чтобы засосала её; знала, он так не сделает, уж сильно дорожит находящимися здесь химическими трудами.       Ещё один стеллаж разбился, реактивы полетели и на Кармиллу, и на Дериса, рассерженно взревевшего позади.       — Ты же не собирался биться здесь?       Уклонение. Отражение. Шаг в сторону.       Из раза в раз ей приходилось маневрировать, катастрофически не хватало времени на атаку, тут уж хотя бы защищаться успевай!       Палочка из вишни в заднем кармане костюма оказалась позабыта в реальных условиях боя с более сильным противником. В какой-то момент все лампы лопнули, осыпавшись на пол, и из-за резко потемневшей обстановки она не заметила возникшую перед ней каменную насыпь, потеряв несколько драгоценных секунд.       С криком ударилась об камни, ещё больше расцарапывая лицо и тело, ощутила удар ноги в жёстком ботинке прямо в копчик и услышала хруст. Сверху насели, схватили за шею и не жалея несколько раз приложили об куски горной породы. Регенерация не успевала за получением всё новых и новых повреждений, девушка уже перестала вскрикивать, когда её перевернули.       Заплывшие глаза еле разглядели фосфоресцирующие во мраке серо-зелёные с вертикальным зрачком. И по этому взгляду она поняла — так просто её не убьют.       «Тьма, как же я оплошала», — охнула, когда кулак демона Чревоугодия ударил со всей силы по незащищённому животу.       — Так что там с тем, кто тебя направил? — с холодным любопытством произнёс, равнодушно наблюдая за попытками выбраться из-под него. — Не думаю, что ты настолько тупа лезть сюда без какой-либо поддержки, или?..       Вместо того, чтобы плюнуть мужчине в лицо, слюни размазались по губам красноватыми пузырьками. Беспомощность обвила ледяной и тонкой паутинкой отчаянно бьющееся сердце. Страх отбил абсолютно всё.       Глаза ничего не видели из-за застившей такой не к месту влаги. Смысла воспользоваться Родовым даром не было, она даже сумела позабыть, что может «потянуть» кровь на себя. Сознание занимала боль во всём теле и одна мысль: «Дура. И я ещё собралась тягаться с Эзраном?»       — У тебя же шанс меня убить, Алая, почему не делаешь этого?       — Т-ты дол… жен му… читься, — проговорила хрипло, на грани шёпота, чувствуя, как голос словно разрывает горло.       — Ну, сейчас мучаешься ты. Мне не интересны ни ты, ни Эзран с его желаниями. Мне нужны лишь знания, О’Драйк, знания. Плевать на происходящее, Ржавый дал мне ингредиенты и лабораторию, а ты своим появлением уничтожила часть моих годовых разработок. Как думаешь, что я с тобой за это сделаю?       Кармилла улыбнулась разбитыми губами, чувствуя, как хватка на шее всё усиливается и усиливается.       Шейные позвонки хрустнули и лопнули, демоница уже не чувствовала, как кости проткнули кожу и показались наружу, она уплыла во тьму.       Поляна с поющими птицами заставила улыбнуться, порхающие вокруг бабочки вызывали приятный трепет и восторг. Как же их много!       Разнообразных расцветок с самыми невероятными узорами.       Узнала и махаонов с красными точками на нижних крылышках на удивление крупных голубянок, парусников и много ещё каких видов, названия которых никак в голове не всплывали.       Она попыталась протянуть к одной из них руку, но те разлетелись во все стороны, рассыпая драгоценную пыльцу на траву и макушку девушки, только сейчас обратившей внимание на поразительно круглое, неестественное озерцо. Белые, серые и чёрные лебеди изящно изгибали шеи: лакомились водорослями и мелкой рыбой.       «Как они ещё всё из воды не съели?» — неожиданно подумала и нахмурилась, не поняв, к чему мелькнула эта мысль.       Думать здесь лишнее.       Прошла до бережка с золотистым, искрящимся под лучами солнца песком и легла на него, чувствуя, как части тела начали согреваться.       «Я без одежды?» — подумала и забыла, зажмурившись от удовольствия. С улыбкой сжала пальцы рук и ног, чувствуя, как перекатываются песчинки, как принимают её, как позволяют себя касаться и брать тепло. Трель птиц и шепотки ветра переплелись в чудную, расслабляющую мелодию. Что может быть лучше? Ничего. Песни леса, песнь Природе.       — Ты что здесь делаешь?       Знакомый и в то же время чужой голос заставил дрогнуть. Она открыла глаза и с недоумением уставилась снизу вверх на невероятной красоты девушку, чьё лицо неприятно исказилось.       — Кто ты? — в груди возник страх и трепет, поспешила подняться и даже отряхнуться, во все глаза разглядывая явившуюся богиню, не иначе. Её черты казались настолько идеальными и симметричными, что из ниоткуда возникший ужас в естестве невероятно удивил: как можно бояться такую красавицу?       — Ты не должна быть здесь, — зло прошипела та, сощурив глаза и резко тряхнув белой косой сложного плетения. — Какого чёрта ты здесь забыла, Алая?!       — Что? Я? Алая? Это… моё имя?       Не слушая, прелестница рассерженно выдохнула и, дёрнув почти прозрачным, будто сотканным из чуть зеленоватого ветра подолом платья, подскочила к ней:       — Палач обязан привести приговор в исполнение прежде, чем подыхать. — Хлёсткий голос ударил жёсткой плетью по оголённому сознанию будто с нескольких сторон сразу, стало невероятно больно. Она даже не подозревала, насколько физическая и моральная мука может истощить, практически убить.       В солнечное сплетение ударили со всей силы, заставив забыть, как дышать.       А дышала ли вообще?       — …меня интересуют исследования, а не её жалкая жизнь. Сдохнет и сдохнет.       — Эзран будет недоволен, что прибил не он, — едва уловимое сожаление в женском голосе.       Тяжело. Что-то сильно давит. Везде. Она не чувствовала ничего из физической оболочки, до неё голоса-то доносились будто из-под толщи воды. Глухо. Незнакомо.       Ярость зажглась. Казалось, стоило прийти в себя, и все накапливаемые годами злость, ненависть, отчаяние и боль словно включили по щелчку, заставили сгорать в этом пламени и тлеть.       Тяжесть исчезла, сопровождаемая раздирающим мужским криком, перед глазами возникло что-то невероятно яркое и зелёное, заставившее распахнуть глаза.       Стена зелёного пламени опала, стоило Кармилле вспомнить происходящее.       Ладонь моментально потянулась к шее — позвонков снаружи уже не было, но пробитые раны ещё сочились кровью.       «Минут пять я точно была в отключке», — подумала, встретившись с враждебным и недовольным взглядом демона. Его ноги оказались обожжёнными, в волдырях и без одежды. Но регенерация у Дериса гораздо лучше, чем её.       Кислота с его рук сорвалась весьма предсказуемо, она успела поставить купол вокруг себя из обычного пламени. Тяжко поднялась, чувствуя, как всё тело прорезает молниями боли, в области копчика неприятно заныло.       «Выдержу. Раз я смогла выбраться из темноты, то смогу», — адреналин разливался по венам, прогоняя былой страх и ужас.       Она не будет больше пытаться к нему приблизиться и оцарапать когтями, магия — вот на что стоит рассчитывать.       Огненная плеть хлестнула рядом с тем местом, где только что стоял демон; на полусфере щита наслоилось ещё несколько полотен пламени.       Вспышка, другая, и защита осыпалась, в демоницу полетел новый поток кислоты.       «Глачес Максима», — ледяной поток заморозил летящую в неё зелёную жидкость, и та упала на пол, со звоном рассыпавшись на множество осколков.       Грохот позади не отвлёк. Чуть пригибающуюся от боли, она посылала из волшебной палочки заклинание за заклинанием, промахиваясь и в который раз удивляясь ловкости демона. Меж тем Железная закричала и попыталась воспользоваться огнём, который для неё сейчас недоступен.       Нити управления Кармилла сразу почувствовала, стоило вампирам приблизиться. Значит, зелёное пламя они расценили как знак, а потому решили сначала устранить безглазую демоницу.       — И это вся твоя поддержка, Алая? — пророкотал Дерис, маневрируя через разнообразные вспышки.       Пара заклинаний всё же попало в него, и тот выгнулся дугой, когда несколько молний и «Конфундус» заставили потерять ориентацию в пространстве. Но если людям нужно несколько секунд, чтобы прийти в себя, этот демон избавился от воздействия почти сразу. Его тело начало быстро меняться: ноги захрустели и вытянулись на несколько ярдов и опали, на давно отрегенерированной коже зазмеились яркие, малахитового оттенка чешуйки.       «Принимает полуформу», — Кармилла отвела палочку назад, призвав животную сущность.       Ноги затрещали, изменили угол наклона голени; обувь продырявилась и спала с ног, костюм на икрах лопнул. На голове выросли волчьи уши, чутко завертевшиеся и вслушивающиеся в происходящее: Ария рычала, дралась с яростью и отчаянием, сумела вспороть паре вампиров глотку, и те скооперировались в связку, погнали её прочь из лаборатории.       «Какое заклинание действует против гадов? Вспоминай!» — позволила себе подумать и отклонилась, когда змеиный хвост с грохотом опустился на то место, где она недавно стояла.       Боль в теле притупилась то ли из-за адреналина, то ли из-за того частичного обращения к животной ипостаси немного ускорило регенерацию.       «Делетриус! Ну же, вспоминай!» — зелёная вспышка отскочила от чешуи и попала в стену, камень которой мгновенно треснул, брызнула стружка.       Перепрыгнула через рабочий стол Дериса и схватила с него попавшийся блокнот, пряча в одном из немногих уцелевших карманов.       Длинный, тяжёлый хвост разъярённого нага промахнулся и ударил по другой каменной стене. Послышался треск, потолок начал медленно обваливаться. Несколько каменных комков попали и ей на голову, но Кармилла не обратила внимания, услышав злобное шипение и побежав в сторону выхода.       «Випера Эванеско!» — на ходу развернулась, направив палочку в сторону стремительно ползущего за ней демона. Заклинание попало, но в последний момент, когда она выскочила в проём, змеиный хвост втянул её обратно.       Каменный пласт потолка, лишившись опоры, обрушился вниз.       

***

      — Это было невероятно, просто невероятно глупо, Алая, — мистер Кингсли прихлопнул ладонью по столу. — Вы почти умерли.       — А не всё ли равно? — отозвалась, затем ехидно улыбнулась. — Ах да, остальные же ещё живут, как вы без меня справитесь-то…       — Немедленно прекрати паясничать,— обычно неспешная и размеренная речь начальника дала сбой. — Ты либо спасёшь кучу людей, либо однажды сорвёшься и всё сгорит.       Мужчина нервно сжал и разжал кулаки, ещё раз проверив накрытый на кабинет полог.       Пожалуй, в таком виде Кармилла видела его впервые. Нет, она не гордилась успешным выведением из себя спокойного, всегда трезвомыслящего мага, однако сейчас напитаться негативными отголосками было как никогда приятно.       Ослабшее за сегодняшнюю ночь тело медленно напитывалось и восстанавливалось. И нет, уважение к этому человеку за всё время работы с ним она полностью не растеряла, но всё же многократное, часто ненужное присутствие на некоторых заданиях неволей заставили сомневаться в социальной иерархии «начальник — подчинённый». Она разговаривала на равных, а в ответ мужчина раздражался, не зная как на это реагировать. С созником-нелюдем отношения портить ему не хотелось.       — А дальше последующее выживание, — нервно хихикнула, вспомнив горящий ненавистью взгляд Кислотного, прежде чем он потух.       Быть может, демон Чревоугодия выжил бы, но она вовремя вспомнила заклинание уничтожения змей. Неужели поэтому он не успел принять полноценную форму змеи, или всё же не так стремился жить, раз решил пожертвовать собой и попытался утащить её на тот свет?       Мужчина уставился на неё, помял переносицу:       — Вот что мне с тобой делать?       — Понять, простить и отпустить?       Он аж подавился от внезапного нервного смешка:       — А ещё чего?       — А ещё мёда бы, липового, — расплывшись в улыбке, произнесла демоница и прикрыла глаза, когда Кингсли назначил ей пару штрафных, махнул на неё рукой и вышел из кабинета.       Напускное веселье исчезло, пальцы осторожно очертили шею с правой стороны, где кости ещё не успели встать как надо. Зато раны при поворотах головы сочились уже сукровицей, а не кровью.       Ей очень, очень повезло. И тем удивительнее, Дерис не убил её, когда она находилась в отключке, ведь возможность определённо была. Хотел, чтобы она пришла в себя, и помучить? Странно. За те десятилетия демон действительно поменялся, Кармилла не припоминала, чтобы Кислотный в то время тяготел к знаниям. Однако что может помнить семилетняя девочка, которая не вдавалась ни в политику, ни в отношения между прослойками демонических статусов? Она запомнила лишь два момента: как душили и как она очнулась во время демонического разговора.       На удивление вампиры появились как нельзя кстати, без их помощи, может, не смогла бы выйти живой и почти невредимой из передряги. Они же перебили стаю гнилонов на втором этаже и разгребли каменный завал, чтобы её достать. Напоили человеческой кровью из фляжки, и ей стало значительно легче.       В одном этот демон действительно прав: в одиночку не справиться. Физически она слаба по сравнению со своими сородичами, и об этом надо перестать забывать. Ей нужно рассчитывать на магию, отказаться от громких слов и просто очистить Землю от таких же, как она. Будут мучиться или нет, неважно, главное — прийти к итоговому результату и заодно умерить взыгравшую гордыню.       «Я справлюсь одна, ха! Ну и дура же ты, Алая. Согласилась на сделку с Дамблдором, а за эти полтора года ещё толком ничего не сделала. Позор».       Дверь тихо скрипнула, и заглянула рыжая макушка напарника:       — Вставай, жопа расплывшаяся, там это, Железная очнулась. Придумали же эти гады себе клички, да?       

***

      Демоница действительно очнулась, и будь у неё глаза, гореть племяннице во взгляде ненависти. Ария не обращала ни на что внимания, лишь иногда трясла вмонтированными в стену антимагическими путами. В помещении спрятан довольно мощный артефакт на поглощение магии, а учитывая, как Кармилла навсегда запечатала дозволение Железной к огненной стихии — отныне отступница не опасна. Металл отсутствовал, а звенья из верёвки с навешанными усилениями выдержат даже её силу.       — Мне нужен тот металл, из которого делаешь оружие, где добываете? Место хранения?       Тишина.       Тяжко вздохнула, перевела взгляд на зеркало-шпион. Она чувствовала, по ту сторону стоял Кингсли и внимательно следил за происходящим.       — Ты же понимаешь, что тебя пустят на опыты? Быть может, если попробуешь с нами сотрудничать, то всё же останешься в живых.       — Без крыльев, рогов и глаз?       Подобное существование для демона действительно являлось пыткой. Когда на Артхайре ещё не отменили гладиаторские бои, победившие в спарринге убивали проигравшего, ведь он сам молил о смерти, и девушка прекрасно понимала почему.       Она сама уже сколько лет не видела своего настоящего отражения и не летала по небу, и это периодически сильно угнетало.       А глаза, которые выколила Железной при прошлой встрече… нет, Алая не жалела. И «тётушка» это заслужила за свершённые в прошлом убийства членов семьи.       — Карма.       — Да?       Неужели сразу стоило подойти к выходу, чтобы разговорить «драгоценную тётушку»?       — Жаль, что ты меня не убила. Ещё тогда.       — Мне тоже, — убрала с лица прилипшие ко лбу белые пряди и вышла, закрыв дверь на механизмы и наложив запирающие заклинания. — Я говорила, она ничего не скажет.       Попытаться стоило. Мистер Кингсли задумчиво оглядел притихшую подопечную и сжал её плечо:       — Отдыхай. Несколько дней у тебя точно есть.       — И всего-то стоило накатать жалобу, — фыркнула девушка, усмехнувшись.       — Не зарывайся, — хмыкнул волшебник и кивнул подошедшей паре охранников: — Демоницу в лабораторию. И чтобы никакого металла! Старайтесь её не касаться, мало ли.       

***

      Сердце гулко стучало, что-то тоскливо скреблось изнутри. Тело начало потряхивать от избытка нервов. Она отважилась на поход к Снейпу в понедельник, после того как отлежалась в своём домике в Паучьем Тупике на выходных и пришла в себя. Боль в шее и копчике иногда простреливала, но скорее являлась фантомной, чем настоящей.       «Потом надену кулон Эдриана и растекусь, отдохну. Справлюсь».       На её робкий стук дверь почти сразу распахнулась, на пороге кабинета возник его владелец. Заготовленные слова рассыпались в хаотичный набор букв, и даже они впоследствии исчезли.       Кармилла посмотрела на пол. Казалось, если сейчас поднимет взгляд и увидит хоть малейший проблеск отвращения или разочарования, то она окончательно превратится в стеклянное крошево, ещё не успевшее склеиться после ночи с Кислотным.       Да и стоит взглянуть на профессора, как перед мысленным взором сразу встают воспоминания кровавого поцелуя годичной давности и сон, лучший и такой прекрасный в своей недосягаемости. Противоречивость испытываемых чувств заставляла чуть ли не выть.       — Это вам, — протянула небольшой блокнот, который успела стащить со стола демона Чревоугодия.       Она не особо много поняла в формулах и заметках, написанных корявым почерком, а потому решила отдать мастеру в этой специализации.       Пары дней на регенерацию хватило, но белые зарубки ещё остались. Благо обезболивающее профессора Снейпа и зелья восстановления кожной ткани и мышц у неё в достатке.       — Проходите.       — Со мной всё о’кей, — сделала пару шагов назад, про себя тихонько провыв. До магического выброса ещё далеко, но демоница не хотела допускать повторения прошлой ситуации. — Кажется, вы хотели о чём-то со мной поговорить?       Дверь распахнулась ещё шире, профессор Снейп чуть посторонился от дверного косяка. На приподнятые брови демоницы быстро, раздражённо бросил: — Не здесь.       Кармилла сжала кулаки, зубы беспомощно клацнули, стоило с силой стиснуть челюсти. Эмоциии всколыхнулись и опали; не настолько они сейчас сильны, ничего случиться не должно.       «Хотя бы не смотри на него, иначе… Иначе опять пропаду в своих неосуществимых желаниях», — с опущенной головой прошла внутрь, напряжённо застыв рядом со столом.       Тело словно закаменело, заледенело изнутри, и, пожалуй, оно к лучшему. Мысли беспокойной стайкой метались туда-сюда, как и глаза, изучающие обстановку.       Гостиная как у неё, с камином, парой кресел и небольшим кофейным столиком. Всё строго в тёмных тонах, без резьбы на дереве и прочих украшений. Минималистично и скупо. Только пара книжек на деревянной поверхности выдавала, что помещения всё же жилые.       — Так что вы хотели? — горло почти свело судорогой, голос предательски осип.       Она же решила держаться от него подальше, так почему же так тянет сократить расстояние, сесть рядом, на подлокотник его кресла?       — Так понимаю, вы смогли убить одного из… своих?       — Да, мистер Снейп.       — Давно вы так ко мне не обращались, — усмехнувшись, заметил мужчина. — Может, чаю?       — О, как бы только я к вам не обращалась, — покраснела, поняв, что произнесла эту фразу вслух, хоть и тихо. Отвернулась, избегая смотреть на застывшего зельевара. — Да, пожалуйста.       Скрестила руки и спрятала подрагивающие пальцы. Неужели она действительно так сказала? Идиотка.       Перестук фарфора привлёк внимание, и брови удивлённо поползли вверх:       — Что вы делаете, профессор?       — Наливаю чай, — спокойно ответил он, ставя готовую чашку с блюдцем перед ней.       — Но есть же… магия? Я всегда при помощи палочки себе… навожу, — Кармилла даже не заметила, как в простые две фразы закралось заикание, зато удивлённо захлопала глазами, стоило декану пролить чай для себя и тихо чертыхнуться.       — Кхм, прошу прощения.       — Да я тоже иногда ругаюсь, — машинально произнесла и хлопнула себя по губам, вновь краснея. — Простите, я сегодня чрезмерно… м-м-м… откровенна.       — Не только вы этим грешите, — как бы между делом бросил он и вернулся в кресло, слегка отогнул ворот сюртука, словно задыхался; торопливо отпил.       Кармилла заторможено кивнула и аккуратно взяла фарфор в руки, сделала глоток и чуть не расплескала жидкость от внезапного смешка, который не вышло вовремя подавить.       — Что не так? — сразу насторожился он, слегка сощурив ониксовые глаза.       — Да так, подумалось кое-что смешное, — фыркнула, прикрывшись чашкой.       — Нет уж, говорите, вдруг и я упущу возможность посмеяться, — неловко пробормотал профессор, и хихикать сразу расхотелось.       Она впервые видела его таким неловким и, если ей не кажется, смущённым. Интересно, что на него вообще нашло? Чаепитие и эта… совершенно нетипичная манера речи?       — Кхм, вы только не обижайтесь, но мастер зельеварения совершенно не умеет заваривать чай, — фиалковые глаза внимательно уставились на лицо собеседника и отметили, как тот побледнел. — Нет-нет, всё не так критично! Просто я большой любитель этого напитка и из-за других рецепторов гораздо острее воспринимаю запахи и вкусы.       — Что же, я запомню, мисс Алая, — криво улыбнулся зельевар, и ощутила, как от мужчины повеяло отголоском стыда и замешательства. — Я хотел поговорить о вашем магическом выбросе… тогда… в саду. Признаться честно, мне долго не удавалось настроиться на этот разговор.       «Я заметила», — вспомнила все мысли и эмоции, которые тогда испытала и накрутила. Чего только не успела надумать и передумать за эти пару месяцев. Кивнула, скрестив ноги в лодыжках.       Короткая лёгкость, царившая между ними, сменилась тревожным напряжением.       — Отчего это произошло и какие меры мы можем предпринять, чтобы подобного не случилось?       — Видите ли, на меня навалилось много всего, и… пожалуй, мне плохо удаётся справляться со своими эмоциями, раз позволила подобному случиться. Я искренне перед вами извиняюсь, клянусь, не хотела чего-то подобного и сдерживалась так долго, как могла. Наверное, мне просто необходимо иногда выпускать… себя подальше от людей. Обещаю, подобного больше не повторится.       — Полагаю, мсье Фогель стал последней каплей?       — Истинно так, сэр, — опять спряталась за кружкой, хотелось провалиться сквозь землю. Вина и сожаление вновь накрыли, хоть давно пропустила сквозь себя и попыталась принять произошедшее. — Что же, раз вы решили со мной честно поговорить, профессор, то и я лгать не буду. — Глубоко вдохнула и выдохнула, закрыла глаза. — Я раньше никогда не испытывала настолько обильный спектр чувств, и, насколько поняла, моя личность оказывается весьма… эмоциональна.       Мужчина хмыкнул, кивнул. Кармилла мельком на него взглянула, но тот упорно смотрел на свою чашку.       — …Больше этого не повторится.       И снова кивок.       «Он меня вообще слушает?» — И тут же вздрогнула, столкнувшись с внимательными ониксовыми глазами.       — Я верю, мисс Алая. И всё же являюсь, скажем… ответственным за вас, поэтому попрошу говорить мне о ваших чрезмерных переживаниях, если, конечно, отважитесь. И, — длинная пауза практически испугала и так напряжённую девушку, — хочу извиниться за излишнюю грубость. Не могу обещать, что подобного не повторится… Вы странно на меня смотрите, — и без того низкий голос, казалось, опустился ещё на пару тонов, и в него успешно просочилась хрипотца.       — Да просто не верится.       — Во что?       — Никогда вас таким не видела, и знаете, — Кармилла отметила, как он замер, и уловила тень раздражения и эмоцию, похожие на уязвлённость, потому поспешила закончить, — я рада, что вы разрешили посмотреть на вас с другой стороны. Для меня это весьма ценно.       Негативные отголоски пропали. Зельевар поспешно допил и отставил пустую посудину на блюдце. Переплёл пальцы между собой и сжал их, нервно сглотнув, пока демоница споро опустошила свою чашку — уж очень ярко поняла, гостеприимство профессора подходит к концу и лучше его оставить наедине с собой.       «Удивительно. Я впервые за эти годы ощутила хоть какие-то его эмоции».       — Кхм, — декан сжал тонкие, побелевшие губы, будто на что-то решаясь, его голова мотнулась в сторону, тёмные пряди волос скрыли лицо. — Взгляните на это.       Извечная, чёрная мантия-спутница профессора зельеварения откинулась, а он резко, показательно закатал рукав на левом предплечье: наливающийся чернотой рисунок змеи и черепа немало удивил демоницу, отчего та не смогла удержать тихого вздоха.       Пожиратель Смерти.       — Я… Впечатлена. Совсем не ожидала от вас… Хотя, если решили рассказать мне, значит, к ним точно не относитесь. Для чего мне это знание?       Мужчина поморщился, его верхняя губа раздражённо дёрнулась. От благодушия осталось только воспоминание.       — В прошлом я действительно ему прислуживал, после шпионил за ним для Дамблдора. Нужно найти Тёмного Лорда как можно скорее, и надобность в этом крепнет с каждым днём. Мракоборческий отдел, я надеюсь, начнёт шевелиться и что-то предпринимать.       — К нам приходила парочка бывших Псов, показывала метки, но для доказательств слишком мнимая улика.       — Ясно.       «Итого, имею: четыре демона, не считая Арии, гнилонов, учёбу, сдачу экзаменов, в том числе и мракоборческих, встречу с Малфоем и самого Волдеморта. Замечательно».       Кивнула, нахмурившись. Как бы впихнуть и в без того напряжённый график Албанию? Если только…       — Профессор, возможна ли сдача дисциплин экстерном?       — Боюсь, может вызвать неудобные вопросы со стороны Отдела магического образования. Отсвечивать пока не стоит.       Просидев пару минут в тишине, демоница поднялась со своего места, зельевар следом — похоже, темы для разговора исчерпаны. Подойдя к выходу из гостиной, вдруг вспомнила:       — Знаете, — обернулась, проведя пальцами по косяку двери, как бы прощаясь, — недавно я заходила к вам в кабинет, передать для Дамблдора посылку от Фламеля и его последние наработки, а там хозяйствовал профессор Муди… И я практически со стопроцентной вероятностью могу сказать, в его котле варилось Оборотное зелье.       — Значит, всё-таки не Поттер…       — Гарри? Ему-то зачем?       Взгляд волшебника как будто потемнел, стал колким и неприятным. Возникло ощущение, словно профессор терпеть не может гриффиндорца, но почему? Гермиона, конечно, рассказывала что-то об этом, но Снейп мужчина взрослый, умный, отчего же эта неприязнь так разрослась? Неужто из-за того, как их троица любит попадать в разные передряги?       — Доброй ночи, мисс Алая, надеюсь увидеть вас на дополнительном занятии по ядам.       Дверь резко закрылась, но она улыбнулась. Да, надо держаться дальше, но… Неужели отношение к ней самую чуточку потеплело?       

***

      Спустя неделю, в первые дни марта, её компании наконец удалось выбраться вчетвером на прогулку, успешно переросшую в пикник.       Почти весь выходной просидели на полянке, неподалёку от замка. Звёздное небо казалось красивым как никогда, ни единое облачко не посмело нарушить покой отдыхающих от учебной рутины. Попасться преподавателям не боялись, ведь знали: Кармилла сможет их провести обратно, ни с кем не столкнувшись по дороге.       «Главное — в подземелье Снейпу не попасться, и всё будет хорошо».       — Артефактором он явно становиться не передумал. Видели бы вы все эти болтики, шестерёночки и шмантики. Я уже задолбался выть от боли, когда они на полу валяются, — Касс сорвал травинку и зажал между губ, проказливо окидывая взглядом недовольного лучшего друга.       — Не так уж и часто что-то падает, — буркнул Эдриан и потёр запястья.       — Чего это ты? — подозрительно сощурилась Кармилла, бесцеремонно схватив юношу за ладони и перевернув внутренней стороной наверх. — И что это?       — Опыты, он же всё никак не успокоится, пока ка-а-а-аждую свою идейку не осуществит, — сдал с потрохами синеглазый слизеринец и показал язык в ответ на угрожающее помахивание в воздухе кулака; травинка спикировала на землю.       — Обжёгся. Неправильно замкнул магический контур и… Вот.       — А в медицинское крыло сходить не судьба?       — Он — мужчина, без вас, баб, разберётся. Ай… — Касс поспешно потёр затылок, обиженно взглянув на раздражённую Дженну. — Видите? Видите?! Она меня обижает!       — Я тебя сейчас тоже обижу, портключник недоделанный.       — А я-то что?! Координаты верные были…       — Да ну? — гриффиндорка подогнула под себя ноги и упёрла руки в бока. — Поэтому мы в болото угодили?       — О-ой, подумаешь! — фыркнул виновник недавнего происшествия, подальше отодвигаясь от возлюбленной. — Не тебе же пришлось змею из ботинка вытаскивать… Да и хватит уже припоминать мне ту ситуацию, ну с кем ни бывает!       — А мне. Ага, — Кармилла недовольно закатила глаза и поджала губы. Она уж точно знала, как неприятно обнаруживать на или даже в одежде какую-либо живность. — Просто больше мы тебе не доверим нас куда-либо переносить.       Уж что-что, а теперь демоница, пока Кассиуса не возьмут на обучение в Отдел магического транспорта, с ним ни за что не прыгнет через созданный им портключ.       Ни за что.       — А вообще я передумала становиться мракоборцем… Не моё это, — раздался внезапно чуть взволнованный голос.       — Почему? — Эдриан заинтересованно бросил взгляд на девушку, подсвеченную серебряным боком луны.       Тихая, ясная ночь и стрекот кузнечиков успокаивали, расслабляли. Макушки деревьев покачивались от несильного ветра, из неподалёку застывшего на горизонте Запретного леса доносился крепкий запах хвои, бередивший воспоминания демоницы об Арнольде и недавних, чуть болезненных событиях.       Заклинания приятно согревали компанию в тонких ветровках и накидках, а почти допитый чай из термоса добавлял умиротворения. Когда они в последний раз так сидели? А когда их безмятежные посиделки ещё повторятся?       Пара месяцев, и уже сдавать ЖАБА, а дальше раскидает кого куда. Вопрос в другом: сломает ли их жизнь или закалит?       — Сложно это. Мне достаточно яркого примера.       — И? Если захочешь, то справишься, — Кармилла, нахмурившись, недоумённо взглянула на Дженну. Демонице казалось, в том году девушка была серьёзно настроена на покорение этой профессии.       — Н-нет, я лучше в Визенгамоте себя попробую, только вот уверенности в себе поднаберусь.       — Уверен, ты со всем справишься, — Касс приобнял чуть сжавшуюся брюнетку, ободряюще сжал плечо.       — Ты же гриффиндорка, конечно справишься, — Эдриан лучезарно улыбнулся, допивая свой чай.       Компания вновь уставилась на звёздное небо, тёплый весенний ветерок доносил запахи леса, и Кармилла с блаженством его вдыхала. Не выдержала, произнеся больше для себя, чем для друзей:       — Stellas nimis amo, ut noctem timeam.