Глава 5: Зеркало для нарцисса

Уоррен стоял перед зеркалом в своём безупречном кабинете, отрабатывая новую улыбку — чуть более тёплую, чуть более «человечную». Проект «Бэль» развивался строго по протоколу. Она уже отменила встречу с подругами, чтобы провести вечер с ним, обсуждая его — нет, конечно же, её — бизнес-план студии. Её изоляция была почти полной. Её зависимость — абсолютной. Но вместо триумфа Уоррен чувствовал лишь тяжёлую, давящую усталость. Её восхищённый взгляд, её благодарность... они больше не согревали. Они будто отражались от него, не задерживаясь, оставляя после себя лишь звонкую пустоту. Он был идеальным зеркалом, в котором она видела лучшую версию себя. Но что видел ОН, глядя в это зеркало? «Подделка...», — прошептало его отражение. «Ты просто собираешь чужие детали, как бездарный художник, красящий по номерам». Он резко отвернулся от зеркала. Нужно углубить контакт. Перейти на новый уровень. Фаза «Симбиоза» требовала большей отдачи. Большей... искренности. Этого слова Уоррен боялся больше всего. Их следующая встреча была в парке. Бэль говорила о своём детстве, о том, как её дразнили за мечтательность и непохожесть на других. Она говорила тихо, доверчиво положив руку на его рукав. — А тебя? — вдруг спросила она. — Тебя дразнили в детстве? Вопрос застал его врасплох. Его тщательно выстроенный образ «уверенного в себе эксперта» не имел детства. Он родился в стерильном кабинете «ОК, Стоп!», полноправным сотрудником. — Нет, — автоматически солгал он. — Со мной всё было в порядке. Она посмотрела на него с лёгким сомнением, и в её глазах он увидел нечто новое — не восхищение, а... жалость? — Похоже, мы оба одиноки, — тихо сказала она. — Даже если ты не хочешь это признавать. Её слова попали точно в цель, в ту самую пустоту, которую он пытался заполнить её обожанием. Гнев, стремительный и ядовитый, поднялся в нём. «Как она смеет? Жалкое, слабое создание... как она смеет жалеть меня?» Но он не подал вида. Он лишь улыбнулся своей новой, отрепетированной улыбкой. —Одиночество — это иллюзия тех, кто не научился быть самодостаточным. Он произнёс это, но фраза прозвучала пусто, как погремушка. Он смотрел на её руку на своём рукаве и чувствовал не тепло, а тяжесть. Её искренность была грузом. Её доверие — клеткой. Вернувшись домой, он не включал компьютер. Он сел в темноте, прислушиваясь к гулу серверов. Его цифровая империя росла. Его метод работал. Но победа была похожа на пепел. Он подошёл к запасному монитору, где в реальном времени транслировались её сообщения. Она писала одной из подруг: «Он удивительный, но... иногда кажется, что его вообще нет. Как будто он состоит только из слов, которые я хочу услышать...». Уоррен отшатнулся от экрана, будто его ударили током. Она видела. Сквозь все его слои, сквозь все манипуляции, она каким-то образом разглядела правду. Паника, знакомая и всепоглощающая, накатила с новой силой. Он не контролировал ситуацию. Он не контролировал её. Его метод давал сбой, потому что он, Уоррен, был изъяном в собственном алгоритме. Его ненасытная потребность в подтверждении своей значимости сталкивалась с его же неспособностью принять это подтверждение, когда оно становилось слишком настоящим. Он схватил с полки толстую папку с архивными данными «ОК, Стоп!» и начал листать её, ища ответ, новую технику, более совершенный протокол. Его пальцы дрожали. Страницы сливались в размытое пятно. И вдруг он замер. Его взгляд упал на его собственные заметки на полях, сделанные несколько недель назад. Кривые, нервные каракули: «Что, если проблема не в них? Что, если проблема...во...мне...?» Он с силой швырнул папку через всю комнату. Бумаги разлетелись веером. — НЕТ! — его крик прозвучал в пустой квартире. — Я не пустое место! Я архитектор! Создатель! Он тяжело дышал, опираясь о стол. Зеркало в прихожей отражало его перекошенное гримасой лицо. Он видел не эксперта. Не гуру. Он видел испуганного, одинокого человека с неестественно розовой кожей, который пытался залатать свою пустоту чужими жизнями. Проект «Бэль» был зеркалом, и он больше не мог выносить собственное отражение. Он подошёл к компьютеру. Его рука повисла над клавиатурой. Одна команда. Всего одна команда — и он стрёт все её данные. Разорвёт контакт. Уничтожит свидетельство своего провала. Но он не мог. Потому что без её взгляда, без её зависимости... он снова становился никем. Просто червяком в пустой квартире. Он отправил ей сообщение: «Завтра в 19:00. Наше место. Нужно обсудить нечто важное». Ему нужно было вернуть контроль. Заставить её увидеть в нём снова только идеал. Ему нужно было пойти на крайние меры. Финальная фаза. Фаза полного поглощения. Он больше не хотел быть её зеркалом. Он хотел стать её единственной реальностью. Даже если эта реальность будет ложью. Даже если она уничтожит её. Это было единственным способом доказать самому себе, что он существует...