Где заканчивается свет

С момента её смерти прошло несколько месяцев. Сад давно перестал цвести. Дом стал тише. Отец - холоднее. А мы с Каллистo - старше, чем нам положено быть в восемь лет. После похорон отец ни разу даже не взглянул в нашу сторону. Через месяц он и вовсе исчез, оставив записку и формальный предлог: «дела в графстве требуют моего личного участия». Ложь даже не старалась быть убедительной. Я знал, к чему всё идёт. Это не первый раз. Я снова за этим столом, снова разгребаю бумаги, снова несу титул, который мне ещё рано носить. Только на этот раз... у меня есть брат. Каллисто. И это всё, что осталось. Он переживал её смерть тяжелее. Не потому что слабее. А потому что, в отличие от прежней жизни, он впервые знал, каково это - любить свою мать. И быть ею любимым. Я старался быть рядом. Защищать его. Но не всегда справлялся. Иногда я падал. И тогда он кормил меня с ложечки, держал за руку, сидел рядом, молча. Он был как стена - не громкая, не яркая, но непоколебимая. Мы не плакали. На похоронах - ни слезинки. Только пустота. Мы пытались её отговорить, но она лишь улыбнулась, обняла нас и сказала: «Так надо. И мне очень жаль». А после её смерти отец сорвался. Ему нужен был виноватый. И он нашёл его. Каллисто. Без причин, без логики - просто потому что мог. Он ударил его. Сильно. И Каллисто - стоически, без звука - принял это. Он бы принял и больше, если бы не я и Рон. Если бы мы его не остановили... отец мог бы сделать непоправимое. С тех пор Рон стал для нас всем. Он заменил нам отца. Не громко, не с пафосом - просто был рядом. Заставлял есть. Укрывал пледом. Сдерживал наши сломанные нервы, когда мы больше не могли держать всё внутри. Сегодня я сидел за столом графа, перебирая бумаги. Каллисто сидел на диване с чашкой чая, свернувшись в комок, как всегда - молча наблюдая, иногда подсказывая. Он, как ни странно, разбирался в управлении лучше меня. Хотя это я - наследник, это я - граф, и в прошлой жизни носил этот титул двадцать лет. И тут он сказал: — Хён, я хочу поехать в Харрис. Я чуть не выронил перо. — Что? — Мне нужно кое-что проверить, — голос у него был ровный, но глаза блестели. — Какого чёрта, Каллисто?! — я резко встал. — Мы не поедем в эту адскую дыру. Каждая поездка туда заканчивается катастрофой. Ты же знаешь это. — Кто сказал, что мы? Я сказал, что я поеду. А ты останешься здесь. Он говорил спокойно. Слишком спокойно. Мне стало не по себе. С самого детства мы были вместе. Мы не расставались. Мы делили одну комнату, один хлеб, один страх и одни объятия матери. И вдруг - он хочет уйти. Один. В Харрис. Он подошёл ко мне. Сел на подлокотник кресла. Обнял. — Мне это не нравится, Кейл. Совсем. Но у нас нет выбора. Ты - граф. Ты должен быть здесь. А я -... я просто должен туда поехать. Я посмотрел на него. Он выглядел, как и я. Усталый. Упрямый. Решимый. И в этих глазах была не бравада, не геройство, а что-то тревожное. Необходимость. — Что ты хочешь найти там? Он опустил взгляд. Говорил медленно. — Я хочу понять, зачем мама туда ездила. Почему вернулась полумёртвой. Почему «Арм» в будущем выбрали именно эту деревню. Там что-то есть, Кейл. Я чувствую. И если мы не узнаем это сейчас — потом может быть поздно. Спор затянулся почти на час. Я кричал. Он стоял на своём. Я умолял. Он продолжал смотреть на меня с тем самым взглядом — усталым, взрослым, решившим. В конце концов я сдался. Не потому что был согласен. А потому что знал: если Каллисто что-то задумал - он всё равно это сделает. С тобой или без тебя. И, к сожалению, чаще всего - лучше без тебя. Я надеялся, что всё пройдёт спокойно. Я хотел верить, что это просто ещё одна глава. Без трагедии. Без крови. Без боли. Но в глубине души... я знал: эта поездка всё изменит. Каллисто уехал через пару дней, рано утром. В отличие от отца, он попрощался. Мы обнялись, как будто это был наш последний раз. Он уверял, что вернётся быстро - "туда и обратно", "даже не заметишь", "я мигом". Это звучало почти смешно. Но, странным образом, - утешающе. Я хотел ему верить. Я нуждался в этом. Всё будет хорошо. Он скоро вернётся. Но он не вернулся. Карета неспешно катилась по выбитой грунтовой дороге, покачиваясь на кочках и подбрасывая меня вместе с мыслями. В такие моменты я скучал по Корее. Не по людям. Не по климату. По простым вещам: асфальту. Подвеске. GPS. Мы ехали в Харрис - деревню, где всё началось. И всё, возможно, заканчивается. Впервые за девять лет я оказался один. Без Кейла. Без матери. Без её объятий, в которых можно было спрятаться даже от самого себя. И теперь не оставалось ничего, кроме одиночества, дороги - и чувства, что я иду туда, где ответы, возможно, ранят больше, чем молчание. До деревни мы добрались ближе к вечеру. Воздух пах прелой травой и чужим спокойствием. Решив не тревожить уставших слуг, я отложил всё на утро и просто вышел прогуляться. Харрис ничем не отличался от сотен других деревень. Но именно здесь всё начиналось. И заканчивалось. Шторы закрывались. Дети зевали. Печки дышали углём. Всё казалось правильным, живым - и ужасающе нормальным. Чхве Хана не было видно. То ли ещё не время, то ли мы просто разминулись. Возможно, к лучшему. Я дошёл до окраины, туда, где деревня будто стиралась, переходя в лес. И именно там, среди сверчков и плывущего серебра светлячков, я увидел его - дерево. Алое. Почти кровавое. Одинокое. Как маяк посреди поля. Я подошёл ближе. Что-то в нём отзывалось на моё присутствие. Не магия, не сила - память. И тогда я увидел дупло. Внутри лежал мамин кулон. Тот самый. Серебристый, с выгравированной звездой. Я вытянул руку… и тогда услышал голос. — Каллисто... неужели ты так быстро догадался? Я застыл. Сердце укололо. Голос - мамин голос - прозвучал отчётливо и нежно, будто она стояла прямо рядом. — Мама?.. — Я знала, что ты придёшь. В этом кулоне часть моей силы. Я оставила её для тебя и Кейла. Без испытаний. Без условий. Просто - подарок. Потому что вы мои дети. И потому что времени у вас будет слишком мало. Я едва дышал. Пальцы замерли над цепочкой. — Почему ты не сказала нам об этом? — Потому что это было опасно. Потому что если бы я сказала, вы бы попытались меня остановить. И я не могла позволить себе быть эгоисткой. Даже если пришлось... уйти. Я забрал кулон. Аккуратно. Словно боялся его спугнуть. — Это сила дерева. Ты сможешь видеть возраст, прошлое, следы - не только у растений, но и у людей. Ты будешь чувствовать время, Каллисто. И ты сможешь его читать. Я сел под дерево, сжал кулон в ладони. Слёзы бежали по щекам, но я не утирал их. Не прятал. Я просто слушал. Мамин голос звучал долго - сказка, шёпот, память. Я слушал, пока не уснул, под алыми листьями и мерцающим небом. И мне казалось, что я снова дома. Проснулся я не от того, что слуги нашли меня, и не от солнца, которое уже пробивалось сквозь листву. Меня вырвали из сна - резко, грубо, будто я лежал на дороге и мешал кому-то жить. Я вскинулся. Рука, сжимающая меня за шкирку, была чужой. И форма - чёрная, с белой звездой - была слишком знакомой. «Арм» Какого чёрта они здесь делают так рано? Как они меня нашли? И главное - почему? И тогда я увидел ЕГО. Он вышел из-за деревьев так, словно сам лес расступался перед ним. Спокойный шаг, уверенный, ленивый. Маска скрывает глаза. Красные волосы под капюшоном - почти как мои. Будто нас кто-то намеренно нарисовал в одной палитре. Белая Звезда даже не смотрел на меня - просто прошёл взглядом, как по камню на дороге. — И где моя древняя сила, вы, сборище недоносков? — спросил он, ровно, почти скучающе. Солдат, державший меня, дёрнулся и указал на меня второй рукой. Молча. Он явно верил, что, если откроет рот, умрёт ещё быстрее. — И в чём проблема? Просто убейте этого мальчишку, — сказал Белая Звезда, как будто советовал, какую закуску подать. По мне будто пролили ведро ледяной воды. Я обещал Кейлу, что вернусь. Мне нельзя умирать здесь. — Не получится, сэр, — вмешался другой солдат, чуть смелее первого. — Он получил силу по праву наследства. Он должен сам её отдать. Белая Звезда остановился. Склонил голову, как будто прислушивается к какой-то мысли у себя в черепе. — Вот как… — протянул он. — Тогда забираем его. Когда отдаст силу - убьём. Потом он нагнулся ко мне ближе. — Или хочешь сделать это сейчас, сопляк? Отдаёшь силу - и беги домой. Он схватил меня за волосы. В этот момент всё изменилось. Мы оба вздрогнули - я и он. Что-то холодное, нечеловеческое провалилось внутрь меня, будто кто-то нажал кнопку «выключить». Пустота. Эмоций - нет. Страха - нет. Мир вокруг потерял цвет, как старое фото. Словно что-то выкачало из меня душу, оставив только оболочку. Белая Звезда же, наоборот, отреагировал... смехом. Громким. Безудержным. Ломающим воздух. — Как неожиданно! — выкрикнул он. — А та дракониха клялась, что подобное невозможно! Он смотрел на меня так, как смотрят на дорогую игрушку, наконец найденную под диваном. — Непростой ты, мальчишка… не простой. Мне уже было всё равно. Пустота обнимала мозг, глушила мысли. Через секунду я провалился в темноту. Голоса. Глухие, далёкие. — Мы его забираем. Подготовьте всё. И выделите ему отдельную комнату. С охраной. — Так точно, сэр! Последнее, что я видел, прежде чем исчезнуть окончательно, - Белая Звезда улыбается. Он выглядел так, будто наконец снял с себя самое гадкое из своих проклятий. Словно я стал ключом. Счастливчиком, как он бы выразился. А я просто стал его добычей.