Глава 9. Не повезло

Грек кивнул на синюю дверь, покрытую инеем: — Здесь. Мастер Корвин служит Свету. Один из лучших целителей в городе. Костяшки пальцев глухо ударили по дереву. В тишине метельной ночи звук показался неестественно громким. Дверь открыл невысокий полноватый мужчина в простой серой рясе. Его взгляд метнулся к окровавленным бинтам на Тарасе, и он тут же посторонился: — Быстро, на стол! Марта, готовь воду и чистые полотна! Внутри царило тепло, пропитанное горьковатым запахом сушёных трав. На стенах — связки целебных растений, полки с глиняными горшочками, иконы Света в потускневших окладах. Большой дубовый стол поспешно освободили от книг и пергаментов. Мэл опустил Тараса на потёртую столешницу, где въелись пятна старой крови. Целитель склонился над раненым, и ловкие пальцы уже разматывали пропитанные кровью бинты. Его руки засветились мягким золотистым светом, похожим на закатное солнце: — Потеря крови и внутренние повреждения. Если бы ещё час... Он замер. Золотистое свечение вокруг его рук дрогнуло, словно пламя свечи на ветру. Взгляд целителя метнулся к Мэлу: — Антимаг? Свет продолжал тускнеть. Грек поспешил встать между ними, раскинув руки: — Она спасла его, мастер Корвин! Принесла из-за города за час! Бегом, в метель! Целитель нахмурился, морщины на лбу углубились: — Отойдите. Я не могу работать, пока вы рядом. Он сделал шаг назад, и свечение чуть усилилось. — Лучше выйдите из дома совсем. Мэл пожал плечами и вышел, не произнеся ни слова. На улице метель немного стихла, но холод по-прежнему вгрызался в кожу. Снежинки кружились в свете редких фонарей, создавая призрачные фигуры. Мэл прислонился к шершавой стене дома, но не от усталости. Что-то изменилось. Что-то важное. Сердце — если у этого тела вообще было сердце — забилось чаще. От предвкушения? Он прижал ладонь к груди, чувствуя странную пульсацию под кожей. Аромат. Раньше, поедая сырое мясо тварей, он чувствовал запах плоти с его привкусом. Но сейчас — будто кто-то готовил изысканное блюдо. Пряное, манящее, с нотками чего-то неуловимо сладкого. Божественная сила пахла амброзией. Мэл хотел попробовать это на вкус. Разорвать оболочку из плоти и выпить золотистый свет до дна. Пальцы непроизвольно сжались, оставляя борозды на каменной стене. Дверь скрипнула. Грек вышел следом, всё ещё пошатываясь от усталости: — Мастер Корвин сказал подождать снаружи. Процесс займёт время, но Тарас выживет. Охранник потёр замёрзшие руки, дыхание вырывалось белыми облачками: — Простите за его тон. Священники не любят антимагов. Ходячее богохульство, как они говорят. Из окна дома пробивался золотистый свет — целитель работал. В морозном воздухе свечение казалось почти осязаемым. — Хотите, покажу таверну? — предложил Грек, поёживаясь от холода. — «Медвежья лапа» недалеко. Там можно обогреться и поесть. Купец оплатит, когда доберётся. По улице медленно двигался патруль — два стражника с коптящими факелами. Пламя трепетало на ветру, отбрасывая длинные тени. Они кивнули Греку, но на Мэла посмотрели настороженно. — Слухи быстро расходятся, — пояснил Грек, проследив за взглядом Мэла. — К утру весь город будет знать о новом антимаге. — О? Новый? — Мэл слегка наклонил голову. — Это большой город? Я думал, антимаги достаточно редки. Не дожидаясь ответа, он двинулся вперёд, жестом приглашая Грека показать дорогу. Снег хрустел под ногами, но холода он не чувствовал. Только странное тепло внутри, там, где всё ещё ощущался отголосок божественной силы. Грек поспешил за ним, указывая направление между узкими улочками: — Каррин — большой город. Тысяч двадцать жителей. Антимаги редки, но через нас идут караваны со всего севера. За год бывает три-четыре проездом. Он свернул на широкую улицу, где дома стояли плотнее: — Есть один постоянный — работает на городского главу, его зовут Рейн, и он редко показывается. Лучше с ним не пересекаться. Улицы были почти пустыми из-за метели и позднего часа. Редкие прохожие спешили по своим делам, не поднимая глаз от дороги, а из окон домов пробивался тусклый свет свечей. — Вот и «Медвежья лапа», — Грек указал на трёхэтажное каменное здание с яркими окнами. Над входом качалась вывеска с грубо нарисованной медвежьей лапой. — Лучшая таверна в восточной части города. Дороговато, но еда хорошая. Он толкнул тяжёлую деревянную дверь. Волна тёплого воздуха ударила в лицо, неся запахи жареного мяса, эля и человеческого пота. Внутри было шумно — десятка два посетителей пили, ели и громко разговаривали за длинными столами. Огромный камин в дальней стене давал тепло и танцующий свет. Разговоры стихли, когда они вошли. Взгляды скользнули по окровавленной броне Мэла. Кто-то сглотнул. Кружка стукнула о стол. — Два эля и что-нибудь горячее! — крикнул Грек хозяину за стойкой, стараясь звучать непринуждённо. — На счёт купца Варна! Шум постепенно возобновился, но приглушённее. Многие продолжали коситься в их сторону, делая вид, что заняты едой. — И что, вот так просто можно заказать еды за счёт купца, и никто не подумает, что обманываешь? — спросил Мэл, усаживаясь за угловой стол. — И почему стража на воротах так легко нас пропустила? Грек усмехнулся, стягивая промёрзшие перчатки: — «Медвежья лапа» работает с караванами Варна уже лет десять. Хозяин знает — купец всегда платит. Да и я тут известен. Он потёр руки, отогревая их: — А стража... — Грек понизил голос. — Предпочитают не связываться с антимагами. Проще пропустить и доложить начальству. Подошла служанка с подносом — девушка лет восемнадцати с веснушками и собранными в косу рыжими волосами. Она поставила две кружки пенящегося эля и глубокие миски с густой похлёбкой. Пар поднимался, неся запах тушёного мяса с овощами. Девушка старалась не смотреть на Мэла, но то и дело бросала быстрые взгляды. — Кстати, — продолжил Грек, отпивая эль и морщась от горечи, — раз уж вы в городе, стоит зарегистрироваться в гильдии. С жетоном меньше вопросов от стражи. И заказы можно брать. Он помешал похлёбку деревянной ложкой: — Тот Рейн — сильный. Очень. Говорят, не любит чужих антимагов. Мэл взял ложку и попробовал похлёбку. Вкус оказался пресным, словно жевал мокрую бумагу с привкусом грязи. Он поморщился и отставил миску. — Есть ли ранги силы? — поинтересовался Мэл, наблюдая, как в камине потрескивают поленья. Грек кивнул: — Да, семь. Искра, Тлеющий, Обжигающий, Горящий, Пылающий, Сжигающий и Звезда. Звезда — это легенда. Большинство застревают на Искре или Тлеющем. До Обжигающего доходит один из десяти. Он заметил, что Мэл не притронулся к похлёбке: — Не по вкусу? Могу заказать что-то другое. За соседним столом компания подвыпивших торговцев громко обсуждала цены на северные меха. Один из них — толстяк с тройным подбородком — покосился на Мэла и что-то прошептал товарищам. Те притихли, украдкой разглядывая странного гостя. — Как определяют ранг? — спросил Мэл. Грек почесал небритую щёку: — В гильдии есть испытания. Для антимагов — показываешь, что можешь сломать. Чем выше ранг, тем сильнее. Он помолчал, разглядывая Мэла: — Судя по тому, как вы с шестью зимними тварями справились... минимум Тлеющий, а то и Обжигающий. — Вот как, — протянул Мэл, задумчиво барабаня пальцами по столу. Древесина под его пальцами начала покрываться мелкими трещинами. После недолгой паузы он добавил с лёгкой улыбкой: — Так уж вышло, что я предпочитаю сырое мясо магических тварей. Желательно свежее — пока кровь ещё тёплая. Грек присвистнул, чуть не поперхнувшись элем: — Сырое? Это... необычно. Хотя в гильдии есть заказы на тварей. Можете совмещать. Служанка подошла забрать нетронутую похлёбку, косясь на Мэла. Грек махнул ей: — Принеси сырого мяса. Самого свежего, что есть. И не спрашивай зачем. Девушка округлила глаза, но кивнула и поспешила на кухню. Дверь таверны распахнулась с громким стуком. Вошли двое стражников в промёрзших плащах, отряхивая снег. Старший — седеющий мужчина с капитанскими нашивками — окинул зал взглядом и остановился на Мэле. Что-то шепнул младшему, и они направились к барной стойке. — Уже начинается, — пробормотал Грек. — Новости в этом городе разлетаются быстрее ветра. Стражники о чём-то поговорили с хозяином таверны. Тот кивнул в сторону углового стола. Старший стражник выпрямился, поправил меч на поясе и направился к ним. Младший следовал за ним, положив руку на рукоять. — Если они мне будут докучать, — Мэл произнёс это достаточно тихо, чтобы услышал только Грек, сопровождая слова той самой милой улыбкой, от которой у людей бежали мурашки, — то в городе поползут слухи об антимаге, который любит есть сырое человеческое мясо. С костями. Грек побледнел и чуть не поперхнулся элем. Его взгляд метнулся к приближающимся стражникам: — Они просто выполняют работу. Стражники подошли к столу. Старший — капитан с обветренным лицом — вежливо кашлянул: — Прошу прощения за беспокойство. Я капитан Морис, городская стража Каррина. Нам доложили, что в город прибыл антимаг? Он старался держаться спокойно, но напряжение выдавали побелевшие костяшки пальцев на рукояти меча: — Нужно записать имя и цель визита. Для отчётности перед городским главой. Младший стражник — парень лет двадцати с прыщавым лицом — стоял чуть позади, переминаясь с ноги на ногу. Его рука тоже лежала на мече и заметно дрожала. — Также, — продолжил капитан, стараясь не смотреть прямо в глаза Мэлу, — городской глава будет рад встретиться с вами завтра. Если вы планируете задержаться в Каррине. Это не обязательно, просто... вежливость с его стороны. Служанка вернулась с тарелкой сырой говядины, но увидев стражу, замерла на полпути к столу. Грек откашлялся, пытаясь разрядить обстановку: — Господа стражники, госпожа только что спасла жизнь охраннику каравана Варна. Доставила его к целителю из-за города, через метель. Может, дадите ей поужинать спокойно? Мэл сидел абсолютно неподвижно, глядя на стражников с тем же безразличием, с каким смотрел бы на пустую стену. Молчание затягивалось. В таверне стало ещё тише — посетители украдкой наблюдали за сценой. Капитан выждал ещё несколько секунд. Кадык дёрнулся, когда он сглотнул. — Госпожа антимаг? — попробовал снова капитан. — Я понимаю, вы устали с дороги. Но это займёт всего минуту. Просто имя и цель визита. Младший стражник переступил с ноги на ногу, доспехи тихо звякнули. — Может, вы запишете мои показания? — предложил Грек. — Я сопровождал госпожу от целителя, могу всё рассказать. — Боюсь, это не так работает, — капитан покачал головой. — Мне нужно услышать... Он осёкся. На лице Мэла проступило выражение — не гнев, не раздражение. Что-то хуже. Полное, абсолютное презрение существа, которому приходится терпеть назойливых насекомых. — Ой, точно! — внезапно воскликнул Мэл, и его лицо озарила тёплая, почти детская улыбка. Контраст был настолько резким, что оба стражника невольно отшатнулись. — Меня зовут Мэллиан Драммит, но друзья зовут просто — Мэл. Капитан Морис моргнул от резкой смены тона, но быстро собрался: — Благодарю, госпожа Мэл. И цель вашего визита? Младший стражник убрал руку с меча. Служанка воспользовалась моментом и торопливо поставила тарелку на стол, тут же отступив. — Просто проездом? Или планируете задержаться? — уточнил капитан, доставая из-за пояса небольшую записную книжку в кожаном переплёте и огрызок карандаша. В таверне шум возобновился, хотя многие всё ещё поглядывали в сторону их стола. — Я без понятия, зачем я тут. Это можно считать целью приезда? — Мэл продолжал улыбаться, но улыбка не достигала глаз. — А насчёт главы... возможно, на днях. Если будет настроение. Капитан записал что-то в книжке, его густые брови слегка приподнялись: — «Без понятия» тоже сойдёт. Многие путешественники так отвечают. Он убрал книжку за пояс: — Насчёт встречи с главой — как пожелаете. Он обычно в ратуше с утра до вечера. Просто скажите страже у входа, что пришли по приглашению. — Ещё одно, — добавил капитан, понизив голос. — Рекомендую избегать южный квартал после полуночи. Там неспокойно в последнее время. Он кивнул на прощание: — Приятного вечера, госпожа Мэл. Грек. Добро пожаловать в Каррин. Стражники развернулись и направились к выходу, их шаги гулко отдавались по деревянному полу. Несколько посетителей таверны поспешно отвели взгляды, усердно изображая занятость своими кружками. Грек шумно выдохнул, словно задерживал дыхание всё это время: — Прошло лучше, чем я ожидал. Он покосился на тарелку с сырым мясом: — Это обычная говядина. Вряд ли вам подойдёт, если нужно именно мясо тварей. Мэллиан подумал, что раз это удивило Грека, то его тело явно необычно даже для антимага, и, наверное, стоит помалкивать о причинах. Пусть все считают это странной причудой. Еще в лесу он понял, что после некоторого времени мясо будто теряет для него пользу. — А что в южном квартале? — спросил он вслух. — Звучит интересно. Грек поморщился: — Гнилое брюхо города. Притоны, нелегальные бои, торговля запрещённым. Стража туда нос не суёт. Он понизил голос: — В последние месяцы оттуда пропадают люди. Находят потом... части. Стража списывает на разборки между бандами, но шёпотом говорят другое. Грек отпил эля: — Кто-то видел странные фигуры по ночам. Силуэты, которые двигаются неправильно. За окном метель усиливалась, снег бил в стёкла как горсть песка. В таверне стало ещё теплее от количества людей — новые посетители заходили погреться, отряхиваясь у входа. — Рейн туда пару раз наведывался, — добавил Грек. — После его визитов находили трупы. Но исчезновения продолжились. Что бы там ни охотилось — оно либо не боится антимагов, либо умеет прятаться. Мэллиан взял кусок сырой говядины, попробовал. Мясо было абсолютно безвкусным. Но и отвращения не вызывало. Без особого энтузиазма он начал есть, механически пережёвывая. Воспоминание о целителе вернулось с новой силой. Золотистый свет, струящийся с его пальцев. Аромат божественной благодати, сладкий и пряный одновременно. Рот наполнился слюной. Мэл хотел попробовать мага на вкус. Если простой священник пах так восхитительно, то каков будет настоящий маг? — Интересно, а есть задания на те районы? — Он отодвинул наполовину съеденное мясо. — Когда я говорил «свежее», то имел в виду несколько минут после смерти. Мэллиан поморщился от пресного вкуса во рту. Грек тоже поморщился, но по другой причине: — Несколько минут после смерти? Это... очень специфично. Он помолчал: — Заданий официально нет. Гильдия не выдаёт контракты на «выяснить, что за чертовщина творится». И власти делают вид, что проблемы не существует. Мертвецы из трущоб — это не мертвецы из торговых кварталов. Он допил эль одним долгим глотком: — Если хотите туда сходить — никто не остановит. Стража на границе южного квартала после полуночи просто отворачивается. Дверь таверны открылась, впуская клубы снега и порыв ледяного ветра. Вошёл человек, закутанный в дорожный плащ, отряхнулся и направился к стойке. — Кстати, — добавил Грек, — если ищете свежее мясо тварей, к северу от города есть старый лес. Там волки-призраки. Охотники их избегают — слишком хитрые. — Волки-призраки? — в голосе Мэла проскользнуло любопытство. Грек кивнул: — Становятся почти невидимыми. Как туман. В сумерках их не разглядеть. Охотятся стаями — один отвлекает, остальные обходят с флангов. Он почесал подбородок: — Мясо у них светится голубым первые минуты после смерти. Но мало кто с ними связывается — сложно выследить, а ещё сложнее убить. В таверне стало ещё шумнее. Несколько подвыпивших ремесленников затянули нестройную песню о храбром кузнеце и драконе. Грек вдруг спохватился: — Кстати, о Тарасе. Может, стоит проверить, как он? Прошло уже больше часа. Мэл молча встал. Грек тоже поднялся, оставив несколько медяков на столе: — Идёмте. Они вышли в метель. Снег падал уже не так густо, но ветер оставался пронизывающим. Улицы совсем опустели — только редкие огоньки в окнах напоминали, что город не вымер. Дойдя до синей двери, Грек постучал. Дверь открыла женщина средних лет в заляпанном кровью переднике: — А, это вы. Мастер Корвин как раз заканчивает. Раненый поправится. Она посмотрела на Мэла: — Антимагу лучше подождать снаружи. Благословение ещё активно, и мастер устал. Из глубины дома донёсся усталый голос целителя: — Марта! Можешь звать их. Я закончил. Пусть заходят. Женщина нехотя отступила в сторону: — Проходите. Только недолго. В комнате по-прежнему пахло травами, но теперь к запаху примешивался металлический привкус крови. Тарас лежал на том же столе, но выглядел гораздо лучше — лицо обрело нормальный цвет, дыхание стало ровным и глубоким. На плече — свежие бинты без единого пятнышка крови. Целитель Корвин вытирал руки о полотенце, под глазами были тёмные круги: — Выживет. Рана была тяжёлая, но я справился. Понадобится неделя постельного режима минимум. Грек с облегчением выдохнул: — Слава Свету. Спасибо вам, мастер Корвин. Купец Варн щедро оплатит все расходы, как только доберётся. — Забавляет меня, как ты делаешь что вздумается и говоришь, что купец всё оплатит, — усмехнулся Мэл. Корвин нахмурился, заметив, как золотистое свечение вокруг его рук не просто ослабевает, а словно втягивается куда-то. Едва заметные нити света тянулись от его пальцев к антимагу, исчезая в воздухе между ними. — Я знал это... — он побледнел. — Когда вы внесли раненого, я почувствовал что-то странное. Подумал, что показалось. Усталость, стресс, срочность... Решил, что мне мерещится. Потому что это невозможно. Он отступил назад, прижавшись спиной к стене: — Но сейчас я уверен. Моё благословение не просто глушится. Оно исчезает. Целитель торопливо сделал жест дрожащими пальцами, скорее всего что-то связанное с молитвой: — Я работал с антимагами много раз. Божественная сила просто слабеет рядом с ними. Но это... словно пасть высасывает благодать из моего тела. Он указал на дверь: — Прошу вас уйти. Немедленно. Мне понадобятся часы молитв, чтобы восстановить связь со Светом. Грек встревожился: — Мастер Корвин, что происходит? — За тридцать лет службы Свету я не видел ничего подобного, — целитель не сводил взгляда с Мэла. — Эта аура питается божественной силой и пожирает её. Марта вжалась в угол, сжимая в руках деревянный амулет: — Может, стоит позвать храмовую стражу? — Нет! — быстро сказал Грек. — Госпожа Мэл спасла Тараса. Привела к вам через метель. Мы уже уходим. Он повернулся к Мэлу: — Пойдёмте. Лучше не создавать проблем с церковью. Они вышли в морозную ночь. Дверь за ними захлопнулась, щёлкнул засов. — О, значит я особенный? — Мэл улыбнулся. Слишком особенный. Это могло стать проблемой. Грек шёл рядом, снег хрустел под ногами, ветер выл между домами: — Это мягко сказано. Я никогда не слышал о таком. Обычные антимаги просто создают область, где магия работает хуже. Но чтобы поглощать? Он покосился на Мэла: — Это может привлечь внимание церкви. Очень нехорошее внимание. Ветер усилился, завывая между крышами. На улице не было ни души — даже патрули предпочитали греться в караульных будках. — Может, стоит держать это в секрете? — предложил Грек после долгой паузы. — Корвин промолчит за пару золотых. Он понимает, что лучше не связываться с сильным антимагом. Он остановился на перекрёстке. Вдалеке послышался колокольный звон — церковь Света отбивала поздний час. Звук разносился над спящим городом. Мэл молча шёл рядом. Стоит ли убить святошу? Одному высшему паладину он уже оторвал голову, справится и со священником. Но тогда начнётся расследование. Будут искать того, кто способен поглощать божественную силу. И рано или поздно выйдут на него. Сложно. Он понимал, что мирной жизни ему не видать. Что рано или поздно станет тем, за чью голову назначат награду. Но как-то слишком быстро всё происходило. — Ладно, давайте хотя бы найдём вам ночлег, — сказал Грек. Он указал налево: — В двух кварталах есть постоялый двор «Серый волк». Попроще, но чисто и тихо. Хозяйка не задаёт лишних вопросов. По пути они прошли мимо ночного патруля — трое стражников с факелами. Они узнали Грека, кивнули, но взгляды задержались на Мэле. Один что-то прошептал остальным, и они ускорили шаг. Вдруг из бокового переулка донёсся шум — звон разбитого стекла, потом крик, оборвавшийся на полуслове. Грек напрягся, положив руку на меч: — Лучше обойти стороной. По ночам тут случаются пьяные драки и грабежи. Крики стихли так же внезапно, как начались. Только ветер продолжал выть между домами, поднимая снег. Мэл резко остановился, развернувшись к Греку. — Ты серьёзно предлагаешь мне обойти драку пьяниц? — его голос был почти ласковым. Грек сделал шаг назад: — Я... просто подумал, что вам незачем связываться с пьяной дракой. Но конечно, решать не мне. Просто обычно потом стража задаёт вопросы... Из переулка донёсся ещё один звук — глухой удар, словно что-то тяжёлое упало на мёрзлую землю. Грек нахмурился: — Хотя... слишком тихо для обычной пьяной драки. Он сделал несколько осторожных шагов к тёмному проёму переулка, потом остановился: — Если хотите проверить — я подожду здесь. Снег продолжал падать, засыпая следы на пустынной улице. В окнах ближайших домов погас свет. Надоели. Все эти правила, вежливость, притворство. Не смотри на пьяниц, не связывайся с грязью, веди себя по-человечески. А он что — человек? Мэл думал меньше мгновения. Святоша со своей брезгливостью. Надменные стражники. Необходимость постоянно сдерживаться. Злость клокотала внутри, горячая и жадная. И руки зудели от желания на ком-нибудь её выплеснуть. Он сорвался с места. После пары шагов воздух перестал сопротивляться, словно его не существовало. Грек даже моргнуть не успел. Только снежный вихрь закрутился на месте, где стоял антимаг. В переулке было темно. Единственный фонарь валялся на земле, разбитый, осколки стекла хрустели под ногами. На утоптанном снегу — две фигуры и слишком много крови. Одна не двигалась. Мужчина средних лет в простой одежде ремесленника. Затылок проломлен, серое вещество растеклось по снегу, смешиваясь с кровью. Глаза остекленели, уставившись в ночное небо. Вторая фигура ползла прочь, оставляя широкий красный след. Молодой человек лет двадцати пяти в дорогой одежде, теперь изодранной и залитой кровью. Правая рука вывернута под углом, белая кость пробила кожу возле локтя. Раненый поднял голову, увидел Мэла: — Не... не надо... я заплачу... сколько скажешь... это не я... они напали... В снегу валялся опустошённый кошелёк с вырванным дном. Рядом — окровавленная дубинка с прилипшими волосами. Ещё дальше — нож с зазубренным лезвием. В глубине переулка мелькнула тень — кто-то убегал, ловко перепрыгивая через ящики и мусор. Движения быстрые и точные. Это не пьяный грабитель. Раненый продолжал ползти, правая рука волочилась как плеть: — Помогите... они напали... трое было... забрали деньги... убили Томаса... он просто шёл мимо... хотел помочь... Мэл не обращал на него внимания, он смотрел на мелькающую фигуру. Медленно. Один рывок — и Мэл остановился так же мгновенно, как разогнался. Убегающая фигура оказалась женщиной в тёмной кожаной одежде, облегающей как вторая кожа. Лицо скрыто капюшоном, но видны пряди тёмных волос, выбившихся из-под ткани. В правой руке — небольшой мешочек, туго набитый. В левой — короткий кинжал с изогнутым лезвием. Она замерла на полушаге, одна нога в воздухе, готовая опуститься на крышу сарая. Её зелёные глаза расширились. — Что за... Слова застряли в горле. Позади, в переулке, раненый продолжал стонать. Грек добежал до входа в переулок, тяжело дыша, пар вырывался изо рта белыми облачками. Женщина медленно подняла руки. В лунном свете блеснуло лезвие, спрятанное в рукаве. — Слушай, я просто исполнитель. Мне заплатили за того богатея. Он задолжал не тем людям. Второй сам полез защищать — пришлось убрать, — голос был спокойным, но дрожал. Даже сейчас её взгляд метался к крыше, к узкому проходу между домами. — Антимаг, да? — она криво усмехнулась. — Не повезло мне сегодня. Мэл молча разглядывал её. — Ты не собираешься меня отпустить, да? — Это был не вопрос. — Тогда давай покончим с этим быстро. У меня ещё есть дела этой ночью.