Клаташи

Снежный искры Спустя четыре года бесконечных стройработ, нервов, криков рабочих, переделок, затопленных подвалов и вечной фразы «Эд, ну ещё неделя», Эдисон наконец-то закончил строительство своей дачи. Когда новость разлетелась по всей компании, впечатление было такое, будто он объявил не про дачу, а про рождение ребёнка. И конечно же, он не мог не устроить огромную вечеринку. Сбор гостей До дачи съезжались все, будто на фестиваль. Дед, Сосиска, Гречка, Херейд — все привычные лица. Бишка Мия с двумя пакетами еды — тоже норм. Ярик тащил чемодан, а Вита ворчала на него, что он забыл тёплые носки. И даже ХДанил появился, приехав из Литвы с банкой маринованных огурчиков «на пробу», при этом гордо заявляя, что это — настоящая литовская культура. Последними подъехали Натаха и Клайп. На улице стояла настоящая сибирская зима — хрустящий снег, морозный воздух и лёгкий пар от каждого выдоха. В Самаре, где обычно зимой +5, обледеневшие ресницы не были частью обычного дня — и Наташа, как всегда, по привычке оделась “по-самарски”: лёгкая куртка, тонкая кофта, штаны, кеды. Первые полчаса было нормально. Но спустя час прогулки по сугробам и снежным тропам, дрожь уже начала выдавать себя. И никто бы не заметил — кроме Клайпа. Он шёл чуть сзади, наблюдая, как Наташа незаметно прижимает руки к себе и втягивает плечи. Он подошёл ближе. — Наташ, ты замёрзла? — спросил он тихо, без лишних слов. — Нет… всё нормально… Конечно, неправда. Клайп молча стянул с себя куртку и накинул ей на плечи. Его руки аккуратно, почти нежно, поправили воротник, чтобы закрыть шею. — Я же вижу, что холодно, — сказал он. — А ты не замёрзнешь? — тихо спросила она. — Не переживай. Я тепло одет. Она вздохнула и всё же улыбнулась: — Ну ладно… Спасибо. Они продолжили идти. И даже несмотря на мороз, Наташе стало немного теплее — и совсем не из-за куртки. Размещение Гуляли долго — часа три или четыре. Возвращаясь к даче, все выглядели так, будто прошли зимний квест на выживание. Эд оглядел всех и произнёс: — Так. Комнат на вас всех, конечно же, нет, так что выбирайте, кто с кем спит. Начались переговоры, схожие по напряжению с дипломатией между странами. Через семь минут итог получился такой: ХДанил — с Бишкой Сосиска — с Гречкой Мия — с Яриком Ярик — с Витой (само собой) Эд — с Херейдом Дед — с Мией Натаха — с Клайпом Как только эта фраза прозвучала, Клайп слегка кашлянул и постарался выглядеть равнодушно. Наташа молча кивнула, но уши её почему-то стали красными. Они поднялись в свою комнату. Наташа уже собиралась переодеться, но почувствовала взгляд Клайпа. — Эй! Вышел! — сказала она. — Ой… ну ладно, — он быстро выскользнул за дверь. После переодевания она впустила его обратно. Наташа быстро забралась под одеяло — устала, продрогла и почти сразу уснула. Минут через двадцать, когда её дыхание стало ровным, Клайп осторожно придвинулся ближе и, почти боясь шелохнуться, положил руку ей на талию. — Надеюсь, ты не разобьёшь моё сердце, — прошептал он едва слышно. И только потом позволил себе уснуть. Утро Утро было обычным, шумным и хаотичным: кто-то жарил яйца, кто-то искал носок, кто-то кричал, что гречку нельзя называть гречкой. Все выполняли привычные утренние ритуалы. Клайп весь день держался чуть в стороне от Наташи. Она это заметила, но не стала спрашивать. И только ближе к вечеру, когда все разбежались по делам, он подошёл к ней. — Наташ… приди, пожалуйста, в 19:00 к снежной горе. — Ладно? Он кивнул и ушёл. Свидание В 19:00 Наташа пришла к снежной горе, слегка волнуясь. Снег скрипел под ногами, а от дыхания поднимался лёгкий пар. Клайп стоял там — заметно нервный, перебирающий перчатки. — Привет, — сказал он. — Привет. Что-то случилось? — Нет. Нет… — он вдохнул. — Наташ… Я давно хотел сказать, но думал, что ты меня отвергнешь. Но всё же я решился. Она молчала, но смотрела внимательно. — Я… в тебя давно влюблён. Давай встречаться? Тишина зависла. Снег падал, будто замерев в воздухе. — Я… Клайп… я в шоке. Честно говоря — очень неожиданно. Он опустил голову: — … Но она продолжила: — Я не знаю… ты мне интересен как друг. А не парень. Его лицо чуть дрогнуло, но он попытался улыбнуться. — Давай хотя бы попробуем. Прошу, Наташ. Пауза. — Ну ладно… Он резко, но аккуратно, обнял её. — Спасибо. И с того самого дня всё началось. Маленькие шаги Клайп не давил, не лез, не был навязчивым. Он держал дистанцию — ровно столько, сколько нужно, чтобы она не чувствовала давления. И Наташа действительно начала влюбляться — медленно, осторожно, по чуть-чуть. Она ловила себя на том, что: невзначай обнимала его; всё чаще звала гулять; смеялась над его шутками громче, чем нужно; и иногда, когда они оставались вдвоём в комнате, называла его милыми, тихими прозвищами, которых никто больше не слышал. Однажды вечером она искала одежду. — Миш, а где моя футболка? — спросила она. — Так ты ж её в стирку кинула. — Точно. И во что мне переодеваться? Клайп протянул ей свою. — Возьми мою. Она переоделась в его большую тёплую футболку, подошла к нему и внезапно, будто сама не заметив, обняла его за шею. — Что ж тебя так на нежности пробило? — улыбнулся он. — Сама не знаю… Но я не жалею, что начала встречаться с тобой. Он даже замер на секунду. Но просто обнял её в ответ — крепко и мягко. Танец в снежном лесу Днём они решили пройтись по зимнему лесу. Снег блестел от света фонарей, висевших по тропинке, деревья были покрыты инеем и казались сказочными. Наташа шла вперёд, восторженно рассматривая ветви. Клайп вдруг остановился. — Наташ… Она обернулась. Клайп протянул руку. — Потанцуем? Тут так красиво. Она покраснела, но улыбнулась: — А давай… Они встали посреди снежной поляны. Музыки не было — но будто и не нужна. Мир стал тихим, белым и мягким. Танец был почти точной копией того, как на видео: Клайп положил руку ей на талию. Наташа — ему на плечо. Они медленно двигались, будто скользили по льду. Шаги тихие, лёгкие, будто они боялись спугнуть тишину. Он один раз аккуратно развернул её, возвращая в объятия. Она легонько коснулась его щеки. Их дыхания смешивались в морозном воздухе. Она смеялась тихо, он смотрел на неё, будто впервые видел. А потом — самое естественное движение в мире: Они остановились. Он наклонился ближе. Она закрыла глаза. И они поцеловались. Поцелуй был нежный, осторожный, полный тёплого света. Он длился секунды, но ощущался вечностью. И если бы не… — НИХ— БИШКА, НЕ МАТЕРИСЬ! — раздалось сзади. Они резко отпрянули. Сзади стояли ВСЕ. И ВСЕ это видели. — Ой… вы всё видели? — спросила Наташа, краснея как помидор. — Да, Наташ, — удивлённо ответил ХДанил. — И поздравляю тебя, дружище! — добавил Бишка, хлопнув Клайпа по плечу. — Только давайте вы не того на моей даче, — сказал Эд. — Эд! — Наташа побледнела. — Ты что, совсем?! — Ну Наташ… — А ты, я так понимаю, не против?! — она ткнула в Клайпа локтем. Он смутился: — Нет. Рано ещё… очень рано… Все рассмеялись и разошлись. Финал Позже, уже в комнате, Наташа сидела на кровати, задумчиво перебирая нить на свитере. Клайп сел рядом. — Наташ… ты не жалеешь? — тихо спросил он. Она посмотрела на него. И впервые без тени сомнений, без страха, без поспешности взяла его руку. — Нет. Не жалею ни секунды. И знаешь… Мне кажется, я тоже давно была в тебя влюблена. Просто боялась признаться. Он улыбнулся — не ярко, не громко. А тепло. Настояще. — Тогда… давай идти дальше вместе? Не спеша. В своём ритме. Она кивнула, наклоняясь к нему. — В своём ритме. И в эту зиму, среди снега, смеха друзей, хаоса в доме Эдисона и теплоты его слишком большой футболки — началась их настоящая история. Конец…