Глава 22: Срыв (Часть 3)

Кортни мёрзла. Она шла уже очень долго — и вовсе не в каком-то определённом направлении. Улицы сливались в одно сплошное пятно в её взгляде, затуманенном виски, и она начинала думать, что, может, придётся всё-таки позвонить кому-нибудь, чтобы её забрали. Конечно, это было последнее, чего ей хотелось. Она хотела остаться одна. Одна мысль о том, что придётся кому-то звонить, что её спросят, где Роберт, что случилось… От этого её начинало тошнить ещё сильнее. В её жизни был очень длинный список «худших ночей», но эта явно претендовала на место в топ-5. Она даже не могла заставить себя расплакаться — а в последнее время слёзы у неё были как дыхание. Одна из многих приятных перемен, что произошли с ней после того, как она встречалась с Робертом, подумала Кортни. Теперь она куда лучше чувствовала свои эмоции, больше не глушила каждую крупицу горя или радости, что проносились через неё. Хотя сейчас она уже не была уверена, поможет ли ей плач или только усугубит всё.   Она прошла ещё немного. Обхватила себя руками и натянула куртку так низко, как только могла. Кортни жалела, что выбрала укороченный топ и короткую куртку своим фирменным стилем. Казалось, будто в животе у неё застрял ледяной осколок. Она почувствовала, как её нога зацепилась за что-то на тротуаре, и чуть не навернулась, но вовремя ухватилась за ближайший фонарный столб. Перевела дух, огляделась — и поняла, что оказалась в знакомом месте. До офиса СДС оставался всего квартал. Всё ещё не желая просить ни у кого помощи, она решила, что это вполне подходящее место, чтобы спокойно переждать своё пьяное состояние.   В здании никого не было, когда Кортни пришла — по крайней мере, снаружи это выглядело именно так. На стоянке не было машин, внутри не горел свет, и когда она провела своей карточкой по считывателю, двери тут же открылись. Она не могла решить, хорошо ли это — удобно для героев, которые приходят после смены, или же это просто огромная дыра в их безопасности. Впрочем, Кортни не стала задаваться вопросами и шагнула внутрь. Её сразу окутало тепло офисного воздуха, и она с облегчением выдохнула. Видела она всё ещё плохо, особенно в тёмных коридорах, но планировку здания знала достаточно хорошо, чтобы почти без помех добраться до душевых. Она разделась, включила горячую воду — и остатки озноба тут же исчезли. Кортни тихо простонала, когда поток воды обрушился на неё.   — Чёрт-возьми… — вырвалось у неё.   Пока Кортни смывала с себя грязь, она заметила, что помещение наполнилось слабым светом. Она опустила взгляд, чтобы понять, откуда он, и тут поняла: это её имплант. По телу прокатилась мощная волна вины. Ещё одна вещь, которую ей подарил Роберт — и которую она, возможно, только что потеряла навсегда. Холод на улице хорошо притуплял её чувства — и физические, и душевные, — но теперь, оказавшись внутри, притворяться, будто всё в порядке, стало куда сложнее.   Ещё неделю назад она строила с Робертом такие грандиозные планы на будущее. Спрашивала, не хочет ли он жениться, не думает ли о детях… До сегодняшнего вечера она прикидывала, как бы завести разговор о том, чтобы съехаться. Почему она так резко всё перечеркнула? Она всегда была склонна к саморазрушению, но сейчас опустилась на новое дно. Кортни не понимала, почему.   Да и хотела ли понимать — не была уверена. Медленно она опустилась на пол душевой, подтянула колени к груди, обхватила их руками и позволила воде литься на себя.   Когда она наконец решилась вылезти из душа, Кортни чувствовала себя одной большой сморщенной сливой. Она нахмурилась, схватила ближайшее полотенце и вытерлась, и почему-то без воды кожа стала ощущаться ещё противнее. Когда высохла, натянула одежду и задумалась, что делать дальше. Она всё ещё была пьяна в стельку и совсем не горела желанием добираться домой по темноте. Можно было бы вызвать такси, но объясняться с Мэнди ей не хотелось. Если та вообще не спит, когда Кортни вернётся. Решить, что делать, она так и не смогла, но зато, просидев столько времени без движения, вдруг поняла: она жутко голодна. Так что пока решила отправиться в комнату отдыха.   Добравшись до комнаты отдыха, Кортни сразу столкнулась с проблемой. Первым делом она открыла холодильник — вдруг там осталось что-то съедобное. Конечно, к концу дня всё подчистили, для неё ничего не осталось. Потом проверила шкафы — только посуда. Наконец, подошла к автомату с едой. Залезла в карман, достала кошелёк — а там ни копейки. Видимо, все наличные она спустила в баре, остались только карты, а автомат их не принимает.   На секунду Кортни сорвалась. Она откинулась назад и со всей силы врезала кулаком по автомату, пробив в нём дыру насквозь — и вогнав себе в ладонь и запястье осколки стекла. Тяжело дыша, она медленно вытащила руку из автомата и попыталась рассмотреть её в темноте. Рука была вся в крови, и она чувствовала, как кровь капает на пол слишком быстро. Но сейчас ей было плевать. Вот так бы поступила старая Кортни, подумала она. Вышла из себя и что-нибудь расколошматила. Не её же проблема, кому потом это убирать. Она сжала кулак, выдавливая ещё больше крови на пол. Теперь уж точно придётся кого-то звать — если только не хочется истечь кровью на полу комнаты отдыха. Хотя, может, это было бы даже не так уж плохо…   — Какого хрена?   Кортни в ужасе резко обернулась. В дверях стояла чья-то фигура, скрытая в тени, и та начала приближаться. Увидев это, она инстинктивно исчезла, готовясь к бегству —   — Невидива? Ты зачем, чёрт возьми, раздолбала автомат?   Кортни снова стала видимой: — Чёрт, Купе, это ты?   Джанель вышла из тени, и Кортни убедилась, что это действительно она. На ней не было героического костюма — только простая белая майка и шорты. Было… странно видеть её такой. Даже на самых обычных тусовках Джанель всегда приходила в полном облачении.   Кортни никогда не задавалась этим вопросом — и сейчас точно не собиралась.   — …Похоже, у тебя идет кровь, — заметила Джанель. — Помочь?   Кортни вдруг очень остро почувствовала боль в руке. Она прикусила губу и поморщилась.   — А, ну… да, наверное, не помешает.   Джанель кивнула: — Идём со мной.   Она вывела её из комнаты отдыха и повела по одному из коридоров, в итоге приведя Кортни в часть здания, где та раньше не бывала. Джанель завела её в помещение, которое Кортни приняла бы за кладовку, но была поражена, увидев что-то вроде импровизированного уголка. На полу лежал тонкий матрас, на полках лежала одежда, стояли будильник и коробка с ножами…   — Купе, что за хрень? — поморщилась Кортни.   — Ах да. Я забыла, что, приведя тебя сюда, придётся объясняться, — вздохнула Джанель. — Меня, возможно, выселили из квартиры, и я теперь тайно живу тут с одобрения Блейзер.   Кортни опешила: — Чёрт, серьёзно? Это… Почему ты нам не сказала? Мы же друзья, ты в курсе? Могли бы помочь или типа того.   — Спасибо, но это звучит унизительно. Мне и так стыднее не бывало за всю жизнь, — вздохнула Джанель. — Я вот думаю вырубить тебя после этого, вдруг забудешь, что я тут живу.   — Это… как-то лишнее, — сказала Кортни. — Я просто никому не скажу. Давай без вырубания, ладно?   — Ладно. Теперь садись, пока не истекла кровью.   Джанель постелила на матрас пластиковую плёнку, чтобы можно было сесть. Кортни плюхнулась, поморщившись от боли.   — Ну ты и угробила себя, — цыкнула Джанель. — Дай мне секунду.   Она включила верхний свет, и Кортни на секунду ослепла.   — Угрх, — простонала она. — Блядь, я в темноте уже два часа. Глаза, сука, болят. — Переживёшь.   Джанель сняла с полки стеклянную банку и пинцет. Затем положила руку Кортни себе на колено и начала по одному вытаскивать осколки стекла.   Кортни морщилась каждый раз, когда Джанель вытаскивала очередной осколок. — Хм. Забавно, что это случилось именно сегодня, — усмехнулась она.   — Почему это забавно? Это ведь должно тебя расстраивать.   — Это… неважно, — вздохнула Кортни. — Просто тогда я впервые поняла, что он мне нравится. Он вытаскивал осколки стекла из груди в туалете.   — А, значит, это примечательное совпадение, — кивнула Джанель. — Со мной такое тоже бывало.   Кортни прикусила губу. Она надеялась, что боль в руке отвлечёт её, но этого было мало. Сердце всё равно разрывалось на части, словно в груди зияла чёрная дыра.   — А ты чего здесь делаешь? — спросила Джанель. — Странно видеть тебя тут так поздно. Я думала, что Роберт с тобой — вы же почти никогда не расстаетесь.   Кортни вцепилась пальцами в брезент: — Я… всё сложно, — выдохнула она.   — Ну, времени у нас навалом. Мне ещё зашивать тебя, когда стекло достану. Если хочешь — рассказывай, что случилось.   Она не хотела. Не хотела говорить об этом — вообще ни о чём. Хотелось просто свернуться калачиком и исчезнуть, как она того заслужила. Так было бы проще… да и, главное, по делу. Она подняла взгляд. Джанель смотрела на неё с тихой грустью.   — Это из-за Роберта? — спросила она.   Кортни кивнула: — Ага. Я сегодня конкретно облажалась, Купе.   — От тебя несёт бухлом. Полагаю, это как-то связано с произошедшим?   — Мы обе напились в хлам. Всю ночь просидели в «Сардине», лили в себя стакан за стаканом. Уверена, мы там накатали счёт баксов на триста, и это не считая всей налички, что я спустила на шоты, — усмехнулась она. — Потом пошли домой, разговорились… Я даже не помню, как всё началось. Кажется, заговорили о родителях. Роберт был со мной таким… таким открытым. И это меня реально напугало. Даже не знаю почему, понимаешь? Он и раньше так себя вёл, и я всегда хотела ему помочь. Защитить, поддержать, чтобы ему стало легче. Но в этот раз мне просто хотелось сбежать.   Джанель замерла. Её пинцет остановился в паре сантиметров от одного из осколков, но она не стала его вытаскивать. Глаза были закрыты, будто она погрузилась в глубокие раздумья. На секунду Кортни показалось, что она сказала лишнего и как будто вывела Джанель из строя. Потом та приблизилась и вытащила осколок.   — Похоже, ты серьёзно облажалась, — сказала Джанель. — Я правильно понимаю, ты правда сбежала?   Кортни кивнула, на её глазах выступили слезы. — Ага. Я, блядь, сбежала как последняя тряпка. Просто оставила его там, рыдающего на улице, — всхлипнула она. — Я не понимаю, что со мной, Купе. Неделю назад мы обсуждали свадьбу. Я собиралась спросить, можно ли переехать к нему. Почему, чёрт возьми, я так себя чувствую?   Джанель вздохнула: — Не могу сказать, что не сталкивалась с таким раньше, но, похоже, это мучительно даже тогда, когда не я в центре событий.   — Я… что?   — У меня тоже был партнёр, который поступил со мной примерно так же. Я открыто говорила ему о своих чувствах, объясняла, как он мне дорог. Дала понять, что он крайне важен для моего благополучия. Мне казалось, это романтично… что так я показываю свою любовь.   Она снова замолчала. Джанель не плакала, но Кортни заметила, как у неё чуть дрожит рука.   — Он испугался, что не сможет дать мне то счастье, которого я заслуживаю, и разорвал отношения. Это была самая большая трагедия в моей жизни, — прошептала она. — Каждый день я оплакиваю нашу любовь. Я всё думаю, что могла бы что-то изменить. А может, и он мог бы. Я до сих пор не понимаю, где мы ошиблись… но знаю, что ошиблись.   Кортни протянула руку и положила ладонь на плечо Джанель. Та вздрогнула от неожиданности, но тут же подняла свою свободную руку и сжала руку Кортни.   — Не могу сказать, что будет между тобой и Робертом. Но могу сказать, чего делать не стоит, — сказала Джанель. — Не отпускай его. Не сдавайся только потому, что страшно. Даже если не получится — у тебя или у него — ты хотя бы попробуешь. Не будь, блядь, трусихой, Кортни.   Кортни всхлипнула: — Господи, я реву вообще по любому поводу, — вздохнула она. — Роберт меня совсем доконал. Я три дня назад разрыдалась из-за рекламы приюта для собак.   — Ну, это вполне объяснимо. Эти ролики просто убойные.   Джанель вытащила последний осколок из руки Кортни и отложила банку в сторону. Она обмотала рану полотенцем и выжала из неё как можно больше крови. Затем началась болезненная обработка. Кортни стиснула зубы, когда перекись ударила по ране.   — Блядь, как же больно, — поморщилась она.   — Скоро закончу. Осталось только зашить, — сказала Джанель. — Тебе очень повезло, что я оказалась рядом. Со мной ты в куда лучших руках, чем у какого-нибудь идиота в приёмном покое.   — Я… не сомневаюсь, правда.   Джанель встретилась взглядом с Кортни: — Жаль, что у тебя такая паршивая ночь. Честно говоря, мне непросто сочувствовать тебе, учитывая, что я сама не раз была на твоём месте… но надеюсь, у тебя всё наладится. Только… не сдавайся. Не ищи лёгких путей. Это тебе не к лицу.   Кортни слабо улыбнулась: — Спасибо, Купе. Я… я постараюсь.   Пока Джанель готовилась зашивать рану, Кортни услышала, как завибрировал её телефон. Она поморщилась. За этот вечер он жужжал уже тысячу раз, но руки были слишком холодные, чтобы достать и выключить звук. Стало даже хуже, когда уведомления наконец перестали приходить, чем когда они сыпались одно за другим… в этот раз она почти обрадовалась новому сигналу. Кортни посмотрела на экран — и её накрыла волна тоски. Столько пропущенных звонков от Роберта. Столько сообщений.   > Роберт <3: Прости, что заспамил тебя звонками и сообщениями. Не хочу давить на тебя, чтобы ты вернулась, пока не будешь готова.   > Роберт <3: Я у себя дома. Буду отходить от похмелья, наверное, ещё год. Если захочешь поговорить — пиши или звони.   Спустя мгновение появилось третье сообщение.   > Роберт <3: Я тебя люблю.   Кортни закрыла глаза, по щеке скатилась одинокая слеза. Свободной рукой она начала набирать ответ, потом повернулась к Джанель.   — За сколько зашьёшь?   Джанель пожала плечами: — Зависит от того, как будешь дёргаться.   > Кортни: буду через 30   > Кортни: я тебя тоже люблю