Часть 6

      Прошла эта неделя, а за ней следующая, а Гермиона и Драко все еще продолжали встречаться, но без официального подтверждения этих отношений. Малфой ждал. Он наблюдал за Грейнджер, отмечая уровень ее заинтересованности в нем, как в постоянном спутнике. Драко знал, что такая, как она, не стала бы ходить с ним на свидания, всецело отдаваться в сексе, читать в его доме в его же рубашке, приходить просто так, потому что соскучилась, только ради того, чтобы иметь партнера. Грейнджер должна была рассматривать происходящее с перспективой на будущее, но Драко не знал, насколько далеко это ее будущее распространялось. Возможно, он был для нее кем-то временным, не настолько важным, чтобы думать о семье с ним. Он сомневался в том, что видит, и потому тянул.       Гермиона же все больше увязала в нем. К концу второй недели их странных скрытых отношений девушка уже была абсолютно уверена, что влюбилась. И всю третью неделю она старалась понять, насколько же важно то, что между ними происходит, для Малфоя. Он сбивал ее с толку, часто совершая поступки, характерные только для любящих людей. Как же тогда Гермиона могла понять, всегда он такой или же действительно она ему настолько нравится? Драко еще в начале сказал ей, что хочет показать, как бывает по-другому. Что, если он до сих пор это делает?       Конечно, большую часть времени и Драко, и Гермиона наслаждались обществом друг друга и своим взаимодействием, их встречами и ночами, вечерами и утрами. Но мысли их тоже никуда не уходили, потихоньку подводя обоих к решению все же поговорить о статусе их отношений.       В пятницу, за неделю до своего дня рождения, Гермиона вдруг оторвалась от книги, которую в последние пять минут не читала, и посмотрела на Драко. Он сидел напротив нее, тоже занятый книгой, и выглядел очень мило. Слегка влажная после недавнего душа челка немного спадала на его лоб, и Малфой периодически убирал непослушные пряди, которые вскоре снова соскальзывали вниз. Тишина в обществе друг друга до сих пор не напрягала обоих, но в данный момент Грейнджер немного переживала.       — С понедельника у меня отпуск, — негромко произнесла она.       Драко поднял на нее взгляд, полминуты внимательно смотрел, а потом спросил:       — Что планируешь делать? Кажется, твой день рождения как раз на следующей неделе в субботу.       — До того, как … стала свободна, планировалась поездка куда-нибудь на море. Хотела хоть раз отметить праздник там, где тепло и солнце. Здесь почему-то всегда дождь идет в этот день, — глядя на огонь в камине, ответила ведьма. — Теперь не знаю. Одной немного страшно ехать, да и глупо, скучно. Наверное, останусь в Лондоне. Соберу друзей как обычно… Ты бы пришел ко мне на праздник, если бы я пригласила?       Драко продолжал смотреть на нее, и Гермиона кожей чувствовала его изучающий взгляд. Интересно, он молчит, потому что не хочет выставлять их изменившиеся отношения на обозрение ее друзей? Или не хочет приходить, но не знает, как тактичнее отказать? Нервозный страх заставил ее крепко стиснуть в руках книгу. Она уже хотела сказать ему, чтобы не заморачивался, как Драко отложил свой научный талмуд и предложил:       — А ты не хотела бы отметить день рождения где-нибудь, где тепло, вместе со мной?       — Что? — удивление быстро одержало победу над нервами, и волшебница развернулась к парню.       Малфой немного улыбнулся ей и как ни в чем ни бывало продолжил:       — Я больше года отпуск не брал, не думаю, что с этим будут проблемы. Поехали куда-нибудь, куда захочешь. Не стоит отказываться от мечты, когда ее можно исполнить.       — Правда? — никак не могла поверить Гермиона.       Она во все глаза смотрела на Драко и пыталась понять: он и правда хочет этого или же просто решил совместить приятное с полезным? Вопросы теснились в голове, но желание поехать в отпуск, подальше от дождливого и уже прохладного города, вдвоем с ним, затмевало даже ее желание разобраться в отношениях.       — Конечно, — заверил ее Малфой. — Что насчет Сицилии? Я там давно не был, конечно, но могу заверить, там сейчас солнечно и жарко. И у меня там есть вилла, так что не придется мыкаться по отелям.       — Но… а как же? Уже вечер пятницы, ты не успеешь подать заявление на отпуск и на порт-ключ… — взволнованно пролепетала Грейнджер.       — Об этом не думай, — усмехнулся Малфой. — Будь готова к утру понедельника.       — Готова? — Гермиона никак не могла поверить в происходящее и в его уверенность в то, что все получится.       — Разве тебе не надо выбрать, какие вещи с собой взять, может, что-то купить? Я думал, девушки к таким поездкам за месяц готовиться начинают, а тут всего два дня, — в свою очередь не понял причины ее поведения Драко.       — Конечно, мне надо будет собраться, но… — Грейнджер замолчала, потом слегка фыркнула. — Я, наверное, просто еще не верю, что это уже решенный вопрос.       — Не сомневайся. Считай, это будет моим подарком на день твоего рождения, — улыбнулся блондин, отобрал книгу из ее рук и притянул к себе, обнимая. — Ты так загрузилась, уже думаешь, что взять? — посмеялся он.       — Угу, — пробормотала волшебница, а потом посмотрела на него светящимися от счастья и предвкушения глазами. — Спасибо, Драко.       Зрачки парня расширились, а дыхание изменилось, показывая, какое влияние на него оказывает его имя из ее уст. Малфой некоторое время смотрел на нее, и Гермиона не смогла не смотреть в ответ, несмотря на большую чем обычно интимность момента. Он перевел взгляд на ее губы и неторопливо склонился, подарив один из самых чувственных поцелуев в ее жизни.       Рано утром понедельника Грейнджер быстро написала записку для своих друзей, которые еще ничего не знали, а потом с волнением взялась за руку Драко. Вместе они коснулись порт-ключа и спустя несколько неприятных секунд оказались на вилле Малфоя в Сицилии.       От этого отпуска Гермиона была в неописуемом восторге. Сидя в плетеном кресле на крыше виллы и любуясь закатом, слушая умиротворяющий шум волн и пение птиц, девушка с сожалением думала о том, что завтра с утра все это закончится. И пусть впереди были два выходных перед работой, Грейнджер знала, как непросто ей будет настроиться на рабочий лад. А все потому, что они с Драко теперь официально встречались, и оба с головой окунулись в это.       Гермиона с улыбкой вспомнила о том, как начинался их отпуск. Чуть меньше чем две недели назад она впервые увидела эту прекрасную трехэтажную виллу и была ошеломлена. Не только вид дома, но и территория вокруг, пляж, море, сад и все остальное было словно с картинки, такое же восхитительное, южное, нагретое жарким солнцем, полное жизни. Грейнджер влюбилась в это место в тот же миг.       Первые пять дней они с Драко изучали остров, много гуляли, заходили в любые приглянувшиеся магазинчики или рестораны и кафе, загорали и купались, в общем, действительно отдыхали. Самые жаркие часы они обычно проводили на вилле, пробуя новые вкусы мороженого или просто отсыпаясь, потому что по ночам почти не спали. Иногда причиной недосыпа были различные ночные клубы, но чаще всего они до утра изучали тела друг друга, узнавая о себе и партнере все больше.       Гермиона тогда всеми силами отгоняла мысли о том, насколько происходящее похоже на медовый месяц. Было тяжело, ведь абсолютно каждый продавец, официант, да просто прохожий принимал их за парочку молодоженов. Причем Малфой никогда не оспаривал это, наоборот, подыгрывал неверным предположениям всех, кто интересовался. Гермиона в такие моменты краснела и опускала взгляд, изредка поглядывая на парня: он явно наслаждался происходящим.       День ее рождения стал особенным. С утра ее ждал завтрак из полюбившегося ей ресторана. Потом Драко водил ее по разным интересным местам, о которых не было известно обычным туристам. Как он позже объяснил, он специально не стал показывать ей все в первые дни, оставив самое красивое или интересное для ее праздника. И когда Гермиона думала, что чудесный день закончен, дома ее ждал не менее волшебный ужин. На крыше виллы, под открытым небом и при свечах, со множеством цветов, украсивших в ту ночь это место.       Грейнджер вспомнила, как неистово колотилось ее сердце в момент, когда Драко заявил об еще одном подарке и протянул ей коробочку.       — Я думала, эта поездка и сегодняшняя экскурсия и есть мой подарок, — удивленно произнесла она тогда, но приняла еще один дар.       — Этот я выбрал уже давно, еще до того, как планы изменились, — улыбнулся Малфой.       Когда она открыла свой презент, то не смогла сдержать пораженного вздоха. Разумеется, Гермиона подозревала, что его понятия о цене подарка далеки от общепринятых, но все равно была ошеломлена. По изяществу и красоте украшений сразу становилось понятно, что это не безделушки и даже не обычная ювелирка из магазина.       — Боже мой, — выдохнула в тот момент девушка. — Ты с ума сошел дарить такое вот так вот, просто на день рождения?..       — Отказ и возврат не принимаются, — ответил ей Драко. — Примерь, пожалуйста, Гермиона.       Ее имя, которое он произносил не так часто, лишило ее остатков сопротивления. Грейнджер сняла свои серьги и надела новые, а потом Малфой поднялся и помог ей застегнуть подвеску. Камушки бордового цвета засверкали в свете свечей. Гермиона посмотрела на парня: тот не сводил с нее глаз, и восхищение на его лице сменялось решимостью.       — Есть еще кое-что, — произнес он тогда, залез в карман и достал оттуда колечко — часть ее гарнитура. Грейнджер могла только смотреть, не веря происходящему. — Ты мне нравишься, Гермиона. Я хочу попробовать сделать наши отношения официальными. Что скажешь? Будешь моей девушкой?       Драко сказал это мягко, но уверенно, и пока говорил, не отрывал от нее взгляда. Ведьма не помнила, скольких сил ей стоило собраться и ответить:       — Ты мне тоже нравишься. И я согласна.       Грейнджер вернулась из воспоминаний, разглядывая сверкающий в закатных лучах камешек. Все оставшееся время они провели, уже не скрывая своих чувств. Конечно, у них тем вечером был разговор о многом, что их волновало, но первый шаг был сделан: они признались в своей влюбленности и уверились, что она взаимна. Теперь они официально встречались, и хотя в их жизни в связи с этим ничего не изменилось, духовно они стали ближе.       — Я буду скучать по этому месту, — вздохнула волшебница, почувствовав, как Драко обнял ее сзади.       — Я тоже, — усмехнулся блондин. — Но мы всегда можем вернуться сюда в следующий раз. Может, даже взять с собой наших друзей…       — Это ты так хочешь сказать, что не против сделать наши отношения не тайными? — улыбнулась Грейнджер.       — Ну, теперь все официально, так что, почему нет? — лениво протянул Малфой, начиная осыпать ее шею нежными поцелуями. — Пойдем со мной, — искушающе прошептал он.       Гермиона не стала интересоваться, куда, просто приняла его ладонь и пошла. Драко привел ее на пляж, где они полностью разделись и зашли в воду. Грейнджер немного неуютно себя чувствовала сначала, пусть она и знала, что территория частная и скрыта от маглов. Но мягкие губы парня и горячее тело, контрастирующее с теплой водой, быстро заставили ее забыть обо всем.       С Драко она вообще перестала переживать о многих вещах, он заставлял ее видеть и ощущать больше, научил чаще выбирать себя, стать свободнее внутренне. Гермиона очень ценила его за то, как легко с ним было. Конечно, за этот месяц с небольшим их отношений у них случались разногласия и даже ссоры, но каждый раз это позволяло им узнать друг друга лучше.       Грейнджер впервые до слез расстраивалась и впервые боялась потерять парня, и также впервые узнала, что даже будучи неправым или виноватым в ссоре, Малфой всегда извинялся первым. Гермиона привыкла, что Рон в такие моменты упирался рогом и стоял на своем, до тех пор, пока она не сдавалась или кто-то (в лице Молли, Джинни или Гарри) не заставлял его прекратить. От тех ссор всегда оставался неприятный осадок, они напоминали о прошлом, но в то же время девушка знала, что Уизли никуда не денется. Даже ссорясь, они всегда крутились в одном общем кругу друзей и знали, что в итоге помирятся.       С Драко был огромный страх все потерять, с ним Гермиона научилась тоже идти на компромиссы. Малфой хоть и извинялся первым, вины своей никогда не признавал, и ей впервые в жизни пришлось научиться отпускать ситуацию и признавать, что в их ссорах не будет тех кто выиграл или проиграл. Как сказал не так давно Драко, «неважно, что поссорились, это не причина, чтобы расходиться по разным комнатам и обидчиво надувать щеки, ожидая первого шага от другого. Можно молчать, дуться, даже злиться, но делать это вместе. Я всегда отвечу на твое сообщение, даже если ты выбесишь меня настолько, что я захочу тебя придушить».       — О чем задумалась? — хрипло прошептал парень, разворачивая ее к себе лицом.       — О том, насколько ты хорош, — Гермиона подняла взгляд, рассматривая его в свете полной луны и отблесков фонарей за небольшим пляжем.       — И насколько? — усмехнулся Драко, подхватывая ее так, чтобы она держалась за его талию ногами. Вода брала на себя основной вес, и от этого все стало куда проще.       — Выходит, что очень, очень хорош, — соблазнительно протянула ведьма и слегка опустилась, чувствуя под собой твердый и наряженный член.       — Рад это слышать, — шепнул Малфой, беря за бедра и насаживая ее на свою длину.       Гермиона выгнулась и издала низкий стон, совпавший с выдохом парня. Он управлял ею, медленными движениями отправляя за грань, пока ласкал ее грудь губами, а казавшаяся теперь прохладной вода охлаждала ее пылающую кожу. Грейнджер откинула голову назад, разглядывая множество ярких звезд на небе, пока ее не накрыл мощный оргазм. Спустя несколько толчков хриплый полустон послышался от Драко, и она обняла его, прижимаясь ближе и чувствуя, как его член все еще пульсирует внутри нее.       Малфой нежно потянул ее за мокрые волосы и, когда она подняла голову с его плеча, поцеловал, одновременно с этим аккуратно снимая с члена. Из-за контраста температур стало остро заметно, как из нее вытекает сперма, но Гермиона самозабвенно отвечала парню, хотя раньше никогда не решилась бы сделать это в воде и тем более портить ее какими-либо телесными жидкостями.       Грейнджер оказалась в своей квартире утром субботы. Они с Драко договорились встретиться после обеда, а пока разобрать накопившиеся повседневные дела. Гермиона разложила вещи, проверила стопку писем. Читая возмущения своих друзей о ее внезапном отъезде, ведьма широко улыбалась. Спустя несколько минут она написала им короткие записки с оповещением о возвращении и открыла камин. Конечно же Поттеры мгновенно оказались в ее квартире.       Гарри первым делом мягко отчитал, сказав, что нельзя вот так вот уезжать без предупреждения неизвестно куда и непонятно с кем. Грейнджер обняла друга и с усмешкой произнесла:       — Ты ведь давно выяснил, куда и с кем, так чего кричишь? Я знала, что для великого Гарри Поттера это не проблема.       — Фу, ты заразилась его вредностью, — притворно сморщился парень, но потом все же отпустил ее.       Гермиона рассмеялась и пошла на кухню ставить чайник. Джинни с блестящими от любопытства глазами нетерпеливо дергала ногой, ожидая подробностей.       — Только кроме чая, кажется, и нет ничего, — протянула Грейнджер, рассматривая пустой холодильник.       — Свет в твоем районе отключали, я приходил и все выкинул, чтобы не тухло, — проворчал Поттер.       — Спасибо, — задумчиво произнесла ведьма. — Заказать, что ли, продукты?       Звонок в дверь и курьер решили ее проблему. Через минуту девушка уже затаскивала на кухню пакеты.       — Это откуда? — удивилась Джинни.       — Судя по записке, от Драко, — ответила Гермиона. Она немного поджала губы, но потом с улыбкой посмотрела на друзей. — Мы собирались встретиться после обеда, но у него какое-то дело наметилось, так что я свободна до вечера. Есть идеи, чем заняться?       — Ого, а у вас прогресс, как я посмотрю, — хитро протянула Джинни. — Ставлю все, что хочешь, на то, что вы уже потрахались.       — Ой, фуу, — скривился Гарри, но Грейнджер заметила, что ему тоже интересно, насколько серьезны ее отношения с блондином.       — Мы с некоторых пор встречаемся, как думаешь, потрахались мы? — слегка ехидно сказала ведьма, наблюдая за шоком на лицах друзей.       Конечно, ведь раньше она никогда не говорила на тему секса, не употребляла таких пошлых выражений еще и так открыто. Гермиона рассмеялась и развернулась, начиная сооружать бутерброды.       — И что он с ней сделал? — негромко пробурчал Поттер жене.       — Ну не знаю, по-моему, она счастлива — ответила ему Джинни.       — Так и есть, — все еще улыбаясь, произнесла Гермиона, выставляя тарелку и чашки перед гостями.       — Ой, точно! Сегодня же Джордж открывает новый магазин! Пока на открытии будут только свои и несколько приглашенных гостей, а также Забини. Помнишь его? Он, оказывается, вложился в одну разработку, которая обещает стать невероятно популярной! — с азартом рассказала миссис Поттер.       — Говоришь, Забини… — прищурилась Грейнджер. — Ааа, вот, значит, куда друг позвал его, — усмехнулась она. — Кажется, Драко об этом не знает. Когда, говоришь, открытие? — коварно протянула ведьма.       — Через два часа…       — Давайте встретимся там. Мне нужно собраться, — покивала сама себе девушка и расчетливо улыбнулась, направляясь в комнату.       — Кажется, он разбудил ее темную сторону, — пробормотал Гарри.       — Вот это даа… — удивленно произнесла Джинни, которая никогда не видела подругу такой.       Еще больше миссис Поттер изумилась, когда встретила Гермиону среди гостей брата. На ней было короткое платье с вырезом на грани приличия и высокие каблуки. Абсолютно все мужчины, кроме разве что ее мужа, пялились на героиню войны, не скрываясь. Она никогда не показывалась на людях в таких сексуальных нарядах, обычно это были элегантность и скромность.       Людей было много, но Гермиона не спешила идти туда, где стояли два всем известных слизеринца. Волшебница общалась с друзьями, которых давно не видела, и периодически усмехалась, когда Малфой, прилагая невероятные усилия, избегал цепких ручек всяких особ. Это было даже почти комично, как он перекидывал стрелки на Блейза и выдвигал его вперед себя, раздраженно морщась за спиной друга. Тот тоже ухмылялся, но помогал. Гарри развлекался, как и Гермиона, наблюдая за этим.       Безрадостно бурчал только Рон, явно недовольный увидеть здесь этого блондина. За последнее время многое произошло, в том числе и в его личной жизни, и он практически отпустил свою ревность к Гермионе, но все еще не хотел мириться с ее странным выбором. Они с Гермионой впервые за долгое время поговорили и все окончательно прояснили, выйдя к остальным уже окончательно друзьями.       — Напомни мне еще раз, что я тут делаю? — вздохнул Драко, с ужасом замечая огромное количество бывших гриффиндорцев на квадратный метр.       — Я же говорил, что вложился в один проект. Вот увидишь, от него будет хорошая прибыль, — усмехнулся Забини. — А не сказал, куда идем, потому что знал твою реакцию, но и быть тут один не хотел. Забудь о Золотом Трио и лучше расскажи мне наконец, кто твоя новая девушка? Насколько я помню, ни одну ты не возил на отдых, еще и на свою виллу, — с любопытством спросил Блейз.       — Скоро и так все узнаешь. Я буду молчать, как ты, когда тащил меня сюда, — проворчал блондин, глядя, как к ним приближается Джордж Уизли.       — Привет, Малфой, Блейз, рад видеть вас тут, — широко улыбаясь, произнес рыжий, пожимая им руки. — Как вам? Один из новых образцов. Растягиваются на два метра, но без спецключа не расстегнуть, — Уизли показал наручники.       — Это что, для парочек? — поинтересовался Забини.       — Или для шуток над возможной парочкой. О, хотите попробовать? — с этими словами он застегнул один ободок на запястье Малфоя. — Второй сейчас выберет рандомного человека.       Драко в шоке смотрел, как кольцо наручника исчезает в толпе, а потом появляется и натягивается нить, таща к нему кого-то. Джордж стоял так, что толком было не видно, кого притянет.       — Черт. Ты хоть знаешь, что только что обеспечил себе два трупа на открытии? — напряженно произнес Малфой.       — Да не бойся, ключи ведь у меня, — усмехнулся Уизли, и Драко быстрым движением выхватил их.       — Тебе легко говорить. Если на том конце окажется одна из тех, кто ко мне прилипнуть тут пытался, моя девушка убьет сначала меня, а потом и ту несчастную, которую сейчас сюда притянет, — процедил блондин и приготовился, но вдруг шокированно застыл.       Перед парнями показалась разозленная Грейнджер в таком платье, что возбуждение резко начало подниматься в нем, мешая трезво мыслить. Драко тут же окинул окружающих взглядом, и ревность охладила его пыл, дико зля: на нее пялились абсолютно все мужчины! Разве что Поттер ухмылялся.       — Джордж Уизли! Ты немедленно прекратишь это и снимешь с меня эту штуку! — прорычала гриффиндорка, пока не видя блондина за Уизли.       — Ого! А ты все такая же дикая, Грейнджер, — шутливо произнес Блейз, и ведьма наконец обратила на них внимание.       Ее взгляд переместился на Драко и там и застыл. Это была ее привычная реакция на него, но сейчас что-то в его взгляде заставило ее трусики намокнуть еще сильнее. То, как он прищуренно осмотрел ее платье, особенно отметив длину выше середины бедра, шпильки и вырез декольте. Потом парень посмотрел ей в глаза, и Гермиона моргнула.       — Ты знала, что я тут буду, не так ли? — с легкой угрозой спросил блондин.       Грейнджер хитро усмехнулась и дернула своим наручником, подходя чуть ближе.       — Лучше бы так оно и было, — произнес Малфой, а потом быстро обвил веревку вокруг девушки, связывая, и закрепил второй наручник на ее свободной руке.       — Как ты?.. — удивилась ведьма, ничуть не сопротивляясь и не паникуя.       Драко с усмешкой показал ключи и убрал их в карман.       — Сколько еще будет фуршет? — спросил он у Джорджа, который, как и все вокруг, ничего не понимал и безмолвно наблюдал за происходящим.       — Часа два… Подожди, вы…       — Вернемся через… хмм, час, — Малфой подхватил Гермиону и понес в сторону камина.       — Ты куда меня потащил? — возмутилась ведьма с широкой улыбкой на лице и взвизгнула, когда он немного подкинул ее, чтобы ей было удобнее. — Драко! Отпусти!       — Ты знала, на что шла, когда так одевалась, Грейнджер, — прорычал блондин, осторожно заходя с ней в камин и исчезая.       — Молодец, братец, сделал ему одолжение, — пробурчал Рон, подходя к шокированному Джорджу.       — С ней же все в порядке будет? — растерянно спросил тот, глядя почему-то на Блейза, но тот и сам стоял с открытым ртом и распахнутыми глазами.       — Не волнуйся, — усмехнулся подошедший Поттер и похлопал старшего Уизли по плечу. — Там все давно и взаимно.       — Не могу поверить, — пробормотал Забини. — И когда это все… началось? Кажется, только вы трое и знали, да? — огляделся Блейз, отмечая рассеянные и шокированные лица в толпе гостей.       В это время Драко немного резко сбросил свою девушку на диван, скинул пиджак и забрался следом, поднимая ее бедра к себе и одновременно с этим нажимая на голову, чтобы лежала щекой на мягкой обивке. Он склонился над ней, позволяя ягодицами почувствовать свое возбуждение, и рыкнул:       — Этого ты добивалась, да? Хотела вывести меня из себя, заставить ревновать, понимая, что все мужчины сегодня видели тебя и хотели тебя трахнуть.       Драко прикусил ее ухо, заставив зашипеть и дернуться, и грубо задрал платье на талию, шлепая по заднице.       — Хотела, чтобы я отымел тебя? Может быть, даже жестко? — прохрипел блондин, разрывая стринги, помутившие его разум окончательно. Она ходила там так, почти раздетая, пока он и не догадывался о том, что она рядом. — Ммм, черт, да тебе действительно нравится, — выдохнул он, вставляя пальцы во влагалище, полное смазки.       — Да! — вскрикнула ведьма, насаживаясь на них, желая большего. — Да, я думала… аах! Думала, как ты заталкиваешь меня в какой-нибудь угол и трахаешь там, даже не снимая одежды, пока никто не видит…. Ааааа, еще, пожалуйста, еще! — всхлипывая и умоляя, бормотала сходящая с ума от желания ведьма.       — Салазар! — рыкнул Малфой, снимая с нее веревку и оборачивая так, чтобы ее руки были связаны сзади, но на небольшом расстоянии. — Плохая девочка, — возбужденно протянул он, расстегивая ремень и приспуская брюки. — Сейчас я накажу тебя за эту выходку, Грейнджер. Помнится, когда-то ты говорила, что я могу взять тебя для своего удовольствия. Сейчас самое время передумать, у тебя есть минута на решение.       Пока он говорил, накладывал нужные заклинания и чары на ее задницу. Драко знал, что в этот раз ей не будет больно, потому что он несколько раз за последнее время брал ее в эту дырочку. Наложив заклинание смазки, Малфой приказал:       — Раздвинь ягодицы.       Гермиона не отказалась и сделала, как он сказал, а значит, тоже хочет этого. Драко приставил головку и надавил, без замедлений входя в нее. Грейнджер всхлипнула и дернулась ближе к нему, побуждая действовать.       — Сейчас я жестко отымею тебя в задницу, Гермиона, — прохрипел Малфой, склоняясь к ее лицу. — А твоим наказанием будет отсутствие любой стимуляции. Я не коснусь твоего клитора, и я не использовал специальную смазку, только обычную.       — Неет, — прохныкала ведьма.       — Будешь хорошо себя вести, и я подумаю над тем, чтобы дать тебе кончить, — пообещал Малфой. — Знаешь, как меня разозлили все те плотоядные взгляды в твою сторону?       Парень медленно двигался, пока говорил, чтобы мышцы ее немного привыкли к растяжению.       — Они все драли тебя в своих фантазиях прямо там, на фуршете. И ты не могла этого не знать. Раз так хотела, я сделаю это в реальности, — прошипел Малфой, поднимаясь и нажимая ладонью ей на лопатки, заставляя лежать кверху задом в унизительной позе подчиненного.       Гермиона ощутила новую волну возбуждения от этих мыслей и простонала. Его слова в постели всегда дополнительно заводили ее. Драко крепко сжал ее бедро и стал набирать темп, трахая все быстрее. Никакого воздействия на клитор в этот раз не было, и Гермиона жалобно простонала из-за недостаточности стимуляции. Малфой навалился сверху, и она поняла, чем различаются «трахать» и «иметь» в его представлении. Драко не щадил ее, периодически шлепая, издавая самые сексуальные звуки, засаживая с силой, так, что яйца ударялись о промежность, и это действительно оказалось жестко.       Он не беспокоился больше о том, чтобы не придавить ее, не сделать больно, когда сжимал бедра или входил. Он просто имел ее для своего удовольствия. Гермиона возбуждалась от самой мысли, что сейчас она не может пошевелиться, что вынуждена терпеть и принимать, что он наслаждается ею. Она не боялась, потому что знала: скажи она остановиться, и он немедленно это сделает. Но Грейнджер не хотела. Это было что-то такое, чего ей давно хотелось попробовать, но она стеснялась рассказать или опасалась это делать. С Драко все фантазии сбывались.       Малфой приподнялся и порвал ее платье, забираясь под обрывки ткани и сжимая ее грудь одной рукой. Другой он схватил ее за плечи и поднял, заставляя выгнуться в спине. С трудом сфокусировавшись, ведьма увидела перед собой зеркало и себя, связанную и в спадающем кусками платье.       — Ноги шире, — приказал Малфой, чьи глаза не отрывались от картины перед ним.       Грейнджер только громче простонала и повиновалась. Теперь они оба наслаждались тем, что видели. Гермиона, прикрыв веки, следила за тем, как напрягаются мышцы Драко под рубашкой, как его пальцы обхватывают ее грудь, как он рычит сквозь сомкнутые зубы, а потом откидывает голову назад, и его бедра дергаются, пока он кончает в нее. Тяжело дыша, Малфой убрал зеркало взмахом руки и отпустил ведьму, рухнувшую перед ним на диван.       Грейнджер простонала, пытаясь дотянуться до клитора связанными руками, но из-за узла веревка не могла растянуться на достаточное расстояние. Она жалобно захныкала и свернулась на боку, пытаясь посмотреть на него. По раскрасневшимся щекам текли слезы перенапряжения, которых она даже не чувствовала. Пересохшие губы прохрипели «Пожалуйста», и Малфой освободил ее, откидывая наручники. Он шлепнул по горящей заднице и снова поставил ее на колени, вставляя пальцы и начиная быстро трахать ими. Другая рука зажала клитор и периодически тянула его. Гермиона ощутила знакомое чувство, но не могла ничего сказать или сделать: только захлебнулась стоном, кончая и заливая обивку дивана. Драко держал ее трясущиеся бедра и продолжал терзать, отчего все новые и новые струи пачкали все вокруг. Когда сил не осталось даже плакать, Малфой притянул ее к себе и нежно поцеловал, растирая все покраснения и будущие синяки.       — У меня нет слов, Грейнджер, — ошеломлено прошептал он. — Ты покоряешь меня каждый гребанный раз, когда я думаю, что почти все о тебе узнал. Спасибо, что разрешила сделать это. Я знаю, что тебе понравилось, как и мне, но, пожалуй, не будем делать так слишком часто. Иначе я превращусь в повернутого на твоем подчинении маньяка, — усмехнулся он.       Гермиона хихикнула и охнула, задев отшлепанную задницу. Малфой призвал мазь и острожно ее нанес, уничтожив все следы с ее тела. Они заново оделись, сменив наряды, и вскоре были готовы выходить. Только теперь походка девушки немного изменилась, став более плавной, потому что мышцы ануса слегка тянули после такого интенсивного воздействия.       Когда они вернулись, фуршет уже перешел в вечеринку. Большинство гостей пялились на их сцепленные руки, но Малфою и Грейнджер было всё равно, они были заняты друг другом. Во время увлеченного шутливого спора их и обнаружили. Джинни Поттер ехидно окинула обоих взглядом и хитро спросила:       — А что случилось с прежним платьем?       Про костюм Драко она решила не уточнять, а вот подколоть подругу очень хотелось. Тем более, что сейчас она выглядела куда элегантнее, пусть и так же сексуально. Новое платье имело отличную длину, не слишком короткую, но и не официальную в десять сантиметров от колена, а также сложный верх, позволяющий видеть декольте лишь немного, но точно его облегающий.       — Кое-кому оно показалось возмутительным, — фыркнула Грейнджер.       — И я его порвал, — ухмыльнулся Малфой, за что получил тычок в бок.       Он деланно скривился и крепче сжал ладонь на ее бедре, спустив чуть ниже положенного.       — Ах, от вас двоих за версту несет сексом, — заявила Джинни. — Мне срочно надо найти своего мужа.       — Надеюсь, чтобы потрахаться, а не рассказывать ему подробности нашего возвращения? — с усмешкой протянул Драко, снова получив от Гермионы.       Он что-то шепнул ей прямо на ухо, отчего ведьма прикусила губу и слегка покраснела, тут же прекратив шипеть на него за пошлости вслух.       — А ты как думаешь? — поддержала высокорейтинговый разговор миссис Поттер.       — А она мне нравится, — слегка посмеялся Малфой, обращаясь к Гермионе.       — Хорошо, что ты говоришь это моей подруге, а не жене. Конкурентов я обычно убиваю, — пошутил Гарри, неожиданно присоединяясь к их компании.       Он тоже заметил смену нарядов и вопросительно выгнул бровь. Грейнджер закатила глаза и уткнулась лбом в руку Драко, скрывая румянец. Малфой издал смешок и снова ей что-то прошептал. Гермиона посмотрела на него искрящимся взглядом и улыбнулась, больше не стесняясь.       — Мои глаза болят от того, что они видят, — пробурчал Поттер.       Грейнджер посмотрела на него и вдруг показала ему язык, совершенно по-детски, что заставило их всех рассмеяться.       — Драко! Ты наконец-то вернулся! — воскликнул Блейз, наконец обнаружив друга. Он окинул парочку взглядом и хитро ухмыльнулся:       — Я прощу тебе то, что ты молчал о ней, если ты сейчас расскажешь, почему на вас другая одежда.       — Об этом уже знаешь не только ты, но и все присутствующие в этом узком кругу, — отбил его нападку Малфой.       Краем глаза он отметил, что его девушка чувствует себя неловко. Забини встал слишком близко к ней. Друг делал так всегда, если принимал человека в свою компанию, но для Грейнджер это было непривычно.       — Да что ты? — не поверил Блейз.       Драко решил два дела одним действием: он развернулся так, что Гермиона теперь была со стороны своих друзей, а сам он оказался перед лицом Забини. Малфой снова обвил рукой талию ведьмы, усмехнулся другу и спокойно сказал:       — Ее платье было возмутительным, и я его уничтожил. Костюм переодел, чтобы соответствовать новому образу девушки.       — Ну да, ну да, сделаю вид, что поверил, — протянул Блейз. — Хотя, судя по красным щекам Грейнджер, уничтожал ты его прямо на ней.       Драко закатил глаза и попросил друга заткнуться по-хорошему. Но тут уже Гермиона взяла себя в руки и произнесла:       — Именно так все и было. Порвал без возможности восстановить, а жаль, — она притворно вздохнула, старательно не обращая внимания на прищуренный взгляд и темнеющие радужки Драко. — Оно мне нравилось. Юбка только все время норовила выше задраться, но тут уж…       — Так временами она была еще короче? — в пониженном тоне Малфоя легко различались рычащие нотки.       — Ну, знаешь, когда ходила, да и наклоняться было немного неудобно, — невинно продолжала ведьма.       — Гермиона, — разворачиваясь к ней лицом, процедил блондин, окидывая диким взглядом.       — Эй, ты бы поосторожнее, а то он терпением не отличается. Порвет и это, если найдет тут свободную комнату, — с ухмылкой предостерег Блейз.       Джинни наблюдала за всем, не скрывая широкой улыбки, а Гарри был немного в шоке от того, что вытворяла его скромная ранее подруга, которая прямо сейчас провоцировала Малфоя лишь словами, причем очень действенно. Поттер широко распахнул глаза, а Забини даже присвистнул, когда оба по хитрой и довольной усмешке Гермионы поняли, что она специально это делает. Драко что-то невнятно прошипел и сжал пальцами переносицу, зажмуриваясь. Гарри показалось, что он услышал что-то вроде: «Чертова ведьма. С ума меня сведет когда-нибудь».