Часть 7

      С собрания Тосвы прошло три дня. Благо каникулы, и я все это время изучала материалы, которые могут пролить свет на предполагаемые проблемы Такемичи. И что я нашла? Ровным счетом Н-И-Х-У-Я. Наверняка в хранилищах клана было больше информации — но штудирование свитков в поисках нужного наверняка входит в раздел «Помощи», поэтому никто мне ничего не поищет и не пришлет. Ехидно помашут лапками: «Взрослая — сама разберешься». Также как и братьям в свое время. И почему я так над ними смеялась тогда? Эхххх…       Семейный ресторанчик был почти пуст, я выбрала столик в центре, где открывался хороший обзор на весь зал, и села на мягкий диван. Кушать хотелось неимоверно, поэтому заказала стейк и кофе. Я до сих пор не знала, с чего начать разговор с Такемичи, но разогнавшаяся интуиция вопила, что по какой-то причине я должна была как-то помочь этому мальчику. Вопрос в чем да как?       Ждать пришлось недолго, у входа показалась знакомая шевелюра. Я привстала и помахала рукой. — Привет, Тсубаса-сан, — плюхнулся мальчик на диван напротив. — Просто Тсубаса. — Ваш кофе, мальчики, — милая девушка поставила напротив нас чашечки с ароматным, дымящимся напитком и бабочкой упорхнула прочь. — Угощаю, надеюсь, любишь. Это капучино. — С-с-спасибо, — спешно отпил кофе парень, — Ты… хотел поговорить. — Да. Разговор. Хмм… начнем с вопроса. Ты случайно не болеешь? — Что? — искренне удивился парень, — Я полностью здоров! — У тебя бывают провалы в памяти? Знаешь, как если бы ты не помнил сегодня, что делал вчера? Или с тобой здоровались бы люди. Они тебя знают, а ты их нет? — я наблюдала за парнем. Он то краснел, то бледнел, глазки хаотично бегали. Он определенно знал, о чем я говорила. Или догадывался. — Но почему? Нет такого! — Пиздишь, — резко отрезала я, — Недавно я увидел тебя на улице, подошел. Но ты меня не помнил. Вел себя совсем не как обычно. Я имею в виду как вчера, например. Признаюсь честно, я подумал, что ты болеешь, поэтому за тобой следил. Разница между тобой сегодня и вчера, и еще неделю назад огромная. Выкладывай, Такемичи. — И… зачем это тебе? Я сам решу свои проблемы. — Так получилось, что ты на моей орбите сейчас. Проблемы у тебя — это проблемы у меня. Так уж получилось. Хочешь, я сам тебя к психиатру и невропатологу отведу? Проблемы с памятью — это очень серьезно. Тебе постоянно по башке стучат — может от этого опухоль какая образовалась, не знаю. — Думаешь, это от ударов? — Я не врач, я только предполагаю, — по крайней мере, я очень надеюсь, что проблема этого парня на физическом плане, но я очень в этом сомневалась. Я точно не будущий лекарь, чтобы болячки выявлять и лечить. Но… я должна была это исключить, — Но знаешь, у меня есть ощущение, что ты сам прекрасно понимаешь, что именно с тобой происходит. Так ведь?       Парень закусил губу и судорожно вздохнул. — Я… не могу, это секрет. Я должен сам со всем справится и спасти… — мигом заткнулся парень. — Кого? — тут же оживилась я. — Маму, папу… нет, не то, да? Хинату? — глаза мальчика округлились, с такой мимикой в разведчики точно не берут. Мигом всех и вся спалит с потрохами, — Можем угадывать и дальше… или сделаем проще, и ты расскажешь все сам? — Кто ты такой? — с вызовом посмотрел он на меня. Наконец начал проявлять характер. — Тсубаса, — улыбнулась я, — Давай так. Встретимся через пару дней, а за это время ты соберешься с мыслями. В чем твой секрет я рано или поздно пойму. Вопрос в том, будем ли мы терять время зазря, или я могу попытаться тебе помочь. — Вообще ни хуя не понимаю, — буркнул Такемичи, — Хорошо, я подумаю. Я думал, ты хороший парень, но ты какой-то стремный. — Я тебя испугал? — Хер знает… — почесал он затылок, — В последнее время слишком много всего произошло. — Поэтому я и хочу, чтобы у тебя было время выдохнуть. — С-спасибо, — склонился парень, положив лоб на стол, — Все стало очень сложно. Но у меня есть шанс все изменить… да, скажу тебе позже. — Йо! Такемичи, Тсубаса! — рядом материализовался Майки, за ним вышагивал Дракен. — Кенчик, сюда! — радостно кивнул парень на наш стол. — Оуу, а вы что здесь делаете? — проговорил Дракен. Мне как раз ставили стейк на стол, и я кивнула на него. — Детский обед и коктейль! — радостно воскликнул официантке Майки, садясь со мной рядом. — Мы вас немного стесним, — зевнул Дракен, подвинув Такемичи влево. — Вы кушаете детский обед, Майки-сан? — удивился Такемичи. — О да, там же флажочки! — надул парень щеки, предвкушая вкусняшку, совсем как избалованный ребеночек. Прелесть да и только. — Знаешь, тебя напрокат в качестве дитя сдавать можно. Ну знаешь, одиноким женщинам, которые очень хотят ребенка. — Чтоб еще больше его хотели? — оживился Майки. — Скорее наоборот. Чтобы поняли, что в комплект с милыми щечками идет тонна эгоизма помешенная на постоянный скулеж. — Тсубаса… — устало проговорил Дракен, — Ну сколько можно? — Стебать всех окружающих? Примерно бесконечно! Или мне полагается наказание в виде прилюдной порки лопушком? — Да ладно тебе, Кенчик, — милостиво улыбнулся Майки, — Мне даже нравится. Тсубаса сам как дите, вечно МОЕГО внимания требует, вот и пакостничает. Да, малыш? — тыкнул он меня по лбу пальцем и стащил с вилки мясо, — Вкусно кстати, — я ему молча протянула вторую вилку, и мы как стервятники набросились на аппетитный кусок говядины перед нами. — Конечно, папочка. Все ради твоего божественного внимания, — Дракен закатил глаза, но улыбнулся. — Вот видишь, Кенчик, — побил Манджи кулаком себя в грудь. — А вы хорошо ладите, да? — удивленно пробормотал Такемичи и с немалым интересом посмотрел на меня. Тем временем я даже и не заметила, как мяско закончилось, а последний кусочек исчез в бесконечной глотке Майки. — Ваш детский обед, — улыбчивая официантка поставила перед парнем еду. Тот сначала обрадовался, но тут же улыбка спала. — Эйй, — рыкнул он так, что я подпрыгнула на месте, — А где флажок? — тыкнул он на блюдо. — Они закончились, — пискнула девушка. — Да я только ради флажочка обед и покупаю! — надул парень щеки. Ей-богу, он сейчас заплачет. Дракен тяжело вздохнул, вытащил что-то из куртки и воткнул в сосиску. — Флажок! — мигом забыл обиду Майки и набросился на еду. Святая простота, блин. — Ого, а ты еще инструкцию по обращению с Майки не написал? Такие мелочи вроде бы… — Это моя работа как зам командира — замечать и знать каждую мелочь о Майки. — Вот как? А ты крут! Сложная работа знать другого человека лучше, чем самого себя. — Не для эгоистов, да, Тсубаса-кун? — хмыкнул Дракен. Шпилька адресована лично мне. — Ну почему же, это тоже своего рода эгоизм, ну да ладно. А флаг-то боливийский, — стрельнула я взглядом на Манджи и его тарелку со стремительно исчезающей едой. — Боливийский? Это что? Страна такая? — вопросил Такемичи. — Угу. В Южной Америке находится. Моя мама наполовину боливийка, — в Боливии потрясающие традиции, связанные с магией и мистикой. Причем оммеджи там от простого люда не скрывают от слова совсем. Зелья и даже заклинания продаются открыто. Только Боливия и еще несколько стран в Африке остаются настолько… свободными для нас. Оммеджи в таких местах почитают и бояться. Чуть не на руках носят и боятся похлеще мора и болезни. — Так у тебя натуральные волосы? Из-за этого? — удивился Дракен. — Не совсем, еще мама наполовину норвежка. Я от нее больше именно эту кровь унаследовал. А вот старшие братья, я основном, в папу пошли. — У тебя есть братья, Тсубаса-кун? — расширил глаза Майки. — Угу. Трое старших. — Охренеть, так много! — Дракен удивленно поднял бровь. — Родных людей, Кенчик, много не бывает. — Скучаешь? — Еще бы. Очень хочется поныть и пожаловаться на жизнь. И чтоб за ушком почесали, побросали в воздух как малое дите и что-нибудь вкусненькое приготовили. Или не очень вкусненькое, я все равно съем, — вздохнула я тяжело. — И когда домой? — я была благодарна Кенчику, что он не спросил, почему я вообще здесь. Но и на этот вопрос ответить было сложно. — Это семейной дело. Как только все утрясется — я вернусь. А когда… это может быть завтра, а может через несколько лет, — я вперила взгляд в Такемичи, стараясь транслировать намек. Он опустил глаза и упрямо вскинул голову, легонько, неуверенно кивая. Я конечно облажалась при разговоре с ним, но вроде все не так плохо. — Тсубаса-кун такой загадочный, — улыбнулся Майки, вытирая рот. Тарелка перед ним была девственно чиста. Вылизывал ее что ли? — Но я его понимаю, родня — это круто, — Парень зевнул и рухнул головой ко мне на колени, мгновенно уснув. — Энерджайзер сдох. Ээээ… и чо мне с этим делать? — тыкнула я его в щечку, — Божечки, на ощупь это прямо как грибочек, или оладушек! — Черт! Можно не засыпать прямо после обеда? Тсубаса! Прекращай лапать Майки! — прошипел Дракен. — Не могу остановиться, — щекотала я эту потрясающую щечку, — Я… это, детей люблю. Они точно также щечки надувают. Ути-пуси-пуси! — Дракен залепил себе смачный фейспалм, подошел к нам и привычно закинул Майки к себе за спину. — Вы двое, давайте с нами… думаю, вам тоже полезно будет, — вышли мы из ресторана. — И куда мы идем, Дракен-кун? — улыбался Такемичи. — В больницу. — Неужели… — мигом посерьезнела я и внутренне содрогнулась. — Да, это будет не слишком приятно, — по-доброму взлохматил Дракен мои волосы.

***

— Кто это? — проговорил Майки, растягивая слова. — Девушка лучшего друга Па, — за стеклом лежала девочка, вся в синяках. Дышит через маску, грудь мерно вздымается, но… я видела больше, чем другие. Слезы подступали к глазам. Аура ужаса и страха, дикой боли окутывала палату. Душа превратилась в тень, ее больше не было в теле, она не теплилась в сердце. Забилась в угол и плакала, плакала, плакала, моля об освобождении. Будь я лекарем — возможно могла бы и помочь. Но я не лекарь, а услуги инициированных лекарей-оммеджи стоят огромных денег, родителям девочки точно не по карману. Мы за такие вещи за дешево не беремся, чтобы не возникало лишнего спроса. Как бы цинично это не звучало. Я смотрела на несчастную тень, мне было жаль ее, но одновременно я осознавала жуткую правильность произошедшего. Того, что некоторые называют судьбой. Девочка не поправится. Я понимала это. Она сама не хотела поправляться.       Я слышала, как Дракен перечисляет травмы девочки, но какой же фигней они казались по сравнению с тем, что я видела. — Психика, Дракен, — тихо пробормотала я, — Не факт, что она сможет восстановится. Пофиг, что ребенку нос сломали или еще что… если она не сможет жить с этим — все остальное бессмысленно. Сколько там насильников было? Штук двадцать? — Н-н-наверное. Ты к чему? — К тому, что девочке жизнь сломали. Переступили через нее, поломанную, и пошли дальше, усмехаясь. Но самое хуевое в этом то, что как бы мы не мстили — мы этим ничего не исправим. Сделаем себе лучше. Но явно не ей. Для девочки все, возможно, закончилось там, на парковке… или где оно все произошло. Мне страшно от того, что сейчас происходит с ее близкими. И что произойдет дальше. — Ты прав, — тихо проговорил Кенчик. Майки с Такемичи молчали, странно поглядывая на меня. — Какой-то ты больно негативный, — натянуто улыбнулся Майки и потрепал меня по волосам, — Неизвестно, что еще в будущем произойдет. Не разводи негатив заранее. — Эй, зачем вы сюда пришли? — прямо на нас шел полный мужчина в очках, за ним — женщина. Душа девочки в углу палаты отреагировала на них и завыла, отчетливо произнося «мама», «папа», — Не показывайтесь моей дочери с такими безразличными лицами. Проваливайте!       Мы как по команде выстроились перед родителями и согнулись в поклоне. Майки это сделал добровольно-принудительно с помощью Кенчика. Правда, долго не сопротивлялся. Отец девушки орал на нас минут пятнадцать, возражать хоть что-то совсем не хотелось. Только Майки что-то брыкался, но я его и не слушала, погруженная в собственные мысли.

***

      Выходили из больницы молча. — Мы сразимся с Мебиусами. Только мы можем «прибраться» в нашем мире. У всех членов Свастонов есть близкие и друзья. Они не должны быть впутаны в разборки. Главное иметь сердце, беспокоящиеся за других. — Кенчик добрый. Извини… — пробормотал Майки, — Хорошо, что ты со мной рядом.       Мы с Такемичи переглянулись и улыбнулись. Наверное, мы думали об одном. Попрощались с ребятами и зашли в кафе попить чаю и кофе. — Извини, я был слишком напорист наверное. Ты испугался? — Да ничего, — замотал Такемичи руками, — в последнее время много чего произошло. Как думаешь, что будет с девочкой? — я неприятно поморщилась, исход был слишком очевидным. Но я решила немного раскрыться сама, чтобы и Такемичи раскрылся в ответ. Страшно, никогда не показывала себе настоящую перед другими. Я имею в виду, свою суть. — Ее личность разрушена. Ее психика разрушена. Даже если она проснется — то самоубийство, уверен на 100%. Но она не проснется, больше не хочет находится здесь. И, откровенно говоря, чем раньше это произойдет, тем лучше. Для нее. Душе вне ауры тела опасно находится в этом мире. — Почти не понял тебя. Вне тела? Откуда ты все это знаешь? Что? — он явно рассчитывал на другой ответ. — Все потому, что я оммедзи, Такемичи. Именно поэтому я вижу, как с этой девочкой, что с тобой что-то не так. И возможно, именно тебя я должен был встретить, чтобы помочь, — я видела, как удивленно поползли брови парня вверх. Неверие сменилось радостью и даже облегчением. — Я… пока не понимаю ничего почти. Я думал, что оммедзи существуют только в манге… Но если ты оммедзи, — снова этот волевой взгляд, — то я хочу, чтобы ты помог мне спасти Хинату! Но сначала — спасти Дракена!