Часть 21

      Звуки казались какими-то сплющенными. То далекими, то слишком близкими, прилипающими к телу неприятными, раздражающими вибрациями. Звуки отдавались в голове, мучали, кружили. Что-то липкое ползло по щеке… металлический запах крови ударил в нос. Неслабо Майки мне врезал, хорошо хоть не прямо в висок.       Я слышала, как десятки голосов что-то кричали, отчетливо слышалось «Майки!», голос Такемучи гремел в ушах, пищал и будто шевелился словно уж на сковороде. Неприятно, больно… Тсубаса, хватит в страдашки играть, не до этого сейчас! Пострадаешь позже, под теплым пледом и с кружкой какао, предварительно употребив в себя настои Нобу. Соберись, тряпка!       Я со стоном перевернулась на бок и открыла один глаз. Прямо в него смотрело огненное око Хибы. Я вскрикнула от неожиданности и застонала. — Не боись, все с тобой хорошо. Сотрясение только, — проворчал кот. Я поднесла руку к ранке на голове, промокнула кровь и понюхала, увидев сидящего на коленях Майки, под его ногами лежал Казутора. Оба в полном отрубе. — Манджиро! — Я тут же подскочила к парню, судорожно проверяя пульс. — Да жив он, только ранен сильно. Зря ты подставилась. И совершенно бесполезно. Майки как увидел, что сделал — подхватил и аккуратно положил тебя на землю — и все равно Казутору ушатал. С одного удара. А потом сам вырубился. Ты лучше вниз посмотри!       Я посмотрела вниз и ахнула. Целая лавина вальхалловцев надвигалась на нас одной волной. Ее еле сдерживали наши, но их было слишком мало. И каждый второй кричал «Майки!». Они хотели… — Вот уебки! — рыкнула я, готовясь к защите. Рано или поздно они до нас доберутся. А Манджиро, он вроде не должен скоро прийти в себя, да и Казутору затоптать могут с таким-то пламенным энтузиазмом. Я боялась думать о том, что они хотят сделать с Майки… так толпой и убить могут, а наши ребята далеко, хоть и пытаются отчаянно драться и прорваться к первым рядам. — Молодец, девочка! Но я бы на твоем месте миндальничать не стал. Используй способности, они не поймут, что случилось. Вокруг слишком много хаоса! — Я… хочу попробовать использовать Бьякко. — Плохая идея. Используй Сузаку… — Сузу… но… — Сузаку огненная птица. У него очень мощная энергетика, но своими прикосновениями, если я не смогу их контролировать… то в пылу боя могу обжечь, а скорее, прожечь. Буквально. До кости. Было уже такое. Плавали. — Первое, частично в своем пламени Сузаку исцелит твое сотрясение и остановит кровь. Второе, его пламя комплиментарно моему, а значит мы сможем лучше работать вместе, а слияние будет длиться гораздо большее время. В третьих, он один из самых легких, быстрых екаев из твоего арсенала. Почти полубог… — наставительно проговорил Хибана, и откуда он столько знает? — Хорошо, — выдохнула я, слегка тронув бусину на энергетическом браслете. Громкий, неслышимый для других крик раздался в небесах. Огромные, зеленые глаза приблизились прямо к мне, и моя лапка уперлась в пламенный, твердый клюв. — Я скучал по Вам, принцесса, Хибана, — кивнул он коту, тот пожал плечиками. — Подозрительно… — Аватары Сузаку существуют вне времени и пространства, оджо, — и действительно. Ёкаев под именем Сузаку несколько, они всего лишь представляют своего Бога, но сам существует во все времена, и одновременно не существует нигде… но это лирика. Они… идут!       Огонь расползался по всему телу, исцеляя ауру и тело. Неожиданно легко, неожиданно спокойно и хорошо. Я резко придвинула Майки к себе, вливая огонь в его ауру. Старалась не думать о том, что будет, если его проклятие вновь проснется после такой-то подпитки. От проклятия веяло холодом бездны, вряд ли энергия Сузу будет хоть как-то служить питательной средой для этого проклятия. Оно слишком… родилось на смерти, на смерти и ужасе паразитирует и дальше. Рваное дыхание Майки поменялось. Стало спокойным, лицо разгладилось, на нем ни тени злости. Я улыбнулась, вот бы его лицо всегда было таким.       Только потянулась к Казуторе — как несколько вальхалловцев прыгнули прямо на меня. И откуда они взялись! Дура! Я слишком увлеклась. Я скользнула вперед, расставив руки вперед. Разнесу к херам собачьим! Но членовредительством заниматься мне не дали. Между нами скользнуло двое и пригвоздило парней к земле.       Кисаки мельком на меня обернулся и слегка кивнул: — Отдохни пока. — Что… ты здесь делаешь? — растерянно пролепетала я.       Кисаки не удостоил меня ответом, повернулся к толпе, вытянувшим шеи. — Я командир шестого отряда, Кисаки Тетта. Наш отряд берет защиту над лидером! — дружный победный рев откуда-то снизу. Ну да похер, даже если этот гавнюк преследует свои цели. Пока полезен… — Хиба, не своди глаз с этого парня и его подчиненных. — Понял, — серьезно кивнул кот и сел рядом.       Я же уселась рядом с Манджиро, из рюкзака доставая бутылку воды, бинты и тряпочку. Боже! У него же по всей голове кровь, но вроде совсем свежей нет. Я аккуратно оттирала кровь, тщательно ощупывая голову. Его так сильно били, что я боялась почувствовать какие-либо деформации в черепе. Я знала, как оказывать первую помощь при многих ситуациях, и даже немного знала, как лечить травмы. Но… только не травмы и повреждения мозга. Шаг вправо-влево — готовый инсульт, и даже юный возраст не спасет. Энергетическое целительство чаще всего эффективнее обычного лечения, но это удел избранных. С особой энергетикой, со специфичным характером… которыми я, увы, не обладала. Мой предел — первая помощь… но… я ощупала голову Майки энергетическими импульсами и облегченно выдохнула. Череп цел, признаков серьезных ненормальных процессов нет. У парня череп как у динозавра, мозг наверняка такой же, размером с тайяки! И по форме похож. Рыбка тупая! Я облегченно выдохнула… и начала перевязку. — Не знал, что ты умеешь. Думал, твой предел — пиздеть как дышать, — обернулся Кисаки, — Продолжай дальше. Лидер должен быть в форме. — Лидер сам определит, должен быть в форме или нет. Не зарывайся, Кисаки. Не смей решать за него, — устало проговорила я, аккуратно наматывая бинты на голову Майки. — С такими волосами ты еще больше на бабу похож. — С таким выражением лица — ты будто кило говна на завтрак сожрал, — обменялись мы любезностями. — Сученыш! — выплюнул он и отвернулся.       Мелькнула тень, одарив меня на секунду ярким, сильным взглядом. Сверкнул а лучах солнца металл — Кисаки и сделать ничего не успел, как на него обрушилась арматура, направляемая Баджи. — Баджи! — улыбнулась я. — И все-таки он прав. Тсубаса, ты слишком похож на девчонку! — положил он металлическую трубу на плечо. — Баджи уебал Кисаки! — раздался радостный вопль Ханмы. — Кисакииии… буду хуярить тебя до тех пор, пока вдуплять не перестанешь! — Харе, Баджи! — заорал Дракен. — Мы вернем тебя назад! — закричал Мицуя.       Я отвлеклась на парня, а когда повернулась к Кейске — друган Кисаки взял того за шиворот и швырнул на несколько метров вниз. Баджи с грохотом рухнул на капот машины где-то внизу. Тот прогнулся под его весом, оставляя вмятину. — Должно быть больно… — прошептала я. Мне очень хотелось помочь, но я боялась оставить Майки. Тем более… когда совсем рядом валялся Казутора.       Кисаки тем временем поднялся и, обращаясь к своему приятелю, злобно-мерзко проговорил: — Смердит мухами. Пора их прихлопнуть, — мне очень не понравились эти слова, выражение его лица — еще больше. Я обернулась — и похолодела. Майки все еще пребывал в царстве Морфея, а вот тушка Казуторы растворилась в никуда. — Блять! — выругался Хиба, — Отвлекся на Кисаки — Не важно, ищи его, — судорожно рыскала я глазами, но безумной черно-желтой макушки не находила. Слишком много людей, энергетика толпы перетекала и сливалась. Блять! Краем глаза я заметила, как дерутся Баджи, Такемучи и Чифую. Все, абсолютно все шло в какую-то жопу! И я не строила иллюзий относительно того, в каком состоянии проснется Майки. Черт тебя дери! — Умри, Баджи… — я еле услышала эту фразу. Посмотрела вниз — и остолбенела, тело мигом покрылось холодным потом. Казутора, улыбаясь, воткнул нож в Баджи со спины. В районе почек… Почки… если меньше одного сантиметра в орган — не так страшно, точно смогу остановить кровотечение. Если нет… мамочки, просто не знаю! — Успокойся, ты так ему не поможешь. Ищи возможность и… возьми себя в руки. Оммеджи ты, принятая Сузаку… или нет? — прошептал Сузу. — П-п-прости, — не могла унять я дрожь и почувствовала, как в сердце вливается горячая, обжигающая энергия.       Ребята продолжали выяснять отношения, Казу снова среди них не было. Да что за неуловимая херовина, а? Сделал дерьмо — и смотался! А Баджи стремительно ринулся наверх, приближаясь к нам. — Шах и мат! — я повернула голову. Баджи вытянул вперед руку с арматурой, наставляя ее на дрожащего Кисаки. Чуть шатнулся, выхаркивая кровь, и внезапно упал на колени. — Черт! Вот на сколько меня хватило? — Баджи! — закричала я, подскакивая к другу и кладя его голову к себе на плечо. — Тсубаса… — Харе глазеть, дебил! — рыкнула я Кисаки, наматывая цепь на шею парня и притягивая к себе, — Пиздуй подальше, пока я способен себя контролировать и не отсечь тебе бошку! Понял? — прошипела я, блеснув глазами, в которых отражался Сузаку. Кисаки закашлялся, я пропустила огонь по цепи. Лишь бы напугать как следует, чтобы не лез и не мешался! Расслабила хватку, позволяя уйти. На время парень обезврежен, вон как дрожит от страха. — Предатель, — зло бросил Кисаки, но послушно свалил. — Баджи! — закричал Чифую, я положила Баджи на металл, снимая рюкзак. — Тсубаса… ты должна быть с Майки, — выплюнул очередную порцию крови парень. — Не перестанешь нести херню про то, что я что-то кому-то должна — оставлю без яиц! Чиф, повернем его на бок, — парень кивнул. Задрала ему футболку. И принялась аккуратно водить рукой по ране, посылая импульсы. Скривилась… все плохо, да не очень. Главное, все сделать правильно и не налажать! — И как? — я молча достала катетер, кровь в специальном мешочке… и только сейчас заметила, что мешочек подтекает, и большая часть содержимого успела вытечь в рюкзак. Проматерилась, придется работать напрямую, — Тсубаса! — прошептал Чифую. — Помогай мне! — подсоединила я катетер к своей вене на запястье, в второй подсоединила к вене Баджи на сгибе локтя, — я теперь не смогу пользоваться левой рукой. Держи ее, пожалуйста, на весу, — попросила я, и тут же почувствовала, как Чиф поднял мою руку вверх. Кровь послушно начала капать вниз. Вытащила специальный инструмент, обтерла его от крови курткой Баджи. Инструмент поглощает энергию и на выходе использует ее для прижигания ран, для артерий и вен тоже подходит неплохо. Идеально, что именно сейчас во мне течет энергия Сузаку: огненная, сильная, целительная. Хибана был абсолютно прав, все-то он знает, гаденыш мелкий. — Что у вас? — навис над нами Дракен. — Чиф, — я раздвинула края раны расширителем, полностью игнорируя Кенчика, — пока я работаю — держи расширитель. — Но я… — хмыкнул он, указывая на то, что он держит мою руку. — Тогда Кенчик. — Но… — Раз подошел — помогай! — рявкнула я, набирая из своей вены на локте шприц крови. — У вас одна группа крови? Это поможет? — Нет и не знаю. Не мешайся! — погрузила я все внимание в рану, прижигая очередной участок и сразу омывая кровью из шприца. — Тсубаса… — попытался двинуться Баджи. Я возмущенно посмотрела на вякнувшее что-то тельце, чуть радостно не опрокинувшего Чифую с моей лапкой и кровью и, недолго думая, одним движением нанесла зубастому удар в нужную точку на шее — Кейске мгновенно вырубился. Я надеялась, что надолго. Дрыгаться тельцу сейчас не положено от слова "совсем".       Кровь… Оммеджи улучшали свою кровь с начала времен. Сначала — примитивно, с помощью браков. Далее в ход шли специальные заклинания, чары и генетические вставки. Так мы могли передать силу нашей крови детям и правнукам. А они и дальше усиливали ее, усложняли структуру, делая тело сильнее и выносливее, а энергетику мощнее. Чем оммеджи ближе к главной линии клана — тем его кровь сильнее, тем магия, заключенная в крови, действенней. Да мы даже выглядели значительно моложе своих лет. Моей прабабке под сотню — а на вид и пятидесяти не дашь, да и бегает она получше многих моих одногодок из числа обычных людей. До сих пор вот на задания ходит, да нас, зелененьких обставляет.       Кровь Великих семей особенно ценна. А кровь Миямото… за ней охотились, ее желали и вожделели. Только вот незадача. Насильный способ, даже неправильные намерения при получении крови может вызвать мучительную смерть реципиента и проклятие на голову тех, кто посмел обмануть/напугать/убить донора. Просто добровольно отданная, как я сбывала ее Соре — усилит лечение и восстановление любого заболевания, но не более. А вот то, что я делала сейчас, по идее, запрещено делать не инициированному оммеджи, то бишь мне. По сути, я передавала Баджи еще и часть силы. Но иначе… он просто не выживет. Кейске успел «захавать» уже миллилитров пятьсот, а то и более. И ему требуется еще столько же. Какой бы силой не обладала моя кровь, она не компенсировала мои неуклюжие навыки в целительстве. Но дело продвигалось. Медленно, но верно… вокруг нас собралась куча людей. Но я на них не смотрела, никого не слушала, лишь ощущала дыхание Баджи, ощущала, как моя кровь вызывала в нем изменения… и как лучики пламени почти что ласково проходятся по его телу и многострадальной почке.       Последний мазок, голова закружилась… прости, Баджи. Твои вампирские клыки послужат тебе дурным предзнаменованием. Я аккуратно перевязала его, не зашивая. Я банально этому так и не научилась. Сделаю только хуже. Более адекватным лечением пусть займутся профессионалы. Моих потуг хватит лишь до ближайшего хирурга. Впрочем, я закачала в парня столько своей крови — что не уверена уже ни в чем. Вытащила из нас обоих иглы — и тут же перевязала. Молча. Трясущимися, уставшими лапками. Тошнило. Я попыталась встать — и тут же чуть не упала, но была перехвачена на руки. Знакомый запах, приятный, вкусный, я так по нему соскучилась! И прижалась крепче к его груди. Майки ласково провел по моим волосам. — Жить будет? — задал он вопрос. И я почувствовала, как окружающие обратились вслух. — Да, но его срочно к врачу везти нужно. Я такой себе медбрат… Все закончилось? — Нет, — аккуратно переместил Майки меня с рук, посадил рядом и повернул мою голову к «полю боя», где активно переругивались и мочились друг с другом, как минимум, сотня человек во главе с Па и близнецами, скалившими зубы, и Ханму, больше похожего на потрепанного болванчика, — Сиди с Баджи и Чифую. У меня дела, — встал он. — Ккакие дела? — схватила я его за штанину. Майки посмотрел на меня как на идиота, — Если ты не заметил — моего друга ранили, чуть не убили. — Но? — Продолжаешь его защищать? — рыкнул Майки и схватил меня за волосы, наклонившись ко мне. Я снова почувствовала миазмы проклятия, и еле успела активировать защиту, — Даже и думать не хочу, что ты хочешь меня предать. — Ты идиот или как? — взревела я, вскочив на ноги, оставив в его руке клок своих волос. — Охуел орать? — прошипел он, черт, я только делаю влияние его проклятия сильнее. — Какие сладкие голубки, — промурлыкало рядом, — Майки, любо-дорого смотреть! А я и не ожидал, что ты гомик. Тсубаса-тяяян, у тебя херовый вкус. Майки не стоит того, — мы синхронно повернулись на голос. И в душе я взревела. Я бы на месте Казу была уже далеко отсюда, а этот как специально нарывается. Казутора, словно только что не пырнул своего друга, беспечно улыбался и с ехидцей смотрел на нас. Проклятье Майки получило нехилую подпитку, страшная рожа над его головой оскалилась, обнажая клыки. Она хотела, она жаждала крови. Вот чем ты питаешься, скотина! Выводишь на эмоции Майки и требуешь жертвы! Так просто я снять это не смогу… да и смогу ли вообще? — Вали отсюда, Казу, — прошипела я, — Иначе… — Иначе что? Меня шатающийся полудохлый ты прибьешь? Или твой любовничек, который вот прям все сегодня просрал? Что за позор, а, Майки? — бля, я его сама лично прибью. Задушу. Распну между машинами и выебу арматуриной. Но нет… нельзя все старания Баджи сливать в унитаз. Он был даже готов умереть… за этих двоих идиотов. Надо постараться. Я аккуратно положила руку на локоть Майки. — Манджи, пожалуйста… — лицо в маске вплотную приблизилось ко мне и заржало страшным, потусторонним смехом, аура проклятия усилилась и словно обвила мою шею удавкой, благо Сузу отреагировал быстро, разрывая удавку в мелкие клочья. Я видела, как окружающие люди начали шарахаться, стараясь отойти подальше. Все, кроме Казу… у того чувство самосохранения отбито напрочь. Проверено. Стоит и ухмыляется, гаденыш! — Вали отсюда… — безразлично проговорил Майки и скинул мою руку. — Я… могу только уничтожать, — сходу врезал Майки в ухмыляющуюся рожу Казуторы. Тот не устоял и рухнул на спину.       Слова застряли в горле. Ощущения от Майки… они проникали в меня и разрывали. Словно резали на части вживую. Не давали дышать… и я вдруг поняла, что даже если проклятие почти не проявлялось… Манджи до сих пор никого не убил. Не сделал того, что от него требуют, чтобы насытить проклятие. Он бы сделал самому себе ненадолго легче. И он должен был постоянно испытывать… этот ужас и давление. Но не поддавался… — М-м-манджиро… — прошептала я, пока парень заносил кулаком над Казу. — Раз так — я уничтожу тебя, Казутора, — первый удар почти вырубил парня, и дальше они посыпались на него, словно из града. — Больше никто не сможет остановить Майки. Тсубаса, пойдем, — рядом оказался Дракен, — не стоит быть настолько близко с ним. — Ты… его друг или как? — слезы капали из глаз. — Что? — Неужели ты не видишь, Кенчик, — губы еле шевелились, — Манджиро… он… ему плохо. Вы все… все воспринимаете его как кого-то выше себя. Но может… он… знаешь… нуждается в друзьях, а не подчиненных? В ком-то, кто не даст совершить ему ошибку? Вы ему просто позволите убить другого и разрушить свою жизнь, но я не позволю, — смотрела я прямо в глаза, сжимая чешуйку с шеи. Я за секунду приняла решение и внезапно… стало спокойно. Я улыбнулась и посмотрела в сторону Баджи. Тот при помощи Чифую сел и облокотился о машину, тяжело дыша. Обеспокоенно смотрел на драку, даже не порываясь вмешаться. Просто не может. И соображает пока мало. Рядом Хиба… если что поможет как-нибудь не натворить дел. — Что ты… Тсубаса! Он убьет тебя! — схватил Дракен меня за плечо. Я еще сильнее схватилась за чешуйку. — Дракен, знаешь, я… не знаю, как ты, но я становлюсь сильнее тогда, когда борюсь за то, во что верю и люблю! Этой ненависти меня не победить, я сильнее! — и словно выросли крылья, в ушах зазвенела песнь Сузаку. Аватару понравились мои слова и настрой. Я в секунду с разбегу выбила Казутору из-под Майки, заняв его место. Мне нужно было видеть глаза Майки.       Кулак Манджиро не остановился и впечатался рядом с моей головой. Земля провалилась под его пальцами. Если попадет в меня - я точно отключусь и ничего не успею сделать! И вот он замахивался снова, лик-маска хищно скалилась, веселилась. И я видела, как она опутывала Майки темными миазмами, лишая разума, эмоций… бросая его в бездну. Хотелось плакать. Я бы сделала все, чтобы помочь ему. Даже заняла его место… и я могу помочь. Я надеялась на это. Сорвала я с себя чешуйку-амулет, уворачиваясь от очередного удара, пока что это временное решение. Кто бы знал, для кого я накачивала амулет гармонией и равновесием. До сих пор я умело уворачивалась от града его ударов… сплела заклинание, подготавливаясь, стараясь не смотреть в пустые, такие страшные, совсем не глаза Майки. Сжала чешуйку и тихо пропела мантру, образовывая вокруг нас почти осязаемый, прозрачный кокон. — Эй… Манджи… ты же может меня слышишь? Хотя вряд ли. Знаешь, я ведь безумно, — резко привстала, с силой отводя его руки за спину, фиксируя энергетическим жгутом. Вряд ли продержится долго, но я надеялась успеть, — Я ведь… безумно боюсь тебя потерять, — Отпустила свои руки и резко приставила свою ладонь с амулетом к его груди, заслонила нас каскадом волос. Жгут не сработал, Майки, а точнее проклятие, сломало структуру заклинания за минуту. И вот уже его руки больно сжимали мое тело, переместились на шею и душили, оставляя следы. Слезы застилали глаза, я задыхалась, но продолжала. Я не могла отвлекаться, иначе у Манджиро не будет и шанса. Я упорно сливала чешуйку с сердцем Майки, обвивала ее ветвями из энергетических каналов невзирая на боль и проклюнувшиеся отчаяние, которое я так хотела подавить.       Кто-то кричал, кто-то звал меня по имени, но для меня существовал только Манджиро и хитросплетения энергетических нитей. Они нас овивали, и моя рука провалилась в его грудь, оставляя чешуйку прямо рядом с его сердцем. Проклятие взвыло диким воем, чешуйка вбирала его в себя, запирала, сотворяя клетку, подпитываемую священным источником. Я только обрадовалась и расслабилась, совершенно забывая об инерции, движимой всеми живыми, неживыми существами и процессами.       Она нагнала меня. Эта инерция. Я думала, Майки приходит в себя. Он вскочил и вроде осмысленно уставился на меня — и тут же провалился снова в бездну, зверея и изо всех дурных своих сил пиная меня в сторону. Прямо в многострадальные ребра. Полет длился, казалось, целую вечность, но я так и не смогла сгруппироваться. Не смогла прийти в себя после столь мощного и масштабного заклинания. Спиной врезалась в лобовое стекло машины и упала внутрь на металлические остовы кресел. Стекло осыпалось ливнем прямо на меня, впилось лезвиями в кожу. Хорошо хоть, не в глаза. Но вроде судьба мне сегодня благоволила — и обошлось без серьезных повреждений.       Майки зашвырнул меня далеко, я приподнялась на локте, тяжело дыша и наблюдая за парнем. Метров тридцать, не меньше. Еще и через несколько кучек перелетела походу... Что происходит с Майки было видно плохо, но не для энергетического зрения. Его аура начала стабилизироваться, словно выстраивалась заново, парня окутывала энергия Сузаку, стабилизирующая разум. Прямо в сердце расцвела лотосом чешуйка, внутри — проклятие в тюрьме-коробочке. Чешуйка… случайно найденный мной амулет. А случайно ли? Пора бы уже понять, ничего случайного не бывает в принципе. Только не в этом мире. Хорошо, Манджи стабилизируется. Но пока словно не в нашем мире. Дезориентирован совершенно. И это… нормально. Нашел что-то под ногой. Наклонился. Мешочек какой-то, а внутри… бумага? Фотография? Не знаю. К нему стремительно подошел Баджи. И откуда прыть-то взялась? Сказала же на месте сидеть. Точно гавнюка ушатаю! За Кейски быстро семенил Такемучи и Казутора. Тот тыкнул пальцем на фото… и воцарилось молчание. Которое было прервано смачным, жестким ударом Баджи по лицу Майки и его криками… дальше просто не было сил смотреть. Я тяжело дышала и лежала какое-то время, просто пытаясь понять, что с моим телом. Но чуть позже я выглянула и заметила, как Казутора перевел взгляд с Майки на Баджи, но фото и что-то доказывающего Такемучи. Словно переключило. Не знаю как, но у Баджи получилось. Что именно Майки нашел? Что это за фото? Но факт оставался фактом паразит-медиум нашел нового хозяина. Как Кейске и хотел. Ну и славно… только вот чешуйка для Манджиро — это временное решение. — Тсубаса, — выскочил Хиба из бокового окна, — Почти получилось! Ты молодец. Выглядишь… ммммм… как бы помягче… хреново — И это помягче? — тихо рассмеялась я, — Сузаку, я отпускаю тебя. — До новых встреч, Тсубаса-химе. До встречи на вашем совершеннолетии. Мы все очень ждем вашего танца. — кто это «все» птичка не уточнил, но все это казалось подозрительным. — Тош… — язык заплелся на полуслове. Голова закружилась нещадно, и моя плавающая точка опоры уплыла от меня в дальние дали. Почему-то я попыталась выползти на капот. А дальше — тьма успокаивающе укрыла меня в пелену сна, настигнув благодатной и теплой волной. Я… слишком устала. Мне очень надо отдохнуть...