Часть 23

      Я смотрела, как Майки тихо переговаривается с Кенчиком. Оба выглядели серьезными как никогда. Периодически кидали обеспокоенные взгляды на меня, наверное ожидали, когда я, вся такая бедная и бледнющая, помирать наконец начну. И каждый раз я их разочаровывала — и они продолжали секретничать дальше. Хотелось бы узнать, о чем они болтали, но сил катастрофически не хватало даже на заклинание обостренного чутья, не то, что на слух. Ну да ладно, тем временем я сухо излагала брату, что именно и как сотворила с Баджи. Он пару раз тяжело вздохнул, но лекции читать не спешил, только спросил про больницу. — Это все? — спросил он, когда я закончила. Именно с Баджи все. Надеюсь, пристально всматриваться в Такемучи, а тем более в Майки брат не будет. Хотя… это же занудный, педантичный Нобу со всеми задатками начинающего параноика. Скорее всего, проверит всех присутствующих. Хотя бы поверхностно. Если так — то что с Такемучи может ничего и не поймет. А вот с Майки будет проблема. Ну да ладно, как-нибудь договоримся. — Да… вроде. С Баджи все. — В целом, если парень жив, то поздравляю, свои хиленькие целительские навыки ты улучшила значительно. Я удивлен. — Что ты вообще здесь делаешь? В Токио? — Задание, — легко ответил он, — Будем в больнице через полчаса. — А задание? — удивилась я, понимая, что высокоранговому целителю не подложат какую-то фигню. Еще и в паре с Сорой. А значит, дело у них там серьезное. — Ты влила в парня больше литра крови. Нашей крови. Что может быть важнее и серьезнее? — скучающе ответил Нобу, — А эти олухи и без нас справятся. Силами экзорцистов. Их тут человек десять в бой рвется. Выезжаем, — и положил трубку. Я зависла. Признаться, порцию целительных пиздюлей я ожидала получить уже сейчас. И чувствовала себя несколько обделенной что ли. Но, в общем, хорошо, значит работать с Баджи будет Нобу, а не кто-то другой. Какое же облегчение, что инициированные целители имели право практиковать в любом медицинском учреждении, если возникнет нужда. Удобно. И, на самом деле, необходимо. Энергетическое целительство — это конечно прекрасно, но везде таскать инструменты… такое себе удовольствие. Да и современное медицинское оборудование целители используют.       Я встала и, покачиваясь, подошла к парням. — Закончила, — выдохнула я. — И? Тсубаса-чан? — «чан» непривычно резануло слух. — Мой брат и кузен. Они займутся Баджи, как приедут в больницу. Так что с ним все точно будет хорошо. — Стоп. А сколько лет твоему брату? — Кенчик конечно задал супер провокационный вопрос. — Восемнадцать, не парься, он наш семейный гений, — махнула я рукой. И тут мое недоравновесие меня окончательно подвело, позволяя избежать шквала неудобных вопросов, и я осела в вовремя подставленные руки Майки. Он прислонил меня к себе, поглаживая волосы. — Плохо? — Угу… кушать очень хочу, — пискнула я, — вот прям сейчас трупиком стану. От голода. И тебе придется меня хоронить! — Кенчик, езжайте вперед, пусть поест, а то с мотоцикла свалится, — аккуратно взял он меня на руки, донес до мотоцикла и усадил, поддерживая за спину. — Понял, тогда ждем вас там. Если что — отзвонюсь, — Майки кивнул другу, попутно развив кипучую деятельность в своем багажнике. Я, глядя на эту деятельность, активно пускала слюнки, и строила предположения о том, что там. Я надеялась на мясо, сейчас я была готова сожрать его даже сырым и с кровью. На худой конец что-то сладкое тоже не помешает. Энергетика у меня сейчас низкая, давление должно быть в полной жопе, если я не могу быстро исцелиться при помощи энергии, а я не могу — остается только еда. Хотя бы верну себя из состояния нестояния и стану человеком прямоходящим, до подвида «разумный», как показали события, мне все равно далеко. — Нашел! — выудил парень изрядно помятую футболку и небольшой бумажный кулечек, который сразу же протянул мне, — Кушай! Они свежие, если что.       Я с подозрением понюхала предложенное. Пахло восхитительно. Желудочек призывно заурчал и радостно пустился в пляс. Впрочем, сейчас даже запах гнилой капусты вызвал бы во мне восторг. Я аккуратно открыла — внутри четыре рыбки тайяки. Предвкушающе облизнулась и глянула на Майки, тот нахлобучил на себя футболку и ярко улыбнулся. — Ну, чего не ешь? — Ну просто… давай напополам, ты ведь так любишь их, — настолько, что в обычной жизни даже готов набить морду ради любимого угощения. Кстати оно так было. И не раз. — Тебе нужнее, — облокотился парень о мотоцикл, — Кушай, тем более Эмма с утра штук двадцать приготовила. Дома меня так и ждут. — Ого, с чего это такие жертвы? — заглотнула я первую рыбку, даже не прожевывая, — Признавайся, ты меня откармливаешь рыбками, чтобы меня скушать всю и разом? Со всеми вкусняшками внутри? — Кстати… хорошая идея, Тсубаса-чан. — «Чан» — меня никто практически раньше так не называл. — Объяснишься? — я тяжело вздохнула, потребляя последнюю рыбеху. — В некоторых семьях есть традиция такая. До шестнадцати лет одеваться и вести себя как человек противоположного пола. Даже голос, походка, манеры — учат всему, что надо. Вот, в общем-то, и все. — Хуевая традиция, — недовольно фыркнул Майки, — Стоп… это значит… — Мои братья переодевались в девочек до шестнадцати. Для нас это нормально. — И я ни разу не слышал твой настоящий голос, — разочарованно протянул Майки, — Услышу? — После шестнадцати, хоть это я должна соблюсти, раз уж настолько налажала. И… спасибо за еду. Мне получше, — слишком резко отлепила я свою попу от байка и опять чуть не упала, и опять оказалась в теплых лапах Майки. Мне было плохо, но общая тенденция стремления моей тушки в загребущие лапы Манджиро несколько смущала.       Он со вздохом обнял меня, положив голову на мое плечо. Его волосы щекотали нос, его тепло распространялось по уставшему телу. И от него еще больше хотелось спать, от этого мягкого и нежного тепла. Поведение проклятия нисколько не повлияло на восприятие мною Майки: в его огромных лапах я продолжала чувствовать уверенность, защиту и всепоглощающую сердце нежность. Хотелось ощущать его больше, сильнее, раствориться в мгновении и навсегда его остановить. Лишь бы эти руки продолжали обнимать, а дыхание опалять шею, призывая сотни мурашек собраться в стаи и бегать по телу. — Прости, — хрипло прошептал Манджиро, от его бархатного голоса я чуть вздрогнула, — я ранил тебя, — я не знала, что и ответить. Так и подмывало рассказать про проклятие, лишь бы Манджиро не чувствовал вины, но я не могла. Интуиция кричала «нельзя», да и опыт оммедзи говорил о том, что лучше проклятым об их проклятии не знать. Они обычно либо еще сильнее погрязли в нем, либо впадали в уныние, исчезало желание бороться. Тем более я пока и сама не знала, что с проклятием этим делать. Оно было слишком… нетипичным, слишком сильным. Мне нужна была информация, источник этой гадости, а, главное, причина, по которой проклятие возникло. Хотя нет, неправильно, не возникло, его КТО-ТО послал на Манджиро. Оно немного напоминало проклятие убийства оммеджи, но вот… для того, чтобы пало на голову человека необходимо, чтобы он оммедзи непосредственно лишил жизни. Но у Майки нет печати убийцы. Разве что кармическое… оно вероятнее всего. Я набрала в легкие воздух, приготовясь врать. Нет, немного лукавить. — Ты… не виноват. В смысле виноват конечно, но не полностью. В психологии это называется аффектом. Я видела твои глаза, сильные эмоции сыграли с тобой жестокую шутку… — Майки сильнее сжал меня и хмыкнул. — Вот, значит, как ты это видишь… И… что дальше? — У тебя сильное тело, но нужно укреплять и дух. В любом случае, я тебя не виню, честно, — я немного отстранилась и посмотрела парню в глаза. Не выдержала и погладила пухлую щечку. Такую мягкую и нежную. Невольно улыбнулась. Манджиро прикрыл глаза, как-то грустно ухмыльнулся, аккуратно перехватил мою ладошку и поцеловал ее. Прямо в центр. — Никогда. Слышишь, никогда не подходи ко мне, если я снова окажусь в таком состоянии, поняла? — Нет, — крепко сжала я его пальцы, — Ни за что! — Я… могу тебя убить! — Не убьешь! — Почему ты не понимаешь, насколько все серьезно? — я-то как раз понимала больше, чем он, и именно поэтому… — Я не оставлю тебя одного! — Майки прикусил губу и отвернулся. — Садись, потом поговорим, — хрипло проговорил он, усевшись на мотоцикл. Я раздраженно хмыкнула, села сзади парня и обвила руками его торс, уткнувшись носом в шею. Пыльную кстати шею. И грязную. Но носику было там на редкость комфортно. — Манджи… — прошептала я, прижимаясь все сильнее, — Пожалуйста, не оставайся один… — Тсубаса… я редко бываю один. — Сейчас сзади тебя сидит надоедливая муха. — Не муха, а упертая, вредная заноза в заднице. — «Надоедливую» ты не отрицаешь. — Было бы что отрицать, — мы медленно, осторожно поехали, выезжая с парковки, и я решила обидеться. Навсегда и прям на всю жизнь: смертную и посмертную, как он добавил — Тсубаса, я… беру за тебя ответственность. Не как командир… — мучать себя вопросами гавнюк не дал — и поддал газу.

***

      Комната ожидания была полна. Против обыкновения ребята сидели тихо, переговаривались разве что шепотом. А я спала, точнее, только проснулась, зевая. Моя подушка аля плечо Чифую сидел словно на иголках, нервно хмыкая. Причина сего странного поведения сидела прямо напротив нас, скрестив руки и положив ногу на ногу. Причина, не моргая, пялилась на бедного Чифа и, кажется, уже начала вызывать у того желудочные колики.       Дверь в операционную открылась, выпуская из себя Нобу. За ним устало семенил Сора, сдергивая с себя маску. — Так, все хорошо, — оглядел нашу компанию брат, снимая резинку с длинных серебряных волос, — Дня через два сможете навещать. И никакой лапши, чипсов и прочей хрени. Если что — Тсубаса отпиздит. Жестоко и очень больно. Правда ведь? — криво улыбнулся он мне. Его черные глаза сверкнули льдом. Бляяя… и все-таки мне пиздец. — Типа того… — откликнулась я. — Ты следующий, — кивнул брат на Казутору. Мать вашу, у Казу особых ранений-то и нет. Кто-кто, а Нобу должен это за мгновение определить. Значит, хочет обследовать его как медиума. Я нервно сглотнула. — Но почему я? — удивился мальчик. Нобу посмотрел на парня так, что Казутора мигом вытянулся по стойке и послушно прошествовал к Нобу, — Вот так бы сразу, хороший ребенок, — уже ласковее пробормотал брат, а Казутора в ответ смущенно покраснел. — Ни хера себе у тебя братан, — уважительно покачал головой Дракен, — у вас это что, семейное, умение других строить и приказы раздавать? — Друг друга тоже… но тебя вряд ли позовут. — Почему-то не хочу с твоим братом связываться, не пойми превратно, — я понимала все, как надо. Нобу ненавидел расшаркиваться перед посторонними, если от кого-то что-то хотел — бил в самое сердечко и ауру. Но… каким бы жестким Нобу не выглядел, естественная для него доброта, милосердие и сердобольность, столь свойственные для целителя, никуда деться не могли и проявлялись во всей красе. И именно на этом я и собиралась сыграть в случае чего. А еще он очень, очень любит свою милую сестренку. А особенно он любит тыкнуть меня в ошибки как нашкодившего котенка и подробно объяснить в чем и как я была не права. Прямо удовольствие от сего процесса получает. — Я… это… посплю на твоем плече? Дико спать хочу, прям не могу, — жалостливо подняла на парня глаза. — А где Чифую? — Фиг знает, может за кофе пошел. Он вроде хотел, — пожала я плечами с вожделением глядя на плечо Дракена. Тот тяжело вздохнул, глянул на насупившегося Майки, и немного опустился в кресле, подставляя столько желаемый мною участок тела. Жуткая слабость делала свое дело, и я с удовольствием положила голову на руку парня, — Спасибо, Кенчик, — и сразу вырубилась.       Проснулась от того, что кто-то сильно и больно выворачивал мое многострадальное ушко. — Больно! Пусти, изверг! — закричала я. Нобу в полной тишине потащил меня в темный коридор под ехидным взглядом Майки. Парень выглядел слегка потрепанным жизнью Нобу, а на голове красовалась новая, чистая повязка. Значит, этого уже «отлечили». Нобу обернулся к нему: — В общем, это делается как-то так. Главное держи покрепче, — дернул он меня за многострадальную ракушку, — и подальше от себя. А то это существо верткое и с гадостным характером. И у существа есть зубы и когти. Послушание на какое-то время гарантируется. — Вижу. Супер! — показал Майки гаденышу палец. И как они успели скорешиться? Еще и против меня! Я насупилась и затаила обиду. Большую, жирную, требующую самой лютой мсти. И мстя моя будет жестока и зла!       Нобу затащил меня в кабинет и усадил на кушетку. Я возмущенно запыхтела. — Не обижайся. Ты не просыпалась, сама виновата, — выдохнул брат и серьезно уставился на меня, — Вляпалась ты конечно со своей инициацией по полной. Ох… не о том мастера думали, обучая тебя, перспективная ты моя, боевым искусствам. Банда! Уличные драки! Пиздец полный, Тсубаса. — Выбора не было. — У тебя-то? И не было выбора? Не гони. Ну ладно. Имеем — что имеем. — Ты… не злишься? — Злюсь, что в такой ситуации ничем помочь тебе особо не могу. Кейске Баджи… ему придется явиться к нашему отцу. — Все настолько страшно? — Не то что бы… еще посмотрим, но твоего Хибану он видит, — кивнул он на кота, вальяжно расположившемуся на кресле. Вот гаденыш, а я не могла понять, где он, — Я твоего котейку на пару дней заберу — будет за Баджи следить. Чтобы лишнего не сожрал. А то он как проснулся — доширак потребовал, гаденыш мелкий. — Я с Дракеном еще уехал, ты почти в отрубе была. Даже не заметила, — промурлыкал кот, — И я не против. За тобой итак присматривать будут, — хитро зажмурил глазки Хиба. — И откуда ты его взяла? Это создание — настоящее произведение искусства от Высшей Магии, — пробурчал Нобу, — Он нам в операции помог. — Я ее фамильяр, — промурлыкал Хиба, — Я сам Тсубасу выбрал. Остальное неважно, — Нобу покачал головой, не веря ни единому слову. — Баджи с нагрузкой в виде совершенно неустойчивого медиума… хааа… Я надеюсь, ограничится тем, что он сможет видеть наш мир. Но у него, в целом, точка сборки близка к четверке, поэтому ему предоставится выбор. У нас есть послушники, которые учатся примерно с этой стартовой точки. — Думаешь, его могут взять на обучение? Не рано ли? — Вероятность высокая. Смущает только возраст, поздновато. Но парень прямо обожрался нашей крови, потенциал есть. Так что будет либо обучаться и его развитие пойдет ускоренно, либо отец заблокирует открывшиеся способности — и парень пойдет по естественной лестнице эволюции. Нестандартная конечно ситуация. Ты столько крови и энергии вбухала… Я удивлен, что сама жива осталась. — Поняла, — покачала я головой. — Медиум… тут и говорить особенно нечего. Стандартный случай, но Баджи, в случае чего, он не должен помешать. Достаточно вменяемый малой, но я его уговорил к психиатру наведаться, — как же уговорил, так и поверила. Внушил ты ему эту мысль. Но это хорошо, минус одна проблема, — И… самое интересное. Манджиро Сано, — пристально посмотрел на меня брат, — Сама скажешь или мне начать? — Скорее всего, моя инициация свя… — И не только. Я не смог полностью просканировать проклятие из-за твоего вмешательства. Но одно могу сказать точно, это творение оммеджи. Однозначно. Причем высокоуровневое. — А значит… одного из Великий Семей? Из главных ветвей? — я думала об этом, но надеялась на средний уровень. — Именно. Не знаю, кому мальчик настолько насолил, но ебанатов и среди нас хватает. Я сначала подумал, что он убил кого-то из оммеджи, и это проклятие кармы. Но не похоже. Больше напоминает что-то сугубо личное, — скривился Нобу, — совершенно недостойно и, если оно тебя убьет, то… — Будет война, — заключила я. — Именно, никто из клана убийства единственной принцессы просто так не оставит, Тсубаса. Знаю, самый легкий путь решения проблемы ты не выберешь. Парнишка… хммм… Такие как мы влюбляемся один раз в жизни. И эта связь проходит с нами сквозь века, — замялся парень, а я покраснела от смущения. Не думала, что он озвучит это… подобным образом, — Еще и неясно, сколько у вас это длится. Сколько жизней. И чем продолжительнее связь — тем большее влияние на тебя окажет его смерть. Ты… его сразу узнала? — Не уверена. Не знаю, у него золотая аура. И я сначала решила, что мои ощущения из-за нее. — Понял тебя. Я итак тебе помог. Больше информации может только помешать инициации. — Спасибо, ты лучше видишь такие вещи… Знаешь, кто это? Кто наложил проклятие? — Есть догадки. Но причину сложно представить. Однако… особо никогда и не нужно было причин… некоторым, — значит Кирииши, больше просто некому. По коже прошел мороз, я увижу их уже на церемонии шестнадцатилетия. Небольшой, закрытый клан. Единственный клан в Японии с непроработанным путем война, точка сборки повышается искусственно за счет зелий, амулетов и довольно специфических текстов. Только вот из-за непроработки и нежелания развиваться естественным путем они всегда стремятся быть лидерами, пробуют довольно сомнительные методы, но никогда не преуспевают. Ладно, Тсубаса, успокойся. Пока не ясно, что это именно они… черт, даже для Кирииши это выглядит чересчур. Кидать проклятием настолько высокого уровня в какого-то мелкого пацана. — Мне страшно, — призналась я, подтянув к себе коленки, — Очень страшно. — Ты всегда можешь сдастся. Не скажу, что лично я не был бы рад этому. Но у тебя есть личная причина… — Есть. Нобу? — тяжело выдохнула я. — Что, котеночек? — ласково проговорил брат. — Хибана… его сделала я. Я из будущего. — Не понял. В тебе проснулся дар? — Не во мне. Ты этого парня даже не заметил. Он не оммеджи. Но… он путешествует во времени. И кажется, он тоже завязан на Манджиро… — брови брата резко взлетели вверх. — И ты не сдашься. — Ни за что. — Мать оракул. Она, возможно, об этом все уже знает. — Она знает о возможном будущем скорее. Не о том, что происходит сейчас. Ее долг сохранять бесстрастность. Все хорошо, Нобу, если я сдамся… то потеряю не только Майки, я потеряю саму себя. — Судя по Хибане, ты станешь отличным оммеджи. Подумай. Эта инициация перебор для тебя. Сдашься — через пару лет вернется возможность инициироваться вновь. — Ой, где бы наше говно не плавало и смердело. И дальше смердеть будет. — Барышни так не говорят. — А где ты видишь барышню? В зеркале? — ехидно ответила я. Не хотелось думать. Ни о чем вообще. Хотелось кушать, спать и Майки. Последние два пункта можно объединить в одно.

***

— Ох уж эти мальчишки! — яростно натирала мою голову Эмма какой-то душистой фигней. Раз седьмой наверное. Фигня агрессивно вопияла розой, и от нее хотелось чихать. Что я периодически и делала с той поры, пока Манджиро не передал меня и свою чистую запасную одежду в ведение Эммочки, которая при виде меня, а особенно моих волос истерически рассмеялась и шумно завздыхала, — Вот в чем твои волосы, женщина? — Понятия не имею. Эта липкая хрень была в машине, куда меня зашвырнул твой брат, — устало протянула я, пока мои волосы нещадно выдергивались. Походу, подруга приступила к решению проблемы самыми радикальными способами. — Я рада… что Майки узнал о тебе. Как отреагировал? — На удивление спокойно. Даже не обиделся. — Уверена, он только рад, — спокойно протянула Эмма, — Знаешь, Майки только кажется сильным, но на самом деле он просто избалованный мальчишка. Но очень, очень добрый и ему не хватает любви. Он даже до сих пор спит с маминым полотенцем. А сейчас он просто по-детски счастлив, что ты девочка. Знаешь, чтобы как тайяки схватить и забрать себе. — Кажется, я понимаю, о чем ты говоришь. Майки… ранимый человек. Но и редкостное дите. — И слабый. Еще он слабый. — А вот это совсем не так. Просто он еще как бутончик. Нераскрывшийся. — Бутончик борщевика, — фыркнула Эмма, — Сама уже готова признать это? — прищурилась девушка. — Да… я хочу быть с ним. И я уже скучаю… прямо сейчас. — Вот так ты и становишься настоящей женщиной. Мы с Дракеном… вчера целовались. — И как? — Хочу еще. А еще хочу опрокинуть его на постельку и… — Защекотать! — и я тут же получила струей воды в лицо.

***

      Кровать пахла Майки. Я утопала в ней, растворяясь в запахах. Словно сам владелец меня обнимал, крепко прижимая к груди. Но я не могла заснуть. Волнение. Боль. Страх. Трое моих спутников рождали панику. Я видела, как вздымается грудь Манджиро, расположившегося на диване, но все равно стремилась подбежать к нему, проверить дыхание, пульс, насколько теплым было его тело. Страшно, до боли страшно. Словно кошмарный сон ворвался в реальную жизнь. Не происходило ничего, но сердце сжималось в тиски, и я дрожала под теплым одеялом. Сколько часов я так провела? Не знаю, но было практически невозможно. Заклинания, медитации гармонии разбивались вдребезги. Я хочу коснуться его. Не желание. Необходимость ощущать его пульс и течение крови по его венам.       Я ступила на пол и поежилась. Цепкие лапки холода пробежали по телу. Я быстро подбежала к дивану и опустилась на корточки. Лицо Манджиро было спокойно, я аккуратно провела пальчиком по щеке и улыбнулась. Казалось, он спал так сладко, а я мешаю… Но его глаза внезапно открылись, он улыбнулся: — Ну что такое, Тсубаса-чан? — сонно проворчал парень. — Замерзла, — опустила я глаза, — И… мне страшно, — Майки тяжело вздохнул, встал с дивана и привычным уже движением взял меня на руки. — Знаешь. Я теплый и очень даже горячий. И я могу обниматься, чтобы кошмары не снились. — Какой ты функциональный и удобный, — хихикнула я, когда меня донесли до кровати, бережно положили под одеялко и легли следом, бережно обнимая. — Ну вообще я много чего еще могу, — поцеловал он меня в лоб. Я обняла парня в ответ и крепко к нему прижалась, — Но сейчас тебе надо поспать. Я обещал Нобу за тобой присмотреть. — Скорешились… — У нас с ним одна цель. — И какая же? — Тебя оберегать. Больно ты дурная… — Даже эпитетов от него набрался, — фыркнула я, ехидно добавив, — Небось и разрешения спать со мной на одной кровати попросил? — Не, — нежно улыбнулся он в ответ, — учитывая странности твоей семьи и отсутствие твоего отца попросил разрешения с тобой встречаться. — Эээээ? — слов не было. Я чувствовала, как мое лицо заливает краска. — Ну я же говорил, что хочу взять за тебя ответственность. Я серьезен. Абсолютно. Кстати, Нобу дал свое благословение. За благословением шло сочувствие и фраза «ну и угораздило тебя» и «если что — беги в ближайшее болото, оно тебя не найдет». Но это особенно не важно. Я договорился с твоим братом, так что теперь ты моя, Тсубаса-чан, — запустил он свои пальцы в мои волосы, нежно их перебирая. Я молча охуевала… — А… это… меня спросить не пробовал? — А ты против что ли? Мне казалось, между нами все итак очевидно. Причем довольно давно… Все! Спать! — резко притянул он меня к своей груди и затих, крепко прижимая к себе. Я вроде хотела что-то сказать, даже открывала рот как рыбка. Но тут же затыкалась. И действительно, Майки обладал потрясающей способностью рассеивать страхи… заменяя их на новые.       Я думала, заснуть после такого мне так и не удастся, но биение его сердца, его запах и потрясающее чувство защищенности убаюкивало. Веки тяжелели, закрывая глаза. Я подумаю об этом позже. Просто попозже. Когда-нибудь позже, возможно уже дальше завтра… укутываясь в его объятия и тепло словно в огромный, плюшевый шарф.