Глава 1. Кровавая ночь(I).

Когда человек…

…хочет защитить что-то дорогое его сердцу…

…он и правда становится сильнее.

— Хаку.

      Та ночь намертво отпечаталась в памяти всех жителей Конохи. Кровавыми тяжами, лязгом металла, воплями раненых. Смертями чьих-то братьев, сестёр, родителей или их детей.       И взглядом кровавых глаз. Проклинающим, безжалостным. Тем, что невозможно забыть. Маленькая Харуно ещё долго будет видеть его в своих кошмарах.       Детский сон был прерван взволнованным голосом матери. Куртка, наспех накинутая прямо на пижаму, спешно застёгнутые босоножки. Отец уже ждал на пороге, с комплектом давно неиспользуемых кунаев в руках. В глазах обоих родителей страх и решительная готовность.       Стук в дверь. Недоверчивое переглядывание. Мужской голос.       — Обстановка в деревне критическая. Учихи подняли восстание. Оставаться в домах может быть небезопасно. По возможности, проследуйте в убежище, — в спешке проговаривает незнакомый шиноби, прежде чем скрыться в потоке ветра.       Коноха стала неузнаваемой.       Детский смех сменился криком, свежесть родного воздуха поглотил запах крови. Вчерашние защитники обернулись врагами.       Харуно продвигались темными закоулками, крадучись, неспеша. Избегая сражений. Семейство не славилось особыми успехами в нинджутсу, поэтому в приоритете было укрыть дочь, только потом — помочь деревне.       В голове малышки никак не складывалась картинка. Мужчина в потрепанной одежде сказал: Учихи устроили восстание. Значит… Всё происходящее.. случается по их вине?..       Покалеченные тела, что валялись в переулках, выбитые стёкла, дома, да что там — целые кварталы, охвачены огнём.       Сакура знала: это не может быть правдой. В уравнении закралась какая-то ошибка.       Учихи – уважаемый клан Конохи и!.. И они полицейские!.. Всегда защищали жителей, исправно выполняли миссии… Они — одни из основателей Конохи! Им завидовали, на них хотелось равняться. Такие сильные и благородные… Они просто не могли поступить так! Да и зачем?.. Просто бессмыслица!       А ещё… Сакуре нравился один Учиха. До дрожи в коленках, до бабочек в животе… До скрипа в грудной клетке. Его имя, застывшее на устах, не давало вздохнуть.       Саске… Учиха Саске…       Ученик с лучшими результатами в академии, вечно хмурый и до бесконечности красивый. Она и сама не помнит, как стала одержима этим недостижимым брюнетом с холодной уверенностью во взгляде.       Герб в виде веера предательски красовался на спине напавшего шиноби. Он двигался быстро, точно. Цель — неуклюжий светловолосый мальчуган, что прятался за спинами двух шиноби со звериными масками на лицах. Кажется, — в темноте Сакура была не уверена, — то был Наруто… И зачем только такой балбес мог кому-то понадобиться?       Никогда раньше Сакура не видела таких сильных техник. Если бы не ужас от происходящего, она, наверное, могла бы восхититься. Красиво и опасно. Настоящий танец со смертью.       Выросшие из ниоткуда столбы грязи, вспышки молний, земляные тюрьмы. Печати складывались с молниеносной скоростью, очевидно — работали профессионалы.       Но от кровавых глаз ничего не утаить.       Как бы сильна ни была техника, она отзеркаливалась идентичной. Более того, Учиха управлялся сразу с обоими соперниками.       Проигрыш неизбежен.       — Уходим! — шикнула мужу Мебуки, но тот лишь нахмурил брови, продолжая не шелохнувшись наблюдать за сражением. — Скорее же!       — Это он, — Кизаши кивнул на забившегося от страха в угол мальчишку. — Я остаюсь.       — Очнись! Что ты против них можешь? Мы давно в отставке, это просто бесполезно! Ты должен защитить дочь.       — Если… — прорезался хриплый голос отца. — Если они используют мальчишку, — взгляд наполнился сталью, — защищать будет нечего.       Подступившая истерика в материнских глазах была придавлена последней фразой. Отец опустил свою большую ладонь на маленькое плечо Сакуры и крепко сжал. Жену приобнял второй рукой.       — Это мой долг. Мебуки-сан, пригляди за нашей малышкой, — непреклонность интонации пугала. Отца редко можно было увидеть таким.       — Кизаши… — слёзы неаккуратной дорожкой хлынули из век матери.       Один из защитников Наруто пал замертво, второй — держался из последних сил. Отец отстранился и направился в самую гущу событий.       — Нет… не уходи, папа!.. — осознав ситуацию, Сакура кинулась вдогонку, но была перехвачена женской рукой.       — И да, что-то я всё же могу, — Кизаши обернулся и напоследок одарил своих девчонок широкой улыбкой, прежде чем спрятать под плащом кипу бумажных печатей и скрыться за углом.       Происходящее дальше точно было поделено на кадры.       Отец появляется, подобрав удачный момент, когда всё внимание Учихи обращено к мужчине с маской медведя на лице. Прикончив неизвестного, предатель быстро замечает движение. Отец подкрался близко, но Учиха быстрее. Он разворачивается и дробью сюрикенов пронзает тело Кизаши.       Его тело дрожит, но из последних сил шагает навстречу сопернику. У отца нет захватывающих техник — одна лишь отчаянная решимость.       — Убегай, мальчишка. Я тут разберусь, — Наруто на несколько мгновений застывает в нерешительности, после чего со всех ног кидается в сторону укрытия.       Учиха не воспринимает его слов всерьёз. Всё уже предрешено: двадцать секунд — разобраться с самодовольным болваном, ещё десять — и цель захвачена.       — Элемент Огня: Огненный шар! — использует пресловутую технику собственного клана. Кизаши грустно ухмыляется. Попался.       Секунда. Мать судорожно вдыхает, хватает дочь на руки, подоспевшего мальчишку — за шиворот и мчится что есть силы вперёд. Солёные капли стекают по щекам. Позади слышится мощный взрыв. Мать не оборачивается.       — Справился, — шепчет одними губами, но на лице ни намёка на радость.

***

      Десяток анбу личного подразделения Хокаге заполнили главный кабинет резиденции.       — Отряд из пятнадцати анбу, посланный на защиту джинчуурики, не выходит на связь. Есть основания полагать — никто из них не выжил, — с порога доложил только подоспевший ниндзя в лисьей маске.       — Хокаге-сама, — один из собравшихся шиноби, мужчина в маске обезьяны, преклонил колено, прежде чем озвучить то, что было на уме у каждого в кабинете, — даже если захватить цель, у нас не выйдет долго её укрывать. Учих слишком много, они подгадали лучший момент для атаки. Когда главы сильнейших домов вернутся с дипломатической миссии, у нас появится шанс, но из-за угрозы подчинения биджу, времени критически не хватает.       — У тебя есть предложение? — лицо Хирузена приняло настолько суровый вид, что залёгшие временем морщины сделались ещё глубже.       — В сложившейся ситуации, ликвидация джинчуурики — единственный выход, — сухо озвучил склонившийся шиноби.       — Нет.       Хирузен тяжело вздохнул, отвернулся к окну и сложил руки за спину.       — От Шисуи с Итачи нет вестей?       — Нет, Хокаге-сама.       — Понятно, — Хирузен достал свиток с ярко-красной печатью Каге из затворов белого плаща и протянул подчинённому. — Срочно доставь адресату.       — Есть! — шиноби мгновенно скрылся.       — Лис, Кот, отправляйтесь к Наруто, Волк — отыщешь Фугаку. У меня к нему предложение.       — Да, Хокаге-сама.       — Остальные, с этой минуты ваша главная цель — защита мирного населения. Не вступайте в схватки, спасите как можно больше жителей, координируйте джонинов. Выполнять!       — Есть! — хором повторили и разом покинули кабинет.       Хирузен подошёл к портретам Каге, располагавшимся на стене. Хаширама, Тобирама, Минато строго смотрели в ответ. Старик знал, они бы не допустили подобного. Его ошибкой стали слабость и бездействие.

***

      До убежища оставалось преодолеть каких-то два жалких квартала. Детские ноги с трудом поспевали за взрослыми. Девичья босоножка так некстати зацепился за обваленную вывеску. Коленки содрались в кровь, руки упали на часть огромного иероглифа «крадись», что вместе с бетонной частью был развален на куски.       — Бегом, милая, поднимайся, — звучно прошептала мать.       Сакура ухватилась за протянутую ладонь, но сюрикен, летящий в их сторону заставил зелёные глаза округлиться, а руку застыть в оцепенении.       Мебуки на давно забытых инстинктах чудом успевает отбить его кунаем. Боевая стойка матери закрывает собой напуганных детей. В руках крепко сжат последний кунай, в набедренной сумке — пусто.       Красноглазый шагал спокойной походкой. Он даже взглядом не повёл на выпад Мебуки.       Что она могла сделать в такой ситуации? Женщина прекрасно осознавала: у неё нет и шанса против такого противника. Отдать мальчишку, защищать дочь – вот единственный выход. Руки невольно опустились, глаза закрыла спустившаяся на лоб чёлка.       Наруто боязно вцепился в край белого ципао Мебуки, должно быть он почувствовал эту перемену внутри женщины, отчего рука его задрожала.       Неужели всё так и закончится? Но что тогда станет с деревней? За что сражался Кизаши? За что…       Как же это!.. Её муж отдал жизнь, а она так просто плюнет на это?! Самолично позволит обесценить его жертву? Сердце вспыхнуло гневом, рука с кунаем сама двинулась к цели.       Учиха в ту же секунду, словно надоедливое насекомое, отшвырнул женщину от себя. Мебуки сразу поднялась на ноги, на негнущихся руках сложила печати — тяжи грунта под ногами мужчины начали затягивать его в землю. Сверкание красных глаз. Мужчина уже по пояс погряз в земле. Тяжи направились дальше: к рукам, шее. Мебуки сдавила сильнее — лицо шиноби посинело. Почти!..       — Мама!.. Нет… Мама… хватит, пожалуйста, хватит!.. — словно за куполом слышался совсем слабый голос Сакуры.       Что-то было не так. Слишком просто.       Мысль, закравшаяся в последний момент, была прервана почти оглушительным:       — Тётя!.. — Наруто что есть силы навалился на женщину.       Мебуки вместе с мальчишкой по инерции завалилась на спину. Картинка в голове вдруг начала расплываться помехами.       Теперь Учиха — цел и невредим — возвышался над ней. Его лицо перекосила самодовольная улыбка. Мужчина упивался собственным превосходством. Вот теперь страх полностью поглотил материнский разум.       Нет! Женщина резко обернулась за спину — тело дочери было объято собственной техникой. Выходит.. всё это время!..       Женщина тут же развеяла технику, кинулась к дочке: та лежала без сознания, лицо совсем синее, с расстояния было сложно определить дыхание. Резкая боль пронзила левый бок.       — Чудовища... Все вы – проклятые чудовища!.. — прежде чем глаза закрылись, Мебуки успела различить два стремительно приближающихся силуэта в масках.

***

      Мирный сон Даймё страны Огня был нарушен неугодными слугами. Проклятые шиноби опять что-то не поделили. Ох, а ведь так хорошо спалось...       Из уст правителя вырвался недовольный зевок при виде всполошенного ниндзя.       — Даймё-сама, — шиноби склонился в почтительном поклоне, — Хокаге-сама извиняется за столь раннее беспокойство, но вопрос срочный и не терпит отлагательств, — мужчина протянул запечатанный свиток.       Правитель отметил грязь, скопившуюся под ногтями ниндзя, а также уловил отчетливый запах пота. Маска обезьяны и вовсе вызвала хохот. Ну правда, неужели нельзя было подобрать нечто более... устрашающее?       — Посмотрим... — Даймё неторопливо подошёл и кончиками пальцев ухватил краешек письма, так, чтобы не задеть измазанной ладони шиноби, — Чего же в такую рань захотел от меня клятый Хокаге?..