Часть 20

Максим толкнул дверь своей комнаты в башне Рейвенкло, чувствуя, как усталость разливается по телу теплой, вязкой волной. Очередная тренировка на сегодня была закончена. Оставалось лишь посветить полчаса на ментальные упражнения и официально можно заканчивать этот день. Сегодняшний вечер он решил сфокусировать на взаимодействии с Тоуки. Итогом стали два часа непрерывной работы с собственным телом, где он оттачивал наполнение тела энергией и контроль над ней. Плюсом различные руко-ного-махательства с целью выпуска энергии определенной силы и плотности. Атмосфера в комнате ощущалась домашней, несущей отпечаток ауры самого Максима, где каждый предмет имел свое место, даже если это были пару носков на полу возле шкафа. Плотно закрыв дверь и активировав несколько рунных цепочек, он скинул пропитанный потом свитер на стул, сел на край кровати и позволил себе пару минут покоя. Затем его пальцы нашли массивные, холодные от ночного воздуха замки на запястьях. Глухой щелчок — и первый браслет упал на прикроватный столик с тяжелым стуком, будто сделан не из металла, а из свинца. Второй. Затем он наклонился, чтобы освободить лодыжки. С последним браслетом его тело словно вздохнуло с облегчением. Чудовищная тяжесть, ставшая за месяцы ношения привычным фоном, исчезла. Движения стали резкими, почти порывистыми; он непроизвольно вскинул руку, и она взметнулась вверх с такой скоростью, что воздух свистнул. Пришлось сознательно замедлиться, чтобы не разбить что-нибудь. Браслеты, это были его первые полноценные артефакты собственного изготовления. Он создавал их в течении всего четвертого курса, вдохновившись идеями из тех фанфиков, что помнил из прошлой жизни. Простая, но гениальная концепция: рунические цепи, вплетенные в металлические обручи, локально усиливали гравитацию на тело пользователя. Коэффициент регулировался — от 1.1x до 5x, в зависимости от настроек. Он носил их постоянно, но только на самой малой мощности. И только во время тренировок позволял себе увеличивать гравитацию до рабочих значений. Конечно он мог бы все время ходить со среднем значением на них. Но понимал, что еще идет фаза роста и нельзя себя травмировать больше нужного. Поэтому и сложилась такая схема: днём он ходит со значением 1,2 (1,1х для него уже не ощущается), а на тренировках использует множитель 2,3. Плюсом он выделял один день в неделю когда снимал их совсем. Так называемое разгрузочное воскресенье. И на тренировках раз в неделю работал без них, дабы привыкнуть к новым скоростям. Вообще эта механика давала свою плоды: его жизненная сила со временем из-за нагрузки уплотнялась, её количество повышалось. А контроль давался все проще. Причина создания этих артефактов была прозаичной: после открытия Тоуки в конце второго года, после той безумной битвы с василиском, его тело стало слишком выносливым. Обычные упражнения, такие как: отжимания, подтягивания, бег, перестали давать реальную нагрузку. Он мог сделать две тысячи отжиманий подряд, и дальше останавливался не от усталости, а от скуки. Браслеты позволяли читерить с физикой, делая каждый шаг, каждый удар тяжелее, как будто тело тащило невидимый груз. Это помогало прогрессировать, наращивать силу и выносливость без риска перегрузки. Максим размышлял об этом чувствуя как тело вздыхает от возвращения к нормальной гравитации. Сами браслеты работали хорошо, но требовали доработки: энергия иногда утекала, руны изнашивались и их приходилось часто обновлять. Но все равно, это была его первая серьезная работа на ниве артефакторики, что хорошо работала и нужна была ему самому. На следующий день, сразу после уроков, Максим решил разобраться с одной проблемой, на решение которой раньше у него не хватало авторитета. Поэтому сегодня он не пошёл в библиотеку, а сидел в кресле у окна своей комнаты и ожидал гостей, склонившись над заданием по арифмантике. Само задание было не сложным, но требовало времени: расчет нескольких последовательностей для предсказательных моделей. Геморно, но не сложно. Он выводил формулы аккуратным почерком, проверяя каждую итерацию, чтобы избежать ошибок. За окном ноябрьский ветер завывал ветром приходящей зимы, а в комнате царила тишина, прерываемая только скрипом пера. Внезапный, но ожидаемый стук в дверь прервал его концентрации и заставил поднять голову. — Войдите, — сказал он ровным голосом, дописывая очередную формулу. Дверь открылась, и в комнату вошли Чо Чанг и Мариэтта Эджком. Только войдя Чо скрестила руки на груди, ее темные глаза смотрели свысока, как будто она делала одолжение, просто придя сюда. Мариэтта фыркнула, переминаясь с ноги на ногу, ее губы скривились в надменной усмешке. Обе вели себя как старшекурсницы, уверенные в своем статусе, что был по их мнению выше этого младшекурсника, который зачем-то их позвал. Максим отложил перо, но не встал, лишь кивнул на стулья. — Садитесь. Я не хочу тратить на этот вопрос больше времени, чем нужно. Чо села первой, Мариэтта последовала за ней, все так же фыркая. — Добрый вечер Симет. Зачем ты нас позвал? — спросила Чо, ее тон был холодным, приторно вежливым, но надменным. — Да, зачем ты нас позвал? Знаешь ли, у нас дела поважнее, чем тащиться к младшекурснику, — подхватила за ней Мариэтта. Она всем своим видом показывала, что не хочет быть здесь, но делает ему великое одолжение. Максим же смотрел на них спокойно, без эмоций. — Я наблюдал за тем, как вы устраиваете травлю Луне Лавгуд. Кражи вещей, насмешки. Это нужно прекратить. Немедленно. Мариэтта рассмеялась коротко, презрительно. — Ты серьезно? Позвал нас из-за такого пустяка? Из-за этой полоумной? Кем ты себя возомнил, что можешь ставить нам условия? Да и она сама напрашивается своей чушью про нарлов и все такое. Это всего лишь шутки, ничего страшного. Да и не касается это тебя. Это наши разборки. Чо кивнула на слова спутницы, ее глаза сузились. — А тебе-то какое дело? Она не твоя подруга. И вообще, ответь на вопрос, с чего ты взял, что можешь нам указывать? Максим не повысил голос, даже не поморщился, но его тон стал тверже. — Я думал вы меня услышите, но ладно, ваши умственные способности для меня очевидны. Значит перейдём на понятный вам язык. В случае, если вы меня проигнорируете, я перекрою вам и всей вашей шайке доступ к рынку и услугам внутри факультета. Зелья, консультации, доставка товаров — все это будет для вас закрыто. И поверьте это в моей власти. Как поступить решайте сами. А теперь свободны. Девушки переглянулись. Надменность на лицах сменилась раздражением. Мариэтта открыла рот, чтобы огрызнуться, но Чо положила руку ей на плечо, но это все равно не остановило её. — Ты? Нам проблемы? Да кто ты такой? Ты знаешь кто у меня мама? Да если я захочу тебя вообще выкинут. Не путайся под ногами Симет, — с этими словами она резко встала со стула и покинула комнату оставив дверь открытой. — Ладно, — сказала Чо неохотно, с печалью в голосе из-за срыва подруги. — Я прекращу. Только из уважения к тому обществу, что ты представляешь на нашем потоке. Не сказав больше ни слова, она элегантно встала и вышла из комнаты, аккуратно притворив дверь за собой. Максим проводил её взглядом без тени торжества. А затем вернулся к арифмантике, размышляя. Может им и двигал альтруизм, да желание помочь девочке что оказалась в такой ситуации, но доля прагматизма тоже присутствовала. «Хмм, а ведь эта ситуация может развернуться и ударить по мне. Нужно написать Майклу заранее. Надеюсь влияния клуба, что они готовы потратить на меня, хватит на обычную работницу министерства. Да и стоить должно не сильно дорого. Но опять траты… Как же достало. А пока не забыл, нужно отдать команду прекратить торговлю с Эджком. А вообще, есть у меня пара мыслей, где Луна могла бы помочь в будущем, с ее то нестандартным мышлением. Например, она вполне может помочь с расчетами или компоновкой ритуальных кругов и рун. Может там нужно другую мерность использовать. Или как-то красиво развернуть. Хрен его знает. А так, если смотреть на картину целиком, особенно со стороны клуба, то травля дестабилизирует факультет, создает ненужный шум. Привлекает совсем лишнее в данном случае внимание». Затем выкинув все посторонние мысли из головы Максим вернулся к формулам. К счастью те были намного проще тех, что он считал для своих проектов. А вечером того же дня, когда с заданиями было наконец покончено, и Максим хотел отдохнуть читая интересную книгу о путешествиях мага до введения статута, пергамент связи до этого спокойно лежащий на столе слегка задрожал. Он нехотя взял его в руки и углубился в текст: размашистые буквы Гарри проявились на поверхности: “Макс привет. Нужно встретиться. У тебя есть время? Не против пересечься в коридоре у башни?” Максим ответил коротко: “Ладно, иду. Ты уже там?”. “Да, я тебя уже жду“. Они встретились в тихом коридоре, Гарри выглядел нервным, но решительным, его очки слегка съехали на нос. — Макс, — начал Гарри без предисловий. — Нужна твоя помощь. Нам нужно место для тренировок. Не можешь посоветовать что-нибудь? А то сам видишь как преподают защиту в этом году. А у нас на пороге война! Максим же поморщился вспомнил канон. «Блиин, Добби же должен был показать Комнату Требований, но эльф не был освобожден, Гарри было не до этого, он лежал без сознания в конце второго курса, а мне на эльфа как-то плевать». — Знаю. Есть такое. Выручай-комната. Я могу показать. Но это моя зона для тренировок. Стройте свой график тренировок за исключением: понедельника, среды и субботы. Остальные дни и ночи ваши, а мое время оставьте в покое. Сам знаешь, не так много мест где я бы мог побыть собой и поработать. — Комната чего? — Требований. Нужно пройти трижды мимо участка стены на седьмом этаже напротив гобелена с танцующими троллями. Думать о том, что тебе нужно. Дверь появится. Покажу тебе один раз. Но только тебе. Не нужно вести своих фанатов. — Почему только мне? — нахмурился Гарри. — Чтобы не мелькать лишний раз перед твоими последователями. У меня и так репутация достаточно странная… Гарри кивнул. — Согласен. Большое спасибо. Мы не будем ее занимать часто. — Ладно, проехали. У тебя есть еще что-то? — спросил Максим. — Да нет. Слушай, а тебе нужна будет мантия-невидимка на выходных? — Да нет, — отказался Максим. — Накопилась домашка за две недели. Из-за алхимии и… других дел. Гарри усмехнулся. — Вечно ты со своими экспериментами. Слушай, а не хочешь позаниматься с нами? —Не, развлекайтесь сами. По мне, так у вас будет слишком шумно. Я предпочитаю тренироваться в одиночестве. Да и знаешь же, не интересует меня боевая магия волшебников. Если уж на меня уже не действуют чары низкого уровня, то представь что будет дальше. Предпочитаю стихийные атаки. А всякие «Остолбеней» оставьте себе. — Ну как знаешь. Мог бы все же с нами потренироваться ради разнообразия. Вдруг пригодится чего. Короче, если передумаешь приходи. — Обязательно, как только, так сразу… Затем еще немного пообщавшись они разошлись. Максим, поднимаясь в свою комнату, мысленно сетовал, чтобы этот день наконец закончился и он смог спокойно отдохнуть. Наконец эта неделя подошла к концу. И вечером субботы Максим гулял вдоль берега Черного озера. Холодный ноябрьский ветер трепал мантию, вода плескалась о берег, но прогулка помогала ему думать. И размышлял он о составлении магического круга по методу Мерлину. «Уже какой год подряд занимаюсь этими расчетами. Оптимизация идет, но блин, как же медленно. Сейчас эффективность круга составляла всего 20%. Да, это в два раза больше чем было изначально, но как же медленно продвигалась работа. Обладая сейчас всеми доступными знаниями, я понимаю главное: до конца школы я доведу его ну максимум до 35-37%, не больше. Чтобы прорваться дальше нужно будет закладывать новые принципы. Например, Асгардские руны подошли бы идеально. Намеки на них я видел в библиотеке Выручай-комнаты, но там были именно что намеки, максимум пара рун, фрагменты схем. Но полных знаний нет. И явно нигде кроме Асгарда их не взять. Хотя, может быть я найду их в библиотеки Мефисто. Но туда еще нужно будет поступить. И будет это только через даа года, не раньше». Дальше мысли перешли к проекту «комнаты тишины» для Офис. «В принципе, начать можно с расчета рунического рисунка для стабилизации самого пространства комнаты. Ведь если рассуждать логически, при сдвиге на духовный план, где понятия пространства нет, нужно постараться чтобы все не рухнуло. Она то выживет, но мне придётся забыть о любых сделках с ней. А в бригаду я вступать не хочу прямо совсем. Значит опять садимся за расчеты…» С этими невеселыми мыслями он повернул к замку. А на следующий день по плану был назначен отдых. Поэтому, проснувшись около десяти утра, он впервые за неделю не стал надевать браслеты. Просто встал, заправил кровать заклинанием, привел себя в порядок и лениво побрел на завтрак. В Большом зале он лишь кивнул сокурсникам, усмехнулся в ответ на что-то шипящей ему вслед Мариэтте и наложил себе яичницы с беконом. «Полцарства за чашку нормального кофе», — уныло подумал он, запивая пресноватый бутерброд тыквенным соком. После завтрака он почти на автомате направился к Комнате Требований, но на полпути резко остановился. «Нет. Сегодня выходной. План есть план». С трудом пересилив себя, он свернул в библиотеку, нашел там мемуары какого-то забытого волшебника о путешествии в Иерусалим и устроился с книгой в факультетской гостиной. Чтение давалось с трудом — мысли то и дело возвращались к нерешенным задачам. Он с таким усилием погрузился в текст, что пропустил обед, и ему пришлось наведать кухню. Домовые эльфы, как обычно, косились на него с подозрением, но исправно выдали корзинку с пирожками. Вернувшись в комнату, он заварил крепкий чай из своих запасов, пообедал и... едва не сорвался снова, когда в голову пришла идея по оптимизации круга разделения материалов. «Черт побери!» — мысленно выругался он, с силой швырнув перо на стол. Он заставил себя лишь кратко записать идею в дневник и спустился в гостиную, где присоединился к компании сокурсников, игравших во взрывной покер. Вечер прошел в неестественных для него попытках светской беседы и неподдельном удивлении от того, что другие могут просто тратить время впустую. Ложась спать, до него наконец дошло: он совершенно разучился отдыхать и не представлял, как это исправить. Но по большому счету... ему было на это плевать. Завтра снова понедельник, а значит, можно будет с головой уйти в работу. И это было единственное, что имело для него значение.