Часть 13 - Мгновенья тишины

Тёмные печальные сумерки опустились на крыши кирпичных домов, сползая серым туманом к самой земле. На западе из-за стен всё еще выглядывал долгий летний закат. Через распахнутые окна трапезной тянуло вечерней сыростью и зацветшими азалиями. Военные повара суетились, накрывая широкие деревянные столы без скатертей. Главный по кухне внимательно следил, чтобы никто украдкой не сунул в карман замасленного фартука жирный окорок. Дверь кухни распахнулась, и тощий помощник повара выкатил в зал огромную бочку хмельного терпкого эля, а затем и две бочки свежего яблочного сидра. Теперь трапезная была готова к приему гостей. И, возможно, это выглядело цинично — устраивать такое пышное застолье перед самой сложной и рискованной миссией за всё время существования разведкорпуса, однако солдат следует подбодрить: хотя бы сегодня ночью они смогут искренне порадоваться, вдоволь наесться и напиться — завтра часы многих могут пойти вспять. Заскрипели иссохшие половицы: сотни пар военных сапог шагали по коридору прямо к трапезной. Солдаты радостно и растерянно взглянули на представленное изобилие. Некоторые уже и забыли, каковы на вкус определенные блюда. — Мясо! — завопила Саша и понеслась к столу. Жан и Конни побежали за ней. Если не остановить — всё сметёт. Разведчики рассаживались. В трапезной было оживлённо. Девочки из контрразведки инициативного сами сели с разведчиками из 104-го. Лиам пришла позже всех, потерянная и уставшая. Фортресс хотела пройти за стол к своему отряду, как вдруг в неё кто-то врезался. Высокий рыжий парень влетел в командующую, споткнулся и упал. Лиам выругалась про себя, но виду не подала. — Какого?! Смотреть нужно куда идёшь! — внезапно возмутился рыжий, поднимаясь и отряхиваясь. — Чего? — недоумевая, спросила Лиам. — Говорю, смотреть нужно! Набрали новобранцев, а дисциплине не обучили! — не унимался тот. За столом 104-го и контрразведки повисла тишина. — Эй, парень, а ты ничего не перепутал? — холодно отчеканила Лиам, сложив руки на груди. — Не ты ли тут новобранец? — Вообще-то я давно в разведке! Я из 104-го так же, как и они! — Флок указал на сидящих за столом. Жан нервно сглотнул. — Вот как… Понабрали в разведку, а манерам не обучили, — произнесла Лиам, недовольно глядя на Флока. Он явно не понимал, с кем связался. Конни аккуратно дёрнул его за ремень для крепления УПМ на ноге, но Флок лишь нервно отмахнулся. Ему очень не понравилось, что какой-то неизвестный солдат смотрит на него свысока. — Каким манерам?! — Позволь напомнить, что это ты в меня влетел, и по-хорошему, будучи человеком воспитанным, а уж тем более солдатом из разведки, ты мог бы просто извиниться, неважно, кто перед тобой, новобранец или кто-то из командования. А вместо этого, думая, что перед тобой неопытный солдат, ты решил утвердиться за его счёт перед сверстниками из 104-го, но прости, уж никак не напарниками. Ты до них ещё не дорос. — Да кто ты такая, чтобы такое говорить?! — Ах, да, и заметь, я ни слова не сказал про свое звание, потому что мне не нужно утверждаться. Но прости, я не могу молчать, когда вижу таких, как ты. Слишком много напускной спеси, Флок Форстер! Сначала сделай что-то важное, а потом горлань, что ты разведчик. Это ещё нужно заслужить! — последние фразы Лиам сказала максимально близко приблизившись к его лицу. Парень занервничал. Его глаза исступленно забегали. Командующая сильно задела его гордость, ещё и при всех. Она фыркнула и прошла к своему отряду, совершенно не обращая внимания на рыжего. Лиам вовсе не хотела унижать его, но не любила таких прихлебателей, которые только и хотят, что покрасоваться на чужом фоне. За последнее время она и её отряд уяснили — любое положение и звание нужно заслужить. А сейчас разведке нужны сильные духом честные люди, а не пустые горлопаны. — Ты идиот! — прошептал Флоку Жан. — Ты хоть знаешь, кто это был? Флок нервно посмотрел на Жана и помотал головой. — Это же Лиам Фортресс, командующая контрразведкой, а это её отряд, — он едва заметно кивнул в сторону контрразведки. Флок украдкой взглянул на них. Он слышал, что есть такой отряд, и что они объединили действия с разведчиками, но был уверен, что командир мужчина. Он снова взглянул на Лиам, вспомнил её высокомерный взгляд, как грубо и холодно она говорила с ним. «Ты до них ещё не дорос», — пронеслось у него в голове. — Мы ещё посмотрим, кто ещё до кого не дорос… — зло прошептал Флок и ушёл за дальние столы.

***

Застучали деревянные ложки, по стенкам кружек стекала шипучая пена свежего сидра. Трапезная наполнилась торжественными тостами: — За смелость и мужество! — За честь разведкорпуса! — За королеву Хисторию! — За победу над титанами! — За будущее человечества! В громких горячих словах не было страха: никто не думал о том, что ждёт завтра, они жили сейчас и верили, что работают ради великой цели, которая куда больше и важнее жизни каждого. Лиам наблюдала: ей было очень приятно видеть горящие глаза солдат и весёлые улыбки на лицах своих подчинённых. Сейчас не время разделяться и доказывать, чей отряд важнее. Только вместе они справятся, только объединив силы получат шанс на победу. «То ты разведчик, то контрразведчик…», — едкие слова Катарины громким звоном раздались у Лиам в голове. Лицо сразу же исказилось, точно слова нанесли физическую боль, и Фортресс поспешила скрыть это, закрывая ладонью лоб. — Что ж, я, пожалуй, пойду, — Лиам вдруг встала из-за стола. — Командующая, куда вы? — спросила Хельга. — Я что-то устала, правда. Очень плохо сплю в последнее время, — ответила она, посмотрев на удивлённые лица своего отряда. — А вы оставайтесь, отдыхайте, веселитесь. Вы заслужили. Лиам невыносимо грустно улыбнулась и, попрощавшись со всеми, вышла из зала. Фортресс хотелось скорее вернуться в свою комнату — несуразную, заставленную, но уже такую привычную, родную. Ремни давили, кожа неприятно зудела, и Лиам поспешила снять их, как только вошла в комнату. По ногам и талии побежало приятное покалывание. Лиам облегченно выдохнула. Она стянула уже совсем серые атласные перчатки и небрежно бросила их на стол. Руки тоже устали от лишней ткани — кожа слово задышала. Мешала и застегнутая под самый ворот пуговица тонкой шелковой белой рубашки. Фортресс спешно расстегнула сначала её, а затем еще пару пуговиц ниже. Стало легче. Но недостаточно. Лиам открыла шкаф. На нижней полке за стопкой постельного белья пряталась изящная бутылка, конечно же, взятая у Берга. А рядом притаился и красивый бокал с геометрическими гранями из толстого, но прозрачного стекла. Командующая взяла бутылку и стакан и понесла к столу, оглушая комнату звонким стуком стеклянных стенок друг о друга. Она внимательно посмотрела на бокал и решила не использовать его. Почему бы и не позволить себе немного бунтарства? Фортресс связала бутылку и направилась к подоконнику. Теплый мягкий летний ветер прозрачным дымком затекал в комнату через распахнутое окно. Она открыла виски, села на подоконник и закурила. Дым устремился вверх, дополняя собой плывущие облака. Лиам сделала большой глоток. Алкоголь приятно расслаблял мышцы, но странное ощущение скованности не пропало, словно что-то сжималось внутри, хотело вырваться, но боялось. Фортресс сжала рубашку в области сердца, ощущая неритмичное учащенное сердцебиение. «Да, что же это?» — подумала она.

***

Народ всё распалялся. Шума становилось больше — так и горожане могут начать жаловаться. Командиры понимали это, но никто не решался дать приказ к отбою. Хотелось потянуть мгновение безмятежной радости. Вдруг раздались вопли и брань. Эрен сцепился с Жаном. Капитан Леви даже и не собирался выяснять, в чём причина драки. Он двумя точными и резкими движениями раскидал товарищей по разным углам. Драка для Леви стала явным сигналом, что веселье пора заканчивать. — Эй, слишком много шумите. Всем отбой! — отдал приказ Леви, а потом добавил: — И уберите здесь!

***

Уже было за полночь. На небе ярко горели звезды — значит, завтрашний день будет жарким. Улицы пустовали. Стояла тишина. Только слышалось, как в застенках дома поёт сверчок. Троица друзей направлялась в корпус на отбой. Микаса и Армин помогали Эрену идти — уж слишком сильно Жан заехал ему в набитый мясом живот. Эрен был недоволен, что друзья позволили ему драться, не стали разнимать. Микаса и Армин лишь улыбнулись на его возмущения. Они решили присесть на лестницу, которая вела вниз улицы, чтобы немного передохнуть, и просто посидеть — уж очень приятная ночь выдалась сегодня. — Знаете, мне стало легче, — начал Эрен, — я переживал по всяким пустякам, не понимал, почему я не могу стать таким же сильным, как Микаса и Леви. Я завидовал. Но даже такие, как вы, мало чего можете поодиночке. И поэтому каждый должен найти своё призвание. И лишь объединившись, мы сможем обрести силу. Все люди разные, но в этом и есть их сила. — Да, думаю, ты прав, — ответил Армин. Они на секунду замолчали. Внизу улицы показался военный в плаще. В свете жёлтого фонаря его волосы казались совсем русыми. На мгновение он напомнил им Ханнеса. Но вот военный зашёл в тень, волосы потемнели, и воспоминание о Ханнесе пропало. — Когда вернем стену Мария и победим всех наших врагов, сможем ли мы вернуть те дни? — спросила Микаса. — Обязательно… Но есть то, что уже не вернуть. И они заплатят за это! — сурово сказал Эрен. — Да… — согласилась Микаса. — Но и это ещё не всё! — решил добавить Армин. — Море! В этом огромном озере столько соли, что ни один купец всё не откачает. За этими стенами есть не только титаны! Ледяные земли, песчаные равнины, огненная вода. Я вступил в разведку, чтобы увидеть всё это! — А, да. И правда… — как-то нерешительно согласился Эрен. — Решено! — радостно сказал Армин, вскочив с места. — Сначала доберемся до моря! До сих пор не верите? Вот увидите! Оно существует! — Ну ладно! Обязательно как-нибудь посмотрим, — ответил Эрен, тепло посмотрев на друга. — Я это запомню! Ты обещал! — не унимался Армин. — Мы сможем исследовать этот мир! Снаружи он куда больше, чем внутри стен! — Да понял я, понял! — смеясь, ответил Эрен. Совсем рядом за стеной сидел капитан Леви — он тоже собирался уходить, но вдруг услышал диалог ребят, и что-то остановило его. Как удивительно было осознавать, что в такое тяжёлое время, когда мир практически рушится, есть те, кто ещё сохранил мечту, те, кто сохранил светлую веру. Море, пустынные земли, мир за стенами — Леви тоже было сложно это представить, но разве этого не может быть на самом деле, если ты пока просто не увидел? Ему стало тепло на душе, но в то же время как-то тревожно. Завтра для многих, и может, для него, тоже всё изменится. Он и сам бы хотел увидеть это море, и хотел бы, чтобы все эти ребята, которые завтра выйдут за стены, тоже увидели. Сохранил ли он свою мечту? Или борьба с титанами уже стала его единственной целью? В памяти всплыли лица погибших друзей и товарищей. Он столько не успел сказать им, столько не успел сделать. И впервые за свою ещё сравнительно недолгую, но уже насыщенную на события жизнь, Леви стало жалко времени. Он поднял голову и посмотрел на яркие звезды, которые сияли там, в небе тысячелетиями — у них-то точно много времени. Леви закрыл глаза, вздохнул и провёл рукой по голове. Нужно идти.