Глава 5 . Кланы без когтей

День Совета выдался глухим и серым. Утренний туман не торопился рассеиваться, цеплялся за кусты, стелился по лапам, будто сам лес не хотел отпускать ни одного кота. Совиный Коготь вышел из своей пещеры первым. Травы были рассортированы, мох — увлажнён, настои для Темногрива и Луноликой заготовлены. Всё — на случай, если кто-то из них вернётся с Совета не один… а с чужим запахом на шкуре или сомнением в глазах. У лагеря царила суета. Алая Буря проверяла когти и грызла ус в раздражении — она никогда не любила Советы, а особенно — после последних тревог. Лунолика внимательно изучала травяной мешочек, который ей вручил Совиный Коготь. Новоиспечённые оруженосцы, Синелап и Иглолапка, прыгали на месте, явно не в силах скрыть волнение. Янтарная Звезда появился внезапно, как и всегда — ни шума, ни грации, только уверенные шаги. Он обвёл всех взглядом и произнёс: — Мы выходим. Они двигались молча. Через вересковые поля, вдоль границ, где земля хранила следы тревожных меток. Совиный Коготь чувствовал каждый шорох, каждую перемену ветра. Необычный холод шёл со стороны старой речной тропы, но путь к Четырём Дубам вёл в другую сторону. Когда лес стал расступаться, и показались знакомые силуэты дубов, по шерсти прошёл ток. Здесь всё было по-прежнему — тишина, ровные стволы, и ощущение, будто их кто-то ждёт ещё до прибытия. Там уже были другие племена. Племя грозовых раскатов , племя речных песен и племя теневых когтей. Коты собирались по привычным кругам, мерили друг друга взглядами. Предводители ждали знака — и, заметив Янтарную Звезду, поднялись на скалу. Совиный Коготь занял своё место рядом с целителями. Ушастая Лепестковая Россыпь из Теневого племени кивнула ему, но глаза её были насторожены. Видно, она тоже что-то чувствовала. — Ты слышал про метку у реки? — прошептала она. Совиный Коготь кивнул. — Слишком много совпадений. И слишком мало запахов. — А звёзды? — Лепестковая Россыпь почти не шевелила губами. — Молчат, — хрипло ответил он. — Или… говорят не с нами. Точно в этот миг Янтарная Звезда поднялся на лапы. Его голос разнёсся под дубовыми кронами, как камень, брошенный в стоячую воду: — Мои слова — ко всем. Что-то происходит в лесу. Не с границами. Не с охотой. А с самим духом земли. Мурлыканье стихло. Даже воители прекратили переглядываться. — Мы нашли чёрную метку. След, который не оставила ни лапа, ни клык. Воздух над ним не движется, растения гниют, и сны... становятся чужими. Он перевёл взгляд на предводителей других племён. Они молчали. Но по выражениям было ясно: это не только их беда. — Сегодня я не прошу ответа, — сказал Янтарная Звезда. — Я предупреждаю. Это идёт не к одному племени. Оно идёт ко всем. Молчание. И только ветер зашелестел листьями так, будто смеялся над ними. Совиный Коготь почувствовал, как Иглолапка и Синелап сбились ближе к Алой Буре. Они многое видели в своей первой луне оруженосцев. И, похоже, это была лишь первая тень на их пути. Совет закончился без ясности. Предводители не договорились ни о патрулях, ни о правилах. Каждый вернулся в своё логово с тем, что принёс — недоверием, натянутыми улыбками и беспокойством в животе. Племя Новых Рассветов шло домой тише обычного. Даже оруженосцы не перешёптывались. Совиный Коготь чувствовал это ещё по дороге: воздух будто ждал чего-то. Но он списал это на напряжение, на усталость. Он не знал, что за несколько часов всё изменится. Они вернулись под вечер, когда солнце только начинало тонуть за западной кромкой леса. Янтарная Звезда собрал короткое собрание, велев укрепить охрану и разослал патрули — но никто не ожидал, что удар придёт в ту же ночь. Нападение началось внезапно. Первый вопль разорвал воздух, когда ночь только вступала в полную силу. — НАПАДЕНИЕ! — донёсся крик с западной стороны лагеря. — ВРАГИ В ЛАГЕРЕ! Совиный Коготь сорвался с места, вылетая из своей пещеры, не думая ни о травах, ни о снах. Всё вокруг было охвачено хаосом. В лунном свете мелькали тени, но ни одна не выглядела знакомой. У входа в лагерь сражались сразу трое. Один из нападавших был крупен, но с тонкими, словно "речными", лапами. Второй — худощав, юркий, и бился так, как бьются воины "теневого" племени. Третий — мощный, с растрёпанной шерстью и рыжими отметинами, явно из "грозового". Запахи мешались, сбивая с толку. — Это не одно племя! — рявкнула Алая Буря, бросаясь вперёд. — Это… они из разных кланов! — Это шайка! — выдохнул Янтарная Звезда, появившись рядом, уже вцепившись когтями в чужого воина. Совиный Коготь рванулся к детской. Он должен был быть там. Но изнутри уже выскочила Сойка с Дубочком на загривке и двумя другими котятами под брюхом. — Всё хорошо, они со мной! — прорычала она, сжав челюсти. Целитель кивнул и бросился назад — к палатке старейшин, где слышался глухой хрип. Там он нашёл Огнехвоста, старого воина, лежащего на боку, истекающего кровью. — Сломано ребро, — пробормотал Совиный Коготь, осматривая его. — Нужно остановить кровь… Но тут из-за палатки вылетел враг. Совиный Коготь отшатнулся, не воин — не мог драться, не умел. Но прежде чем чужак успел ударить, в его бок врезался Камешек. Нет, это был будто не Камешек… Он вёл себя как настоящий оруженосец. Маленький, но смелый. Он зарычал, кусая лапу нападавшего. — Беги, Совиный Коготь! Я его задержу! — Нет! — отрезал тот. — Беги ты! Вдвоём они сбили врага с лап. Совиный Коготь не убил — но ударил сильно. Зубы вцепились в чужое ухо, когти рванули по боку. Это был не героизм — это была защита. Чистая, бессловесная ярость. К утру лагерь дымил. Несколько палат были разрушены, трое котов тяжело ранены, и пару убито. Но они отбились. Когда Янтарная Звезда снова вышел к центру лагеря, все молчали. Все ждали слов. Но предводитель не закричал. Не поднял хвост к небу. Он просто прошептал: — Кто бы они ни были… они знали, куда идти. Они знали, когда мы вернёмся. И они не боялись нарушить кодекс. Совиный Коготь стоял рядом. Его грудь всё ещё была в пятнах крови — не своей. Он посмотрел в сторону востока. Там, где скрывались границы. Где был Совет. Где стояли те, кто кивнул им в знак уважения. — Значит, теперь мы воюем не с племенем, — тихо сказал он, — а с теми, у кого больше нет племени вовсе. Когда все начали расходиться, чинить палатки, приводить себя в порядок и обрабатывать царапины, Совиный Коготь выудил из толпы окровавленного, но гордого Камешка. Тот сидел с разодранным ухом и вздымающейся грудью, будто только что победил целое вражеское племя. — Камешек! — голос Совиного Когтя был твёрдым, и в нём звенела ярость, не привычная для целителя. — Что ты себе позволяешь?! Котёнок вздрогнул, но не отступил. — Я защищал тебя! И Огнехвоста! Я видел, как тот кот прыгнул… — Ты видел, как он был вдвое больше тебя! — перебил его Совиный Коготь, подступив ближе. — У тебя нет обучения. Ни силы, ни скорости. Если бы он ударил чуть сильнее — ты бы лежал сейчас рядом с Огнехвостом. И не дышал бы! Камешек поник, опустив уши. Но в его глазах всё ещё горел упрямый свет. — Я не мог стоять в стороне. Совиный Коготь шумно выдохнул, стараясь унять поднимающееся напряжение. — Ты не воин, Камешек. Ты даже не оруженосец. И если ещё раз пойдёшь на бой без разрешения — сам будешь зализывать себе раны. Я не врачую глупость. Котёнок кивнул, всё ещё не поднимая крошечные ушки. Совиный Коготь посмотрел на него дольше, чем хотел, потом коротко махнул хвостом и развернулся, направляясь к Янтарной Звезде. Предводитель стоял у скалистой кромки, вглядываясь в темнеющее небо, словно ища там что-то важное. Совиный Коготь подошёл и опустил голову в уважительном поклоне. — Трое тяжело ранены, — начал он. — Огнехвосту повредили рёбра, одна могла пробить лёгкое. Я стабилизировал, но ему нужен покой и постоянный уход. Речная Тень — глубокие царапины на боку и плечах. Возможно, заденут сустав. Нежногривка... у неё почти разорваны плечи , я сомневаюсь, что она вернётся в строй быстро. Янтарная Звезда молча слушал, лишь кивнув раз или два. — И… — Совиный Коготь замолчал, прежде чем продолжить. — Я принял решение. Без обсуждений. Камешек должен быть посвящён в оруженосцы. Не как мой ученик — как обычный. Его желание защищать — это не инстинкт. Это черта. Я не сделаю из него целителя. И не стану пытаться. Предводитель перевёл на него взгляд. Его глаза были серьёзны, но без осуждения. — Ты уверен? — Абсолютно. Он не для трав. Он — для клыков и когтей. Но в нём есть что-то, что, если не направить сейчас, сгорит или погубит его. Он не просто любопытен. Он рвётся туда, куда идёт опасность. Янтарная Звезда кивнул, не задавая лишних вопросов. — Тогда завтра, на рассвете, он получит наставника. Совиный Коготь снова поклонился. Его лапы гудели от усталости, но внутри на мгновение стало легче. Решение принято. И впервые за долгое время он почувствовал, что сделал нечто правильное. — Он заслужил это, — добавил он почти шёпотом. — Но пусть не думает, что я отпущу ему этот глупый поступок. — Он твой подопечный, Совиный Коготь, — устало усмехнулся Янтарная Звезда. — А теперь пусть учится слушаться. Потому что дальше будет только труднее.