Так всё продолжилось II

Безмятежные Зелёные Холмы Соник открыл глаза. Белое небо. Высокие, левитирующие в воздухе острова, словно обломки древних построек. – Оу, моя головушка... – поморщился он, поднимаясь и осматриваясь. Первыми бросилось в глаза Зелёные Холмы, или что-то отчаянно их имитирующее. Узнаваемые формы, но слишком неестественные: то тут, то там торчат гигантские висячие колонны, словно кто-то криво сшил знакомый мир. Что-то в этом пейзаже цепляло память, но ясно вспомнить не удавалось. – Киберпространство. – голос прозвучал неожиданно. Соник дёрнулся: – Кто здесь?! Ответа не последовало. Тишина. – Ха, ещё и голоса в голове не хватало... – нервно усмехнулся он. Потом нахмурился, подумав вслух: – Хотя насчёт киберпространства... звучит знакомо. Но как я сюда попал? Не припомню, чтобы сам лез к древним. Он напряг память. Вчерашний день был рваным куском плёнки. Помнил, как Эггман сам пришёл за помощью, как-то подозрительно дружелюбный, но всё оказалось ловушкой. В какой-то камере, машина... Соник вспомнил, что он хотел что-то скопировать... Значит, снова этот старый ублюдок. Но перед этим было что-то ещё. Бездна провалов в памяти. Обрывок образа – дом Тейлза. Лисёнок нервный, встревоженный, что-то говорил: «Пустяки. Само пройдёт.» Они тогда здорово поругались. Соник не помнил слов, только раздражение и упрямство. Но сейчас это казалось важным, Тейлз явно что-то скрывал. И если он в опасности... – Нужно помочь ему. Он может быть в беде! – Сказал вдруг другой голос. На этот раз Соник не спорил: – Верно. Надо выбираться и найти его! Синий ёж рванул вперёд, развивая бешеную скорость. Перескакивал через проломы, лавировал между висячими платформами, обходил острые выступы и провалы. Пространство будто дышало: рваное, разорванное, дырявое. Ошибись – и провалишься вниз, потеряешь драгоценные секунды. А их нельзя было терять. Он гнал как одержимый, перепрыгивая через разрывы уровня, скользя по рельсам, что пронизывали зависшие над бездной острова. Но конца не было видно. Вечная гонка без финиша. Это казалось странным. Неправильным. – Чёрт... – выдохнул он сквозь стиснутые зубы. – Не время рассуждать. Нужно выбраться. В голове мелькнул женский голос, звучавший с ним в унисон: – Последнее, что я помню – это Тейлз. Он может быть в опасности! Соник кивнул сам себе, пробормотав: – Верно. И наверняка этот Эггман меня сюда и заманил... Не стоило ему доверять. Но главное – найти выход. Он рванул ещё быстрее, вжимаясь в пространство как клин. – Чёрт. Может мы просто пропустили разворот... Лента Мёбиуса. Но должен же быть выход! – зарычал он, и с новой яростью вцепился в бег. – И, естественно, его нет. Эггман не дурак. Если он хочет удержать самого быстрого ежа в мире – то есть меня, Соника – в этих приторных «Зелёных Холмах», то сделает их бесконечными! – сказал внутри голос с ехидным сарказмом. Женский голос фыркнул: – Но мы как-то сюда попали. Значит, выход есть. Если будем бежать достаточно быстро, то может и достанем до конца! – Ха! Да мне это раз плюнуть! – хохотнул тот же голос. Соник нахмурился, ускоряясь, но со скепсисом пробормотал: – Эм... это вообще-то моя реплика. И кто вы такие?! – Да не твоя! Моя! – огрызнулся голос. Вдруг осёкся. – Стоп... Ты меня слышишь?! – Прекрасно слышу. И ещё троих-четверых. Что вы вообще делаете в моей голове?! – рявкнул Соник, резко тормозя перед очередным повторяющимся поворотом. – Ха-ха-ха! – расхохотался голос. – Ребята, мы влипли по самые иголки! Но только не думай, что сошёл с ума. Хотя это очень вероятно... – Прекрати! – перебил женский голос. – Ты только пугаешь его. Соник, не бойся. Ты не сошёл с ума! Басовитый голос вмешался спокойно: – Хватит этого фарса. Ты, я, мы – одно и то же. Части тебя. Части твоей личности. Правда, ты не должен был нас слышать... Но сейчас это не важно, нужно выбраться отсюда. – Я – твой Разум, – представился он. Женский голос быстро добавила: – Привязанность. Последнего Соник узнал без подсказки и фыркнул: – Нарциссизм, что ли? Отлично... Он резко вдохнул, сжал кулаки. – С собственными демонами разберусь позже. Сейчас надо выбраться и найти Тейлза, Эми и Наклза. Они наверняка волнуются! В этот момент сзади донёсся тихий, дрожащий голос: – С-Соник! Он вздрогнул. Голос был слишком знакомым. Тейлз. Ёж обернулся и увидел старого друга. Того самого, но изменившегося, огрубевшего. Его глаза уже не горели по-детски наивным светом, или просто его стало меньше. Лётный костюм был потрёпанный, местами порванный, и резко контрастировал с этим безмятежным, белоснежным пространством. – О, Тейлз, ты тоже тут! Не подскажешь, где мы? – бросил Соник своим привычным беззаботным тоном, хотя в глубине он уже насторожился. Готов был к любым сюрпризам. Но то, что лисёнок принёс с собой, почти стёрло его уверенность. Он не был к такому готов. – Я так долго тебя искал, Соник, – выдохнул Тейлз и резко обнял его. Настороженность Соника чуть ушла, но он всё равно что-то почувствовал не так. Нутром. – Эй, что такое, Тейлз? Ты какой-то... вымотанный весь. Да и вымазан в чём-то! – Да, я... а ты тот же Соник, – пробормотал лис, неловко смеясь. – Это будет немного сложно объяснить, да и прозвучит очень странно. Но... просто выслушай меня спокойно. – Я весь внимание, братец Тейлз! – сказал Соник, чуть нервно дёргая ногой. Он терпеть не мог сложные, долгие разговоры, которые казались ему бессмысленными и скучными. Зачем тратить время на болтовню, если можно действовать? В его голове крутилась простая мысль: Нужно победить очередного злодея. Вероятно, тут замешан Эггман. Но слова Тейлза выбили почву из-под ног. Они звучали настолько безумно, что даже он сначала не поверил: – Нам нужно остановить тебя. Другого тебя. И в этом даже Эггман не замешан – он сам пытается остановить всё это. Звучало как бред. Даже от лучшего друга. Разве кто-то поверил бы в это? Разве это не похоже на ловушку? На чей-то грязный розыгрыш? Но Тейлз был серьёзен. Соник хмыкнул и уже собрался что-то съязвить, но замолчал, когда Тейлз включил первый слайд. На экране появился он сам. Он убивает Эми Роуз на литейном заводе. Та падает в расплавленный металл и орёт от боли. Последние слова Эми впиваются в душу Соника, как раскалённые иглы. Он посмотрел на друга в полном ужасе. – Ты... Ты же шутишь, да? Й-а…а не мог... убить её! Это монтаж, это дурацкий пранк! Камера где-то скрытая! – голос дрожал, звучал почти умоляюще. – Скажи, что это просто жестокая шутка! Тейлз вздохнул и только покачал головой: – Хотел бы я, чтобы это была просто жестокая, дурацкая шутка. Но это не так. Он перелистнул слайд и Соник увидел второе видео. Наклз. Его друг. Его брат. Его напарник. Соник избивает его до смерти. Отрывает обе руки. На записи всё предельно ясно. Соник не комментирует. Ни одна часть его души не находит слов. Его внутренние голоса молчат. Только дрожащим голосом он наконец хрипит: – Э-это не может быть правдой... Тейлз не дал ему времени оправиться и включил третий слайд, который добил Соника. На нём снова бесновался он. Его молниеносные движения, знакомые до боли. Никаких сомнений, что это он. Улыбка на лице жестокая, чужая. Но он не мог это признать, не мог даже допустить мысли, что именно его руки сделали это. Что он убил собственных друзей. Девушку, которая была ему дороже жизни. Ту, что когда-то призналась ему в своих чувствах. Тейлз выключил проекцию и со вздохом снял лётный костюм. Под ним оказадись шрамы и свежая, ещё не зажившая рана. Увидев это, Соник только прохрипел: – Нет... Все его голоса внутри завопили в унисон: – Не может быть! Я не мог так поступить! А ёж снова выдавил: – Нет... Взгляд его метнулся к экрану и он вздрогнул. Перед глазами разверзлась багровая тьма. Нет... это было даже хуже. На него нашло что-то вроде наваждения. Вокруг всё похолодело и потемнело, будто мир исчез. Остался только он и его копия. Перед ним открылась чуждая обитель тьмы, где тусклый свет медленно тонул в кромешной черноте. В самом центре висел он сам – закованный, как светило, которое пытались затушить. Чёрно-багровые цепи впились в тело, не давая даже шелохнуться. На мгновение этот закованный ёж поднял глаза. Взгляд был тяжёлым, измождённым. Былая решимость угасла, остались только тлеющие угли надежды, ждущие искры и воздуха. И эта искра вдруг мелькнула – в его глазах вспыхнул свет. Но цепи тут же натянулись, причиняя боль. Из тьмы за его спиной вышел другой ёж. На первый взгляд точь-в-точь он сам. Но глаза выдавали всё: багровые зрачки, склеры словно бездонная пропасть. Он ухмыльнулся и сказал насмешливо: – О, какие у нас тут гости! Эгги и Тейлз нас ещё удивят. И обернулся к распятому: – Ну что, как думаешь, игра будет повеселее, а? – Ты! – взревел гость с яростью. Игнис лениво перевёл на него взгляд и с пренебрежением хмыкнул: – А, ты ещё тут? Я уж думал, свалил. Ах да, моя ошибка! – он театрально хлопнул себя по лбу. Гость только начал: – Подо... – но Игнис резко хлопнул в ладоши, и звук словно разрезал пространство – гость исчез. Остались только захватчик и скованный. Игнис чуть склонил голову, а Соник сказал: – Не знаю, будет ли это веселее, но мои друзья точно попробуют сорвать твою игру. Правда, я так и не понял, зачем тебе это? Кто-то там лепетал про «контракт»… А ты не пробовал его разорвать? Борьба, всё такое. – Ха-ха-ха! – тяжело рассмеялся Игнис. – Борьба? Ты даже меня выгнать не можешь без их длинной руки! – он вдруг замолчал, усмехнулся горько. – Я не могу остановиться. И причина банальна, и она схожа с твоей, Соник. Думаю, на моём месте ты бы сделал то же самое. – Я бы так... – начал Соник, но замолчал. Время, проведённое с этим чужаком, многое показало. Слишком многое. Иногда, когда он засыпал, чужие воспоминания прорывались в его сны. В одном из них он видел, как кто-то убивает Эми Роуз, разрывая её надвое прямо на его глазах, а былые друзья впадают в кромешное безумие. Злость, обида, горечь, чистый гнев – всё это вскипало внутри, смешивалось в едкий коктейль эмоций. Но сейчас, после всего пережитого, Соник лишь стиснул зубы. В том сне перед ним возникло странное существо. Оно наклонилось и шепнуло ему прямо в ухо: – Вот что бывает, когда сопротивляешься предначертанному. Внезапно это существо пронзила рука Наклза. Ехидна протянул ему ладонь, помогая подняться. И вот Соник уже стоял посреди руин города, а с неба неслись лучи смерти. Он бросился к телу Эми... и сон оборвался. В то же самое время – Жди... – выдохнул Соник и растерянно огляделся. Он снова был там же, где и прежде, будто ни секунды не прошло. – Чёрт! – выкрикнул он, ударив кулаком по земле. Его переполняли гнев, отчаяние и непонимание, как всё дошло до этого. Кто это был? Почему из-за этого странного существа он сам, оригинал, стал монстром? И самое страшное – всё это было реально. Его друзья больше не ждут его. Они мертвы. Даже Эми... его Эми, которая посмертно призналась ему в любви. Теперь... отрицательно живая. – Чёрт! – снова сорвалось у него, хрипло и глухо. Он с силой ударил по земле, бледнея. Слёзы катились по его щекам. Горечь сжимала горло. – Но есть участь хуже смерти. Они теперь на его стороне, – раздался в голове тихий голос его Привязанности. Соник опустился на колени, обхватил их руками. Понимал, что это правда. И что он сам может стать таким же. Внезапно он почувствовал, как Тейлз осторожно обнимает его. Синий ёж вздрогнул и испугался, что может причинить ему боль. Резко вскрикнул, пытаясь оттолкнуть друга, но тот не отстранился. И тогда Соник зарыдал в его объятиях. Горько, без сил. А Тейлз только крепче прижал его и прошептал: – Неважно, настоящий ты или нет... Ты – Соник. Помощь у тебя в крови. Ты сражаешься за добро. Ты нам нужен. – Но у меня даже тела нет, чтобы хотя бы попытаться остановить самого себя! –глухо добавила его Разумность, а Соник всхлипнул. Тейлз наклонился и осторожно заговорил о «теле», не абы каком, а специально подготовленном. Но вот что особенно зацепило Соника – лисёнок упомянул, что работает с доктором Эггманом. Точнее, с Айво. Это имя на секунду вызвало у Соника странный комок в горле, он насторожился. Ведь последнее, что он помнил из «настоящих» воспоминаний, это как Эггман заманил его в ловушку. Но сейчас это всё мало что меняло. – Да какая к чёрту разница! – сказала Привязанность. – Какая разница! Главное – остановить себя! – в унисон рявкнул он сам вместе с Разумностью. Соник схватил Тейлза за руку и поднялся. Лис что-то сказал, но ёж, как всегда, пропустил его слова мимо ушей, заворожённо глядя на странный пейзаж: знакомые зелёные островки и трасса позади них. Только что там стоял лисёнок – и буквально растворился в воздухе. Трасса изменилась на глазах, образовался зияющий разрыв. – Может, это выход! – мелькнула мысль. Он рванул к нему. Но, когда оставалось всего ничего, голову пронзила дикая боль, она словно раскалывалась изнутри. Перед глазами взвились яркие, кислотные краски. Уши заполнил рёв и гул, тело пронизала ломящая боль – и всё внезапно стихло. Пробуждение, огонь и медные снаряды, часть 1. Осталась только чернота. И странное ощущение в теле. Он попытался приоткрыть веки, и увидел белое пространство из странных плит. А сам он свисал на каком-то стенде. В следующий миг крепления щёлкнули и отпустили его, отправив в короткий полёт. Он впечатался копчиком в пол, но боли почти не ощутил. Поднялся, отряхнулся. И только тогда заметил: тело было металлическим. В груди ярко светился синий источник света. Но больше всего его сейчас волновало одно – куда, чёрт возьми, его занесло на этот раз? – На подземный объект доктора Айво! – неожиданно раздался голос. Перед ним появился оранжевый лисёнок, как две капли воды похожий на Тейлза, только миниатюрный. Соник невольно пробормотал: – Тейлз?.. – Нет, Соник. Я не Тейлз. Я – Франческо, – представился он спокойно. – Вероятно, ты спутал меня со своим другом. Многие говорят, что мы и правда похожи... Соник прищурился, отметив про себя: «Да нет, вылитый Тейлз. И выглядит так же, и болтает точно так же.» А Франческо между тем продолжил: – Итак. Раз ты проснулся, нет ли желания немного размяться? – Размяться? О, это как раз то, что нужно! – оживился ёж, начиная разминать ноги, тянуть руки и шею. – Странное тело, конечно... но теперь оно моё. Надо привыкнуть. Отличный повод для тренировки! – подумал он, почти вытеснив из головы недавний кошмар в киберпространстве. – Рад слышать такой энтузиазм в голосе! Тогда я проинформирую доктора Айво Работника о начале второй фазы! – отозвался Франческо. – Ладно, Эггман... – пробурчал Соник, вскинув бровь. – А что за вторая фаза? И где Тейлз? Ты ведь знаешь, Франческо! Но лисёнок не ответил. – Эй! Не игнорируй меня! – рявкнул ёж, но в ответ снова тишина. Соник вздохнул, сдерживая раздражение, и сердито застучал ногой по полу, отчего пошёл звонкий металлический гул. Тем временем в управляющей комнате. – Неважно. Это всё-таки Соник! – сказал Тейлз, поворачиваясь к стеклу и глядя на топающего в нетерпении Металла. – Мы готовы ко второму этапу, доктор Айво! – доложил Франческо. – Отлично! Подготовить тестовый полигон! – отозвался я воодушевлённо. А тем временем Соник уже заметно нервничал. – Ну, сколько мне ещё ждать?! – буркнул он, нетерпеливо переминаясь. Внезапно его обнадёжил Франческо: – Ну, твоё ожидание подошло к концу! – О, снова ты! – отозвался ёж и нахмурился. – Исчез и появился. Можешь хотя бы на один вопрос ответить? Где Тейлз?! Ассистент, похожий на лисёнка, спокойно пояснил: – Он сейчас в комнате управления. Ты как раз на неё смотришь. – Эм... это же стена! – нахмурился Соник, сообразив. – Ладно, а как с ним связаться? – Связаться никак. Только после прохождения всех этапов. Благо их всего два, и первый ты уже преодолел, остался физический тест. Он поможет тебе не только пройти проверку, но и привыкнуть к новому телу. Ведь оно довольно сильно отличается от твоего органического оригинала. – начал подробно объяснять Франческо. Соник закатил глаза и перебил: – Эм... Я понимаю, что моё новое тело высокотехнологично. Но можно ближе к сути? – Это не так просто объяснить словами... Думаю, я смогу загрузить все необходимые данные о пользовании прямо в тестовую среду. – согласился Франческо и добавил: – Тестирование будет проведено в киберпространстве. Металлическое лицо Соника тут же мрачно перекосилось от неприятных воспоминаний: от странных диалогов до бесконечных, безликих Зелёных Холмов, в которых он наматывал бессмысленные круги в полном одиночестве. – Ух, надеюсь, это не будет похоже на те бесконечные Зелёные Холмы. Не хочется там застрять почём зря, – проворчал Соник. Франческо слегка нервно улыбнулся: – Не беспокойся. Тогда это была всего лишь небольшая оплошность. На этот раз я не подведу! – Ага, очень обнадёживает! – фыркнул ёж с нотками недоверия и, вздохнув, добавил: – Ну и когда?.. – Прямо сейчас! – перебил Франческо. – Чего?.. – успел только вымолвить Соник, прежде чем его сознание начало расплываться и исчезать в бесконечности. – Доктор Айво, Металл Соник подключён к киберпространству. Второй этап начат, – ровно отчитался ассистент. Я, глядя на Тейлза, не скрывал улыбки. – Правда, его психологический и нейронный образ почти идентичен Сонику. Это может повлиять на бой с Эми Роуз и Наклзом. – Ничего. – отмахнулся я. – Для них мы приготовили аналогичных Металлов. Я перевёл взгляд на лиса, который стоял рядом с антропоморфной летучей мышью. Та обняла его за плечи и прижала к себе. Оба смотрели беспомощно на отключившегося металлического ежа. – Неправда ли, Тейлз? Он немного растерялся, бросил взгляд на меня, а потом, взглянув на Металла, кивнул и улыбнулся: – Да. В киберпространстве внезапно материализовался синий ёж в новой обёртке, а рядом с ним стоял оранжевый лисёнок с белыми перчатками и двумя хвостами. – Так скоро... – пробормотал Соник, не успев даже осознать, что уже оказался в этом измерении. Оглянулся и хмыкнул: – Оу, ну ок. Вокруг – пустынные городские декорации, платформы и здания, летающие над бездной информации. – Теперь у нас городские пейзажи, что дальше? – спросил он вслух. – А дальше будет проверка боем! – бодро сказал лисёнок. Соник задержался на секунду, снова отметив про себя его пугающее сходство с Тейлзом. Но более всего его напрягли слова про «проверку боем». – Проверка боем, ага... Кажется, это будет ещё та головная боль, – подумал ёж, тяжело вздыхая. Как по сигналу из тёмной пропасти под ними с визгом моторов вылетел вертолёт – с ракетными блоками и крупнокалиберным пулемётом на борту. Машина зависла, угрожающе нацелившись. Соник зыркнул на неё с крайне недовольным выражением морды. – Отлично, – процедил он сквозь зубы и не дожидаясь атаки рванул с места. Вертолёт тут же выпустил очередь из крупного калибра, начав разносить асфальт за ним, вдобавок град ракет разорвал улицу позади. Соник несся по пустой линии дороги, виляя, ускользая, уворачиваясь от взрывов и сыплющегося бетона. Вдруг он свернул в переулок и услышал оглушительный, визжащий свист банши, от которого заложило уши. Едва успел пригнуться, когда перед глазами пронёсся здоровенный снаряд – танковый! Ёж отлетел в сторону и резко затормозил. В конце улицы стояли два массивных танка, калибр был явно больше стандартного. А вертолёт медленно приближался, угрожающе вращая винтами. – М-да, замечательно... Вертолёт, ещё и танки. Что дальше?! – буркнул Соник себе под нос, раздражённо дернув ухом. Он сделал шаг вперёд, и танки одновременно выстрелили прямой наводкой. Вертолёт синхронно дал залп ракет, снаряды уже почти достигли цели... Но для Соника всё вдруг замедлилось. Ракеты словно застыли в воздухе, двигатели ревели в вязком замедлении, а он сам едва заметно зевнул. Соник, не теряя времени, резко рванул вверх, запрыгивая прямо на застывшие в воздухе ракеты – одну за другой, будто по ступеням невидимой лестницы. Добравшись до вертолёта, он окинул его быстрым взглядом: лопасти медленно вращались, словно в густом киселе. Ёж ухмыльнулся и без усилий сорвал несколько кабелей, вырвал крепления пулемёта и отбросил его в сторону. Затем схватился за ракетные установки, дёрнул так, металл заскрежетал, и целиком оторвал их вместе с крепёжной балкой. Соник оттолкнулся и, набрав скорость, рухнул вниз, прямо к танкам. Асфальт под его ногами прогнулся и треснул, подняв медленно взвивающуюся пыль и крошку. Не теряя секунды, он бросился к одной из машин и с силой пробил катки, разрывая гусеницы – новое тело легко позволило сделать это. Та беспомощно рванулась вперёд и встала. Следующему танку он застопорил башню, провернув её до упора. Отошёл на несколько шагов, оглядел устроенный разгром и с широкой довольной улыбкой сказал: – Ну, вот так-то лучше. В этот момент танки жалко дёрнулись: одна попыталась развернуть башню, но она клинила, другая скрежетнула огрызком гусеницы. Вертолёт, зависнув в воздухе, пытался что-то запустить, но ни одно орудие так и не сработало, и ему оставалось только беспомощно следить за синим бедствием. Соник снова рванул вперёд безумным рывком. За несколько мгновений он оказался у очередного опорника с четырьмя пулемётчиками и скорострельной пушкой двенадцатого калибра. Как только он появился в поле зрения, открылся перекрёстный огонь. Но никто не ожидал, что металлический ёж даже не подумает тормозить. Он вспрыгнул на стену здания, взбежал вверх, оттолкнулся, сделал мёртвую петлю и в полёте только ускорялся. Скорость росла. Он чувствовал её так отчётливо, будто тело само подсказывало предел. Глаза обычного человека едва ещё могли его различить, а затем вовсе перестали ловить. Впереди зияла пропасть и вдалеке, на островке над пустотой, Соник увидел Франческо, который махал ему рукой, подгоняя. Ёж коротко подумал о расчётах и просто дал волю телу. Он рванул так, что пространство само натянулось вокруг, и следом по окружению разнёсся сухой хлопок – характерный удар, когда что-то пересекает звуковой барьер. На запредельной скорости, оставляя за собой резкий след, металлический ёж вылетел на край пропасти, использовав её как трамплин. Он оттолкнулся, буквально прорезав воздух, и понёсся прямо к островку, где ждал аватар Франческо. А я, наблюдая за этим действом, лениво поедал попкорн. – Ну, неплохо... – протянул я, прищурившись. – Но, чёрт возьми, надо бы что-то посложнее ему подкинуть. Эти военные игрушки прошлого века для него чересчур легки. Надо поднять планку. Франческо тут же встрепенулся, нервно спросив: – Доктор Айво, вы уверены насчёт загрузки G-20? Не слишком ли серьёзно это для первого раза? Естественно, речь шла об этой двадцатифутовой махине – прототипе, который я когда-то собрал специально для одного-единственного назначения: разнести в клочья его чёртову команду. Тогда они всерьёз действовали мне на нервы своим упрямством и ломали все мои гениальные планы по мировому господству. А ведь один раз я почти выиграл. Почти... Пока этот проклятый ёж всё опять не испортил. Даже не верится, что я вот тут сижу и помогаю воскресить эту надоедливую синюю занозу в одном месте. В прежние времена я бы сам себя за такое высмеял. Ладно, хватит лирики. Тут дело поважнее, моя собственная шкура на кону. Я ухмыльнулся и, не отрывая взгляда от экранов, отрезал: – Ха! Если он не сможет совладать с этим, то даже думать о нашей главной проблеме не стоит. Мой палец нажал кнопку запуска программы. – По сравнению с тем, что ему предстоит встретить – это детский лепет... – пробормотал я себе под нос. Вдруг резкий толчок боли пронзил руку, ту самую, от которой, по сути, уже ничего и не осталось. Я скривился, судорожно схватившись за культю, и процедил сквозь зубы: – Начинаем! Тем временем в киберпространстве Металл Соник уже вовсю мчался к острову, но, конечно, не рассчитал скорость. Слишком уж большой разгон взял, перелёт был гарантирован. Голос, сильно напоминающий Тейлза, тут же начал зачитывать инструкции: – Используй трастеры и встроенные ускорители с гидроскопом, чтобы... Но этот самоуверенный синий металлический нарцисс не дослушал и сам включил тормозные ускорители, начав активно тормозить в воздухе прямо над островом. Его глаза чуть округлились: – Ого! – выдохнул он, поражённый видом. Конечно, он летал на «Торнадо», но когда управляешь полётом своим собственным телом – это совершенно другие ощущения. Следующим пунктом программы должна была быть мягкая посадка. Ключевое слово: «должна». Но инструкцию он снова проигнорировал. Снижаясь, он не вовремя отключил ускорители и со всего размаха влетел в землю носом вперёд, буквально вспахав грунт. Было неясно, то ли трастеры отключил за него Франческо, то ли сам Металл Соник наконец сообразил, но в итоге они погасли. Франческо, стоя напротив, молча наблюдал за этой «филигранной» посадкой и вздохнул, когда тот, высунув из земли металлическую руку с белой кистью, показал поднятый большой палец в знаменитом жесте «всё ок». – Боже, Соник... – пробормотал Франческо с усталым раздражением. – Ты бы хоть раз дослушал до конца. Но металлический ёж, вылезая из ямы и отряхиваясь, лишь ухмыльнулся своей фирменной манере: – Да ладно тебе! Всё в порядке, видишь? Целёхонький! И этим тоном он умудрился выбесить даже виртуального лиса. Внезапно из-за угла вышел небольшой крольчонок. Остановился, уставился на Металла. Тот, улыбнувшись по-дружески, наклонился к нему, погладил по голове и спросил: – Ну, а где твоя мама? Крольчонок в ответ лишь молча развернулся. Соник перевёл взгляд – и тут за его спиной возникла здоровенная, массивная крольчиха, которая явно не собиралась болтать по-дружески. Она сорвалась в атаку, бешено несясь прямо на него. Соник скосил глаза обратно на крольчонка, который сиял от радости, глядя на маму. Ёж с плохо скрываемой тревогой выдохнул: – И это твоя ма-а-а... Он не успел договорить. Крольчиха с разворота вмазала ему обеими ногами так, что Соника просто запустило в открывшийся портал. Он отлетел, перевернулся в воздухе, но как ни в чём не бывало приземлился на ноги, слегка скользя по асфальту, опираясь одной рукой для баланса. Выпрямился и с кривой ухмылкой сказал: – Неплохо меня приложили. Кто это вообще был?! – Это было одно из творений доктора Айво, – донёсся до его головы спокойный голос Франческо. – Серьёзно?! Эггман опять за старое?! – возмутился Соник, с яростью сжимая кулаки. Но Франческо успел только коротко предупредить: – Нет. Слева! – Чего?.. – лишь начал ёж, как тут же получил мощный боковой удар прямо в левую сторону корпуса. Он не успел даже толком среагировать, а противник сразу исчез из поля зрения, оставив Соника стоять в кажущемся пустым, но тревожно безлюдном пространстве, окружённом возвышающимися над бездной небоскрёбами. Он напрягся, насторожился, силясь выцепить врага взглядом. Но все было тщетно: противник оставался невидимым для обычного зрения. Даже с аппаратурой его вычислить было бы непросто – но Соник этого пока не знал. Осознавал лишь одно: следующая атака почти наверняка будет сзади. Большинство таких подлых противников всегда идут со спины. Металлический ёж замер, готовясь. И дождался. Как только почувствовал, что враг пошёл в атаку, резко развернулся – но перед ним оказалось пусто. В тот же миг он ощутил мощный удар в спину. – Чёрт! – выдохнул ёж, слегка поморщившись. Этот гад умел перемещаться молниеносно – и Соник понял, что просто так его не перехитрить. На секунду он подумал использовать свою максимальную скорость, но тут же отбросил идею: площадь слишком мала, разогнаться негде, а улететь не вариант. – Просто замечательно... – проворчал он раздражённо. Внезапно он ощутил странное, но очень знакомое ощущение у затылка. Раньше такое бывало лишь в критические моменты – например, когда танковый снаряд свистел мимо, или при перекрёстном огне крупнокалиберных пулемётов. Но тогда это было смазанным чувством, а сейчас это был чёткий, направленный импульс. Соник молниеносно рванул корпус вниз, и прямо над его головой пронеслось резкое завихрение воздуха – противник промахнулся! Тот тут же попытался перегруппироваться для новой атаки, но ёж уже ждал его. Он резко откинул назад плечо, на которое враг целился, и тот вхолостую ушёл в сторону. В следующую долю секунды Соник уловил угрозу слева внизу, со стороны челюсти. Он рванулся вниз и вбок, уклоняясь, а затем сам нанёс резкий удар кулаком в бок противника. Не давая тому опомниться, ёж всадил второй удар в другую сторону. Потом ещё – третий, четвёртый, пятый, каждый раз всё глубже вбивая врага в асфальт. Заканчивая серию, он с размаху впечатал его головой в дорожное покрытие, подняв целое облако пыли. – Ну, спасибо за спарринг, было очень полезно! – сказал Соник, слегка поклонившись. Отошёл от повреждённой ящерицы с отчётливо металлическими следами. Видно было, что это когда-то был мобианец, но доктор Эггман явно решил превратить его в боевую единицу. Благо, напомнил себе Соник, это всего лишь киберпространство, и Эггман, к счастью, не успел воплотить эти планы в реальность. Отряхиваясь после боя, он спросил: – И сколько таких у меня будет противников? – Эм... – замялся Франческо. Соник сощурился: – Ты не знаешь, правда ведь? – Да... доктор Айво, похоже, не до конца проверил загрузки. Вместо одной карты с G20 он случайно подгрузил весь каталог проектов... включая твоих старых знакомых из программы «Робианцев». Ты же её когда-то остановил ещё до моего создания! – пояснил Франческо. Соник недоверчиво нахмурился: – И сколько их там? – Ну... я сейчас гляну... – послышался щелчок клавиш, а потом чуть виноватый ответ – Несколько сотен проектов. Металлический ёж только фыркнул: – Ну замечательно, Эггман! – и тяжело вздохнул. – Эх, ладно. Придётся поработать. Как в старые добрые – отправлю все его железные игрушки на свалку истории. Надеюсь, других сюрпризов не будет? Он посмотрел на Франческо: – А ты мне в этом поможешь, мой электронный друг? – Ну... я как бы админ здесь... Ну ладно, ладно, помогу тебе, – сдался Франческо с усталым вздохом, понимая всю бесполезность попыток увильнуть. В этот момент перед Соником открылся новый проход. Он не стал медлить и решительно шагнул в него. Пробуждение, огонь и медные снаряды, часть 2. На этот раз его встретила зона-город-призрак. Безликий, когда-то живой и дышащий, а теперь – лишь глухой отголосок себя самого. Высотки уходили в серое, искажённое для киберпространства небо. – Мы сейчас в одном из боевых сценариев. Готовься! – сказал Франческо. – К чему? – насторожился Соник. – Не знаю. Доктор Айво наготовил их с десяток, от обычной стычки один на один до сражений с целыми подразделениями. Надеюсь, нас ждёт не последний вариант! – ответил Франческо. В этот момент где-то неподалёку раздался странный свист – знакомый по звуку танкового снаряда, но более «медленный» и вязкий. От этого легче не становилось. Следом донёсся глухой хлопок. Металлический ёж нахмурился. – Ой-ёй, мы влипли по самые нули. То есть ты влип, – уточнил Франческо. – Только не говори мне, что я сейчас буду сражаться с целым полчищем вооружённых до зубов этих твоих цельнометаллических роботизированных Мобианцев. И, как обычно, в одиночку? – Соник иронично вскинул бровь. – Ну... как бы, возможно, можно бы было дать тебе союзников. Но для этого мне нужен доступ или разрешение доктора Айво. А так – ты один, – честно признался ассистент. – Замечательно... – пробурчал Соник, но не успел закончить фразу – над головой снова резко свистнуло и громко хлопнуло. – И это всё?! – подумал ёж, но тут по телу пробежала холодная волна инстинктивной тревоги. Он понял, что дело пахнет жареным, и максимально ускорился, пытаясь вырваться из зоны поражения. Мир вдруг замедлился для его восприятия – повсюду в воздухе зависли крошечные яркие шарики, многие в нескольких сантиметрах от него. Один, прямо перед его глазами, медленно опускался вниз. И что-то подсказывало ему, что касаться их не стоит. Он не сбавлял скорость, лавируя, огибая и проскакивая между этими смертоносными «огоньками». Чем дальше он бежал от эпицентра, тем их становилось меньше, пока наконец они не исчезли вовсе. Только тогда он позволил себе чуть притормозить, но сразу услышал грохот, разносящийся уже каскадами. Металл-Соник оглянулся через плечо и обомлел: за пеленой пыли улица превратилась в решето. Здания и асфальт были буквально прошиты насквозь сотнями пробоин, словно после ковровой бомбардировки. – Ну, замечательно, Эггман... – процедил он сквозь зубы. – А я ведь только что там стоял... Запоздалая мысль промелькнула в голове Соника. Ещё бы доля секунды, и всё закончилось бы очень больно. Он, конечно, пока не знал пределов своего нового тела, но и без этого понимал: серьёзных ран лучше избегать. А главное – нужно ещё как-то победить. Внезапно он почувствовал характерное жжение за спиной. Оборот – и перед ним уже десяток Робианцев самых разных видов. У одних в лапах оружие, у других оно вообще встроено прямо в руки. За их спинами громоздились два паукообразных исполина с толстыми пушками посредине и крупнокалиберными пулемётами на башнях. Всех их объединяло одно: стволы были направлены прямо на цельнометаллического ежа. Соник поднял руки в знак сдачи и даже попытался улыбнуться: – Эй, эй, постойте! Может, поговорим? Договоримся? Сам он в это не особо верил. НПС думать не умеют, у них всё по скриптам. И действительно – они выстрелили одновременно. Но ёж не растерялся. Мгновенно рванул вбок, активируя горизонтальные ускорители. Набрав разгон, он начал лавировать между снарядами, уходя то влево, то вправо. Но чем ближе он подбирался, тем сложнее было уворачиваться – плотность огня возрастала, кучность пуль сжималась. В какой-то момент по нему всё же начали попадать. Он ощутил жжение, лёгкую боль, ничего особенного. Такую ерунду он давно привык терпеть. И тут один из исполинов выстрелил из своего главного калибра. Соник заметил летящий снаряд – пульсирующий клубок ярко-белой плазмы. Громадный заряд с ревущей энергией. – Может, я смогу отразить его обратно? – подумал он, всматриваясь в огненный шар. – Сможешь. Используй пульсары в режиме сдерживания, так ты перенаправишь его обратно по отправителю! – внезапно вмешался Франческо. – Полётное время десять секунд. Управлюсь за три. И не дожидаясь ответа ежа, на интерфейсе замелькали строки кода. В конце появилось лаконичное: Штатное оружие активно. Резко он ощутил, как в его сознание что-то внедряется. Это было мягко говоря неприятно, и Соник даже скрипнул металлическими зубцами. Но всё длилось лишь пару мгновений и внезапно закончилось. Под конец он чётко понял, как пользоваться пульсарами. Правда, как всегда, он сделал всё по-своему. Зарядив пульсары, Соник перевёл их в режим квантовых полей и создал вокруг себя отталкивающее поле, прямо в точке попадания снаряда. Когда заряд вошёл в зону искажённого пространства, его траектория резко изменилась, и он полетел обратно обогнув ежа. Одновременно Соник рванул вперёд, разгоняясь и влетая рядом с паукообразным противником. Этого оказалось более чем достаточно: взрыв накрыл заслон, часть врагов была мгновенно выведена из строя, другим оторвало конечности. Ближайший исполин получил критические повреждения и рухнул прямо на соседа, повредив и его. – Ой, кажется, я перестарался... – сказал Соник, прикрывая рот и наблюдая за разрушениями. В этот момент раздался свист и глухой хлопок. Соник обернулся и посмотрел в небо: – Да вы чё, серьёзно?! Он сразу ускорился, уходя от зоны поражения. Но, обернувшись, заметил тех, кто пытался утащить раненых или выбраться сам. – Чёрт! – выругался он и рванул обратно. На безумной скорости, огибая препятствия, он подхватывал выживших. Ему было всё равно, скажут ли они спасибо – он не мог оставить их в беде, даже если это всего лишь чьё-то больное воображение. С каждым рывком и переносом шаров смерти вокруг становилось всё больше и ближе. Соник понимал: сам он ещё может уворачиваться, но этим Робианцам точно не выжить без помощи. И он делал всё возможное, ускоряясь всё сильнее, чтобы спасти их всех из зоны поражения. Он пытался спасти всех, но в конце концов кто он такой – всего лишь ёж в металлической оболочке, пусть и сверхзвуковой. Всех спасти Соник не мог. Он увидел, как двоих последних прямо на его глазах буквально прошило в решето, вместе с двумя исполинами, у которых хоть какая-то броня ещё отражала эти мелкие смертоносные шарики. Посмотрев на это зрелище, Металл Соник отвернулся и тяжело вздохнул. Он понимал: он всего лишь Соник, а не какой-то бог. Спасти всех не в его силах. Иногда нужно быть реалистом и трезво оценивать собственные возможности. К такому выводу он уже не раз приходил за свою жизнь и вечную борьбу со злом – будь то сумасшедшие гении, древние боги или катаклизмы планетарного масштаба. Этим иногда грешил и сам Доктор Эггман, так считал Соник. Именно этот Соник. Он ещё раз вздохнул и взглянул на выживших, которые смотрели на него с замешательством: – Ну, хотя бы вас спас, – бросил он и тут же рванул дальше, крикнув через плечо: – Спасибо не надо! Франческо только тихо сказал: – Ну и стоило оно того? И правда: спасая других, он подставил своё бронированное плечо, а теперь в нём зияла дыра, в которой тускло поблёскивал застрявший металлический шарик. – Стоило. И если ты спрашиваешь, значит не поймёшь даже если я объясню. Может когда-нибудь... – ответил Соник на бегу, оставив Франческо в лёгком ступоре. – Как он не может понять этого?.. Соник помчался дальше и крикнул: – Ну что там насчёт подкрепления? – Подкрепления? А насчёт него… глухо, – сказал Франческо, будто опомнившись. Соник вздохнул и, заметив ещё один укреплённый пост впереди, резко свернул в боковой переулок: – Понятно. Значит своими силами… Ну ладно. Есть хоть какие-то идеи? – Да не особо, – признался ассистент с той интонацией, которая почти идеально имитировала Тейлза. Соник сразу понял: Франческо что-то явно недоговаривает, но не стал на этом зацикливаться. Решил про себя: Сам расскажет, или я спрошу, когда выберусь. В голове у него одновременно возникла мысль: у этой армии должна быть своя связь, если их так много. Значит, нужно её как-то перехватить. И желательно найти карту, чтобы хоть немного сориентироваться. – Франческо, ты же можешь перехватить их переговоры? – спросил Соник на бегу. – Да, могу. Но для этого тебе придётся найти их средство связи. И чтобы не было глупых вопросов: скажу сразу – Доктор Айво перед стартом теста сильно ограничил мои возможности в этом киберпространстве. – сказал Франческо. – Понятно… Значит, ищем радиостанцию. – кивнул металлический ёж и продолжил мчаться по переулкам. Иногда он слышал странные звуки, какое-то отдалённое и нервное жужжание. И однажды увидел источник: небольшой дрон завис в воздухе. Две параллельно расположенные лопасти гудели в унисон, а хвостовые стабилизаторы и направляющие едва подрагивали, удерживая его на месте. – Это дрон-разведчик, модель Skylain V3 «Винтокрыл», – прокомментировал Франческо. – Надо сделать так, чтобы он тебя не заметил, иначе сразу вызовет на тебя арту. – М-да… Кто вообще придумал это замечательное испытание? – буркнул Соник, наблюдая за дроном и запрыгивая через разбитое окно внутрь здания, чтобы переждать, пока тот улетит. Тем временем где-то далеко чихнул сам Доктор Работник, уставившись в экран и наблюдая за испытаниями ставшего несносным металлического ежа: – Ха! Кто-то меня очень любезно вспоминает... А дрон тем временем аккуратно проплыл мимо окна, заметил разбитую раму, медленно влетел внутрь и оглядел помещение, но никого не нашёл. Покружив пару раз, он вылетел обратно на улицу. Соник же всё это время прижимался прямо к потолку над дроном. Лишь когда тот наконец скрылся за углом, ёж позволил себе облегчённо выдохнуть, спрыгнул на пол и медленно выглянул из окна. Аккуратно, совсем чуть-чуть – только чтобы глазом проследить, как двухвинтовый разведчик уходит всё дальше по улице. Когда дрон исчез из виду, Соник выбрался наружу и рванул в противоположную сторону, пытаясь найти скопище врагов. И мысленно буркнул про себя: Вот ведь закон подлости – когда эти железяки не нужны, их на каждом шагу толпы. А как понадобились, то фиг найдёшь! Ведь ему нужны были именно пехотные модели Робианцев , у которых наверняка есть пригодные для взлома или перехвата средства связи. Бегая по разрушенным улицам мимо двух искорёженных паукообразных исполинов, Соник внимательно осматривал тела Робианцев. Тех, которых он спасал раньше, уже давно и след простыл. Остались лишь менее удачливые, попавшие под раздачу. Броня на некоторых ещё держала удары, но головы... головы были в решето. А вместе с ними и вся электроника связи. Недовольно фыркнув, Соник продолжил поиски. Наконец решил заглянуть в перевёрнутую на бок боевую машину. Оторвал люк и втиснулся внутрь. Там три больших экрана рябили помехами, формируя общую обзорную картинку. С потолка справа свисали искрящие кабели, а из левой стены торчали обрывки проводки. Напротив лежало командное кресло, перевёрнутое на бок и под углом втиснувшееся в панель управления. Соник оглядел тёмное помещение, едва подсвеченное редкими искрами. Миг – и он переключил зрение в инфракрасный спектр, вспомнив нужную команду из того потока инструкций, что Франческо загрузил ему во время активации пульсара. Правда, изучить всё досконально он пока не успел. Подошёл к завалившемуся на бок Робианцу, антропоморфному волку, у которого под опалённым мехом поблёскивали металлические пластины. – Большую часть выжгло, – прокомментировал Франческо. – Но, кажется, удача всё-таки улыбнулась. Это как раз то, что нам нужно. Металлический ёж наклонил голову набок, хмыкнул и улыбнулся: Он аккуратно отсоединил модуль связи, вынув его прямо из черепа, и подсоединил к своему интерфейсу. Франческо сразу же оживился: на внутреннем экране появилось уведомление: «Обнаружено новое устройство». Тем временем Доктор Айво сидел, попивая колу, и наблюдал за испытанием. Тейлз с Руж тоже устроились рядом на удобных скамейках. Огромный монитор напротив был поделен на два окна: на одном шла прямая картинка от первого лица Соника, а на втором – новости и сводки, от которых настроение не улучшалось. Я в это время лениво перебирал картриджи с надписями, держа в руке один с пометкой «G20». Только мельком заметил, что он был перечёркнут и подписан «Проект Немезида», но не придал этому большого значения – этих архивных карт у меня столько, что всех не пересчитаешь. Теперь-то понятно, почему загрузка идёт так долго и всё ещё не завершена... – подумал я, хмыкнув. – Сонику будет сложно. Очень сложно. Особенно когда этот процесс закончится. Но это и неплохое испытание перед настоящим боем. Ну а пока надо заняться Наклзом. Я чуть прищурился, перевёл взгляд на Тейлза и окликнул его. Его глаза горели той самой упрямой уверенностью и искренним воодушевлением, он смотрел на происходящее и видел в этом Металле не просто робота... а своего друга. – Нужно заняться Наклзом, ты со мной? – спросил я. Тейлз слегка растерялся: – А как же Соник? – Никуда он не денется. Но ему всё равно понадобится поддержка. Думаю, Наклз для этого идеально подойдёт. – это я слегка надавил на лисёнка, умолчав о том, что в этом есть и моя небольшая оплошность. Тейлз бросил взгляд на монитор, потом на Руж. Та молча кивнула. Лисёнок вдохнул и с искрой в глазах сказал: – Пошли! Мы двинулись в сторону шлюзов. Тем временем Соник выбежал из внутренних помещений и оказался на улице. Услышал резкое жужжание, обернулся на звук и увидел дрон, зависший в воздухе. – Твою... тебя заметили... – не успел договорить Франческо. Соник уже сорвался с места, рванув прямо на дрон. Он пронёсся по узкой улочке, потом забежал на стену здания, заряжая пульсар, и тут же вдали раздались глухие хлопки. Он не сбавлял скорости и выстрелил по дрону, а затем понёсся дальше. Дрон ловко увернулся и полетел за ним по пятам. Но синий металлический ёж только ускорялся, ещё сильнее, ещё быстрее, и через несколько секунд послышались оглушительные взрывы. Ударные волны выбивали стёкла из окон, осколки посыпались вниз с верхних этажей, звеня и рассыпаясь у него под ногами. Ещё несколько хлопков прокатились вдали, не давая передышки. Ему пришлось спрыгнуть с бегущего по стене маршрута обратно на улицу, ведь длинная многоэтажка кончалась. До ближайшего поворота оставалось метров шестьсот. При его скорости это означало буквально две-три минуты, не больше. Он резко свернул вбок, уловив впереди блеск. В следующее мгновение за его спиной просвистели пули, и почти одновременно Соник услышал взрывы. Несколько снарядов перелетели вперёд и разорвались прямо у него на пути, загородив улицу огнём и дымом. Но Соник, особо не обращая внимания на свист пуль и взрывы, только спросил у Франческо: – Где эта надоедливая арта? В то же время в его интерфейсе пробивались переговоры по разным каналам: – Киров, последний Север 567, Запад 40. – Принял тебя, Оракул. – коротко ответил кто-то, голос отдавало характерным металлическим эхом. Соник скривился: – Чёрт, они снова по мне залупят. Нужно ускориться! – И поддал газу, мчась прямо к источнику хлопков. – Нексус, Оракулу. Противник движется в сторону Кирова, требуется немедленно группа перехвата! Соник ухмыльнулся, слыша это в реальном времени: – Ой-ей, кажется, мне пора ускориться! – Принято, Оракул. Группа быстрого реагирования выдвинулась. Сколько у нас времени? – От силы пару минут... Но тут переговоры оборвались – Соник с характерным хлопком преодолел звуковой барьер. Радио отозвалось искажёнными помехами: – Ситуация изменилась! Прибытие противника ориентировочно через сорок секунд! – Принято, Оракул. Продолжайте вести наблюдение! На этом связь оборвалась, а синий металлический ёж уже почти врезался взглядом в линию бастионов противника. Перед ним стояло шесть массивных машин на гусеничном ходу, со здоровенными стволами, задранными в небо и опирающимися на широкие опорные плиты, вкопанные прямо в асфальт. Несколько стволов уже опустились, явно наводясь на него. Вокруг копошились десятки Робианцев, которые, заметив его приближение, замерли в растерянности. Франческо не без сарказма заметил: – Ну вот мы и добрались до арты. Соник ухмыльнулся и отрывисто сказал: – Ага. Нехилые машины, твоего создателя работа! Он быстро окинул взглядом поле боя, прикидывая в уме, на кого первым надо прыгнуть, чтобы как можно быстрее обезвредить эти ходячие артиллерийские батареи. И тут же все Робианцы – металлические, желтоватого цвета однохвостые лисы и несколько таких же ежей – синхронно развернулись к нему и приготовились стрелять из своих встроенных орудий. Соник при этом слегка отступил назад и непринуждённо поднял руки: – Эй, я с миром пришёл! Можете опустить свои стволы... – Ты серьёзно считаешь, что это сработает? – скептически и слегка удивлённо произнёс Франческо. Впрочем, враги и не думали опускать оружие, наоборот, стволы засветились ещё ярче. – Я не причиню вам вреда, просто... опустите стволы и ради всего святого не стреляйте... – сказал металлический ёж, а потом обречённо буркнул себе под нос: – Бля, ну как всегда! Он это сказал в тот самый миг, когда первый яркий энергетический сгусток сорвался с дула и понёсся в его сторону. Следом ещё два, и потом целый залп. Но Соник не остался на месте, он сместился всего на шесть сантиметров, увернулся от первого выстрела, а потом нагнулся, уходя от следующих двух. Танцуя между трассами энергии, он буквально издевался: – Ой, не попал! – перекат в сторону. – Ой, снова не попал! – прыжок назад. – Ха, мазилы! Ну зачем вы так стреляете! И это всё?! Они палили не останавливаясь, но все выстрелы уходили мимо. Соник, двигаясь всё быстрее и изящнее, забрался на невысокое здание. Внезапно залп прекратился. Ёж воспринял это как лёгкую победу – он ухмыльнулся, подошёл к краю крыши и развёл руками: – Ну вот, так бы сразу! Я же говорил, что не надо стрелять! Ни к чему это не приведёт! Франческо тяжело вздохнул: – Глупый... вероятно, они прекратили огонь не из-за этого... – Чего? – нахмурился Соник и в этот момент заметил боковым зрением, как одна из гусеничных машин резво опустила свой ствол и чуть сдвинулась вперёд. Дуло уставилось прямо на него. Соник сперва взглянул внутрь ствола, потом перевёл взгляд вниз, на молчащих Робианцев, а потом снова на дуло. Нервно усмехнулся: – Это... то, о чём я думаю, да? Франческо начал объяснять, но его голос оборвался, смешавшись с начавшимся резким движением Соника и оглушающим, вышибающим мозги звуком залпа. – Соник! Соник! – закричал Франческо в комлинк. Пробуждение, огонь и медные снаряды, часть 3. Тем временем я сидел, скрестив пальцы перед монитором. Тейлз крепче сжал плечо Руж, отчего она чуть вздрогнула, но промолчала и только взглянула на него вопросительно. Все явно волновались за него, хоть и не у всех мотивы были на виду... – Ай, мои уши... голова раскалывается! – застонал Соник, слегка корчась на потрескавшемся асфальте, а Франческо удивлённо и с тревогой поинтересовался: – Ты... выжил? – явно не ожидая его живучести. Тейлз, сидя на скамье рядом с Руж, облегчённо выдохнул и даже обрадовался. А я? Я не удивился. Если бы он умер – симуляция закончилась бы провалом. – Ага, хоронить меня ещё рановато, – буркнул ёж, приподнимаясь, слегка покачиваясь и встряхивая головой. – Я заранее спрыгнул, когда понял, что приближается звиздец! Он слегка покачнулся, медленно моргнул, ещё немного поморщился и продолжил: – Не хило меня приложило... Тем временем на его интерфейсе замигали ошибки: куча системных предупреждений, а визуализация модели местами была залита красным. На деталях спины, части ног, рук и затылка красовалась надпись «КАЛИБРАЦИЯ». Соник медленно встал, слегка качнувшись, как надпись сменилась на «ОК». Окрашенные части сменили цвет на зелёный, интерфейс подтвердил восстановление. – Ой-ёй-ёй, мать мои иголки... – скривившись, он потёр спину и затылок. Но уже через несколько секунд глубоко вздохнул, выпрямился и глянул прямо на вновь нацеленные на него стволы Робианцев. – Ну серьёзно? – протянул он с недовольством. – Опять? Ответ был молчаливый, но очень действенный – почти все Робианцы как один открыли огонь на подавление. Соник лишь разочарованно вздохнул, ускорился и без особых проблем, даже особо не уворачиваясь, приблизился к ним. Каждому он отвесил по почкам, корпусу, в челюсть и по голове, так, чтобы наверняка не вставали снова и не создавали проблем. И всё это – не сильно сбавляя скорость. Подбежал к технике, за мгновение обежал её по кругу и залез наверх, оторвал люк и с двух ног влетел внутрь. Три быстрых удара – и экипаж машины вырублен. Выпрыгнув через место водителя, он двинулся к следующей. На этот раз оббегать не стал, просто ворвался и за семь секунд закончил всё дело, повторив процедуру. Но как только он вышел из последней машины, на улицу выплыл наступательный танк с надписью «Х-64», левитируя над асфальтом. Здоровенный сплющенный ствол мигом выдал «приветствие» – синий лазер с шипением прошёл рядом с синим ежом, оставив глубокую царапину на его металлической щеке. Соник уже собирался рвануть в сторону, как позади него появились ещё пятеро таких же машин. Первый уже готовил новый выстрел, но... сзади раздались взрывы. Башня с погнутым стволом влетела прямо в корпус первого танка, наполнив улицу клубами дыма и обломками. Соник тут же принял боевую стойку. – Франческо, это ты? – спросил он. Ассистент явно был не в курсе, либо строил дурака, чтобы подшутить. Соник ждал чего угодно, но точно не этого. Из дыма показались красные огоньки, медленно приближающиеся. Он на всякий случай напрягся, но когда увидел, кто это, чуть расслабился. Из серой пыли вышел красный Робианец с большими белыми перчатками и металлическими деталями на красной броне, глаза горели насыщенным красным светом. Он сразу скрестил руки на груди, смотря прямо на Соника. – Н-Наклз? Это правда ты? – осторожно спросил Соник, стараясь рассмотреть его получше. А тот ухмыльнулся и ответил с фирменным ехидством: – Хах! А кто же ещё, по-твоему, несносный ты засранец? – Правда, сказать, что я – это я, уверенно уже не могу... – произнёс Наклз, вытягивая руку и сжимая её в кулак, после чего твёрдо сказал: – Но да, я Наклз. Пришёл спасать твою сверхзвуковую шкуру, и как вижу, вовремя! – он раскинул руки в стороны, а позади прогремели ещё несколько взрывов. – Наклз, я сожа... – начал Соник, но по его плечу тут же прилетел лёгкий удар. Он посмотрел на друга, а тот, встав в стойку, жёстко сказал: – Хватит горевать, не время сейчас для этого! – Ты как всегда, Наклз... – сказал Соник с едва заметной грустью, а потом решительно добавил: – Ладно! Франческо, что делать будем? – О, ты всё-таки решил меня спросить? Когда уже полгорода на уши поднял! – ответил Франческо с явным сарказмом. Металл Наклз закатил глаза: – Соник, ты как всегда в своём репертуаре! А ты, я так понимаю, не Тейлз, да? – Совершенно верно, Наклз. Ладно, что-нибудь придумаю! – ответил Франческо, явно смиряясь с этой неразберихой. В тот же миг из переулка слева выбежала пара десятков Робианцев, за ними двигалась шагающая техника. Они направились прямо к команде Соника. И одновременно с ними, с другой стороны улицы, выскочили ещё вражеские силы. Спереди, через пылающие обломки антигравов, неторопливо подошли два массивных меха, вместо рук у которых были длинные плоские вертикальные стволы. – Они пытаются взять нас в кольцо! – сказал Франческо тревожно. – Спасибо, мистер очевидность! – буркнул Наклз. – Похоже, времени на план нет. Будем бить морды! – с этими словами он со стуком ударил кулаками друг о друга и рванул к левому флангу: – Я беру на себя всех слева! Соник посмотрел ему вслед, усмехнулся и крикнул: – Замётано! Тогда я успокою тех, что справа! И уже бы двинулся, если бы не ослепила его внезапная яркая вспышка впереди. С неба буквально рухнул золотистый Робианец с двумя лисьими хвостами – он отразил выстрел, направив его в небо под углом так, что снаряд снес верхушку небоскрёба, оставив в ней изрядную дыру. Он встал на ноги, развернулся к Сонику и поднял забрало. Под ним оказалась морда Тейлза. – Соник! Я пришёл тебе помочь! – О, и Тейлз здесь! Прекрасно, команда снова в сборе! – произнёс Наклз по радиосвязи. Соник взглянул на него и ухмыльнулся: – Отлично! Ты как раз пригодишься в утилизации этой протухшей армии Эггмана! И рванул в правую сторону – туда, где врагов было раза в три больше, чем слева. Тейлз только взглянул ему вслед, радостно улыбнулся и, вздохнув, произнёс: – Хорошо. Займусь этим. Он закрыл забрало Металл-Тейлза и развернулся к двум гигантским мехам, что стояли на приличном расстоянии. Их орудия медленно разгорались всё ярче, готовясь к следующему залпу. Тейлз это видел и уже на ходу активировал пульсары, готовясь к выстрелу. Неожиданно в его наушниках раздался голос Франческо, с лёгкой тревогой: – Тейлз, ты чего здесь делаешь? Доктор Айво вообще дал тебе добро? Тейлз даже слегка рассмеялся: – Вот это да, расскажу Айво, как ты за него беспокоишься – он не поверит! Да, меня отпустили сюда с его разрешения. И вообще, даже Руж здесь! Франческо будто надувшись, обиженно пробурчал: – Ну ты, Тейлз! Тем временем я сидел за своим столом напротив шести больших мониторов. На одном – Металл Соник, точнее его физическое тело с разделением по статусу систем и постоянно обновляющейся телеметрией, выкачанной из его ИИ. На втором – Металл Наклз в той же позе и с тем же потоком данных о состоянии. Третий монитор показывал Металл Эми, лежащую на стенде без признаков жизни, просто неподвижно мертвую. На четвёртом и пятом – Металл Тейлз в проводах на том же стенде, где и сам настоящий лис, подключённый к киберпространству вместе с Руж, которая тихо спала, тоже в проводах. Их параметры мониторились в реальном времени. А вот шестой монитор был выделен под мой особый проект для сдерживания всей этой машины для убист. На нём изображение камеры с заключённой Крим. Та больше не пыталась вырваться, а просто сидела, прижавшись к углу, опустив взгляд. Я слегка устало потер переносицу и сказал: – Как прогресс? – Прогресс? Ты и сам прекрасно знаешь! – раздался в динамиках мой собственный металлический голос с насмешливой, едва язвительной интонацией. Это был Эггман-01, ИИ-аватар. – Продолжаешь возиться со своими бывшими врагами или всё-таки у тебя есть какие-то гениальные планы на них? – Не твоего ума дело, – отрезал я холодно. – И если даже с такой простой задачей... – Простой? – перебил он раздражённо. – Ты серьёзно? Мне надо придумать, как сдерживать эту стервозную крольчиху с аномальными способностями, не отключая поле. Если отключить – сбежит и скомпрометирует наше местоположение! Голос звучал почти срываясь, но я-то знал, что в нём всё равно нет настоящих эмоций, однако он умел их имитировать весьма убедительно. – В таких условиях добиться значительных успехов без серьёзных рисков сложно, – продолжал он, чуть спокойнее. – Никому не хочется потом лично встречаться с Соником и его шайкой! Я медленно выдохнул, слегка усмехнувшись: – Но ты ведь не сказал, что успехов нет, верно? – В это время я задумался, что за Эггманом-01 неплохо бы усилить контроль, да и о дополнительной охране стоит позаботиться. Он замолчал на секунду. Понимал, о чём я думаю. Наконец раздался ответ с чуть смазанной, но узнаваемой язвительной ноткой: – Да. Есть некоторые переменные успехи. Мы всё-таки смогли разработать сыворотку, которая может временно вернуть им былое сознание. Правда, действует очень коротко и требует прямого введения в спинной мозг, сердце и по всей области головного мозга. Он сделал паузу и буднично добавил: – Результаты в приложении один. Я несколько раз щёлкнул по клавишам, развернул файлы, выкачал данные и вывел их сбоку на экран. Прищурившись, пробежал глазами по надписям: Попытка №796. Испытуемая – Крим. Вид – Крольчиха. Краткий протокол: использование сыворотки XG-20 в теле испытуемой. Видеокадр открылся. Крольчиха, на вид совсем юная, полностью обнажена и привязана к стенду. По телу – швы, часть ещё свежая. Она дёргается, с ненавистью сверлит взглядом камеру, пытается вырваться или телепортироваться, но силовое поле подогнано настолько близко, что буквально обволакивает её тело и сам станок. Возле её головы медленно поднимается сферическая конструкция с десятком зелёных ампул, из которых тянутся длинные иглы. Части механизма синхронно раздвигаются под её анатомию. Она кричит: – Ха-ха-ха! У вас ничего не выйдет! Вас всех ждёт одно... Фраза обрывается истошным визгом – все иглы одновременно впиваются в плоть. Комната наполняется её криком, в котором слышится даже что-то похожее на нервный срыв – смесь боли и какого-то странного удовлетворения. Зелёное содержимое медленно уходит из ампул, вливаясь в её тело, в мозг. Когда последняя капля исчезает, каскад игл рывком извлекается и уходит вниз. Эггман-01 механическим голосом продолжает читать протокол: Инъекция сыворотки XG-20 завершена. Переход в фазу ожидания... Она хрипит, но на последних словах вдруг взвывает с новой силой: – Это на мне не срабо... Стоп! Что вы в меня ввели?! Выведите это немедленно! Её тело сотрясает конвульсия. Голова ударяется о барьер. Но потом резко обмякает. Полное затишье. Испытуемая перестала проявлять жизнедеятельность. Мозговая активность снизилась до критического минимума... Эггман-01 зачитывает это ровным голосом. Но потом замолкает на полуслове: Стоп. Внезапно зафиксированы... Крим резко дёргается, словно вернувшись к жизни. Она хлопает ресницами, глаза расширены. Голос тонкий, дрожащий, едва слышный: – Г-Где я?.. – Спокойно. Ты в безопасности... – сказал Эггман-01 спокойным, холодным голосом. Крим приоткрыла глаза, глухо пролепетала: – Эггман, это ты? Почему я связана?.. – она замолчала на секунду и вдруг взвыла: – ЭГГМАН! Ты взялся за старое! – но тут же схватилась за голову. – Ой... моя голова... – Эх, спасаешь её, а она ещё недовольна, – недовольно буркнул Эггман-01 себе под нос. Крим, тяжело дыша, открыла глаза шире и спросила с отчаянием: – Где моя мама? Отвечай! Кто ты! Я тебе не верю! – и уже истошно завопила в страхе: – Такого не может быть! Она меня любит! Голос её сорвался. – Ты врёшь! Она не может так со мной поступить! – крикнула она надрывно, и тут же рухнула в конвульсиях без сил. Эггман-01 сухо констатировал: – Потеря сознания. Но Крим вздрогнула и медленно подняла голову. Взгляд стеклянный, в нём не было жизни. Голос стал чужим, низким, насмешливым: – Вот и снова я с вами. Говорила же – у вас ничего не выйдет! Хватит реветь, дура! Не оплакивай это лицемерное чудовище, которое нас не любило! Эггман-01 ровно проговорил: – Длительность воздействия: провал. После введения сыворотки испытуемая демонстрирует раздвоение личности. Вероятно, пробуждена вторая структура сознания. Я медленно провёл рукой по подбородку, прищурившись: – Неплохо, неплохо. Для начала сойдёт. Нужно масштабировать эффект и протестировать другие варианты. Я щёлкнул по клавишам, повернувшись к экрану: – Подготовь ещё партию сыворотки XG-20. Думаю, несколько тонн хватит. И разработай особый способ инъекции. Ты хорошо постарался, Эггман-01. Впредь продолжай работать так же, не разочаруй меня. – Хорошо... – ответил тот коротко, и связь оборвалась. Я хмыкнул и, уже мысленно похвалив себя, отметил: «Проект сдерживания идёт даже лучше, чем ожидал. Но чего ещё ждать, если за ним стоит такой гений, как я!» Щёлкнул другой клавишей, переключая на шестой экран трансляцию из киберпространства. Подвинул поближе к креслу ещё одно ведро попкорна и открыл большую бутылку колы. Устроившись поудобнее, откинулся и сказал вслух самому себе с довольной ухмылкой: – Ну что ж... продолжаем наблюдать это зрелище! А в это время: Тейлз, приближаясь к двум тяжёлым боевым мехам, методично отражал их смертоносные лазерные залпы, а затем, подобравшись достаточно близко, взломал систему управления одного из них. Перехватив контроль, он с разворота ударил этим мехом по ноге второго, опрокинул его и одновременно разворотил ему лазерные стволы. Наклз, в свою очередь, тоже не испытывал особых проблем – он шёл напролом, избивая, ломая и выводя из строя оружие врагов, но до убийства дело не доводил. В какой-то момент ему помогла снайперским прикрытием летучая мышь Руж, подмигнув ему по связи: – Не зевай, мой дорогой краснохромированный дружок! Время от времени она же прикрывала и Соника, который влетел в строй врагов на огромной скорости и буквально разорвал их ряды, повергнув в хаос. Он методично «успокаивал» противников, оставляя их в полном бессознании и не боеспособными. К концу боя вся команда снова собралась на перекрёстке. Первым подоспел Соник, почти одновременно с Тейлзом. Следом подошли Наклз и Руж. Тейлз выглядел немного обеспокоенным, заметив её рядом с Наклзом, но потом вздохнул и перевёл взгляд на Соника, сказав: – Прости, Соник... что не смог помочь тогда! И Наклз... Но Наклз перебил его, отмахнувшись: – Да-да, знаю. «Прости», «извини»... оставь ты эти сопли, это не по мне... Не успел он закончить, как вдруг земля вздрогнула, весь город ощутимо затрясся. Вся команда синхронно обернулась на источник шума. На горизонте идёт гигантский мех с яйцевидной головой и двумя металлическими усами. Огромный исполин, всего лишь задев рукой многоэтажку, снёс её словно картонную. – Ого... ну и махина! – с лёгким изумлением сказал Соник, не отрывая взгляда от приближающегося чудовища. Тейлз и Франческо почти в унисон рявкнули: – Не время восхищаться! – Да, время его пробить! – отозвался Наклз с боевым запалом. Франческо тут же его охладил: – Эй, горячая голова, ты вообще думаешь, как пробить двести метров брони? – Тогда нужно найти чем по нему жахнуть! – сказал Соник. – Вы в последнем бою всё, что могло «жахнуть», привели в более не жахающее состояние! – подчеркнул Франческо. – Но найти всё равно надо. Где-то поблизости должен быть склад с их БК... Только его нужно отыскать. В это мгновение исполин замер, словно уставился прямо на них, медленно раздвигая мешающие здания, чтобы расчистить себе обзор. – Чего это он?.. – спросил Соник, одновременно с ним вслух размышлял и Тейлз, но сообразил быстрее и резко крикнул: – Бежим! Он собирается стрелять! – Врассыпную! Живо! – гаркнул Наклз, заметив, как в глазах гиганта загорается яркий свет. Соник тут же сорвался с места, мгновенно подхватил Руж и закинул её себе на плечо. За несколько секунд он добежал до ближайшего укрытия и мягко опустил слегка ошарашенную летучую мышь. Не теряя времени, он рванул обратно. Увидел, как металлический Наклз уже отбегает в сторону, а Тейлз в экзокостюме стоит и явно готовится к удару. Соник без раздумий схватил его за шкирку, а другой рукой подхватил Наклза сбоку. В этот же миг перед ними всё озарилось яркой ослепительной вспышкой – исполин выстрелил. Мощный белый луч рассёк улицу, плавя всё на своём пути. Но Соник уже свернул за угол с грузом на обоих плечах, заслонённый массивным зданием, которое начало медленно плавиться от жара. Не останавливаясь, он разогнался ещё сильнее, не думая о том, что Тейлзу в такой тряске, мягко говоря, будет не по себе. Наконец, он вылетел на более безопасную улицу, аккуратно сбросил друзей на землю и сам рухнул, тяжело дыша и опершись на стену. На его интерфейсе замигали предупреждения: Перегрев трастеров и гидравлики ног. Перегрузка гибридного хаос-ядра. Активирован протокол восстановления... Он наконец расслабился и слегка заскрипел металлическими суставами. Тейлз заметил это и робко спросил: – Соник, ты в порядке? От его спины валил пар, испарение шло по всему корпусу, сзади раскрылись вентиляционные щели с закрылками и втулками. Тейлз медленно потянул руку к его спине, напряжённо наблюдая. Протокол завершён. Системы нормализованы. Соник резко выпрямился. Щели и втулки закрылись с характерным щелчком. Он развернулся и встретил взгляд Тейлза, который замер с рукой в воздухе и явно волновался. – Соник, с тобой точно всё в порядке? – на этот раз спросила Руж. Ёж обернулся к ней и улыбнулся широкой своей фирменной ухмылкой: – Лучше некуда! Полностью готов надрать тому роботу задницу! – Правда? Прекрасно, Соник! – улыбнулся Тейлз, но всё же немного неестественно. Видно было, что он сдерживает себя через силу. Соник это заметил краем глаза. Он хлопнул ладонью по собственному металлическому бедру и сказал бодро: – Ладно, команда! Давайте соберёмся, как в старые добрые времена, и опрокинем этого яйцеголового на землю! Ты со мной, Тейлз? – протянул ему руку. Тот взглянул на металлическую ладонь, потом на Соника, и уверенно сжал её: – Конечно! Куда ты – туда и я! – Отлично! – удовлетворённо сказал Соник и кивнул. – Тогда... придумаешь план, как победить те штуки позади! – лениво ткнул большим пальцем себе за спину и чуть вверх. Тейлз нахмурился, глядя туда: – Какие такие штуки?.. Ответа не потребовалось: крыша здания позади них с громовым треском взлетела в воздух, и в проёме показались исполины меньшего размера – целых три. – М-да... даже передохнуть не дают! – пробурчал Наклз, сжимая кулаки. А Соник сделал шаг вперёд, расправляя плечи: – Итак, все готовы?! Руж молча ушла в инвиз. Тейлз перевёл свой костюм в боевой режим – бронепластины раздвинулись, открылись дополнительные порты оружия. Наклз, разминая кулаки, с грохотом стукнул их друг о друга. Соник окинул всех взглядом и ухмыльнулся: – Погнали! Он рванул первым, прямо по стене, и смачно врезал ближайшему меху, тот с грохотом рухнул на асфальт. Следом за ним начал карабкаться вверх Наклз, пробивая стены кулаками для зацепов. В это время Франческо, наблюдая за хаосом, в панике завопил: – У меня вообще-то есть план! Эй... что вы творите?! Но его почти никто не слушал. Разве что Тейлз, взлетая с помощью хвостов-лопастей и костюмных ускорителей, сказал с усталой ухмылкой: – Привыкай, наша команда любит слегка поимпровизировать... – Хе-хе, это видно... – нервно вздохнул Франческо. А я, развалившись в кресле и поедая попкорн, буркнул себе под нос: – Они слишком на импровизацию полагаются... Тяжко тебе придётся, Франческо. Я отложил ведро попкорна, подвинул клавиатуру и с довольным хрустом пальцев начал строчить команды. Вбил параметры финального босса теста и с хитрой ухмылкой нажал Enter. Тем временем Соник в спиндэше впилился в голову второго меха, тут же в воздухе оттолкнулся и атаковал третьего, оставив в его корпусе вмятину. Наклз тем временем запрыгнул на последнего, как на горку, и начал буквально вскрывать его броню, рыча и ломая крепления. А Тейлз не отставал: зависнув в воздухе, он прицелился из пульсара и с хирургической точностью разнёс опрокинутому меху ноги на аккуратные половинки. Впереди показался отряд Робианцев. Но прежде чем они успели что-либо сделать, по ним прошёл снайперский огонь. Пара сразу рухнула без движения, троих прошило насмерть, двое остались ранеными. Остальные, не дожидаясь продолжения, тут же рассредоточились и начали отступать. Команда быстро расправилась с последними трёхэтажными мехами, но впереди медленно приближалась настоящая махина – тридцатифутовый монстр, который неторопливо сметал всё на своём пути, здания складывались от одного его движения. Я откинулся на спинку кресла, потирая руки и довольно ухмыляясь: – Ну вот... Для этого недостаточно одной скорости, хитрости или силы. В этот момент я громко чихнул, и в симуляции Тейлз одновременно выдал, будто подслушав меня: – Это наверняка доктор Эггман решил слегка усложнить нам жизнь! Тейлз взглянул на поверженного меха и вдруг слегка ухмыльнулся: – У меня есть почти безумная идея! – Тейлз, ты же не собираешься... – начал было Франческо, явно поняв, куда всё идёт. Но Соник перебил его нетерпеливо: – Тейлз, давай, выкладывай! – Предлагаю взорвать этого исполина, используя ядра этих роботов! – сказал он, уже присев к грудной пластине поверженного меха. С помощью пульсара и изрядной сноровки он выковырнул оттуда светящееся ядро. – Стоп, стоп, стоп... – завопил Франческо, явно теряя контроль над ситуацией. – А мне это нравится! – воодушевлённо отозвался Наклз, похлопав кулаком по ладони. – Ну, я с тобой, Тейлз. Прикрою тыл. – уверенно добавила Руж по рации. Соник посмотрел на всех и довольно ухмыльнулся: – Решено! Подорвём его! – А знаете... Делайте, что хотите! – сдался Франческо, понуро вздохнув. Решил просто наблюдать – впрочем, от него только это и требовалось. А я в это время, откинувшись в кресле и поглаживая клавиатуру, пробормотал в пол-голоса: – Ну что ж, посмотрим... Вот и G-20. Параметры здоровья? Несколько миллионов? Да это неважно. А вот режим берсерк... – уголки губ сами собой поползли вверх. – Вот это уже интереснее. Я навёл курсор и прищурился: – Переключить его в берсерк? Нет... рановато. Подождём. Устроившись в кресле поудобнее, я щёлкнул на другой монитор, на котором шла тревожная сводка: Живая, упрямая, чертовски живучая Эми Роуз терроризировала острова Мобиуса, выискивая меня. – Ха! Да она меня никогда не найдёт в этой подземной базе прямо под древним храмом! – рассмеялся я вслух. Тем временем на основном экране разворачивалась целая эпопея: Соник и Наклз бросились прямо на гиганта, маневрируя, отвлекая его взгляд и огонь на себя. Огромный мех начал поворачиваться за ними, выдирая клыками бетон из зданий и стреляя плазменными снарядами. А в тылу, укрывшись за разрушенным фасадом, Тейлз с Франческо колдовал над самодельным взрывным устройством повышенной мощности из трёх реакторов, которые Соник и Наклз им заранее выбили. Руж, откинув на шлеме визор и прищурившись, уверенно отстреливала дронов-наблюдателей и Робианцев, которые пытались приблизиться к лисьему инженеру. – Давай, Тейлз, побыстрее! – крикнула она, выбивая очередного врага метким выстрелом. – Почти готово! – буркнул тот, не отрываясь от вырезания механического серда третьей машины с помощью бликов пульсара, и подключение его к двум готовым. – Это будет не просто бомба! В это время со стороны противника подошло ещё подкрепление – лёгкая шагающая техника и пара взводов пехоты-Робианцев. Говорить, что в самом начале они уже положили всю элиту, не стоило – бой явно ещё не был закончен. Соник в металлическом теле добежал за считанные секунды почти вплотную к гигантскому яйцеголовому меху и прокричал: – Эй, ты! – но не успел продолжить мысль. Мех ответил без церемоний: сдвоенные плазменные турели на боках корпуса сразу ожили, извергнув яркие раскалённые струи. Цельнометаллический ёж с шипением уходил в сторону от каждого выстрела, буквально танцуя в миллиметрах от смертоносных трасс, а плазма насквозь прожигала всё на своём пути. Тем временем Наклз, слегка отстав, спокойно пробрался на крышу соседнего здания. Он прижался к стене, пережидая, а когда Соник, словно магнит для огня, промчался мимо и увлёк на себя весь огонь, Наклз резко спрыгнул, зацепился за выступы гиганта и начал карабкаться по броне наверх, точно хищник по дереву. Тейлз в это время закончил свой взрывоопасный шедевр: три ядра, спаянные между собой, обвязанные кабелями с накопителем высокой мощности, едва не гудели от накопленной энергии и температуры. Поднявшись в воздух на трастерах и раскручивая хвосты для манёвров, он вылетел навстречу Сонику в заранее оговоренную точку встречи. Руж же в это время отбивала попытки врагов зайти с тыла. Её инвиз позволял появляться из ниоткуда и буквально косить передовые группы Робианцев, но ситуация накалялась. В какой-то момент на неё сработал снайпер – она даже не заметила вспышки, только почувствовала странное движение воздуха рядом с головой. Выстрел прошёл впритирку, спалив её укрытие. – Чёрт! – процедила она и тут же сорвалась с места. В этот миг по её старой позиции прилетела ракета, выпущенная одним из уцелевших Робианцев в колонне. Руж тут же развернулась и снесла его метким выстрелом. Взгляд тут же выхватил странный блеск на крыше другого здания. Она чуть пригнулась, и пуля со свистом прошла над её головой, разбрызгав осколки бетона. – Умный, а? – прищурилась она, высматривая цель через прицел. На миг в оптическом окуляре мелькнула замаскированная фигура – хамелеон-Робианец, почти идентичный тому, с кем Соник уже сталкивался ранее. Руж не колебалась. Один выстрел – и маскировка подрагивает и гаснет вместе с телом, рухнувшим вниз. Она выдохнула, отстраняясь от прицела: – Минус ещё один. А наш злополучный синий ёж мчался по безлюдным улочкам, встречая на пути Робианцев. Те, завидев его, тут же вскидывали оружие – но внезапный грохот позади сбил их настрой. Услышав это, они моментально растерялись и вместо залпа бросились наутёк, прилагая куда больше усилий, чем сам Соник. А позади него, ломая всё на своём пути, нёсся гигантский мех. Из-под его «усов» били сдвоенные турели, расчерчивая улицы смертоносными трассами. Тем временем Наклз, взбираясь по корпусу махины, наконец добрался до первой крупной неровности, но тут из-за брони внезапно выдвинулась небольшая турель. Красный лазерный прицел упёрся прямо ему в грудь. Наклз замер на долю секунды, потом резко отпрыгнул вбок, цепляясь за выступы корпуса. Сзади тут же пронеслась очередь крупнокалиберного пулемёта, взрывая искры и металл. – Фух... было близко! – процедил он сквозь зубы. А Соник петлял, иногда буквально забегая по стенам зданий, уводя за собой огонь махины. Он нёсся к месту, куда планировали заманить этого монстра и попытаться его обезвредить. В это же время Тейлз, держа своё самодельное взрывное устройство, был уже на подлёте. На его мониторе замелькали предупреждения, он отчётливо видел впереди, как синяя вспышка снуёт под огнём гиганта. Из всех стволов враг палил по Сонику без остановки, пытаясь достать его хотя бы касанием. – Вот чёрт! – сказал Тейлз, решительно уводя костюм на резкий курс прямо к цели. Тем временем Наклз, зацепившись на уступе рядом с только что выведенной из строя турелью, только собрался двинуться вперёд, как по бокам раскрылись броневые створки. Он мгновенно напрягся, но вместо лазеров или пулемётов оттуда вылетели ракеты, по одной с каждой стороны, и воздух над махиной заполнился сотней визжащих следов. В кабине Тейлза тут же заревели сирены, а на его дисплее замигало предупреждение о массированном ракетном залпе. Целый рой смертоносных снарядов двинулся прямо к нему. – Вот чёрт! – повторил он уже в голос, пряча устройство внутрь костюма и переходя на экстренный манёвр уклонения. Небо в этот миг расцвело десятками ярких взрывов – огненные бутоны раскрывались один за другим, оставляя за собой клубы дыма и сверкающие осколки. Среди этого хаоса едва угадывался силуэт жёлтого металлического костюма, который нырял и петлял, уходя от преследования ракет и иногда раскрывая тепловые ловушки. А Соник, скользя взглядом по этому шоу, не выглядел впечатлённым, лицо его было суровым. Наклз, вцепившийся в броню меха, тоже глянул на это с холодной решимостью. Оба они понимали одно: чем быстрее они придумают, как обезвредить эту махину, тем больше у них шансов выжить. Когда он уже добрался до точки, а у Тейлза начались технические проблемы, пришлось импровизировать. Ёж осмотрелся, и заметив огромный толстый кабель, решил провернуть старый трюк. Быстро смотал его и понял – для плана хватит. – Ну, здоровяк, сыграем! – растянул он провод в руках, завязал узел и двинулся к исполину. – Франческо, я попробую его опрокинуть. Можешь передать Наклзу? Обежал махину по широкому кругу, начал сближение. Гигант двинулся навстречу, пытаясь раздавить, но ёж ловко уворачивался и подбирался всё ближе. Закинув узел за выступ, он ушёл куда-то вглубь, и кабель слегка натянулся. Дело оставалось за малым: Соник стал наматывать круги, опутывая ноги исполина, пока тот в один момент просто не смог сдвинуться и не потерял равновесие. В этот миг Наклз, уже взобравшись на шейный отсек, заметил, как гигант заваливается. Ехидна отцепился и раскрыл руки, спланировав прямо на его нос. А Тейлз, закончив своё воздушное шоу, озарившее небо кучей взрывов, спланировал в потоке и небрежно рухнул рядом с Соником. – Кажется, время пришло! – подумал я, потёр руки и нажал Enter. По проводам пошёл сигнал, отсылая безумную команду, которая дошла до цели. Исполин внезапно замер и прекратил всякое сопротивление. Просто омертвел за секунду. Это не входило в планы команды и насторожило всех, даже самоуверенного Соника. Синий металлический ёж медленно взбирался на исполина, ожидая подвоха, однако ничего не происходило. Он настороженно полез выше, к шее, но гигант не подавал ни малейших признаков жизни. Расслабившись, Соник забрался на затылок и начал искать панель для аварийного доступа или хоть какой-нибудь вход. И тогда забытая причина всей осторожности сработала: здоровяк резко дёрнулся. Соник заметил движение, но не успел ничего сделать. В одно движение мех встал на колени и прорычал настолько оглушительно, что вся округа вздрогнула. Соник, оказавшийся в эпицентре звуковой атаки, словил её по полной, но до Тейлза и Руж атака не добралась – было всё-таки далековато. От мощнейшей вибрации ёж потерял равновесие, сорвался вниз, кувыркаясь и не понимая, где верх, где низ. Его мутило, сознание плыло. В этот миг Тейлз, быстро сориентировавшись, рванул к встающему гиганту. Активировал ускорители, разогнался до безумной скорости и бросился вниз за своим падающим, дезориентированным другом, крича: – Соник! – Эй, можешь дать ещё минутку?.. – пробормотал Соник, летя солдатиком вниз. – Очнись, Соник! – заорал Тейлз, мчась к нему с рёвом ускорителей. Исполин раскрыл створки и выпустил сотню ракет. Те тут же схватили след свежей крови и взяли ежа на прицел, сокращая дистанцию. – Я не сплю… или сплю… хи-хи. Можешь дать пару минут? – продолжил бормотать Соник, приоткрыв стеклянные глаза. – Чёрт, Соник, ты нам сейчас нужен! – Тейлз сорвался вниз, уворачиваясь от своры ракет с огненными хвостами. – Нужен я тебе? Зачем?.. Ты и сам прекрасно справляешься… А сейчас я спешу. Только куда? И зачем?.. О, красноглазки... – бредил Соник, беспомощно вращаясь в воздухе. Тейлз поймал его на лету, отвесив пощёчину, и заорал: – Очнись, Соник! Ёж слегка очухался и удивлённо заморгал: – Тейлз?.. – Соник! – обрадовался лис. Ёж перевёл взгляд за его спину и побледнел: – Не хочу тебя расстраивать, но сзади на нас летит сотня ракет. – Знаю! – рявкнул Тейлз, не сбавляя скорости и не глядя назад. – Замечательно. И какой план? – пробурчал Соник, повернулся вперёд и мгновенно всё понял. – Хотя... Знаешь, я тут подумал – можешь не говорить. Хе-хе. Буквально за двадцать сантиметров до земли Тейлз резко выровнялся, проведя опасный манёвр. Скользнув почти по асфальту, он резко взмыл вверх, выпуская металлического ежа из своих объятий. Соник не терял импульса и сразу же рванул по магистрали на всех парах. Позади раздался хруст рвущегося металла – исполинский мех наконец разорвал кабельные путы. Он медленно поднялся и, заметив ежа, прицелился из основного лазера. Оглушительный заряд вырвался из его пасти, буквально стирая полквартала в ровную горящую рану. Соник успел среагировать: ускорился так, что казалось, будто время замерло. Сотни метров он пролетал за микросекунды, уворачиваясь от разлетающихся машин и взрывов, которые в его восприятии тянулись расплывчатыми шлейфами позади. Тем временем Тейлз парил в небе, оглядывая картину с высоты. Его глаза расширились от ужаса, когда он увидел исполина во всей красе. Даже его высокотехнологичный костюм не позволял уследить за скоростью друга. – Руж... – выдохнул он в рацию. Но в ответ услышал только помехи. А Соник внизу не отвлекался ни на что, полностью держа концентрацию. Он уже заприметил вдали автомобильную развязку и решил использовать её как трамплин, максимально ускорившись. Всё вокруг вытянулось и исказилось от безумной скорости. Для него сейчас существовало только три вещи: эта развязка, ревущий за спиной лазер, который хотел его сжечь, и гонка. А в гонках, особенно таких, он не привык проигрывать. Тем временем Наклз, придя в себя, огляделся и буркнул: – К чёрту это всё, я сваливаю! Он тут же начал карабкаться на ближайшее здание, а Франческо не удержался и спросил: – Наклз, ты что, сбегаешь? – Это не побег, а тактическое отступление! – упрямо поправил его Наклз, забираясь всё выше. – Отлично, звучит очень убедительно! – съязвил Франческо, будто уже готовый его отчитать. Но тут вмешался Тейлз по рации: – Наклз, ты как? Ты в порядке? – Эй, Тейлз? Да нормально, меня немного оглушило, но жить буду! – ответил Наклз, наконец выбравшись на крышу и глянув на исполина, который после выстрела застыл на месте. – Понял. Послушай, найди Руж. Я почему-то не могу с ней связаться и это меня тревожит. Нужно, чтобы вы оба были на связи для начала операции. – Операции? – удивился Наклз. – Назовём её «Ахиллес». Ты и Руж – главные исполнители. Детали расскажу позже. В этот момент в эфир ворвался голос Соника: – Эй, что это за движуха без меня? – Ты цел, Соник?! – практически хором воскликнули Тейлз и Наклз. – Ну, если не считать, что я только что выиграл смертельную гонку со светом... Да, более-менее цел, – с усмешкой ответил он, а потом серьёзно добавил: – Сейчас смотрю прямо на этого здоровяка. Есть идеи, как его повалить? – Ну, у меня есть одна идея... Но для неё нужны мы все, – сказал Тейлз немного неуверенно. – Все и так здесь... кроме Руж, – заметил Франческо. – Вот именно. Нужно отвлечь этого громилу, пока мы её не найдём, – пояснил Тейлз. Соник тяжело вздохнул: – Значит, мне достанется роль бельма на глазу? Отлично! Я в деле! Не раздумывая, он рванул прямо к гиганту. Исполин в этот момент медленно перевёл взгляд на Тейлза, что Сонику совсем не понравилось. Подбежав ближе, он закричал: – Эй, здоровяк! Сюда смотри, морда механическая! Но гигант будто не обратил внимания и начал наводить на Тейлза батарею ракет. Соник быстро заметил валяющийся снаряд, ещё не сдетонировавший, но явно чувствительный к любому удару. Схватив его, ёж метнул прямо в «лицо» исполина: – Приветственный подарочек! Может, поправит тебе эти несимпатичные черты! Снаряд влетел точно в цель и взорвался, осыпав морду меха осколками и оставив в броне глубокие пробоины. – Ой... – только и выдохнул Соник. – Кажется, ты его серьёзно разозлил! – заметил Франческо. Исполин резко повернулся к ежу и издал оглушительный механический рёв, который букввально смёл всё на своём пути. – Да, похоже, ты его точно вывел из себя! – подтвердил Тейлз, облетая монстра сбоку. Соник не стал тратить слова, а рванул в противоположную сторону на максимальной скорости, вынуждая исполина идти за ним и ломать всё на пути. Тем временем Тейлз воспользовался моментом: он подлетел вплотную, быстро взломал часть защитных систем и отключил помехи на своём маршруте. Пробравшись к шее гиганта, он закрепил там первый заряд. А в это время Наклз перебирался от здания к зданию, цепляясь за выступы и карабкаясь всё выше. Он заглядывал в разрушенные квартиры и этажи в поисках летучей мыши или хотя бы её снайперки, подгоняемый грохотом взрывов и гулом рушащихся конструкций за своей спиной. Когда Тейлз закрепил последнюю, особенно мощную взрывчатку в нужном месте, то быстро доложил по связи: – У меня всё готово. Наклз, как у тебя дела? На фоне тут же раздался голос Соника, перекрываемый его криками: – Наклз, давай быстрее! Эй, ты, громила, я здесь! Или ты умеешь только мимо стрелять?! – Ищу, я ищу! – буркнул Наклз раздражённо, врываясь в очередную комнату из сотен уже осмотренных. Он наконец заметил лежащий силуэт. Быстро переключив режим зрения, убедился: перед ним точно антропоморфная летучая мышь – белая шерстка, характерные крылья, пусть и в слегка... откровенном боевом костюме. Без сознания. Наклз подошёл и встряхнул её за плечи: – Руж! Очнись! Она медленно открыла глаза, мутно сфокусировалась на нём и прошептала: – А... где это я, металлический красный рыцарь? Наклз коротко выдохнул с облегчением, убедившись, что она в сознании и в целом цела. Но тут же резко отпустил её руку, так что она снова упала на спину. В этот момент он включил связь: – Нашёл Руж. Она в порядке. Можете не беспокоиться. Руж зло прищурилась снизу вверх: – Эй! Металлический увалень! Мог бы проявить хоть каплю такта и не бросать меня вот так! Наклз только тяжело вздохнул, снова присев на одно колено рядом и протянув ей руку: – Прости, но у нас нет времени на церемонии. Каждая секунда на счету. Ты нам нужна. Она посмотрела на него пристально, а потом, без лишних слов, откинула обиду и ухватилась за его металлическую руку. Наклз одним движением рывком поставил её на ноги. – Больше так не делай, железносердечный малец! – проворчала Руж, но с лёгкой, почти примирительной улыбкой, всё ещё держась за руку Наклза. Отпустив её, она сразу включила связь: – Эй, пушистик, я на линии. Слышала, ты меня звал? – Отлично, что ты в порядке, – ответил Тейлз с заметным облегчением в голосе. – Мне нужно будет от тебя кое-что очень важное: несколько точных снайперских выстрелов прямо по взрывчатке у основания шеи меха. Он быстро начал объяснять суть плана «Ахиллес»: – Нужно подорвать заряд точно в тот момент, когда он начнёт массовый залп ракетами. Это вызовет каскадный, полностью неконтролируемый взрыв боекомплекта. – С высокой вероятностью взрыв уничтожит самого меха и всё в радиусе сотни метров, – сухо добавил Франческо, подключившись к разговору. – Главное – синхронность. Никаких ошибок по таймингу. Я отправлю каждому из вас подробные инструкции по ролям и действиям. В этот момент в канал влез раздражённый Соник: – То есть мне так и оставаться для него приманкой? Замечательно... – пробурчал он, уворачиваясь от очередного залпа тяжёлых турелей, установленных по всему корпусу исполина. При этом он не упускал возможности вплотную подскакивать и с размаху ломать орудия, чтобы ещё сильнее разозлить своего противника. Параллельно Наклз и Руж уже выбирались к своей позиции. На пути их несколько раз встречали разрушенные улицы и завалы: иногда металлической ехидне приходилось подбрасывать летучую мышь на нужную высоту, чтобы она, раскрыв крылья, планировала дальше, а самому потом карабкаться по стенам и балконам. Это заняло приличное время, около получаса, а всё это время Тейлз был занят на своей позиции, сосредоточенно взламывая системы исполина, ставя триггеры и закладывая специальные программные ловушки, чтобы всё сработало идеально в час Х. И вот настал момент икс. Соник, ведя за собой громадного меха, затаскивал его прямо в зону заранее спланированной операции. В этом ему помогал Тейлз – он взламывал камеры и подменял поток информации, чтобы сбить меха с толку и направить в ловушку. Когда исполин оказался на нужной позиции, металлический ёж остановился прямо перед ним. Позади, примерно в полутора километрах, на крыше развалин уже устроилась Руж. Она заняла идеальную снайперскую позицию: разложила противотанковую винтовку на сошках и вглядывалась через прицел, подгоняя его точными движениями. Рядом Наклз, пользуясь своими новыми возможностями, помогал кокетливой мыши с тонкой корректировкой и расчётами. Тем временем Тейлз, находясь до этого в слепой зоне радаров, выждал момент и резко вылетел, сразу засветившись на радарах противника. Соник мельком взглянул на него. Интерфейс интуитивно приблизил картинку, на ней был лис в металлическом костюме, который, чуть улыбнувшись, показал ему большой палец вверх. – Ну что, погнали! – усмехнулся Соник и рванул прямо на гиганта. Исполин уже начал поднимать ракеты в пусковые шахты. Но в тот момент, когда ракеты были почти готовы к запуску, Соник с бешеной скоростью в спиндэше врезался в сустав ноги меха. Это заставило громадину резко осесть на одно колено, часть ракетных отсеков сбилась с синхронизации и не смогла закрыться – скрипт запретил закрыть шахты и запуски прервались. В эту секунду Тейлз, координируя атаку, дал сигнал Руж. Она, руководствуясь данными Франческо и точными поправками Наклза, выстрелила идеально в цель – снаряд попал точно в нужную точку. Но… взрыва не последовало. Соник нахмурился, это было совсем не по плану. Видя, что окно возможностей вот-вот захлопнется, он, не слушая возмущённых голосов в комлинке, бросился наверх. Гигант всеми силами пытался стряхнуть руками надоедливого гостя. Лавируя среди бешено вращающихся турелей и уворачиваясь от шквала огня, ёж взобрался на корпус исполина и добрался до взрывчатки. Он сразу заметил: попадание было точным, но взрывчатка не сдетонировала – проводка была повреждена и пара важных жилок оказалась разорвана. Соник не медлил ни секунды. Он соединил их, и по проводам тут же прошёл яркий синий электрический разряд. Это сработало мгновенно. Сдетонировал первый заряд, за ним второй. Внутри шахт взрывная волна подожгла ракеты, и несколько из них сработали прямо в пусковых установках. Раздался грохот, пламя и ударная волна превратили всю верхнюю часть исполина в гигантский факел. Мех начал оседать, а потом рухнул на землю с оглушительным грохотом, оставив после себя лишь обугленные, искрящиеся остатки ног и вывороченные провода, жалко шевелящиеся под напором дыма и жара. – Соник! Соник! – закричали хором Тейлз, Наклз и Руж. А в тот момент сам металлический ёж, едва успев заметить, как взрывчатка детонирует прямо у него в руках, мгновенно дал дёру. Он сорвал одну из створок пусковой шахты и использовал её как импровизированную доску. На ней он скользил вниз по корпусу исполина под аккомпанемент оглушительных взрывов боекомплекта, который рвал всё вокруг. Турели ожили и пытались сбить его на лету, но Соник ловко уворачивался, прикрываясь своим «щитком». На трамплине, образованном взрывом и обломками, он резко подлетел, сделал в воздухе кувырок и мельком глянул назад. Там вздымался гигантский шар пламени, который жадно катился за ним. – Нужно поторапливаться! – процедил он сквозь зубы и, оттолкнувшись от доски, побежал с ещё большей скоростью. Он нёсся по корпусу, уворачиваясь от огня турелей и отбрасывая в стороны пылающие обломки. Увидев в последний момент сгиб колена у поверженного исполина, Соник помчался прямо на него, используя как трамплин и влетел в здание напротив. Пробив несколько стен подряд, он не снижал скорости – пролетел так через четыре здания и наконец, тормозя о бетон, замер кверху ногами в полуразрушенном коридоре. Тем временем Тейлз нервно оглядывал разрушенный квартал, выкрикивая: – Соник! Соник, ты где?! Наклз только хмыкнул и фыркнул: – Расслабься, Тейлз. Не помер твой хромированный синезадый друг. Он наверняка сейчас где-то любуется этим фейерверком. – Тейлз, успокойся... – вмешалась Руж, пытаясь успокоить лиса. В этот момент раздался приглушённый голос Соника из глубины проломленных стен: – Я... в принципе в порядке... можете не беспокоиться обо мне! И в ту же секунду заиграла заключительная музыка, а на интерфейсе команды вспыхнула надпись: Уровень пройден! Ранг: S Очки: 2,658,971 Время: 326:45 – Хм, неплохие результаты. Но всё покажет только реальный бой! – сказал я, глядя на конец трансляции. Освоение... Мой взгляд скользнул к шестому экрану: справа Эми Роуз в бешенстве рушила очередную мою базу, тщетно пытаясь меня достать. Слева Наклз, страдая своим вечным топографическим кретинизмом, искал путь назад, одновременно превращая окрестности в хаос, который местные точно запомнят надолго. В это же время. Тейлз очнулся в своей капсуле, распахнул глаза и уставился в потолок лаборатории. Поморщившись, он медленно поднялся, огляделся и твёрдо зашагал к двери. Следом за ним пришла в себя Руж, изящно спрыгнув со своего ложа и поправив волосы. Последним очнулся Наклз: – Ок... Это точно реальный мир? – пробурчал он, медленно оглядываясь и на всякий случай трогая собственный корпус, будто проверяя, не сон ли это. Наконец, очнулся и Соник, точнее, его металлическая версия. Он потянулся, хрустя сервоприводами и лениво разминая плечи: – Оу... Ну наконец-то. Думаю, разминку мы закончили, да? – Да, Соник, ты показал себя неплохо! – отметил Франческо. Металлический ёж ухмыльнулся и с наигранным возмущением уточнил: – Неплохо? По-моему просто замечательно! – он развернулся к двери. – Опустим это сейчас... – начал было Франческо, но его прервал голос Тейлза: – Соник! Металлический ёж обернулся. Лис стоял напротив него, и на мгновение в металлическом облике ежа проступил былой силуэт того живого героя, который не раз окровавил лапы ради друзей. Тейлз дрогнул и вдруг шагнул вперёд, обняв Соника. – Ну чего ты, Тейлз... – мягко пробормотал Соник, тоже обнимая его. – Всё будет хорошо. Мы всех спасём. Тейлз вскинул на него заплаканные глаза, а Соник продолжил, стараясь говорить уверенно и спокойно: – Придумаем, как спасти его – того настоящего меня. Не впервые ведь влипали. Так что давай, держись. У нас полно великих дел. Лисёнок всхлипнул, слабо улыбнулся и выдохнул едва слышно, будто самому себе: – Да... Ты всегда был таким. Безудержным оптимистом... – Ты что-то сказал? – переспросил Металл-Соник, чуть наклонив голову. Тейлз быстро смахнул слёзы и, пытаясь улыбнуться, бодро ответил: – Нет! Пойдём спасать всех! Они вышли из капсульного зала и увидели впереди Руж, облокотившуюся на стену. Она лениво оглядела их двоих, а потом лукаво прищурилась: – Ого, смотрю, наша парочка голубков снова в сборе. – Я не... – начал было возмущённо Тейлз, но Соник его перебил: – Очень остроумно. Но давай без этих сердечных шуточек, ладно? Мы уже обсуждали это, сердцеедка. Лучше скажи прямо: чего тебе нужно? Руж хмыкнула, чуть склонив голову набок: – Ладно, ладно, не буду, а то наш пушистик и правда надулся... – Она на миг посерьёзнела и посмотрела прямо в глаза металлическому ёжу. – Но если без шуток: только попробуй его разочаровать или сломать ему сердце. Я лично приду за твоей железной башкой и превращусь в твой самый страшный кошмар. Соник моргнул. Руж тут же расплылась в хитрой улыбке: – Шучу я! Ну чего вы такие серьёзные? – лукаво провела пальцем по подбородку Металла, а Тейлза слегка потрепала по макушке. Ухмыльнувшись, неспешно пошла прочь по коридору. Они оба провожали её взглядом, пока она не скрылась за поворотом. – Роковая женщина... – раздался за их спинами голос Металл-Наклза, который успел подойти незаметно. – И правда, – почти одновременно вздохнули Соник и Тейлз, переглянувшись. Тем временем я привёл себя в порядок: поправил одежду, налил себе воды и уселся в кресло, приготовившись к встрече. Первой вошла Руж, неторопливо остановившись у шкафа справа. Следом за ней появились ожидаемые гости – Соник, Тейлз и Наклз, двое из них поблёскивали свежей хромированной бронёй. – Ну вот, наконец все собрались и мы можем приступить! – сказал я, откинувшись и залпом допив воду из кружки. Металлический ёж лениво облокотился на стол одной рукой, рассматривая меня внимательнее. – Да, я тебя тоже рад видеть, Эггман, – сказал он в своей привычной развязной манере. – Вижу, жизнь тебя потрепала. Надеюсь, ты не замешан в этом последнем инциденте? – добавил уже с лёгким нажимом и каким-то странным сожалением в голосе. Я почувствовал на себе холодный, почти сверлящий взгляд металлической ехидны, которая молча стояла рядом и смотрела так, будто хотела меня продырявить. – Вы оба подозреваете меня? Я ваш создатель! – хотел было отрезать я резко, но вовремя прикусил язык. В голове крутилась совсем другая мысль. Ведь это были не просто Металл Соник и Металл Наклз. Это были компиляции всего лучшего и худшего в них обоих – без той бездушной холодности, что я раньше намеренно вшивал в их ИИ. Теперь это были почти те же надоедливые, свободолюбивые ёж и ехидна, только в новой обёртке. Забавно. Даже странно признавать, что их мне порой не хватало. Я поймал себя на этом размышлении и вернулся к разговору, наконец выдав спокойно и чуть устало: – Если бы я был замешан, как минимум не стал бы «возрождать» вас обоих в этих телах. И уж точно не стал бы спасать Тейлза. – Возрождение – не совсем точное определение процесса, оно вводит в заблу... – начал вмешиваться Франческо. Соник обернулся к лисёнку, тяжело выдохнул и устало потер затылок: – Ладно, ладно, Работник. Я поверю тебе. Как минимум из-за того, что ты спас моего брата. – Резко и неожиданно он прижал Тейлза к себе, опустив металлическую ладонь ему на плечо. – И... спасибо, что позаботился о нём за меня, когда я... – он запнулся, слова застряли у него в горле, и он закончил уже совсем другим тоном, словно скомкано: – Это для меня очень важно. С этими словами он протянул мне правую руку. Я пожал её крепко и ответил чуть наставительным тоном: – Забота о своём подопечном – первая и простейшая обязанность любого наставника. Если пренебречь такими фундаментальными вещами, то получишь хаос, разруху... Я было разошёлся, но меня резко перебил металлический Наклз, стоявший рядом и хмуро смотревший на меня: – Да-да, мы всё поняли, Эггман. Но ведь ты нас собрал здесь не ради своих лекций, верно? – Ах да... – я осёкся, опомнившись. Нажал на несколько клавиш на панели перед собой. Мониторы вокруг нас сменили картинку, и в этот миг я заметил, как глаза всей команды расширились от увиденного... – Вашей первой и единственной задачей будет, как обычно: остановить ваших оригиналов и по возможности захватить их живыми! – произнёс я, глядя на их реакцию. Металл Наклз нахмурился, не сразу понимая, о чём речь. Но Соник, на удивление, даже не моргнул. Он только спокойно сказал: – Прекрасно. Одна головная боль больше роли не сыграет, всё равно нужно будет спасать моего оригинала. Заодно спасём и их. А что с ним? Я открыл рот, чтобы ответить, но он сам продолжил, почти не слушая: – Понятно. Будем спасать по списку в свободной очереди... – он вдруг прищурился. – И, Эггман, ты так и не рассказал нам про этот твой «зомби-вирус», который там бушует. Я резко оборвал его: – Сейчас это не так важно, как изоляция основных переносчиков и контролёров этой пандемии! – Я вывел на экран данные об Эми Роуз и Наклзе. – Особенно после того, как они раскидали наши элитные отряды, как детей. – Шикарно, – проворчал Наклз с откровенным раздражением. – Сверх того, что они и так были сильные, теперь ещё и аномально живучие! Соник положил ему руку на плечо и сказал с привычной уверенностью: – Да, ничего. Даже на таких найдём свой ключ. В крайнем случае соберём Кристаллы Хаоса или воспользуемся твоим Мастер-Изумрудом, Наклз. Он повернулся к лису: – Ну, а ты что думаешь, Тейлз? Тот тяжело вздохнул: – Не в этот раз, Соник. Мы не сможем собрать изумруды. Они вне нашей досягаемости... – Досягаемости? – переспросил удивлённо Соник. – Это куда это они разлетелись так, что теперь их не собрать? Ну ладно. А Мастер-Изумруд? Только не говори мне, что его опять похитили! – Нет, его не похитили, к счастью… или, может, к сожалению. Но мы тоже ничего с ним сделать не сможем. Мы просто до него не доберёмся... – сказал Тейлз и вздохнул ещё раз. Он посмотрел на их растерянные лица – Соника, Наклза, Руж – и добавил: – Ладно. Давайте я просто покажу вам, где они. Сами всё поймёте. Он бросил на меня взгляд, будто собирался спросить разрешения. – Серьёзно? Ему ещё и разрешение моё нужно? Этому упрямому самовольному лису? – проворчал я про себя, но вслух сказал только: – Иди. Тейлз радостно кивнул и выбежал из комнаты, за ним сразу рванулась вся остальная команда. Я остался сидеть в тишине и одиночестве, чуть устало глядя на закрывающуюся за ними дверь. – Ну, вы ведь не совсем одни. Есть же я... – вдруг испортил момент Франческо. Я раздражённо бросил: – Ну да, есть ещё ты, нахальный ИИ! – Не надо так со мной, а то я реально рассержусь и уйду! Ладно, уйти не смогу, но вот отключусь, и тогда вы меня точно не найдёте, Доктор Айво! – заявил он с вызывающей наглостью. – Ты мне угрожаешь? – я злобно прищурился, но не сдержался и заржал. – Слышали? Франческо смеет мне угрожать! –я засмеялся ещё громче, и даже ИИ стало неловко от моей реакции. – Ладно, Франческо, насмешил ты меня. Сейчас это не важно. Как закончим план – можешь линять на все четыре стороны! – отмахнулся я и повернулся к большим мониторам. Франческо неуверенно пробормотал: – С-серьёзно? Я вам не верю... Но допустим. Только мы ведь даже не можем завершить этот план без Металл Эми Роуз. Без неё не получится запустить ключевой элемент! – М-да, это уже проблема... – вздохнул я, уставившись на экран. На нём как раз была стартовая площадка. Тейлз в костюме стоял там вместе с Металл Наклзом и Металл Соником. Лис выбрал для старта именно грузовую шахту лифта – шире и удобнее. Следующее действие объяснило этот выбор. Тейлз взял Руж на руки. Она, не смущаясь, прижалась к нему. Хвосты его нервно и быстро завертелись. Металл Соник, наблюдая за ними, едва слышно хихикнул и с ленивой улыбкой шлёпнул его по спине. Тейлз недовольно глянул на ежа, а Руж просто засмеялась. Металл Наклз при этом только фыркнул, закатил глаза и первым рванул вверх, запуская вертикальные ускорители и уходя через обычную вентиляционную шахту. Соник, махнув рукой и крикнув «Ну что, поехали!», влетел в шахту за ним. Последним поднялся Тейлз, переглянувшись с Руж. Он аккуратно взлетел, прижимая её к себе, и на ускорителях скрылся в широкой грузовой шахте. Я допил свой напиток, шумно поставил кружку на стол и пробурчал себе под нос: – Надеюсь, они там не наделают дров и не отправят весь мой план на свалку истории... Где-то в другом месте... А где-то в Индии, немного раньше, Наклз пытался выбить из местного жителя информацию – правда, при своём легендарном топографическом кретинизме он всё равно не смог бы ей толком воспользоваться. По пути он разрушил пару домов, превратил несколько кварталов в руины и даже умудрился встретить местные войска. Но армия не продержалась против него долго – буквально пара минут, и сопротивление захлебнулось. В конце концов он всё же заметил что-то странное в одном направлении – неясное, но неприятно знакомое ощущение, будто там кто-то... похожий на него самого. Закончив избиение до состояния "отрицательно живого", Наклз хмыкнул и двинулся прямо на зов этого ощущения, уверенный, что там его ждут все его важные цели. В это же самое время, где-то в космосе, одержимый Соник уже выжег пару десятков планет. Он телепортировался на непостижимые расстояния, с механической точностью перескакивая к следующей цели своей безумной жатвы. – Ну вот, ещё одна планета для твоего бессмысленного кровавого похода... – донёсся в его голове слабый голос разума, погружённого по горло в кровь. Это уже не был голос воли к свободе – лишь её отголоски. – Нет, Соник. Тебе это может казаться бессмысленным, но контекст есть. Ты просто его не видишь, – отозвался Игнис с ленивой насмешкой. Его сознание, слившееся с телом ежа, за считанные мгновения спустилось на поверхность планеты, обежало её всю, прочёсывая каждый закоулок. Он даже слегка удивился, не найдя там того, чего ожидал. – Не ожидал такого поворота? – хрипло произнёс Соник внутри. – Кажется, они поняли твой дешевый план. Игнис почесал затылок, поднял взгляд к яркому чужому солнцу на безоблачном синем небе и нехотя признал: – Эх, ещё больше головной боли мне добавили... Точно добавили. Они даже решились на такое... – Странно ты как-то реагируешь, – пробормотал внутренний голос Соника, наблюдая, как местное солнце становилось всё ярче и ярче. Это уже не могло быть просто оптическим эффектом. Но внезапно светило сжалось в ослепительный столб, когда Игнис телепортировался на небольшое расстояние. Луч прошёл прямо над поверхностью планеты, вгрызаясь в неё с чудовищной мощью. Почва разверзлась под пятнадцатибалльным землетрясением, трещины расползлись по всему континенту, и ядро планеты вспухло, взорвалось, вывергнув своё пламя наружу. Поверхность просто разлетелась на куски, превращаясь в раскалённую лавовую кашу. От жара даже Соник внутри этого тела невольно зажмурился – настоящий филиал ада. Игнис же уже оказался на орбите. Внизу от планеты осталась лишь раскалённая каша мантии и остывающие обломки. Но его там поджидало кое-что куда более серьёзное: целый космический флот. Десятки кораблей разных классов окружили его со всех сторон и слаженно открыли огонь, произведя залп со всех шести направлений. – Ну, вот и всё. Твоим злодеяниям конец? – спросил Соник, в голосе которого впервые за долгое время прозвучала надежда. Но Игнис даже не ответил – вместо этого он перешёл в гиперреакцию за долю секунды до того, как залп достиг его. Все снаряды, ракеты и лучи отразились и полетели обратно к своим отправителям. Несколько фрегатов и тяжёлых крейсеров взорвались сразу, внося хаос в ряды флота. Игнис метнулся к ближайшему флагману. Тот встретил его шквалом огня из малокалиберных турелей, но одержимый Соник был быстрее – он лавировал между снарядами, накапливал кинетическую энергию и затем выпустил её залпом, превращая обшивку флагмана в решето. Корпус не выдержал и вспыхнул, разлетаясь на куски в огромном взрыве. Выжившие корабли в ужасе рванули в гиперпрыжок. Но Игнис не дал им шанса. Он буквально догонял их в гиперпространстве, разрывая на части по одному, оставляя после себя только обломки и обугленные фрагменты корпусов. После этого боя ни один корабль не вернулся домой. В Империи их объявили пропавшими без вести, а информацию об этом происшествии засекретили. Но в кулуарах уже начали шептаться: об одержимом синем гуманоиде как об апокалипсисе в одном лице. По всей Федерации созвали срочную конференцию, чтобы обсудить эту новую угрозу. Гонка под лунным небосводом омрачённая теневой. Ну а тем временем на Земле Металл Соник, Металл Наклз, Тейлз и Руж взмыли пролетев темноватые туннели. Вылетев из шахт у подножия гор на скорости, они взмыли ввысь выше облаков, выше перистых слоёв, под ярким светом луны переливающийся на их корпусах. – Итак, куда держим путь? – спросил Соник, глядя на Тейлза. Тот, сделав слегка грустное лицо, молча кивнул в сторону белоснежной луны, величаво висящей над усеянными миллиардами мерцающих светлячков в чёрной бездне неба. Металлы переглянулись. Соник с ухмылкой провёл рукой по металлической голове: – Ну, прекрасно. Всегда хотел прогуляться по Луне после того, как мы утихомирим наших злобных оригиналов! – Мы туда не развлекаться летим! – хмуро отозвался Металл Наклз. Соник с показным скепсисом махнул рукой: – Об этом подумаем позже. Сперва дело – потом веселье! Кстати, у Эггмана вообще есть какой-то план на этот счёт? Оба перевели взгляд на Тейлза. Лис чуть встревоженно оглянулся и выдавил: – Думаю, лучше пусть он сам вам всё объяснит... – Ладно. Так летим? – рявкнул Наклз. Соник улыбнулся шире: – Лети. Я тебя всё равно догоню! – Догонишь? Думаю, не в этот раз! – парировал Наклз, включая ускорители. Соник подмигнул и ухмыльнулся: – Я не только догоню, но и перегоню тебя! И ещё успею подзарядиться, пока ты там черепашьим шагом ползёшь! Руж тем временем посмотрела на Тейлза и слегка стукнула его по броне. Тот удивлённо повернул голову. Она с лёгкой улыбкой подмигнула ему. А Соник и Наклз уже спорили всерьёз, одновременно повернувшись к лису с одним и тем же вопросом, который в этой ситуации стал особенно острым: – Ну что, Тейлз, скажи – кто в этом состязании победит? – Думаю... победит Соник. – вздохнул Тейлз. – Ха! Слышал, красножопый?! – с ехидным сарказмом выкрикнул Металл Соник, бросая взгляд на ехидну. – Это ничего не доказывает! – буркнул в ответ Металл Наклз. Тейлз тут же попытался примирить их: – Ну, вообще-то и Наклз вполне может победить... – Вот видишь! – довольно отозвался Наклз, глядя на ежа. – ...или я, – добавил Тейлз с самодовольной ухмылкой. Соник изумлённо повернулся к нему: – Эй, Тейлз! Что за дела? На чьей стороне ты вообще?! Спор всё больше накалялся, когда вдруг вмешалась Руж. Она, всё это время висевшая на руках Тейлза и обнимавшая его за шею, хитро улыбнулась, плавно отпустила его и оттолкнулась, раскрыв крылья: – Мальчики, ну хватит! Знаете лучший способ решить это? Гонка! Металл Соник сразу оживился: – Отлично! Гонка – это по-нашему! Металл Наклз с боевым настроем кивнул: – В этот раз я тебя точно уделаю! – Парни, расслабьтесь, на этот раз выиграю я! – заявил Тейлз, вызывающе глядя на обоих. Соник, ухмыляясь, протянул: – Ого, Тейлз, ты тоже решил рискнуть? Ну давай, повеселимся! – Ага, не перетрудись только! – огрызнулся Наклз. – Постарайся не сдохнуть от усталости на полпути! Тем временем Руж, слегка отлетев от них и зависнув в воздухе, подняла руку и с командным голосом объявила: – Слушайте правила гонки! Кто первый долетит до базы Эггмана – тот и победил! – На старт... – начала она. Металл Тейлз уже занял низкий старт, Наклз напрягся, готовый рвануть, а Соник вальяжно зевнул и лениво потянулся. – Внимание... – продолжила Руж. – Марш! Все рванули вперёд с ревом ускорителей и грохотом турбин, оставляя за собой светящиеся следы. Руж только успела перевести дух и проводить их взглядом – Соник, едва дождавшись сигнала, уже успел вырваться вперёд, оставив остальных позади едва ли не со старта, ещё делая виражи высшего пилотажа. А Тейлз, раскрутив хвосты как пропеллеры и подключив ускорители с трастерами, выдал максимальный импульс и занял второе место, падая камнем следом за Соником. Замыкал тройку Наклз, который, впрочем, не отставал и даже начал их нагонять. Трое ускорялись всё больше, врываясь в пушистые перистые облака, сквозь которые только мельком виднелась приближающаяся поверхность гор, усеянная многочисленными колоннами и пиками давно заброшенных храмов, уже уступившим дикой природе джунглей. Никто из них даже не думал сбавлять ход – ни один не собирался уступать. А позади с чуть большей грацией планировала вниз за ними Руж, следя за всей этой суматохой. Первым достиг поверхности Соник: не сбавляя оборотов и полагаясь на свою реакцию, он без малейшего промаха вошёл в шахту с еле заметными огнями у её подножия. Следом мчались Тейлз и Наклз. Первым чуть сдал Тейлз – ему пришлось задействовать хвосты, чтобы слегка выровнять траекторию и набрать подъём над древними сооружениями, освещёнными лунным светом. Наклз же, раскрыв руки с перепончатым покрытием, нырнул в шахту сквозь покрытые мхом арки и включил ускорители, буквально влетев внутрь. Тейлз почти сразу за ним поправил курс и, раскрутив хвосты вкупе с трастерами, протиснулся следом. Вскоре к ним неспешно присоединилась Руж, аккуратно опустившись на землю и приземлившись обеими ногами рядом с шахтой куда влетел Тейлз. Позади ещё долго слышался шорох и гул стихавших ускорителей. Гонка вступила в финальную фазу. Впереди остался последний отрезок маршрута, и сдаваться никто не собирался. Наклз, выжав всё из ускорителей, буквально камнем ринулся вниз. Тейлз, комбинируя вращение хвостов и мощь костюмных форсажных систем, быстро сокращал дистанцию между ними. Расстояние между соперниками таяло с каждой секундой, как и оставшийся путь до финишной платформы, которая уже вырисовывалась прямо перед ними. Тейлз, подгадав нужный момент, резко затормозил, сжав зубы и одновременно задействовав все тормозные трастеры и свои хвосты-пропеллеры. Он завис прямо над платформой, аккуратно опускаясь вниз. В то же время Наклз, увидев приближающуюся платформу, начал экстренно тормозить: цеплялся за стены шахты, оставляя на них глубокие борозды когтями, отскакивал от уступов, гася скорость, и наконец, спланировал на саму площадку. А Металл Соник уже стоял на платформе, небрежно держа на широком блюде кружки с соком и сухари. Увидев их, он прокричал с притворной обидой: – Что так долго?! Но тут Тейлз вдруг напрягся, развернулся и рванул обратно в шахту. Его лицо было напряжённым и растерянным, одновременно эхом раздался грохот с поверхности. Металл Соник нахмурился, прислушался к голосу Франческо в своем интерфейсе и тут же понял всё: – На Руж напали! Он тут же отложил поднос, резко взлетел и рванул за Тейлзом в шахту. Наклз, не сразу поняв что происходит, крикнул им вдогонку: – Подождите меня! – и с тяжёлым рывком ринулся следом. А я в это время, наблюдая за всей этой сценой на экранах, нахмурился и вызвал Эггмана-01: – На связи, доктор Айво... – начал было он, но я перебил его резким тоном: – Костюм уже готов? И приготовьте усиленную дозу препарата XG-20. – Костюм готов. Кроме того, уже отправлена группа захвата. Лично вступать в противостояние я не рекомендую, – отрапортовал этот металлический болван. Я с досадой потёр переносицу и процедил сквозь зубы: – Идиот... Тупоголовый жестянщик. Этот твой «отряд захвата» прямиком отправится на свалку, если не будет работать под моим прямым контролем! – Но вы же... – начал он, но я тут же его оборвал: – Не я. Они сами. Этим двум металлическим самодовольным идиотам моё разрешение не нужно. В этом и был смысл их «возрождения»! – отрезал я. Конечно, ещё и из-за просьбы Тейлза... Это, признаться, был самый вменяемый план из всех вариантов, что предложил Франческо. Но говорить об этом я, разумеется, не стану – знаю я этого хитрого ИИ, он мигом перекрутит мои слова против меня, если вздумает спорить. Одного такого наглеца мне уже хватает. – Но зачем? Я не понимаю твоих мотивов... Разве это не попытка уничтожить их всех разом? Или захватить? – выпалил механический двойник, добавив с металлической интонацией – иронично, но с заметной неприязнью: – Особенно эту вашу «дружбу» с Тейлзом, этим пушистым... уах... Я огорчённо вздохнул и ответил сухо: – Ну, ты сам на свой вопрос и ответил. Можешь считать это ответом, пусть и интерпретированным по-своему. Ты просто не видишь полной картины. Думаешь слишком мелко... или наоборот, слишком масштабно, не замечая деталей. Потёр подбородок и продолжил уже мысленно, чуть усмехнувшись: Ну да, даже если я их захвачу или убью – что это мне даст? Сплошной геморрой без всякой пользы. Гораздо разумнее восстановить их, конечно, под контролем. А если не выйдет... всегда можно упаковать их в самую надёжную тюрьму, эксклюзивно для них. Я хмыкнул, глядя на металлического собеседника. Тот, уловив мой настрой, осторожно сказал: – Похоже, у нас всё-таки есть какой-то план... – Да, похоже, Доктор Эггман снова взялся за старое... – сказал Франческо с лёгкой грустью и заметным раздражением. Я не обратил внимания на их перепалки и вместо этого заставил себя отбросить все мечтания. Сначала нужно остановить этот коллапс, иначе будущего у нас не будет. А потом уже можно будет думать обо всём остальном, – пронеслось у меня в голове. Вслух я сказал решительно: – Да, но прежде разберёмся с насущными проблемами! Двое моих помощников ответили коротко и одновременно: – Да! Я выскочил из наблюдательной и быстрым шагом направился в мастерскую, одновременно отдавая приказы: – Франческо, подключись к отправленным моим двойником Металлам и к команде Соника. Координируй их действия. Ни один из прототипов не должен превратиться в груду искрящегося металлолома! – А ты, Эггман-01, подготовь мой обновлённый Металл-костюм. Приведи его в полную боевую готовность и снаряди инъекторами с препаратом XG-20. Оба ответили чётким подтверждением. Я кивнул сам себе и быстро зашёл в мастерскую. Без привычных нагромождений деталей и хлама прошлых веков она выглядела на удивление пустой. Снял верхнюю одежду и облачился в облегающий костюм с терморегуляцией для полётов. Через минуту в комнату въехала доставка от моего металлического двойника: мой красный Металл-костюм. Манипуляторы бережно подхватили его секции и начали собирать прямо на мне. Когда бронеплиты и каркас сцепились на место, я ощутил неприятный холодок по позвоночнику – похоже, костюм без моего ведома доработали для прямого подключения к моему импланту. Хотя сам же и просил... Ладно, неважно, – подумал я, отгоняя лишние мысли. Манипуляторы продолжали свою работу, закрепляя амортизирующую поверхность под каркасом, прокладывая провода, соединяя механические суставы и привинчивая тяжёлые бронеплиты к каркасу. Всё шло по плану. После этого я ощутил раздражение у шеи – система подцепилась к импланту, а в самом конце защёлкнулась маска, на миг полностью закрыв обзор. Но буквально через секунду всё прояснилось: на внутреннем экране отобразился интерфейс с состоянием ребят и запустился каскад камер, расширив мой угол зрения чуть больше обычного. Странно… Обычно я уже забыл, как ощущается низ, но теперь я его снова чувствую. Движение рук больше не требовало мысленных усилий, всё шло естественно. Даже «вернулась» моя утраченная правая рука. Я, конечно, понимал, что ничего не выросло, просто костюм напрямую подключился к моей нервной системе. Это значит... Я машинально схватил правой рукой ключ со стола. Чётко ощутил его гладкую, холодную поверхность. – Класс... Но значит и боль тоже передаётся с костюма! – сделал я вывод. Решил проверить до боя – не хватало мне ещё отрубаться при любом попадании. Я резко ударил ключом по левой руке. Металл погнулся, а мне в мозг врезалось жгучее, противное ощущение. – Франческо! Убавь чувствительность, оставь только слабый тактильный отклик! – рявкнул я. – Хорошо, сейчас сделаю, – откликнулся он. Я повторил тест. На этот раз боли не было, лишь смазанное ощущение от удара. Чётких тактильных деталей стало меньше, но это было неважно. Главное – меня не вырубит от сильных повреждений. Закончив подготовку, я открыл люк шахты, ведущей прямо из мастерской, и рванул вниз, влетев в неё на полной тяге. Во время моей подготовки Тейлз уже вылетел из шахты и сразу заметил серебристо-розовую ёжиху с огромным багровым Пико-пико от засохшей крови, которая с маниакальным смехом пыталась буквально убить летучую мышь. Руж, скрипя зубами и держа раненую руку, отчаянно уворачивалась от размашистых ударов безумной ежихи. Удары сносили рядом стоящие колонны и ненадолго делали их одинокими. Тейлз, увидев это, закричал: – Руж! Эми! О боже, нет! Он рванул вперёд, вылетая из шахты и завис над полем боя. Внизу раскиданы сотни тел изувеченных Мобианцев в чёрных разгрузках с буквой «G». Их тела казались сшитыми из кусков, а головы разорваны в клочья. По всему было видно, что Руж только что отбивалась насмерть. В этот момент Эми заметила замешкавшуюся Руж, которая подвернула ногу и не смогла увернуться. Но между ними резко возник Тейлз в своём металл-костюме, он принял на себя мощный удар молота и отлетел в сторону. Эми на секунду замерла, прикрыв губы руками: – О, Тейлз! Прости, я тебя не заметила! Затем хихикнула, глядя на Руж: – Если бы увидела – прибила бы эту прошмандовку быстрее! Руж сорвалась с места и побежала к Тейлзу, который пробил одну из стен в дальних руинах храма справа и лежал там, тяжело дыша. Эми вдруг переместилась прямо перед ней, перегородив путь и с дьявольской ухмылкой процедила: – А ты куда собралась, решила ещё невинного этого предателя совратить? – обернулась посмотрев на лежащего лиса позади и на стоящую перед ней летучую мышь, и наклонила голову под неестественным углом ухмыльнулась – Или уже, ничего не важно, отправлю этого трусишку следом за тобой, чёртова шмара! Она взвела молот, готовясь нанести удар, но в эту секунду между ними оказался Соник, Металл Соник. Он в одно движение перехватил её руку и твёрдо сказал: – Эми, остановись! – Сонник?.. – произнесла она растерянно, отшатнувшись. – Да, это я, Эми! – с надеждой сказал он. На её лице появилась странная улыбка: – Я знала, что ты придёшь! Они медленно начали сближаться. В этот момент с ревом вылетел Металл Наклз. Он быстро осмотрел поле боя и увидел: Металл Соник идёт навстречу Эми Роуз с молотом за спиной, а чуть дальше Руж уже подбежала к Тейлзу и пыталась его поднять здоровой рукой. – Не к добру это... – пробурчал Металл Наклз, наблюдая за Эми Роуз. Он скрытно ринулся ближе, укрываясь за обломками, разрушенными колоннами и останками заросших стен, чтобы не выдать себя перед обезумевшей ёжихой. – Я знала, что ты придёшь, Соник, – с кривой улыбкой сказала Эми, подходя ближе. – Но... Ты не он! Резко взмахнув молотом, она попыталась ударить его в шею. Металл Соник с лёгкостью прогнулся назад, уклоняясь от удара, который прошёл в миллиметрах от глаз, но тут же получил короткий и мощный удар ногой в корпус. Эми не дала передышки: оттолкнулась от земли, взмыла вверх и замахнулась молотом сбоку. Металл Соник едва успел отбить молот, и тот врезался в каменную кладку с грохотом проломив. От удара он пошатнулся назад, но, восстановив равновесие, усмехнулся: – Фух! Ну ты даёшь, Эми. Полегче, это было близко! Но эти слова только сильнее разозлили её. – Заткнись! Ты не он, а лишь мерзкая недокопия! – заорала она, бросаясь на него с неукротимой яростью. Металл Соник уходил от её яростных выпадов, перекатывался, уворачивался – что только сильнее бесило Эми. – Хватит уворачиваться! Я всё равно тебя убью! И этого яйцеголового с лисёнышем! – взревела она. Вдруг она резко изменила направление рывка – прямо на Руж, которая держала на руках обессилевшего Тейлза. – Сначала займусь этой ненасытной шмарой, которая посмела покуситься на моё! – рявкнула Эми и буквально растворилась в воздухе. Она телепортировалась и материализовалась прямо перед Руж. Летучая мышь встретила её ледяным взглядом, держа Тейлза крепче, а Эми безумно улыбнулась и занесла молот для смертельного удара. – Нет! Не делай этого! – отчаянно закричал Металл Соник, бросаясь к ним. Но в этот момент со спины к Эми бесшумно подкрался Металл Наклз. Одним быстрым, безжалостным движением он схватил её за голову и свернул шею. Безжизненное тело Эми Роуз застыло на мгновение, а затем рухнуло на колени и упало лицом вниз. Соник остановился, сжав кулаки и опустив голову, его голос дрогнул: – Зачем, Наклз? Я бы мог... Он взглянул на Руж с пятнами крови на теле и перевязанной рукой и на дрожащего лисёнка у неё на руках. Наклз положил руку Сонику на плечо и тихо сказал: – Я понимаю, тебе тяжело. Но это было необходимо. Мы больше не могли ждать. Я не хотел видеть, как друзья убивают друг друга, и не хотел твоих мучений. Это самое милосердное, что я мог сделать – хотя бы так закончить её страдания и сохранить о ней хороший образ в памяти. – Страдания и милосердие через сворачивание шеи? Хм, интересненько! – внезапно раздался голос Эми Роуз. Металл Соник и Наклз обернулись и замерли: ежиха со свернутой шеей медленно поднялась на колени, а затем рывком встала. Она повернулась к ним и рывком вправила голову на место, отчётливо хрустнув позвонками Её шея вжалась обратно с отвратительным звуком. – Ух... Господи... – Соник отвращаясь передёрнулся. Наклз только сжал кулаки, не отводя взгляда: – Ты реально живучая стервозная заноза! Он бросил короткий взгляд на Соника: – Ну, и что теперь? Думаешь справишься мирно? – Сомневаюсь... – начал было Соник, но не успел договорить. Эми с жутким смехом рванула прямо на них, занося молот. Наклз среагировал сразу, бросаясь ей навстречу и размахивая кулаками. Соник коротко выдохнул, выпрямился, а затем молниеносно ускорился. В одно движение он оттянул Наклза в сторону и сам оказался позади Эми, пытаясь обхватить её и зафиксировать. Его руки сомкнулись вокруг жесткой металлической шерсти, но та вдруг растворилась, будто дым. – Нет! Нет! Куда?! – прорычал Соник, глядя на пустоту в руках. – Чёрт! – выплюнул он, раздражённо озираясь. В тишине раздались отчётливые, ровные хлопки – медленные, насмешливые. – А ты неплох. Даже слегка удивил – что жестянка может так двигаться! – произнёс насмешливый голос. Вдалеке в пыли показался силуэт, похожий на синего ежа. Металл Соник насторожился, шумно выдохнув: – Ты же не здесь... Безумный узурпатор тела? Голос стал ниже, угрожающе злобным: – Смеешь дерзить мне? Металл Соник уже сложил руки в замок перед грудью, готовясь к бою, когда прямо у него за ухом раздалось горячее дыхание и тихий смех: – Чувствую, будет интересная партия... Мне не терпится узнать, что же у тебя внутри, мой жестяной друг! Металл Соник резко обернулся на звучащий со всех сторон зловещий смех. – Да, меня здесь нет. Но не переживай, скоро я приду за душами твоих создателей и друзей. Устроим настоящее веселье. Думаю, вам это очень понравится! Хе-хе-ха-ха! – разнёсся насмешливый голос. – Я тебя найду и остановлю, прежде чем ты реализуешь свои мерзкие планы, узурпатор с замашками маньяка! – рявкнул Металл Соник в пустоту. В этот момент он ощутил странный холодок по спине, и доверился своим инстинктам. Развернувшись, он застыл: прямо перед ним стоял синий ёж, удивительно похожий на его прежнее Я… Но изуродованный. Его глаза были черны как бездна, с кровавыми янтарными зрачками. Иглы свисали, забрызганные засохшей бурой коркой, словно запёкшаяся кровь. По открытым участкам кожи пульсировали тёмные, почти черные вены. Белые перчатки были измазаны свежей кровью, и с них медленно капали алые капли. – Ха! Ты всё-таки смог меня разглядеть! Ну как, нравится? – усмехнулся изуродованный ёж, раскинув руки, будто демонстрируя весь свой облик. – Ничего, скоро ты станешь таким же, как я! Металл Соник сжал кулаки и злобно процедил: – Не сравнивай меня с собой. Я до такого никогда не опущусь. – Никогда не говори «никогда». Все меняются, и ты не исключение! – ухмыльнулся его искажённый двойник. Он сделал шаг вперёд и медленно ткнул пальцем в грудь Металла. – Чего такой серьёзный? Расслабься! Нам ещё предстоит много веселья. Постарайся меня не разочаровать, когда начнётся настоящая игра. – Я не… – начал было Металл Соник, но тут раздался далекий крик: – Соник! Соник, очнись! – голос был Тейлза. Но не тот знакомый теплый голос – этот звучал чуждо, странно и даже более искусственно, чем у Франческо. Металл попытался отогнать эти мысли, сфокусироваться на враге перед собой, чтобы отпустить ему пару едких замечаний, но не успел. В ответ донесся язвительный смех: – Лучше не отталкивай их. Будет забавно наблюдать, как ваши драгоценные связи рвутся на куски! – его голос стих, но перед исчезновением прозвучал с неожиданной слабостью: – Я рассчитываю на тебя, Металл Соник… Это даже смешно. Но думаю, это последние мои слова. Останови меня! Правда, для этого потребуются все силы, он очень силён… а над ним… – Договорил? – спросил холодный голос. В ответ прежний, более подавленный голос со злой усмешкой процедил: – Ты всегда меня затыкал. А теперь интересует моё мнение, Игнис? Даже сейчас не дал договорить! – Если бы не моя воля, тебя бы уже не было! – рявкнул Игнис. А слабый голос Соника лишь усмехнулся: – Твоя воля тут ни при чём. Это твой прокол, чёртов убийца! – Мы не так уж сильно отличаемся… – начал Игнис, но не успел закончить. Металл Соник устало прикрыл глаза, стиснул кулаки и рявкнул в пространство: – Замолчите оба! Игнис, я найду тебя и надеру тебе зад, слышишь? Я тебя остановлю. А ты, Соник – держись! Не смей сдаваться. Без тебя нам не справиться! В ответ раздался насмешливый голос Игниса, и усмешка была какой-то странной: – Ох, как смело. Ну что ж, будет любопытно посмотреть, как ты это сделаешь! – его смех сменился неожиданно другим голосом – грубоватым, но знакомым: – Дай мне! – в нём слышался Наклз, но голос странно искажён, словно синтезированный. В тот же миг Металл Соник почувствовал на щеках жгучее, почти осязаемое ощущение и услышал над ухом грубый рык: – Давай же, очнись, самоуверенный ёж! Я не собираюсь тащить твой металлический зад на себе! – Похоже, нам пора! – холодно протянул Игнис, его силуэт начал тускнеть, расплываясь в тень. Уже почти исчезая, он бросил напоследок: – Удачи. Она тебе очень пригодится. – Подъём, блядь! – резко вернул его в реальность грубый голос. Металл Соник резко моргнул и увидел прямо перед собой угрюмую морду металлической ехидны. Сбоку стоял взволнованный Металл Тейлз с опущенным щитком, корпус которого был весь в вмятинах и царапинах. Первое, что спросил Металл Соник, с трудом сфокусировав взгляд: – Как, Тейлз? Как ты себя чувствуешь? Металл Тейлз ответил сдержанно, холодно: – В порядке. Лучше скажи, как ты себя чувствуешь сам? Ты был в отключке двадцать минут! – Двадцать минут? Замечательно себя чувствую! – попытался отшутиться Соник, одновременно разглядывая костюм Тейлза с явным беспокойством. Тейлз, заметив это, раздражённо отрезал: – Скажи прямо сейчас, что точно в порядке. Не забудь, что произошло из-за твоего упрямого молчания! – Да в порядке я… – проворчал Металл Соник, всё ещё полулёжа. Но тут его перебил Металл Наклз, подавая руку: – Ну и отлично! Хватит валяться – надо выбираться отсюда! Соник схватил металлическую руку товарища и поднялся на ноги. Он всё ещё с тревогой косился на Тейлза, понимая, что единственное относительно безопасное место сейчас – подземная база Эггмана, где можно будет перевести дух и хотя бы попытаться починиться. В их переговорную сеть вклинился Франческо: – Отлично, что ты очнулся! Слушайте внимательно: вам нужно немедленно отходить. Заражённые силы GUN подтягивают тяжёлую артиллерию и несколько стратегических бомбардировщиков. – Ого, как всё серьёзно... – пробурчал Металл Соник. Наклз сжался и кивнул: – Это не шутки. Если останемся – нам всем крышка! Он быстро оглянулся на Соника, Тейлза и Руж, которая была без сознания. Затем молча подхватил летучую мышь на руки и коротко бросил через плечо: – Не знаю как вы, а я сваливаю! С этими словами он запустил свои ускорители, и сокращая путь через руины первым нырнул в шахту, оставляя за собой рев реактивных двигателей. Металл Соник и Тейлз переглянулись и рванули с места. Но едва они оторвались от земли, как над их головами раздался пронзительный свист, а потом оглушительный взрыв, от которого заложило уши. – Чёрт! – выругался Франческо по каналу связи. – Они уже начали артобстрел. Вам нужно срочно уходить! Через шахты на подземную базу, иначе не выживете! Соник резко ускорился и практически достиг входа в шахту у подножия. Но обернувшись, заметил, что Тейлз сильно отстаёт. Повреждённый костюм лиса искрил, а половина спинных ускорителей была смята, и ситуация резко ухудшилась – он не успевал, и мог попасть прямо под ударную волну взрыва. Не раздумывая, металлический ёж рванул обратно сквозь клубы пыли, огня и осколков камня, уворачиваясь от разрывов. Уши звенели от оглушительных грохотов. Тейлз, не сумев удержать высоту, рухнул на землю с грохотом протаранил одну из колонн. В этот же миг Соник, летящий на пределе скорости, уловил характерный свист приближающегося снаряда, но Тейлз этого уже не слышал. – Чёрт, сейчас будет прямое попадание по Тей... – не успел договорить Франческо по рации, как Соник уже сорвался вниз. Он почти врезался в землю, но не сбросил скорость, наоборот, ускорился ещё сильнее. Сквозь клубы пламени и взрывающиеся воронки он проскользнул на сверхзвуке, увернувшись от летящих обломков и кусков. В замедленном восприятии он увидел сам снаряд и падающую колонну, которые зависли над беззащитным телом лиса. Оставались доли секунды. Соник, выкрутившись всем телом, отклонил снаряд вбок и, придерживая другой рукой колонну, оттолкнул её. Потом схватил Тейлза и рванул прочь, закинув того на спину. Он мчался, огибая препятствия, рушащиеся из-за взрывов храмы, летящие на немалой скорости камни, перепрыгивал через провалы и воронки, слыша за спиной грохот взрывов. Когда он, наконец, добежал до входа в ближайшую шахту, его взгляд резко посуровел – вход был слишком узким. Франческо сразу заметил изменения, удивился и дрожащим голосом сказал: – З... За... Т-ты его спас! – Меньше лирики! – рявкнул Соник, перехватывая Тейлза поудобнее на обе руки. – Открой грузовую шахту лифта и держи её открытой, пока я не разрешу закрывать! Он даже не стал слушать ответ ассистента, а помчался дальше по маркеру навигации, обгоняя разрывы и пламя, неся на руках своего побитого друга. И хотя расстояние до шахты оставалось небольшим, но её створки уже начали смыкаться. Франческо в последний момент остановил процесс, но они всё же застыли наполовину закрытыми. Соник мчался со всех ног, сопровождаемый грохотом артиллерии калибром 155 мм и выше. Взрывы буквально разбирали рельеф, превращая его в раздробленный, дымящийся пустырь. Над головой пролетело несколько стратегических бомбардировщиков. Развернувшись, они взяли курс на Металл Соника, но он исчез с их радаров в тот момент, когда прыгнул в шахту. В ту же секунду земля вздрогнула от мощного удара. Над головой пронёсся ураганный ветер, а следом в шахту ворвалась сметающая всё взрывная волна. С автоматическим лязгом створки захлопнулись на бронезасовах прямо за его спиной. Металл Соник с Тейлзом в руках падали вглубь шахты почти минуту, сквозь гул и дрожь конструкции. Франческо по радио сообщил: – Вы прибыли. Приготовьтесь к торможению и посадке. Соник активировал ускорители, используя их как тормозные двигатели. Его с напарником на руках резко тряхнуло, но скорость быстро снизилась до безопасной. Он медленно и осторожно опустился на платформу, всё ещё держа Тейлза на руках. Тяжёлые времена, и старый план. Он с облегчением выдохнул, взглянув наверх на закрывшуюся шахту, с потолка которой ещё сыпался мелкий мусор: – Фух… Ну и поездочка! – сказал Металл Соник, тяжело дыша. – Что это вообще было?! – Стратегическое ядерное оружие, – произнёс я, выходя к Металл Сонику в своём боевом костюме. – Честно говоря, не ожидал, что у заражённых будет доступ к таким боеголовкам. Это сильно осложняет обстановку. – Похоже, мы сидим на пороховой бочке. Но сейчас важнее осмотреть Тейлза и Руж, чем думать об этих проблемах, – ответил Металл Соник. Сначала он выглядел задумчивым, но потом посмотрел на товарища у себя на руках и уже твёрдо сказал это. Я кивнул – в его словах было разумное зерно. Руж я уже успел осмотреть бегло: раздробленные и переломанные кости правой руки, значительная кровопотеря. Но жить будет, хотя полноценным бойцом не станет месяца три, а это балласт в нынешней ситуации. Я подошёл к Металл Сонику, который при моём приближении слегка напрягся. Взглянул на Металл Тейлза: броня смята и порвана, куски доспеха буквально сорваны, ноги и корпус продырявлены местами почти как дуршлаг. – Досталось тебе знатно, – пробурчал я, закончив осмотр. – Неси его в медотсек. Там я подключил его костюм к медоборудованию и провёл полный скан. Результаты вывелись на экран: серьёзное истощение, признаки тяжёлого психологического стресса, ПТСР после потерь близких – это, конечно, отдельный разговор, но сейчас главное – физическое состояние. И оно ещё хуже: переломы рёбер, разрыв почки, внутреннее кровотечение. Без сознания, под действием нескольких кубов анестетика. – Чёрт побери... Без операции тут не обойтись, – выругался я про себя и отдал приказ Франческо: – Подготовь хирургический стол в операционной. Готовь рентген, регенераторы и все необходимые инструменты. Проверив список препаратов и инструментов на экране, я быстро утвердил его и переслал Франческо. Затем аккуратно поднял тяжёлого металлического лиса на руки и пошёл с ним в сторону хирургического крыла, где всё уже начинали готовить к экстренной операции. Там меня ждали несколько напряжённых часов борьбы за его жизнь, которая буквально висела на волоске. Я не мог допустить его смерти: любой погибший мог обернуться союзником моего врага, а Майлз Прауэр и вовсе был моей потенциальной ахиллесовой пятой. С этими мыслями я принялся за операцию. Она длилась пять долгих часов. За дверью операционной терпеливо дожидался Металл Соник, а Металл Наклз тем временем сидел у койки Руж в соседней палате. Она была без сознания, вымотана, обессилена, и сейчас меньше всего нуждалась в волнениях или лишней нагрузке. Первый час: я вскрыл брюшной отсек костюма, который был подключён напрямую к хирургическим системам, и обнажил красновато-жёлтое брюхо Тейлза. Приходилось работать предельно осторожно, чтобы не задеть питающие кабели и не отключить жизнеобеспечение. Второй час: я тщательно состриг мех в зоне операции и, взяв лазерный скальпель, аккуратно разрезал брюшную полость. Затем установил зажимы, чтобы раскрыть её как можно надёжнее. Третий час: удалил инородные жидкости и кровь, предварительно зашив разорванные капилляры. Аккуратно извлёк повреждённые и полностью разорванные участки органов. Четвёртый час: занялся уплотнением и фиксацией сломанных рёбер, затем вколол регенераторные препараты в несколько ключевых точек для ускоренного восстановления тканей. Пятый час: наконец аккуратно зашил брюшную полость и сделал глубокий вдох облегчения. Операция завершена. Когда я вышел из операционной, меня тут же встретил Металл Соник, буквально навалившись на меня с вопросами: – Тейлз... Как он? Ответь, Доктор Айво! Я взглянул на него с лёгким раздражением, оттолкнул и устало опустился на скамью. Встретившись с ним глазами, сказал: – Конечно, он будет жить. Я не позволю ему умереть. Но лучше скажи, как ты сам? – Я? В порядке, лучше некуда. Хе-хе! – отшутился Металл. Я только тяжело вздохнул: – Если учесть, что ты был без сознания двадцать минут... Не думаю, что ты в порядке. И не стоит напоминать, что случилось в прошлый раз, когда ты утаил своё состояние! – в голосе у меня прозвучала раздражённость и разочарование. Металл отвёл взгляд, а потом тихо сказал: – Но я в порядке... – Точно? – уточнил я, прищурившись. Он сдался и вздохнул: – Ну если честно... только не думай, что я сошёл с ума! Я хмыкнул: – Не бойся. В мире, который давно уже сошёл с ума, ты вряд ли чем-то меня удивишь. – Хотя мысленно отметил: Само его существование меня всё ещё удивляет... Личина этого упрямого ежа в металлической оболочке – за такое я бы многое отдал, если бы мне это предсказали когда-то. Металл Соник глубоко вдохнул: – Я видел его... второй раз. Ну, то есть оригинала. Того Соника. И сущность, которая его контролирует, называет себя Игнис. Это был я. Ну... мой оригинал. И я уверен – грядёт что-то очень крупное. Я нахмурился и резко его перебил: – Стоп. Ты хочешь сказать, что действительно видел этого маньяка? – Да, – подтвердил он коротко. – Его сознание ещё живо? – спросил я, нахмурившись. – Он был очень слаб, когда я с ним говорил. Но... он был слышен. – Металл слегка отвёл глаза. Я задумчиво пробурчал: – Значит, теоретически мы можем его спасти... хотя это может быть и уловка. Ладно. Но, похоже, он сам решит, когда появиться. Металл кивнул: – У меня очень плохое предчувствие, – добавил он хмуро. – Он стал намного сильнее, чем на любых старых записях. По сравнению с этим раньше были просто шалости. Я сжал губы и подумал: Значит он исчез, чтобы наращивать силы. Это очень плохо. – Ну что ж... – сказал я, глядя на него. – Что будем делать, Эггман? – спросил Металл, не отводя взгляда. – Нужно готовиться. И ты мне в этом поможешь! – сказал я, вставая. Я дал команду Франческо проследить за пробуждением Тейлза, а сам двинулся с Металл Соником, который болтал не унимаясь. Мои мысли были заняты главным: как возродить четвёртого члена их команды, Эми Роуз, от которой почти ничего не осталось. И ещё предстояла задача посерьёзнее – общая смена сплава, давно пора перейти на Металликс. Мы дошли до лаборатории и распахнули её двери. Внутри, на стенде, лежала Металл Эми – металлическая ежиха с розовым отблеском корпуса. Она была полностью обесточена и обвита проводами, без признаков сознания. Её ещё предстояло «собрать» и скомпилировать. За стеклом в другой части зала был тот самый полигон-тестовая камера, где я однажды пробудил Металл Соника. Камеры рядом стояли такие же, только белоснежные и пустые, одна для Наклза, другая под любые будущие прототипы. Я достал серое хаос-ядро, положил его на стол и активировал голограмму, которая сразу развернулась в воздухе. Начал настраивать интерфейс – фильтровать входящую энергию, анализировать структуру ядра. Металл Соник смотрел на это с восхищением, даже заворожённо. Он медленно потянулся к одному из элементов голограммы. – Стой! Не трогай ничего! – окрикнул я. Он отдёрнул руку и с обиженным видом пробурчал: – Ладно-ладно. Чего ты так взъелся? Расслабься хоть немного, Эггман. Он явно пытался поддержать меня, или, может, больше сам себя. Я только поморщился и потер переносицу. – Слушай, Соник. У нас и так времени почти нет. Не отвлекай меня, – выдохнул я. – Лучше иди, побудь со своими друзьями. Пока есть время. А тот лишь тяжело вздохнул, хотел что-то сказать, но, встретившись с моим настойчивым взглядом, передумал и просто произнёс: – Хорошо, хорошо, доктор Эггман. Не буду тебе мешать в твоём деле. Я откланяюсь. Он вышел и плотно закрыл за собой дверь. Уже за порогом он вздохнул и подумал: – Ладно... проведаю пока Наклза и Руж, а потом загляну к Тейлзу. Решено! С этими словами он ускорил шаг и помчался по коридорам, прямо туда, где металлическая ехидна сидел возле койки со спящей летучей мышью. А в это время я, стоя прямо среди голограммы хаос-ядра Преображенского, задумчиво сказал: – Франческо, у нас есть только одна попытка. Дай команду грузоботам перенести контейнер с останками, в которых "умерла" Эми Роуз. – Хорошо, доктор Айво, сделаем, – коротко ответил Франческо. Я добавил: – И ещё... проверь уровень энергии Хаоса и найди внутри те области, где концентрация минимальная. – Будет исполнено, хотя, честно говоря, не понимаю разницы. Если они все заражены хаос-энергией, результат в любом случае будет непредсказуемый. Но я посмотрю, что можно сделать, доктор Айво. В его голосе звучало лёгкое сомнение, но он принялся за работу. Я взглянул на сердцевину голограммы этого реактора, в которой синтезировалась энергия хаоса, и пробормотал: – Катализатор это хорошо, но если он сам заражён, результат может стать полностью непредсказуемым. Проверять это мне совсем не хочется... но другого варианта у нас просто нет. Я задумался, опёршись левой рукой на край стола, и продолжил изучать проекции. В это время Металл Соник уже добрался до палаты Руж, где прямо напротив её койки сидел Металл Наклз, скрестив руки на груди и сосредоточенно наблюдая за её дыханием в ожидании пробуждения. – О, Нак... – радостно начал было Соник, но ехидна резко приложил палец к своим губам, прерывая его. Руж на койке слегка повернулась, посапывая. Наклз с облегчением выдохнул и шёпотом рявкнул: – Потише, ветряная голова! Соник тут же вскинул руки, словно показывая: «Ладно, понял, не дурак». Наклз убрал палец от его морды. – Всё-всё, понял тебя, буду тише, – так же шёпотом пообещал ёж и спросил, понизив голос: – Как она? – Ну, жить будет наверняка. Но боеспособной не станет ещё минимум месяц, – сухо ответил Наклз, едва повышая тембр. – Ясно... минус двое пока в команде, – выдохнул Соник и уставился в пол. – Значит и он тоже... Похоже, у нас дела плохи, – хмуро добавил Наклз. Соник тяжело вздохнул: – Да, мы влипли по полной... Ехидна ненадолго задумался, нахмурив металлический лоб. Соник, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, слегка хлопнул его по плечу и усмехнулся: – Но ничего! Мы же не из таких, кто в первый раз из дерьма вылезает, да? – Ага, – кивнул Наклз, но без особого энтузиазма. – А ты сам как? – осторожно спросил он спустя пару секунд. – Я? Да просто шикарно, – ответил Соник с фальшивой бодростью, стараясь скрыть раздражение. Внутри у него всё кипело. Он был готов хоть сейчас вылететь и вырвать своему оригиналу все иглы из башки и показать этому чертовому Игнису, где раки зимуют. Но сдерживали его три вещи: Во-первых, он не знал, где именно сейчас прячется его оригинал. И знал – это не будет лёгкая стычка, а полноценная война. Во-вторых, из всей команды на ногах остались только он и Наклз – Руж выбита на месяц, Тейлз валяется в коме. Он не мог допустить, чтобы кто-то из них ещё пал. И в-третьих... Эти заражённые оригиналы были не просто сильнее. Они были чудовищно аномальными – способными пополнять свои ряды за счёт каждой невинной жертвы в устроенном Игнисом геноциде. Против них было как минимум глупо лезть в лоб без плана. И самое главное – Соник прекрасно понимал: их команда – единственная, кто хоть как-то способен остановить всё это безумие. Ставки слишком высоки, чтобы действовать бездумно. На кону буквально целый мир, и это давление ложилось тяжёлым грузом на его металлические плечи... но ему не привыкать. – Правда, встреча с такой Эми была для меня перебором... – выдохнул Соник, опуская взгляд. Наклз хмыкнул в ответ: – Да уж, я не думал, что она так слетит с катушек. И эта её дьявольская живучесть! – А где-то ещё бегает живое оскорбление всех традиций гордых ехидн, который каждый день над ними надру... – зло повысил голос Наклз, но не успел закончить: Соник резко зажал ему рот металлической рукой, показывая знак тишины. Летучая мышь на койке слегка ворочалась, меняя позу. – Потише, Наклз, спокойнее... – произнёс Соник, медленно убирая руку с лица возмущённого друга. – Я и так спокоен, – буркнул ехидна, глядя искоса. – Ага, я вижу, какой ты спокойный, – с усмешкой хмыкнул Соник. – Ничего, так или иначе мы надерём им зад. – Да, надерём им зад! – уже чуть бодрее отозвался Наклз. В этот момент в их диалог холодно встрял Франческо: – Вы закончили друг друга подбадривать? Если да – прошу, идите к Доктору Айво. У него есть пара важных для вас предложений. Ну, если их можно так назвать. – В голосе ассистента звучал знакомый ехидный оттенок. Металлы переглянулись. – Ну что, пошли посмотрим, чего там хочет этот яйцеголовый, – первым выдохнул Наклз. – Наклз! – резко окликнул Франческо. Металлическая ехидна удивлённо вскинул брови: – Чего? – Я ещё могу стерпеть "Эггман", но "яйцеголовый"… Это не кажется тебе перебором? – раздражённо выпалил ассистент. – Не стоит его так оскорблять! Наклз ухмыльнулся, явно не собираясь уступать: – Да-да, хорошо, Электрон Занудович Второй! – Ах ты...! – начал было Франческо, но не успел закончить. Соник быстро их прервал: – Хватит уже, ребята! Сэкономьте энергию на действительно важные дела. – Он перевёл взгляд на ассистента. – Франческо, ты вроде хотел что-то добавить? Франческо шумно выдохнул, успокаиваясь: – Эм... Не особо. Но это касается Металл Эми Роуз. Хотя... лучше если всё объяснит сам доктор Айво. Предупреждаю сразу – разговор будет не из простых, так что приготовьтесь морально. – Затем он прищурился на Наклза и холодно добавил: – И ещё. Больше не пытайся оскорблять Доктора Айво Работника. Иначе твоим схемам придётся познакомиться с моим гневом. – Да-да-да, не буду я больше оскорблять этого твоего Доктора Эггмана... – лениво отмахнулся Наклз, даже не скрывая сарказма. Металл Соник лишь тяжело вздохнул, глядя на него, но промолчал. Он заметил взгляд Соника и буркнул: – Чего уставился? Мы же сюда не в куклы играть пришли! Соник только покачал головой, глубоко вздохнув, и сказал устало: – Ладно... Пошли уже. Давай разберёмся наконец. И они направились ко мне. Я тем временем уже поднял из чана с раскалённым сплавом уцелевшие фрагменты тела Эми Роуз. По данным Франческо все они были одинаково заражены хаос-энергией. Это как раз и подтверждало мою гипотезу: причина мутации кроется именно в ней. Но проблема оставалась серьёзной – как её очистить? Краткий и неприятный ответ, который давали мои исследования (и старые труды Преображенского), был однозначным: никак. Энергия хаоса пропитала каждую клетку. Она не просто держала ткани «живыми» – она буквально не позволяла им умереть, поддерживая их в неестественном подвешенном состоянии. И я даже не хотел всерьёз задумываться о том, через что прошла Эми, когда её плоть медленно срасталась с металлом. – Думаю, это было слишком болезненно для неё, – пробормотал Франческо. Я оторвался от размышлений и спросил: – Они уже пришли? – Идут, – коротко отчитался он. – Понятно... Ты успел рассказать всё Сонику? – Да, – ответил Франческо. – Но он отреагировал спокойнее, чем я ожидал. Похоже, он просто подавляет эмоции. Я кивнул, немного задумавшись. – Ясно. Значит, можно будет приступать... – произнёс я и тут же уточнил: – Как там Руж и Тейлз? – Руж на пару минут очнулась. Сейчас в лёгком шоке, но стабильна. Тейлз всё ещё в коме, – сказал он с заметной грустью. – Честно говоря, я бы не рекомендовал привлекать Руж к этому плану. Слишком велик личный фактор. Я только махнул рукой, хмурясь: – Знаю я. Эми ведь серьёзно ранила Тейлза... хоть и была под контролем Игниса. – Но для Руж это не имеет значения, – напомнил Франческо. – Да понимаю, – раздражённо бросил я, – но нам срочно нужен третий для страховки Соника. – Этим третьим буду я, – внезапно раздался усталый голос Тейлза. Я едва не выронил планшет. – Франческо, он же без сознания! – повернулся я к ассистенту. – Формально – да, – ответил он, нахмурившись. – Но мозговая активность очень нестабильная… будто он подключён к чему-то напрямую. Я сразу всё понял. – Так вот ты какой, пушистый проныра... Сколько времени ты уже так? – обратился я к Тейлзу, догадываясь, что он вывел интерфейс костюма в обход сознания, оставаясь в коме физически, но активным ментально. – С тех пор, как кончилась анестезия, – коротко ответил он. Я быстро вызвал голограмму с изображением его аватара, чтобы разговор был нагляднее. И в этот момент в лабораторию ворвались Соник и Наклз. Они явно не ожидали увидеть Тейлза, даже пусть и не в теле, а в виде голограммы. Об этом они пока не догадывались. – Т-Тейлз? Ты очнулся?.. – замявшись, с удивлением выдохнул металлический ёж. Непредвиденные сложности Голографический лис повернул голову в его сторону. Наклз застыл, ошарашенный. Соник резко бросился к другу, будто намереваясь его обнять, и с удивлением проскочил сквозь голограмму. – О боже... – пробормотал Металл Наклз, а затем его взгляд резко метнулся ко мне. В следующую секунду он сорвался с места и ринулся вперёд с яростью в голосе: – Что ты с ним сделал, Эггман?! Ответь! – Остановись, Наклз… Он ничего не сделал! – устало, но твёрдо произнёс Тейлз. Металлический ехидна резко обернулся, уставился на голограмму: – Тейлз?.. Это ты? – Да, Наклз. И поверь, Доктор Айво тут ни при чём. Я сам принял это решение, – спокойно сказал лис. Металл Соник, до этого молчавший, только кивнул: – Если Тейлз так говорит… Ладно. Я доверяю ему. – Соник! – с облегчением отозвался лис. – Мы ведь не просто так сюда пришли… Наклз хмыкнул, не сводя с меня взгляда: – Ну смотри у меня, доктор Работник. Если предашь – пожалеешь. Я устрою тебе такую дефрагментацию, что винты свихнутся! Это даже позабавило меня, но я подавил улыбку, глубоко втолкнув её в дальний угол своего сознания. Поправил перчатку, взглянул на Соника: – Мы не сможем вернуть Эми Роуз так же, как вас. У нас нет ни одной нетронутой части, не пропитанной Хаос-энергией. Ни одной, которая бы сохранила хоть что-то от её исходной энергии… Голографический лис печально взглянул на ежа, который стоял с сжатыми кулаками. – А других способов нет?.. – спросил он тихо. – Нет, – мотнул я головой. – Если использовать заражённый материал – технически можно. Но для этого потребуется больше, чем просто механика. Понадобится нечто, что будет удерживать её от потери себя… железная воля и цель. Смысл. И ты, Соник, должен стать этим смыслом. Дать ей цель жить. – Ха, конечно, я… – Соник начал было с привычной бравадой, но осёкся. Посерьёзнел. – Я попробую. – Хорошо, что ты понимаешь: это не игра, – сказал я и жестом указал на интерфейс. – Тебе в помощь – Тейлз и Наклз. Они подстрахуют тебя в процессе формирования нейрообраза. Будем использовать заранее заготовленные фрагменты данных. Я активировал извлечение, подключив к аппарату останки Эми. Вставил три колбы. Первая заполнилась яркой розовой жидкостью, густой и почти светящейся. Вторая была чуть темнее, с чёрными сгустками, словно сгустки боли и гнили. Третья – мутно-розовая, как недоваренный кофе с примесью чего-то живого. Я вынул колбы, посмотрел на них, и не колеблясь вскрыл ядро, аккуратно уложив его в стенд. Тем временем Металл Соник и Наклз вошли в свои капсулы. Тейлз, подключённый виртуально, исчез с проектора. Проводка зашевелилась и начала подключаться к точкам нейросвязи. Испытательные стенды зафиксировались. – Соник, – произнёс Франческо, – на тебе главное. Только ты сможешь различить – получится ли вернуть настоящую Эми… или мы разбудим то безумие, что ты уже видел. В эфир вмешался Тейлз, голос спокойный, но с дрожью: – Я рад, что ты с нами, Соник. Ты готов? – Ха, я всегда готов, – усмехнулся тот, но без веселья. Скорее чтобы не выдать нервов. – Ну, так чего ждём? Погнали! – отозвался Наклз, будто отгоняя страх бравадой. – Удачи, – только и сказал я, и активировал компиляцию нейрообраза. На экране вспыхнули первые импульсы. Структура начала собираться. Я взглянул на хаос-ядро, всё ещё располовиненное на моём стенде, и тихо выдохнул: – Приступим. Поместил первую ампулу – 75% чистоты. Подключил к накопителю, подал импульс – ввод через накопитель пошёл поэтапно, каждые тридцать секунд. Затем вторая ампула, уже с 50%, на сей раз с минутным интервалом. Подождал. Ввёл последнюю, чистую, без остатка. Через накопитель – и в камеру Хаоса. Нажал несколько клавиш. Ядро захлопнулось и пошло в запуск. Корпус сменил цвет на тёмно-розовый. По всей лаборатории разнеслась яркая вспышка, импульс. Ядро запустилось. Но оттенок корпуса слишком тёмный. Плохой знак. Не удалось получить чистую ауру Эми. – Теперь всё зависит от тебя, Соник… Металл Соник, – пробормотал я, глядя на безмолвно лежащую на стенде фигуру ежихи. Сжал ядро в руке и, вставив его в ячейку, поймал себя на мысли: – Подожди… чёрт, Франческо! Нейро-матрица выведена из режима первичной постройки?! – Нет, доктор Айво, – сразу ответил он. – Твою мать… – выдохнул я. Но было уже поздно, пошла инициализация. Манипулятор уже опустил ядро в грудную полость Металл Эми. Вспышка. И всё. Обратного пути нет. – Может, даже к лучшему… если её воля сильна, то вычистит ядро сама. Главное, чтобы Соник справился, – пробормотал я, глядя на мерцающее тело. Затишье перед бурей, часть 1. А тем временем сознание Соника – точнее, его копии внутри оболочки – пошло по киберканалу. Всё шло по плану… ровно до того момента, когда, как всегда, всё пошло коту под хвост. Первым проснулся Наклз. Резко. С ревом в голове: – ПОДЪЁМ! Голос грубый, резкий, незнакомый, и явно не терпит промедлений. – Тебе, что, особое приглашение нужно, чернокнижный?! – снова рявкнул голос, будто из самой сути бушующего хаоса. – Наклз, вставай! – кто-то шепчет, но ехидна пока не улавливает смысл, только медленно раскрывает глаза – над ним нависает волчья морда. – Ну, так что, подниматься будешь или лежать дальше? Он моргнул, с усилием фокусируясь. Форма тёмная, опознавательных знаков не видно. – Сейчас... только убери свою пасть из моего личного пространства, – буркнул Наклз, сонно поднимаясь. В тот же момент кто-то попытался его толкнуть, может, ради шутки. Плохая идея. Боевые рефлексы сработали молниеносно – Наклз развернулся, и уже через секунду неудачливый подстрекатель лежит на бетонном полу, вереща от боли. Вмятина в полу подтвердила, что приземление было эффектным. – Не лезьте ко мне, если не уверены, что выживете, – пробурчал ехидна, зевая и оглядывая строй. – Ха, недурно. Но порядок не забывай, ты теперь в элитном отряде, как-никак, – вмешался волк, антропоморфного сложения, с тёмным мехом и униформой в тон, три чёрные звезды на груди едва различимы. – Ладно, закрою глаза на твою выходку, особый сержант Наклз. Но в следующий раз... – он поднял руку с белой штуковиной, пламя мгновенно вспыхнуло прямо из ладони и превратила предмет в горелую труху. Наклз, хмыкнув про себя, молча встал в строй. Волк вышел вперёд, оглядел всех тяжёлым взглядом и рявкнул: – Итак, бойцы, сегодня ваш первый день! Забудьте всё, чему вас учили раньше. Мы вколотим в ваши тупые башки всё заново. Жёстко, быстро и навсегда. Разойдись! Кроме сержанта Наклза. Он – за мной. – Что-то мне всё это не нравится... – подумал ехидна, шагнув за солдафоном. – Нарыл я на тебя кое-что, – начал волк, не оборачиваясь. – Последний из Ехидн, подрабатывающий наёмником. Что ты тут забыл? – Есть одна работёнка, – отозвался Наклз, выдерживая тон. – Найти парочку специфических ежей и взбодрить как следует. Они шли по коридору, мимо рядов бойцов. Наклз краем глаза заметил, как волк связался с кем-то и шептал в микрофон, слишком тихо, чтобы расслышать. – Волки нападают стаей, – отметил ехидна, внутренне собираясь. – Один болтает, другой режет. Вопрос времени. Да и сколько их здесь? Народу в коридорах становилось всё меньше, и когда они оказались у двери одного из кабинетов, волк вежливо кивнул: – Проходи. – Ага, конечно. – Наклз шагнул внутрь и тут же рванул в сторону. Слева, из мёртвой зоны, выскочил ещё один. Удар в бок – промах, ехидна успел сместиться, отразить, вжаться в пол, и, развернувшись, уже был готов. – Думал, просто уйдёшь? После того как извалял меня в дерьме перед всеми?! – рявкнул волк за спиной. – Ну, раз начал... – усмехнулся Наклз и сжал кулаки. Он резко ушёл от удара, перехватил руку нападавшего и швырнул того в стену, не особо сдерживаясь. Раздался глухой хруст, тело сползло вниз, оставив вмятину и болезненный стон. Оно уже не встанет в ближайшее время. Ехидна бросил взгляд на волка. Тот зло ощерился. Из-за его спины шагнули ещё четверо, с явными признаками мутаций и боевых способностей. Пошли врассыпную, окружая. Результат был предсказуем: Наклз размотал их за полминуты, как детей. Один захрипел, второй перестал двигаться, а третий оказался зажатым в углу со сломанной маской. Последнего ехидна просто оглушил ударом об стену. Он уселся напротив волчьей морды, слегка отдышавшись: – Командная работа, силы распределены... Не дурно. Только вы допустили одну, но фатальную ошибку: напали на меня. Волк харкнул на пол кровью, но промолчал. Наклз поднялся, попытался связаться с Тейлзом или Франческо. Тищина, только скулёж поверженных, значит связать с внешним миром я не смогу. – Чёрт... – процедил он и со злостью ударил в стену. Камень треснул, отпечаток кулака остался. Он глянул на кучу тел у своих ног. – Похоже, я здесь надолго... В это время. Где-то в высоком здании под резкий звон будильника проснулась лисья морда. Тейлз по привычке взмахнул рукой, выключая звук, и протёр глаза. Комната... незнакомая. Стены чужие, запах не его. Всё внутри сразу напрягается. – Где я?.. – прошептал он. Он взглянул на свои руки – в порядке. Резко поднялся, проверил хвосты – оба на месте. Коснулся ушей – всё в норме. – Отлично. Я в киберпространстве. Осталось только найти Соника и Наклза... – пробормотал он. Но в этот момент в кармане завибрировал миниатюрный терминал. На экране высветился контакт: Наставник. Уголки рта дрогнули в лёгкой, почти забытой ностальгической улыбке. Он ответил. – Наконец-то! – донёсся бодрый голос с нотками насмешки, до боли знакомый. – Надеюсь, ты не забыл, какой сегодня день? Это был Эггман. Но не тот. Голос тот же, а вот интонации странно жизнерадостные, даже слегка карикатурные. Тейлз даже рассмеялся, но собеседник не разделил веселья. – Что-то смешное? – тут же последовал упрёк. – Раз смеёшься, значит, готов ко всему. – Да, я помню. Теоретическая часть обучения завершена. Время практической подготовки. Я уже подал заявку. – Тейлз говорил, осматривая свою собственную шерсть и устройство в другой руке. Всё казалось пугающе реальным. – И куда ты решил податься? – уточнил «Эггман». – Думаю начать с городской безопасности. Говорят, идёт набор в резервный отряд обороны. Работа непростая, но... мне подойдёт. Конечно, главная его цель оставалась прежней – воссоединиться с командой. Чутьё подсказывало: они где-то здесь, в этом городе. А значит, лучше всего устроиться туда, где проще всего получить доступ к данным. Городские отряды обороны и контроля казались идеальным вариантом. Если этот мир действительно построен на воспоминаниях, то у таких отрядов должна быть стабильная текучка: высокая смертность, постоянные переброски между районами, и, как следствие, постоянная нужда в новых кадрах. – Ты, значит, серьёзно решил в Авангард податься? – со вздохом произнёс голос на другом конце линии. – Ну что ж, удачи. Только не разочаруй. Говорят, новички там пачками гибнут. Каждый новый состав – как расходный материал. – Хе, меня ты не остановишь, – усмехнулся Тейлз. Собеседник заржал в полный голос: – Остановить тебя? Ха! Проще луну пробурить. И вообще, зачем это мне? У тебя ведь своя башка на плечах есть. Или ты думал вечно ходить ведомым? Если это так, то ты меня разочаруешь, Майлз Прауэр. Хе-хе... Надеюсь, ты не подведёшь. Я за тобой пригляжу... ну, в перерывах. Кстати, кажется, мой и закончился. Ладно, удачи на новом месте, Тейлз. Связь оборвалась. Тейлз усмехнулся, убирая терминал в карман. – Он как всегда... Ничего не меняется. Внезапно я чихнул. Вроде не болею... А Франческо тут как тут, под руку: – Простуда может проявиться внезапно, и чихание – первый признак аллергии или даже... – Заткнись, Франческо, – перебил я, не отрываясь от показателей. Не до болтовни. А тем временем лис надел белую футболку с синим, схематично нарисованным ежом на спине, сверху накинул куртку и лёгкие штаны, влез в кроссы. Быстро заварил чай на кухне и подошёл к окну, отпивая из кружки. Глядя на бесконечный пейзаж города внизу, он попробовал связаться со мной или Франческо – тишина, ничего. – М-да... Похоже, план меняется, – пробормотал он, делая ещё глоток. – И с чего бы начать? Отошёл от окна, потянулся. – Ладно. Как всегда, импровизируем. Первым делом – поступление в Авангард... – Франческо, ты можешь подключиться? – спросил я. Тот замешкался: – Да, но… как вы... – Отлично. Значит, подключайся и помоги им. Обо мне не беспокойся. Или ты сомневаешься во мне? – прищурился я. Он выпрямился, будто по струнке: – Нет, доктор Айво Работник, ни капли. Но я думаю... – Ты собрался давать мне советы? Спасибо, но твоё мнение сейчас не входит в круг интересующих меня тем, – отрезал я. – Твоя задача – выполнять указания. И сейчас ты должен проследить, чтобы операция завершилась успешно. Мне совершенно не улыбается встреча со второй обезумевшей Эми Роуз прямо здесь, на базе. Надеюсь, ты это понимаешь? – Да, понимаю... – поникнув, ответил Франческо. – Отлично. Тогда приступай. А у меня есть ещё кое-какие неотложные дела, – велел я. Он подключился к киберпространству, точнее, вошёл в него напрямую. А я встал и направился в мастерскую. Зашёл внутрь: на столе уже лежал прототип моего нового протеза – модифицированная рука старого Металл Соника. Попытался поднять её и понял, что та слишком тяжёлая. – Надо что-то с этим делать... – проскользнуло в мыслях. Отправил конечность на переработку. Появились несколько Орботов, сфероголовых, с каскадом сенсоров. Они оперативно подхватили руку, хотя один из них успел сцепиться с другим. Пришлось вмешаться, пригрозить обоим, и тогда всё пошло как по маслу, без сучка и задоринки. Я подошёл к шкафу, достал перчатку и натянул её на руку. Затем уселся в кресло, нажал пару голографических кнопок, и терминал ожил. Перед глазами развернулась гало-клавиатура с рабочим столом. Быстро пролистав список последних проектов, выбрал нужный – протез, форк на базе Металл Соника. Первым делом заменил основной материал с вольфрама на авиаль, это сразу сбросило с общей массы почти полтонны. Костяшки и пальцы оставил комбинированными: смесь вольфрама с авиалем. Лёгкость плюс нужная прочность в критичных точках. Дальше переработал крепление, обновил систему управления, добавил каскад датчиков. Теперь протез весит не больше 25 килограммов. Вполне сносный вариант, пусть и временный. Отправил чертёж на конвейер, мысленно потирая руки. Жаль, пока не физически. Тем временем Тейлз, закинув на плечо рюкзак с терминалом и бутылкой воды, вышел на улицу. Он направился в центр занятости, а точнее, в ГЦРГ: Городской Центр Распределения Гарнизона. Именно здесь набирают бойцов в разные подразделения. Но его интересует только Авангард. Эти ребята совмещают функции силовиков с реальной боевой подготовкой и серьёзными полномочиями. Не просто патрульные – у них статус, влияние и, судя по всему, собственная повестка. Пока шёл, серфил в терминале всё, что можно было найти по Авангарду. Информация, конечно, из открытых источников, и насколько она достоверна – вопрос. Но даже этого хватило, чтобы понять: они не просто так называются элитой. У Тейлза, конечно, было несколько запасных вариантов, но больше всего его заинтересовал один – приём в операторский корпус технических боевых специалистов, ТБПС. Это как раз по его части. А главное, такой доступ даст шанс быстрее найти Эми Роуз, Соника и Наклза. – Только радоваться рано, не расслабляться, Тейлз, – пробормотал он себе под нос, переходя оживлённую улицу. По правую сторону кто-то кричал в мегафон, Собравшаяся толпа, транспаранты, символ в форме ромба с раскрытым глазом в центре напоминала митинг или подготовка к нему. Нервирует. Он ускорил шаг, не вдаваясь в подробности. Мельком заметил знак ромба с открытым глазом посередине и услышал, как толпа скандировала: – Инфинитум! Что бы это ни значило – его это не касается. По крайней мере, пока всё выглядит слишком мирно, чтобы быть настоящим. Пройдя ещё немного, он добрался до нужного здания. Фасад глухой, без окон, лестница сразу на второй этаж, с крыльцом, будто надстроенным поверх первого. Тейлз поднялся по ступеням и застыл на мгновение: вокруг мелькали десятки лиц – кто-то выбегал, кто-то входил, кто-то нервно шагал по периметру. Суета. И это были не только люди и мобианцы. Среди них попадались виды, которых он раньше не видел вовсе. Вот, например, двуногий гуманоид, на голове которого не просто волосы, а целый клубок змей, мелких, с крохотными языками и зубками, шевелящихся сами по себе. Он поднял глаза на табличку над входом. Надпись гласила: Государственный Центр Распределения Рабочих Мест Мобианского Альянса. Регион: Нью-Мест, город Рутия. – Ну что ж, понеслась... – вздохнул он и распахнул двери в холл центра – гулкий, тесный, набитый самым разномастным народом. Кто-то покосился на него, кто-то вообще не обратил внимания, а кто-то исподтишка наблюдал, будто что-то оценивая. Тейлз не растерялся. Быстро огляделся и сразу приметил нужную дверь. К ней тянулась очередь – длинная, извивающаяся, будто живая змея. Возле двери дежурил амбал в чёрной безрукавке, с внушительными бицепсами, ножом на поясе и пистолетом в кобуре. Модель рассмотреть было сложно, да и не суть. Ясно одно: с ним шутки плохи. Как законопослушный и скромный гражданин, Тейлз занял своё место в хвосте этой живой вереницы, в которой были представители всех полов, видов и размеров. Очередь двигалась медленно. Очень медленно. Кто-то входил с видом решительного бойца, а спустя несколько минут выходил уже с кислой миной и бумажкой в руке. Некоторые из раздражения мяли её, кто-то швырял на пол, но стоило им встретиться взглядом с надзирателем у двери, тот одним только прищуром заставлял самых нервных наклониться, поднять бумагу и тихо убираться восвояси. Возражать никто не решался. Видно, даже отчаяние здесь не стоит сломанной челюсти. Тейлз терпеливо продвигался вперёд, шаг за шагом приближаясь к цели… как вдруг кто-то резко толкнул его в спину. Он потерял равновесие и по инерции ткнулся в широкую спину стоящего перед ним бугая. – Простите! – поспешно выдохнул лис, отпрянув, но... Мужик обернулся. Из-под нависших бровей на него уставился крепкий мордоворот с квадратной челюстью и выражением «я-сейчас-сделаю-из-тебя-сэндвич». – Ты чё, шкет, нарываешься? Тейлз поднял взгляд на этого лохматого громилу с шакальей мордой. За его широкой спиной толпились ещё пятеро, все одного поля ягоды, явно из одной стаи. Лис на секунду задержал дыхание, прикинул обстановку. М-да... Лучше не тратить энергию впустую. Найти бы мирное решение. Стаю шакалов лучше обойти стороной, если можно. Он вежливо, даже с лёгкой улыбкой произнёс: – Нет, правда, извини. Это было случайно... – А не слышал, что за случайно бьют очаянно? Особенно когда нарываются! – прорычал громила, почувствовав за спиной одобрительное фырканье своей своры и уже позируя перед толпой. Тейлз краем глаза отметил пару камер над дверьми. Отлично. Если он заведётся на виду – будет повод для охраны вмешаться. Как раз в этот момент очередь продвинулась на пару шагов вперёд, и лис вежливо напомнил о движении вперёд. Громила только злобно зарычал в ответ, наклонившись к нему: – На улице встретимся – тебе не сдобровать, хвостатый! Тейлз не ответил. Только выждал ещё немного, и в нужный момент словно случайно задел плечом, но уже намеренно, глядя в глаза. На этот раз он не стал оправдываться. Только склонился чуть ближе и тихо, чтобы услышал только шакал: – Без стаи уже не такой страшный. Или боишься одного хилого лиса? У того морда мигом налилось кровью. – Чё ты вякнул?! – рявкнул громила, уже начиная выходить из себя. – Чё слышал, – спокойно бросил Тейлз, не сводя взгляда. Этого оказалось достаточно для того, чтобы лицо шакала перекосилось, а на морде можно было кипятить чайник. Он толкнул лиса с криком: – Повтори, чёртова рыжая крыса! Тейлз слегка усмехнулся, и бугай это заметил. – Чего смеёшься?! – взревел тот и, не дожидаясь ответа, ударил лиса по лицу. Схватив за ворот, приподнял его над полом, злобно сверля взглядом. Но тут позади послышалось ровное дыхание и спокойный голос: – Может, опустишь его и не будешь усугублять? Не думаю, что ты хочешь проблем. Бугай хмыкнул, не оборачиваясь: – Кто там ещё посмел вякнуть?.. – и тут же осёкся, повернув голову. Позади стоял человек невысокого роста в чёрной форме. На груди у него поблёскивала литера "А". Лицо суровое, спокойное. Рука висела рядом с кобурой, не угрожающе, но достаточно выразительно. – Отпусти парня. Я сделаю вид, что ничего не видел. Повторять не стану, – произнёс мужчина спокойно, но с такой интонацией, что спора быть не могло. Громила сглотнул, медленно опустил лиса и, сверля Тейлза злобным взглядом, пошёл прочь. За ним потянулась его стая, пригнув уши. Офицер ещё пару секунд смотрел им вслед, после чего повернулся к Тейлзу: – И зачем ты его спровоцировал, а? Мог бы просто подождать своей очереди. Он пристально посмотрел на лиса – явно что-то заподозрив. – Да просто... решил проблему с корнем, – спокойно сказал Тейлз, не пытаясь юлить. Видно было, что этот человек всё равно разберётся. Тот рассмеялся: – С корнем, говоришь? Ну, пожалуй, справедливо. Только в другой раз поосторожнее. Не все конфликты стоит решать лбом. Особенно если весишь меньше, чем его нога. Он бросил взгляд на очередь. – И всё же, ты-то чего встал? Эта очередь не для зрителей, а для кандидатов. Тейлз чуть склонил голову: – Ну, так вы только что ответили на свой вопрос... Я пришёл устраиваться к вам. Человек заржал во весь голос, от души, вытирая катящуюся слезу: – Ха-ха-ха! Не смеши меня, малой! Тебе бы сначала образование получить, потом хотя бы пару лет послужить, а уж потом – в Авангард лезть! Тейлз взглянул на него серьёзно, но неожиданно спокойно сказал: – Я тут читал, у вас открыта вакансия на техников среднего профиля, с навыками оператора... Сказано, что таких остро не хватает. Офицер задумался: – Ну, да, редкие спецы. Только... – он прищурился, оглядывая лиса с головы до ног, – Ты? Средний профиль? Не смеши, ты же даже на кадета не тянешь. Не верю. Тейлз пожал плечами: – Значит, не так уж и нужны вам эти специалисты, раз отказываете, даже не проверив. Бывает. – он нарочито спокойно развернулся. – Стой, стой... – сдался тот, хмыкнув, – Хорошо, если докажешь, что ты не просто хвастунишка, а реально шаришь – пропущу без очереди. Да ещё и рекомендацию выпишу. По рукам? – По рукам, – кивнул Тейлз и тут же достал свой мини-терминал. Пальцы побежали по экрану. Он моментально нашёл локальную сеть, проверил на уязвимость, вошёл спокойно, бесшумно, без тревог. Когда камера отвернулась, промотал список доступов, вытащил параметры, перешёл на расширенный уровень. Нашёл удалённый скрытый сервер, пробрался туда через обходной порт. – Джекпот... – прошептал он себе под нос. Видеоматериалы за последние сутки. Он быстро выкачал нужное, подчистил следы, смонтировал фрагмент с мордами тех самых шакалов, заодно пробил по базам. И на них неплохой списочек: взлом, разбой, вымогательство и т.д. Перешёл на сайт структур безопасности, нашёл форму жалобы и... бах – отправил всё с пометкой "возможная угроза безопасности персонала центра" будет ещё одна статья в досье. Убрал терминал и произнёс: – Готово. – И что ты сделал? – с подозрением спросил он. – Отправил им... сюрприз, – не вдаваясь в подробности, с лёгкой ухмылкой ответил Тейлз. И будто по заказу, где-то снаружи раздался вой сирен, глухой гул машин и выкрики, перекрывающие общий шум. – А вот и они... – спокойно произнёс лис, наблюдая, как мужчина получает вызов на терминал. Тот отступил в сторону и ответил уже другим голосом, сухо, официально: – Здравия желаю... Никак нет, на рабочем месте... Принято. Спасибо. Он завершил разговор и обернулся. Выдохнул глубоко, поставил руки на пояс и пробормотал больше себе: – Ну ты даёшь, лис... Затем резко развернулся к толпе, повысив голос: – Всем, кто собрался на устройство в отряд А-7 Авангарда: набор кандидатов закрыт! – Эй, да вы что! – послышались возмущённые голоса, но охранник рядом уже зарычал: – Сказано же – набор закрыт! Разойтись, живо! С недовольным ропотом толпа стала рассыпаться: кто к выходу, кто в сторону других отделений, кто просто молча сполз по стенке, осознавая, что шанс ускользнул. Тейлза тем временем пригласили на собеседование. Правда, перед этим сказали, что это формальность, но глянуть на него хотят. Он вошёл в помещение, где за столом уже сидели четверо – двое волков, енот и летучая мышь. Все в форме. За его спиной стояли двое людей, его провожатые. В комнате шло бурное обсуждение. Волк листал анкеты и отпускал ехидные замечания: – Вот они – элита. Первый же механоид или террорист – и пол-отряда смоет к чертям. С такими элитами мы и сдохнем. Второй поддержал, крутя ручку в пальцах: – А этот пришёл, видите ли, из чувства долга! – он повернулся к остальным. – Долг! Да засунь ты свой долг куда поглубже, живи себе под крышей, вкладывай бабки в экономику и радуйся. Лезет, блин, герой, в поисках лёгких денег… – И, кого нам теперь брать, если все как один мямли и неотёсанные сапоги? – буркнул третий. – Остался один слот, и то из-за переведенца. И тут человек, приведший Тейлза, наконец заговорил: – Да уж, мест нет... верно. Только знаете что? Вы не поверите, кого я нашёл. Он кивнул в сторону лиса. – Здравствуйте, меня зовут Тейлз! – произнёс тот с лёгкой улыбкой. Никто не отреагировал. Вместо этого волк, листая анкеты, обратился к сопровождающему: – Артём, я же говорил, не мешай. Я тут порыскал, может что-то годное найдётся... Хотя вот этот... не, – он взглянул на Тейлза, прищурился, усмехнулся. – А это кто? Ты его сколько от нас прятал? Ты ещё и на лисиц запал? И расскажи-ка, кто у тебя такая счастливца? Подкалывает, – понял Тейлз, сдержал вздох. Хотел уже что-то ответить, но Артём оказался быстрее: – Нет, это не мой сын. Хотя я бы хотел такого. – Он посмотрел на лиса, и, заметив, как тот уже закипает, добавил: – Это новенький. Я хочу его порекомендовать. Командир, вы просто будете в шоке... – Я уже в шоке! – рыкнул волк, щёлкнув клыками. – Артёмка, ты там не перегрелся? Может, тебе отпуск выписать? Ты зачем сюда как кандидата притащил этого... – он осёкся, подыскивая слово, – ...ребёнка? Фраза задела Тейлза. Да, он выглядит моложе. Да, ростом вышел скромно. Но так снисходительно? Нет, это придётся поправить. Тейлз без слов достал терминал, подключился к внутренней сети по старым, до сих пор не закрытым уязвимостям. Похоже, сисадмин давно забил на патчи, и сейчас сеть лежит перед ним, как открытая книга. Следом подключение к рабочей станции этого волканафта. Пара портов – и он внутри. А в зале по-прежнему тишина. Его считают ребёнком с игрушкой. И только когда Тейлз спокойно вслух произнёс: – Ну и бардак у вас тут... не Рабочий стол, а свалка. О вот и анкеты, нашлись – и начал листать, внимательно изучая, кто метит на его место, а кто уже на одном из них... – Герш... – вдруг изумлённо выдохнул он и добавил: – Наклз?! Вот где тебя черти носили! Не думал, что мы так скоро пересечёмся! Кто-то хмыкнул, кто-то едва не прыснул, и только Артём остался серьёзен. Он уже понял, что этот лисёнок взломал их сеть и взял под контроль компьютер командира. И ещё его сильно смутило, что лисёнок назвал часть фамилии из знакомой анкеты, а потом имя Наклз. Волканафт вдруг посмотрел на монитор. Экран жил своей жизнью: курсор бегал, перелистывал анкеты. Один за другим заявления получали пометку "отказано". Без его ведома. Волчара взбесился. – Кто посмел?! – заорал он и метнулся к терминалу. Процесс не останавливался. Тогда он выдернул дата-кабель, но и к этому лисёнок был готов: процесс шёл автоматически. Последнее, что оставалось волку – отключить питание сервера. Представление логично завершилось. Занавес. Да, Тейлз чуть разочаровался, но на результат это не повлияло. Ущерб нанесён, и волк не знал, сколько анкет сгорело в его отсутствии. Впрочем, он сам пару минут назад сказал: годных среди них – как килограмм свежего мяса в гнилом морге. Пыль, а не кандидаты. Артём уже что-то говорил, предлагал вариант. Проблема была в возрасте лиса. – Чёрт с ними, – буркнул волк и уставился на Тейлза. Взгляд – как у хищника, готового порвать. Только Тейлз не дёрнулся. После всего, что он пережил, это детский лепет. Тут вмешалась волчица, прямо в разгорающийся конфликт: – Руки, ну ты чего?! У нас и так репутация не ахти, а ты ещё и перспективного новичка выкинуть собрался?! Волк, кажется, впервые за весь день выдохнул и чуть остыл: – Ладно. Не хило ты нас приложил. Взломал систему, нанёс урон, чуть не сорвал приём. Тебя Тейлз зовут, так? Лис кивнул, сглотнув от напряжения. – Хорошо, Тейлз. То, что ты устроил – это, вообще-то, уголовка. Взлом госсобственности, уничтожение служебных данных... Или ты решил, что таким способом можно продемонстрировать навык? – А вы разве не поняли? – спокойно ответил лис. – И да, я не ребёнок. Хоть раз перестаньте судить по росту. Они смотрели друг другу в глаза. Ни один не отвёл взгляда. Через секунду волк зарычал и… заржал: – Ладно, Тейлз. Принят. Но больше так не делай. Даже ради понта. – Замётано, командир, – отозвался лис с едва заметной ухмылкой.... Наклз в это время стоял в строю и смотрел на волчью морду, что злобно сверлила его глазами. – Сержант Наклз, выйти из строя! – прозвучал приказ. Ехидна подчинился, вышел вперёд. Командир в чёрной форме, не сводя с него взгляда, заговорил: – Хоть между нами и были разногласия, поздравляю, ты переведён в отряд А7 Авангарда. С этого момента ты элита из элит. Найдёшь применение своей силе. У тебя час на сборы, к вечеру должен уже отбыть. И, не меняя тона, добавил: – Всё. В строй! Весь строй смотрел на Наклза – кто с удивлением, кто с уважением, кто с завистью. Он вернулся в свой ряд, не очень понимая этой суматохи. Затем они разошлись, а ехидну вызвали на ковёр и вручили приказ – неохотно, сквозь зубы. Он уже собрал вещи и был готов к отправке. Его провожали, смотрели вслед, а он даже не знал их имён – просто мелькали лица. А Тейлза направили в арсенал и предложили ему выбрать снаряжение из всего, что там было. А выбор был... не для города. От пистолетов разных калибров, включая старенький "Макаров" и тяжёлый "Дезерт Игл", до минигана и гранатомёта, который в одиночку даже не унесёшь. Тейлз оглядел всё это железо с прищуром. – Что за запас на случай войны? – подумал он. – Слишком уж широкий выбор для обычной городской стражи. Там были и штурмовки, и винтовки, и даже рельсовое оружие. В углу стояли снайперки, некоторые с прицелами, которые явно не для улиц. Он прикинул, что можно взять. И понял: это не охрана, это передовой отряд для зачистки. Похоже, всё куда серьёзнее, чем он думал. Тейлз приметил короткий автомат. Взял его в лапы, повертел, проверил баланс. Артём, наблюдая, усмехнулся: – О, приметил АКС? Неплохой агрегат! – Ага, – кивнул Тейлз, продолжая осмотр. Автомат оказался лёгким, как и ожидал. Он плавно снял его с предохранителя, перевёл затвор в крайнее положение, отпустил. С характерным звуком механизм встал на место. Затем поднял ствол вверх и нажал курок – щёлкнуло. Улыбка появилась на морде – знакомый звук, знакомое ощущение. Тейлз накинул ремень автомата на плечо, а Артём предложил: – Как дополнительное – МКЛ-80. Ты же техник, думаю, знаешь, что с этим делать! – и легко подкинул агрегат Тейлз поймал компактное устройство, осмотрел, и не сдержался, усмехнулся. Сразу вспомнился один из старых уроков. Этот малыш может и сварить, и разрезать, будь то металл или череп врага. По сути, портативный лазер с регулировкой мощности. Идеально. Он забрал машинку не раздумывая. Время подошло к выбору брони. Артём, явно не в первый раз занимавшийся этим, предупредил: – Это самая важная часть экипировки. Броня – не просто щит. Она может обеспечить тебе выживание... или стать проклятием, если подберёшь не по себе. Удобство, вес, защита, размеры – всё должно быть твоим продолжением. Тейлз кивнул. Он не был силовиком – средний рост, среднее телосложение, чисто техник. Значит, надо выбирать особенно тщательно. Без фанатизма, но и не халтурно. И главное – чтобы можно было встроить портативную электронику и остаться подвижным. Он приступил к поиску. Выбор был огромный. В итоге было отброшено множество вариантов брони, включая экзоскелеты – слишком энергоёмкие, без питания они превращаются в бесполезный балласт. Оба уже начинали отчаиваться, как вдруг наткнулись на один экземпляр, почти забытый в углу: бронекомплект “Эрида”, так и не вышедший из стадии прототипа. Комплект оказался достойным. Бронепластины из тонкого слоя вольфрама поверх более толстого авиаля, между ними – поглощающий кинетическую энергию многослойный буфер. Он мог остановить практически любой калибр, кроме особенно тяжёлых, свыше 30. С тем же 50 BMG шансов не было и так – броня, даже если выдержит, то внутренности владельца гарантированно превратятся в кашу. Далее он выбрал пояс, на который прицепил несколько подсумков и один подгранатник. Для головы – лёгкий шлем, адаптированный под анатомию лисов, плюс визор с интерфейсом. В качестве рюкзака – объёмный армированный ранец на застёжках, без молний, туда он закинул всё своё рабочее оборудование. Сюда же пошли: несколько базовых дронов; сопряжение с основным терминалом; второй терминал – для вывода изображения с дронов; комплект управления: джойстик и специальные перчатки; четыре сменные батареи; зарядная станция; ПРА (передающая ретрансляционная антенна) – для связи с дронами на дальних дистанциях. Вся эта прелесть тянула килограмм на 50. А с учётом брони и снаряжения все 67. Тейлз, надев всё это дело, скрипнул зубами и произнёс: – Ну… я всё взял. Вернувшись на место сбора, Тейлз первым делом скинул с плеча тяжёлый рюкзак, выдохнул с облегчением… и застыл, обернувшись. Прямо перед ним, рядом с командиром, он увидел знакомый силуэт – там стояла красножопая ехидна. Наклз обернулся и посмотрел на лиса с той усталой, но спокойной мимикой, в которой считывалось: «Да, это случилось. Да, я здесь. Да, ты знал». И тут Тейлз словно сорвался с цепи – будто не видел друга тысячу лет, рванул к нему и обнял, воскликнув: – Наклз! – Ох, Тейлз... – сказал ехидна, принимая объятие. Не стал отталкивать. Не стал даже что-то говорить, просто обнял в ответ. За их спинами раздалось громкое: – Кхм-кхм! Оба обернулись. Волк-Командир смотрел на них с приподнятой бровью: – Вижу, вы знакомы, да? Тейлз резко отпрянул, покраснел и замямлил: – Нет… То есть да… Ну, в смысле… Наклз спас ситуацию, спокойно сказав: – Да, мы знакомы. Старые друзья. – Наклз… – едва слышно, почти с придушенной нежностью выдохнул Тейлз. Со стороны раздался голос летучей мыши: – Ох, как мило. Они воркуют. Меня уже тошнит. – Роб, ну ты чего, это же друзья, – ответила волчица. – Ладно, пусть друзья. Главное – не голубки. У меня на этой почве ПТСР… – проворчал Роб. – Ты опять свою мутную историю начинаешь? – фыркнул енот. Но волк пресёк балаган: – А ну, тихо! Он повернулся к Тейлзу и Наклзу: – Ладно. Хорошо, что вы знакомы. Это не будет мешать работе? Тейлз, уже вернувший уверенность, ответил чётко: – Нет. Не будет. – Тогда хорошо… – кивнул волк. И в тот же момент свет в помещении погас. Окна заволокло матрицей. Стало темно. – Так, всем внимание на экран, – сказал командир, начав инструктаж. Наклз и Тейлз одновременно перевели взгляды на него. – Сегодня поступили разведданные: в районе Тирона замечена активность Хаоситов. Эта организация запрещена на всей территории альянса организации, а теперь уже и во всём мире. Наша задача проста: выйти на их след скрытно, чтобы даже ищейки по запаху не смогли нас учуять; выяснить, что им нужно в нашем городе, и по возможности уничтожить. Но не геройствуйте. Нет никакого желания потом оправдываться перед вашими близкими, если вы вернётесь не своим ходом. Мне каждый из вас нужен живым. Район будет оцеплен через три часа, на технике нам ехать ровно тридцать минут, выдвигаемся в зону через час. Вопросы? Новички переглянулись. Никто не решился спросить. У Тейлза, впрочем, и не было особых вопросов – разве что, какие роли у кого, хотя свою он уже понимал. – Вижу, вопросов нет. Ладно, команда, представьтесь для новичков, – сказал Руки, и первым пробурчал: – К чёрту всё это. Я Роб. Продавец автографов в голову… – Роб! – жёстко оборвали его. – Ладно-ладно, я всего лишь снайпер, выполняю роль прикрытия и поддержки. Могу также скрытно разведать обстановку, – буркнул Роб, отходя в сторону. – Всю малину обломали, блин… – добавил себе под нос. Следом вперевалку вышел енот: – Я – Подрывник. Зовут Тротил. Специализируюсь на том, на чём зовусь. Нужно что-то снести, взломать с грохотом – это по моей части. Люблю, чтобы громко и с эффектом! Он тоже отошёл, уступая место двум людям. Один из них был Артём, второй представился: – Я Эдуард. Водитель, механик, ну и медик заодно. Не волнуйся, Тейлз, в твою техносферу не полезу – не моё. А вот довезти на чём угодно, хоть до другого континента – без проблем. И подлатать могу, чтобы ты не отправился в Вальхаллу раньше срока. – А я Артём. Штурмовик, твой прямой компаньон, Наклз! – с лёгкой ухмылкой добавил он. Ехидна буркнул без энтузиазма: – Ясно. Только под ногами не мешайся. – Наклз! – резко и недовольно произнёс Тейлз, пристально глядя ему в глаза. Ехидна посмотрел на лиса в ответ. Взгляд его показал: нужно обозначить, кто тут альфа. Но Артём усмехнулся, разрядив ситуацию: – Тейлз, всё понял. А ты, Наклз, тоже не мешайся, ясно? – Замётано, – отозвался ехидна с улыбкой, заметив, как Артём протянул руку. Он пожал её – крепко, по-мужски. – Ладно, мужчины, теперь моя очередь. Меня зовут Эми, я связистка и оператор в одном флаконе. Буду корректировать ваши действия и передавать команды, – с уверенностью представилась волчица. Все взгляды обратились на волка. Тот вздохнул и без энтузиазма добавил: – Меня можете звать Руки. Мне представление не требуется. Итак, народ, готовьтесь. Сбор через час. Все начали расходиться. Остались только Тейлз, Наклз… и Эми, которая всё ещё стояла рядом. Лис посмотрел на неё внимательно и сказал вполголоса: – Это не она… Даже внешне совсем другая. – Возможно, – с сомнением произнёс Наклз. – А может и она, кто знает… Эми, заметив пристальные взгляды, подошла сама: – Что-то не так? Почему вы на меня так смотрите? – Эм... ну... – замялся Тейлз. Но Наклз сказал прямо: – Ты просто очень напоминаешь одну старую знакомую, которую мы сейчас ищем. – Может, тебе что-то известно? Имя у неё такое же, только фамилия – Роуз. Эми Роуз. – добавил Тейлз. Наступила неловкая пауза. Она мотнула головой, и Наклз пошёл первым – направился в арсенал, за остальными. После этого развернулся и Тейлз – пора было готовиться к первой вылазке. Он проверил свой терминал, перезапустил интерфейс, привёл всё в боевую готовность. Потом направился в арсенал… Там он врезался в Роба, который как раз натягивал на себя обтягивающий тёмный костюм и растягивал перчатки. Тейлз прошёл мимо без слов. А вот Роб цыкнул сквозь зубы, что-то в этом лисе ему совсем не нравилось. Лис вошёл в пункт боепитания, встал напротив окошка. За ним стоял ленивец. Тот медленно поднял взгляд, будто пробуждаясь от спячки, и произнёс по слогам: – З-д-р-а-с-т-в-у-й-т-е, ч-е-м й-а м-о-г-у п-о-м-о-ч-ь?.. Он говорил так медленно, что Тейлз начал постукивать ногой – терпение быстро таяло. – Эм… привет. Я Тейлз, тут новенький, мне нужно получить боекомплект на вот это, – он показал АКС. Ленивец нахмурился, глядя на автомат, как будто рассматривал экспонат из музея. Его лицо двигалось настолько медленно, что можно было разглядеть каждую складку на морде: – А-К-С-с-е-мь-д-е-с-я-т ч-е-т-ы-р-е-У… Н-е п-л-о-х-о-й з-в-е-рь… З-а-б-о-т-ь-с-я-о-н-ё-м х-о-р-о-ш-о... Тейлз уже закатил глаза. На названии модели он чуть не вскрикнул от отчаяния. Но сдержался. Мысленно: Спокойнее. Спокойнее, Тейлз. Это просто квест на терпение... – С-е-й-ч-а-с-з-а-п-и-ш-у-т-е-б-я… Ленивец повернулся к монитору, плавно, как льдина на весенней реке, подвинул мышку, щёлкнул… ещё один плавный, как в замедленной съёмке, поворот… клавиатура… Начал печатать, будто каждую букву вырезал резцом по мрамору… Тейлз сжал кулаки, закрыл глаза и глубоко вдохнул. Нужно набраться терпения. Первый щелчок клавиши, и потом долгая пауза. Ленивец сосредоточенно ищет букву "Т", будто это иголка в стоге сена. Медленно тянется к ней, затем снова по кругу, буква за буквой, "Т", "Е", "Й", "Л", "З" – как будто печатает в перчатках из теста. "АКС-74У". Четыре магазина калибра 5.45. Процесс, может, и завершился бы быстрее, если бы не внезапный приход Роба. Летучая мышь ворвался в пункт выдачи и, как ни в чём не бывало, весело поздоровался: – Привет, Спиди! Тейлз замер. Спиди? – мысленно простонал лис. Это же самый ироничный парадокс дня... – У меня шутка для тебя! – с довольной рожей продолжал Роб, а Тейлз отчаянно махал ему лапами: нет, не надо, прошу, пощади... Спиди повернул морду с мучительной грацией косяка деревянных дверей, и произнёс: – Х-о-ч-у у-с-л-ы-ш-а-т-ь ш-у-т-к-у... И всё. Точка невозврата пройдена. — Ну так слушай. В царские времена, на могильном костре, бабка завещает своему единственному внуку: — Внучок, вот держи семена. Посади, урожай собери и продай в ближайшем городе. А внучок ей в ответ: — Да без Бэ! Бабка, услышав что хотела, с миром померла. Ну а внучок исполнил её завещание: посадил семена, да и занялся своими делами. Взошли всходы, выросли деревья, и принесли плоды в форме длинного баклажана. Он прифигел, конечно, но насобирал два мешка и потащил в город. По пути он устал, один мешок скинул в кусты, второй всё же донёс. Разложил товар на лавке, баклажаны как баклажаны, разных размеров… Форма, правда, на что-то намекала. И пошла у него торговля, неплохо так. Правда, покупали одни женщины, возвращались довольные товаром, брали ещё. Слух разлетелся, и дошёл до княжны. Муж у неё год как на войне, а внизу, сами понимаете, чешется. — А-г-а, — медленно кивнул Ленивец. Ну так вот. Отправила княжна служанку, и наказала ей выбрать баклажан подлиннее и покрупнее. Та пришла, посмотрела-пощупала, и выбрала самый внушительный. Приносит княжне. Та пощупала, кивнула загадочно, и спросила: — А как этим пользоваться? Инструкцию бы… Служанка не растерялась: — Книжна, сперва помойтесь. Особенно пизду. Ложитесь, расставьте ноги пошире и произнесите волшебное слово: Ёбчик. На следующий день княжна так и сделала: помылась, уделив пизде особое внимание, улеглась в кровать, взяла баклажан и громко выдохнула: — Ёбчик! И тут он начал её ебать. Раз – и она кричит ДА! Два – О, ДА! Три – Хорошо! Четыре – О. Боже! Пять – Хватит! Шесть – СТОП! Семь – Прошу, ОСТАНОВИСЬ! Восемь… Девять… Перепробовала княжна все варианты известные, ничего не помогает. Пришлось звать служанку – останови, мол, богом прошу! Служанка говорит: — Ёбчик! И баклажан тут же переключился на неё. Служанка в панике убежала, орёт, пытается остановить ёбаришку. Заметила она на улице дворника, он мужиков да пацанов дворовой лексике учил обычно. — Георгий! Скажи "Ёбчик"! — заорала она. Он, ничего не подозревая: — Ёбчик... И всё. В следующую секунду баклажан в анусе дворника, развальцовывает по полной программе. Тот в ужасе побежал, куда глаза глядят. Добежал до лодочника: — Кирилл! Говори "Ёбчик"! Ну Кирилл и сказал. Лодка сразу затряслась, заходила ходуном. Больно Кириллу. Тут у мужиков идея появилась, стали они по очереди орать "Ёбчик", передавая баклажан друг другу, пока тот не утонул, не долетев. Справились мужики с этакой напастью, и после тяжёлого дня пошли домой. Наткнулись в лесу на мешок. Один мужик открыл, заглянул внутрь: — О, Ёбчик! Рассказывая, Роб сиял, как лампа. А Лис сильно стиснул зубы и сжал кулаки. Его последние нервы утекали в параллельный ад, мордочка раскраснелась от стыда за рассказчика. Спиди, будто только сейчас осознав шутку, начал неторопливо ржать, как в замедленном кадре. Улыбка медленно расползлась по лицу: — Х-а-х-а-х-а, х-о-р-о-ш-а-я-ш-у-т-к-а! Каждая мышца его лица, каждый мускул, образующий довольную морду, был отчётливо виден. Но Роб остановился, меру знает. Он отошёл к терминалам, достал карту и лениво кинул ленивцу: — Спиди, всё как обычно. – Х-о-р-о-ш-о. – медленно ответил тот из-за стойки. Следующие тридцать минут стали для Тейлза личным чистилищем. Из них двадцать – просто ожидание. Он стоял. Он терпел. Он даже молился, чтобы не разнести тут всё к лисовой матери. Клятва была проста: никогда, никогда больше не разговаривать с ленивцами за работой. И тем более – не отвлекать. Когда, наконец, выдали укомплектованный БК, Тейлз выдохнул, взял своё добро и вышел с почти траурной миной, следующим на очереди ехидна, и он с траурной интонацией: – Крепись, Наклз… крепись, тебе сейчас будет… не легко… Секундная пауза, и тихое добавление: – …ой как не легко. Будь сильным. Наклз только хмыкнул: – Не переживай, я и так сильный, Тейлз! Двери за лисом захлопнулись. Через пару секунд изнутри донёсся разъярённый вопль ехидны: – ТЕЙЛЗ! Ах ты рыжий засранец!!! Лис едва сдержал улыбку, зная, что терпение Наклза – это понятие мифическое. Вышел из пункта боепитания и направился к ожидающей команде. Первым его встретил Артём, тяжело бронированный, с двуствольным пулемётом за спиной и старинным пистолетом в кобуре на груди: – Ну ты даёшь, сдержался перед Спиди! – Да ты кремень, чувак! – вдруг спрыгнул прямо с потолка Тротил, в лёгкой разгрузке и с рюкзаком. Приземлился без звука, выпрямился, шлёпнул лиса по плечу. – Нам такие нужны! – Ещё посмотрим, – буркнул Роб, криво усмехнувшись, – как он себя поведёт в боевом крещении. Небось вступор встанет, мамочку позовёт... – Роб! – раздался голос Эми, и он был резкий, как удар по носу. – Тебе не говорили, что ты мудак? Заткнись уже. Потом, уже мягче, обратилась к лису: – Не обращай на него внимания. Он не со зла, просто у него такая дрянная натура. – Понял. – спокойно сказал Тейлз, посмотрев прямо на Роба. Их взгляды встретились. И Роб пристальный взгляд не выдержал: – Ладно. Это реально было слишком. Но в вашу Санта-Барбару я не играю! – Он развернулся и ушёл в зал, хлопнув дверью. Тейлз ничего не ответил. В тот же момент дверь позади отворилась и появился Наклз – в бионике, с гранатомётом наперевес, миниганом за спиной и тяжёлым коробом с полным боекомплектом. Лис, взглянув на него, невольно присвистнул. – Вот это я понимаю... комплект к боевому крещению. Затишье перед бурей, часть 2. Все были готовы, и мы наконец вошли в зал, направились на парковку. Нас уже ждала бронированная техника – внедорожник "Арма", с повышенной проходимостью и грузоподъёмностью. Распределились по местам: Артём, Наклз и Роб сели в багажник, Тейлз, Тротил и Эми – на пассажирские внутри, Руки - на пассажирском спереди, за рулём – Эдуард. Машина мягко тронулась, выехала на дорогу и уверенно покатила в сторону оцепленного района. До прибытия оставались считанные минуты – время, чтобы собраться с мыслями. Но сперва Тейлз достал терминал и подключил пару небольших развед-дроидов. Всего их было три, ровно столько он успел собрать в лаборатории Эггмана. Правда, об этом никто знать не должен. Тем временем я стоял в мастерской, подключая к себе свежесозданный имплант… и тут же вспомнил, что забыл встроить источник питания. Без него протез просто кусок металла. – М-да… фиаско вышло. – пробормотал я, уже левой рукой взяв АКБ и подключив её к протезу кабелями, строго соблюдая полярность. Механическая конечность ожила, и её первым заданием стало удержать сам аккумулятор, пока я шёл в лабораторию. Открыв дверь, я увидел странный свет: в камере посреди зала мерцало розовато-зловещее свечение. Тело Металл Эми Роуз приобрело розовый оттенок, но кое-где начали проявляться чёрные фрагменты, словно металл начал гнить. Мне это не нравилось вообще. Но руки у меня сейчас связаны – остаётся только надеяться на её друзей… Хотя нет. Надежда – удел дураков. Нужно готовиться. Я сел и открыл сразу два проекта. Первым делом – переработать Металл Эггмана. Слишком он оказался хрупким, и в бою почти бесполезен. Перво-наперво заменил покрытие на Металликс – достаточно прочный сплав, чтобы выдержать пару тяжёлых ударов от Эми Роуз и несколько минут полного напора от Соника в суперформе. Хотя... если иметь дело именно с ним – сомневаюсь, что он продержится даже минуту. Слишком уж нестабильный этот фактор, непредсказуемый. Дальше – заменил часть сенсоров, развёл системы по отдельным каналам, сделал их изолированными и автономными, чтобы при сбое одной остальные не легли. Это важно. Самое главное – добавил модуль помощи в прицеливании и отслеживании, усилил преобразователь и стабилизатор ядра, встроив дополнительные охлаждающие контуры. И их тоже подусилил, не полагаясь на прежние шаблоны. Такую же работу начал проделывать с костюмами всей шайки Металл. Слишком хлипкие они оказались в прежнем виде, теперь такого не будет. Тем временем группа прибыла в зону операции. Пока ехали, Тейлза не покидало чувство – нет, они не ошиблись, когда подумали, что Эми – это та самая Эми. В ней есть что-то такое… знакомое, что-то, свойственное настоящей Эми. Поведение, жестикуляция, даже эти мелочи... Но на одних домыслах подойти и сказать в лицо «Ты та, кого мы ищем»? Нет, так не пойдёт. Когда подъехали, все спешились, гул мотора стих, подошвы застучали по твёрдому асфальту. Эми раздала каждому радиостанции, уже настроенные на общий канал. Руки провёл краткий инструктаж, и лис с ехидной заодно узнали позывные команды: Эми – Нелин, Артём – Демос, Роб, след которого уже успел простыть – Кира, енот по имени Тротил – просто Тротил, Руки – Альфа. Это был самый подходящий момент для мелких манипуляций Тейлза, движений, которые бы никто не заметил. Учитывая, что он и Наклз взяли в качестве позывных свои настоящие имена или существующие прозвище, командир лишь кивнул, разрешил, настояв на одном – огонь на поражение, но без фанатизма. Пожелав удачи, Альфа двинулся вслед за Робом, который исчез ещё до прибытия остальной группы, это типично для снайпера. Видимо, уже устроился поудобнее на крыше или в развалинах с хорошим обзором. Первым вперёд пошёл Наклз, как обычно – в лоб, через парадный вход, даже не удосужившись изучить план. Команда не стала возражать, каждый работает в своей манере. Следом, бурча что-то себе под нос, выдвинулся Артём. Тейлз с Тротилом пошли в обход, через чёрный вход. Роб обеспечивает снайперскую поддержку обеим группам, а Эми осталась на связи, координирует их действия с командного центра. Она развернула в машине антенну, подключила терминал, надела гарнитуру – и теперь весь отряд был на одной волне, в прямом и переносном смысле. И пока Тейлз с Тротилом пробирались скрытно, стараясь не шуметь, Наклз как всегда ушёл вперёд и вломился прямо через парадный вход, эффектно появившись перед террористами, заодно впечатав охранника в стену. Второй в это время отошёл «по нужде», и Артём нейтрализовал его втихую, когда тот уже расстёгивал молнию. Следующее движение ехидны – выхватить гранатомёт. Всё в одном рывке: прицел, замах и пуск. Один из боевиков успел только вскрикнуть, завидев оружие, но было поздно. Граната полетела, хлопнула, и началось. Взрыв накрыл группу мгновенно. Кровавый лего-конструктор, стены в решето, тела разорваны, кому-то оторвало пол туловища, кто-то упал с торчащим в черепе куском металла. Ни одного не зацепленного. Весь муравейник поднялся на дыбы и сразу же открыл ответный огонь. Артём и Наклз заныкались по разным сторонам, когда начался шквал – всё хлестало, стреляли на подавление. Потом – резко тишина. Ехидна насторожился, ловя слухом каждое движение. И не зря – что-то покатилось к ним с глухим, перекатывающим звуком. Граната. Реакция последовала молниеносная, он рванулся к гранате и откинул её обратно, быстро спрятавшись за угол под свистящими у головы пулями. Бабах! – взрыв прямо на перекрёстке. Огонь подавлен. Кто выжил – молчит. Наклз, тяжело дыша, облокотился на стену: – Нехилые у вас тут враги... – Не совсем, обычно они слабее, – сказал Артём, взглянул из укрытия, выждал несколько секунд и двинулся вперёд. Наклз прикрывал его с гранатомётом наготове. Артём у стены подал знак: «Подходи». Ехидна кивнул, подкрался. Молча, на счёт раз, два, три – оба резко выскочили за угол. Наклз увидел справа лишь пустой коридор, вытянутый, освещённый. И тут Артём резко схватил его за плечо: – Твою мать! Ехидна замер, увидев, как перед носом со свистом пролетает крупнокалиберное средство от свинцовой недостаточности. Пули, толстые, как палец, дырявят стену в хлам, куски бетона летят во все стороны. Но вот стрельба стихла и Наклз аккуратно выглянул. Перед ним оказался чёрный металлический монстр, трёхствольный, с длинной пулемётной лентой, медленно вращающейся, как баранка. И как только морда Наклза показалась из-за угла, баранка пошла в разнос. – О, чёрт! – только и успел выдохнуть он, отскакивая назад. И тут началось. Гул, словно ураган в туннеле. Свинцовой волной срикошетило всё – стены, бетон, тела. Пули дробили, рвали, швыряли, превращая жмуров в фарш, в обломки, в мокрые пятна. Стена – в решето, воздух – в визг и треск. Местами металл раскалён, местами искры, и всё это без передышки. И вот только когда стволы охрипли и чудище дало затяжку на перезарядку, наступила тишина. Наклз и Артём переглянулись. – М-да... – протянул ехидна, качнув головой, – Похоже, наше наступление потерпело фиаско. В то же время Тейлз услышал о проблемах группы отвлечения, нахмурился, взглянул на напарника. – Жди здесь, – бросил он, уже опускаясь на одно колено. До запасного выхода рукой подать, но им понадобится, чтобы внутри кто-то громко пошумел, отвлёк по максимуму. Достав терминал, он подключил его к радиостанции и, стиснув зубы, сказал в эфир: – Наклз, Деймос, стойте. Пока не двигайтесь. Посмотрю, что смогу сделать! В этот же миг из короба на спине ехидны, незаметно подложенного Тейлзом ещё в начале, выполз разведдроид. Маленький, плоский, с тонкими лапами-полозьями. Он слегка стукнулся о пол, и тут же пополз вперёд вдоль стены. Металлическая турель в дальнем конце коридора даже не шелохнулась – маленький дроид для неё даже не шум в фоне, особенно с учётом правильной траектории. Тейлз помнил эту турель. Её силовую схему, и как сам однажды переделывал её по приказу Эггмана. Киберпространство играет по его же воспоминаниям. Что ж... иногда это даже удобно. Главное – не спешить, действовать медленно, мягко. И вот – дроид под основанием турели. Одно нажатие. Перегрузка по контроллеру, всплеск сигнала в обход блокировки. Щёлк. Турель застыла. Защита от перегрузки стала бесполезной, и мозги сгорели. – Наклзу. Я Тейлз, закончил с точкой. Можете двигаться дальше, – сказал он в рацию. Вышел на середину коридора и добавил: – Только дроида подхватите перед тем, как пойдёте дальше. – Ага, понял, – бросил Наклз, взглянув на Артёма, который в этот момент уже заканчивал осмотр жмуров – пробежался по трупам, их снаряге и пушкам, что-то отметил про себя. Как вдруг в рации хрипнул голос: – Отряд, внимание, я Кира. У террористов высокомощное технологичное оружие, повторяю – высокомощное. Наклз, Деймос, Тейлз, Тротил – будьте предельно аккуратны. Возможно, у них ещё тяжёлое вооружение. Руки тут же подключился: – Кира, я Альфа. Можешь нейтрализовать? – Двоих – да. Но слишком много помех, мусора. Надо бы выкурить их, тогда возьму подчистую. Тейлз, чуть не кусая губу от мысли, влез в эфир: – Наклз и Деймос как раз продвигаются. Могут выманить. – Неплохая идея, Тейлз, но... – тут голос Руки посуровел. – влезать в эфир без вызова не стоит. Мгновение тишины, прежде чем он продолжил: – Наклз, Деймос, вы слышали? Только без фокусов. – Да, я ж сама аккуратность, – хмыкнул ехидна. – Альфа, не волнуйся, – отозвался Артём, – я Деймос, присмотрю за ним. – И нам тоже стоит поторопиться. Сейчас будет жарко, – буркнул енот, вытащив из рюкзака крюк-кошку. – Я пока сниму часового, – добавил, тяжело вздохнув. – Хорошо этим не прислали подкрепления. Он метнул крюк, зацепился, ловко, почти бесшумно полез вверх, цепляясь за щели и ржавые уступы. Добрался прямо к затылку ничего не подозревающего террориста, свалился сверху как тень и воткнул шприц. Тот дёрнулся – и отключился. Тейлз в это время закончил просчитывать маршрут, проверил позиции на терминале и подошёл к Тротилу, который уже стоял над спящим противником и смотрел на него с задумчивым лицом. Лис достал АКС, снял с предохранителя – тот ещё на брифинге был заряжен. Тротил вытащил пистолет, передёрнул затвор. Без слов они пошли внутрь. И тут с глухим эхом разнеслась стрельба. Очереди длинные, с перерывами. Где-то впереди, этажом выше. – Похоже, Наклз нашёл с кем поговорить, – пробормотал енот. – Или они нашли его, – добавил Тейлз. Через пару секунд стрельба стала реже. Потом порывистая. Потом – снова тишина. Затишье перед бурей, часть 3. Пока наверху гремело, внизу всё было на удивление спокойно – внимание первая группа на себя отвлекла. Никто не мешал. Они спускались всё глубже, пока не упёрлись в заблокированную шахту. – Сейчас будет громко, – сказал енот и вытащил заряд. Несколько секунд – и бах. Шахта раскрылась, гулко распахнув коридор. Тротил спрыгнул вниз, и Тейлз за ним. Они думали, что сразу привлекут к себе внимание. Но здесь уже было всё кончено. Кровь. Везде. Стены в дырах от пуль, пятна бурого цвета, высохшие и свежие. Мёртвые люди и Мобианцы. Кого-то разорвало, кого-то прижало, один как будто просто вдавлен в металлическую панель. Другой собран в кучку, кубическими кусками, как будто кто-то сложил мясной пазл. Лужи, внутренности, следы ожогов и клочья одежды. Пахло... мертвечиной и гарью. Тротил ошарашенно оглядывался. – Кто-то тут реально хорошо повеселился, – пробормотал, подняв оторванную руку. Покрутил её в лапах. – Пиздец как хорошо... Тейлз молчал. Стоял, глядя на искалеченные тела. Спокойный, почти отрешённый. Только глаза выдали – напряжение, отвращение, тревога. Без паники. Без рвоты. Без судорожного отступления. – У тебя что, стальные яйца, лис? – произнёс енот, нахмурившись. – Думал, уже расклеишься. Обычно новички от такого или блюют, или в ступор. А ты... Ответа не было. Лис просто шагнул вперёд – плавно, осторожно, будто по минному полю. Тротил только махнул рукой и вздохнул полной грудью. Запах металла и мертвечины ударил его так, что он не смог сдержать рвотный порыв. – Подо... б-буэ!... меня... – начал енот, но фразу закончила струя из желудка. Он согнулся пополам, вцепившись в стену. Тейлз развернулся, подошёл ближе и прикрыл нос. Дышал через рот, сдержанно. Пахло смертью, старой смертью, прилежно просочившейся в бетон. Но его не рвало, было просто противно. Тротил выпрямился, вытер блевотину. Лапа дрожала. – Всё норм... идём, – выдавил он, и они двинулись дальше, вглубь. Комплекс оставался мёртвым. Ни одного живого звука, только хлюпанье по лужам и мерный скрип их шагов по разбитым плитам. Они вышли к развороченной двери. Сквозь щель пробивался резкий холодный свет. – Что-то не так... – прошептал лис и медленно толкнул створку. За ней оказалась лаборатория, вернее то, что от неё осталось. Всё оказалось разнесено. Капсулы разбиты панели оплавлены. – Похоже, наш парень, что устроил тут вечеринку, местный, отсюда! – сказал Тротил, глянув на капсулы. Поставил перед собой рюкзак, что-то там в нём поколдовал и накинул на себя. Потом вдруг заметил что-то, потянулся, взял руками – в перчатках, всё как положено. Лис уставился – и обомлел. В руках енота сверкал синий волос, с чуть тёмными жилками... – Есть идеи, кому он принадлежит? – спросил енот. Лис только буркнул: – Одному старому другу, которого я тоже ищу... Выдрал волос у енота из лап и пошёл к терминалам. Тейлз никак не мог поверить, что Соник мог натворить такое. Даже если это были отъявленные мрази – он бы не стал. Он ведь уже не раз доказывал, что не такой. А если всё же да – тогда объяснение только одно: мы пришли... Мысль обломалась – заорал енот: – Ё-маё, вот это хренотень! Как они её сюда вообще впихнули?! Тейлз, глянь, какая здоровая! Тейлз обернулся – за окном открывался вид на просторное подземное помещение. В центре торчал огромный мех, минимум футов десять в высоту, гуманоидного сложения. А перед выпирающей округлой частью прямо в воздухе левитировала тёмная фигура, смутно похожая на Соника. Вот и подтверждение его опасений. Фигура развернулась и тут же рассеялась, как дым. В тот же момент выпирающая часть меха вспыхнула красным, и раздался гулкий женский голос: – Запуск систем. Диагностика... Красная цилиндрическая часть втянулась обратно. – Все системы в полной работоспособности. Статус машины: онлайн. Мех поднял голову и уставился прямо на Тейлза и Тротила. Тот самыя красный цилиндр теперь светился посреди его «лица». – Проверка директив... Основная задача: ошибка. Установлено неверное значение. Запущен демо-режим. – Что-то мне это совсем не нравится, – буркнул Тротил. Тейлз схватил его за руку и рванул к выходу. Мех шевельнулся и пробил лабораторию насквозь, разнёс всё к чёрту. Следом последовал второй удар, ещё мощнее. Будто эта махина взбиралась, продираясь сквозь стены, ломая их и цепляясь за что попало, осыпая при этом потолок на головы лиса и енота. Когда они, запыхавшись, обернулись, лаборатория уже представляла собой груду обломков с зияюще-чёрной, как провал, дырой вместо окна. – Альфа, у нас ЧП! – проревел Тротил в рацию. – Кажется, мы разбудили их главное оружие! В это же время Наклз и Артём закончили разбираться с террористами наверху. Артём даже удивился – для такого объекта всего восемь человек. – А ты сколько ожидал? – спросил Наклз с недоверием. – Да человек пятьдесят, но никак не... Резкий толчок прервал его. Ехидна моментально напрягся, сразу подготовившись к бою. В ту же секунду в рации зазвучал голос Тротила – и новости были, мягко говоря, не из весёлых. Следом произошёл ещё один толчок, и из пола вылезла странная металлическая голова с красным свечением посередине, будто ободок. У Наклза сразу появилось плохое предчувствие, и Артём разделял его. Они одновременно развернулись и побежали к выходу. Металлическая башка продолжала вылезать, ломая пол, руша стены, обрушивая потолок. Комплекс буквально разваливался на глазах, обваливаясь им на спины. – Что-за хуйня, твою мать, меня жизнь к такому не готовила! – закричал Артём, мчась изо всех сил. Позади бежал Наклз, сквозь грохот и сыплющуюся штукатурку. Внезапно они почувствовали сильный толчок, раздался треск и крики. Волна ударной силы снесла обоих с ног. Наклз вскочил первым и рванулся вперёд, но за спиной послышался голос Артёма. – Ух, сука, нога... А... Беги давай! Наклз не сказал ни слова, но не ушёл. Он развернулся, подбежал, увидел, что Артём прижат балкой и поднял её, чтобы напарник мог вытащить ногу. Артём вытянул её, но сразу стало ясно – без последствий не обошлось. Он хромал. Металлический монстр не дал передышки. Ещё один толчок. Казалось, всё рухнет прямо сейчас. – Надо уходить отсюда, пока он не замуровал нас к чертям! Беги, забудь, я с такой ногой только обуза! – Да знаю я. Ничего, донесу тебя, – ответил Наклз, поднял Артёма, закинул его на плечо и побежал к выходу. Артём скрипел зубами, терпел. А Руки, увидев на горизонте того самого меха, обомлел. Он тут же вышел на связь с остальными силами и запросил немедленную поддержку. Это, чёрт побери, вообще не по их профилю! Здание обрушилось. В рации пронеслось: – Наклз! Деймос! Я Нейлин! Вы живы? Наклз, Деймос, приём! Чёрт... – Да живы мы, живы... Деймос слегка ранен, – тяжело выдохнул Наклз, опуская с плеча Артёма. Тот бессильно дышал, потом отключился. Наклз глянул на его ногу – всё хреново. Вытащил из его аптечки жгут, перетянул выше раны, перекрыв кровь. – Нейлин, я, Наклз. У Деймоса сильная кровопотеря. Без сознания. Первую помощь оказал. – Принято, Наклз. Сможешь дотянуть его до нас? – голос в рации звучал взволнованно. – Да. Сейчас иду с ним, – ответил он, отключил связь и обернулся. За спиной возвышался десятиметровый исполин. Мех окончательно поднялся из развалин, встал на четыре массивные конечности. Наклз перевёл взгляд с него на Артёма и обратно. Сплюнул. Аккуратно поднял напарника на руки и побежал в сторону точки высадки. А где-то в это же время Тейлз, придерживая Тротила, привычно крутился на хвостах, поднимаясь вверх. Мех заговорил: – Статус операции: обнаружено множество целей. Запуск геноци... Внезапно монолог прервался ослепляющей вспышкой. Тейлз успел отвернуться, и Тротил заорал: – Твою! Уворачивайся! Лис увернулся от пролетающей конечности меха, но влетел в стену и случайно отпустил енота. Тот, мягко говоря, был не в восторге – и выронил что-то по пути. – Пиздец, пиздец, пиздец! Тейлз, если я из-за тебя сдохну!.. – вопил Тротил, падая вниз. – Во снах к тебе приду! Он не успел договорить – Тейлз рванул, подхватил его прямо в воздухе. – Фух, успел! – выдохнул он. Енот побелел и весь дрожал от страха. – Не делай так больше, нахрен! – Ха, не дождёшься! – ухмыльнулся Тейлз, подбросил его, перехватил и рванул вверх, ускоряясь. Через несколько секунд в эфире зазвучал голос Эми: – Т-тейлз, Тротил... я... Ней...лин... как... Гарнитура хрипела, сигнал рвался на куски. – Нейлин, я Тейлз! Мы в порядке! – прокричал он, пытаясь пробиться сквозь помехи. Но она продолжала, перебиваемая шумом: – Те...з, Тро...ил... я Ней... живы? – Нейлин, мы в порядке! – повторил Тейлз, уже долетая до пробитой мехом дыры. Тот как раз начинал медленно подниматься. – Твою мать, твою мать! Крути своими пропеллерами, Тейлз, крути, блядь! – взмолился енот, болтаясь внизу, наблюдая, как одна из длинных конечностей меха снова поднимается. К счастью, они уже почти у первого этажа... Ещё секунда – и Тейлз с Тротилом влетели в развалины первого этажа. Приземлился лис грубовато, врезавшись в землю – всё-таки тащить лишний вес в воздухе ему было тяжело. Тяжело дыша, он вышел на связь: – Нейлин, я Тейлз. Мы живы. – Тейлз, я Нейлин. Рада тебя слышать. Немедленно уходи оттуда или найди укрытие! – предупредила Эми. Лис, тяжело дыша, ответил: – Понял... К нему подошёл Тротил, подал руку: – Пора съёбываться. Тейлз ухватился за неё и прохрипел: – Ага... В следующее мгновение они уже бежали прочь из комплекса, на фоне того, как за их спинами поднимался мех. В него снова прилетел ослепляющий лазер и прожёг броню, но махина войны устояла. Встав во весь рост, она развернула ракетные установки и выпустила рой ракет – высоко в небо, выше облаков. Там они зависают, ориентируются по РКС и срываются вниз, прямиком на город. Местный гарнизон не ждал такой атаки. Системы ПРО включились с запозданием. Началась стрельба, и небо вспыхнуло всеми цветами, загремели разрывы. Первые ракеты уже взрывались в воздухе. Тем временем исполин готовил залп. Яркая вспышка – и первый выстрел. Он отразил импульс и начал заряжать следующий. А Тейлз с Тротилом продолжали уносить ноги, и почти выбрались. Пара минут бешеного бега, дыхание сбито, ноги ватные. Наконец добрались. Наклз уже был на месте. К ним вышел волк. Окинул взглядом, кивнул: – Молодцы. Все. На этом наша задача завершена. Дальше – дело сил города. И тут у Тротила резко меняется лицо. Будто что-то вспомнил. Начал шариться по карманам, метаться взглядом. Потом встал как вкопанный и выдал: – Командир... у меня, эм... небольшая проблема. Я, кажется, проебал свой ранец. Ну... тот, что был до отказа набит взрывчаткой. И, похоже, он остался в ноге того меха. – Тротил, стоп. Ты сейчас серьёзно? Ты говоришь, что уронил рюкзак в ногу меха? Он, блядь, вообще взведён? – уточнил Руки. Енот только оскалился: – Обижаешь, командир. Конечно готов! – Тогда взрывай... Нет, отставить. Дождёмся момента. И вот тогда ты подорвёшь свой неожиданный подарок, – сказал волк, улыбнувшись во все зубы. Мы вышли на смотровую. Вид оттуда на меха был прямой, как приговор. Он стоял на четырёх ногах и разворачивал главный калибр в сторону, откуда прилетал лазер. Над корпусом поднимался пар, открывались заслонки – готовился выстрел. И тут внезапно появился луч. Все тут же надели солнцезащитные очки, отражение било по глазам. Одновременно вражеский мех тоже активировал калибр. Лучи встретились. И стало ясно: наш слабеет. Волк бросил взгляд на енота и дал знак. Енот оскалился как маньяк и достал детонатор,: – Время взрывать! – нажал. Тишина. Ничего. Ни вспышки, ни сотрясения. Похоже, не сработало. А тем временем наш луч явно проигрывал – мех со своей стороны давил, и сильно. Нужно было что-то делать. Тейлз вспомнил – рюкзак с терминалом и разведдроидом остался у него. Позвал Эми, подбежал к ней: – Эми! Мне нужно твоё рабочее место! Та, конечно, подумала всякое, уже почти отшила, но сработало другое. – Ладно, пошли, – буркнула она и повела к себе. Тейлз тут же влетел, уселся, удалённо подрубился к своему терминалу, а через него – к дрону. На экране появилась строка приёма команд. Видео – дерьмо. Слайд-шоу, низкий битрейт, почти нечитаемо. Тогда он подключился к антенне, а с неё – напрямую к дрону. Связь стабилизировалась. Управление стало отзывчивым, как и должно быть. Дрон взмыл в воздух, вылетел через дыру в шахту меха, проскочил сквозь пролом в потолке и полетел к передней правой ноге. Но там – пусто. Ничего. Тогда Тейлз поднялся повыше и подлетел к передней левой ноге. Между суставами в щели он заметил ранец. Аккуратно подобрался, подлетел ближе и забрал его. Сперва он хотел взорвать сразу, но потом у него появилась идея получше. Он набрал высоту, дрон взмыл вверх вместе с рюкзаком и завис над центром меха. Тейлз включил тепловизор, и сразу стало ясно, где у него кипит. Настолько горячо, что даже система охлаждения не справляется. По всем косвенным признакам это слабое место. Он аккуратно подлетел к точке перегрева, установил таймер на сорок секунд. Именно столько наш лазер точно ещё продержится. Подтянулся руками вверх, бросил глядя на неё: – Всё, закончил. Потом они с Эми незаметно отошли и встали с остальными, смотреть шоу. Руки был явно не в восторге от самодеятельности Тейлза, но не успел выдать ни слова, как на фоне работы смертоносного лазера на спине меха что-то рвануло. Прямо, чётко. Волк посмотрел на енота, он жутко улыбнулся и сказал: – Сработало. Это сработало! Но, я тут не причём В ту же секунду луч меха задёргался, начал терять мощность. Пошла дестабилизация. Ещё мгновение – и будто изнутри машины раздался глухой взрыв. Спина вспучилась, корпус лопнул под давлением. Даже здесь, на расстоянии, чувствовалась ударная волна. Лазерный луч меха погас, вдоль ствола прошёлся разрыв. И почти сразу наш луч добил – прямо в открывшийся разлом. Это стало последней каплей. Меха разорвало. Конечности отлетели, рухнули на землю. Выдвижная пушка, или то, что от неё осталось, отлетела дальше – прямо в сторону города. Большинство уставилось на Тротила. Только Наклз, Эми и Руки смотрели на Тейлза. Наклз, конечно, хмыкнул, подошёл и, положив руку лису на плечо, сказал: – Красиво ты его подорвал. Не увиливай – твой почерк не заметит только тупой. Эми просто улыбнулась, а Руки с оскалом добавил: – Как я понял, это твоих рук дело? Тейлз кивнул. Волк обнял его и сказал: – Спасибо. Но больше не действуй так сам по себе. Лис только улыбнулся в ответ. Пробуждение ежа. А тем временем, где-то в трущобах города, скрывался тёмно-синий ёж. Его терзали странные, смешаные воспоминания, как будто что-то влезло в голову, подменило прошлое, вбросило чужие, но почему-то знакомые образы. Голоса внутри требовали: «Убей. Отомсти». Он держался за стену, сползал вниз, без сил. Его трясло. И снова кошмар. Он видел, как всё началось. Он помнил, как проснулся – в ледяной воде, пронизывающей каждую клетку. Вокруг стояли странные люди в белых халатах. Между ним и людьми оказалось толстое стекло. Ни сил, ни голоса. Сознание стало мутное, тело ватное. Вдруг мгновенно он пришёл в себя. Стало легче, сил прибавилось. И тут раздался голос: – Приветик, мой друг. Ты собираешься долго прохлаждаться? Он не мог вспомнить, чей это голос, но он уже бесил. Настолько, что казалось правильным его проигнорить. Снаружи те же люди в белом о чём-то спорили с Мобианцами. Напротив него стояла капсула, и внутри синело что-то похожее на него. Почти ёж. Почти... Но он опять не мог ни говорить, ни пошевелиться. Только провалиться дальше. Цепкие руки сна взяли его за разум – и потянули вниз, в забытьё. Он очнулся сразу, как только где-то сбоку зазвучал голос – знакомый и чужой одновременно: – Скучно, скучно... я скучаю. Может, повеселимся? Он оттолкнул этот голос, выкинул из головы. Взглянул вперёд. Перед ним стояла женщина. Он моргнул, шевельнул пальцами. Она это заметила и впала в ступор. Но затем вдруг рванула прочь, закричав: – Док! Он очнулся! Он попытался что-то сказать. Получилось только жалкое, срывающееся бульканье: – Г-где... я... На этом силы кончились. И тут сон, будто гончая, снова накинулся, вцепился в сознание, утянул. Прямо в тот момент он успел заметить Мобианца. Тот стоял рядом с женщиной, глядел прямо на него. Хотел двинуться. Хотел выдавить хоть звук. Не смог. Темнота снова взяла верх. Следующий просвет. Он не знал, сколько времени прошло. Может, минута. Может, неделя. И снова этот голос: – Вижу, мы начали не с той ноги. Может, поговорим? Построим доверительные отношения, сосед? Ему всё это казалось фальшью. Фикцией. Голос будто выжидал, ждал, когда его впустят. Когда он станет ещё слабее. Но он не дурак. Он снова выкинул голос из головы. Тот отозвался: – Зря, зря... Ладно. Позже напомню тебе, кто ты. И исчез. Поле зрения прояснилось. Перед капсулой стоял Мобианец, по виду – кролик. Рядом всё та же женщина в халате. Он поднял руку, прислонил к стеклу. Они заметили это. Кроль вздрогнул, взял планшет, что-то быстро написал и показал: Ты понимаешь нас? Он кивнул. Сил на это хватило. Даже больше – движение далось удивительно легко. Следующий вопрос: Ты что-нибудь помнишь? Он не особо задумался над вопросом. Но как только его задали – попробовал вспомнить... И ничего. Чисто. Пусто. Будто кто-то прошёлся щёткой по мозгам, всё вычистил до скрипа. Он всерьёз встревожился. Почти сразу кроль с женщиной что-то нажали, и сознание поплыло, затуманилось. Дальше помнились только обрывки. Каждый раз, когда он приходил в себя, кроль был рядом. На планшете снова и снова появлялось: Ты – воскрешённый герой. Соник. Многие криминальные группировки против тебя. Они хотят твоей смерти. Команда распалась. Всё изменилось. Но ему было плевать. Почти на всё. Кроме одного слова. Соник. Соник... Резко, как током, накрыли воспоминания. Каскад образов, запахов, фраз, лиц. Зелёные Холмы. Бег. Свобода. Лис, что всегда рядом. Человек с лысиной и смешным прозвищем – Эггман. Его поклонница. И страшная правда. Он всё вспомнил. Сердце взбесилось. Кроль и женщина что-то поняли и тут же вкололи анестезию – сознание снова плавно потухло. Хотелось поквитаться с ними, орать, убивать. Но вдруг пришло умиротворение. Абсолютное. И темнота. А потом снова свет. Док назвал его Соником. Без сомнений. Писал, что финансирование проекта было свёрнуто ещё до его отчёта. Но это уже неважно. Ты – редкий случай успеха, написал он. Единственный. До тебя – никого. И потому они решили довести всё до конца. Но прежде нужно избавиться от одной аномалии. Док отвлёкся на планшет. И не заметил, как сзади к нему тихо подкралась летучая мышь. Одним движением накинула руку на шею и провела удушающий захват. Быстро. Чётко. Док задыхался, пытался вытащить пистолет, бился спиной об стену. Но было поздно. Она его убила. Затем повернулась, глянула на Соника – он был в ярости. Передала что-то по рации. И тогда в помещение ворвались вооружённые люди. Без предупреждений они стреляли во всё, что шевелится. Даже в тех, кто поднял руки. Без разбора. Без шанса. Один из вооружённых подошёл и что-то сказал летучей мыши, потом глянул на него, в его взгляде читалась ехидная усмешка. Он направил ствол на Соника, сказал что-то ещё и выстрелил. Первый выстрел не пробил стекло. Второй тоже. И в этот момент в голове Соника раздался голос Игниса: – О, ты вспомнил. Хотя это уже не важно. Важно другое – пора выбираться. Тебе так не кажется? – Чёртов Игнис сейчас как никогда прав, – выдохнул Соник под шквалом огня. Стекло капсулы медленно прогибалось. Пошли трещины. К тому же внутри него поднималось какое-то странное, необъяснимое чувство. Но он отбросил его, сказал: – Пора показать этим солдафонам! Сил появилось как никогда. Он чувствовал, что может всё. Подгадав момент, он свернулся в спиндэш. Солдаты среагировали быстро и рванули врассыпную, но тот, что был в центре, не успел. Его разнесло ударом вместе с капсулой. Соник встал посреди комнаты, и в ту же секунду прозвучала очередь. Он уклонился с лёгкостью и подошёл к ближайшему, собираясь оглушить. Но заметил – рядом лежит та самая женщина. Мёртвая. И ещё несколько её коллег. Что-то внутри него сорвалось с цепи. Соник одним ударом – резким, молниеносным – пробил солдату ключицу. Поднял его, прошив обе бронеплиты насквозь. Остальные запаниковали. Кто-то стрелял в ответ, кто-то забился за укрытие. Но Соника не волновало, в каком порядке они умрут. Важно, что умрут. Он двигался слишком быстро. Выбивал у них оружие, сам брал их стволы и прикладывал к их же головам. Некоторых хватал за руки и швырял в других с такой скоростью, что те не успевали понять, кто в кого полетел. И тут он заметил тень. Летучая мышь. Та самая. Он подошёл. Она начала стрелять, но он снова увернулся. И в этот миг в голове снова всплыл голос: – Прекрасно. Ты хорошо потрудился, исполняя правосудие. Зло наказано. Но давай разнообразим подход! – Ну, давай! – злобно сказал Соник, глядя прямо ей в глаза. Она сглотнула и метнулась прочь, пытаясь скрыться. Но Соник всё это уже видел. Он обогнал её на скорости так, что она даже не заметила, что он уже ждёт её впереди. Эта преступница. Она ответит за Дока. – И у меня есть одна прекрасная идейка. Думаю, лучше будет посмотреть, – сказал голос. В тот миг, когда она вбежала в ловушку, рука Соника сама поднялась. Мышь наткнулась на невидимую стену. Побежала влево, потом вправо – та же история. Попробовала прорваться к нему – ни сантиметра. В панике взлетела вверх, всадила очередь в потолок – пули сжались, гильзы звякнули на пол. Ни одной трещины. Ни царапины. Она снова взглянула на него. В её глазах был виден страх. Настоящий. Животный. А у Соника дёрнулись губы. Он улыбался, неосознанно. Просто лыбился, как маньяк. И этот взгляд, и её паника – будто топливо. Осталось только засмеяться и послушать её истошные вопли... но нет, пока хватит. По лёгкому движению его руки потолок начал сжиматься в куб. Грани сдвигаются. Девушка закричала, выпустила всё, что было, в стены – глупо. Металась, молилась, вцеплялась в воздух, но бесполезно. Куб сжал её. Медленно. Хладнокровно. До тридцати сантиметров со всех сторон. Всё. Кровь литрами хлынула на пол, когда мясной куб с глухим звуком рухнул. – Ну, как, нравится? – спросил Игнис. Соник стоял в тишине. И с каким-то странным восторгом прошептал: – Это зашибенно... я никогда так себя не чувствовал... Дверь распахнулась и ворвались ещё десять солдат. Он встретил их гостеприимно – кто-то был сразу расплющен на месте, кто-то переломан и выброшен в стены. Он даже не считал их, просто шёл и уничтожал. Новая группа. Новая порция трупов. Он стоял по колено в крови. Крови, которую сам пролил. И это приносило кайф. Но кайф он ощущал не свой. Навязанный. Как будто кто-то изнутри щёлкает тумблеры, включает режимы. И тут – голос. – Соник... С-Соник! Голос... её голос. Эми Роуз. Всё оборвалось как по щелчку. Он сорвался с места, буквально переместился к источнику. Перед глазами – огромный робот с цилиндрической установкой. Взрыв. Свет. Шум. – Это подкрепление?.. – была его первая мысль, но он тут же одёрнул себя. Хватит. Хватит этой бессмысленной бойни. И тут он заметил рыжего лиса с енотом в армейской экипировке. Странные чувства накрыли с новой силой, а голос прошипел: – Ну, ты чего... это же подкрепление тех убийц! Соник колебался, пока не заметил: у лиса два хвоста. Внутри всё сжалось. Его будто отпустило и одновременно ударило. А голос – другой, более настойчивый – продолжил: – Это точно они. Подкрепление. Ты должен их убить. Иначе все смерти были напрасны! Соник опустил взгляд на свои окровавленные руки, а голоса настаивали: – Ты же герой! Борец за справедливость! Ты их не спас, так хотя бы отомсти! Он стиснул зубы: – Нет... – Не ври себе. Правосудие должно быть совершено. И кому, как не тебе, его вершить? Убей их! Соник дрожал. Его сотрясало. И тут енот посмотрел в сторону меха, поднял брови и сказал: – Какая здоровая хренотень... да как они её сюда поместили? Тейлз, взгляни! Соника бросило в озноб. Он услышал это имя. Это имя. Если это Тейлз... Тейлз... – Нет... О боже. Что я наделал... – Да не будь ты тряпкой! – давили голоса. – Убей свидетелей! Соник не выдержал. Закричал: – НЕТ!! И вдруг исчез. Переместился и даже не понял как. Просто оказался один в какой-то подворотне. Грязь, дым, чёрные стены. Он еле держался на ногах. Всё тело гудело, а силы уходили. – Ну и зачем было себя так изводить? – снова подал голос Игнис. Соник выдохнул: – Я больше не буду играть под твою дудку. Но признаю – сила... завораживающая. Я чуть не потерял себя. – Лучше бы потерял. Было бы быстрее, – раздался голос. Вслед за ним – второй: – Я ждал этого момента. Но ты всё испортил! Третий: – Ну зачем ты сдерживался? Отдался бы полностью, и было бы весело наблюдать за этим! Четвёртый: – Ха-ха! Да он слабак. Идиот, а никакой не герой. Лучше быть маньяком и творить геноцид, на это ты точно способен! – Достаточно! – пронёсся резкий, грозный голос Игниса. Соник из последних сил стиснул голову руками, будто пытался заткнуть всё это внутри. – Извини за сегодня, – сказал Игнис спокойнее. – Да, слегка перегнул, но ты держался молодцом! Хе-хе. Дальше будет только веселее. – Я так и думал... – прохрипел Соник. Он упёрся спиной в стену, медленно сполз вниз. Силы покидали его. Сон накрывал, тянул в чёрную теплоту забвения. – Эх, ну вот он и уснул. Скучно! – буркнул один из голосов. Игнис произнёс: – Ничего, друг. Спи. Ты ещё вспомнишь своё настоящее. Моё прошлое. А своё будущее. – Что это тебя потянуло на откровения? – с сарказмом отозвался оригинальный Соник. – Решил покаяться? – Даже не знаю, – спокойно ответил Игнис. – Просто захотелось. Может, вы станете сговорчивее. Хотя, кого я обманываю... Нет. Но для разнообразия – неплохо. – В тебе ни капли раскаяния. Ты только и делаешь, что извращаешь само понятие правосудия, – прорычал Соник. – Похоже, тебе не хватило морей крови, – усмехнулся Игнис. – Может, слетаем на Землю? – Не смей! – возмутился внутренний голос. Но тот, кто управлял телом, усмехнулся: – Да не переживай. Скоро и Тейлз присоединится. А пока займёмся... следующей планетой. Он парил в космосе, среди обломков разбитого флота, уцелевших фрагментов оборонной станции. Между распоротыми кольцами безопасности вокруг планеты, которая никогда не погружается в ночь. Там, где небоскрёбы пронзают стратосферу. Внеземной гость медленно поднял руки, готовясь пополнить свою бессмертную армию новым населением планеты. Что он собирался делать с ними, Соник не знал, и это пугало больше всего. Пугало то, насколько далеко мог зайти Игнис. Он мог буквально телепортировать подконтрольных ему существ, проникать сквозь любые барьеры и начать вторжение на Землю, устроив резню невиданных масштабов. Соник не мог ничего изменить. Ему оставалось только надеяться, что его двойник и те немногие друзья, что, возможно, ещё живы, смогут остановить это. Что эта тварь до них ещё не добралась. – Эх, Соник, ты слишком плохо обо мне думаешь, – вздохнул Игнис, влетая в один из небоскрёбов. Он начал зачистку всего здания, уничтожая всё на своём пути. Службы безопасности среагировали: пятеро охранников с плазменным, лазерным и рельсотронным оружием попытались остановить его. Игнис двигался точно и хладнокровно, легко уклоняясь от выстрелов. Он приблизился к одному из охранников и заставил того выстрелить в двоих товарищей. Затем взял бойца с лазером как щит против обезумевшего плазменщика. После этого переместился к человеку с рельсотроном, навёл оружие на оставшегося противника и выстрелил. Последний, осознав, что натворил, заорал, но Игнис выхватил из кобуры пистолет и застрелил его в упор. Он поднял тела убитых, подчинил их и с новым отрядом спустился на этаж ниже. Там он продолжил уничтожение местного населения. Так он продвигался всё ниже, пока не достиг самого нижнего уровня этой планеты – задымлённого, угрюмого, утонувшего в тяжёлой промышленной гарью. К этому моменту у него уже была армия из сотен тысяч местных жителей, полностью подвластных его воле. Он отдал приказ штурмовать башни, а сам направился в центр правительства. Позднее это событие назовут «Месяцем раскола и крови». Тогда правительство окончательно утратило контроль, начало войну против самого себя и применило всё, что до этого считалось слишком жестоким даже по меркам тоталитарных режимов. А всё началось с одержимого Соника. После раскола он быстро подменил лидеров государств и втянул их в бойню друг с другом, непрекращающуюся бойню. У неё не было ни края, ни конца. Бессмысленная, кровавая, механическая. Каждый убитый не попадал ни в рай, ни в перерождение, никуда, где можно было бы обрести покой. Их ждал бессрочный, принудительный контракт – место в его бессмертной армии. Контракт, от которого нельзя было отказаться. Рабский. События после пробуждения, начало бури. Пока команда Соника билась, чтобы вернуть Эми Роуз в новое тело, доктор Айво Роботник уже выковал себе новую руку и начал работать с их новыми телами. Но мир не стал ни на каплю спокойней. Даже попытки Эггмана-01 стабилизировать ситуацию не дали ровным счётом ничего. Главные бессмертные бестии остались. Особенно заражённая Эми Роуз, которая с бешеной мотивацией крушит города, валит мегаполисы, кладёт сотни и тысячи жителей, которые, к слову, снова поднимаются, и против которых безрезультатно рубится армия роботов Эггмана и GUN. Последние вообще обуза, скорее опасный балласт, чем союзники: в любой момент могут сыграть на стороне врага. Стратег это хорошо понимал и передал прямой контакт роботам, а живые силы скинул либо на эвакуацию, либо в артподдержку и техническое обеспечение. Толку, правда, как с козла молока против почти бессмертного врага. И какая ирония: у роботов один погибает – двое новых на конвейере. У легиона безумных маньяков – никто. Ситуация вроде бы «положительная динамика», можно было бы сказать. Но эти твари не только используют навыки при жизни, а ещё развиваются, эволюционируют, становятся опаснее, сложнее, и загнать их обратно в могилу – всё менее рентабельно. Эггман-01 боится этого. Эггман сам боится. Но время не на их стороне. А в киберпространстве после битвы Руки отправил всех в штаб, сам отчитался перед начальством. Правда, Артёма увезли на скорой – единственный серьёзно пострадавший, и это ещё радовало командира. Тем временем Соник где-то в подворотнях на секунду пришёл в себя, но слабость не дала подняться. Он услышал шаги и голоса: – Эй, милашка, не против провести с нами веч... Ух... – послышался резкий удар. – А ну стой... – второй заорал, но его голос прервался. – Не надо, Арчи, они того не стоят... – спокойно сказала женщина. – Хорошо, мисс, но... – ответил мужик. По голосу ёж так и не понял кто это, он вообще никого не видел, но женский голос был чертовски похож на Эми Роуз. Мысль оборвалась криком: – Ааа! – И уже грозным голосом: – Ну, парочку рук я им всё же сломаю, чтобы впредь не лезли насиловать! Понял? Ещё раз увижу... – Арчи! – женский голос откликнулся с заметным нажимом. – Ладно, ладно, – будто умывая руки сказал мужской, и звуки шагов начали приближаться. Рос и интерес Соника и его желание убедиться, наша ли это Эми Роуз или он ошибся. Настал момент истины – каблуки прямо перед ним, нужно произнести хоть слово, но сил у Соника оказалось как воды в сезон засухи, катастрофически мало, будто вовсе нет. И, собрав последние крохи, синий ёж приподнялся и прокричал: – Эми, Эми Роуз, постой, подожди! – Правда, он смог выдавить членораздельно только первые три слова, остальное скатилось в бессвязное мычание. Язык заплёлся, силы ушли. Соник рухнул. – Кто меня звал? – спросила девушка. – Мисс, что-то случилось? – отозвался мужской голос. – Ты меня не звал? – уточнила она. – Нет, мэм, – сказал он. – Может, послышалось... – она начала уходить. – Ну зачем ты вообще явился, Арчи? Я хотела устроиться сама! – Ну, так вы устроились? – спросил мужчина. – Нет, и всё из-за жёлтой выскочки, наверняка по блату... Арчи, у меня есть одна идейка... – Эми, мэм... – неуверенно сказал мужчина. – Можешь нарыть на него инфу и разобраться? Лис, двухвостый, лет шестнадцать или четырнадцать, жёлтый. – Но Эми, это же... – начал мужчина, но она его оборвала: – Никаких «но», Арчи. Я сама хотела пройти и посмотреть изнутри, но кто-то решил вмешаться. Ты знаешь, что нужно делать, да? – Да, – угрюмо согласился он. В этот же миг силы Соника кончились окончательно, и сознание покинуло его. В это время группа Авангарда вернулась. Эдуард загнал машину в подземную парковку. Первым вышел Роб с небольшой сумкой, лениво потянулся. Следом Наклз с Тейлзом, за ними Эми и Тротил, белый как мел. – Ну как, неплохая работёнка была, да, новенькие? – начал Роб. – Роб, не начинай... – попыталась заткнуть его волчица, но тот вызывал лифт и не мог уняться: – Ну ты чего, я всего-то хотел разрядить обстановку! Вон смотри как Тротил напрягся, аж сезон попутал! – Роб! – злобно прорычала Эми, но Роб как будто не слышал её: – Ну посмотри на него сама, он же сейчас кони двинет от волнения. А я просто пытаюсь отвлечь его от неприятных мыслей... – Ага, знаю я твоё отвлечь! – сказала волчица, но не успела договорить, внезапно прорезался голос енота: – А это неплохая идея, Роб, мне и правда нужно немного отвлечься, и у меня есть прекрасная идейка! –Тротил оскалился в улыбке во все зубы, но эта улыбка всем присутствующим сильно не понравилась, Роб даже сглотнул: – Ага... – но не очень хорошее предчувствие появилось у всех, и Эми тяжело вздохнула. А енот с большим удовольствием продолжил: – Только послушай, она тебе точно придёт по нраву! Смотри, у меня завалялось неприлично много Тротила, Тетрила, Пластида, Гексогена и ещё много других гротескных названий, и списывать их просто так жаль. Но ты подсказал мне выход, даже скорее пробудил одну забытую мечту – исполнить знаменитый полёт барона Мюнхгаузена, правда без ядра и на жопно-разрывной тяге! – Он снова во весь рот улыбнулся, даже Робу стало не по себе, и продолжил: – Готов стать первым и последним астронавтом-испытателем? – Ага, ещё и Лунтика там поищем... – попытался отшутиться Роб, – Ты же не серьезно, да? Тротил не ответил, лишь многозначительно покачал головой, ни на секунду не преставая жутковато лыбиться, и посмотрел на коллег с молчаливым вопросом: «Вы же сами поняли?..» Молчание было красноречивее любого ответа, Роб лишь сказал: – М-да, какие же вы зануды! Наконец пришёл лифт. Роб, закинув Руки за шею, первым вышел и буркнул: – С вами скучно! – и направился в арсенал. Следом двинулись остальные. Наклз пошёл за Робом и бросил лису: – Я подожду тебя в зале, после разборов полётов... если они вообще будут. Тротил вышел с той же жутковатой ухмылкой, которая явно не сулила ничего хорошего. Тейлз с беспокойством спросил у Эми: – А это нормально... ну, его состояние? – Да, всё нормально. Оставь его ненадолго, он придёт в себя, – успокоила она. – Давай иди с остальными, сдай снаряжение и передай, чтобы ждали в зале и не расходились. Тейлз кивнул, отошёл, и услышал её тихое: – Правда, не знаю, насколько он в порядке... эх, добавил ты мне забот, чёртов летучий баламут. Дальше всё прошло без происшествий. Тейлз с Наклзом сдали уже потрёпанную экипировку. У ехидны она была потрёпана серьёзней и шла в ремонт. Оружие прочистили, уложили по шкафчикам. Для этого, конечно, заглянули к Спиди, который приветствовал их своим вечным медленным: – О-о-о, в-ы-в-е-р-н-у-л-и-с-сь... к-а-к-в-а-м п-е-р-в-ы-й д-е-н-нь? И всё бы ничего, если бы Наклз, помня прошлое посещение, не шарахался от него всеми силами. В итоге он сдал снарягу и БК только через Тейлза. Правда, тому пришлось расписаться и за себя, и за Наклза. И не надо говорить, что ждать ехидну у него в планах не было. Лис спокойно взял ручку и вывел пару подписей: сначала за себя, потом за Наклза. Спиди пока что никак не среагировал. В этот же миг вошёл Роб. Слегка вздохнул, молча уселся, вытащил из кейса сложенную снайперскую винтовку. Разобрал, аккуратно прочистил каждую деталь от нагара, уложил в свой шкафчик. Разрядил магазины, направился к ленивцу. На морде проскользнула скользкая ухмылка. А Тейлз, не замечая его, выводил подпись Наклза так, чтобы выглядело максимально похоже, о реакции ленивца даже не задумался, хотя уже наблюдал её в замедленном кадре: его складки лица морщились, выражение становилось всё мрачнее. Роб подошёл, заглянул лису за плечо и хмыкнул: – Ага... что у нас тут, за красножопого голубка-бугая сдаёшь? Тейлз резко уставился на него, как на недоразумение и имбецила в одном лице. Несколько секунд, но хватило, чтобы воздух стал тяжёлым. Роб дёрнулся и чуть отступил: – Ладно-ладно, это всего лишь шутка. Долго ещё будешь выводить каракули своего друга? Тейлз опомнился, довёл подпись до конца и, уступая место летучей мыши, сказал: – Лучше с Наклзом не шути. Если тебе, конечно, дороги целые кости и не хочется в подарок сломанные конечности плюс ЧМТ. – Это типа всё включено, да? – отмахнулся Роб, но в голосе уже чувствовалось осознание, что шутка явно не зашла. – Ага, – бросил лис и вышел из арсенала. За дверью его ждал Наклз, облокотившись на стену и скрестив руки на груди: – Хм, а ты вышел чуть раньше, чем в прошлый раз. Вижу, долгой беседы удалось избежать. – Да, один летучий весельчак решил не ставить палки в колёса, – сказал Тейлз, закинув Руки за шею. И они отправились в зал. В это время Роб уже сдал оружие, как и волчица Эми. Эдуард закончил возиться с машиной и привёз Руки – следовательно, он тоже сдал. Остался только Тротил. Правда, он слегка расклеился... или лучше сказать, съехал с катушек. Из вентиляции то и дело доносился его маниакальный смех и грохот взрывов. Все вошли в зал, кроме одного. Волк подождал ещё минуту, пока все не притихли. В руках у него был лист. – Кхм, – начал командир, обращая на себя внимание. – Похоже, собрались все. Итак, отлично поработали, – и вдруг глянул прямо на лиса. – Особенно ты, Тейлз. Не ожидал. Признаю, не знаю, удалось бы нам предотвратить катастрофу без тебя. Ещё и Артём ранен. Кстати, где Тротил? – Тротил... ну это... – волчица слегка опустила взгляд, будто указывая вниз. – Ну, понятно, – кивнул волк. – Передай ему мои поздравления, когда придёт в себя. Если нужно, можем определить его в санаторий. Как считаешь, Тейлз? – Эм, я? – Тейлз даже не сразу понял, что вопрос обращён к нему. – Ты был с ним, так что знаешь не понаслышке, что он видел. И по твоему виду не скажешь, что особо тяжело... – сказал Руки, оценивая его. Правда, он не знал, что по лису лучше не судить, ведь сломанного более сломанным всё равно не сделать. А Тейлз задумался: «Ладно, он был с ним и всё это пережил, но это ж ни хрена не значит. Он его знает всего ничего. Думаю, Руки или Эми куда лучше могут оценить состояние» Он не заметил, как проговорил это вслух. Руки только кивнул: – И верно. Тогда расскажи, что там случилось, в подробностях. Тейлз начал: как они с енотом проникли на нижний уровень и увидели кровавую баню – по-другому не назвать. В подробности не вдавался, чтобы лишний раз не вспоминать. Рассказал, как наткнулись на лабораторию. Про синего друга промолчал. Сказал, что лаборатория уже была разрушена, и каким-то образом они активировали того меха – видимо, он среагировал на их появление. Хотя сам Тейлз думал, что активировал наверняка Соник. Намеренно или случайно? Очень надеется на второе. Но где-то глубоко внутри подрагивала тревога насчёт первого. Напарники слушали и всё больше напрягались, особенно Эми. Роб только отшучивался и в середине сказал, что пойдёт проветриться. Руки темнел всё больше, его слишком напрягали разбитые капсулы – кто-то мог вырваться. Наклз стоял невозмутимо, опершись на стену, и даже бровью не повёл. К концу рассказа волк спросил: – Понятно. Как себя чувствуешь? – Да нормально. – почесал затылок Тейлз. Про себя Руки отметил: что же этот лис видел раньше, если даже после всего этого остался невозмутимым. Эми думала также. А Наклз смотрел на Тейлза с тревогой – реакция казалась ненормальной. Хотя… ему ли судить. Но в какой-то момент заметил: лис что-то скрыл. Еле заметно, но от старого друга такое не уйдёт. После рассказа всех отпустили. Наклз пошёл вслед за Тейлзом – им нужно было поговорить. В его словах явно что-то не сходилось, и сейчас лис был мрачен, мрачнее тучи. – Ты точно в порядке? – спросил он, когда Тейлз подошёл к автомату, выбрал газировку и купил банку. – Я знаю это выражение лица, – продолжил Наклз. Тейлз обернулся. Грустный, уши поникли, на лице появилась печальная улыбка: – Знаешь, только сейчас подумал, что жизнь довольно забавная штука... – Да-да, очень забавная. Давай к сути! – прямолинейно отрезал Наклз, вглядываясь в него. Лис сжал банку. Улыбка мгновенно исчезла. – У нас огромная проблема, – сказал он и достал из кармана найденный волос. Наклз сразу помрачнел. – Чёрт... только этого ещё не хватало. – Да... мне кажется, это... С-соник сделал. То в лаборатории... Х-хотя у него просто не было выбора, – пробормотал лис, заикаясь, сбивчиво, с опущенными ушами. Слишком тяжело было это признать. Наклз тоже понял. Он положил руку ему на плечо: – Да, тоже надеюсь, что у него просто не было выбора. Тейлз лишь кивнул, глубоко вздохнул. – Ладно, пойду поищу информацию про Эми Роуз. – Вот, это уже по-нашему! – гордо заявил Наклз. – Ага... – выдохнул лис, подкинул ему напиток, сам заказал ещё и пошёл вперёд. Ехидна последовал за ним: – Но ты как? – Да в порядке я! – сказал Тейлз, но Наклза это не убедило. На следующий день Руки распорядился дать лису выходных дня три – хотя бы морально отдохнуть. Его сомнений слова лиса не сняли, психическое состояние выглядело шатким. На следующей неделе волк задумал провести групповое психологическое тестирование с упором на новеньких, и особенно на Тротила. Еноту вообще выделили неделю отдыха: «оттянуться, прийти в себя». Но на всякий случай к нему приставили пару человек, чтобы не натворил хрени. А пока Тейлз копался в киберпространстве, выискивал следы Эми Роуз – где она, чем живёт, и всё больше задавался вопросом: «где же она на самом деле?» Наклз тем временем прочёсывал улицы города, патрулировал и параллельно искал следы синего ежа и розовой ёжихи. Хотя сомневался: внешний вид тут может быть любым, и ничего не мешает им прикинуться кем угодно. Особенно помня, как его самого уже раз запирала подобная технология. Доктору Эггману, то есть мне, искать никого не требуется – как и в старые добрые времена, так называемые «герои» сами являются в гости. Теперь они действуют уже не в одиночку, а целым роем, с армией, и, заметьте, без своей синей помехи. Всё предсказуемо до смешного. Сигнализация взвыла, бункер ощутимо содрогнулся. Впрочем, строился он ещё в ту эпоху, когда правительства руками частных корпораций устраивали экспедиции в самые малоизученные и небезопасные уголки планеты в жажде древних знаний и сомнительных открытий. Холодная война гегемонов требовала пищи для амбиций. Но, к счастью для меня и к несчастью для них, корпорации ничего действительно ценного не нашли. Точнее, не успели. Разорились, не выдержав собственных ошибок и моих тогдашних якобы грандиозных неудач. Ещё один толчок вывел меня из воспоминаний. – Нужно выяснить, что там происходит, – сказал я вслух и разложил перед собой клавиатуру. Раскат кейпроллера, мясорубка в останках Древних руин. Подключился к спутниковой системе GUN, параллельно проверяя камеры. Все внешние, уцелевшие после прошлого нападения, теперь пополнили ряды выведенных из строя. Картина, прямо скажем, не обнадёживающая. К спутниковой сети, скажем, подключиться труда не составило. Одно звено из пяти как раз вошло в зону вокруг базы – прекрасная возможность оценить обстановку и подсчитать убытки. И, признаться, они превысили все возможные прогнозы. На рабочий экран я вывел подробное изображение, на средний – общий тактический план. Вся поверхность вокруг базы, ещё недавно зеленевшая, пусть и изрядно пострадавшая после предыдущих нападений, теперь превратилась в выжженную радиоактивную пустошь. Тлеющие пепельные деревья – лишь карикатурное напоминание о густых джунглях, что когда-то тянулись в этой области. Теперь только обугленные останки древних руин, чудом уцелевшие. А у самого подножия зияла гигантская воронка, в глубине которой поблёскивала раскалённым металлом плита геофронта. Но куда больше меня тревожило не это. По всем направлениям двигалась заражённая армия – непрекращающийся поток, словно орда муравьёв. Системы безопасности, разумеется, готовились к нападениям, но не к подобному масштабу. Тем не менее, моя армия роботов мгновенно выдвинулась на подступы к базе – на тактической схеме один за другим вспыхнули значки подразделений. И они без промедления вступили в схватку с противником, численность которого превосходила самые фантастические расчёты. Но, разумеется, чуда ждать не стоило. Противник охватывал все фланги, создавая идеальный котёл – картина, которая мне крайне не нравится. И, как водится, моё мнение и желания никого не интересуют. Эту неумолимую орду возглавляла металлически изуродованная Эми Роуз. Она мчалась в первых рядах, словно лишённая разума, и, играючи уклонялась от шквала огня моих новейших Оксионов. Более того – с маниакальным смехом ухватила одного из них, использовала как щит, превратила второго в решето и добила наблюдательного дрона «Око», сбив его с небес. Она была машиной в прямом и переносном смысле. За ней шла армия заражённых – методично, шаг за шагом, они продвигались вперёд, используя любое оружие, что попадалось под руку. Турели развернулись и открыли плотный огонь, стараясь подавить натиск. По ним отработали танки ЛТ-96 – десятки стволов, прямой наводкой, часто мимо цели, но эффективно меняя ландшафт, который и без того мало напоминал изначальный. Турели одна за другой замолкали. Пара прямых попаданий – и они были уничтожены. Ситуация выглядела столь фатальной, что мне пришлось сделать то, чего я всегда избегал: обратиться за поддержкой к GUN. Пусть они попробуют, хотя бы в какой-то мере, исправить положение. Хотя кого я пытаюсь обмануть? Эти бюрократы даже если у них из-под носа выкрасть Изумруд Хаоса, сперва начнут устраивать внутренние разборки. Медлительные идиоты, обезьяны с кнопками! Тем временем Эггман-01 активировал одного из резервных исполинов – МОПСА. Изначально он был задуман для уничтожения крупных скоплений противника на дистанции, хотя, возможно, окажется эффективным и при прямом столкновении... а нет. Огромная туша, восьмифутовый колосс с двумя длинными заспинными орудиями, вышла из грузового лифта у подножия горы. Четыре массивные лапы вонзились в землю, корпус наклонился. Внутри спускового механизма вспыхнул яркий свет. Спутники зафиксировали только инфракрасный след – выстрел. И техника в тылу врага превратилась в обугленные обломки вместе с десятками заражённых, которых буквально раздавило ударной волной. Но ход событий это не изменило. Внезапно башня разрушенного танка с чудовищной скоростью полетела в МОПСА. Тот увернулся от одной, попытался отстреливаться, но град металлических обломков и заражённых тел, разбивавшихся о его броню, мешал прицелиться по неуловимой фигуре в чернеющих протезах. А безумная Эми не обращала внимания ни на огонь турелей, ни на отчаянные попытки гарнизона её сдержать, прорвалась через первую линию обороны. – Такими темпами они в течение нескольких часов достигнут базы и начнут штурм. GUN не торопятся... отвратительно. Крайне плохо! – произнёс я, глядя на тактический план и на своё сообщение, которое, разумеется, проигнорировали. Я сжал кулак. – Довольно! Наивно полагаться на эту малоэффективную организацию. Они лишь имитируют деятельность. Так не пойдёт! – выкрикнул я, наблюдая, как моя база подвергается натиску, и отдал чёткий приказ: – Эггман-01, активировать протокол 2118О21819! – Доктор Эггман, вы действительно этого хотите, дороги... – начал задавать откровенно глупый вопрос мой двойник. Чаша моего терпения переполнилась, и я перебил его: – Металлический идиот. От моего гения в тебе, похоже, ни крупицы. Вероятно, ты заразился той же болезнью, что и Кубота... Сука, у нас чрезвычайное происшествие, а ты рассуждаешь о бесполезных GUN, к которым в критический момент и с ядерным зарядом не достучаться! Всё снова повторяется... – Принято. Вот теперь я узнаю вас, Доктор Эггман. Активация протокола... – начал Эггман-01, но я вновь его прервал: – Кроме этих трёх. Командование беру на себя. Мой обновлённый Марк-4 готов? – Да, новый костюм завершён, но не протестирован, – сухо отчитался двойник. – Неважно. Подготовь его. И продержись столько, сколько сможешь. – Хорошо, тогда... – начал он, но я снова оборвал: – И ещё. Передай GUN сообщение: через двадцать минут из земли появятся неопознанные громоздкие объекты – мои старые, не задокументированные разработки, "Небесные крепости". Предупреди, чтобы не паниковали: вреда они не причинят. Некоторые системы выйдут из-под контроля, но это не повлияет на общую работу. Пусть считают это вынужденной мерой. Также переназначь цели: с «мирового господства» и «полного контроля» – на защиту. Защиту GUN, Земли и выживших. И... – я задержал взгляд на мониторе, где был Тейлз, – сдерживание заражённых. Уничтожать их только в случае крайней необходимости. Исключение – те, кто штурмует нашу базу. – Принято, Доктор Эггман. Вношу коррективы. Начало инициализация каталога: «Пандемониум», «Титаны», «Чёрные рыцари»... – монотонно продолжал Эггман-01, но я его уже не слушал. Я направился в мастерскую. Когда добежал до неё, туда как раз прибыл мой новый костюм – белоснежный Металл Эггмана, с жёлтыми круглыми метками опытного образца. – М-да, похоже, я забираю его прямо с тест-драйва, – отметил я. А на поверхности тем временем продолжалась бойня. К ней в полной мере присоединился безумно сильный Наклз – с чёрными протезами, разрывавший моих роботов пополам, сносивший головы, пробивший даже одну из ног МОПСА. Тот, правда, успел сделать выстрел, сбив вражеский стратегический узел. Гигант рухнул на заражённых, погребая под собой целые отряды. Но эффект оказался ничтожным – продвижение орды лишь слегка замедлилось. В этот миг Наклз воспользовался отвлечением боевой единицы и пробил сустав передней левой лапы МОПСА. Тот успел отойти, но избежать повреждений не удалось – манёвренность резко упала, превращая его в лёгкую добычу. Этого словно и ждала ежиха. С молотом наперевес она с разбега оттолкнулась от спины ехидны, взяла размах и оказалась прямо над мордой гиганта. Удар пришёлся по стволу – один орудийный блок разлетелся. МОПС попытался уйти, но повреждённая лапа не дала, времени на манёвр не осталось. Удар сверху, словно летящая вниз наковальня, впечатал его голову в древнюю кладку, расколов камень и металл. – Чёртова розовая стерва и грёбаный красный амбал, – процедил я, наблюдая через монитор из мастерской. – Срывают мои планы даже тогда, когда эти планы направлены на их спасение! – Они ещё и ударили друг друга кулачками, празднуя победу, в то время как мне оставалось лишь установить новое ядро, взятое с предыдущего костюма. После гибели сдерживающего гиганта темп штурма возрос. Наклз и Эми Роуз повели орду заражённых прямо к парадному входу базы. И вдруг с небес рухнула капсула красно-чёрной окраски, погребая под собой десятки несчастных. Створки с лязгом разошлись, раздавив нескольких зевак. Изнутри поднялся массивный силуэт. Не просто робот – рыцарь. Огромный стальной колосс в доспехах. Первое, что он сделал: схватил заражённого за голову. Солдат отчаянно сопротивлялся, но хватка оказалась безжалостной. Едва сжал пальцы – череп хрустнул. Тело продолжало биться, и тогда рыцарь метнул его в толпу и шагнул на поле боя. Заражённые отпрянули, не понимая, что перед ними. Один решился напасть сзади. Но стальной дровосек с холодной точностью отвёл руку назад, растопырил пальцы, дождался, пока жертва сама влетела в захват, и сомкнул хватку. Поднял тушу, словно демонстрируя остальным, и тут же превратил её в оружие: словно мечом, он размахивал телом, сметая ближайших врагов. Голова отлетела отдельно, конечности превратились в обломки. Он бросил останки, огляделся, а затем молча обнажил меч. Кромка лезвия засияла ослепительным голубым светом. Заражённые не отступили. Напротив – вся орда разом ринулась на него. Я держал сердцевину своего костюма. Вставил её в новый корпус – яркий свет залил мастерскую. Не теряя ни секунды, поднёс руки к бокам нагрудника, нащупал выемки с рукоятями и провернул обе до щелчка. Отступил. Передняя часть разошлась, раскрывая слои брони и несущих конструкций вплоть до конечностей. Весь каркас распахнулся, словно приглашая. Не раздумывая, я вошёл внутрь. Система встретила меня приветствием и начала инициализацию. Тем временем на поверхности механический рыцарь продолжал сражаться. Его сталь слой за слоем покрывалась кровавыми брызгами, темнеющими с каждой минутой. Он превратился в сплошной алый силуэт, но враг не кончался. За одного падшего вставали трое, если не больше. Горы трупов – раздавленных, расстрелянных своим же «дружественным» огнём – сковывали его движения. И вдруг небеса вновь разверзлись. Упало ещё пять капсул. Минутой позже – десять. По всей зоне вторжения поднимались такие же рыцари, каждый обнажал меч. У одного их было два. Эми налетела первой – её удар отбросил исполина сквозь ряды заражённых и груды тел. Наклз сошёлся с другим: удар в грудь отправил механического бойца обратно в капсулу, смяв корпус. Тот поднялся, но ехидна уже стоял напротив и пошёл в атаку. Удар – рыцарь уклонился, ответил боковым, сопровождаемым вспышкой красной молнии. Вмятина в его броне свидетельствовала о силе. На секунду он отлетел в сторону, но Наклз уже мчался добивать. И всё же задача рыцарей была выполнена: они выиграли время. С числом, однако, справиться не могли. Их постепенно обездвиживали горами трупов, которые перекатывались под ногами и вязли в механизмах. И именно в этот миг появился я. Белая тестовая броня Марк-4 – далеко не доведённая до совершенства – поднялась из шахты у подножия горы. Обломки перекрывали выход, но штатные пульсары расчистили путь, испарив завалы. – Доктор Эггман, вы наконец прибыли! – воскликнул Эггман-01. Его, впрочем, подобные зрелища не радовали. Но придётся привыкать. – Да, вижу, дела у нас куда хуже, чем предполагалось... – произнёс я, окидывая взглядом пейзаж. Горящие джунгли Острова Ангела. Кто-то явно рухнул прямо туда. Полностью уничтоженное плато Мистических руин у подножия горы. Чёрное войско окружало со всех сторон, а внутри кипели вспышки и движения не боя, а мясорубки. Я приземлился прямо у поверженного МОПСА, голову которого впечатало так, что она оторвалась от корпуса. Подошёл к удивительно уцелевшему длинному стволу и, глядя через визор, сказал: – Ты думаешь о том же, о чём и я? – Да, энергии внутреннего заряда хватит на один выстрел. Но этого будет недостаточно... – ответил Эггман-01. Я ухмыльнулся, наклонился к стволу: – Для моего плана этого более чем достаточно. – Вскрыл пусковую коробку с преобразователем, где стоял накопитель, отсоединил толстый жгут проводов от платы распределения. Открыл порт в правой руке, подключился. Жжение пробежало по всей системе, когда началась перекачка нетрансформированной энергии Хаоса. – Ваш план – выстрелить нестабильным зарядом, доктор Эггман? Вы понимаете, что это, как минимум, безрассудно, – прокомментировал Эггман-01. Я ухмыльнулся шире, следя за показателями. Система трещала, приёмники перегружались. К моменту, когда заряд достиг номинала, треть батареи уже была заполнена хаосом. Системы вошли в нестабильность – именно то, что требовалось. Немного поднастроив, соединив кое-где провода и оторвав с крепления мёртвый блок, я взмыл в воздух и подбросил его высоко в небо. Пришли за мной? Прекрасно. Пусть же подойдут. Хмыкнув, я крикнул так, чтобы слышали все: – Эй, поехавшие занозы в заднице! Я здесь! Ну что, вперёд, попробуйте! Эми заметила первой. – Вот ты где, – ухмыльнулась она. – Хе-хе, больше не прячешься, да? Где та потаскушка с мелким предателем? Где твои недо-жестянки?.. – Её улыбка растянулась до безобразия, до самых ушей. Даже Наклз рядом с ней поморщился. – Хи-хи, не важно... ха-ха! – её смех настораживал. – Они всё равно присоединятся к нам. – И вдруг раздалось прямо за моей спиной: – Как и ты сейчас! Заноза телепортировалась. Оставила после себя лишь дрожащий остаточный образ – или, быть может, это было ещё что-то, не столь банальное. Но сейчас это не имело значения. Я обернулся мгновенно. Передо мной – металлически-серебристая, изуродованная розовая ежиха. Она с полным размахом обрушивала свой кровавый Пико-Пико молот прямо в мой корпус. Я вмиг подкинул в небо ствол-одноразку и включил пульсары. Наши удары столкнулись – взрыв силы отбросил нас обоих. Её поймал Наклз, меня – целая орда, в которую я влетел камнем на дикой скорости. Протаранил их насквозь. Неприятно, мягко говоря, но времени приходить в себя не было. Сквозь затуманенный визор я увидел, как Наклз, не теряя инерции, метнул ежиху прямо в меня. Она летела всей массой, молот наготове. Я рванул в сторону на ускорителях, не спуская с неё глаз. Она резко остановилась и вновь понеслась прямо на меня. Я отступал, бросил взгляд за спину – там уже поджидал Наклз. – Зато костюм теперь бордово-красный, – прокомментировал Эггман-01. – Отряд «Икар» будет в точке операции ориентировочно через десять минут. Подготовка выстрела – пять минут. – Введи «Чёрных рыцарей» в режим берсерка! – приказал я, оказываясь между молотом и наковальней, окружённый мелкой мерзостью со всех сторон. – Доктор Эггман, вы уве... – начал он, но я перебил: – Выполнять! И в тот же миг вся несущаяся на меня масса была сметена. В бой ворвался один из «Чёрных рыцарей» в берсерке – окровавленный, изуродованный, больше багровый кошмар, чем машина. Он втаптывал всё на пути, хватал тела врагов и использовал их как оружие. Но хватало ненадолго: два удара – и хлипкая плоть ломалась, разлетаясь в стороны. Мне было не до наблюдения. Я рванул к точке, куда должен был прийти выстрел, нужно было успеть. И тут, словно вырвавшись из струны, в меня полетел Наклз. Его правая чёрно-хромированная рука сверкала красными молниями. Я успел среагировать – включил трастер на руке, ушёл вбок прямо в полёте, одновременно готовя левый пульсар для удара. В манёвре развернулся, зарядил... И вдруг предупреждение справа. Я рванул вверх и увидел – в том месте, где только что был, стояла Эми, опираясь на свой молот после удара. Ещё секунда – и боковые пластины костюма были бы смяты, если не хуже. До выстрела оставалось минуты четыре. Поле брани – полный хаос. Чёрные храмовники падали на головы заражённых, добивая их без малейшей жалости. С неба обрушились Дектеры – вороны-бомбардировщики беспилотного типа, разносившие в клочья подходящие подкрепления: по морю шли эсминцы и линкоры, что били по базе и полю боя издалека. Под раздачу попадали обе стороны. В воздухе завязали бой Аспиды, сражавшиеся с вражескими истребителями. Но численное превосходство противника делало сдерживание крайне тяжёлым. – Эх, Эггман, зачем всё усложнять? – сказала она, опираясь на молот, глядя на меня леденящим взглядом. – Один раз – и больно больше не будет. – Ага, «ничего не будет»... – ответил я и во всю глотку заржал. – Неужели вы всерьёз думаете, что я, доктор Эггман, подчинюсь? – Ты уже подчинился GUN. Подчинись и нам, прими неизбежное! – рыкнул Наклз, злость в его голосе звучала почти звериной. – Нет, я от... – начал я, но Эми перебила, стервозно выкрикнув: – Что, эта мымра тебя тоже завораживала? Чёртова прошмандовка! Ей не хватило моего Соника, теперь и на яйцеголового старпера позарилась? Ни совести, ни стыда... её я убью первой! Слушая весь этот бред, я не выдержал и рассмеялся – до слёз. – Ха-ха-ха! Ну и умора. Не из-за неё, я просто не намерен становиться ничьим рабом. Особенно такой розовой, слетевшей с катушек фурии. – Её глаза загорелись, руки крепче сжали рукоять молота. Я продолжил, не сбавляя сарказма: – И этого красножопого неандертальца, и возомнившего себя вождём синего паразита... Моя речь оборвалась полётом молота. Я ожидал этого – и того, что она тут же возникнет у меня за спиной. Рванул вверх, а Эми, прямо в воздухе поймав молот, развернулась и метнула его вдогонку. Удар был чудовищный. Я ушёл вбок, двигаясь в сторону пушки. Но она исчезла и тут же появилась передо мной, уже с Пико-пико в руках. Удар в грудь – я попытался блокировать, но ожидаемо не вышло. Резкая боль, сдавливание, дыхание перехватило. Меня швырнуло прочь, по дуге, на добрый десяток метров. Я тут же активировал аварийные трастеры, готовя манёвр. И вовремя – предупреждение о столкновении вспыхнуло прямо перед глазами. Выждав долю секунды, я рванул вниз. Её удар пронёсся по диагонали, а я проскользнул под ней. Невольно взгляд упал вверх... юбка развевалась. Кроваво-красные стринги на серебристых бёдрах, а внутренняя часть – розоватая, с металлическим отблеском... Хуже всего то, что Эми заметила мой взгляд. Её лицо вспыхнуло, как спелый помидор, и вместе с этим ярость накрыла её с головой. – Эггман... ты увидел!!! – Это случайность, ошибка! – резко выкрикнул я, уходя в сторону. Она же в ярости бросилась за мной, крича: – Старый извращенец! Я тебя ни за что не прощу! – Да что такого, удивил я... ну подумаешь, твои красные! – бросил я вслух, а про себя усмехнулся: Ну подумаешь, чего я там не видел! Но не ожидал, что это её ещё сильнее взбесит. – Эггман! – завизжала она. – Клянусь, тебя прибью в первую очередь! Расклад мне совершенно не нравился. До места выстрела – всего две минуты. И тут ей на хвост сел Аспид... вернее, попытался. Она мигом переместилась за него и ударом молота ускорила прямо в мою сторону. Я ушёл в пике, увернувшись. Бедный Аспид, потеряв управление, врезался в одного из механизированных рыцарей. Я же, не теряя секунды, рванул дальше. Но эта розовая фурия сидела у меня на хвосте, не отставала ни на миг, несясь на своей чертовой магии. Пришлось наращивать скорость, маневрировать, уходить из стороны в сторону, чтобы она не могла телепортироваться прямо на перехват. Оставалась минута. Я дал команду готовить пульсары. Наклз тем временем дубасил бронеплиту, пытаясь пробиться внутрь. В меня периодически летели ракеты воздух–воздух. Я перенаправлял их в неё, но это её лишь раздражало. – Хватит убегать! Прими наказание! – орала она, размахивая молотом. – Розовая заноза, – процедил я. – Панцири, сбейте её! – И ушёл вниз, не сбавляя скорости. Она буквально дышала мне в спину. Глаза полыхали. Резко метнула молот вдогонку. Я уклонился, нырнув в противоположную сторону. Но она, конечно же, уже ждала там, перехватив оружие в воздухе. Удар прошёл вскользь, зацепив броню. Странное ощущение в пальцах. Я посмотрел – на обшивке появилась чёрная область. Нехороший знак. Но времени на диагностику нет. Пульсары заряжены. – Доктор Эггман, готовность через 60 секунд... точнее 59... эм, 58! – сообщил Эггман-01, пока я уворачивался от очередного броска. Она играла – иногда будто специально промахивалась, чтобы ударить с другой стороны, и всё ускорялась. Уклоняться становилось всё сложнее. И вдруг она окружила меня со всех сторон, одновременно метнув молоты. Здравый смысл подсказывал: настоящий только один. Но здравый смысл давно ушёл покурить. Я рванул вверх, молоты со звоном столкнулись друг с другом. В ту же секунду она возникла с ухмылкой... и исчезла. Естественно. Появится надо мной или за спиной. Я резко наклонился, делая бочку, и увидел её снизу-вверх – в тот момент, когда она размашистым ударом пыталась снести мою голову. Она рванула с рубящим ударом, а я, используя трастеры в руках, ушёл вперёд, наблюдая, как её мордашка искажается от злобы. Она перехватила молот и, будто оттолкнувшись от воздуха как от каменной плиты, понеслась следом, выкрикивая: – Умри, чёртов яйцеголовый извращенец! Я вмиг ушёл вбок. Ежиха пронеслась мимо, снова оттолкнулась от воздуха и изменила траекторию – уже прямо за мной. Я ещё раз сменил курс, и тут же по мне зарядили ракетой «земля–воздух». Система взвыла предупреждением. Я резко ушёл вниз, а Эми, не ожидавшая этого манёвра, влетела прямо в ракету. Она среагировала – отбила молотом и закинула её в орду, разметав заражённых. Я приземлился ровно там, где нужно. – Осталось шестнадцать секунд до выстрела, – сообщил Эггман-01. – Отлично. Давно пора заканчивать! – ухмыльнулся я, глядя на Эми. Она сжимала рукоять Пико-пико, будто готовая выждать малейшее моё движение. И тут она вновь оттолкнулась от воздуха и в прыжках рванула прямо на меня. Глаза пылали, стеклянный взгляд мертвеца в них казался живее. – Тебя пора кончать, яйцеголовый извращенец! – визжала она, занося молот. Я одним движением запустил пульсары и направил их в её сторону – и она исчезла. – Проклятая розовая заноза в заднице, – прорычал я себе. – Спокойнее, Эггман. Не дай себя отвлечь. Сосредоточился на звуках... глупо, конечно. Вокруг канонада батарей, стрельба заражённых, залпы моих роботов, крики, треск металла и разрывы снарядов – общая какофония, в которой тонет всё. Но меня волновал только её нервный ритм. И как по часам, раздалось слева: – Сдохни! – Это был сигнал. Видимо, она целила прямо в корпус, чтобы наверняка. Я резко развернулся, уклоняясь. Она с размаху вонзала молот, смотрела прямо в меня с жуткой ухмылкой. И вновь исчезла. – Тебе не сбежать, умри! – крикнула она сбоку, чуть дальше. На последнем слове я рванул, развернувшись на сто восемьдесят градусов. Увидел, как в том месте, где только что стоял, она складывала молот и, оттолкнувшись, летела прямо в меня. Автоматизированные системы просчитали столкновение и в долю секунды включили боковые трастеры, резко отводя меня в сторону. Она пронеслась мимо, словно локомотив, и исчезла. – Чёртова розовая стерва... времени нет! – пронеслось в голове. Я рванул на ускорителях к точке. До выстрела восемь секунд. И тут она снова появилась справа, крича: – Зачем бежишь? Прими уже свою участь! Её голос преследовал меня. Мелькнула мысль уйти вбок, но тогда молот может настичь меня в полёте. А оставалось всего пять секунд. Я вдавил ускорители. В небе сверкнула вспышка, следом её крик: – Сдохни, наконец! Я сделал резкий кувырок вперёд, достигнув зоны. Развернулся – и увидел: серебристо-розовая ежиха, полусогнувшись, вонзила молот в каменную кладку. Пыль и пепел поднялись вокруг. Она смотрела прямо на меня – раздражение, гнев, но и что-то ещё. Щёки налились кровью, взгляд стал неожиданно живым. – Ты не посмеешь! – выкрикнула она. Но было поздно. Я выстрелил. Ствол вошёл в апогей, дуло развернулось ко мне – и раздался ярчайший разрыв. В тот же миг раздался и второй выстрел. – Нет! Ты не уйдёшь! – кинулась она на меня. Запущенный процесс уже не остановить. Два заряда летели навстречу друг другу. Один – нестабильный, пропитанный хаотичной энергией, разваливающийся прямо в полёте. Второй – собранный, идеально сфокусированный. До столкновения оставались секунды. И этих секунд хватило, чтобы она достигла меня. Она протянула руку, коснулась торса моего костюма. Вблизи её глаза горели иначе... не как раньше. А потом мир ослепила вспышка. Звуки стихли. Всё – какофония боя, связь, зрение, даже осязание – исчезло в ослепительном белом свете. По сути, всё в радиусе нескольких десятков километров исчезло с лица земли. Сфера коллапса дематериализовала материю на квантовом уровне. Всё, что не создано из Металликса или сплавов, способных выдержать хаотичную энергию, – испарилось. Уцелеть могли только структуры монолитные, протяжённые на сотни метров. К счастью, коллапс случился в воздухе: базу он не задел, лишь первый слой геофронта, который как раз взламывал Наклз. Почти взломал… но его прервала волна. Инстинкты сработали – его переместило куда-то случайным образом. Эми Роуз, конечно, тоже ушла – телепортировалась даже раньше. А вот заражённые – сгинули подчистую. Как и часть моих роботов: увы, недостаточная прочность материалов. Узнал я это позже, когда костюм начал сбоить. Хорошо хоть, на сей раз он держался. Но жжение в руке и животе ощущалось отчётливо. Лёгкое, но неприятное. Штиль, ожидаемые события с неожиданным результатом. Улучшенная версия текста Спустя некоторое время слепящий свет рассеялся, но видимость не улучшилась — будто всё накрыло мощнейшим ЭМИ. – М-да… если кто-то и уцелел, мозги ему наверняка знатно поджарило, – пробормотал я, оценивая ущерб. – Хочется верить, что не так серьёзно: иначе ремонт и восстановление влетят в копеечку. Правая рука не слушалась, весь низ — тоже. Сдвинуться было невозможно. Левой кое–как, через силу, но можно. Через потрескавшийся визор мало что различалось. Кряхтя и сквернословя про себя, я всё же добрался левой рукой до аварийного переключателя перезагрузки. Почти вслепую, без тактильной отдачи. Нащупал маленькую подвижную деталь, сдвинул защитную створку, ухватил рычаг. Повернул до щелчка. Спустил. Раздался резкий визг механизмов. На внутренней части шлема вспыхнул интерфейс: EggmanOS 6.4 Beta… Инициализация. А тем временем Наклз, пробивший первый слой геофронта, очутился в снегах. Всё белым-бело. Он нехотя поднялся, оглянулся: пустынный пейзаж, редкие холмы и горы, за горизонтом — бескрайняя синева моря, на котором плавали белые островки. – И где я на этот раз оказался?! – рявкнул он, ударив кулаком в глыбу льда, и снег на ней комом обрушился на него. – Чёрт! – вырвался он из объятий снега, а горечь от сорванной цели туманил разум. – Цель была так близка… Чёртов яйцеголовый… Он прищурился, разглядев вдалеке стаю пингвинов и постройку среди снежной пустоши, ухмыльнулся и направился туда. – Ничего, скоро я тебя навещу. А у меня тем временем инициализация прошла успешно. Большинство систем уцелело, моего вмешательства почти не требовалось. За исключением сенсоров, радиокоммуникаций, части гидравлики и стабилизаторов — они сдохли окончательно, требовалась замена. Так что связи можно было забыть. Но мои навыки пилотирования даже без стабилизатора далеко не худшие: приземлиться смогу. Сделал первый шаг, поднялся в воздух, набрал высоту для обзора. Место выжжено подчистую. От мистических руин не осталось ничего. Земля — тёмная, мёртвая. То тут, то там застыли черные храмовники: один будто разрывал голову, другой замахнулся мечом. Но их мозги перегорели в коллапсе. – Нужно усилить экранирование, чтобы во время следующего сбоя костюм снова не лёг, – отметил я в мысленном блокноте, осматривая поле былой бойни и обнаженную плиту геофронта. Через интерфейс проверил данные об открытых шахтах, направился туда и нырнул вниз. Полёт был недолгим. Приземлился на платформу, куда прежде садились Металлы. – Фух… наконец-то, дом, милый дом. От бестии отделался. Чего она так взъерошилась? Подумаешь, увидел красное бельё… – пробормотал я, двигаясь в костюме к мастерской. И тут в эфире пробился знакомый голос: – Доктор Эггман, это вы? – донёсся голос металлического двойника. – А кто же ещё! – ответил я, добравшись до мастерской. Не успел открыть дверь, как Эггман-01 оживлённо отозвался: – Ну конечно, это вы. Так просто вы себе сгинуть не позволите! Его голос тут же сменился на холодный протокольный: – Пока вы отсутствовали 448 минут, я подготовил отчёт об общей ситуации. Наши невосстановимые потери составляют шестьнадцать тысяч пятьсот девяносто шесть боевых машин, из них шесть класса «Архангел» и один сверхтяжёлый. Ремонтопригодные потери — двадцать шесть тысяч пятьсот восемьдесят три… поправка: шестьсот двадцать три. Среди них три тяжёлого класса, пять небесных цитаделей. Со стороны заражённых уничтожено сорок пять тысяч шестьсот восемьдесят три единицы… поправка: шестьсот девяносто пять. Протокол 2118О21819 был задействован в полном объёме. Все низкоорбитальные и высокоорбитальные системы, за исключением базы «Пандора», перехвачены и взяты под контроль. Системы GUN и их боевые единицы — также. Небесные цитадели развернуты. Боевые группы начали процедуру сдерживания заражённых. Реакция GUN — затруднительная. Общественность в полном хаосе. Государства ввели военное положение. Ваше обращение подлило масла в огонь. И да… у GUN к вам большие вопросы. Особенно из-за трансляции. Первый ответ их не удовлетворил. – Не удовлетворил? – переспросил я. – Я же им всё объяснил… ну, кроме обращения. А что там было? – Лучше вам самим увидеть, – уклончиво ответил двойник. У меня появилось нехорошее предчувствие. Я снял костюм, активировал удалённый монитор. На экране пошла запись новостей: ведущая сообщала о введении военного положения, о том, что GUN пытаются сдержать распространение заражения. Камера показывала массивные крепости, поднявшиеся из-под земли неподалёку от Вашингтона и в других точках мира. На них — отчётливо видимый логотип Eggman Enterprises. – Комментариев от компании нет, – говорила ведущая. – Представители GUN заявляют, что использование логотипа в столь опасных объектах требует разъяснений… Изображение резко смазалось. На записи раздался мой голос: – Это устройство работает? – Да, Доктор Эггман! — ответил синтезированный голос. — Но вам это действительно необходимо?.. – Не начинай, Орбот. Или ты забыл свою основную директиву? – перебивает мой голос на записи. – Нет, – отвечает тот. – Основная директива — всесторонняя помощь в выполнении планов Доктора Айво Роботника! Но… – Никаких «но»! Ты что, решил мне перечить?! – взорвался мой голос. Странное чувство — слушать себя, но не видеть. Даже какой-то привкус головной ностальгии. И вот появляется картинка: я, в красном фраке, с огромными бурыми усами, хватаю сферического робота-гуманоида. – Доктор Эггман, мы в эфире! – прервал Кубот. – Что ж ты раньше не сказал, идиот! – раздражённо выкрикнул я на записи. Дальше — момент, который я, признаться, не помнил. На экране я театрально кашлянул и заговорил: – Итак, жители Земли. Я — Доктор Айво Роботник. Вы могли знать меня как Доктора Эггмана, или как учёного из GUN. Но теперь я провозглашаю себя первым императором Земли, а свою корпорацию — Империей Эггмана! Думаете, шутка? Я контролирую всю инфраструктуру всех стран мира, включая ядерные арсеналы. А также GUN — они полностью под моим контролем, вместе с орбитальными системами обороны и связи. Я могу обрушить их хоть сейчас! Два дня — и реальность изменится. А если надеетесь на помощь Соника… пусть попробует меня остановить. На сей раз у него ничего не выйдет! Ха-ха-ха! Кха-кха… Запись прервалась. – Биба, Боба и Абоба… трио долбоёбов, – не удержался я, глядя на это со стороны. И теперь именно мне придётся разгребать все последствия. – Ну, вот и первый президент GUN на связи… – сухо добавил Эггман-01. – Зашибись, – выдохнул я, готовясь к тяжёлому разговору. – Связывай! – Доктор Айво Роботник, – раздался тяжёлый мужской голос. – Объясните одну вещь. Какого чёрта вы творите?! Решили удариться в старое, когда в мире и так творится натуральная пизда? Никому сейчас не нужен ваш переворот с «мировым господством». У нас рядом — обезумевшие герои, с другой стороны — орды заражённых. И теперь вы ещё и против нас?! – он почти срывался. Я попытался вмешаться: – Послушайте, мне пришлось… – Нет, это вы послушайте! – рявкнул он. – В GUN считали, что вы изменились. Да, многие сомневались, но я верил. Соник верил. И что мы получаем? Предателя, воткнувшего нож в спину, когда единство нужно как никогда! Ублюдка, отвернувшегося в час нужды! – он вздохнул. – Знаешь что? Ты победил. – Победил… – повторил я, вслушиваясь в его слова, словно проверяя их на вкус. – Да, победил! – подтвердил он. – Переиграл всех: меня, Соника, Шэдоу, всю организацию. Можешь звать себя Императором Земли. Только досталась тебе империя на грани краха. Если сумеешь её удержать и возвысить — тогда докажешь, что достоин этого титула. Надеюсь, Император, мы ещё увидим рассвет в этом нескончаемом мраке. И он отключился. Просто так. Ни угроз, ни сопротивления. Будто отдал всё в одни руки. – Поздравляю, доктор Эггман, – сухо сказал Эггман-01. – Вы добились своего. Исполнили мечту. Мировое господство. – Чёрт! – взъярился я, ударив по столу, и не почувствовал удовлетворения. – Я хотел получить это не таким образом! И какой сейчас смысл? Ноль! – Я ударил ещё раз, костяшки заныли. Сделал глубокий вдох, успокоился. – Ладно. По крайней мере теперь GUN под моим контролем. Нужно действовать. – Созови экстренное совещание. Надо расставить все точки и покончить с этим проклятым апокалипсисом! – приказал я Эггману-01. Он с радостью принял команду к исполнению. А у меня в голове всплыло странное воспоминание. Красное бельё, ухмылка розовой. Её лицо — такое нелепое в тот момент. – Хм… не думал, что она способна на такие вспышки всего лишь из-за белья. И, надо же, моего любимого цвета, – усмехнулся я. Вздохнул. – Нет. Нужно сосредоточиться. На предстоящем совещании будет решаться судьба моей Империи. Другая история: Однажды в России Серебристо-розовая ежиха возникла будто из ниоткуда на гладкой площади. Перед глазами – шпили из красного кирпича. Появление не прошло незамеченным: зеваки, что толпились на улицах, замерли, некоторые военные настороженно вглядывались. – Чёрт, снова... – с горечью выдохнула Эми Роуз и с размаху расколола асфальт своим кровавым Пико-Пико молотом. В толпе поднялся переполох, а боевые группы тут же окружили её. Солдаты держали стволы направленными на неё, при малейшем движении готовые нашпиговать свинцом. Но именно это ей и было нужно. – Стой на месте! Без резких движений! – выкрикнул командир. – Командир, это же Эми Роуз, собственной персоной! С ней нужно осторожнее! – воскликнул один из бойцов. – А, так это те самые «герои»... – командир тяжело вздохнул. – Ладно, дамочка, мы знаем о ваших подвигах и ценим их. Хотя последние события вызывают сомнения. Ради всего святого, стойте смирно! Но в ответ она лишь растянула жуткую улыбку. И этого оказалось достаточно, чтобы взвинтить нервы отряда. Она двинулась к самому нервному бойцу. – Не подходи! – заорал он и, не выдержав, открыл огонь. Командир пытался перекричать треск выстрелов: – Идиоты! Я сказал не стрелять! – Но было поздно. Паника вспыхнула мгновенно. Стоило Эми появиться перед очередным стрелком – и он, захваченный животным страхом, тоже открывал огонь. Командир с матами раздавал подзатыльники, пытаясь вразумить своих людей: – Ебланы, блядь, не стрелять сказал! – Но от шести бойцов остались лишь трое. Нет, уже двое. Молот обрушился – один исчез. И вдруг командир ощутил резкую боль. Он опустил взгляд и увидел: из его груди торчит серебристая рука с бьющимся сердцем. – Блядь... – выдохнул он, и силы покинули его. Эми, ухмыляясь, сжала сердце в кулаке, раздавив его на глазах у умирающего. Она вытянула руку из пробитой груди, позволив телу рухнуть на землю. Наклонилась к его голове, хрипло прошептала прямо в ухо: – Что ты там говорил про Соника?.. В ответ – только тяжёлое дыхание. Он собрал остатки сил, харкнул ей в лицо и пробормотал: – В-вы... н-ни... к-никогда... н-не... герои... лицемеры... Этого хватило. Ежиха ухватила его за затылок и с чудовищной силой впечатала лицом в асфальт. Раз. Второй. Третий. И с каждым ударом интервал сокращался, а поверхность площади превращалась в кровавую вмятину. Зеваки, ещё при первых выстрелах сорвавшиеся с места, теперь окончательно обратились в бегство. Те, у кого хватало железных нервов, предпочли исчезнуть как можно скорее. На площади осталась лишь Эми Роуз, измазанная в крови и ошмётках, с неугасающей жаждой в глазах. Она всё вгоняла и вгоняла тело в разбитый асфальт, пока под ним не образовалась глубокая чёрная яма. Стянулись новые силы. Подоспела техника, звеня движками. Из бронемашин высыпали десятки бойцов в броне, стволы наизготовку. В двух километрах от цели развернули стальные баррикады. Часть подразделений пошла вперёд, дошла почти до километра – дыхание перехватило, но задачу выполнили: заминировали всё поле до баррикад. С востока и запада подлетели пары двухлопастных вертолётов, зависли с обеих сторон. Чуть дальше – большой однолопастный, с которого спустились антропоморфы: лисы, волки, ежи. Из чрева машины показалась пятёрка бурых медведей в броне и разгрузке, каждый – с длинным пулемётом и лентой за плечом. А в башнях из красного кирпича её уже держали в прицел совы-снайперы. Смотрели сквозь оптику напряжённо, зевая от усталости и одновременно сжимая спусковые крючки. Напряжение было осязаемым. Никто не хотел ни говорить с ней, ни идти в атаку. После увиденного мало кто сомневался – конец будет одинаковый. Даже для элит. Некоторые пытались в памяти удержать старые образы «героини», но реальность выбивала их подчистую. Где-то глубоко, в самых тёмных закоулках души, теплилась вера... или надежда. А Эми Роуз остановилась лишь тогда, когда от головы её жертвы ничего не осталось. Смотрела на окровавленный асфальт, потом вдруг резко словно опомнилась: – Ой... что я наделала! Прости, я перестаралась... но это ведь ты виноват! – её голос дрогнул, стал почти милым. И тут же сменился на жёсткий: – Тебе не стоило так говорить о Сонике! Будто ничего и не произошло, она развернулась и пошла дальше – прямо к баррикадам. И наткнулась на новые игрушки: круглые мишени с выпуклой серединой. Слишком уж манящие, чтобы не ударить или не кинуть. За ними дрожали люди, не понимая, что их кошмар уже двинулся вперёд. Пилоты вертолётов держали пальцы на курках. Пот стекал по лбам. Им дали команду открывать огонь на своё усмотрение: экономить боекомплект, избегать лишних разрушений. Но против такого врага и сохранность жизни, и техники, и зданий были под большим вопросом. Эми, словно играя, ухватила противотанковую мину и использовала её как силомер. Подорвалась сама. Взрыв прогремел, но не оставил и царапины. Только подкоптил шерсть и металл. И это её взбесило. – Д-да... она монстр... – дрожащие голоса прорезали строй. И похоже, она услышала. Её улыбка только шире расползлась. Медленно, нарочито спокойно, Эми направилась к самому взволнованному звену. У тех нервы не выдержали. – Н-не подходи! Чудовище, не подходи! – заорал один и первым открыл огонь. Серебристо-розовая ежиха даже не пыталась уворачиваться. Лыбясь, пошла в лобовую, словно на таран. Звено обрушило по ней весь огонь. Соседние укрылись за баррикадами. – Какой, блядь, долбоящер открыл огонь без команды?! – взвыл по радио чей-то голос. – Сука, блять... Поливайте её! Два здоровенных медведя синхронно распахнули стволы пулемётов, врубили подавление. Остальные бойцы сместили кольцо, прикрывая направление её движения. Кто-то ушёл на перезарядку, рассредоточились. Но всё без толку. Она шла напролом. Пули рикошетили от её тела, будто от танковой брони. Вдруг Эми остановилась. Медленно, шаг за шагом, начала пятиться назад. Солдаты оживились. – Она сдаёт! Не сбавляем! Давим эту мразь! – кто-то из командиров прокричал, и голос его растворился в какофонии рёва накалённых стволов. Но наш кроль, один из немногих смышлёных, насторожился. Направление её движения ему сильно не понравилось. Она явно тянула к чему-то. – Эй, Фед... – бросил он напарнику, как раз закончившему перезарядку. – Ты не думаешь, что она идёт к мине? Если швырнёт... оно ж рванёт. – Та ну, – отмахнулся тот. – Это же противотанковые. Даже если медведь чечётку отпляшет – не сработают. А если бросит... сомневаюсь... Он не успел договорить. Эми Роуз уже подобрала тяжёлую круглую мину. Одним движением подняла её, зарядила на молот и со всей силы метнула прямой наводкой. Три секунды. Оглушительный взрыв. Баррикаду смело в щепки. Один из медведей превратился в кровавое конфетти, его броня и мясо разлетелись клочьями. Тех, кто стоял рядом, накрыло ударной волной, оглушило, выбило из строя. Кроля с напарником отшвырнуло в сторону, удар о землю размазал их по асфальту. Нескольких солдат порвало осколками, другие отлетели на десятки метров, оставляя красные следы на чёрном покрытии площади. Другие фланги тут же открыли огонь, отходя под натиском. Те, кто сидел в технике, поливали её свинцом, вертолёты отрабатывали крупнокалиберными пулемётами. Это слегка задержало ежиху, дало шанс оттаскивать раненых. Но ненадолго. Ответка не заставила ждать. Во все стороны полетели мины. Одни – тупо пробивали баррикады, даже не взрываясь. Другие – рвались с такой силой, что всё живое в радиусе превращалось в фарш. Один заряд угодил прямо в вертолёт: взрыв, огненный шар, и машина рухнула на асфальт, изрешечённый пулями и взорванный минами. От неё остались только искажённые обломки. Теперь вместо напряжения и страха – чистый безумный хаос. Какофония отчаянных криков. Никто не понимал, куда бежать и где укрыться от этой бестии. Заяц тоже не понимал. Его рвало между желанием найти Феда и банальной жаждой выжить. Вокруг слышалось: – Нет! Не надо! А-а-а!.. – Сука, нога... Я не чувствую спины... Я не чувствую ног... Помогите!.. Паника росла, как пожар. Вдобавок у кроля голова гудела, звон в ушах не давал толком соображать. Его знатно приложило взрывной волной. Он наконец заметил знакомую фигуру – похожего на Феда, его сослуживца, брата и друга. Тот лежал неподвижно, но, кажется, дышал. Заяц, шатаясь, побрёл к нему. Оглянулся: поле брани превращалось в настоящий кошмар. И тут неожиданное – мёртвые начали вставать. Бывшие товарищи хватали оружие и открывали огонь по своим. Всё стало похоже на фильм ужасов. Настоящий зомби-апокалипсис. Кто-то бы, может, и мечтал о таком, но кроль явно не был из их числа. Он отогнал лишние мысли, сосредоточился на брате. Тот медленно приходил в себя, застонал. – Давай, Фед... проснись, – прохрипел кроль. Сухо, раздражённо. От боли, от шума, от этого звона в голове. Изо всех сил удерживая взгляд на брате, пока вокруг мир рушился в кровавой вакханалии. – Ч-что... где я?.. Э... – пробормотал Фед, попытался подняться, но ноги не держали. Рухнул обратно. – Давай, Фед, пошли! – скрипя зубами, его брат закинул руку ему за плечо и поднял. – А... пошли... – промямлил тот, и они поплелись прочь из ада. В этот миг подскочила БМП с плоской пушкой. Орудие навелось и начало лупить, поднимая клубы пыли и дыма. Грохот был оглушительным. Уши и так полумёртвых кролей заложило ещё сильнее. Люк распахнулся. Из него высунулась тёмная морда в шлеме с гарнитурой, антропоморфный зверь, похожий на медведя. – Эй, зайцы, дуйте отсюда! – заорал он. Но кроли почти ничего не слышали. Один точно контужен, другой – ещё толком не в себе. Они просто продолжали ковылять. Зверь только цокнул, снова нырнул вниз. Через несколько секунд выскочил обратно, огляделся и спрыгнул. Подбежал к ним. – Эй, белые! Вы хоть понимаете, куда прёте?! Старший кроль лишь покачал головой. Фед вообще только-только приходил в сознание, и понять, где они, было выше его сил. Зверь, выругавшись, бегом вернулся к БМП. Машина продолжала поливать из пушки, но боезапас скоро должен был закончиться. В кармашке у него лежало устройство с фотографией – единственное, что он хранил при себе. Впрочем, думал он о чём угодно, только не о том, доберутся ли эти два контуженных зайца. Он не знал, что через секунду за его спиной раздастся визгливое: – А вот и я! – Серебристо-розовая бестия возникла, держа противотанковую мину на перевес. Маниакальный смех, взмах молота – и мина впечатана прямо между двумя люками башни. Взрыв прогремел такой силы, что кролей отбросило ударной волной. Их впечатало через выбитые витрины в стену ближайшего здания. Башню сорвало бы полностью, но Эми подхватила её в воздухе и, словно игрушку, метнула в вертолёт. Пилот попытался увернуться, но от башни бронетехники не увернёшься. Лопасти разлетелись клочьями, вертушка рухнула. И тут она начала резню. Настоящую мясорубку. Кроль от удара потерял сознание. Через какое-то время он очнулся в полусидячем положении, подпирая стену спиной. Та адски болела, грудь тоже – похоже, пару рёбер сломал. Вокруг валялись осколки битого стекла. Со лба что-то стекало, застилая левый глаз, но он даже не понимал, кровь ли это. Гул в ушах, боль в голове – будто раскалённый прут вбили в мозг. Слабость тянула в обморок. Страшных усилий стоило не отключиться сразу. Он не понимал, где находится и что вообще произошло. Треск в ушах не стихал, череп будто трещал по швам. Но мысль билась в голове: нельзя оставаться, нужно идти... нужно найти брата! И странные звуки. Смех. Тот самый, от которого холод по коже. Он попытался подняться. Тело предательски ослабло, ноги подломились, и он снова ударился о стену. Опёрся, с трудом приподнялся и увидел впереди проход, залитый ярким, почти слепящим светом. Даже с залитым глазом он отчётливо различал два силуэта. И сердце сразу ухнуло в пятки. Собрав остатки сил, кроль доковылял ближе... и застыл. Шок, переходящий в безумие. Перед ним – серебристо-розовая ежиха. На ней порванное, чёрно-бардовое от крови платье, из прорезей торчат металлические иглы. В одной руке она держала за шею тёмного кроля в окровавленной форме. В другой – здоровенный молот Пико-Пико, ещё капающий свежей кровью. И это был Фед. – Ф-Фед?.. – голос предательски дрогнул. Мысль ударила, как током: она его убьёт, надо спасать! Но тело не слушалось. Срабатывал древний инстинкт: замри, не двигайся, иначе не останется даже костей. Фед повернул голову, улыбнулся обречённо. – Моб... убегай. Чего так смотришь? Не беспокойся обо мне... передай сёстрам и братьям, что я... – Он не договорил. Ежиха не дала. С хищной улыбкой замахнулась и с хлопком отправила его в полёт, как бейсболист мяч. Феда впечатало в воздухозаборник вертолёта сбоку. Металл пробило, машина накренилась. Через мгновения загорелась. Пилоты пытались выровнять, но выбора не осталось – пришлось уходить на аварийную посадку. Моб рухнул на колени, дыхание перехватило. Мир перед глазами превратился в кошмарную картину, а тело по-прежнему не подчинялось. – А неплохо он пошёл... – серебристо-розовая ухмыльнулась, будто оценивая свою подачу. – Интересно, как пойдёшь ты. Она повернула голову под неестественным углом, глянула на Моба с жуткой холодной улыбкой. А он уже не реагировал. Сознание трещало по швам, разум отказывался принять реальность. Инстинкты орали: беги!, но тело предательски село прямо на землю. Он рухнул на пятую точку, и даже падение не вывело его из ступора. Будни, серые и размеренные, сменились днём, пропитанным кровью и болью. Днём, который кроль будет проклинать до конца своих дней. Но принять это он не мог. Эми сделала шаг. Её лицо исказилось в оскале, сверкнули серебристые зубы. У Моба кровь застыла в жилах, тело инстинктивно поползло назад. Головная боль, звон в ушах, животный страх полностью парализовали его. Ежиха медленно тянулась к нему, волоча по раздробленному асфальту окровавленный Пико-Пико. Металл скрипел о камень, звук резал слух. И вдруг – пуля. Рикошет. Её платье пробили дыры, ткань задёргалась. Эми мгновенно среагировала, метнулась за угол и скрылась. Моб не успел отдышаться, как рядом возник новый силуэт. Белёсое, пушистое существо. И от этого вида кролю снова похолодело. В его мутном сознании не складывалось: друг это или враг? Обзор расплывался, но один яркий красный крест на экипировке бросался в глаза. И этот символ, ассоциировавшийся с помощью, подарил каплю облегчения. Хотя всё вокруг выглядело как клишированный ужастик с примесью паранормальщины, где сам ад открыл филиалы по всему миру. Моб едва дышал, но для пушистого медика сейчас было всё просто: пациент перед ним. И его нужно спасать. Грёбаные страхи пришлось загнать глубоко внутрь. А за спиной мясорубка не стихала: отчаянные крики, треск пулемётов, взрывы. Каждую секунду появлялись новые раненые... но ещё быстрее множились те, кому уже не помочь. И всему виной – серебристо-розовая бестия, оставлявшая за собой только смерть. Медик подбежал, взгляды их встретились. Он подсветил фонариком глаза кроля и выдохнул: – Контузия... Ты хоть говорить можешь? Понимаешь меня? Ответа не последовало. Взгляд мутный, но реакция есть. Осознание – на уровне инстинктов. Медик коротко осмотрел его и пробормотал: – М-да... Две новости. Хорошая – кроме контузии ничего необратимого. Плохая – ты нихуя не соображаешь, держишься только на рефлексах. Ладно. Поставим тебя на ноги. Он достал шприц с маркировкой «Клизатерикс» – по сути адская смесь: морфий, промедол, пара кубов адреналина и ещё химия. Поднял броник, расстегнул китель, ножницами прорезал футболку и вогнал иглу прямо рядом с сердцем. Кроль смутно ощутил укол, и вдруг стало чуть легче. Сознание прояснилось, всепоглощающая боль головы и тела будто отступила на полшага. – Потерпи... – пробормотал медик, закидывая его себе на плечо. – Скоро очухаешься. Мы выберемся. – И куда это мы собрались? – раздалось прямо впереди. Серебристо-розовая ежиха стояла напротив. Кровавые нитриты в её глазах горели, улыбка расширялась. – Вот сука... – выдохнул медик, шерсть на загривке встала дыбом. Кроль взглянул мутно, но уже чуть яснее. Её силуэт впечатывался в память. Ежиха шагнула вперёд, скрипя по асфальту своим молотом. Они начали медленно пятиться. У медика мурашки шли до костей, инстинкты орали так же громко, как у кроля: бежать, блядь, бежать!. Но ноги вели назад, не давая ни одного шанса на рывок. Вдруг Моб на миг пришёл в себя. Вспомнил последние слова брата. Вспомнил её презренное: «Как он хорошо пошёл!» Адреналин хлестнул по артериям. Сознание прояснилось – брат мёртв, и убила его та, кем они когда-то восхищались. Эта сука! Она сама. Эми Роуз. Теперь она хочет отправить и его. Гнев смешался со страхом, усилился препаратом, заглушил инстинкт и поднял что-то другое. Кроль поднял руку с жетоном, решимость била через край. Боль отступила. Гул в ушах ещё жил, но не мешал думать. – Нужно выжить. Показать этой твари, где раки зимуют! Резким движением он перехватил подствольник на броне и одновременно выдернул гранату. Зубами дёрнул чеку. Эми шла всё ближе, улыбаясь. Моб метнул. – Глаза и уши! – крикнул он, прикрываясь и сам, зажимая рот. Док успел повторить движение. Взрыв ударил прямо в морду ежихи. Её ослепило, оглушило, дезориентировало. Она взвыла. Но и кроля с медиком зацепило. Гул в ушах усилился до предела – будто череп взорвался изнутри. Хотелось закричать, заткнуть уши, лишь бы не слышать. Но времени жалеть себя не было. Первым пришёл в себя медик. Он подхватил Моба, и они в ускоренном темпе заковыляли прочь. – Чёртовы предатели! Что вы сделали?! – разнёсся сзади её яростный визг. Они не отвечали. Далеко уйти не удалось. Ежиха пришла в себя быстрее, чем хотелось бы. Голос с небес ударил по ним: – А вот вы где! Убегаете? Ничего... так даже интереснее! Они переглянулись. Без слов, без плана – оттолкнули друг друга в разные стороны. И в тот же миг Пико-Пико с чудовищной силой врезалось в асфальт. Землю пробило так, что дрогнул сам воздух. Эми взвизгнула, заугарала маниакально. Кроль вместе с медиком не растерялись, рванули вперёд. – Решили поиграть в догонялки?! – крикнула она им в спины. – Бегите, бегите, собачонка и крольчонок! Ха-ха-хи-хи! Моб вытирал кровь с лица, улучшая обзор. Рядом бежал док. Вдруг сбоку Эми Роуз вогнала молот прямо в кроля: – Догнала! Но Моб не растерялся. Оттолкнулся от асфальта, перепрыгнул её удар и рухнул на четвереньки, едва удержав равновесие. Адреналин и наркотический коктейль держали его в тонусе, не давая замедлиться. Он продолжил бег. Док вырвался чуть вперёд, но оступился. И прямо перед ним, зловеще улыбаясь, появилась Эми. Моб резко затормозил. Увидел, как её молот поднялся над белошёрстным медиком. Инстинкты нашёптывали: оставь его, беги, ты ему ничем не поможешь. Но у кроля было другое мнение. Он схватил камень и швырнул: – Эй, недо-героиня! Упиваешься убийствами? Что бы Соник сказал?! Эми даже не обернулась: – Соник меня поддержит. И будет рад новым «друзьям»... Но удар она не нанесла. Моб сорвал ещё один камень и метнул ей в затылок, приправив оскорблением: – Ага, рад был бы, этот паршивый падший недо-геройчик! Не зря пси... Не успел договорить. Эми перехватила молот, развернулась. Её взгляд обжёг. Инстинкты Моба взвыли: идиот, беги, чтоб пятки сверкали! – Что ты сказал?.. Ты оскорбил Соника?! – взвизгнула она. Кроль нервно усмехнулся: – Что слышала. Этот Соник – редкостный ублюдок. Тварь, которая не достойна быть героем! Он собрал волю, прокричал: – Как и ты, чумындыра! – А ну повтори, сука! Я тебя раскатаю! – заорала она и кинулась за ним. – Ой-ёй! – пискнул Моб и рванул к площади. Эми пыталась взять его в расплох телепортацией, но ничего не выходило. На миг у неё даже возникло странное чувство дежавю, но скорее обратное. Ведь обычно отчаявшиеся ублюдки убегали, как беспомощные, пользуясь добросердечностью Соника. Но этот кроль был другим. Напоминал ей Тейлза, Наклза... Мысли прервал взрыв – граната угодила прямо в её молот и рванула. Моб уже выдёргивал следующую. Он знал: эта тварь живуча до невозможности, но если заманить её в скопление противотанковых мин – может, получится замочить. Препарат гнал кровь по венам на пределе. Лоб рассекло, кровь струилась из брови, застилая глаза, но он бежал, вытирая её рукавом. Док, увидев, что бедствие переключилось на Моба, тут же юркнул в здание. Эми не отвлеклась. Граната оставила ей лишь испорченную причёску и подпорченный фейс, что только вывело её из себя. С каждым шагом она нагоняла кроля. И тут над улицей вынырнул вертолёт. Ракеты хлестнули цепочками, разнося асфальт, машины, здания. Взрывы валили всё подряд. Моб, не останавливаясь, выдёргивает чеку, на бегу разворачивается и метает гранату прямо в ногу ежихи. Взрыв. Она на полной скорости врезалась в образовавшуюся брешь, потеряла равновесие и протаранила асфальт. Эми захлестнула смесь ярости и боли. Неожиданно для себя она сорвалась – и заплакала. – Ну где ты, Соник... Когда ты так нужен... когда меня обижают! – завыла она, ударяя кулаком по земле. А кроль этого уже не слышал. Он бежал дальше сквозь пыль и огонь, ведомый одним желанием – выжить. Он уже стоял на площади – точнее, на её обугленном подобии. Вокруг горели останки техники, доносились крики умирающих, а асфальт был чёрно-багровым, пропитанным кровью. Но трупов не было. Только мины. Моб нашёл несколько и перетащил в намеченное место, готовясь к финальной встрече. Преследующая в это время рыдала, зовя Соника, шепча прощения и вдруг резко выкрикнула: – Не бойся, Соник нас не бросил! Потом её голос стал мягче, почти сломленный: – Нет... он меня не простит. Я не могу показаться перед ним после всего этого. И тут же – другой тембр, ниже, резче: – Сможешь. Если свидетелей не будет. – Свидетель?.. – Эми повторила, словно не веря. – Да. Убей его и заставь замолчать. Тогда всё будет кончено. – снова хриплый голос. – Убить... – прошептала она, а затем дрожащим, но решительным: – Эггмана. Нужно заставить его ответить! – Да, Эми. Но сперва... Эй, ты куда!.. – голос оборвался. Она посмотрела на разрушенный город, странно улыбнулась, поклонилась – и растворилась в воздухе. Дока даже не заметила. Белый пёс-медик с короткой гладкой шерстью осторожно направился вслед за своим пациентом. А Моб всё ждал. Наркококтейль выжег из него силы. Организм требовал расплаты, и каждая клетка кричала о голоде и усталости. Но он стоял, ожидая удара. Прошло время. Она так и не появилась. Зрение туманилось, разум тянуло в вязкий омут сна. Но он упрямо сидел, пока вдалеке не заметил силуэт. Сердце ухнуло вниз: это она. Но фигура приближалась иначе, чем ежиха. И Моб вдруг понял – сил больше нет. Конец. Он сжал зубы, пока не ощутил неожиданное – мягкое, тёплое, шероховатое. Что-то знакомое. И сознание ушло в царство Морфея. В этот момент над площадью зависла пара вертолётов. Солдаты в тяжёлой броне, с огромной буквой «G» на нагрудниках, спрыгивали вниз. Сложности первых дней Империи А тем временем на базе Эггмана в конференц-зале стоял гул. Новость о смене верхушки обрушилась как бомба. Главнокомандующий GUN решил умыть руки и сложить полномочия – и в самое неподходящее время. Но шум был не столько от ухода, сколько от того, кому он передал власть. Не по старшинству, не проверенному генералу… а какому-то яйцеголовому учёному. Эггману. Конечно, многим такой расклад пришёлся поперёк горла, но кто спросит у составных частей машины, что они думают. – Да он ебанулся, арестуйте его! – выкрикнул кто-то. Часть делегатов поддакнула. Другие промолчали. Третьи наоборот – не возражали против такого хода, лишь видели в Эггмане удобную марионетку. Главное – потом избавиться, напомнив миру, что он тирания на ножках, чьи грехи давно в учебниках. – Вы что, это же Эггман! Дай ему власть – и он наломает дров! – орал один, давя на тему общественного мнения. Но большинству на общественность сейчас было глубоко плевать. – Да какие уже дрова в нашей ситуации? – отмахнулся другой. – Особенно в таком положении нельзя допускать потенциальное… – начал первый, но его оборвал сам главнокомандующий: – А ну всё, замолкли! Это мой крайний приказ как действующего президента GUN! Гул возмущения, страха и недоумения прокатился по виртуальному залу, но быстро стих. Повисла тишина. Гробовая. И только голос главнокомандующего её прорезал: – Ты готов, Эггман? Я вздохнул. И ответил: – Да. – Я, Джон Генри Эдем, действующий пятый президент GUN, передаю свою должность, ответственность и власть доктору Айво Роботнику, старшему ведущему научному сотруднику GUN. Надеюсь, ты меня не подведёшь, Эггман, – произнёс главнокомандующий с усталостью. – Приказ согласно пункту Конституции ЭП-0.2 проводится в исполнение немедленно. Назначение по краткой версии. На этом всё. Принимайте командование, доктор. – Эх, умеете вы прибавлять головной боли, – сказал я, а он только хмыкнул: – Ничего, Эггман, привыкнешь к новым оковам. Удачи, надеюсь, у тебя получится спасти мир. Зал взорвался. Кто-то орал, кто-то шептался, кто-то просто не знал, что делать. По правде, и я не знал, с чего начать – информации хватало лишь на одно: дела катастрофически плохи. И теперь меня ставят у руля. Вовремя, мать их. – Так, минуточку внимания! – повысил голос я. Никто не слушал. Все продолжали орать друг на друга. Игнорировать меня? Доктора Айво Роботника? Немыслимо. Кто-то даже хмыкнул, демонстративно показывая, что моё слово ничего не значит. Ха! Давненько меня так не заливали. Я усмехнулся, бросил пару «добрых» слов, но толку ноль. – Ну ладно… устроим показательное представление, – подумал я и гаркнул: – Может, вы все уже заткнётесь и начнём разбирать ситуацию?! И, что удивительно, помогло. Все стихли. Правда, ненадолго. Вместо того чтобы слушать меня, эти обезьяны начали тянуть одеяло на себя. Один отличился особенно: предложил шарахнуть по заражённой всеми ядерными боезарядами планеты и использовать ОРЗ. ОРЗ, блядь! Он вообще в курсе, что после такого в радиусе сотен километров не останется ничего живого? И что цель умеет телепортироваться куда угодно, в любую секунду? Максимально неэффективно. Другой предложил собрать армию со всех стран, использовать всю технику, артефакты и поставить во главе Шедоу. Прекрасно! Ещё один бонус в армию бессмертного Соника. А если уж мастер-изумруд и кристаллы Хаоса окажутся у него в лапах – это будет просто апофеоз идиотизма. Да, он хотя бы признал, что выхода нет, и предложил мою армию роботов как авангард. Но я наотрез отказался. Прикрытия не будет никакого, особенно учитывая, что заражённые тоже обладают техникой, артиллерией и стратегами. Идея с моими роботами засела в голове. В ней было зерно. Да, главная проблема – численность и автономность. Моя армия может стать металлоломным тараном, но не силой, которая решит войну. Даже задействовав все ресурсы GUN и их союзников – всё равно невозможно тягаться с бессмертной армией, не знающей усталости и страха. Ресурсы сгорят раньше. И тут меня осенило. Взгляд упал на трио Металлов, подключённых к киберпространству. Особенно на Металл Соника. Улыбка сама расползлась. В это время зал бурлил. Каждый толкал своё, но суть сводилась к одному: прикрыть собственную задницу и урвать побольше власти. – А знаешь, – сказал я, не удержавшись от смешка, глядя на того умника, что предлагал ядерный апокалипсис, – не такую уж плохую идею ты выдвинул. Хе-хе-хе... Конечно, никому здесь мой план не понравится. Но чьё мнение тут вообще имеет вес, кроме моего? Это теперь моя организация. – Эггман-01, – обратился я к двойнику, – найди этого голубца, упакуй и отправь его ко мне. Без лишней огласки. Смерть недопустима, живым нужен. Разрешаю задействовать Металлов. Но троицу не трогать – они должны проснуться сами. – Есть, Доктор. Но уточню: доставку выполнить компактно или в свободной форме? Насилие разрешено? Если да, то какой степени – мягкой, средней, жес... – Приведи его живым! – не выдержал я и перебил. – Принято, Доктор Эггман, – ответил он с интонацией, от которой у меня возникло нехорошее предчувствие. Но уже поздно. Пока Эггман-01 шёл по следу через сеть ЭггманНет и ЭггманКорп, в зале меня всё ещё не воспринимали всерьёз. Но ничего, скоро воспримут. Началось голосование. Первым вынесли массированный ядерный удар. Несколько рук поднялись. Дальше – полномасштабное наступление с Шедоу во главе. Почти половина «за». Затем – ковчег, план вечного бегства. Поддержала половина. Я, разумеется, не в их числе. В постоянном бегстве победы не будет. Вдруг Эггман-01 доложил: – Анализ макаки с ядерной кнопкой завершён. Объект: премьер Француэ Банапа, Париж, Франция. Задействованы местные филиалы корпорации. Захват и доставка – через три часа. Все это услышали. В зале напряглись, а сам Банапа взвился и заорал, сыпя отборной бранью: – Какого х*я вы себе позволяете, месье Айво Роботник?! Поздно. Следом – крики, хруст костей, звук разбитого стекла, выстрелы и вопли «Защитить премьера!». Всё стихло после серии глухих ударов. И донёсся синтезированный голос: – Доктор Эггман, цель захвачена и будет направлена к вам. Переполох поднялся такой, что зал едва не сорвался с цепи. Заглушил его только Шедоу: – Что это значит, Доктор? – А то и значит, что таракана пришлось протравить, – ухмыльнулся я. – Надеюсь, мы сработаемся. Иначе каждый рискует стать следующим тараканом, которому нужна дезинфекция. – Доктор, это же… – начал Шедоу, но я его перебил: – Да знаю! Бесчеловечно, узурпация власти, плевок в догмы GUN. Но времена такие. Я поднял голос, обратившись к залу: – Апокалипсис уже ломится в двери. Армия обернулась против нас, получила бессмертие и стала машинами для убийств. И вы предлагаете бросить на убой остатки сил? Или, может, вручим кристаллы Хаоса прямо в лапы заражённого Соника? Шедоу не абсолютное оружие, и если он проиграет – вы готовы вечность быть рабами? Ковчег вас не спасёт. Я ударил кулаком по столу: – У меня есть план. Да, он нарушает все мыслимые принципы человечности. Но другого выхода нет. Кто со мной?! На табло загорелось зелёным почти всё. Красного не было. Даже Шедоу, хоть и мрачный, так и не решился. – Отлично. Тогда начинаем. Первое: добровольцы в первый механизированный отряд. Неделя срок, чтобы прислали кандидатов. Все критерии я разошлю через сеть. Ознакомьтесь и выбирайте. – Проект «Пандемониум», «Немезида», «Робианцы»… – один из участников, пробежав глазами документы, выдохнул: – Это безумие, Доктор Эггман. Превратить подданных в машины? Вы окончательно сошли с ума! Я лишь хмыкнул и ответил со смехом: – Для вас безумие? Возможно. Но посмотрите вокруг – весь мир уже обезумел и захлёбывается в крови. Разве нет? Зал притих. Ответа не было. Лишь Шэдоу заговорил: – А чем мы тогда будем отличаться от всех побеждённых злодеев? – Чем? – усмехнулся я. – Тем, что я никого насильно не тащу. И тем, что у нас ситуация отчаянная. Ты один, Шэдоу, с ней не справишься. Отчаянные времена требуют отчаянных мер. И не надо мне пафосных клише. Я не хочу видеть, как ещё один сверхсильный ёж встанет на сторону безумия и начнёт резать всех подряд. Подумай: что делать, если ты проиграешь? Я посмотрел прямо ему в глаза. – Ставки выше, чем когда-либо. Это не драка с карикатурными злодеями. Это война на выживание. Либо они, либо мы. И наша армия слишком слаба. Проект «Робианцы» хотя бы уравняет шансы. И да – модифицированным я дам больше свободы, чтобы это не было просто рабство. Я резко хлопнул ладонью по столу. – Думаю, вы все меня поняли. На этом всё. Через неделю – новые лица. Часть делегатов отключилась. Остались двое. Шэдоу: – Хорошо, Доктор. Надеюсь, путь, который вы выбрали, не ошибочен. Я сделаю всё, что смогу. – и он исчез с линии связи. Бывший глава GUN сказал спокойнее, но с холодком: – Неплохо, Доктор Эггман. Теперь я уверен, у вас есть хватка. Но ваши проекты смущают. Если такой боец однажды окажется по ту сторону… не дай бог. Подумайте над этим. – Я понял вас, эм… – запнулся я. – Можете звать меня Джон. Ладно, надеюсь, вы обдумаете этот вопрос. На этом всё. Удачи, Доктор Эггман… или мне теперь звать вас Главнокомандующий Эггман? – Нет. Лучше просто Доктор Эггман, – ответил я. Он засмеялся, сказал что-то уклончивое и отключился, оставив меня среди мониторов, гула вентиляторов и прерывистого шума механизмов. Следующий день мало чем отличался, разве что новостью о смене президента GUN. Теперь это официально: Доктор Айво Роботник. Отставка Джона Генри Эдема тоже обсуждалась, но меньше. Конечно, это вызвало споры. Общественность уверена – я снова взялся за старое, и всё, что я делал до этого, перечёркнуто одним обращением. Даже бывший президент не смог повлиять на мнение. Акционеров же и вовсе добило прошлое совещание – они в ужасе и страхе. Хотя бояться им стоит не меня. Но и так сойдёт. Будут подчиняться. Правда, цена у этого будет… Кстати, имя у бывшего президента странноватое, но сейчас не до того. У меня проект «Робианцы». Его нужно перевести в лучший вид, и основа – воссозданный Соник. Правда, ядро такого уровня не повторить – оно связано с эффектом квантового коллапса. Придётся делать аналог попроще. Для этого нужен доктор Преображенский. Но он не отвечает. Даже сообщение не прочитал. Пришлось ковыряться самому. Старым дедовским методом проб и ошибок. Особенно с ревёрсом гибридного реактора Хаоса. Активная зона вся из Металликса с примесью неизвестного мне ранее металла-проводника. И как раз вечером, когда я уже хотел сделать паузу, позвонил один из замов. Глава по связям с общественностью. Его до дрожи беспокоит «стабильность» и особенно реакция на смену главы организации. В щепетильное время, как он выразился. Мягко сказано. – Эггман-01, сводку! – приказал я. – Да, доктор. По сети Eggmannet: общие настроения населения планеты ожидаемо депрессивные, местами анархические. Некоторые террористические группы, ранее уничтоженные или разгромленные, подняли головы после безумия Соника. Первая – «Длань Когтя». Отбитые отморозки, торгаши рабами, органами, оружием. По большей части гиены и прочие падальщики, редко другие виды. – Ха, помню, их тогда знатно проредила команда Соника, – заметил я. – Вожака звали Каёт Чёрный Коготь, если память не изменяет. – Верно. Он был приговорён к смертной казни через 31 год после вынесения приговора. До этого содержался в крепости Форбейс – неприступной, с режимом, который ломает самых упёртых. Но год до исполнения казни произошёл инцидент с Соником: часть заключённых сбежала, часть заразилась. Чёрный Коготь в числе сбежавших. Чем занимается нынешняя «Длань Когтя» – неизвестно. – Очевидно – ничем хорошим, – пробурчал я. – Далее: «Гидра». Преступная организация, ядро которой составляли бывшие военные из государства 404. Их идеология – превосходство человеческой расы и геноцид всех остальных. Основные доходы: оружие, наркотики, биохимическое оружие, мобианская работорговля и органы. В официальных сводках: их главная база и филиалы уничтожены в ходе совместной операции «Обвал», в которой участвовали: команда Соника, ОБР и ПСО GUN, ваши механизированные силы, спецслужбы и местные силовые структуры. Штаб-квартира была скомпрометирована и ликвидирована, ресурсы конфискованы, два кристалла Хаоса изъяты GUN. – Да, помню эту заразу, – сказал я. – «Гидра» всегда была как тараканы: раздавишь штаб-квартиру – вылезут две новые. Два года ушло на то, чтобы их вычистить. Помню, как Соник использовал кристаллы Хаоса, несмотря на протесты Эми, Наклза и Тейлза. Лаборатория под землёй, где они их хранили, – он её сравнял с землёй одним махом. А потом за сутки уничтожил шестьдесят пять филиалов по всему миру. Даже меня провёл, хитрый ублюдок, – я тяжело вздохнул, глядя в пустоту. – После этого их внесли в список потенциально опасных, но... – Доктор, – перебил меня Эггман-01. – После нанесения критического урона организация «Гидра» официально считается развалившейся. Однако анализ документов выявил связи с множеством других структур, включая GUN. С недавних пор фиксируется активность в нескольких узлах. Вероятность, что «Гидра» не была полностью уничтожена, высока. Более вероятно, что кто-то в высших эшелонах GUN тех лет прикрыл остатки. Через месяц после инцидента в Нью-Йорке наблюдалась пиковая активность. Я считаю, это подготовка к выходу в свет. – Отлично, ещё одна головная боль, – пробурчал я. – И не последняя, – сухо ответил двойник. – На очереди у нас ещё группа анархистов и... сектантов. Я вскинул голову. – Сектантов? – в голосе прорезалось раздражение. Мой зам тоже напрягся – у него до сих пор память о предыдущем инциденте, когда сектантский след вывели на одного из наших... он плёл бред, а потом застрелился. – Они опасны, как вы и предполагаете. Это крайне скрытая организация, следы которой обнаружены в самых неожиданных местах, включая GUN, – продолжил Эггман-01. – Да-да, знаем, – отрезал я. – Хватит прелюдий, выкладывай суть. Двойник замолчал на секунду, будто выжидая моего разрешения. И это молчание прозвучало громче, чем любые его слова. – Похвально, так держать, расскажи подробнее, что нарыл! – сказал я, и металлический двойник продолжил: – У «Фэйт» двойная структура. Наружный слой – «Спасители». Они работают открыто: палатки помощи, врачи-добровольцы, строительство новых кварталов и освобождение потерянных регионов. Главная цель: Освобождение и восстановление всей Земли. Их белые палатки с голубым крестом можно увидеть и в Латинской Америке, и в Африке, и даже в России. Они берут под опеку беженцев, сирот, семьи погибших. На первый взгляд – благотворительность чистой воды. Я нахмурился: – А внутренний слой? – Там всё иначе. После «инициации» – процедуры, где используется неизвестная сыворотка и психотропные методы, доброволец становится фанатиком. В их терминологии он – «новорожденный». Он забывает сомнения и начинает видеть в Сонике божество, пришедшее очистить землю. Они повторяют мантру: «Нет никого выше Господа, и он пришёл, чтобы омыть нас в реке Стикс». Мой зам не выдержал, сказал с раздражением: – Бред собачий. – Было бы бредом, если бы это не работало, – холодно парировал Эггман-01. – Мы внедрили сотрудника. Через месяц он вернулся... другим. Его речь стала фрагментарной, глаза стеклянные. Он твердил только их лозунги. При вскрытии мозга обнаружены микроожоги в височных долях и следы неизвестного химического воздействия. – Чёрт... – пробормотал я. – И сколько у них таких «новорожденных»? – По данным EggmanNet: десятки тысяч по всему миру. Наибольшие концентрации – Европа, Ближний Восток и побережье Северной Америки. Они формируют отдельные боевые отряды, «апостолов», вооружённых за счёт пожертвований. Есть данные, что «Фэйт» уже ведут тайные переговоры с остатками «Гидры». Я ударил ладонью по столу. – Великолепно... ещё и фанатики, готовые в любой момент превратить гуманитарные лагеря в арсеналы. – Именно, Доктор, – подтвердил Эггман-01. – Их главная цель – дождаться «дня очищения». По нашим прогнозам, они либо уже готовят массовое жертвоприношение, либо собираются вызвать Соника напрямую, считая его воплощением божества. – Принято, Доктор Айво, продолжу. – начал Эггман-01 металлическим тоном. – Их арсенал методов разнообразен: диверсии на государственных объектах, организация терактов, саботаж в органах власти, устранение всех, кто мешает «возвышению Соника». Они ведут сбор кристаллов Хаоса, но пока, по нашим данным, не нашли ни одного. Параллельно идёт систематическая промывка мозгов, рекрутирование новых лиц... – он с иронией добавил: – И надо признать, весьма эффективная. Фанатики даже не понимают, что участвуют в пирамиде и работают на террористов. А ведь они могут обрушить мир в хаос. Уже пытались: устроили атаку на нашу корпорацию, хотели одновременно обрушить все коммуникации. К счастью, безуспешно. Но погиб один сотрудник. Неважно. Расследование ведёт служба безопасности. – И мы бы так и не узнали о них, если бы не один из наших, – продолжил двойник. – Во время саботажа он потерял жену. Добровольно чипировался, внедрился в их сеть. Его подвергли «омовению» дважды. После этого мы потеряли с ним связь, как и спецслужбы GUN. Но когда он вернулся домой и попытался принести в жертву собственную дочь, его чип автоматически подключился к EggmanNet. Мы перехватили контроль над телом до рокового часа и выкачали несколько терабайт информации. Его мозг был уничтожен веществом, которое ранее встречалось в лабораториях «Гидры» во время операции «Обвал». Но теперь оно модифицировано. – Их официальная цель – «спасти мир через возвышение». Перевожу: теракты, массовые убийства, подмена глав государств. Финансирование идёт от десятков стран, официально – как гуманитарной организации «Спасители». Плюс классическая финансовая пирамида внутри секты: деньги текут от простых граждан к верхушке. Третья ступень пирамиды состоит из президентов и министров. Наш крот был на четвёртой ступени – это бывшие сотрудники других организаций, которые обязаны отдать при вступлении любые секретные сведения. Мы от утечек не пострадали: всё было подстроено. Но другие структуры, по нашим данным, потеряли многое. Он замолчал на секунду, будто подбирая слова. – Но главная угроза – пятая ступень. Самая многочисленная. Это обычные граждане. Они и держат всю секту на плаву. Их слишком много. По нашим расчётам, они уже охватывают 58% сфер экономики и услуг по всей планете. – М-да, час от часу не легче. Я-то думал, у нас главная проблема – в целости GUN из-за вас и источниках всего апокалипсиса, а тут ещё эти гиены подняли свои рыла… – процедил мой зам. Я же вертел в голове их название. – «Фэйт»… судьба. Они серьёзно верят… – и тут у меня сорвался лёгкий смешок. Зам, у которого и так нервы на пределе, тут же напрягся. – Доктор Айво Роботник, вас что-то рассмешило в этой ситуации? – официальным тоном выдал он. Я подумал: и правда, смешного мало. Даже грустно, что мы на этих змей вышли только сейчас. Но удержаться не смог: – Ха-ха-ха… посмотрим, кто кого! «Спасители» через судьбу всеобщего умертвления? Держитесь! – а потом уже сдержаннее: – Ладно, ничего в этом весёлого нет. Важнее другое: нужно сплотить GUN, и ядром будет моя корпорация «Эггман Индастрис». Второе – уверить всех участников, что со мной они будут в безопасности. Настолько, что никакие «Спасители» им будут не нужны! – Эггман-01, у тебя новая работа: восстанови все литейные заводы империи и расконсервируй основные меха-войска. Провести полный апдейт по образцу моего Металл-костюма. Срок – месяц. Через месяц мы полностью освобождаем Нью-Йорк. – Думаю, разумнее сравнять его, – упёрся двойник. – По моим данным, даже высокоранговые «Спасители» пытались штурмовать Нью-Йорк и обломались. Часть безвозвратно потеряна. Десяток боеголовок в несколько килотонн выжгут всю заразу подчистую. Я тяжело вздохнул: – И заодно взорвут мою небесную крепость. Если она рванёт, на месте города будет кратер, климату и экосистеме конец. Планета должна остаться пригодной для жизни после того, как я выправлю этот кризис! Не перечь мне, готовь войска! – Принято, Доктор Эггман! – с ехидством сказал Эггман-01 и отключился. Мой зам не знал, что сказать, только тяжело вздохнул: – Так, ваш план – освободить территории раньше «Спасителей»? – Да. Подготовь речь на послезавтра, нужен фурор. Надо заявить: GUN снова в деле! – приказал я. Он пробормотал: – Понял вас, президент GUN, организую пресс-конференцию... Бл… ладно, у вас же аппаратура есть. Всё, до послезавтра. Отключился, оставив меня одного. Я усмехнулся: – Ну ничего. Пора заняться моими детишками. Они покажут, что я, Доктор Айво Роботник, не синий дегенерат-герой и не его озверевший фанатик с молотком в руках! Ха-ха-ха! На сей раз мой план сработает! ... Тем временем в Нью-Йорке, среди руин обрушенной крепости, на троне из обугленных тел и костей – с детскими черепами в основании – восседала взрослая крольчиха с ухмылкой до ушей. Рядом стоял тёмный рыцарь, бурый от засохшей крови, безмолвный исполин, готовый повиноваться любому её слову. К ней подошёл мужчина в чёрной мантии и, склонившись на колено, произнёс: – Королева, план выполняется по графику. Но возникла переменная... смена руководства GUN. – И кто же теперь рулит? – её голос резанул холодом. – Доктор Айво Роботник, моя королева, – торопливо ответил он, глотая слова. Взгляд его случайно скользнул по трону, и дыхание перехватило. Она вдруг исчезла, и мужчина облегчённо выдохнул. Но её голос раздался за его спиной – шёпот с цоканьем зубов: – Не надо, этот милый Эггман слишком долго шёл к власти. Пусть порадуется, пока не поймёт неизбежное. Как продвигается «Спасение»? – Всё по плану всевышнего, – сказал он, словно молитву. – Хорошо. Он не любит сюрпризов, – её улыбка стала шире. – Тогда откланяюсь, моя королева, верховный оракул, – произнёс он и растворился в воздухе. Она осталась одна. Глаза блеснули безумием: – Так и знала, Эггман… Ты свою натуру не изменишь. Ничего, мы всем найдём место в наших рядах! Ха-ха-ха! Её смех, леденящий и душу разрывающий, прокатился по коридорам руин небесной цитадели и ушёл в остатки города. Выжившие в секторах под контролем «Спасения» потом клялись: в ту ночь заражённые стали более активны. Целая волна двинулась прямо на один из лагерей в пригородах Нью-Йорка. - Несколько дней спустя… ----------- Ранний подъём, сводка новостей от Эггман-01: всё плохо, как обычно. Хотя «Спасители» показали неплохие результаты – отразили волну, поднявшуюся хрен знает откуда, из недр Нью-Йорка. Правда, пал передовой лагерь Нью-Шер, и остались только Винлаб с Нетфликсом. Ранг опасности: Кетер. Связи с Небесной Крепостью и всеми подконтрольными ей единицами нет, или, как выразился Эггман-01, «не имеется возможным». Статус неопределён. В Японии в разгаре карантин. Токио и Окугава взяты в оцепление, местные власти решили уничтожить эпицентр заражения зачисткой совместно с рейд-группами Спасителей. Подразделения GUN в повышенной боевой готовности. Ранг опасности там уже Предвестник. О России пока сведений мало. Но, по данным разведки GUN со спутников, Москва разнесена к чёрту из-за действий источника Эми Роуз. Вокруг региона выставлена карантинная зона. Основные силы GUN уже на месте, помогают местным войскам. К ним подлетает группа поддержки Спасителей. Уровень угрозы: Апокриф. – Час от часу не легче, – вздохнул я, вставая с кровати. Подошёл к гардеробу, стал одеваться. Автоматизированные системы тут же начали поправлять мой внешний вид, а мой механический дублёр продолжил сухим голосом: – Подготовка по основной задаче – реактивация заводов и расконсервация армии Империи Эггмана – идёт согласно плану. Потребуется примерно месяц при оптимальных условиях. Однако мы потеряли значительные склады в США, России и частично в Японии. Восстановление контроля займёт время. Также страны, как Китай и Индия, продолжают развитие плана «Б»: Проект Ковчег. Наша корпорация «Эггман Интерпрайз» финансирует их через подставные компании, но, по расчётам, этого хватит лишь частично. Замечена подготовка производственной базы Ковчега на востоке России. Поиски планет-кандидатов продолжаются, но пока безрезультатно. – И в общем на этом всё. У вас сейчас назначена пресс-конференция, посвящённая вступлению в должность, – закончил Эггман-01, ознаменовав конец доклада. Я лишь хмыкнул, натягивая красную перчатки на хромированный протез, и погладил усы: – Да, пора задать жару. Двинулся из спальни и пошёл по коридорам прямо к месту виртуального конференц-зала, где обычно собирается GUN. Тем временем наш кроль лежал в госпитале Святого Петра. Там уже разместили выживших после того инцидента, хотя «выжившие» – громко сказано. Часть просто сошла с ума, озверела, всё человеческое в них сдохло. Другие очнулись, но смотрят в стену стеклянными глазами, реагируют через раз: крикни трижды – может, повернут голову. Некоторые вроде бы в порядке, делают вид, что держатся, но внутри у них уже поселилось безумие, шиза, да ещё и суицидальные мысли в придачу. А кое-кто, наоборот, рвётся обратно в бой – в ту самую мясорубку, лишь бы чем-то заполнить дыру, образовавшуюся внутри. Вот и наш Моб очнулся. Смотрел в потолок – тот самый стерильно-белый, больничный, одинаковый во всех госпиталях. Безликий цвет, который якобы должен успокаивать, но в его случае только раздражал. Всё вместе – этот фонящий мусор из звуков, запахов и головная боль, что не отпускала ни на секунду, – складывалось в сплошную какофонию. Но всё же он жив. Выжил, вырвался из ада, из того безумного кошмара, что внезапно обрушился на его жизнь. Кроль медленно поднялся, сел, уставившись в никуда. Радости не было, облегчения тоже. Только пустота. Мысль билась в голове: «Я выжил. Да, выжил... но какой ценой?» Внутри него разрасталась дыра – чёрная, гремучая, пожирающая изнутри. Из этой дыры сочилось жгучее, липкое желание, затмевающее рассудок. Сейчас бы он снова пошёл в бой, прямо сейчас. Нечего тут валяться, пока другие гибнут – люди, его знакомые! Дверь вдруг со скрипом открылась. Вошёл врач в белом халате, с лисьей мордой. Глянул на зайца, тяжело вздохнул, пододвинул стул. Кроль его даже не заметил – слишком захлестнули эмоции, разум плыл, всё внутри кипело. – Моб! – позвал врач. – Что… где я? Как мой… – пробормотал кроль, но слова застряли. На него нахлынули воспоминания о брате, о Феде. Слёзы скатились по щекам, а вместе с ними вываливалась первобытная ярость, из самой тьмы души. Она обвивала его, давила, и пустота внутри вспыхнула, как пожар. – Не беспокойтесь, Моб. Вы в безопасности, в госпитале, – тихо сказал врач, стараясь говорить спокойно. – Как себя чувствуете? А кроль с каким-то странным смешком выдавил: – Всё хорошо. Прекрасно себя чувствую, хи-хи… Знаете, док, можете вернуть меня в строй. – В строй? – врач спросил с лёгкой горчинкой. – Да. Я прямо сейчас готов отправиться и отомстить этим уродам! – рявкнул Моб, одержимый идеей мести. Док в белом халате эти порывы не разделял: – Так успокойся, вояка, никуда в таком состоянии не поедешь! – Но я себя прекрасно чувствую... – кроль пытался убедить его, прятал боль и слабость за словами. Лис вздохнул, слегка толкнул его, совсем без усилия, но этого хватило: Моб потерял равновесие и с грохотом рухнул обратно в кровать. – С таким состоянием тебя только в цинковый гроб закатывать! – сказал врач с нажимом. – Но... - пытался что-то возразить Моб, но док его перебил: – Никаких «но». Ты ещё успеешь повоевать, маленький герой, а вот здоровье твоё нихуя не справится. Сейчас ты только обуза. Эти слова не обрадовали Моба. Лицо его вытянулось, явно выразив разочарование и опустошение. Лис вздохнул ещё раз: – Ладно, раз ты такой отважный, полежишь недельку. – Недельку? – опомнился Моб. – Да, неделю. А дальше – по результатам тестов будем смотреть, начиная с завтрашнего дня. – ответил Док и добавил: – У тебя завтра тесты, а сегодня набирайся сил. Если что – нажми красную кнопку рядом с левой стойкой койки, медсестра или медбрат помогут. – Понял, – коротко ответил кроль. Врач провёл ещё пару процедур, проверил показатели, попрощался и вышел, оставив Моба одного, один на один с собой и демонами, которые тянули его обратно в этот безумный ад... Через пару часов за ним пришла медсестра и отвела в многолюдную столовую. Как только он сел за стол, ему сразу принесли поднос с овсянкой, но взгляд кроля прилип к телевизору. Шли новости. Ведущая выглядела довольно строго в официальном костюме, за её спиной сверкала надпись «Новости света», в правом верхнем углу расположилась маленькая миниатюра: у трибуны стоял лысый полный мужчина в красном комбезе и с протезом вместо руки. За кадром звучало: «В GUN официально сменилось руководство. Новый глава обратился к народу». Миниатюра развернулась на весь экран и мужчина заговорил: – Граждане, жители Земли. Я – новый президент GUN, доктор Айво Роботник. Может, кто-то знает меня под псевдонимом Доктор Эггман, но это сейчас неважно. В мире творится хаос и безумие. Наши «герои» обернулись против нас и устроили геноцид, а скрытые враги наращивают мощь. Первое, что я сделаю – остановлю эту вакханалию. Второе – верну стабильность и восстановлю общество. Третье – постараюсь найти лекарство от этой неизвестной болезни, если это возможно. Но с этим я не справлюсь в одиночку. Поэтому призываю всех, кто хочет вернуть мир, вступать в GUN. После этого миниатюра вернулась к обычным размерам, и женщина продолжила: – Это было обращение Доктора Эггмана. Будет ли он способствовать возвращению мира или это всего лишь сладкие речи – никто не знает, но это точно приведёт к переменам. А теперь к следующей новости: самодельные коктейли Молотова и кустарное оружие: по всему миру участились преступления с использованием самодельного оружия, власти призывают воздержаться от неразумных действий и использовать оружие только для защиты. Следующая заметка про зомби: неясно, на сколько эти заражённые считаются людьми, ведь по сути их расчеловечили полностью. Моба это не волновало; его волновало только одно – вступление в GUN. В зале эту тему бурно обсуждали: кто-то с насмешкой и недоверием к новому президенту GUN, ведь его злодеяния были ещё слишком свежи в сердцах людей; кому-то казалось, что всё это вообще полное безумие. Моб доел, отнёс поднос и пошёл обратно в палату. Операция "Логово Дракона" А в киберпространстве... Время 13:00. На улицах бурлящего мегаполиса, где жизнь кипит почти круглосуточно, – ажиотаж. В одном крупном банке скопились толпы людей, копы, уже стояли баррикады. Женщина – летучая мышь в форме – кричала, как через мегафон: – Вы окружены, сдавайтесь, и мы не причиним вам вреда! В 13:15 из толпы выскочил мужик в маске, вышел на публику с короткостволом, держа в заложниках антропоморфную мелкую кошку, предварительно избив её сопротивляющуюся мать: – Если хотите увидеть заложников живыми, то пригоните бронетранспортер и снимите это грёбаное оцепление! А если попытаетесь играть не по правилам – думаю, дочери мэра голова больше не понадобится, как многим заложникам, хе-хе-хе. У вас час, максимум два! – и вернулся в здание. Летучая офицер выдала только: – Блядь... Стоящий рядом волк в чёрной форме и экипе, тихо произнёс: – Ну что, в работе? – Да-да, Руки, даю добро твоим ребятам надрать ему зад! Вот только с заложниками поаккуратнее – мне нужно, чтобы все выжили! Понял? – грозно вопросила женщина. Волчара клацнул зубами: – Да, мэм, сделаем на ура! Слышала, Эми? – Да, Руки, приняла. Сейчас передам о начале операции "Логово дракона", – это из стоящего вблизи фургона ответила волчица. В 13:20. Тем временем в технических помещениях маленький двухвостый лис с напарником – белым как снег енотом, пробирались к входу в банк, подсвечивая путь нашлемными фонариками. Они были в полной амуниции, на оружие уже навинчены глушители. У самого входа рация ожила: – Кольцо, я Нелис, Дракон утащил принцессу, гнездо полно! – Кира принял, драконобой готов! – ответил Роб. Он завис где-то со снайперкой 50bmg для особо крупных целей. – Нелис, Тейлз принял, шоу начинается! – через микрофон в шлеме ответил Тейлз. Затем подбежал к двери, взломал её и слегка приоткрыл. По радио дал сигнал Наклз: – Наклз принял, начинаю спуск! – и ехидна спрыгнул с крыши небоскрёба в сторону банка. Следом за ним сиганул Артём, облачённый в спецкостюм. Тротил проверил помещение, убедился, что никого нет, и коротко бросил: – Чисто, пошли! Тейлз вошёл в здание. По рации скрипела Эми: – Всех приняла. Осторожнее с принцессами, они не должны пострадать! – Так точно, – по очереди отозвались бойцы. В то же время где-то в одной из частей банка лежали дрожащие заложники. В основном это были антропоморфные львы и тигры, плюс несколько агрессивных волков. Впрочем, парочка заложников уже не дрожала – их с продырявленными телами унёс вниз по реке Стикс. Тройка грабителей с стволами смотрела на всю эту толпу. К ним присоединился ещё один, который чуть раньше выдвинул ультиматум. Он привёл малолетнюю заложницу и без зазрения совести швырнул её на землю Кошечка смогла только пискнуть, зато на лице у него расплылась мерзкая ухмылка. Мать кошки, увидев это, бросилась к ребёнку и оберегающе прижала к себе крохотное дрожащее тело. Все четверо бандитов недобро ухмыльнулись, и это явно не предвещало ничего хорошего. Тейлз пробирался через запутанные коридоры и подошёл к главному залу, где трое головорезов стояли вместе с Тротилом. Было 13:35, когда он спрятался с напарником за колонной. В 13:40 Наклз и Артём благополучно приземлились на крышу банка. – Нелис Наклзу, мы на месте, готовы начать шоу! – докладывал ехидна, стоя сверху и смотря на вестибюль через большое окно. – Наклз Тейлзу, принцессы не у входа, проникай бесшумно! – ответил по рации лис. Он переглянулся с напарником, который зачем-то накинул на себя коробку и медленно шёл к одному из бандитов. Тейлз только скептически посмотрел ему вслед. В момент, когда енот в коробке почти дошёл до бандита, лис тихо крался ближе, и вдруг случайно наступил на что-то, звонко загремевшее. Шум раздался по всему холлу, и один из бандитов обернулся. – Что за шум?! – рявкнул собаковидный с повязкой на морде, держа автомат наготове. Он осмотрелся и заметил коробку посреди зала: – Эй, Снайк, мне кажется, этой коробки тут быть не должно! Второй, со змеиной головой,зашипел: – Да, х-с-с, Гав, мошшет, она тут и была. Третий, самый мелкий, заскрежетал зубами и рявкнул: – Эй, вы! Два дебила это сила! Заткнулись быстро, нам нужно следить за входом, как сказал босс! Лысый как чёрт змеевидный, с натянувшейся кожей и вытянутой мордой, усмехнулся и подшутил над третьим: – Да чего ты так взъёбался, расслабься, у нас сейчас принцесса в хватке. Они не пойдут на штурм и не станут ей рисковать. Но вот Гаву было не до шуток, он серьёзно задумался над происхождением коробки. Всячески её обнюхал, даже приложил ухо, но Тротила не учуял. Змеевитый крикнул ему: – Эй, псина, что ты так пристал к этой коробке? – Да пахнет она... Взрывчаткой... – сказал собакоподобный. Змеевитый с шипящим акцентом добавил: – Даффай откроем! Тейлз и Тротил нахмурились, сердцебиение ускорилось : «Спалят, всё, конец! –мелькнуло в мыслях у обоих – Сейчас спалят!». У лиса уже наизготовку АКС, который может дистанционно вложить свинец в их плоть, и пистолет Макарова – внутривенно на ближней дистанции. Но тут третий, не желая брать на себя лишнюю опасность, грозно сказал: – Эй, Гав, хрен мы знаем, что в ней. Давай отнеси её на склад, пускай ребята посмотрят, вдобавок принесешь босу попить! Гав, вздохнув, ответил: – Хорошо. Он подошёл к коробке, и лис бесшумно переключил АКС на одиночный. Когда бандит схватил основание коробки, лис понял – настал момент истины. Сейчас спалят! Гав поднял коробку с тяжёлым вздохом: – Увесистая! – сказал он и направился в сторону длинного коридора. Это означало, что одна потенциальная цель отпала, а с ней и напарник. Очко Тейлза было настолько сжато, что иголку не просунешь, к тому же Тротил почти гарантировано спалится среди врагов. – Зашибись началась операция! – мысленно произнёс Тейлз, одновременно ставя АКС на предохранитель. Змеевитому стало скучно стоять посреди холла, и он направился к стойке банка, видимо, решил её изучить. Мелкий с вытянутой мордой встал около колонны, за которой прятался лис. «Вот так свезло! В одном неудача, в другом помогает» – подумал он. Лис тихо вытащил нож, перехватил поудобнее, и тихо выдохнул. На вдохе он резко прыгнул к мелкому бандиту, зажал ему рот и полоснул шею. Тёплая кровь обагрила лезвие, смешиваясь с жёлтой шерстью. Бандит, безуспешно цепляясь за жизнь, издавал булькающие звуки. – Что за...?! – змеевитый резко обернулся и испугался. В следующий момент окровавленный нож влетел ему в глаз. Тело мгновенно упало, бессильно стукнувшись об пол. Тейлз холодно подошёл к трупу, осмотрел карманы, снял с автомата магазин, забрал радиостанцию. Краем глаза заметил его часы – на них 13:54. Сухо сказал в рацию: – Нелис Тейлзу, два дракона на входе в пещеру нейтрализованы, иду вслед за Тротилом в глубины! – Тейлз, вы с Тротилом разделились? – спросила Эми. Тем временем Тейлз завершил свою работу, спрятал первое тело в один из шкафов и пошёл ко второму: – Да, его пока не раскрыли, но это произойдёт точно! В следующее мгновение он кратко ввёл Эми в курс дела, одновременно осматривая карманы трупа. Эми тяжело вздохнула. – Эх, чёрт. Ребята, вы или гении или идиоты! Надеюсь, ты доберёшься до него раньше, чем он взорвёт их! – Понял... – ответил Тейлз, вытаскивая нож из глазницы трупа, залитого кровью. Он откинул тело, спрятал его и направился быстрым шагом за Тротилом и уносящим его бандитом. По пути он вытер нож о рукав и засунул его в ножны. А впереди, посвистывая, шёл бандит с коробкой. Руки его напряглись от тяжести, а в голове вертелось: «Интересно, что там внутри за добро? Босс точно похвалит!» – и с такими мыслями он ускорил шаг... В тоже время Наклз, конечно, никогда не знал, что такое "тихо", и с грохотом выломал дверь под фейспалм Артёма. Очень удачно эта дверь придавила стоявшего за ней бандита. «Минус ещё один», – подумал Артём, а Наклз лишь хмыкнул и сказал: – Не стоило ему тереться у двери! Он посмотрел на беднягу, валяющегося без сознания. Артём, шагнув вперёд: – Ну что, спускаемся? Тем временем на первых этажах Тейлз следовал за Тротилом. Он спустился на нулевой этаж, а по радиосвязи бандитов всё чаще спрашивали об этих двух мертвецах. Один из них настолько взволновался, что решил проверить вестибюль. – Вопрос времени, когда он их найдёт, если, конечно, найдёт. Но это его на некоторое время займёт, – сделал вывод Тейлз на основе услышанных по радиоканалу переговоров. Впереди возник Т-образный перекрёсток. Слева стоял бандит и позёвывал. Тейлз резко свернул за угол, но бандюга краем глаза заметил движение и пошёл проверить. Тейлз снял с предохранителя АКС и направил его в проход на уровне головы. Бандит медленно приближался, тоже держа оружие наготове. Лис, как терпеливый охотник, ждал, но жертва не спешила попасть в капкан. Но лис знал - судьба её была предрешена. Вот ствол бандита выглянул из коридора... Тейлз отошёл слегка назад и в сторону, прижался к стене. Бандит резко повернулся, чтобы осмотреть коридор, но Тейлз ждал этого. Жертва попала в капкан – мушка лиса нацелилась в его голову, а вот мушка бандита смотрела в сторону. Приказным тоном лис зарычал: – Опустить оружие! Подойди сюда, и без глупостей, иначе с башкой попрощаешься! – Спокойно, начальник, спокойно, хорошо, сейчас! – бормотал бандит, подходя. Лис гаркнул: – Клади оружие на пол и на колени! Бандит послушно опустился на колени. Тейлз задал ему пару наводящих вопросов – сколько их и где сидят, – а потом вырубил прикладом и связал ремнём от оружия: руки за ствол, ремень на лоб, в натяг. Оттащил в пустую комнату и двинулся за Тротилом, которого ещё не успели далеко унести. Через несколько минут раздались выстрелы, послышались шум и крики. Тейлз напрягся, снял АКС с предохранителя, подбежал к двери, за которой гремело, выдохнул и ворвался. Внутри его ждал сюрприз: с десяток вооружённых боевиков без сознания валялись по всей комнате, и было очевидно, что на них живого места не осталось. А посередине, прямо напротив дрожащей коробки спиной стоит синий ёж с алыми вкраплениями, в окровавленных кроссовках. Тейлз не сразу это заметил, но новость была замечательна: Соник нашёлся. – Соник! – выдохнул Тейлз, забыв про осторожность... – Уберите этого монстра поскорее! – взвывает беззвучно Тротил дрожа в коробке. Тридцать минут назад... В это время Тротил, вцепившись когтями в коробку и выжидая, пока её положат на поверхность, считал голоса. По звуку их тут… десять… пятнадцать… нет, тридцать. Енот нервно хихикнул, и кто-то это услышал. – Эй, чё смешного?! – спросил один из мужиков. Тротил затаил дыхание, достал АПП и снял его с предохранителя. – Мне? Чё за хуйню ты несёшь?! – отрезала женщина. – Я вообще молчу! Мужик нервно фыркнул: – Ну тогда кто?! Эта коробка, что ли? За дурака меня держишь? – взъелся он. Девушка усмехнулась: – Да хз, не за дурака, а за долбоёба. – Ах ты!.. – мужик взъерошился, но их резко прервал бас: – Заткнулись оба, или ваши бошки окажутся глубоко в жопах друг у друга! Ненадолго повисла тишина. Её прервало женское «хм», и тогда бас продолжил: – Лучше посмотрите, что в коробке. – Да, босс! – отозвались они хором. Енот в коробке нахмурился, его боевой дух был на высоте. Он был готов разорвать всех этих ублюдков. Удобно устроившись, он снял ПМ с предохранителя и убрал в кобуру, заменив его АПП, который уже был готов нашпиговать металлом тела несчастных. Остались считанные секунды, думал Тротил, ожидая, что вот-вот откроют коробку и его раскроют. Но внезапно послышался грохот, резкие звуки и крик. – Что, блядь, там происходит?! – выругался он про себя, одновременно слыша басовый голос: – Нихуя… Стоп! Бля, ты вообще кто такой нахуй, из какой группировки, и где Син?! – Син решил немного отдохнуть в котле, – довольно молодым голосом насмешливо ответил незнакомец. – Чё... – протянул один из бандитов, а потом заорал: – Ты кто вообще такой, отвечай нормально, босс задал тебе вопрос! Незнакомец раздражённо вздохнул: – Давненько у меня не было таких... Вы будете по-хорошему или по-плохому? – По-хорошему, по-плохому? – пробасил босс. Незнакомец кратко разъяснил: – Всё просто, по-хорошему вы разряжаете и кладёте оружие, убираете когти, прячете клыки и опускаете ебала в пол. Советую этот вариант, он для вас самый безболезненный. Хотя вы этого и не заслуживаете, да и я сейчас реально зол, мне всё же не хочется пачкать… – Варианты? Ха! Ты серьёзно?! – перебил его босс, – Чё за варианты, а?! – Понимаю, вы не верите, – спокойно продолжил незнакомец. – Но советую прислушаться. Первый вариант – вы сдаётесь добровольно, никто не страдает в процессе, и это даже выгодное предло… Вдруг его голос прервался, и он прокричал: – Чёрт тебя побрал, не лезь в мои переговоры, я сам прекрасно без тебя справлюсь! Он вздохнул, и, оглядев собравшихся, сказал: – Так, на чём я остановился... Ах, да. Есть и второй вариант: я вас заставлю сложить оружие и подчиниться, но в процессе могу пересчитать все кости целостность не гарантирую. Поверьте, вам это не понравится, и оно вам не нужно! – Ха, ха-ха-ха! – усмехнулся босс, и вся шайка заржала. – А у тебя не только проблемы с крышей, я погляжу, ты ещё юморист. Слышали, народ? Этот безумец думает, что он с нами на одной волне! Ха-ха-ха! - вся шайка заржала, Тротил предположил, что особей примерно шесть, семь. – Ладно, слушай, недошут игольчатый, – прорычал босс. – Я сегодня в хорошем настроении. Так что вали, синезадый, пока не стал моей зубочисткой! А незнакомец, еж предположительно разочаровано сказал - Ну зачем же всё так усложнять… – Ты не бежишь? – басисто прорычал босс. – Ну ты сам напросился. Ребята, нашпигуйте его свинцом по самые гланды! И в тот же миг началась пальба, долгая пальба, а затем резкий глухой удар. Енот, собравшись с мыслями, раскрыл себя, решив помочь незнакомцу с криком: – Ну что, кто на новенького? Кого зафаршировать до краёв пласти... – его речь сбавила градус, когда он увидел, как синее нечто с ноги вбивает тушу бандита с длиной мордой сероватой шерсти прямо в стену, создавая в ней приличное углубление. В следующую секунду пара бандитов меньшего размера с мелкой мордой зашла в тыл и открыла огонь сзади, не обращая внимания на поверженного в стене. Ёж, будто имея глаза на спине, филигранно уворачивался от всех выстрелов, а потом прижался к одному из них сбоку и исполнил апперкот в челюсть, буквально пробив головой бедолаги потолок. Его тело повисло. Тротил наблюдал за происходящим стоя в стороне. На него никто не обращал внимания, и он произнёс: – дом... Ну, нахуй... И его услышали. Соник, вбивая голову бандита в стену, посмотрел на Тротила. В тот же момент на енота обратил внимание ещё один бандит в куртке, его кожа была сероватой и чешуйчатой, а морда вытянутая волчья, но он больше чем все остальные похожие бандиты. Этот шкаф вышел из хранилища, поправляя пояс, с лёгкой ухмылкой. Но она быстро исчезла, как только он увидел, что вытворяет Соник. Тротил, глядя на собравшихся, нервно сказал: – Так, делайте что хотите, но меня не втягивайте, я умываю руки... И поспешил спрятаться обратно в коробку, под вопросительные взгляды Соника, чешуйчатого бандита и остальных. Через мгновение бой продолжился. Кто-то даже применил заложников, слышались умоляющие крики. Но уже в следующую секунду раздался вопль одного из тех, кто решил взять заложника. Через несколько минут остался только рык баса, – Бесполезные. Если хочешь что-то сделать — бери в свои руки! – Ого, какие когти, какие зубы. Может, не надо? – в насмешливой манере говорит этот незнакомец, а бос рыча – Ну, уж нет! Начался их бой судя по грохоту и скрежету который раздражает мозг, а не знакомец смеясь – Не попал котяра! – Ты кто такой?! – зашипел босс, а не знакомец отвечает смеясь – О, большой кот решил познакомиться! – Ага, я Шу, нужно знать имя для надгробия! – рычит этот босс, а незнакомец смеясь – Ой, как страшно, я аж весь дрожу, знаешь Шу, мне всегда было интересно как звучат большие кошки если дёрнуть их за хвост! – Что? – не понял этот шу, но голос незнакомца неожиданно переместился – Вот и хочу узнать, думаю ты не против! – Чё! – попытался сказать Шу рыча, но не успел вместо этого визг и недоумение – Как ты оказался... Не надо! И следующие несколько минут показались Тратилу пыткой как Шу кричал, и крик был достаточно громким чтобы уши завернулись, и резко произошёл грохот с болезненным криком. – Чёрт… неловко вышло, прости. Переборщил я, слишком уж увлёкся. – говорит незнакомец интонация виноватая, Тротил прикинул – Этот синий ёж, оторвал хвост, что ли?! – Сука, я тебя убью! – рычит босс и видимо набрасывается, как незнакомец изменяя положение говорит – Поэтому я сейчас всё исправлю! Внезапный звук резиновых перчаток, оставляет не хорошее предчувствие у енота, и ожидания подтвердились резким душераздирающим криком с ноткой удовольствия, а Тротил толком не понимал, что случилось с воображением нарисовали обсурд как этот синий ёж втыкает оторванный хвост "обратно" здоровому коту в анальное отверстие, этот бред сразу отбраковывается енотом, но подтверждается реальностью как незнакомец – Ох, как сжимаешь, ну хватит отпусти! Отпусти! – а босс странные звуки издаёт... В следующую минуту незнакомец вероятно вытащил руку говорит – Фу, как там грязно, тебе не мешало бы подчищаться хоть иногда! – а Шу слегка охрипшим голосом – Ты, ты извращенец! – Успокойся, я всего лишь вернул тебе хвост! – говорит незнакомец в расслабленной манере – Это не извращение. Но босс Шу не слушая продолжает говорит – Извращенец! Ты меня обесчестил, и теперь обязан взять ответственность… – "рыча" умереть! – звук грохота, и внезапно оглушительный грохот рядом с Тротилом даже стол пошёл ходуном... – Мой отец отомстит за меня! – еле слышно сказал Шу, после чего нависла тишина, и только звук шагов её прерывает и они всё ближе и ближе, с каждым шагом паника енота всё сильнее накапливается... Как внезапно с сильным грохотом распахнулась дверь, и сердце Тротила ушло в пятки. Следующее, что он услышал, был голос Тейлза: «Соник!». И тут же возникла догадка: Этот лис знает этого монстра?! Тем временем Соник говорит: – Ну вот зачем было так усложнять... Ха! А ты зачем лезешь и отвлекаешь меня во время боя? Из-за тебя я перестарался! Сразу скажу, я не буду использовать твою силу, сейчас была ситуация, когда выбирать не приходилось. И даже не спрашивай, мой ответ один – нет. – Ах вот ты как заговорил, а сам недавно попросил меня помочь. А я дурак, понадеялся, а теперь оказался не нужным... Ха-ха-ха, посмотрел бы я, как ты ей помог, без моей силы. Или не смог бы, пришёл бы на её бездыханное тело или в самый интересный момент, да? Хи-хи-хи. Так что признай, не из-за ситуации ты воспользовался силой, а тебе просто понравилось это чувство вершины, безграничной силы, бьющей через край, протекающей по каждой клеточке тела, отдающей прямо в душу, или как у таких... Не успел Соник сам с собой договорить, как его отвлёк голос Тейлза. – Соник! Ёж повернулся и увидел желтоватого лиса в броне, с небольшими красными пятнами на груди и радостными глазами. Но его смутило, что шерсть на руках у него была в крови. – Тейлз? Что ты тут делаешь? – Спросил Соник – Это я должен был у тебя спрашивать, Соник, где тебя носило и... – взъелся лис, немного запнувшись, когда увидел «обезвреженных» бандитов. – Что ты тут устроил, зачем так жёстко?! Соник тяжело вздохнул, вспоминая, как к этому пришёл. И чтобы понять, нужно отмотать время на пару дней, когда ёж ещё блуждал в мрачных царствах Морфея и видел сны... А в этих снах можно легко потеряться, если постараться. Кромешный кошмар, сменяемый мнимой надеждой. Некоторое время назад. – Соник! – кто-то окликнул ежа, заставив проснуться в холодном поту: – Уа!.. Чёрт! – подскочил ёж и рухнул с кровати. Удар был не сильный, но неприятный. Он был растерян, но, к счастью, высота была небольшая и он отделался лишь лёгкими ушибами. Развалившись на полу, потирая бок, ёж пробурчал: – Ц, больно... Кто меня разбудил? Синий ёж осмотрелся. Вокруг – просторные зелёные луга, леса, забавные земные образования, образующие естественные препятствия и мёртвые петли. Вдалеке, за морем, острова уходят вдаль горизонта, а над ними возвышается громадный Остров Ангелов. Но Соник не мог избавиться от странного ощущения, что что-то не так! Он это чувствовал. – Странно, никого не вижу. Может, прогуляться? – сказал он сам себе и побежал вперёд. Но чем дальше бежал, тем сильнее в голове звенело навязчивое чувство – Соник, не верь этому месту. Оно не то, чем кажется. Ёж прекрасно это осознавал. Привычный темп, ветер в морде, ритм шагов – но ни одной живой души. Ни животных, ни врагов, ни даже роботов. – Куда все подевались? В это время на Зелёных Холмах хотя бы Батники должны летать! – пронёсся он на бегу. Холмы были слишком правильные. Слишком чистые. Всё выглядело знакомо – до отвращения знакомо. Лиминальные, вязкие Зелёные Холмы, будто копия старого сна. Дежа вю. Он добежал до конца острова – и… оказался в начале. Тот же склон. Те же деревья. Тот же воздух. Как в колесе для хомяка! Ёж резко остановился, дёрнулся, и с надеждой повернулся назад. Там ждал его жёлтый лисёнок. – С-Соник?! – голос Тейлза был удивлённый, почти дрожащий, и в нём слышалась настоящая радость. – Т-Тейлз! – выдохнул Соник и шагнул к нему, но в тот же миг лицо лисёнка исказилось в леденящем ужасе. А потом Тейлз захохотал так злобно, что мороз пошёл по коже. – Чёрт... – Соник узнал этот звук. Узнал, но не хотел верить. Сердце колотилось. Что-то подсказывало: если они останутся – случится что-то ужасное. Инстинкт и разум закричали в унисон: Бежать! – Тейлз! Нужно срочно уходить отсюда! –раздражённо сказал Соник, не на шутку взволновавшись. – Бежать?.. – повторил лис, будто не понимая, что происходит. Но Соник не стал объяснять. Схватил его за руку и помчался во весь дух, прочь от этого ненормального, мёртвого рая. Почему-то его охватил необычный страх, какой-то липкий, словно чужой. Безумное желание умчаться прочь из этого места, бросить всё – но в то же время Сонику казалось, что бежать бессмысленно. – Нет, Тейлз… я не дам тебе пострадать от рук этой твари! – выдохнул он решительно и вдруг резко остановился. – Навредить твари?.. – С-Соник?! Ты какой-то странный. – лис растерялся. – Зачем-то куда-то меня тащил, а теперь просто стоишь! Соник, нужно уходить отсюда! – говорил он прямо в лицо замершему ёжу. Соник молчал. Внутри всё зашевелилось, мерзкое чувство неправильного застыло в его голове. Картина начала складываться. Тейлз, не понимая, потянул его за руку: – Давай, пойдём, Соник! Я тоже считаю, что нужно уходить! – Подожди, Тейлз… – тихо сказал ёж. – Соник! Нужно убегать, нет времени на бесполезные раздумья! – почти взмолился лис. Соник посмотрел на него раздражённо… и заметил: что-то не то. Цвет шерсти. Не тот оттенок. Жёлтый – да, но будто приглушённый, мёртвый, с серым отливом, особенно на запястье, за которое он его держал. И самое странное – не было тепла, совсем. Будто он держал не живое существо, а муляж. – Ладно, Тейлз… – выдохнул он и кивнул. Они снова побежали, но теперь ёж двигался довольно осторожно. А затем, не выдержав, спросил: – Тейлз, тебе не кажется странным это место? – Странным? Да ныне вроде всё как обычно. – отозвался тот. Соник нахмурился. «Как обычно»? А ведь всё совсем не как обычно. А ещё – «ныне»? – Ныне? – переспросил Соник. – Оу, ты не помнишь? – в голосе лиса прозвучала лёгкая насмешка. – Э… после одного плана доктора Яйкина, где всё опять пошло совсем не так, его проект снова потерпел фиаско… Правда, восстановить мир до полной нормы не совсем получилось. Соник вздохнул и скривился. – Снова этот доктор Эггман… Ну и какой у него на этот раз план? – Да никаких теперь! – засмеялся Тейлз. – Или ты забыл, что сам его остановил раз и навсегда? Тебе даже GUN сказали спасибо! Ёж резко остановился. – Эм… Что? – сказал ёж, резко остановившись. Лис прямо влетел в него и чуть не споткнулся: – Ну что такое? – удивился он. Соник нахмурился: – Тейлз… скажи, как я его остановил? Лис беззаботно улыбнулся: – Да просто убил его. Помнишь? Ты скинул его космическую станцию прямо на солнце! Шикарное было зрелище! Соника передёрнуло, в груди что-то сжалось. Тейлз бы так не сказал. – Но сейчас не об этом. Нужно идти, Соник! – резко сменил тему Тейлз. – Осталось немного! Или давай в перегонки?! – В перегонки?.. – переспросил ёж. Его голосе неуверенно дрожал, но лис не заметил или сделал вид, что не заметил. – Ну давай! – и протянул Тейлзу руку. Лис охотно пожал её, а Соник снова не почувствовал никакого тепла. Они побежали. Соник чувствовал – что-то не так. Всё внутри орало: это не он, он не убийца. Он не убил бы Эггмана. А это место, это липкое, замкнутое пространство… как будто всё здесь держится на этой лжи. И вдруг в голову, словно удар, пришло: ЭТО НЕ ТЕЙЛЗ! На бегу он заметил впереди нажимные плиты, выстроенные друг за другом. Много. Разгон на них будет бешеным. Он бросил взгляд на Тейлза – тот смотрел только вперёд, с каким-то странным фанатичным выражением. Когда до плит оставалось совсем чуть-чуть, он вдруг улыбнулся. Соник успел на скорости перепрыгнуть первую плиту, а Тейлз вдруг остановился. – Соник, что-то не так? Или решил отдать мне своё место? – спросил лис, улыбаясь натянуто, будто кожа на лице у него вот-вот лопнет. – Да просто… не кажутся ли тебе эти плиты странными? – спросил Соник, внимательно глядя на него. – Нет. Это плиты для хорошего разгона, тебе же нравится бег с ветерком. – Голос лиса дрогнул, а слова звучали неестественно, будто он застревал на середине фраз. – Это будет даже лучше... Может, попробуем? Узнаем, куда ведут... Соник заметил, что у лиса речь сбивается, интонации чужие. Он опустил взгляд на плиты – на них едва заметные следы земли. И они почти смыты, но видно: кто-то уже пытался их спрятать. – Ладно, – сказал Соник, делая вид, что согласен. – Но после тебя. Тейлз на секунду завис, потом выдал натянутую улыбку и пошёл первым. Ёж смотрел ему вслед, как тот набирает скорость, превращается в жёлтую полоску, потом в точку, и зависает на горизонте. – М-да… там, похоже, ещё и пружина, – пробормотал Соник, глядя, как жёлтая точка вдалеке приземляется. – А если Тейлз её не использует… значит, с ней точно что-то не так. Он остановился, перевёл дух. Всё начинало складываться – это снова Игнис. И тот «сон» вовсе не был сном. Теперь он вспомнил всё. Собравшись, ёж решил осторожно уйти с площадки ускорителей к этой подозрительной пружине. Из тумана показался Тейлз, явно недовольный этим: – Соник, мы же договаривались! – в его голосе звенело раздражение. – Тейлз... – начал Соник, но сзади вдруг раздался крик: – Соник! Спаси!!! Он тяжело выдохнул. – Сейчас или никогда... – сказал он, поворачиваясь к умоляющему лису. Того будто тянуло назад, в сгущающийся туман. И чем дольше Соник смотрел, тем отчётливее понимал – воздух вокруг будто дрожал. – Тейлз, ответь на один вопрос, – сказал Соник, голос дрожал, но был твёрдым. – Когда твоя шерсть потеряла цвет и стала сероватой? И почему ты захотел… меня убить? Он говорил, сдерживая рвущиеся эмоции. Внутри ломало. «Это не Тейлз. Это не тот лисёнок. Это не мой друг...». Он повторял это про себя, будто мантру, но часть его всё равно кричала: «Да чёрт с ним! Даже если это не он – он в беде! Ты не герой, если отказываешься помочь из-за страха!» Но разум холодно шептал: «Помогать без причины – признак дурачины. Ты всех не спасёшь. Спаси тех, кого можешь. Остальных брось, иначе сам сгоришь». Эти слова были противны самому Сонику, но после всего, что он уже натворил, он знал: цена ошибок слишком высока. Особенно сейчас, когда на кону судьба Эми, и у него есть призрачный шанс вернуть её. И нельзя его профилонить. – Что ты говоришь?.. С-Соник, я же Тейлз! Твой брат, твой лучший друг! – взмолился лис, держась за землю, словно его кто-то тащил вниз. Его глаза выражали страх, отчаяние, настоящие страдания. Синий ёж сделал шаг вперёд и протянул руку. Всё внутри рвалось: спаси его! До лиса оставалось совсем чуть-чуть, когда вдруг едва заметно, почти неуловимо, уголки губ Тейлза дрогнули, и ёж увидел лёгкую улыбку. И именно она вернула Соника в безграничный ужас. Этого мгновения хватило, и всё встало на свои места. Раз и навсегда решено! Он резко остановился и отступил, крепко сжимая правую руку, будто удерживая себя от последнего шага. На лице Тейлза мелькнуло удивление, а потом что-то вроде разочарования. А затем гнев. Чистый, голый, звериный гнев. Под пристальным взглядом Соник понял ещё больше. То, что стояло перед ним, пыталось выглядеть напуганным, мучающимся, но ни один мускул, ни один нерв не говорил о настоящем страхе. Ни дрожи, ни боли, ни этой человеческой тяжести, что всегда выдает живого. Он вспомнил всё, что делал под контролем Игниса – те лица, те сцены, оригинальное тело, его же двойник. И даже встреча с настоящим Тейлзом – там всё было живое. Даже когда было страшно – это было по-настоящему. А сейчас – просто кукла. Подделка. Его мысли прервал лис. – Чёрт бы тебя побрал, – вздохнул он, голос уже не дрожал, наоборот, был холодным м злым. – Всего-то надо было тебя толкнуть, и ты бы уже летел на встречу судьбе, кормить рыб! Он говорил с раздражением, с презрением: – И когда ты догадался о моём плане, а? На ловушках с плитами? Или раньше? Или прямо сейчас?! Ха, ты всё только усложнил! Жёлтая шерсть начала плавно тускнеть, как будто смывалась краска. Отлив уходил в серое, глаза наливались кровью, а белки чернели, превращаясь в бездонные провалы. Сонику стало не по себе: перед ним больше не было Тейлза. Это был тот же холод, что и у заражённой Эми. Та же пустота, то же безумие. – Чёрт... только не это... Тейлз не мог умереть... Доктор Эггман не допустил бы... если только... – Соник замер. Эмоции нахлынули разом – страх, ярость, боль. Всё смешалось в одну вязкую волну, тянущую его вниз. Тем временем псевдо-Тейлз поднялся, стряхнул пыль с плеч и зловеще улыбнулся. Он наслаждался тем, что видел перед собой. – Не знаю, что тебя так расстроило и ужаснуло, но твоё выражение лица это просто шедевр, – прошипел кто-то сзади низким, гулким, почти физически ощущаемым голосом. – Я добавлю его к коллекции. Лицо псевдо-Тейлза исказилось в зверином оскале. Соник инстинктивно пригнулся, и в тот же миг лис в открытую метнулся на него, но ёж успел отскочить в сторону, и увидел ЕГО. Стоящий напротив, в стойке после разворота – такой же ёж, один в один. Только белки глаз чёрные, как бездна, радужки налиты кровью, перчатки пропитаны буро-малиновыми пятнами засохшей крови, а иголки темнее, с фиолетовым отливом, будто впитали мрак. Он был похож на Игниса... но нутром Соник чувствовал: это не он. – Оу, – протянул незнакомец, медленно растягивая рот в жуткой улыбке от уха до уха и обнажая неестественное количество зубов, – ты хочешь поиграть со мной? И прежде чем Соник успел что-то сказать, тот просто исчез. Соник напрягся, его инстинкты взорвались. Он помнил, как действовала Эми Роуз, и это не предвещало ничего хорошего. Он затаил дыхание, выискивая малейшие изменения вокруг. Каждое движение, каждый звук в этом пространстве было важным. Этот мир мог скрывать что угодно, и он был готов к любому сюрпризу. Вдруг он почувствовал толчок из-под земли. Соник отпрыгнул в сторону, успев заметить, как из того места, где он только что стоял, вырвались чёрные руки, пытаясь схватить его. Невозможно! – он не успел даже подумать, как почувствовал за своей спиной тяжёлое дыхание. Он резко двинулся вперёд, развернулся на 180° и с всей силы нанёс удар локтём в того, кто был сзади. Но его удар остановили без усилий, всего одной рукой. Противник откинул его так, что Соник аж оторвался от земли, но сумел снова восстановить равновесие и уйти назад. Он приземлился и мгновенно среагировал на удар сбоку. Быстро пригнулся, ушёл в бок и нанес размашистый удар в корпус. Но снова попал в воздух. Никакого контакта. – Ха-ха-ха, – раздался насмешливый голос противника. – А ты неплох для моей новой игрушки. Давненько меня так не веселили. – Его голос звучал не просто откуда-то, он звучал отовсюду. Гулкий, низкий, будто пространство само отражало его. – Посмотрим, сколько ты продержишься! Соник, внимательно оглядываясь по сторонам, пытался понять, где же враг. Но пространство было… лиминальным. Прозрачным, зыбким, будто реальность сама не могла определиться, где он, и где его враг. Вдруг перед ним появился ещё один противник, точь-в-точь как он сам, только более прозрачный. И с такой же скоростью рванул на ёжа. Соник не замедлился и одним точным ударом развеял мираж. Но как только тот исчез, на его месте появились двое. – Хватит прятаться, покажись! – кричал Соник, но это не помогло. С этими двумя он расправился чуть большим усилием, и даже не успел выдохнуть, как перед ним возникло уже четверо. Каждого из них он побеждал, но их становилось всё больше. После победы над четверыми появилось уже восемь. Соник уже немного начал терять бдительность, и в самый неожиданный момент его схватил этот мираж. Но это был не мираж. На удивление, хватка была невероятно сильной. Соник пытался вырваться, но не мог. Это не было так легко, как с предыдущими иллюзиями. Он продолжал бороться, пытаясь выбить из врага всю дурь. Удары, которые должны были разорвать мираж, не оставили и следов. И вот ещё один мираж схватил его за свободную руку… Он не заметил, как оказался в ловушке. Был слишком сконцентрирован на том, чтобы выбраться. Соник увидел, как из темноты выходят тени, довольно реалистично щёлкающие костяшками, и нервно засмеялся: – Вы чего, ребята, может, успокоимся? – выдавил он, но его слова не имели никакого эффекта. Наоборот, одна из теней с размаху вмазала по животу, и Соник почувствовал, как по нему будто прошёлся КамАЗ. Невообразимая, неописуемая боль рвалась изнутри, заставляя его согнуться пополам и сбив дыхание. Он попытался вырваться, но железная хватка двух теней, держащих его руки, не позволяла даже пошевелиться. Следующий удар. Соник почувствовал, как его нутро пронизывает хрустящая боль, и приглушённый всхлип вырвался наружу. Ещё удар. Соник злобно посмотрел на своего обидчика, в глазах всё ещё пылал огонь. А тот, смеясь, угорал: – Ха-ха-ха, жалкий ёж смеет так на меня смотреть! – Только освобожусь, и я тебя... – пробормотал Соник, несмотря на боль, но его слова прервал ещё один удар в живот, который заставил его снова согнуться от острой боли. Время тянулось мучительно. Его били, держала как провинившегося, тело болело от ударов, но дух оставался непокорённым. Сущность, стоявшая перед ним, только угорала, чувствуя, как это выводит Соника из себя: – Кто бы говорил, что ты герой! – и зловещий смех эхом разносился по пространству. – Я не такой, как ты, грёбаный убийца, психопат! – воскликнул Соник, не в силах сдержать гнев. Это только рассмешило его собеседника ещё сильнее: – Правда? Хи-хи-хи, ха-ха-ха, да ты всего лишь ёж, возомнивший о себе не весь что! Ну немного быстрее, чем большинство. Ты слабак, Соник, или лучше сказать, слишком медленный! Даже с таким простым испытанием не справился... ха! Не удивлён, что на твоих руках столько крови. Ты ни разу не задумывался, сколько людей ты убил? Или твоими руками, геройчик? Кто из нас убийца, ещё нужно посмотреть! От этих слов сердце в груди Соника сжалось, но он всё ещё отчаянно сопротивлялся своим сомнениям: – Я не убивал... Это был не я... – говорил ёж, но колебания уже начинали закрадываться в его душу. Внезапно из тени шагнула ежиха. Её глаза были кристально синие, иголки синего и фиолетового оттенка, плавно переходящих друг в друга. На ней были серые перчатки и красные кроссовки. Она подошла к Сонику вплотную и схватила его за шею, её взгляд был проникновенным, почти пронизывающим. – Правда? – её голос был холодным и уверенным. – Скажи это мне в глаза! Да я и так вижу, что ты уже испытал удовольствие от убийств, правда?! Она казалась очень странной, чем больше Соник на неё смотрел, тем больше она напоминала те тени, которых он видел ранее, и того тёмного, глазеющего на него как клон. Но мысли его путались, особенно в такой ситуации, и никак не могли сформироваться. – Я... – начал было Соник, но слова застряли в горле. На него нахлынули воспоминания – как он проснулся, что сделал, какие чувства испытывал. Это умиротворяющее ощущение было сродни экстазу, сдерживаемому в теле, и казалось, что он был прав. Те люди были преступники, убийцы. Если воздаяние для них и было настолько суровым, то разве это не правильно? Но несмотря на колебания в душе, Соник не смог ответить. Он не смог признать, что на самом деле был не так далёк от тех, кого он ненавидел, не хватило духа. И теперь, когда он чувствовал, как его собственные мысли теряются, сомнения множатся, слова застряли на губах. Она же, без ожидания его ответа, быстро схватила его за лоб и надавила. Соник почувствовал, как боль пронзает его, а сознание становится мутным, как в тумане. Но это было лишь на мгновение. Уже в следующий момент сознание прояснилось, и всё стало ясным, как никогда. Он оказался в просторном месте. Вокруг заброшенные промышленные зоны, заводы, пустые, как мертвые участки мира. Минуту спустя в тишине послышались два голоса. Один был похож на Тейлза, другой на Наклза. Соник почувствовал волну облегчения. Он наконец-то встретил их, но что-то в этом всё равно было не так. Чувство тревоги не отпускало. Первым вышел Тейлз, лисёнок с ярко-жёлтой шерстью и небесной наивностью в глазах. Рядом шагал угрюмый Наклз. И синий ёж искренне обрадовался: – Тейлз, Наклз, как же хорошо, что вы здесь! – хотел сказать «я так рад вас видеть», но изо рта вылетело совсем другое: – Мне как раз нужна ваша помощь. Я нашёл пропавших и того, кто ответственен за похищения, но разорваться не могу – их слишком много. Поможете в этом плёвом деле?! Наклз глянул скептически, в глазах явно читалось сомнение. Тейлз наоборот засветился: друг обратился, чудесно. А Соник внутри уже бьёт тревогу: «Нет… это не я говорю!» Он начал осознавать ситуацию и попытался пошевелиться, но ни один палец не дрогнул. Что за… Мысли вразнос. – С радостью, Соник! – лис шагнул ближе искренне, по-детски наивно. Соник внутри заорал: «Наклз, ты меня знаешь, ну заподозри хоть что-то! Вразуми Тейлза, не ходи» Но наружу слетело чужое: – Ну так что, Наклз, поможешь? Наклз вздохнул и недовольно глянул на Тейлза: – Эх, ладно. Веди уж. «Чёрт!»– рычит внутри Соник, а тело само топает вперёд, ведёт друзей. На его морде появилась лёгкая ухмылка, и Наклза это зацепило: – Вижу, рад, что наконец его поймал, да? – Ага, как тут не радоваться! – слышится снаружи. Внутри же: «Нет, не слушайте меня, бегите! Чёрт!» Крики в пустоту. Волк в овечьей шкуре ведёт двух овечек, причём так вжился в роль, что сам себе уже овца, но сути не это меняет. Они добрались до технических помещений заброшенного завода, основные этажи под землёй, над землёй – лишь два. И там их ждёт Эми Роуз. Ёжа накрыла безысходность и злость на себя, на собственную никчёмность. – Только не она… чёрт, – выдыхает Соник, наконец понимая: сейчас будет пиздец, и он не может на это повлиять. Холодная логика вбивает в голову: держись, мужик – впереди самое худшее, и без шанса на правку, прошлое не перепишешь. Соник отчаянно пытался сопротивляться тому, что происходило, всё его естество стремилось сопротивляться, бороться с этим. Мысль о том, что на его глазах происходит так очевидно неправильное, вымораживала его до глубины души. Он знал, что разум был прав – он не мог ничего изменить. Но тело... оно не сдавалось. Каждый мускул протестовал. И вот они подошли. Эми Роуз остановилась впереди. Соник хотел что-то сказать, но его мысли разрывались. Тейлз и Наклз оглянулись, и это поставило их в замешательство. В просторном помещении, среди всего этого огромного угрюмого цеха, не было больше никого, кроме них четверых. Затем тело Соника, будто под чьим-то невидимым контролем, остановилось. Его взгляд был пугающе пустым, а движение – странным, словно оно не принадлежало ему. Он опустил голову, и все трое настороженно следили за ним. – С-Соник, с тобой всё в порядке? – одновременно спросили овечки Тейлз и Наклз. Соник не ответил. Вдруг внимание Наклза привлекло движение в воздухе. Он сразу же оттолкнул Тейлза и обернулся. Прямо в него врезался молот Пико-Пико, и, не ожидая такой силы, Наклз был отброшен в сторону, пролетев через весь зал и врезавшись в стену. Лис упал на пол с глухим звуком. – Наклз! Не время для ребячества! – выкрикнул он, с трудом поднявшись на ноги, и обернулся. Но то, что он увидел, заставило его замереть. Перед ним стоял Соник, в красных ботинках и белых перчатках. И ещё лиса удивила ежиха, стоявшая рядом с ним – розоватая, обугленная, с кусками горелой плоти, и с огромным молотом Пико-Пико на плече. Но то, что по-настоящему взволновало лиса, было то, что Наклз протаранил стену с ужасным грохотом. – Наклз! – выкрикнул Тейлз, его голос был полон беспокойства. – Эми, это ты, что на тебя нашло?! Ежиха лишь злобно усмехнулась. Тейлз с умоляющим взглядом обратился к Сонику, но тот не шелохнулся. Ни один мускул не дрогнул, несмотря на всю боль, что была внутри. Душа Соника срывалась, крича: «Беги, Тейлз! Чёрт, как же до него достучаться?!» Наклз встал, гневно взглянув на двоих, и выдавил сквозь зубы: – Эми, я понимаю, мы не всегда ладили... но не слишком ли, а? Но он не успел договорить. В этот момент пепельно-розовая ежиха с молотом Пико-Пико наперевес рванула к Тейлзу. Злость и опасность исходили от неё. Её намерения были явно не добрыми, и Тейлз уже знал, что вряд ли он успеет убежать. Время для раздумий давно ушло. Наклз, заметив это, сжал зубы и рванул к товарищу наперехват. но в последний миг перед роковым ударом врезался в Эми Роуз корпус в корпус. Та потеряла равновесие и грохнулась. – Эми, что с тобой такое?! – выдохнул ехидна, сам заваливаясь, но его неожиданно удержал Соник, подхватив за руку. Наклз обернулся, и ужас застыл на красномордой физиономии. – С-Соник… что с тобой?! – только успел подумать он, а синий демон, под отчаянные крики Соника изнутри: «Нет, нет, только не это!», заставил тело броском через плечо впечатать ехидну в стальные платформы. Металл прогнулся, и воздух из Наклза вышел хриплым, болезненным вздохом. – Нет, нет, нет, нет… – молил Соник, но тело не слушалось. Лицевые мышцы лишь свело мерзкой, чужой улыбкой. Ещё перекид – и удар, буквально вбивая Наклза в пол. И тут же ещё один. Ещё. Ещё... «Чёрт, блядь, нет, Наклз!» – орал в смятении разум Соника, , а хладнокровная его часть цедит: «Успокойся, это тени прошлого, ты никак… эх, он даже меня не слышит…» И правда, голос не достиг цели. Синий ёж бесновался, вгоняя ехидну с треском, до хруста костей – и вдруг тело Соника замерло. Распластанный на полу Наклз хрипло втянул воздух, тяжело дыша. Он поднял взгляд вперёд: – С-соник… какого ты… – начал, но Соник уже подошёл. А дальше произошло невероятное. Синий ёж поставил ногу ему на спину и дёрнул за руку изо всей силы. «О боже, только не это, не надо!» – захлестнуло его личину изнутри. Мгновение – и Наклз взвыл. Боль нечеловеческая, режущая. И это было только начало. Улыбка на сведённых мышцах не спадала, она ширилась, становилась всё отвратительнее для самого Соника, вместе с чувством безысходности и ярости на себя. «Чёртово тело, слушайся меня!» – простонал он внутри, а снаружи – только хруст и сталь. В следующий миг раздался глухой хруст, скрип. Ткани рвались под внешним давлением. Соник внутри орёт: «Остановись, умоляю!» – но тело не слушает, только продолжает, будто кайфуя от мучений обоих. В третий миг он дёргает сильнее, всего на долю усилий, – и нервные окончания вместе с сознанием Наклза летят в ад боли. Хруст, резкий металлический запах и брызги крови ознаменовали окончательный разрыв. Соник слегка отступил, сжимая в лапе оторванную руку друга, и внезапно ощутил яростную радость, будто словил экстаз, глядя на застывшего лиса. А личина внутри завывает: «Нет! Наклз! Наклз!..». Соник понимал и знал, что такое сильные эмоции, но здесь это было неестественно, нелогично, неправильно. И всё это только нарастает, особенно когда смотришь на лицо друга, корчащегося от боли, и лицо лисёнка, мгновенно утонувшего в ужасе. Те яркие небесные глаза, в которых раньше плясала радость и любопытство, остроумие и наивность, померкли, стали холодным, пустым стеклянным небом – оболочка прошлого себя. Это заводит. А отвращение, чёрт бы его, с каждой секундой отступает куда-то в тень. – Признай, тебе это нравится. Ты хочешь столкнуть невинного лисёнка в бездну безумия и смотреть, как он корчится в муках – телом, разумом, душой, – шепчет незнакомый голос, сладко и липко соблазняя. – Они ничтожества. Это лучшее, что он может сделать для тебя. Попробуй – вам обоим понравитс… «Закрой свою мерзкую пасть!» – взрывается Соник внутри. В этой ситуации его бесило всё. Но главное – он готов. В этот миг Тейлз крикнул, сбиваясь: – С-Соник?.. Э-Эми?.. Зачем вы это делаете?! – и в ответ получил прямую атаку ежихи. Та в одно мгновение подбежала, и Тейлз зажмурился, шепнув: – Спасите… Этого писка хватило: Наклз, скрипнув зубами, «схватил яйца покрепче» и вломился обратно в бой. Терпя безумную, рвущую мозг боль, он встал. Увидев, как смерть нависла над другом, рванул вперёд и, не считаясь с ранами, зарядил здоровой рукой ежихе в бок, отправив её в полёт до стены. Тут же резкая боль от оторванной руки, переломанные кости – всё разом накрыло, и воин рухнул на колено, силой удерживая сознание: – Беги, Тейлз! Но лис оказался не из робких: – Я не брошу тебя, Наклз! – крикнул он. Ехидна обернулся; личину Соника это будто обрадовало и даже чуть рассмешило. Аномальное чувство давило всё сильнее, взгляд залип на лисе, который дрожал, как тончайший лист на ветру… «Тейлз, смелый идиот, действуй, а не болтай» – хотел прокричать Соник, но тело вместо этого начало хлопать в ладоши, вымеренно, с чётким интервалом, привлекая внимание обоих. Хлоп... хлоп... хлоп... – Ой, как трогательно, Тейлз, меня аж пробрало ностальгией тех дней, – зло расплылся голос Соника, превращённый в демонскую извращённую пародию. – Хотелось бы вернуться в те времена, когда всё было проще, правда? Соник наблюдал, как его друзья стояли, сражаясь с внутренним ужасом, но его слова продолжали звучать, не прекращая разрушать их разум. – Наклз, Тейлз, вы же всегда помогали мне, прощали... и я искренне хочу вам помочь! Облегчить ваши страдания! – вещал голос через уста Соника, лицо его искажалось в злобной улыбке. – Тейлз, доверься мне ещё раз, – продолжал демон. – Будет сначала больно, а потом... потом мы снова будем лучшими друзьями! –«Тейлз, Наклз! Не верьте его лживым речам!» – кричала личина Соника, её голос теперь звучал в полной противоположности тому, что говорил демон. Соник стиснул зубы, его лицо было перекошено от боли, но не от собственной, а от этой ужасающей внутренней борьбы. Наклз, перехватив взгляд, посмотрел на Соника из-под лобья и первым сказал: – Я бы поверил в любой бред, что бы ты не сказал, Соник, если бы не строил такое выражение лица во время своей лживой лицемерной речи! Скажите мне, мои дорогие друзья... когда вы успели геройское благоразумие пустить на кровавое безумие? – Хи-хи-хи... извини, не сдержался, – заявил демон, как будто наслаждаясь каждой секундой этой игры, и в его голосе звучал смех, дьявольский и чуждый. Лицо Соника покрылось отвратительной улыбкой. Соник чувствовал, как его душа сжимается, и внутри бушуют противоречивые чувства, которые буквально обвивают его. Мышцы ног начали сокращаться, тело снова послушно подчинялось личине. В мгновение ока Соник оказался за спиной Наклза, и его лицо исказилось в устрашающей улыбке, зубы сверкали. Наклз даже не успел повернуться, как Соник схватил его за шею и с разворота швырнул прямо в Тейлза. Оба отлетели, чудом не разбившись при падении, и это заставило их на некоторое время прийти в себя. Соник, со злой решимостью на лице, подошёл к Наклзу, и его улыбка стала ещё шире, более безумной. Под правым глазом Соника катилась слеза, капля безнадёжного отчаяния. Его слова были тихими, но убийственно точными: «Наклз, Тейлз... упрямые глупцы, бегите, а не сражайтесь!» – он сказал это беззвучно, и внутренняя сущность Соника как будто торжествовала, усиливая эту безумную улыбку. Соник с силой поднял Наклза за плечо, его руки были холодными и тяжёлыми, но вдруг сзади, будто из тени, снова поднялся Тейлз. Ожидание, тяжесть, переполох внутри. – О, нет... – сказали в унисон оба. И тогда, перед глазами Тейлза, демон, воплощённый в теле Соника, с радостью оторвал вторую конечность Наклза, разорвав её с яростным усилием так, что кровь забрызгала все вокруг. И самое страшное – сам Соник, в душе, ощущал странное возбуждение от этого... Соник ощущал, как его собственные руки становятся чужими, как будто это не он управляет своим телом. Это ощущение заполняло его, захватывало с каждым движением, и вся его сущность, его разум, словно рассыпались на куски. Он чувствовал, как тело, поддавшееся влиянию темных сил, сжимается в горькой улыбке удовлетворения. То, что происходило, казалось ему естественным, но внутри его разрывалась тьма. Шерсть Тейлза покрылась кровью Наклза, и это принесло новую порцию шока. На секунду глаза лиса прояснились, но тут же они были поглощены бездной, темной и безжалостной, готовой полностью лишить его разума и оставить только слабые осколки, больше не напоминающие о том, кто был этим ярким и живым существом. Для Соника, точнее, для его тела, это было невероятным удовлетворением, радостью, от которой хотелось блевать, и появилось желание уничтожить всё, что осталось от жизни Тейлза. Разрушить его до самого основания, стереть из памяти его изобретения и его людей. Убить всех прямо на глазах лиса и смотреть, как тьма поглощает их, как их лица превращаются в пустые оболочки. А потом дать ему долгожданный покой. «Нет, что я несу!» – Душа Соника, несмотря на все отчаяние, всё же пыталась вырваться из этой ужасной ловушки, но Игнис холодно отвечал: – Зачем сопротивляться? Ты же понимаешь, что уже бесполезно. Наклз без сил рухнул на холодный пол, а полностью раздавленный происходящим Тейлз, словно потеряв связь с реальностью, начал бредитьи посмеиваться: – Это… не может быть. Это не по-настоящему. Это сон. Соник сейчас дома. Ест чили-дог. Он не убивает Наклза. Это всё просто кошмар… – его взгляд пересекся с глазами Соника. – Да? Ха-ха-ха, да, это же не в правду, Соник?! Тишина повисла, и лицо Соника исказилось в ещё более зловещей улыбке, словно это было самое сладкое из наслаждений. Личина внутри тем временем чувствовала невообразимое удовольствие, как будто наслаждаясь тем, что видит, глядя на его глаза, из которых ручьём бежали слёзы, наполненные безысходностью, безумием и отчаяньем. Частицы благоразумия ещё цеплялись за вопросы, которые хотелось бы задать, но уже не было сил. Он оторвал шип с ближайшего куста и медленно направился к Тейлзу, его взгляд был полон решимости. Но тишину прервал Наклз, который только силой духа смог слегка утихомирить страшную боль Он поднялся на корточки и сжал зубы от адской боли, но кричал, не сдерживая: – Сука! Ты, чёртов дегенерат! Тейлз, улепётывай отсюда! Он сжал кулак и плюнул металлической деталью прямо в лицо лису. Деталь попала в цель, Тейлз очнулся и с ужасом взглянул на Наклза. Соник посмотрел на них обоих. Лис хотел что-то сказать, но вместо этого развернулся и побежал. Его слёзы текли бесконечным потоком, не прекращаясь. – Куда ты, Тейлз?! – вырвался из уст Соника демон. Тело ухмыльнулось и прижало шип к своему плечу, готовясь метнуть его в спину уходящего друга. Но, как только Соник сделал движение, ехидна уцепился зубами за его ногу, сорвав коварные планы. – Беги, не оглядывайся, дурак! Ты не должен здесь погибнуть! – кричал окровавленный Наклз из последних сил. Эти слова были последними, Соник не мог остановить свою личину. Шип, пробивший голову Наклза, вырвался через глаз. Тело ехидны обмякло. Все его силы иссякли. «Чёрт, нет, Наклз, Наклз!» – кричал Соник – «Что ты наделал!». Личина уже не скрывала своего злого удовлетворения. По щекам Соника текла кровавая слюна, и не было сил сопротивляться. Внутренний голос, холодный и чуждый, прошептал: – Не я, а ты. Соник в отчаянии закричал, его голос, поломанный и израненный, звучал как последний крик: «Нет, я не убивал Наклза и Эми, и не пытался убить Тейлза! Это не я!» Но голос не отступал. Он продолжал, будто наслаждаясь, зловещим тоном: – Разве? А помнишь, как твоими руками был убит этот воин? И твоими собственными руками был положен конец отношениям с Эми Роуз? Ты даже не сопротивлялся в конце концов, тебе же понравилось! Соник почувствовал, как его душа сжимается от этих слов, он кричал, его эмоции ломались, но не было выхода: – Что, ты несёшь?! Это отвратительно, блядь! А голос лишь хихикал, забавляясь чужой болью: – Не отрицай, я чувствую, как тебе нравилось выражение лица Тейлза, его развивающееся состояние, тебе хотелось его полностью сломать. Вспомни, как ты игрался с солдатами, как раздавил их до отчаяния перед тем, как убить эту летучую мышь! Соник задрожал, пытаясь оправдаться, но голос не давал ему этого сделать. Он был уверен в своей победе. «Но они же…» с трудом проговорил Соник, но голос перебил его: – Злодеи... Неважно! Ты герой, ты не должен был их убивать, но ты не просто убил, ты издевался, ты наслаждался каждым моментом, наполненным их страхом, их безумием, их отчаянием. Ты слышал их крики, тебе это нравилось! Ты чёртов извращенец! «Ты...» – попытался отбиться Соник, но голос был слишком сильным, он не давал ему выбраться. – Только вспомни, посмотри, обернись назад! – голос стал зловещим, и Соник ощутил дурное предчувствие. Когда он обернулся, то увидел её. Женщина в обтягивающем костюме, с яркими признаками летучей мыши, стояла перед ним в невидимом кубе, дрожа. Она умоляла его сохранить её жизнь. – Ты же понимал, что мог взять её живой или убить хотя бы не измываясь... но тебе это было скучно! – говорил голос, и Соник попытался что-то сказать. Но вместо этого девушка была раздавлена под смех этого зловещего голоса. – И что же скажет твой лучший друг? – голос снова хихикал, а Соник почувствовал, как земля уходит из-под ног, и его собственное сердце сжимается. Миг – и сцена моргнула, изменившись. Соник стоит перед Тейлзом. Тот бледный, лица нет, дрожит. Некогда пушистая жёлтая шерсть теперь мокрая и красная. В глазах читается бездонное безумие. – С-соник, з-за что?.. – заикается он. А в ухо Сонику шепчет голос: – Не правда ли прекрасно? Он смотрит тебе прямо в лицо и боится до одури. А в ногу вгрызается твой друг и брат по оружию. И как ты с ними поступил? – Монстр! Тварь! – знакомый рёв снизу. Соник взглянул туда и увидел, как Наклз вцепился зубами ему в ногу. Посмотрел вперёд – там бежал Тейлз, лопнувшим голосом твердя: – Нет, это сон, кошмар… ведь Соник не монстр?! – Монстр! – снова рявкнул ехидна. В Сонике вспыхнул яростный гнев: – Нет, я не монстр… – сорвалось у него. – Правда? –скользит липкий голос. – Посмотри под ноги. Соник опустил взгляд – бездыханное тело Наклза с вколоченным в голову шипом. Окровавленная рука ежа задрожала: – Нет… это не я! – Не обманывайся, Соник. Ты участвовал в этом напрямую, – шипит голос. – Нет! Я не… – пытается выкрутиться. – Лжёшь. Себя не обманешь. Смотри! Сцена дернулась. Перед ним снова Тейлз, в ужасе кричавший: – Зачем, Соник?! – Я не хотел! – выдавил он. – Хотел, – голос режет. – Ты сам к этому пришёл. Своими действиями, своим желанием. Помнишь, как отмахнулся от него, мол, чувствуешь себя прекрасно? Ну вот – теперь точно «прекрасно». Лицемер. – Нет, я не желал этого! – захрипел Соник. Сцена снова ломается – теперь здесь лаборатория, в которой он устраивает извращённую бойню, всё по-живому, кроваво. – Не отрицай, – голос хихикает. – Тебе нравилось наблюдать, как рвутся ткани, как пахнет кровь, как они захлёбываются страхом и безнадёгой. – Я был должен… – глухо выдохнул Соник, голос его дрогнул. – Должен убивать? – давит шёпот. – Нет. Ты не должен был убивать. И уж точно – не так смаковать. Ну давай, вспомни, когда твоя девчонка падала в чан с расплавленным металлом и орала от боли, ты ведь ловил эйфорию, да? – Я не такой, как ты… – начал Соник. – …чудовище? – голос договорил сам, лениво. – Да, но ты хуже, Соник. Не отрицай. Медленное ничтожество! Так продолжалось ещё чёртову вечность. По ощущениям Соника прошли дни, годы. Голос сопротивления иссяк, охрип, заткнулся. Зато другой, навязчивый, распух и стал только громче. И вдруг вспышкой пронеслось поблекшее воспоминание: «Соник, ты – это ты. Даже без тела. Даже если твоим телом завладел монстр, ты его остановишь. Геройство у тебя в крови!» – это был голос Тейлза, с его честным, тёплым взглядом, полным уверенности и благодарности. Синий ёж криво усмехнулся: – Ты как всегда, Тейлз… Я не заслужил второго шанса. Тем более от тебя. – и тяжело вздохнул. – Насколько же я слаб, просто размазня. Он втянул воздух до боли в рёбрах: – Ладно. Пора повеселиться. – Ты всё-таки смирился со своей сущностью, Соник?! – удивился голос. – Не думал, что ты так быстро сломаешься. – Ага. Я тоже не думал, что даже в такой ситуации мой пушистый друг поможет… – Соник посмотрел на ладонь – та стала металлической, по центру раскрылась прорезь Пульсара. Он сжал кулак. – Не ожидал, что это сработает. Ну, поехали. Он дал залп в пустоту. – Что?! Что ты делаешь?! – голос сорвался, но Соник не остановился: сжёг пространство огнём пульсаров, оставив пустую выжженную белизну. Сознание прояснилось мгновенно. Перед ним валялась сиреневая ежиха. Его держат за руки два фантома, про которых он на секунду забыл. Соник рванулся – и не смог. Тогда просто всадил в обоих по импульсу из рук. Миг – и две дыры в грудных клетках, фантомы рассыпались пеплом. Соник взглянул на ту, что протащила его по девяти кругам ада так, что он успел потерять себя, и странно, парадоксально найти. Чувство противоречивое: хочется и поблагодарить, и прикончить. Он шагнул – и тут же получил влет молотом Пико-Пико. Он не успел среагировать, не до конца пришёл в себя и улетел, снеся своей тушей парочку других, а потом вмазался в дерево. Поднимаясь, выдохнул: – Ай, яй-яй… Больно, мать его. Но я ещё в строю. Перед ним была уже розовая ежиха в платье, молот на плече. Она протянула ему руку другой ежихи, сиреневой: – Крайс, ты в порядке? – Да, Эми. Слегка расслабилась, но он мне так ничего и не сделал, – Крайс глянула на Соника и улыбнулась. Эми – живая-живее всех живых, без всяких «смертей» в прошлом – бодро щурится: – Так это тот, кто задирал? Не думала увидеть такого… будто бы твоего брата. Если это он тебя не отделал, то я сейчас ему устрою хорошую взбучку! Соник слегка опешил, глядя на этих двоих. Раньше он, может, и не допускал мыслей об убийстве, а сейчас как-то всё равно. Но прибережём на крайний случай. Эми Роуз не думала отступать, но Крайс её придержала. Она посмотрела на Соника, вздохнула, подошла и протянула руку: – Ладно. Прости, ошиблась в тебе. Мир? Соник дернулся от такой внезапной капитуляции, почесал затылок, вздохнул: – Лады. Давай. -- и пожал ей руку. Та усмехнулась: – Мне просто не хотелось, чтобы моя подруга попала под шальной огонь, хе-хе-хе. Лады, не обижайся, я не специально... «Да, да, не специально заставила пройти весь этот ад, ещё и вывернула наизнанку», – нервно подумал Соник, посмеиваясь… и внезапно всё стало странным. Он рефлекторно моргнул, и пришёл в себя в незнакомой комнате с желтоватым потолком. Перед ним на стуле сидела ежиха с книгой, с фиолетовыми иглами и в очках. Одетая в довольно свободную блузу и шорты, она мирно посапывала у окна. Соник потянулся, медленно привстал, подошёл к окну. Вид на оживлённый мегаполис захватил его... В этот миг спасительница проснулась и взглянула на Соника. Его лучезарная улыбка что-то навсегда отпечатала в её маленьком, робком и до безумия жаждущем любви сердце. А Соник этого даже не заметил. После этого кошмара в голове у него засела одна цель: найти свою команду. Где искать — хрен его знает, но зацепка есть. Тейлз был в армейской экипировке и вряд ли оказался там просто так, да и рядом с ним кто-то был. Сейчас, правда, нужно передохнуть и морально собраться. Его до сих пор бросает в дрожь при одной мысли о Тейлзе или Наклзе. Как он после этого посмотрит им в глаза? Гляда на город, Соник вытянул руку и усмехнулся: — Ну ты даёшь, Соник. Наломал дров, а теперь к ним подойти боишься, дрожишь, думая, что своим появлением принесёшь ещё больше боли. И уже жёстче: — Так не пойдёт. Вспомни, что от от опасности мы не бегаем. Он сжал кулак, будто подбадривая себя, посмотрел на восход над угловатыми небоскрёбами, режущими облака, на безликие высотки вокруг. Далеко внизу по улицам как муравьи бродят люди, доносится далёкий гул машин и редкие гудки. Это всё напоминало Сонику, что он не в «относительном сне». Он помнит свою задачу — найти Эми Роуз в этом вывернутом киберпространстве и уговорить… Синий ёж обернулся к своей спасительнице, которая, кажется, уже витала в облаках. — Кхм… — попытался он привлечь внимание, и получилось даже слишком: она осознала, что на неё смотрят, тут же смутилась, щёки её мгновенно налились цветом сока спелых помидоров, а глазки забегали. — Спасибо, что спасла, — сказал он, глядя ей в глаза. — Эм… да ничего, всего лишь гражданский долг. Так сделал бы любой… — ответила она и, не удержавшись, отвела взгляд. — Но всё-таки вы мне помогли. Если понадобится моя помощь — я помогу, — серьёзно сказал Соник. Ежиха, пристально посмотрела на него и ничего не ответила. Внезапно заорал будильник. — Ох, чёрт, работа! — она засуетилась так же резко, как прозвенел звонок, и через минуту уже была в строгом секретарском костюме с лёгким декольте. — Ладно, я побежала. Дом на тебя. Если захочешь поесть — еда в холодильнике! — выпалила она и умчалась, хлопнув дверью, не дав Сонику вставить ни слова. — И что это было? — пронеслось у него в голове. Он даже имени своей спасительницы не узнал… как, впрочем, и она его. Тут в идиллию ворвался голос Игниса: — Наконец ты остался один на один с собой. Ну как, понравилось приключение? — Да! Обалденное, аж душу наизнанку, никогда не забуду. И спасибо — теперь уж я точно, наверняка тебя прибью из самых добрых побуждений, — огрызнулся ёж. — Остановить меня? Ты, своими силами? Ха-ха-ха, насмешил. От очень многих слышал я такую нелепость. Я надеялся, что ты не из таких глупцов, но похоже ошибся. Даже после демонстрации моей силы… – вздохнул Игнис. – Ладно. Ты хочешь меня остановить? Да ты и четверти иглы с моего лобка недостоин, даже ногтя. Слишком медленный и слабый против моей астероидной мощи. Но у тебя появился призрачный шанс — не упусти его. Хе-хе-ха-ха-ха… кхм… ничтожная ты дешманская псевдокопия! Однако эта лживая, лицемерная речь никак не повлияла на решение Металла. Он только вздохнул, снова уткнулся взглядом в просыпающийся шумный мегаполис и жёстко произнёс: — Неважно. Чем выше стоишь, тем больнее падать. А упадёшь ты в любом случае, уж это я обеспечу. Соник сжал кулаки, и… тут внезапно громко забурчал живот. — М-да, надо похавать… — пробурчал он, поглаживая пузо. — Кажется, она говорила что-то про холодильник. Соник принялся искать кухню, а в ней холодильник. Много времени это не заняло, квартира оказалась довольно маленькой. Большая комната была разделена неполной перегородкой, там он и валялся на диване, за перегородкой начиналась кухня. А в малую комнату зайти не получилось, да и не хотелось лезть в личное пространство хозяйки. Он подошёл к холодильнику и открыл его. Там было на удивление пусто – несколько «быстрых обедов», десяток банок пива, немного овощей и пара яиц. Готовую быструю еду непонятного происхождения, к тому же слегка просроченную, он есть не стал. «Надеюсь, ты будешь не против», — буркнул он, взял яйца, захлопнул дверцу, шлёпнул их на стол и прошёлся по тумбочкам и полкам в поисках кухонной утвари и каких-нибудь приправ. Нашёл. Поставил на плиту сковороду, пустил газ — под ней заплясал огонь, подогревая металл до нужной кондиции. Чуть подождал, постукивая ногой: Соник терпеть не мог ждать, и Металл это унаследовал. Поднёс ладонь, убедился, что греть уже хватит, плеснул масло тонким слоем, следом разбил яйца. Жидкость зашкворчала, наполнив кухню бодрящим запахом и приятным звуком. Посолил... И стал ждать, пока пробуждающий аппетит аромат вдруг не сменился резким, противным запахом гари. Соник среагировал быстро, снял сковороду с огня — яичница лишь слегка подгорела. — М-да, из тебя кулинар, как из меня брат милосердия, —донёсся насмешливый голос Игнис. — Да знаю я! Думал, хоть это осилю… — буркнул Соник, глядя на сковороду: — Выглядит нормально. — Главное — вкус, хе-хе-хе. Думаю, запомнишь надолго, — уже не скрываясь ржал Игнис, но Металла это вообще не колышет. Соник поставил сковороду на дощечку, взял вилку и начал с аппетитом уплетать. Вкус и вправду оказался простецкий, чуть солоноватый, и даже с лёгкими металлическими нотами, но для голодного ежа сойдёт всё, что не яд. На миг мелькнула мысль о просроченных дошираках, но он её отогнал. Закончив с едой, Соник задумчиво оглядел квартиру, лениво размышляя. Во-первых, ему найти свою команду, это как минимум снимет лишнюю головную боль и облегчит основную работу. Во-вторых, найти и уговорить Эми Роуз. В таком городе отыскать её будет непросто, к тому же полно однофамильцев, а встречаются и полные тёзки, но зацепки есть — вспоминается случай в переулке и этот голос, один в один… Была ли это действительно она – предстояло выяснить. И в-третьих, нужно найти место для жилья, плацдарм, базу. Втягивать хозяйку этой квартиры очень не хочется: она вытащила его, а вот её жизни его проблемы касаться не должны. «И где это всё найти?» — подумал он, подходя к окну. Под уходящие лучи солнца город незаметно провалился в сумерки: зажглись фонари, загорелись окна, где-то вспыхнули вывески, уличный гул с редкими гудками распластался над проспектами. «Когда успел пролететь весь день?» — хмыкнул Соник, чувствуя, как стягивается кулак: цель есть, пути намечены, он уже поел — значит, пора двигаться. Следующий день, часть 1. Синий ёж более-менее восстановился, и, раз уж идти ему было тупо некуда, он остался у этой девушки — она упёрлась рогом, прижала его своим настойчивым «оставайся», так что выбора у него особо не было. Соник даже отметил в ней что-то эминское: «Упертая. Если ей что-то в голову влезет, обязательно сделает», — подумал он, и от этой мысли в груди кольнуло что-то тёплое и грустное. Он смотрел на девушку явно дольше, чем стоило, и хозяйка удивилась… но наваждение слетело, как только он вспомнил про свои утренние тренировки. Отказаться было бы идиотизмом: в реальном бою с тем прохвостом любой навык пригодится. Хотя сам он всё ещё не понимал, с какого перепугу кому-то вообще помогать ему таким способом. Сон сегодняшней ночью тоже мозги выносил. Он опять оказался в Зелёных Холмах, только теперь всё было не такое люминальное, но всё равно неприятно липкое. И что бы он ни спрашивал, никто про Соника там не знал, зато про Крайс знали все. И будто её биография зеркалит его собственную, только с перевёрнутыми кусками. Ходили слухи, что она вроде как на год пропадала… Собрать всё в одну кучу — получалось, что она почти как он: умная, добрая, игривая, нетерпеливая, умеет прощать врагов. Очень знакомый набор. Доктор Эггман же был тем же самым, до самого финала, ни на миллиметр не изменившийся. И это странно, но логично. Внутри у Соника что-то дергало: он ненавидит его, презирает, но всё равно — создатель. И да, он опять наткнулся на свою альтернативную версию. Та его тоже не ждала и с порога ляпнула: – Какого чёрта тебя снова сюда занесло?! – А потом хитро прищурилась – Соскучился, что ли? Судьба свела? Он прекрасно понимал, что она троллит и щупает почву. На её месте он бы делал ровно то же самое. Он хмыкнул, скрестил руки на уровне плеч и с издёвкой бросил: – Ага, конечно. Как же мне не соскучиться по моей боевой активной подруге! На её лице промелькнул целый спектр, там угадывалось всё: «Ты серьёзно? Хорошо выглядишь. Рада, что зашёл… но с каких пор мы вообще в таких отношениях?..» Соник, не обращая на это внимания, продолжил: – Понимаешь, я не особо собирался сюда соваться, но… как видишь. Он театрально раскинул руки в стороны. В этот момент подошла местная команда. Знакомые лица: Наклз, который смотрел так напряжённо, будто собирался ударить взглядом; рядом крольчиха Крим — или скорее крольчонок, судя по пацанской одежде. Их взгляды встретились, крольчонок вмиг вжалcя в спину ехидны, выглянул, снова спрятался. Это почему-то позабавило Металла, и у Соника мелькнула лёгкая улыбка. Наклз это заметил и сразу вскипел. — Тебе смешно?! Слушай сюда. Я не знаю, кто ты такой, откуда взялся, зачем ты здесь и что тебе надо, но мы тебе тут не рады. И если вздумаешь что-то учудить — мы тебя остановим. Что бы ты там не задумал! — отчеканил он за всю команду. Глаза злые, недоверие читается без слов. Иронично: сам Соник сейчас был примерно в таком же состоянии. И это слегка печально. И тут раздался вздох: — Ну, Наклз, ты как всегда. Даже не дал гостю рот открыть, — сказала женская лисичья версия Тейлза. Соник посмотрел на неё и аж протёр глаза. — М-да… мать мой создатель. Кто бы мог подумать, что я увижу женский вариант Тейлза. Он офигеет. – Сейчас не до игры в дружелюбие, Тейлз. Перед нами потенциальная опасность, и, думаю, разумно проявить хоть какую-то осторожность, – сказал Наклз. – Особенно после… Он резко замолчал, будто вспомнил, что об этом говорить не стоит. Лисица, словно читая его мысли, перебила: – Осторожность – да, благоразумие – да, но то, что ты сейчас делаешь, это не осторожность, а чистая агрессия! – Но… – попытался возразить ехидна, но Крейс тут же перерезала его реплику: – Успокойся, Наклз. – Крэйс… – выдохнул он, глядя на ежиху. В его глазах читалось что-то вроде: «Ты меня предаёшь». А она, в свою очередь: – Да расслабься ты. Если наш дорогой гость вдруг что-то и задумал, то я… то есть мы его остановим до того, как он вообще об этом подумает. Ты же ничего не задумал, мой дорогой друг? – сказала она, впившись взглядом прямо в Металла. Её слова как-то странно отозвались у него в голове. Хотя, по сути, эти дежурные угрозы ему были до лампочки. Он и сам не собирался никому тут вредить. Ну… если только они первыми не решат навредить ему, его друзьям или цели, ради которой он сюда приперся. – Естественно, даже в планах не было! – сказал Соник, закинув руки за голову и нервно хихикнув, но энтузиазма эта фраза никому не добавила. Наоборот, их только ещё больше перекосило. Наклз, который и так смотрел на него как на потенциального врага, стал прям готов броситься в глотку. Крим вообще тупо спряталась. Тейлз, которая секунду назад выглядела спокойной, взяла на плечо здоровенный металлический гаечный ключ… «Таким вместо кувалды можно херачить, по эффективности ничуть не хуже», – подумал Металл, оценивающе глянув на инструмент. А Крайс всё так же смотрела на него с лёгкой ухмылкой. Соник понимал: так они будут стоять вечно, пока одна из сторон не уступит. Он уже втянул воздух, чтобы что-то сказать, но ежиха его опередила: – Ладно, народ, чего такие угрюмые? К нам впервые за столько времени пожаловал довольно дружелюбный гость из иного измерения. И я знаю, он пришёл к нам не с мечом, а с надеждой. Верно? – Крэйс… ты неисправима. Ладно, делайте что хотите! – рыкнул Наклз, скрестив руки на груди. Потом опять уставился на синего ежа, подошёл почти вплотную и прошептал ему в ухо: – Может, остальные тебе и поверили, но знай: одно неверное движение – и ты труп. Понял? – хмыкнул и ушёл. На его месте остался крольчонок, но стоило Сонику на него взглянуть, тот резко сорвался с места и убежал за ехидной. – Не обижайся на него, он просто слишком о нас печётся! – сказала Крэйс. Лисица посмотрела на них обоих, тяжело вздохнула и добавила: – Ну, после всего пережитого неудивительно… особенно учитывая экзорцизм… Она осеклась, глаза расширились, будто ляпнула что-то, что надо было держать под замком. У Крэйс на лице появилось лёгкое недоумение. Соник в это время заметил, что Наклз, уйдя метров на сто с лишним, всё равно остановился и смотрел в их сторону. Тем временем… – Ай, черт… Кажется, у меня несколько дедлайнов горят. То есть… важные дела по ТО Торнадо! – попыталась съехать Тейлз, пятясь. Крэйс развернулась к ней: – Тейлз, о каком экзорцизме речь? – Экзорцизме? Я? Да нет, я вроде говорила об Эггмане! Он ему в жизни так насолил… Эм… короче, у меня идеи появились, важные, срочные, невероятные, и они не ждут! – протараторила лисица, подавляя собственную панику и пытаясь втюхать эту невнятную ложь. Но Крэйс была непреклонна: – Тейлз, не держи меня за дуру. Мы обе это прекрасно слышали. – Она посмотрела на Соника и подмигнула, явно рассчитывая, что он подыграет. Металл только поднял плечи. Этого короткого момента отвлечения хватило, чтобы лисица под шумок сбежала. Крэйс заметила это только когда та уже неслась прочь. – Тейлз! Чёрт тебя дери, Тейлз! – взорвалась ежиха и уже хотела рвануть за ней, но раздался тихий голос: – Тише, Крэйс. Позже поговорю с моей подружкой лисицей. А сейчас надо разобраться… с ним. Она посмотрела на Соника. Он стоял, скрестив руки на груди, с лёгкой, грустной улыбкой. Это напомнило ему о его собственных отношениях с Тейлзом. О том, насколько теперь всё будет сложно. И возможен ли вообще прежний уровень доверия после того, что они пережили. Крэйс снова взглянула в сторону, куда унеслась Тейлз, тяжело вздохнула: – Не воспринимай их всерьёз. Они славные ребята. Хотя ты и сам это знаешь, ха-ха… – неловко усмехнулась она, и смех ненадолго заполнил затянувшуюся паузу. Она первой нарушила молчание: – Так… какая у тебя просьба? Соник вздохнул, отгоняя меланхолию вперемешку с ностальгией по тем временам: – Нужно жить сегодняшним. Не время вспоминать былое. – Моя просьба проста: можешь научить меня распоряжаться этой силой и не поддаваться влиянию этой твари? – сказал Соник. Крэйс задумалась ровно на секунду, но в следующий миг, даже не дослушав, просто кивнула. Снова повисло неловкое молчание. – Лады, начнём… – улыбнулась она. Соник чуть смутился: – Прям сразу? Вопрос проигнорировали максимально успешно: в следующее же мгновение она влепила резкий удар в корпус. Соник увидел движение краем глаза и успел увернуться, откинув корпус в бок. Следующая серия пошла без паузы, ещё быстрее: два удара в корпус, один размашистый в челюсть. Синий ёж, обладая похожими способностями и нехилой техподдержкой, уворачивался от ударов, чуть смещаясь и отклоняя корпус. Но она не остановилась, а развернулась и по инерции резко нанесла удар локтем, целя прямо в солнечное сплетение. Соник был к этому готов, уже начал уворачиваться, но внезапно… будто чья-то тень схватила его сзади за горло и не дала даже шелохнуться. Ситуация, которая пять секунд назад была под контролем, накалилась до предела. Он дёрнулся, пытаясь вырваться. Мысленно просчитал: если она попадёт, ему мало не покажется, и кто знает, как это скажется на теле в киберпространстве… или в реальности. Такой удар пропускать точно нельзя. Она ему не просто грудину проломит — внутренние органы поедут. А у Металла ещё и ядро в грудине спрятано, самое важное место. До контакта оставались какие-то мгновения. Мозг метался, решение не находилось, время таяло. И тут его инстинкт самосохранения щёлкнул, как аварийный рубильник, запуская способность, неестественную ни для Металла, ни для обычного Соника. Тело синего ежа стало растворяться, как мираж, и через миг он уже стоял за её спиной. Она же врубила локтем по пустоте и тут же, сменив стойку, прописала разворотом в голову. Соник, появившийся буквально секунду назад, успел подставить руку. – Понятно, какой способностью ты обладаешь. На практике учиться лучше, верно? – сказала она, ударив по блоку. – Только привычку появляться за спиной не развивай! – Ага… – ухмыльнулся Соник. Но внезапно по телу пронеслась странная волна, резкая и глубокая, будто его кто-то изнутри ткнул раскалённой иглой. Вены вспухли коротким пульсом, он рухнул на колено, всё ещё держал блок, хотя необходимости уже не было. Голоса в голове зашипели: – Ты воспользовался ею, этой силой. Ну как, приятно? Это ведь только крошечная часть… Хочешь ещё?.. Очевидно, вопрос был риторический и абсолютно глупый. И так же внезапно, как пришло, всё отошло: боль, пульсация, голос. – Эй, с тобой всё в порядке?! – встревожилась Крэйс, подходя ближе. Соник, опираясь на колено, поднялся: – Да… в порядке. – Понятно. Наверное, именно об этом ты и говорил, когда просил помощи, – сказала она и посмотрела на его руки, криво усмехнувшись. – Ну, похоже, тебе уже пора. И не забудь те ощущения. – Что?.. – не понял Соник. Но уже в следующую секунду он лежал в своей кровати, уставившись в потолок. Через окно били ранние лучи солнца, мегаполис только-только просыпался. Соник приходил в себя после сна и пытался уловить: «Какие ещё ощущения?.. М-да… с такими внезапными перемещениями нормальных тренировок точно не получится. И окажусь ли я там снова?..» Вопросов — вагон и тележка. Ответов — ноль. Только расплывчатое послевкусие той тренировки и то чувство, когда он действительно был в опасности. Вздохнув, он поднялся, потянулся, зевнул и поплёлся в ванную привести себя в порядок. Подошёл к умывальнику, благо хозяйка квартиры объяснила, что где находится. Сдвинул ручку на смесителе, вода заструилась. Он поднёс ладони, умыл лицо… И тут холодок пробежал по иголкам синего ежа. Он поднял взгляд на зеркало. Отражение вроде нормальное. Только вены под кожей пульсируют, зрачки расширены, отливают алым — и за его спиной, опершись о стену и скрестив руки на груди, стоит тот самый ублюдок: чёрные глаза, красные зрачки, фиолетовые иглы. И тоном, будто играет в дешёвый театр, произносит: – Всё-таки решил последовать совету? Неплохо, неплохо. Битва против равного куда веселее, чем избиение в одни ворота. Соник продолжил умываться, как ни в чём не бывало: – Не обольщайся, паразит. Скоро я избавлю оригинальное тело от тебя. Но знаешь… интересно, зачем ты вообще ждёшь? Это что, ради «веселья»? – Всему своё время, моя фальшивая звезда, – хищно ухмыльнулся тот… и растворился, как мираж. – Не важно, что им движет. Моя цель остаётся прежней, – подумал Металл, глядя на своё отражение. По подбородку стекали капли, зрачки постепенно вернулись в норму… правда теперь светились ярко-синим. – Надо собрать команду. А потом найти Эми Роуз и остановить это безумие. Он решительно вышел из ванной в комнату, где его уже не могла дождаться хозяйка квартиры, вся красная как рак. Соник даже рта не успел открыть — она юркнула в коридор и хлопнула дверью. – Ну и ну. Чертовски медленно принимаешь водные процедуры для сверхбыстрого существа! – стебанул Игнис. Металл лишь отмахнулся и пошёл на кухню. Дальше день тянулся обычно. Соник перекусил, расслабился и решил не торопиться с изучением мегаполиса, вид на который впечатлял даже из окна: огромные многоярусные конструкции, настоящие стальные джунгли; контингент местных такой разнообразный, что Металл даже половину подобных существ в жизни не видел. И это он ещё даже из дома не выходил, только с балкона сорок третьего этажа глазел. С его телом можно себе позволить то, что органике не светит. Синий ёж взглянул на часы. – Странно… хозяйка уже должна была прийти… – пробурчал он. – На дворе 17:30, клонит к вечеру, а её всё нет. – Может, поумнела и решила прогуляться, не разделять общество с консервированным неудачником! – заржал Игнис. – Ага, ага, от безумного маньяка-извращенца такое слышать — прям честь, – буркнул Соник. Он подошёл к окну, снова глянул вниз и случайно краем глаза заметил, как в подворотню заходит хозяйка квартиры, а за ней парочка людей и… восьмёркой антропоморфных гиен, которые странно лыбились и буквально заталкивали их внутрь. – О, нашлась всё-таки! – довольно протянул Игнис. – В этом что-то нечистое, – подумал Соник. На лице у него появилась злорадная ухмылка. – Значит, пора испытать новые способности… Вперёд. Поехали! Следующий день, часть 2. Правда, энтузиазм умер где-то после десятка попыток. Соник пытался всеми возможными образами вызвать «телепортацию» — ноль результата. Всё это было слишком смутно, слишком недостоверно. Он явно что-то упускает. – Что же я пропускаю… – размышлял он. – Крэйс говорила о чувствах… что я чувствовал тогда? Страх. Безысходность… «Так попробуем врезаться в стену насмерть», – мрачно решил он. Вдруг сработает и он телепортнётся. Но портить стену ему не хотелось совсем, поэтому вместо издевательства над квартирой он решился на железную встречу с холодным бетоном из окна сорок третьего этажа. Он настежь распахнул окно и посмотрел вниз, на кипящий жизнью мегаполис. Люди мельтешили туда-сюда как насекомые, а их железные коробки и злобно бибикали и тарахтели. Соник сделал первый шаг на край. Никто не заметил. После второго — парочка зевак уже уставилась, но ему было плевать. Он сидел, свесив ноги вниз, глядя в ту самую подворотню. Внизу какая-то панда тащила тележку. Соник набрал полную грудь воздуха, крикнул: – Вперёд! И шагнул вниз. Ветер хлестал по лицу Соника, металлическо-бетонные муравейники тянулись вверх, и их рваные силуэты проносились мимо него с дикой скоростью. Здание, из которого он прыгнул пару мгновений назад, уже казалось далёким. Падение длилось сущие секунды, но для сверхбыстрого существа это чертовски долго — времени на раздумья хватало. Он начал сомневаться: не ошибается ли? Зачем эта тварь помогает? Что он упускает? Шёпот Игниса подтвердил сомнения: – Ты на верном пути, консервная банка. Только вот в одном ты заблуждаешься: чувство самосохранения не так важно. И да, с чего бы мне помогать такой рухляди? Считай это моей прихотью. Веселее смотреть как жертва барахтается, прежде чем её живьём приготовить! – Живьём приготовить? – скептически протянул Соник и хмыкнул, чего ещё ожидать от маньяка-извращенца… Но о чём он толковал в начале? Соник нахмурился, зависнув в падении как в замедленном кино. Ему ужасно не хватало Тейлза. Вот он бы подсказал. Две головы лучше одной, особенно когда одна из них сверхумная… Игнис расхохотался: – Ха-ха-ха! Ну ты и калькулятор… раскинь электронными мозгами, если они у тебя вообще есть! – Игнис ловко увильнул от прямого ответа, и продолжил троллить. – Думаю, моих подсказок хватит. Посмотрим, сколько ты ещё будешь барахтаться, моя консервная жертва нелепости, перед тем как я тебя вскрою. И заткнулся. Как будто его и не было. – М-да… – только и успел выдохнуть Соник, как влетел плашмя в повозку. Та развалилась моментально, а следом его тело встретилось с асфальтом. Обычно в подобных ситуациях инстинкты ежа и его сверхвосприятие играют ему на руку: всё вокруг будто замедляется, а он сам — наоборот, ускоряется. Ну или ему так кажется; скорее всё вокруг движется в норме, а он работает выше своих привычных оборотов. Но стоит разуму зациклиться на одной мысли, а угрозе стать не такой уж фатальной — инстинкты Соника могут промолчать. А тут всё ещё усложнялось тем, что он вообще не полноценный биологический Соник. Совокупность факторов сделала своё дело: его физиономию прилепило к холодному асфальту как наклейку. Боль он почувствовал, но не адскую, а такую… приличную. – Ай, моя головушка… падать всё-таки больно! – пробормотал он сквозь зубы, медленно поднимаясь и встряхивая головой. И тут какой-то голос выдал: – Получена Ачивка: «Рождённый ползать летать не может». Совершить «прыжок веры» в асфальт. – В связи с этим событием производится активация системы… – продолжал голос, который не напоминал никого, кого Соник когда-либо слышал. Чистая искусственность, холод как у синтезатора из старой лаборатории. – Чей это голос?.. – мелькнуло у Соника. А голос продолжил: – Инициализация клиента… Прямо в поле зрения у него вспыхнули красные надписи, с плавающим троеточием, будто кто-то стримит ему ошибки системы в глаза. – Похоже, Эггман внедрил систему поддержки… – подумал Соник, глядя на эти всплывающие подсказки, пытаясь вспомнить, кому же может принадлежать этот голос. Но тут он услышал разговор где-то вдалеке. Взгляд сфокусировался, звук будто усилился — два койота трещат за стеной переулка. – А эта девчонка… неплоха. Бёдра, талия… – ухмылялся один. Они вообще-то за стеной, но Металл списал это на приколюхи Эггмана, мол, прокачал слух. – Ага. Всё рыпалась, пока не показали фотку её братика, – хмыкнул второй, облокотился о стену, приподняв руку. На поясе у него оказалась кобура. – Сразу шёлковой стала. Молила, чтобы сказали, где он. – Ха-ха-ха! Думаю, будет интересно посмотреть на её морду, когда босс закон… – не успел договорить, как второй зажал ему рот: – Эй! Потише, полумозг! – Да брось. Кто вообще полезет связываться с Дланью? – не унимался первый, ухмыляясь. – А после… развлечёмся с той ежихой. Да, Берни? – А вот с этой минуты поподробнее, – раздалось у них за спиной. Они обернулись — и замерли. – Чё… стоп, как ты, бля, прошёл?! – взвыл койот и вытащил нож. Второй положил руку на кобуру. – Так, парни. Спокойнее. Меня не ваши туши и не ваша банда интересуют. Только инфа: куда вы увели ежиху? – спросил Соник, а лицо его исказилось в оскале, от которого обоих перекрутило. – Оу, чувак, хватит так жутко лыбиться, или я твою рожу в жопу запихаю! – выдавил один, снова прижимаясь к стене. Второй, тот что пониже, шагнул вперёд: – Слышь, ты вообще кто такой, чтобы спрашивать?! – и подошёл почти вплотную, надавив грудью. Ответом ему стала ещё более широкая, отвратительно "искренняя" улыбка. Оба громилы дёрнулись от одной только мимики. – Ну всё… – процедил второй. – Сейчас мы тебя отправим кратким рейсом… – он вытащил ствол и навёл его прямо между глаз. – Не беспокойся, в переулке такое часто бывает, особенно сегодня с нашей подачей. И твоя ежиха скоро присоединится. Первый мерзко хихикнул, добавляя: – Только по секрету… её перед этим пустят по кругу по всей стае. Может, и нам перепадёт. Хе-хе-хе… У него на лице застыла такая похотливая скотская ухмылка, что даже у абсолютно стального Соника внутри что-то передёрнулось. Но виду он не подал. Ни на грамм. Оба ждали от ежа хоть какой-то реакции. Страх, злость, попытку подлизаться, истерику — что угодно. Но точно не то, что увидели: пустое безразличное разочарование. Соник просто скрестил руки на груди, и улыбка исчезла с его лица. – Что, уже пытаешься произнести последние слова с мольбой, да?! – хохотнул напарник койота под стук подошв Соника, отбивающих ритм. – Эх, любите вы всё усложнять… – вздохнул ёж так, будто разочарован ими как явлением. Интонация была пропитана этим насквозь. Он резко сократил дистанцию и выхватил ствол у койота слева, а затем с разворота прописал в корпус тому, что стоял справа с ножом. Тот полетел к стене, будто в слоумо. За это время Соник уже успел: осмотреть ствол, разобрать и собрать его, пересчитать патроны, снять с предохранителя и поставить обратно, натренировать движение, чтобы снимать в один жест, стащить штаны с бандита и вручить ему в руки пустую кобуру вместо ствола. Всё это — прежде чем он снова занял своё место и убрал оружие за спину. Когда он встал на исходную, путь летящего койота к стене резко сократился — сверхвосприятие выключилось, как лампочка. Второй койот попытался выстрелить… – М-да. Раз в год и палка стреляет, но точно не эта, – прокомментировал Игнис, когда бедолага завис в ступоре, обнаружив вместо оружия кобуру и спущенные штаны. – Что за чертовщина?! – взвыл он, одновременно пытаясь подтянуть штаны и не отводя взгляда от ежа, будто сверлил его. Соник только усмехнулся: – Ну так что? Расскажете? Или мне надо быть более убедительным? Койоты переглянулись. В их глазах — непонимание, паника и тупое “что происходит”. Но это Соника уже не интересовало. Время поджимало. Что-то внутри подсказывало: тянуть нельзя. Он полностью согласился с этим чувством. Он вытащил ствол и направил его между глаз койоту слева: – Ладно. Вот вам более убедительный аргумент. Или нужен вариант ещё убедительнее? – сказал ёж. Койот перед ним впал в настоящий ужас — тот, что обычно люди испытывают перед стаей. А теперь он смотрел на одного ежа… и понимал, что даже целая стая тут не спасёт. Соник же только усиливал давление. Одним движением снял предохранитель, не отводя дуло от лба. Койота сразу прошиб холодный пот, он дрожал, как осиновый лист. – Говорить будем? Или мне применить этот очень убедительный аргумент? – ёж чуть улыбнулся. Койот едва стоял на ногах. И в этот момент пострадавший от удара бандит у стены пришёл в себя, сорвался и на эмоциях бросился на ежа. Выстрел разорвал переулок. За ним — протяжный вой. – Бляяядь… сука… нога!! – завыл койот, хватаясь за простреленную конечность. Соник, слегка подтрунивая: – Не бойся. Ещё можешь её спасти. У тебя, вообще-то, есть вторая. Ну… если хочешь обе оставить. – Он снова направил ствол на напарника. – Но сначала мне нужен ваш очаровательный рассказ о том, где ежиха. Он давил психологически, играя на нервах. Для пущего эффекта отвёл ствол, пожал плечами: – Ну… или дозировка свинца была маловата? – и резко навёл пистолет на здоровое колено лежащего койота. Тот завизжал, второй замер в ужасе, отвернувшись, чтобы не видеть. И наконец не выдержал: – Стой! Подожди! Я всё расскажу! – выкрикнул он. Нервы у него оказались куда слабее, чем он надеялся. Он сдался, и под неодобрительным взглядом напарника начал говорить. - Из "интересного" откровения стало ясно: её зовут Роузи Хорс, а брата, которого держат в заложниках, зовут Дион. И сама она состоит в банде так называемойЯстребиной Длани, в которую её завели силком. Соник дослушал рассказ, связал обоих и на сверхскорости доставил их прямо на оживлённую улицу. Поставил в центре движения, повесил на них табличку: «Это бандиты Ястребиной Длани. Вызывайте копов», а сам рванул обратно в переулок. На бегу Игнис комментировал услышанное: –Дело было вечером, делать было нечего… Скучная и банальная история о том, как она вляпалась и как её туда занесло! – он усмехнулся, предвкушая продолжение. – Но кому вообще в голову приходит идея, что связываться с этой ежихой Роузи Хорс – это плохая идея? Её новый сожитель будет слегка… недоволен, особенно после открывшихся обстоятельств. Ну что, будешь ей помогать? –Естественно, буду, – сказал Соник. Игнис вздохнул: –Да брось. Она жезлодейка. Ты её знаешь-то всего ничего. История у неё банальная, и вообще она бандитка. Помнится, подобных ты обычно укорачивал на голову без разговоров. –У каждого есть шанс, если он свернул не туда. Даже у такого, как ты. И долг платежом красен, – гордо заявил Соник, даже не задумываясь. Игнис, естественно, воспринял всё как шутку: –Ну давай… будешь читать мне своё Евангелие, когда я устрою жатву твоего мира. Все твои друзья, старые и новые, обратятся в прах под твоими ногами. Вот тогда посмотрим, как ты заговоришь! –Да, посмотрим… когда я тебя остановлю! – рыкнул Соник, а Игнис расхохотался: –Сможешь ли? Ты сейчас – ничтожество, не способное сделать решающий шаг. Эти бандиты убивали людей, а что сделал ты? Посадил посреди улицы с табличкой «заберите их, пожалуйста»? На твоём месте я бы их убил. –Вот поэтому ты до сих пор не на моём месте, – уверенно ответил Соник. Он добрался до места, о котором рассказывали бандиты. Гул басов перебивал звон улицы, музыка становилась всё громче, под неё он и дошёл до входа. Перед ним стояли двое вооружённых койотов – амбалистые морды, рост под два метра, строгие костюмы, взгляд как у хищника. Музыка внутри отбивала танцевальный ритм. –М-да. Похоже, они слышали наш разговор, и теперь думают, что ты безумец, – ехидно протянул Игнис. – Хотя… они ведь не так далеки от истины. Соник, не обратив внимания, подошёл к амбалам вплотную. Оба были на взводе: пальцы на курках, предохранители готовы к щелчку. Ежу драка сейчас была без надобности. –Стоять! Частная зона, – предупредил один. Синие уши ежа слегка дёрнулись. –Да-да-да… я здесь за Горностаем, – сказал Соник, оглядывая стволы в руках шкафов: длинные, с откидным прикладом. Те косились на него, хмурясь. –Хм. Ты чё, решил меня наебать? Какой, блядь, Горностай? Ты вообще кто такой, малой?! – прорычал левый амбал. Первый хмыкнул и скрестил руки, демонстративно выставив оружие напоказ. –Я Соник, – сказал Соник и улыбнулся. Бугай выдохнул, взглянул на напарника. Тот пожал плечами. Мгновение – и оба снова уставились на синего. –Слушай, малой. Уходи подобру-поздорову. Если не хочешь проблем, конечно. – сказал один, уверенно показывая ствол. На Соника их угрозы никак не повлияли. Он только ещё шире улыбнулся под их насмешливое переглядывание. Следующий день, часть 3. В то же время внутри клуба развлекалась под грохот басов огромная разношёрстная толпа – представители всех возможных видов, от мелких зверят до амбалов, теряющихся в дыму светомузыки. На сцену, под овации и подтанцовку из пяти пантер в тёмных старомодных костюмах и шляпах, вышла девушка-синица. Оперение её было цвета утренней зари, а платье старомодное, но подчёркивающее грацию. Она наклонилась к микрофону, маленький клюв едва коснулся металла, и её нежный голос пролился в зал, как нежная нота на фоне грохота. Тем временем выше, на ярусе, куда простым смертным вход был закрыт, собралась странная компания: койоты и ягуары, всего шестеро. Ягуары молча стояли в строгих официальных костюмах, ну а койотам дресс-код не писан – как попало, кто во что. А объединяла их натянутая, вязкая тишина, в которой каждая секунда будто трещала. Первым двинулся ягуар во фраке, он шагнул и бросил на стол кейс. Койот слева ловко поймал его в воздухе, щёлкнул замками, бросил внутрь оценивающий взгляд и утвердительно кивнул. Койот по центру расплылся в широкой ухмылке: –Ха! Ну что, ладно, возьмёмся мы за вашу непыльную работёнку. Хотя, конечно, не думал, чтогордыйПятнистый Клан решится ограбить сам себя. Вам бы вывеску сменить – куда больше вы напоминаете пятнистых прохвостов … Он не успел договорить. Ягуар сорвался, впечатал его головой в стол, и в то же мгновение обе стороны выхватили оружие. Стволы смотрели друг на друга, руки дрожали, обстановка взлетела к точке кипения. Достаточно было одного неверного движения – и комнату бы украсил новый интерьер с кровью и свинцом. –Только двиньтесь – сразу попрощаетесь с башней этого безмозглого! – рыкнул гепард. Койот, впечатанный в стол, лишь ухмылялся. –Не понял… чё смешного? – взревел гепард, вдавливая его башку сильнее. –Ай! Ай! Ладно, ладно, я понял! – завыл койот. – Это всего лишь безобидная шутка! Я… э… сделаю скидку! Двадцать процентов! Давление усилилось, гепард рявкнул: –Двадцать пять! –Яски, успокойся и отпусти этого шута. Или у нас исполнителей станет меньше, – раздался низкий, но слегка писклявый голос сзади. Гепард обернулся, цокнул и отступил, а голос продолжил: –Ладно, мистер… –Я Шеран, – сказал отпущенный койот, выпрямляясь и отряхиваясь. –Хорошо, мистер Шеран, – усмехнулся голос. – Надеюсь, у нас сложатся хорошие деловые отношения. И ожидаю от вас хороших новостей в срок. Иначе… вы знаете, мои ребята не любят глупых шуток. Они у нас серьёзные. –Да-да-да, мистер Коготь! – заторопился койот, почти приседая в уважительной позе. Гепарды ушли вместе с незнакомцем, а койот-босс тут же повернулся к своим: –Как там у нас с этой Роузи? –Она согласна, шеф. Ваш план сработал идеально. Кто бы мог подумать, что у неё есть братец, который с нами… гм… связан, – сказал подручный справа. – И она готова помочь, если мы его отпустим. –Отпустим? – протянул босс, усаживаясь в кресло. Потом неторопливо закинул ноги на стол и закурил. –Ну да. Эту ежиху мы отправим в “Дырку” на перевоспитание, – сказал подчинённый с мерзкой ухмылкой, явно смакуя будущее распутное зверство. – Из неё выйдет ахуенная секс-рабыня. Промыть ей мозги, привить полную верность нашему клану… А её братца в “Яму”. Если не выживет, пустим на органы. Так бы мы их и отпустили восвояси, как же! –М-да… выгода в любом виде – наше кредо, – широко улыбнулся босс. – Рад, что ты понимаешь это, новенький. Ладно, пора осуществить наш план. Он поднялся и направился к выходу, за ним потекла его шайка. В этот момент двери клуба эффектно распахнулись – влетели два амбала и шмякнулись на пол без чувств. К ним шагнул напряжённый волк, за ним рысь с двумя дубинками наперевес. Следом в зал вошла группа койотов, мгновенно растворившись в ревущей под басы толпе. На сцене четыре чёрные пантеры из подтанцовки зеркально разлетелись в акробатической феерии вокруг певицы, грациозно раскрывающейся в центре. Но за секунду до того, как тела амбалов ударились о пол, по залу промелькнула синяя тень, слишком быстрая, чтобы хоть кто-то смог её разглядеть. Тень размылась на сверхскорости, проскользнула между орущей и танцующей толпой так, будто прошла курс у тайного ордена ниндзя и выискивала одну-единственную цель… И тут внезапно: –Подготовка инициализации клиента завершена. Рекомендую найти безопасное место: процесс может вызвать раздражение. Запуск через 60 секунд… Голос этот буквально вышиб Соника из колеи. Он попытался мысленно отменить запуск, остановить, хоть как-то повлиять… но система игнорировала всё. Ему оставалось только найти подходящее место. Он влетел в первый попавшийся коридор и рванул на себя дверь. Это оказалась обычная уборная. Грязно-жёлтые стены, ряд из трёх умывальников, дальше – десяток кабинок. Не теряя ни секунды, он нырнул в одну из них. Его «поприветствовал» белый фаянсовый трон для размышлений о смысле жизни, но использовать его по назначению ёж даже не думал. –Запуск процедуры инициализации клиента, – прогремел уже знакомый голос. Перед глазами, накладываясь прямо на реальность, вспыхнули красные бегущие строки: Процедура запущена/// Запуск основных служб/// Инициализация софта/// Инициализация реестра и внесение программ/// Инициализация интерфейса/// Сонику эти надписи особо ни о чём не говорили. Через мгновение они сменили цвет на зелёный, поочерёдно исчезали из поля зрения, появлялись новые – какие-то вкладки, будто активные задачи, пока что пустые… И красная строка: Инициализация СИГРиЗ/// (Будьте внимательны, возможно небольшое раздражение из-за объёма информации) Ну да, небольшое... Как по будильнику, у Соника прострелило голову, зрение поплыло, буквально всё задребезжало. Ему пришлось приложить немалое усилие, чтобы не навернуться на грязный плиточный пол общественного толчка. В поле зрения проявилась консоль: множество быстро бегущих строк, названия процессов, команд. Через сотню с хвостиком линий всё остановилось. Надпись сменила цвет. И в ту же секунду симптомы исчезли, будто их и не было. Сразу же в уборную вошли двое. Две кабинки хлопнули, застучали ремни и зашуршал звук расстёгнутых молний. –Ух… день сегодня был напряжённый, – начал первый, одновременно включая воду. –Ага. Кто бы знал, что эти гепарды слегка… – начал второй. –Тише! Я тебя и так понимаю, – шикнул на него первый. Но второй не унимался: –Ой, бля… хорошо хоть босс наш гений. Нашёл, как выйти из ситуации… –Ха! Кто бы сомневался, – процедил первый, – правда если бы он сам эту кашу не заварил… –Эй! Никто не должен сомневаться в решениях босса! – резко оборвал его второй. –Да-да, Мэтью, понял. Но приводить эту девчонку Роузи и вносить её в завтрашний план… что, блядь, у него на уме? – пробормотал первый уже тише. Застёжки и ремни щёлкнули. Дверь хлопнула снова, вошёл кто-то третий. –Роб. Мэтью. Напомнить вам основное правило стаи? – произнёс голос с металлической жёсткостью. –Э… Эрик… – еле выдавил дрожащим голосом Роб. Эрик не сбавил тон: –Если общаетесь о чувствительных вещах… особенно в общественных местах… – Он подошёл к кабинке, в которой случайно оказался Соник, и толкнул дверь. Защёлка выдержала, Соник успел её закрыть до того, как его накрыло процедурой. –Вот видите, – рявкнул Эрик, – вы уже успели рассказать о наших планах кому-то лишнему. И как вы собираетесь это исправлять, анчоусы?! –Да успокойся… – начал Мэтью. – Сейчас мы его уберём. Не впервой… –Два дятла, – сплюнул Эрик. – Я поговорю с боссом. А вы уберите его быстро, без лишних свидетелей. А потом я сам разберусь с косами и остальным. От вас, блядь, одна морока! – И он вышел, хлопнув дверью. И тогда в дверь кабинки резко ударили. Соник отшатнулся назад и упёрся в белый, не слишком чистый фарфоровый трон. Ещё один удар в дверь. Соник собрался: надо вытащить из них всё, что они могут знать. Следующий удар показал, что хлипкая дверь держится из последних сил. –Давай я! – гаркнул кто-то снаружи. Раздался мощный пинок, защёлку вырвало и дверь распахнулась. Перед Соником стоял здоровенный койот, вынесший дверь с ноги. Он был в кожаной безрукавке, не скрывавшей огромных татуированных рук и с квадратной, как, ящик, мордой. Рядом с ним оказался худой, жилистый койот в дешёвой футболке и джинсах. Оба уставились на синего ежа. Намерение их было очевидно до смешного: избить и избавиться от свидетеля прямо в кабинке. Толстяк сделал шаг – и в ту же секунду получил в голову с разворота. Удар был таким, что его башку вмяло в стенку кабинки, как мягкую пробку. Худощавый тут же рванул помочь, но Соник юркнул под его замах и врезал в живот так резко, что как ни пытался тот напрячь «сталь» своего пресса – пробило всё. Ударов было штук сорок, все точные, быстрые, как вспышки. Койот даже не понял, что произошло, как его подбросило, а потом слегка приложило о потолок. Последняя мысль, которая пролетела у него в голове, пока он проваливался в отключку: «На кого мы, блядь, напали?..» Тем временем тучный пытался выбраться, шипел, кашлял. Соник закончил с худым и подошёл к нему. Пара вопросов – и ноль ответов. Пришлось усиливать аргументацию. Пробитые голени и колени сделали своё дело, а Соник отметил про себя, что стал жёстче, чем раньше… но после всего пережитого это закономерно. Это даже не пугает, скорее настораживает. Надо будет поговорить об этом с Тейлзом, Наклзом, Руж и… Эггманом. Кто-кто, а тот лучше всех понимает, что с ним творится. –Постой! Хватит, не бей больше! Я всё расскажу! – заорал тучный после очередной серии ударов. Он рассказал всё что знал, но информации оказалось жалкие крохи. Худощавый был в отключке, а третий свалил, увидев драку. Умнее двух других вышел. Примерно десять минут Соник ждал, сверяясь по часам, но толку было ноль. Он поднялся и посмотрел на поверженных койотов так, будто заглянул им в души, и это их реально напугало. Соник вздохнул и покинул уборную. –Намного надёжнее было бы их убить, – буркнул Игнис. –И поднять лишнюю шумиху вместе с паникой? Нет уж, – буркнул Соник. – Кровавым маньяком становиться я не собираюсь. Он открыл дверь в коридор и направился в зал, где продолжали грохотать басы. Игнис фыркнул: –Ха, какой маньяк! Это ж НПС, пустышки. Ты вообщеникогоне убиваешь. Даже если устроишь геноцид – это же всё не по-настоящему. Соник не дрогнул: –Неважно, настоящее или нет. Повторю, я не выберу твой путь, это тупо. Неэффективно. И создаст проблем больше, чем решит. Толпа всё так же металась под музыку, не подозревая, что тут творится. –Неэффективно? Ну ладно, посмотрим. Я не отступлюсь, – бурчал Игнис. –Как хочешь… – подумал Соник и пошёл к выходу. До квартиры он добрался через пару минут, и взбежал по стенам здания прямо к окну, из которого выпрыгнул. Домой хрен кто его пустит, ключей-то с собой нет. К вечеру хозяйка квартиры наконец пришла… Повисло неловкое молчание, тянущееся какое-то время. Сначала в прихожей: Соник облокотился на стену, сложил руки в замке на груди и молча смотрел на хозяйку. Она вошла, сняла верхнюю одежду, аккуратно повесила… и ничего не сказала. Даже когда они сидели за столом, тянулось всё то же молчание. Соник ел свежесваренные сосиски с лапшой, забрызганной кетчупом, а Игнис ехидно отозвался: –И долго ты будешь тянуть кота за яйца? Ясно же, пока сам не рявкнешь – она ничего не скажет. Харе тупить, нужно действовать быстро и эффективно, пока она не сорвалась. Соник мысленно ответил с нажимом, вполголоса внутри себя: –Терпение, мой торопливый извращённый маньяк. Тут нельзя лезть напрямик – сорвёшь тонкую конструкцию и устроишь хаос на кухне, а мне он сейчас нужен меньше всего. Пусть сама расскажет, а мы терпеливо подождём. Игнис фыркнул: –Как скажешь, мой улиточный консервный двойник. Только смотри, пока в своём ленивцевом темпе философствуешь – не опоздай на главное шоу. Ведь семеро одного не ждут, сам понимаешь! Соник хотел возразить, но понял, что спорить бесполезно. Сущность, что следила за ним, уползла в тень, оставив его один на один с гнетущей атмосферой. Соник взглянул на Роузи. Она так же молча ела, будто ничего не произошло и происходить не собирается. У него в голове крутились две мысли: "Может, Игнис прав? Может, надо действовать!" и "Надо скорее найти команду и закончить миссию…" Но он отмахнулся от них: –Всё в своё время. Торопиться в таком нельзя, иначе всё рухнет. И вот так этот вечный маятник – сделать шаг или не делать – продолжался ещё какое-то время. Соник не решался заговорить первым, и Роузи тоже не торопилась. Да и с чего? Они по сути друг другу никто: только вид один, да маленький должок, который Соник не забывает ни на минуту. Но утром следующего дня, когда Соник смотрел телек и лениво прокручивал в голове список дел, Роузи наконец проронила: –Я на работу, в чёртов банк. Сегодня последний день. Можешь меня не ждать, ключи на столе… Отпразднуем завтра, и возражения не принимаются. Эта фраза неприятно царапнула. Особенно «последний день» и это странное «отпразднуем». Он внезапно захотел хоть что-то сказать, но она уже ушла. Игнис, конечно, не пропустил момент: –Я же говорил. Ушла твоя потенциальная личинка подружки, хе-хе-хе! Соник сжал зубы, но не ответил. Прошёл час, и это случилось. По всем новостным каналам разошласть новость: ограбление банка. У Соника что-то защемило. Нутро ясно сказало:Действовать надо немедленно. –Только как туда попасть?! – этот вопрос грыз Соника сильнее, чем сам факт ограбления. Телепортация бы сейчас пригодилась… как у того маньяка. Он понимал, что рассчитывать на Игниса – последнее дело, тот не поможет без выгоды, и эта выгода будет точно не в интересах ежа. Но выбора нет, ведь Соник не знает, в каком конкретно месте всё происходит. Если побежит обычным образом – всё кончится. И нутро подсказывает, что кончится всё плохо. –Нет, Соник, ты сможешь сам, – он взял себя в руки и попытался вновь вспомнить то состояние, ту эмоцию… Но в голову лезли слова Игниса: «Меня и мою силу не интересуют твои высокие, добрые намерения. Мне нужны низменные, кровавые. Чёрная грязь, вот что меня двигает.» Ну или как-то так Соник это запомнил. –М-да… может, есть другой способ… – засомневался было он, но взгляд упал на экран телевизора – камера показала заложницу. Синий ёж вздрогнул так, будто через позвоночник пустили ток. –Нет. Я точно ему все кости пересчитаю и выставлю в счёт! – прорычал он. И одновременно, почти незаметно для себя, ощутил: в груди поднимается сильная, злая волна. Не просто желание вмешаться, а именно жажда наказать. Агрессия. Даже хищная ухмылка сама прорезалась на лице– неприятная, но честная. А он её даже не заметил. Тело вдруг стало лёгким, почти невесомым, руки и ноги словно лишились массы. Взгляд поймал странную прозрачность, как если бы сам он терял плотность. Но не было ни страха, ни паники, одно только предвкушение. –Ну, сейчас посмотрим! – произнёс он, уже растворяясь. И в следующую секунду его не стало. Квартира опустела, только в кадре на экране телевизора на миг вспыхнула синеватая тень маленького роста, скорее даже силуэт, прямо у входа в банк. Никто её не заметил, слишком быстро она мелькнула. Тем временем Соник уже был внутри. На сверхскорости прошёл мимо одного змееобразного охранникп и двух псовых антропоморфов. Он мог бы вырубить их всех в секунду, но шум это лишний риск для заложников. Тем более он слышал краем уха, что «Авангард» тоже на подходе. Его цель проста – нужно обезвредить тех, кто держит заложников, и найти Роузи, пока она не наломала дров. Он мчался по коридору молниеносно, но даже на такой скорости услышал сдавленный писк, отчаянный крик о помощи. Соник не задумываясь понёсся к источнику. Добежав, он увидел то, что никак не ожидал. Мерзкий волчара с отвратительной мордой прижимал Роузи спиной к столу. Разорванная спереди одежда обнажала чёрное бельё. На её лице смешались шок, страх, отвращение, гнев и отчаяние – всё сразу. Волк омерзительно улыбался и облизывал ей лицо. От этого становилось невыносимо и ей… и Сонику. Синий ёж не выдержал и ускорился ещё сильнее. Следующий день, часть 4. Волк его даже не заметил. Он чуть отстранился, собираясь что-то сказать, но его монолог закончился раньше, чем начался: в его челюсть влетела подошва красного кроссовка, прошив его голову на сверхскорости и отправив тушу сначала в стену, а оттуда прямиком в ад. Раздался хруст костей, будто кто-то ломал сухие ветки под сапогом, и по стене размазало густые тёмные брызги, окатив и его, и Роузи. Она застыла в шоке, а Соник, не сбавляя набранный звериный разгон, добавил ещё пинка, зашвырнув волка в потолок, где тот завис какой-то нелепой сломанной куклой. Роузи безумно дрожала. Не просто дрожала – её трясло так, будто всё тело пыталось одновременно бежать, замереть и провалиться под пол. И это была не обычная реакция жертвы после ужаса, аффект, как подумал Соник. Нет, она не впала ни в ступор, ни в истерику. Это была другая дрожь – странная, внутренняя, будто в ней кто-то дёрнул за старые забытые струны, спрятанные глубоко в душе. Их трепет она даже не осознавала и скорее умерла бы, чем признала их существование. Но это потом. А сейчас она просто сидела и недоуменно смотрела на него широко раскрытыми глазами. Разорванная одежда оголяет тело в неприличных местах, на иголках багровеют пятна крови. Всё выглядело… слишком уязвимо, но её почему-то не смущало. –Эй, может уже что-нибудь сделаешь? – прошипел Игнис. – Ладно, понимаю. Ты у нас ещё тот извращуга, давно нормальную женщину не видел, а тут такая картина – особенно аппетитная. Сложно сдержаться, хе-хе-хе. Ну так давай! Соник резко взял себя в руки. Он сдёрнул куртку, слегка запачканную кровью, и накинул ей на плечи, прикрыв оголённые места. Игнис фыркнул: –И это всё? Скучно. –А что ещё тебе нужно… Так, стоп. Я сюда не развлекаться пришёл. И вообще я не стану таким, как ты, мерзкий ублюдок, – подумал Соник, глядя на Роузи. Дрожь в ней не утихала, и мысль о том, что могло бы быть, не отпускала его ни на секунду. Игнис пробормотал: –Ага, святоша, посмотрим, насколько твой изжегающий свет выдержит. Соник поднялся с колена и взглянул вверх, прямо сквозь потолок. Его зрение в этой форме позволяло видеть живых существ, будто они светились. И на крыше он разглядел знакомое лицо ехидны. Наклз! Тот спустился с человеком и с ноги выбивал кого-то или что-то. –Мы думаем об одном, – хмыкнул Игнис. –Наклз, – произнёс Соник. –Ага, чёртова красная заноза, которая будет мешать нам весе… ой, то есть «спасать», – передразнил Игнис, споткнулся на слове и тут же его заменил, усмехаясь. Соник сделал вид, что не услышал. Он окинул взглядом помещение в поисках заложников, и тут раздался выстрел. Ёж поднял глаза и увидел, как лис обезвредил двоих и побежал дальше по коридору, не заглянув в дверь, за которой сидели Соник и Роузи. Соник вышел осмотреться и наткнулся на сцену побоища: двое мёртвых антропоморфов, у одного длинный порез вдоль шеи, у другого в глазнице торчит нож, будто ручка от шкафа. –Оу… прямо в мозг через глаз… – пробормотал он. Игнис тут же подал голос: –Жёсткий у тебя товарищ. Прямо хладнокровно прихлопнул обоих, даже не дал этим болванам пикнуть. Это ведь твой Лис, да? –А? Что-что? – рассеянно спросил Соник, глядя лисёнку всед. Игнис усмехнулся: –Да ничего… Ноничегоэто было ровно той же пустой ложью, какой и всегда. Сущность прекрасно понимала: Лис становится серьёзной проблемой. Уже сейчас он опаснее Эггмана – того хотя бы можно предсказать, а Лис рушит планы как переменная со знаком вопроса. Игнис думал, что в этой итерации страшен только один противник. Но он ошибся, теперь их двое. Соник тем временем провёл взглядом по разгромленной зоне. И тут заметил: один из бандитов несёт енота, причём тот висит между его рук, будто левитирует. Соник хмыкнул и решил проследить – любопытство у него и у Игниса совпало. Он только подумал – и уже растворился в пространстве, появившись рядом с бандитом. Енот в коробке и правда выглядел уморительно – висел как багаж в аэропорту. После недолгого наблюдения Соник наконец увидел заложников и решил – пора. Он представил, как будет вышибать из бандитов мозги, засовывать стволы им в жопы, а босса отправлять в нокаутную яму в бессознательном состоянии. И на удивление Сонику телепортация снова сработала. Правда он просчитался, недооценил координаты и сразу же поплатился: материализовался ровно в потолке, как влитой в бетонную форму для бисквита. –И как тебя туда занесло! – раздражённо бросил Игнис. – Ах да, ты же самоучка. Давай-ка я тебя научу прекрасной технике межпространственного телепорта, МПТ. Слушай внимательно, это вообще-то важно, если не хочешь в следующий раз стать частью несущей конструкции, ты, недоделанная консервная банка! – Он помолчал и продолжил издевательскую лекцию: –Во-первых, определяешь абсолютные координаты всех объектов-препятствий. Если нет желания в них застрять – выбираешь ближайшуюпустуюточку. Хочешь появиться именно там? Появляешься. Всё просто, попробуй. Он объяснял всё слишком подробно, но Соник чувствовал – что-то важное он точно утаил. О хотел было выполнить инструкции, но в голову залетела другая, абсолютно дебильная, но весёлая мысль. Ёж попыталсяпошевелиться. И ничего не произошло. Молекулы бетона держали его крепче, чем любой враг, а Игнис уже катался по полу от смеха: –Ты серьёзно решил сделать ЭТО? Своим методом?! Хватит страдать идиотизмом, телепортнись уже, мебель ты бетонная! Но Соник, упёртый как синяя металлическая кочерыжка, попытался ещё раз. Потом ещё. И снова ничего. Игнис уже орал: –Эй, идиотина металлическая синезадая, телепортнись уже! Хватит ломать комедию, ты застрял в потолке, а не на экзамене по физкультуре! Тем временем под ним как раз вошёл бандит с коробкой, поставил её на стол, даже не подозревая, что над ним в потолке застрял кусок ярости в кроссовках. Соник всё не сдавался, и внезапно – щёлк – что-то в теле дёрнулось. Чуть-чуть, но дёрнулось. Игнис даже не заметил, продолжал нести своё, а Соник продолжил попытки, и потолок начал трескаться, с каждым толчком всё сильнее. Пока, наконец, бетон не лопнул, и Соник рухнул вниз, осыпав бандитов пылью и ошарашив всех в комнате. Бандиты среагировали мгновенно: выдернули стволы и направили их на синего незваного гостя, проломившего потолок. А Соник… просто улыбнулся. – Нихуя… Стоп! Бля, ты вообще кто такой нахуй, из какой группировки, и где Син?! – заорал босс. Соник опустил взгляд на вырубленного бандоса и спокойно ответил: – Син решил немного отдохнуть. В котле. – Чё… – протянул один из бандитов, а потом взорвался: – Ты кто вообще такой?! Отвечай нормально, босс тебе вопрос задал! Соник раздражённо вздохнул: – Давненько у меня не было таких… Вы будете по-хорошему или по-плохому? – По-хорошему? По-плохому? – пробасил босс. – Всё просто, – кратко пояснил Соник. – По-хорошему вы разряжаете и кладёте оружие, убираете когти, прячете клыки и опускаете ебала в пол. Советую этот вариант, он для вас самый безболезненный. Хотя вы этого и не заслуживаете, да и я сейчас реально зол, мне всё же не хочется пачкать… – Варианты? Ха! Ты серьёзно?! – перебил его босс, с кошачьей грацией вынося вперёд свою здоровенную тушу. – Чё за варианты, а?! – Понимаю, вы не верите, – спокойно продолжил Соник. – Но советую прислушаться. Первый вариант – вы сдаётесь добровольно, никто не страдает в процессе, и это даже выгодное предло… – Ты серьёзно решил с ними разговаривать? – встрял Игнис. – Это бандиты, злодеи. Вообще отбросы. – Чёрт тебя побери, не лезь в мои переговоры, – огрызнулся Соник. – Я и без тебя справлюсь! Он сказал это вслух, и бандиты заржали. Под их смех Соник устало выдохнул и оглядел толпу: – Так… на чём я остановился? А, да. Есть и второй вариант: я вас заставлюсложить оружие и подчиниться. Но учтите, в процессе могу пересчитать все кости, и целостность при этом не гарантирую. Просто поверьте – вам это не понравится, не нужно оно вам. – Ха-ха-ха! – расхохотался босс, вытирая слюну лапами с длинными острыми когтями. – У тебя не только с крышей проблемы, ты ещё и юморист. Слышали, народ? Этот псих думает, что он с нами на одной волне! – И вся шайка подобострастно заржала. – Ладно, слушай, недошут игольчатый, – прорычал босс. – Я сегодня в хорошем настроении. Так что вали, синезадый, пока не стал моей зубочисткой! Соник не дрогнул ни одним мускулом, даже разочарования не выразил: – Ну зачем же всё так усложнять… – Ты не бежишь? – ухмыльнулся босс. – Ну ты сам напросился. Ребята, нашпигуйте его свинцом по самые гланды! И в тот же миг бандиты синхронно открыли огонь. Соник не шелохнулся. Он молча стоял прямо перед коробкой, только почти незаметно моргнул. И мир замедлился, а на его лице появилась зловещая улыбка: – Ну раз не хотите… Я предупреждал. Тем временем пули летели к Сонику будто в замедленном кадре, а он лишь зевнул и не спеша поднял руки, потянувшись к первой пуле … и взял её пальцами. Кончики пальцев заметно обожгло, но Соник даже не поморщился. Он играючи развернул пулю на сто восемьдесят градусов, потом сделал то же самое со второй, третьей, следующей и следующей. Всего через несколько ускоренных мгновенийвсепули были аккуратно развернуты в противоположную сторону, а Соник вернулся на исходную позицию и моргнул. И пули полетели вновь, только не туда, куда рассчитывали койоты. Они вернулись к отправителям, разрывая стволы изнутри. Металл лопался, оружие взрывалось прямо в руках. Кто-то завыл, кто-то попытался сбросить пушку, но не успел. Соник воспользовался этим мгновением и рванул к койоту с длинной винтовкой. Сходу врезав ему с ноги в голову, он вырвал у него оружие, перехватил поудобнее и прикладом зарядил в бок, развернувшись почти на двести градусов. Тело неудачника снесло в стену, а остальные переглянулись, и в глазах их читалась уже не злость, а животный страх. Соник слегка размял плечи, отбросил сломанную винтовку и медленно пошёл к ним. Койоты сменили оружие, выхватили запасные стволы и снова начали палить, и так же безрезультатно. Синий ёж просто уклонялся. Шаг в сторону, наклон, смещение – и очередной вырубленный валится на пол. Всё продолжалось до тех пор, пока в строю не остались только босс со своей шестёркой. И тут из коробки с воплем выскочил белый енот: – Ну чё, кто на новенького?! – расправил плечи и продолжил:– Кого зафаршировать до краёв пласти…– с каждым словом его голос становился всё менее уверенным, пока он не замолчал совсем. На него смотрели Соник и львица. А шестёрка в этот момент получила апперкот и ушла в нокдаун, пробив головой потолок. – До… дом… ну на хуй… – договорил енот с глазами, готовыми вывалиться из орбит, и молниеносно нырнул обратно в коробку и захлопнул за собой крышку. Босс посмотрела на Соника исподлобья и зарычала: – Бесполезные. Если хочешь что-то сделать — бери в свои руки! – Ого, – насмешливо протянул Соник. – Какие когти, какие зубы. Может, не надо? – Ну уж нет! – взревела она и сорвалась с места. Рванув к синему ежу, с размаха попыталась разорвать его когтями. Соник быстро наклонился и удар прошёл мимо, оставив глубокие борозды на стене. Но комбо не закончилось. Последовал ещё удар, ещё. Соник уходил от них играючи, насмешливо поддразнивая: – Не попал, котяра! После ещё пары яростных выпадов она зашипела: – Ты кто такой?! Соник рассмеялся: – О, большой кот решил познакомиться? – Ага. Я Шу, имя нужно знать для надгробия, – рыкнула она, срываясь с места и пытаясь достать его с ноги. Соник снова расхохотался: – Ой, как страшно, я аж весь дрожу. Знаешь, Шу… мне всегда было интересно, как звучат большие кошки, если дёрнуть их за хвост – и он ушёл в сторону. В ту же секунду голос раздался уже за её спиной: – Вот и хочу узнать. Ты же не против? – Что?.. – Шу не успела договорить, а Соник уже переместился. – Как ты тут оказался? Не надо! Рывок – и виляющий до того хвост оказался в руках Соника. Воздух разрезал неконтролируемый звериный визг. Шу дёрнулась, потеряла равновесие, а Соник, не давая ей опомниться, перебросил её через плечо и впечатал в бетонный пол. Глухой удар, потом ещё один. Он не бил насмерть, он ломал ритм, выбивал уверенность, стирал ощущение контроля. Шу кричала, пыталась вырваться, но каждое движение делало только хуже. Соник чувствовал странное наложение эмоций — азарт, холодную концентрацию, ту самую грань, и ему это нравилось, он играл с ней. Ёж рванул чуть сильнее, прочности хвоста не хватило, и он оторвался. Соник замер. Он осмотрел на то, что осталось у него в руках, потом на неё, и выдохнул: – Чёрт… неловко вышло, прости. Переборщил я, слишком уж увлёкся. Шу, шатаясь, поднялась. В глазах больше не было расчёта — только боль, ненависть и безумие – Сука… я тебя убью… – выдавила она, бросаясь вперёд без плана, без техники. – Поэтому сейчас... – спокойно сказал Соник. – Я всё исправлю! . – Он появился снова уже у сейфа, натянул пару перчаток и схватил хвост поувереннее. Быстро, чётко, без суеты он смазал основание слюной, развёл его в стороны и резко вставил хвост внутрь. Шу смотрела на него, тяжело дыша, с ненавистью, страхом и унижением, смешанными в одно, а Соник чувствовал, что руку его сжало, как будто задница львицы не хотела его отпускать сказал - Ох, как сжимаешь, ну хватит отпусти! Отпусти! — лицо львицы залилось краской под его слоа. Дёрнув рукой, он с усилием освободил руку и с отвращением увидел на неё что-то коричневое. – Фу, как там грязно, – заметил он. – Тебе не мешало бы подчищаться хоть иногда! – стянул перчатки и швырнул их в угол. – Извращенец! – хрипло просипела Шу. – Да я только вернул тебе хвост, –насмешливо заметил Соник. – Никакое это не извращение. Но босс Шу, будто не слыша его, продолжала орать: – Извращенец! Ты меня обесчестил, и теперь обязан взять ответственность… – она захлебнулась слюной и яростью. – Умереть! – Она сорвалась в отчаянную, бессмысленную атаку. Соник даже не стал с ней возиться. Резким движением он сопроводил её в прямой полёт, швырнув через комнату в стол позади. Стол разлетелся, коробка с енотом подпрыгнула и глухо бухнулась на пол. Изнутри послышалось возмущённое шуршание — енот явно собирался высунуться, но благоразумно передумал. В этот момент дверь распахнулась и в комнату влетел Тейлз — в полной экипировке, с автоматом наперевес. Он увидел Соника и завис с вытянутым лицом. В нём смешались шок, облегчение и страх того, что сейчас всё опять исчезнет, растворится, как мираж. Но Соник никуда не собирался исчезать. Не в этот раз. Следом ввалился Наклз в тёмном спецкостюме, с привычным боевым воплем: – Держитесь, ребята! – Ты опоздал, Наклз, – сухо сказал Тейлз. Ехидна окинул взглядом разгромленное помещение, потом посмотрел на Соника: – Это твоих рук дело? – Ага. – Соник ухмыльнулся и скрестил руки на груди: Наклз ещё раз внимательно посмотрел ему в глаза, и что-то в нём расслабилось. Он подошёл ближе и протянул руку. Соник ответил тем же – крепким мужским рукопожатием. – Неплохо ты их отметелил, – признал Наклз. – Некоторые не скоро очухаются, особенно их босс. Ты был прав, Тейлз. Соник глянул на лиса, тот нервно усмехнулся – будто и рад, и сам не верит. И тут раздался кашель. Один из койотов очухался, резко вытащил из-за пазухи устройство, похожее на детонатор, и грязно расхохотался: –Твари… посмотрим, кто будет смеяться последним! Я всех вас на хуй взор… Он не успел договорить – Соник, среагировав быстрее всех в комнате, сорвался с места и помчался к смертнику. Выбив устройство, он вылетел с ним за дверь, взмыл вверх и умчался так, что воздух дёрнул по ушам. Проявился эффект Доплера, а механизмы детонатора даже не успели начать обратный отсчёт. Устройство летело вместе с ним, но протекающие в нём физические процессы были слишком медленны для такой скорости. Соник утащил его на другой конец города, в самые ебеня, где сети нет, пустота, и даже трава бы не выжила. На максимальной скорости он метнул его в небо так, что оно получило всю ежовую кинетическую энергию и буквально исчезло, преодолев барьер, который даже Игнис бы не объяснил нормально. А через секунду Соник уже стоял в комнате рядом с ошарашенными Тейлзом, Наклзом и бойцом Авангарда. Тротил – тот самый енот в коробке – вообще не удивился. Его больное воображение давно рисовало такие картины. Напарник Наклза же просто выпучил глаза, у него в голове крутилась одна мысль: «Что блядь это было?» Боец Авангарда уже отчитывался перед начальством, одновременно решив пожать руку Сонику, но вдруг заговорил енот: –Не советую жать ему руку! – Чё? – все уставились на него. Енот посмотрел на них, вздохнул и всё рассказал. В конце ещё добавил, что от криков этой тигрицы он, кажется, слегка оглох. Наклз скептически покосился на него, а Соник только улыбнулся. Ехидна расхохотался: – Соник, ну ты учудил! Я от тебя такого вообще не ожидал! – Да вы чего, – буркнул Соник. – Я всего лишь вернул хвост на законное место. И вообще-то я был в перчатках! – Соник, ты хотя бы предупредить мог! – надавил Наклз. – И как ты это представляешь? – фыркнул Соник. – Типа: «не трогай меня, я тут только что провёл важную операцию в очке тигрицы»? Тейлз не выдержал и рассмеялся: – Ха-ха-ха! Ладно, всё, успокоились. Соник здесь — значит, всё хорошо. Да, Наклз? – Да. Это уже половина нашего дела, – бодро согласился ехидна. Тейлз повернулся к Сонику. В его взгляде было намешано всё сразу: страх, надежда, отчаяние, тихая меланхолия… и какая-то тёплая привязанность, не направленная впрямую на него, но всё равно ощутимая. – Пойдём, Соник. Пойдём домой. – Он улыбался искренне, по-настоящему, и Сонику было приятно это видеть. Гораздо приятнее, чем вспоминать тот кошмар, в котором он находился раньше. «М-да…– мелькнуло у него в голове. – Тейлзу мне предстоит многое рассказать. И ему самому тоже». Он кивнул: – Конечно. Давайте быстрее. – Вот теперь узнаю Соника, – радостно сказал Тейлз, и они направились к заложникам. После их освобождения Тейлз включил рацию: – Логово дракона зачищено. Принцессы в порядке. – Принято, Тейлз, молодцы. Сворачивайтесь, – ответил по радио Руки. – Плюс! – отозвался Тейлз и, поймав взгляд Соника, добавил: – Ну что, пойдём? Нам о многом надо поговорить. – И направился к выходу. Следом, в расслабленной манере, закинув руки за затылок, пошёл синий ёж со словами: – Ага, обсудить надо многое. Только вот сейчас одно дельце проверну. И прежде чем кто-то успел что-то сказать или среагировать, следы неугомонного ежа просто исчезли — будто его и не было. Наклз лишь фыркнул, а Тейлз вздохнул и улыбнулся: – Ну, Соник… как всегда в своём репертуаре. – Ага, – кивнул ехидна. – В этом он не изменился. Следущий день, часть 5. Но ждать долго не пришлось, Соник появился снова — так же внезапно, будто никуда и не уходил. Это слегка насторожило товарищей. Они хотели расспросить, но он отмахнулся: – Да всё нормально. Дельце решил. Но об этом позже…– Последние слова он сказал, глянув на Андрюху, и Тейлз это сразу уловил: – Ну окей. Тогда пойдём, – и они двинулись дальше. Артём вопросительно посмотрел на Наклза. Тот только пожал плечами и пошёл следом. Лёгкое недовольство кольнуло, но он тут же задавил его в себе – Сейчас не до этого. Тротил поковылял следом. Та часть заложников, которая могла идти, потянулись за Тейлзом. Но часть осталась… Через пару мгновений навстречу пронеслись несколько человек в белых халатах. Прямо у выхода лежали два чёрных мешка, стены были заляпаны кровью. Рядом стояла пара потрёпанных андропоморфов в тёмно-синей форме с двумя полосами на погонах. У самого высокого на плечах поблёскивали три маленькие звезды. Все косо поглядывали на группу Соника, особенно на Тейлза. Тейлз, впрочем, этому значения не придал и спокойно прошёл дальше. Когда они вышли на крыльцо, их встретил волк в мундире. Он стоял, скрестив руки на груди. В его взгляде смешались беспокойство, одобрение, гордость и… страх. Хотя последнее чувство будто старательно пряталось. Никто, кроме его команды и тех, кто был рядом, не ожидал от него такой реакции, особенно на фоне побледневшего Тротила. А вот на Тейлзе всё это почти не отразилось. Соник мельком взглянул на лиса. Их взгляды пересеклись, и Тейлз едва заметно улыбнулся — растерянно, почти по-детски. Такое выражение у него появлялось впервые за долгое время. – Молодец, Тейлз… – сказал волк, даже не глядя на Соника. – Тротил! – продолжил он, – Тротил, ты в порядке? Тротил посмотрел на него и чётко ответил: – Да, в порядке! – Хорошо. Твоё необдуманное поведение мы обсудим позже, – сухо произнёс волк и перевёл взгляд на Соника. – А ты? Соник явно не ожидал, что вопрос адресуют ему, и отшутился: – Да нормально. Настроение в порядке. – Ну и хорошо, что не унываешь, – кивнул волк. – Сложная была ситуация. Но иногда такие вещи полезны. В жизни никогда не знаешь, что случится в следующую минуту. Он посмотрел на всех сразу: – Это касается каждого. Никто не знает, кому и когда помирать. Так что живите на полную, без сожалений. – Волк вздохнул и коротко скомандовал: – По машинам! Артём и Тротил без лишних слов выполнили приказ и направились к транспорту. В кузов ловко приземлился летучая мышь с длинной сумкой за спиной, он одет в просторную форму цвета мультикам. Тейлз снова взглянул на Соника. В его глазах играл упрямый огонёк. – Командир Руки! – внезапно обратился он. – Чего тебе, Прауэр? – отозвался Руки, придерживая дверь машины. Тейлз на секунду замялся, снова глянул на ежа и сказал: – Командир… мы же всегда рады талантливым и перспективным стажёрам в команде? – Ну, в принципе да, – ответил Руки и задумчиво посмотрел на Тейлза. – Но сейчас команда не нуждается… Он сделал паузу, затем добавил: – Если, конечно, это не такой же кадр, как ты. Кто у тебя там? Тот улыбнулся в ответ: – Да бросьте, босс, он просто феноменален! – и Тейлз указал на Соника. Командир окинул ежа быстрым, профессиональным взглядом. «Худощавый, рост небольшой, мускулатура не выдающаяся. Обычный ёж» – он не понимал, почему Тейлз так высоко оценивает его – «Может, дело в его ежиных способностях… может быть. Но этого мало», – прикинул про себя Руки, и тут влез Тротил: – При всём моём уважении, командир Руки, но если вы его упустите, будете очень сожалеть! Волк посмотрел сначала на енота, потом снова на Соника. Скепсис никуда не делся. – Не знаю, чем ты так удивил моих подчинённых, – сказал он наконец. – Но раз уж они в один голос… Что скажешь, не против вступить к нам? Соник глянул на своих товарищей. Те будто беззвучно орали: «Соглашайся!» Он пожал плечами: – Ну, почему бы и нет. Я за любой движ… Ах да, у вас кормят чили-догами? – Чили-догами? – усмехнулся Руки. – Надеешься нажраться до отвала? Так забегаловка прямо в здании. Соник шагнул ближе, не растерявшись: – Тогда отлично. Я полностью ваш. – и они схлопнулись в крепком рукопожатии. – Ну хорошо, – кивнул волк. – Посмотрим, насколько ты феноменален. Садись в машину, – и громко скомандовал. – Все по машинам! Все разошлись к транспорту, кроме Соника, который спокойно начал разминаться. Командир нахмурился: – Ты не слышал? Я сказал: по машинам! – Да расслабься, – отмахнулся Соник, продолжая тянуться. – Я не поеду, а побегу. – Чё?.. – Руки уставился на него. – В смысле? Тейлз, уже сидя в машине, терпеливо объяснил, что синий ёж обладает сверхскоростью и способен бежать быстрее, чем эта машина на максималках. – Быстрее моей малышки? – фыркнул Эдуард. – Да брось, не может быть! Руки тоже покачал головой: – Я понимаю, ты хочешь выставить его в лучшем свете. Но быстрее нашей машины? – Ладно, – усмехнулся Тейлз. – Давайте так: спорим на месячную зарплату. Если он вас обгонит – я скидываю вам по месяцу. Если нет – платите вы. – Ну, тебя никто за язык не тянул! – водитель сжал руль. – По рукам, – сказал Руки. – Посмотрим, насколько правдивы твои слова. – Соник, ты слышал? – крикнул Тейлз из машины. Соник закончил разминку, посмотрел на лиса: – Да, гонки как раз по мне. Заодно немного разомнусь. – О’кей, только будь серьёзен, Соник! – почти умоляюще сказал Тейлз. – Да я сама серьёзность, – отмахнулся ёж. Наклз хмуро буркнул: – Эх… соболезную я вам. – Наклз, тоже хочешь поучаствовать? – спросил его Тейлз. – Неинтересно участвовать в уже решённом сражении, – буркнул ехидна. – Ну как хочешь, – пожал плечами лис. Руки и Эдуард на это даже внимания не обратили. Волк коротко скомандовал: – Поехали! Движок взвыл, зарычал, колёса заскрежетали по асфальту. Машина сорвалась с места и начала быстро набирать скорость. Соник же просто стоял и лениво потягивал руки. Эдуард усмехнулся, глядя на это с откровенным превосходством. – «Он что, решил мне фору дать? Совсем дурак. Ну ладно, деньги лишними не бывают» подумал он, переключил передачу и вдавил педаль в пол. Двигатель взревел так, что Тейлза, Наклза и Эми вдавило в сиденья, ремни едва держали. Артём и Тротил скрипнули зубами, Руки напрягся рядом. Через мгновение броневик скрылся за горизонтом стально-цементных джунглей. Соник закончил разминку и лёгким, почти ленивым бегом двинулся следом. Прошло несколько минут. Машина уже подъезжала, Эдуард расслабился, а Руки с явным недоверием косился на Тейлза. Тому оставалось только ждать. И ровно в следующий миг за левым стеклом, на фоне мелькающих зданий, появилось синее пятно. Ёж. Соник. Он нёсся рядом, на равной скорости с машиной. – Чо?.. – выдохнул Эдуард. Его гордость треснула. Не раздумывая он вжал газ ещё сильнее и врубил нитро. Машина рванула вперёд, уходя от Соника… но ненадолго. – Чего, не ждали меня?! – крикнул Соник на бегу, огибая встречные машины. – Да как ты… неважно! Я не проиграю! – рявкнул Эдуард, сжав руль. – Держитесь, поедем по сокращёнке! Он резко свернул влево. В салоне все вцепились во что могли, машину затрясло на разбитых дорогах трущоб. Соник буквально дышал ей в кузов. И, что особенно бесило, делал это играючи. Через пару минут безумной гонки броневик вылетел на финишный участок. Осталось только свернуть и влететь в подземную парковку. Любой нормальный водитель сбросил бы скорость, но Эдуард был не лыком шит. Он дёрнул руль, одновременно ударил по тормозам и рванул ручник. Машину сорвало в дрифт, пассажиров швырнуло в стороны. В следующий миг он снял ручник и дал газу, влетев в подземку. Эдуарду и Руки уже казалось, что победа в кармане. Но на крыше раздался звук шагов. Это удивило всех, кроме Тейлза, Наклза и Тротила. Соник спокойно прошёлся по крыше, вышел на лобовое стекло и, зевая, с лёгкой грацией спрыгнул с капота. Броневик ещё только приземлялся, будто в замедленном кадре. Через мгновение Соник уже стоял у лифта, а машина только коснулась асфальта парковки. Эдуард выполнил манёвр аккуратной парковки и протёр глаза, глядя на Соника. Руки смотрел на ежа так же. – Какие же вы медленные, – сказал Соник, глядя на них. – Я уже успел заскучать, пока вы доехали. Эдуард мысленно вскипел: «Меня назвали черепахой… Чёрт, я всё-таки проиграл. Ладно, в следующий раз я его сделаю. Роб рассмеялся: – Ну и ну… Ничего себе у тебя знакомый! А ещё есть? – обратился он к Лису подмигивая. Эми молча глазела на Соника. Артём, Тротил и Наклз особого удивления не проявили. Тротил вообще уже устал удивляться. Роб фыркнул: – Очередной супер. Отлично, значит, у нас будет меньше мороки и возрастёт эффективность? Они подошли ближе. Руки первым протянул руку: – Да, ты нас разнёс. Феноменальная скорость. Буду рад с тобой работать. – Ага, взаимно, – ответил Соник, пожимая руку и явно не придавая этому особого значения. Следом подошёл Эдуард и улыбнулся: – Не ожидал. Реально не ждал! Но ничего, в следующий раз я тебя обязательно уделаю! – Ага, буду с нетерпением ждать, – ответил Соник и хлопнул ладонью по протянутой руке. Он бросил взгляд на друзей – у тех явно поднялось настроение. Соника направили в регистратуру и указали на лифт, в котором ему пришлось ехать довольно долго. За стойкой сидела Стефани – лисичка-медсестричка с розовой шерстью, в офисном костюме с весьма откровенным декольте. Она задала стандартные вопросы: имя, пол, наличие сверхспособностей, как давно он в городе. Уточняла аккуратно, по анкете, которая была заведена совсем недавно. Соник даже догадывался, кем именно она создана, но лишнего не сказал – только то, что требовалось. После этого его направили в арсенал, и Артём пошёл с ним. Тем временем Тротила и Тейлза отчитывали за их «гениальные» действия, которые едва не угробили операцию: – Тротил, объясни мне одно, ты что, решил самоубиться? В камикадзе записался?! А ты, Тейлз, меня разочаровал. Видишь, что напарник творит херню – ну останови его! Но нет, оказывается, я должен проговаривать для вас банальнейшие истины! А если бы наш новый кадр не появился вовремя, вы вообще понимаете, что бы натворили?! – Руки говорил на повышенных тонах. В его взгляде мешались злость, тревога и откровенное огорчение. А Соник, войдя в арсенал, слегка завис. Ассортимент средств окончательного убеждения впечатлял. Он прошёл дальше, Артём следом. – Выбирай себе ствол, – начал тот, но договорить не успел. Соник сорвался с места и уже через секунду оказался у стоек с оружием. Он быстро перебрал штурмовые винтовки: поднял, проверил баланс, снял с предохранителя, передёрнул, взял в боевой хват, оценил вес и эргономику. Покачал головой и поставил обратно. Не его стиль. Слишком громоздко. Нужно что-то компактное, лёгкое, под одну руку. Он только успел подумать об этом, как взгляд зацепился за оружие чуть поодаль, как раз компактное, одноручное. – А вот это уже интересно… – мелькнула мысль. В следующий миг он уже держал пистолет и внимательно рассматривал его: лёгкий, чуть коротковатый. Снял магазин, прикинул – восемнадцать-девятнадцать патронов. Прицелился в пустоту и щёлкнул.. и на лице Соника появилась довольная улыбка. – Ну что, нашёл что-то для себя? – подошёл Артём и глянул на оружие. – Хм. ГШ-18. Неплохой зверь, – одобрительно кивнул он и продолжил. – Осталось основное подобрать. Не будешь же ты всю дорогу с одной пукалкой бегать. Соник осмотрел стойки, затем с усмешкой сказал: – Не-а. – и взял ещё один пистолет. – Этого хватит. Артём тяжело вздохнул: – Ну, ожидаемо. Если бы я не знал, что ты постоянно на спидах, не согласился бы. С бронёй всё вышло ещё хуже. Плиты сковывали движения, весили прилично и откровенно мешали. Соник скривился. В итоге остановились на сверхлёгких вставках, но и их он позже снял, оставив только кевлар. – Так-то лучше, – пробормотал он. – Протестировать оружие не хочешь? – спросил стоящий у стены мужик. – Давай, – кивнул Соник. – Тогда держи беруши. Артём протянул наушники. Соник надел их, и мир тут же приглох, слова Артёма превратились в немую жестикуляцию. Они прошли на стрельбище. Там во всю лупил из пулемёта Наклз. Попадал ли он вообще – вопрос философский. Судя по всему, он либо не слышал ничего из-за грохота, либо ему просто было похуй. Соник занял огневую позицию. Достал оба пистолета, на столе будто из ниоткуда появились патроны. Он вынул пустые магазины, зарядил по пятнадцать в каждый, вогнал обратно, снял с предохранителя и передёрнул затвор. Готов. Перед глазами вспыхнула крестовина в окружности. При шаге вперёд или назад она расширялась в такт движению. Индикатор горел красным. Когда он сменил цвет на жёлтый, напряжение слегка поднялось. Соник сжал рукоять, один ствол положил на стол. Когда индикатор загорелся зелёным, то сразу выехала белая мишень с двумя луковичного вида размеченными зонами. В углу зажёгся красный таймер, секунды пошли. Соник навскидку прицелился и нажал спусковой крючок. Бах. Ствол дёрнулся было вверх, но синяя рука даже не дрогнула. Бах. Бах. Ещё двенадцать выстрелов прозвучало, рука Соника оставалась тверда. Первые две пули ушли мимо, будто разминаясь. Третья и четвёртая – ближе. Пятая задела бумагу, но не размеченную зону. Шестая подошла вплотную. До девятой попадания сжимались, сходясь к центру. Десятая – в голову. Одиннадцатая – в нижний левый край. Двенадцатая – в нижний правый. Тринадцатая – в шею. Четырнадцатая – между девятой и одиннадцатой. Пятнадцатая – зеркально замкнула рисунок. Соник взял в левую руку второй пистолет и выпустил весь магазин на максимальной скорости. Пули очертили зону попаданий, будто обводя контур. Артём присвистнул. Он такое видел всего пару раз – если не считать Роба, который однажды вообще выстрелами розу нарисовал. – А мне они нравятся, – сказал Соник, глядя на ошарашенного Артёма. – Ну что, я снарягу взял. Дальше что? – А дальше самая важная часть, – лукаво улыбнулся Артём, глядя на ничего не подозревающую синюю жертву будущего нервного срыва. На выходе из арсенала их встретил Тейлз. Артём удивлённо поднял бровь: – Тейлз? Ты что тут делаешь? Разбор полётов уже закончился? – Да, закончился. И если по чесноку, Роб тот ещё зануда, – внезапно влез Наклз. Тейлз слегка поморщился: – Ну, если не считать ту безумную авантюру, разбор был нормальный… Вижу, Соник приоделся. Лис оценивающе скользнул взглядом по новой экипировке ежа. Соник вытащил пистолеты из кобур и пафосно провернул их на пальцах в обеих руках. Металлический отблеск белого, стеклянного света помещения скользнул по стволам – и оружие снова исчезло в кобурах. – Ну как? – спросил он, глядя на обоих. Они лишь присвистнули. В головах уже крутились будущие стрелковые состязания, о которых сам зачинщик даже не подозревал. – Неплохо, – хмыкнул Наклз, косясь на кобуру. – Интересные игрушки выбрал. Хотя мне всё-таки по душе что-нибудь потяжелее. Тейлз решил не развивать тему и повернулся к сопровождающему: – Артём, не против, если мы украдём Соника на некоторое время? – затем посмотрел на ежа. – Нам нужно многое обсудить, чисто между нами. – А, секреты между друзьями… личное, – протянул Артём. – Ну, если не против зарегистрировать его у Спиди – без проблем. Он сказал это слишком спокойно. Слишком. Те, кто проходил через это, знали: даже такие бойцы, как Наклз, начинали дрожать от одного упоминания ленивца. – Может, позже это обсудим? – попытался сдать назад Наклз. – Тейлз, не будем отвлекать людей от важных дел… Это даже Соника удивило. Тейлз лишь вздохнул. Он прекрасно понял, почему краснокожего так перекосило, но отступать не собирался. – Нет, Наклз. Мы проводим его и зарегистрируем. Не бойся, Артём, – радостно сказал он, улыбаясь. – Ладно… – буркнул Наклз, подбадривая скорее себя, чем остальных. – Сделаем этот… пустяк. Можешь на нас рассчитывать. Улыбка у него была нервная, дёрганая. Соник это заметил и поймал себя на мысли: «Что за хрень он там пережил, если его так перекосило?» Ответ он получил довольно скоро. Спиди восседал на своём привычном месте – за столом, перед монитором. К нему подошли Соник и Тейлз, а Наклз предусмотрительно остался за дверью – ему до сих пор снился этот приём. – О, Т-е-е-й-л-з… ч-т-о-т-о… з-а-б-ы-л? – протянул он, растягивая каждый слог. Мимика лениво переползала из нейтральной в выражение удивления, будто в замедленном кадре. – Я пришёл… – начал Тейлз, но ленивец не дал договорить: – П-о-м-н-и-т-с-я… т-ы… в-с-ё… с-д-а-л, Т-е-й-л-з. Лис и ёж переглянулись. Тейлз натянуто улыбнулся и нервно хмыкнул. – Ну, я вообще-то пришёл не по этому вопросу… – снова попытался он, но Спиди, не торопясь даже в рамках своей вечности, продолжил: – А… э-т-о… к-т-о… т-в-о-й… н-о-в-ы-й… д-р-у-г… к-о-т-о-р-о-г-о… На паузе Соник не выдержал и начал отбивать ногой ритм. Медленно. Потом быстрее. – Да, мне нужно зарегистрироваться, – врезался он, пытаясь ускорить процесс. Без толку. Лис сделал фейспалм, а ленивец продолжил, как будто ничего не произошло: – …з-а-р-е-г-и-с-т-р-и-р-о-в-а-т-ь… н-у-ж-н-о. И резко замолчал, как оглушённый дубиной. Так он ждал ответа. Тейлз выдохнул с облегчением: – Да, это мой друг. Его нужно как можно скорее зарегистрировать, Спиди. И, повернувшись к Сонику: – Сейчас выложи оружие. Побыстрей, это избавит нас от лишних… фраз. – А… п-о-н-я-т-н-о… т-о-г-д-а… – начал Спиди. Он не договорил, на столе уже лежали два новеньких ГШ-18. А Соник нервно стучал ногой, ускоряя ритм всё сильнее, будто собирался выбить в полу отпечаток своей стопы. И дело было не в спешке, да и терпения у него хватало. Но не настолько… Спустя почти полтора часа – большая часть которых состояла из ожидания медленного ввода ленивцем – этот филиал монотонного пяточного ада наконец закончился. Дверь закрылась. Два друга вышли наружу, морально выжженные. Соник с облегчением выдохнул. Тейлз подбадривающе хлопнул его по плечу: – Ты молодец, Соник. Не каждый выдержит такой медлительный ад и не сорвётся. Наклз ждал их, сидя на скамейке. – Ну… – протянул Соник. – Теперь я не завидую тем, кто у них клиенты. – Ага, – усмехнулся Тейлз. – Потому и административные штрафы оспаривать почти никто не приходит. Там половина отделов из ленивцев. Ты бы видел, как Наклз регистрировался – он тогда орал как потерпевший… Он не договорил. – ТЕЙЛЗ! – рявкнул ехидна, который всё слышал. Лис рванул с места, Наклз помчался за ним. Соник посмотрел им вслед и улыбнулся – надо же, всё как раньше. Но где-то внутри всё равно лежал камень. Соник понимал, что мирные деньки – даже такие кривые и шумные – заканчиваются вместе с миссией. После беготни у лиса пересохло в горле, а у ежа забурчал живот. Тейлзу отчаянно захотелось горячего шоколада после такого нервного дня. Благо Соник был освобождён до конца суток. Оставалось лишь показать ему, где он будет жить, а встреча с командиром и командой, да и брифинг по задаче – это уже завтра. Сейчас у него свободное время, и у его жёлтого друга на него имелись планы. Конечно, синий был не против. Тейлз даже заманчиво протянул: – Давай перекусим. Я знаю одно место, там подают офигенные чили-доги и коктейли! Этого Сонику хватило. Слова «чили-доги» прозвучали как сигнал тревоги. Он уже сорвался с места, правда, не зная, где именно эта забегаловка. Поэтому после короткой пробежки за здание, пары километров вперёд и обратно, он вернулся к неспешно идущим Тейлзу и Наклзу. Те даже не успели договорить: – Куда ты?! В итоге они пошли в кафетерий на втором этаже этого же здания. Лифты решили вопрос быстро. Устроились за столом, заказали по несколько чили-догов и коктейлей. За едой Соник начал рассказывать о своих приключениях до момента встречи с ними. Многое рассказал. Но не всё. Про кошмар и лабораторию, где он очнулся, – ни слова. В какой-то момент он извинился и отлучился в уборную. Зашёл, включил воду, поднял взгляд на зеркало. И тут холод пробрал его до костей. Вены на лбу вздулись. Руки сжались так, будто он сейчас разнесёт отражение к чёртовой матери. В зеркале – едва заметный оскал и видимая злость. Настоящая, жгучая. Тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, откуда она взялась. Он ведь рассказал им не всё, и не с того места. А пока рассказывал, в голове всплыл кошмар наяву. Как он собственными руками вонзил шип в голову Наклза. Как чуть не убил Тейлза, сломав его. Но злился он не только из-за этого. Злость была на самого себя. На это мерзкое, чужое желание довести всё до конца. – Вижу, ты обзавёлся привычкой к самобичеванию, – протянул голос Игниса с насмешкой. – Или я не понимаю, почему ты не рад воссоединению. Подумаешь, разок убил и сломал друзей. Правда, в ментальных терзаниях их было немного больше, да? – В тысячи. В тысячи раз! – вырвалось у Соника. Он сжал кулаки ещё сильнее. – Я думал, у тебя есть дела поважнее, и ты наконец отвалишь! Демон даже не попытался скрыть смех: – Поверь, от такого развлечения так просто не уходят. Особенно когда наблюдаешь за твоими жалкими потугами. Хе-хе-хе. Да и подумаешь, погубил одного… или несколько миллионов. Миллиардов. Квантилионов. Это всего лишь души. С едой, знаешь ли, гурман особо не разговаривает… Зеркало разлетелось от страшного удара кулака Соника. – Ой-ёй, – фыркнул Игнис. – «Всего лишь души»… – процедил Соник, глядя на осколки. – Еда? Ты что, блядь, несёшь, демон? – Хо-хо, кто это у нас вышел из себя? – сладко протянул голос. – Ладно, может, я слегка переборщил. Но подумай на досуге, из чего делают твои любимые чили-доги. И исчез. А Соник остался один. С гудящими руками, осколками под ногами и в праведном гневе, который не собирался так просто отпускать. По костяшкам ладони потекла алая кровь. Соник смыл её, умыл лицо, глубоко вздохнул и немного остыл. Потом вышел в зал и направился к столу, где сидели остальные. – С тобой всё в порядке? – спросили его чуть ли не хором. Он отмахнулся: – Да, конечно. День просто выдался слегка сумбурный, но я в полном порядке! Улыбался как ни в чём не бывало. Правда, под столом сжимал кулак до боли. Тейлз был слишком долго знаком с ним, и не поверил ни на йоту. «Соник взволнован. Он что-то скрывает. В этот раз я его не оставлю», – подумал лис, вспоминая прошлый инцидент, с которого и начался весь этот кошмар. «Но как его разговорить?» – мысль застряла, и он завис, как и сам Соник, каждый в своём. Наклз хмыкнул и окликнул: – Тейлз. Ну, Соника мы нашли, дальше что? Тейлз, эй, не витай в облаках. Что будем делать дальше? – А… Наклз… – Тейлз вздрогнул, возвращаясь в реальность. Ехидна продолжил: – Да, Тейлз. У тебя же есть план, как найти Эми Роуз в этом злосчастном мирке? Всё-таки ты у нас мозговой центр команды, раз Соник снова с нами. Лис переглянулся с ежом, секунду помолчал, потом выпрямился и уверенно сказал, взяв себя в руки: – Ну… после рассказа Соника у меня появилась парочка идей. Неделю спустя... Пока команда героев занималась поисками цели и параллельно тушила кризисы, где только могла, в темноте промышленного района АрктикСити шевелились давно прогнившие корни. Глубоко под землёй, в скрытых недрах, под бдительным взором старшего брата, словно дракона, чахнущего над златом, находилась капсула. Нет, много капсул. Огромных, каждая способна вместить гуманоида целиком. Вокруг сновали пингвины и белые андропоморфные медведи в халатах цвета снега, на груди – эмблема глаза в ромбе. Вдруг, на одно кратчайшее мгновение, мелькнуло красное свечение с фиолетовым оттенком. Настолько короткое, что его не заметил никто. Ни живые, ни аппаратура. Этажом выше пингвин с царскими перьями, в бело-чёрном халате, докладывал: – Процедура возрождения идёт полным ходом. Мы потеряли связь с одной из лабораторий вместе с прототипом AOP, но это не повлияет на наши планы. Тот, кто сидел в кресле спиной, даже не обернулся: – Да, печально. Организация потеряла образцы и орудие. Видеть его уничтожение в прямом эфире было… забавно. Но повторения мы не допустим. Пора начинать реализацию плана «Гидра». И подготовьте противомеры для «Авангарда». – План «Гидра»?.. – пингвин замялся. – Организация хочет всерьёз завершить проект, да ещё и поспешно? Мы даже не успе… Фигура в кресле резко повернулась. В её руке оказался красно-чёрный шар, будто живой. – Доктор, организацию не интересуют ваши сомнения. Вас наняли не для того, чтобы мы выслушивали жалобы. Нам нужен результат. И если вы его не дадите, мы найдём вам замену. Поверьте, желающих хватает. Часики тикают, доктор. Не хотите исчезнуть, как ваши предшественники – работайте. Пингвин сглотнул. Слухи о прошлых главах проекта он знал, слишком хорошо знал. – Да… я вас понял. Каков срок? – Вот и отлично. Срок – по графику. Не отставайте. Мы ещё зайдём вас проверить, – сказал силуэт. И исчез. Просто растворился в воздухе, будто его никогда и не было. Пингвин остался один. Несколько секунд он стоял, потом сел в кресло, нажал кнопку на телефоне и рявкнул: – Позовите Рино! После паузы на его лице расползлась улыбка. – Пора начинать...