Рейд

Только он ступил на порог своей земли, как увидел, в кустах ошиваются разбойники.. да скрытно так.. Хуй заметишь. Он выпрямился. Медленно положил руку на рукоять меча. Без спешки. Спокойно. Пусть думают, что он их не видит. Пусть вылезают. Он только начал мечтать о башне. Но, похоже, сначала — снова бой. Тут же звук титевы.. и с кустов вылетела стрела. Он был шокирован, но быстро парировал и нанёс ответную атаку, перерезав кусты к чертям — Думали спрятатся? — В моих-то землях?.. Под моим носом?.. Он откинул с лица прядь мокрых волос и напряг слух. — "Где второй?" — "Всегда минимум двое..." — "Лучник один не ходит..." Снег скрипнул с другой стороны. Слева. Он резко повернулся — готовый. Яи был зол. Не испуган. Не растерян. Зол. — Где второй?.. Отвечай. Разбойник поднялся и сказал — Я не знаю!! Я один пришёл! — Лучники одни не ходят!! И тут послышался удар.. По голове Яи прилетела рукоять топора. Мир качнулся. Ноги подкосились. Он услышал, как разбойник засмеялся. Не тот, что перед ним. Тот, что сзади. Смеялся грубо. Победно. Как зверь, что добрался до добычи. Снег коснулся лица. Холодный. Мокрый. Темнота начала подкрадываться к краям зрения. Последняя мысль: — "Башню не построю… если сейчас сдохну…" Он услышал дуновение рога.. зазывное.. Рейд.. Повторный.. Опять?.. Он с трудом разлепил глаза. Небо. Серое. Падающий снег. Лицо разбойника, склонившегося над ним. Тот что-то сказал. Но Яи не слышал — звук рога заглушал всё. Это был не просто сигнал. Это было воспоминание, которое ожило. Или предвестие будущего. Он не мог встать... он слышал лишь топот ног.. звуки криков.. плача.. звук запалившегося огня.. и.. Воспоминание о мальчишке, что не мог взрастить дерево... — Вставай же.. тело.. Двигайся... Если я сейчас не встану, я утрачу всё... Субараши утратит всё.. Вставай... Он попробовал пошевелить пальцами. Потом — рукой. Боль была ужасной. Но она означала, что он жив. — Вставай… Один толчок. Второй. И вот — он ползёт. Медленно. Как зверь. Не как правитель. Не как герой. А как человек, который ещё не сдался. Он встал.. Покачался вокруг до окала.. голова кружилась.. с головы капала кровь.. Он посмотрел вперёд.. перед ним была бойня.. Стражники рубили разбойников, разбойники рубили стражников.. Резко он почувствовал подпирающее плечо.. Какой то фермер подставил плечо мол"держись!" — Ты нам нужен… — добавил он, сжимая его руку. — Ты же Яи. Ты ведь не падаешь. И в этом взгляде было всё. Благодарность. Надежда. Решимость. Он почувствовал, как что-то в нём встало обратно на место. Он выпрямился. — Дальше сам, парень. Возвращайся в дом. — Но— — Сказал — живым будь. Это приказ. Он вырвался вперёд, сквозь туман боли, сквозь ад, навстречу войне. Он взял меч и рывком стал рубить.. Один... второй.. Третий.. пятый.. В него летели стрелы, топоры, подожённые факелы, искры, ему было плевать, плевать на боль.. Он бежал и рубил, пока не увидел, того самого мальчишку.. Он плакал.. плакал у трупа матери.. которую придавило камнем.. — Пойдём! — Сказал Яи и взяв его на плечи побежал в сторону Александрии, Столицы Субараши. — Стражники! Станьте в линию! Люди! Фермеры, не важно! Берите вилы и рубите!! Берите всё!! Соберите волю в кулак!! БЕЙТЕ ЧТО ЕСТЬ СИЛЫ!! ЕСЛИ ХОТИТЕ ЧТО БЫ Я ВЕРНУЛСЯ И УВИДЕЛ ТУТ ПОБЕДУ, А НЕ ГОРЕ!! Он оглянулся. И увидел — они встали. Не как армия. Как народ. Он бежал, сзади был дым.. и звуки сплачённого "ЗА ГОСПОДИНА ЯИ!" Он прибежал в Александрию и зайдя в дом Субараши поставил мальчика на землю — Фух.. Субараши! Присмотри за мальчиком! Я вернусь! Субараги встал — Что случилось?! — На Надежду снова покосились.. Времени нет! Их стало в двое больше чем тогда.. Слишком больше! Субараши побежал за ним — Стой!! ТЫ ТАКИМ НЕ ПОЙДЁШЬ! Ты ранен! — Плевать на раны!! Нужно отвоевать Надежду! Не беги за мной! Пригляди за мальчишкой! ЭТО ПРИКАЗ НЕ КАК ПРАВИТЕЛЯ! А КАК НАСТАВНИКА, ЁБ ТВОЮ МАТЬ! Субараши остолбенел. Мальчик смотрел на Яи снизу вверх — в глазах трепет, страх, вера. Яи не обернулся. Он ушёл. На войну. Он бежал, спотыкался, котился с горы на гору.. но вставал.. Он не мог себе позволить второй раз потерять свою столицу! Он не мог позволить проиграть снова! Он прибежал.. а там уже всё.. Селяни ранены.. Разбойники отступают.. А на границах воины.. Воины Субараши.. Он проскользил по снегу и остановившись видел, как некоторые дома соженны до тла, а некоторые тушатся, другие в норме.. Он пошатался.. — Раненых вылечите.. здания отсроите.. Грядки посадите.. Трупы, на кладбище.. А я.. я.. Он упал Мир померк. Снег принял его, как друга. Он отдал всё, что мог. Даже больше Он слышал как его поднимают.. видел чьи то лица.. но ему было плевать.. он закрыл глаза и принял смерть.. как ему казалось.. а пока перенесёмся к Субараши — А господин Яи скоро вернётся?.. — Спросил мальчишка у Субараши — Не знаю.. но надеюсь да.. Он посмотрел в окно. Где-то далеко — дым над горизонтом. Где-то там — его друг. Тот, кто держит на плечах весь народ. Тот, кто снова отдал себя без остатка. Субараши положил руку на плечо мальчику: — Яи не такой, чтобы просто уйти. — Он сильный. Он вернётся. А сам про себя подумал: “Пожалуйста, брат… не умирай.” Сны Яи. Темнота. Не светит ни одна звезда. Туман, как вязкая река, обвивает его сознание. Он лежит на земле, в холоде, один. Нет ни боли, ни силы. Тело пустое, как оболочка. — Яи… Звук. Тихий. Как шёпот, что идёт с дальнего расстояния. — Яи… Он пытается подняться. Но не может. Ноги — в грязи, руки — в крови. Туманный свет пробивается через мрак. Из этого света выходит женщина. Знакомая. Её лицо неясно, но он знает её. Знает так хорошо, как знает свой страх. — Ты погиб, Яи. Ты не спас Наду. — Почему… почему ты меня винишь? — срывается его голос. — Я пытался. Я боролся. Она улыбается, но её глаза полны печали. — Ты не понял, Яи. Ты спас Надежду. Но не саму Надежду. Её образ растворяется в тумане, как дым. Её голос уходит. Он пытается шагнуть за ней. Не может. Руки не слушаются. Что происходит? Он падает на колени. В лицо бьёт пепельный ветер. Вдруг вокруг появляется Субараши. — Ты победил, Яи. Ты вернулся. Ты снова спас нас. — Не могу… — едва произносит Яи. — Я потерял всё… Субараши приближается. В его глазах — тревога, но и решимость. — Ты не всё потерял. Ты у нас. Ты нужен нам. Яи пробуждается. Снова туман. Засыпает. Сны перемешиваются с воспоминаниями. Прощение. Страх. Надежда. Тот самый мальчик, что он спас. Его лицо в снах, бледное, но живое. — Ты ведь не предашь нас? Ты не оставишь нас, правда? И снова смерть — как неотвратимость, как шрам на душе. Но… Яи встает. Он встает, несмотря на всё. Он резко просыпается.. боль отдала в затылок очень резко — ААААААЙЙЙЙЙЙ.. Сука!.. К нему подошёл какой то мужчина — Господин Яи.. Вы в порядке?.. Сенко! Передай всем, что господин Яи живой!! — Сказал он девочке, которая стояла рядом — Хорошо!! Звуки её быстрых шагов отдалялись, но Яи оставался на месте, борясь с головной болью. Он в порядке…? Он не был в порядке. Он чувствовал, как его тело еле живо. Но он был жив. И это значило, что его работа ещё не закончена. Стараясь забыть про боль, он посмотрел на мужчину: — Сколько времени прошло? Где я? Мужчина сказал спокойно: — Мы в Александрии, господин Яи. Вы пробудились всего пару часов назад. Пока ещё… не восстановились. Яи попытался сесть, но сразу же почувствовал, как его тело протестует. — Дай мне минуту… — прошептал он, словно сам себе, и с трудом опёрся на руку. Он всё ещё был здесь. Он всё ещё жив. Теперь оставался лишь один вопрос: Что будет дальше? В дом зашла орава, женщины, дети, кто ранен, кто перевязан, кто в норме.. Все радовались и плакали.. а из вслей толпы вышел только тот мальчик.. — Господин Яи!! — Мальчуган?.. Обьятия обвили Яи, как лозы.. Затем всхлипывания.. — Эй.. Ну ты чего?.. Мальчишка не ответил, только прижался крепче. Яи замер, а потом, с невероятной нежностью, аккуратно погладил его по голове. — Ты спас нас, господин Яи. Ты жив! Ты вернулся! Ты победил! — прошептал мальчишка, а его слова были наполнены такой благодарностью, что Яи ощутил тяжесть всей ответственности на своих плечах. Но не знал, что ответить. Он сам ещё не мог разобраться в своих чувствах. — Это не я вас спас.. Это вы спасли меня... Я.. безпомощен... Я ранен.. Я чуть не умер.. А вы.. вы живы.. Мальчишка прижался к нему ещё сильнее, но теперь в его глазах было что-то другое — не только благодарность, но и некая покорность. — Нет, господин Яи. Ты был и есть нашим защитником. Ты наш герой. Яи молчал. Его сердце билось в груди, но внутри было так пусто. Он снова ощутил ту тяжесть, с которой живёт, с тем, что не может всё исправить, что у него нет сил, чтобы спасти всех. Тёмные тучи прошлого нависли над ним. Но его взгляд встретился с тем мальчишкой, и хотя он был ранен, его руки все ещё могли тянуть, могли поддержать. — Спасибо, мальчишка, за твои слова. Но… я не могу быть тем, кем ты меня видишь. Яи наклонил голову, как будто пытаясь найти ответы в собственных мыслях. — Я всего лишь человек. Я тоже боюсь. Я не всегда могу быть тем, кем хотят меня видеть. Но мы все здесь для друг друга. И это важно.