Глава 8

Глава 8 — Последний Заход

Вертолёт с гулом пронёсся над изуродованной землёй. Новый пулемёт на боку машины поблёскивал в холодных лучах зимнего солнца — тяжёлый, с модифицированным магазином под взрывные патроны. Джон сидел рядом с ним, крепко держась за рукоять. Левая рука уже почти восстановилась, а правая всё ещё в гипсе, но он научился действовать одной. — Видишь впереди? — сказал Роджер, указывая на карту. — Это она. Третья зона. Последняя. Земля внизу была мертва: покрыта тонкой коркой льда и паутиной трещин. Кое-где всё ещё ползали тени — заражённые. Их было мало, но они были крупнее обычных. — Что-то тут не так… — тихо сказал Люрдвин, глядя вниз в бинокль. — Они… слились. Видишь? Это не просто заражённые. Это одна масса. И вправду, в самом центре зоны двигалось нечто огромное. Как будто земля дышала. Тело из десятков слипшихся существ медленно пульсировало, источая пар и кислотный дым. Их цель была прямо под ними. — Сбрасывай распылитель! — крикнул Джон. В тот же момент он открыл огонь из пулемёта. Взрывы сотрясали землю внизу, и красный дым С.П.П. начал окутывать зону. Но нечто внизу начало реагировать… Масса содрогнулась, подняв из себя три столбообразных отростка, напоминающих щупальца, и одно из них устремилось вверх — прямо на них. — Уходим! — рявкнул Роджер, дёргая штурвал. Но не успели — одно из щупалец задело хвост вертолёта, и машина резко накренилась. — Держитесь! — заорал Джон. Взрыв за взрывом сотрясал воздух, каждый снаряд впивался в отросток, оставляя после себя дыры и горящие куски плоти. Джон стиснул зубы, рука болела от отдачи, но он не отпускал рукоятку. — Вот и финальный босс, — усмехнулся он сквозь грохот, — только где его полоска здоровья? — Надеюсь, без второй фазы, — буркнул Люрдвин, встав рядом с ним с винтовкой. Чудовище внизу содрогалось, извиваясь от боли. Его ядро — огромная биомасса — начало сдвигаться, словно пытаясь зарыться под землю. Джон понял, что оно чувствует опасность. — Оно уходит! — крикнул он. — Надо добить! Роджер, спустись ниже! — Это безумие! — отозвался пилот, но подчинился. Вертолёт резко пошёл вниз, и Джон вставил в пулемёт последнюю обойму с усиленными снарядами. Земля приближалась, существо вновь подняло отростки — теперь три сразу. — Сейчас или никогда! Джон нажал спуск и начал залп прямо в центральную массу. Снаряды пробивали плоть, и откуда-то изнутри вырвался столб ядовитого дыма — ядро было повреждено. В этот момент Люрдвин достал один из резервных баллонов с С.П.П. и, не раздумывая, сбросил его вниз. — Подарочек! Баллон разорвался при падении, выпуская облако света. Биомасса завизжала, разлетаясь, как расплавленный воск. Щупальца затряслись, а потом медленно опали, как сломанные ветви. Молчание. Только шум винтов и дыхание трёх уставших людей. — Мы… мы это сделали? — хрипло спросил Роджер. Джон, всё ещё глядя вниз, кивнул. — Фаза два отменяется. Конец игры. Но в глубине кратера что-то всё же двигалось. Нечто маленькое. Быстрое. И слишком разумное, чтобы быть просто заражённым… Джон вгляделся в кратер. В центре, среди тлеющих останков монстра, с шипением расползался дым — и из него выползло нечто иное. Существо было вдвое меньше предыдущего, но куда более зловещее. Его тело состояло из слизи, брони и органических сегментов, которые пульсировали как сердце. Сотни мелких отростков вились по бокам, а в центре зияла пасть с рядами тонких, как иглы, зубов. — Что это за… — прошептал Джон. — Это... мать, — пробормотал Люрдвин, глаза его расширились. — Источник. Она рождает паразитов. А биомасса... он всего лишь защитник. Существо метнулось в сторону — со скоростью, которую трудно было уловить взглядом. Джон с трудом успел поймать его в прицел пулемёта, но прежде чем он открыл огонь, существо нырнуло в подземный тоннель в скале у края кратера. — Оно сбежало! — выкрикнул Роджер, выравнивая вертолёт. — И, судя по скорости, мы не догоним. — Значит, это ещё не конец, — мрачно выдохнул Джон. — Мы только что сразили его стража, но теперь знаем, с чем имеем дело. Люрдвин сжал записную книжку в руках. — Мы должны понять, как уничтожить её. Пока она жива, паразиты будут возвращаться. Сколько бы мы ни сжигали. Джон взглянул на горизонт — над кратером вновь поднимались тучи. Но на этот раз это были не просто дожди, это было предчувствие новой бури. — Возвращаемся в лагерь, — твёрдо сказал он. — Тот самый, где мы разбились, но на этот раз будет безопаснее... Я думаю. Огонь потрескивал. Джон смотрел на пламя, задумчиво крутя в пальцах пустую гильзу. — Мы не сможем просто так найти её. Эта тварь зарылась глубоко, и теперь будет осторожна, — сказал он, — значит, надо заставить её прийти к нам. — Приманка, — проговорил Роджер, перевязывая ногу свежей повязкой. — Но что может выманить мать паразитов? Люрдвин, опираясь на палку, подался вперёд: — Не что, а кто. Помнишь, как они всегда стремились к новым телам? Они реагируют на биологическую активность, особенно если организм «чист». И если мать — это их центр, возможно, она почувствует активность не заражённой зоны... или крупное скопление живых тел. — Значит, нужно создать ложную активность, — кивнул Джон. — Вблизи кратера. Тепловое... Утро было холодным, из-за чего появилась мысль, если мать чувствует холод с поверхности, то и почувствует тепло от них. Посадив вертолёт подальше Джон как самый быстрый пошёл к туннелю, куда существо перебралось из кратора. Подходя ближе он почувствовал шевеление под ногами и земля начала проваливаться, образуя небольшую дыру, из которой начала фонтаном лететь порченая жидкая земля. Пока Джон отбежал и был в замешательстве, Мать вылезла и уже подбиралась к Мужчине. Он знал — бежать к вертолёту бессмысленно. Он завёл её. Теперь главное — не умереть впустую. — Сюда, тварь! Я здесь! — крикнул он, петляя между обломками и кусками разрушенного ландшафта. Позади фонтаном бил заражённый грунт, как бурлящий гной из раны Земли. Люрдвин и Роджер в этот момент услышали через радио тяжёлое дыхание Джона и его крик: — Она здесь! Готовьте снаряды! Роджер включил двигатель, Люрдвин уже вставлял первую капсулу С.П.П. в распылитель. — У нас есть окно. Вертолёт взлетает, и мы заканчиваем эту войну, — сказал Люрдвин, глядя на то, как с земли поднимается огромное существо, прямо навстречу их другу. Джон понял что его почти догнали, он чувствовал сильное дыхание позади, достал из куртки тот самый револьвер и пытался хоть немного замедлить существо. БАХ! Пуля срикошетила от плотного нароста на коже чудовища, оставив лишь вспышку искр. Второй выстрел угодил в чувствительный участок возле одной из светящихся вен. Мать взревела, задрав голову и затормозив на долю секунды. Этого было достаточно. Джон сорвался с места, перескочил через провал в земле и прокричал в рацию: — Готовьтесь! Она у поверхности! Я веду её к вам! Позади снова глухо загрохотало — Мать пробила землю когтями, хватаясь за склоны, ползла с неестественной грацией, оставляя за собой следы из гниющей почвы и испепелённых камней. Один отросток метнулся вперёд, ударил рядом — земля под ногами у Джона пошатнулась. Он едва не упал, но инстинкт вытащил его вперёд. Лицо было в грязи, колени сбиты, но он встал и побежал дальше, видя вдалеке силуэт вертолёта, как последнюю надежду. В этот момент винты начали вращаться быстрее — Роджер гнал машину в воздух, Люрдвин уже был у пулемёта. — Ещё немного, Джон, мы прикроем! Джон обернулся — чудовище приближалось слишком быстро. Вытянув руку, он выстрелил дважды из револьвера, целясь прямо в тёмную пасть. Первый выстрел ушёл мимо, второй задел край зуба. Но было поздно — из пасти вырвался изогнутый, словно серп, клык и со страшной силой вонзился ему в бок, пробив плоть между рёбер. Мир вспыхнул болью. Джон вскрикнул, стиснул зубы и, не в силах поднять револьвер, нажал на спуск — щелчок. Пусто. Он зашарил рукой вниз, нащупал нож в кармане на лодыжке и выдернул его. Не думая, с яростью начал колоть и рубить в чёрную, склизкую десну чудовища, стараясь вырвать застрявший в теле зуб и освободиться. Каждое движение отдавалось адской болью, но Джон не останавливался. Монстр широко раскрыл пасть — ещё секунда, и его разорвёт пополам. И тогда зуб, наконец, с хрустом вырвался вместе с куском плоти. Джон упал на землю, захлебнувшись болью и кровью. Над ним раздался яростный рёв — чудовище задрало голову, истекая тёмной жижей, и в этот момент... ПУХ! С.П.П.-снаряд вошёл прямо в пасть. Гулкий хлопок потряс воздух. Мать паразитов вздрогнула, в горле у неё зашипело, из пасти заструился светло-красный дым. Тело начало надуваться, жилы натянулись, кожа пошла трещинами. А потом — взрыв. Масса разлетелась на куски, заливая всё вокруг липкими ошмётками, а дым опустился на землю, окутывая округу густым туманом. Радиусом в триста метров тишина покрыла то, что прежде кишело смертью. Джон лежал на холодной земле, держа в руке окровавленный зуб. Его пальцы дрожали. Он почувствовал, как силы утекают, как всё вокруг тускнеет, будто кто-то медленно закрывает занавес. — Я... ещё жив... — прошептал он, и сознание угасло в багровом свете восхода. Темнота. Холодная, бескрайняя, будто море без звёзд. Джон открыл глаза — в глазах ещё плыло, но он сразу понял: он не здесь. Всё было неестественно спокойно. Ни боли, ни звуков, кроме... тик-так... тик-так... — старинные напольные часы в углу комнаты отмеряли время, словно что-то важное вот-вот должно было произойти. Перед ним, в старом кресле, сидел отец. Спокойный взгляд, сдержанная улыбка. Как будто он ждал. — Ты смог, — сказал он тихо. — Но заплатил за это многим. Ты пострадал, но ты не умрёшь, Джон. Я знаю. Мы ещё увидимся... обязательно. Он встал, движения были неторопливыми, будто время здесь текло по-другому. Подошёл к тумбочке, стоявшей у стены. Открыл ящик. Там лежала фотография. Джон не видел её, но чувствовал — он знал, что это она: мама, папа и он, ещё ребёнок. Фото сделано в день, когда всё было ещё правильно. Мама… Он вдруг вспомнил. Она умерла тринадцать лет назад в аварии. Но кем она тогда работала? Мысль молнией пронзила разум. Ассистент учёных. И это совпадение не казалось случайным. Неужели она была в той самой Лаборатории? В тот день, когда началось всё это? Папа снова посмотрел на него. Глаза — добрые, тёплые — будто прощались. Мир начал растворяться. Потолок и стены исчезли в чернильной пустоте. Джон почувствовал, как тьма накрывает его с головой. Последнее, что он услышал — это снова тик-так… тик-так… — и потом тишина. Он вновь провалился в небытие. Сознание возвращалось медленно, словно сквозь толщу воды. Вначале — мутный силуэт кабины, покачивающейся от вибраций вертолёта. Всё размыто, как сквозь запотевшее стекло. Джон попытался пошевелиться, но тело было словно не его. — "Держись, Джон… ещё чуть-чуть…" — голос Люрдвина звучал приглушённо, будто через вату. Он склонился над ним, прижимая что-то к боку. Боль вернулась вместе с осознанием, резкая, жгучая, но она значила одно — он всё ещё жив. Всё снова потемнело. Следующий отрывок сознания — глухой треск рации. — "Говорит Роджер! У нас Джон ранен! Срочно подготовьте медпункт! Повторяю — срочно!" Голоса были паническими, мешались с шумом лопастей. Джон хотел что-то сказать, но губы не слушались. Он снова провалился. Следующий проблеск — его несут. Один из них держит его под плечами, другой — за ноги. Сквозь полуоткрытые глаза он увидел здание базы. Знакомое. Далёкие, словно приглушённые, голоса Майка и Мэлли где-то рядом. — "Это он?! Живой?.. Быстрее, несите в лазарет!" — это был голос Майка. Но Джон уже не слышал продолжения. Его вновь накрыла тьма. Через некоторое время Джон открыл глаза. Всё было чётким. Освещение мягкое, нейтральное. Потолок — белый, с тонкими трещинами. Он моргнул, перевёл взгляд — слева, у стола, сидел мужчина в белом халате, сосредоточенно изучая бумаги и глядя на экран ноутбука. Было тихо, только легкое постукивание клавиш и гудение аппаратуры нарушали тишину. Доктор заметил движение. Его глаза тут же расширились от облегчения, и он резко встал, подойдя ближе. — Ох, Джон… Как же мы рады, что ты снова в сознании, — голос был наполнен искренним теплом и облегчением. — С такой травмой… не каждый справился бы. Чудо, что ты вообще очнулся. Он положил руку на край кровати и кивнул. — Я позже приглашу твоих друзей. Помнишь их? Люрдвин, Роджер, Мэлли, Майк. Они всё время были рядом. А пока тебе нужен покой. Доктор развернулся и вернулся за стол, снова что-то проверяя на экране. — Если есть вопросы — спрашивай, пока я тут. — Сколько… времени прошло? — Около четырёх дней. Мы сразу доставили тебя на базу, но ты был без сознания. Потеря крови была критической, но ты продержался. Это уже само по себе подвиг. — Что… со мной? Насколько всё плохо? — Повреждение боковой области — один из зубов пробил тебя между рёбер, чудом не задел жизненно важные органы. Мы зашили, обработали, провели переливание. Ещё несколько недель, и ты сможешь двигаться почти как раньше. Главное — покой и время. Джон (моргает, нахмурившись): — А… где остальные? Люрдвин? Роджер? Доктор (улыбается, немного теплее): — Они в порядке. Люрдвин сдал кровь для тебя. Роджер почти не отходил от палаты. И Майк... он сразу бросился на поиски вертолёта, когда услышал сообщение. Все живы. Вы справились. — Мы… убили её? — Да. Матерь погибла. И ты спас всех. Заражённые осели. Осталось немного гнёзд, но их добивают. Ты был в эпицентре, и выжить там — это уже легенда. Джон решился спросить — Слушайте, мне кажется я вас помню, вы ведь работали и в недавно разрушенной лаборатории, и прошлой? Вы помните Марию Ресстон? Это моя мама... Доктор застыл на месте, будто этот вопрос попал куда-то очень глубоко. Он медленно отложил бумаги, не сразу посмотрев Джону в глаза. — …Да, — сказал он наконец. — Я работал и там, и тогда. Мы были коллегами с твоей матерью. Он подошёл ближе, сел на край кровати. — Мария Ресстон… Она была выдающимся специалистом. Очень доброй. Храброй. И слишком вовлечённой в работу, которая… не должна была существовать. Она не просто ассистент, как тебе, наверное, говорили. Она… впервые смогла сделать гриб, а не паразит. Он тяжело вздохнул, опуская взгляд. — В день той аварии... она не должна была быть в том отсеке. Но осталась. Чтобы спасти других. Я помню, как она заперла двери изнутри. Она знала, что уже не выберется. Он посмотрел на Джона, в его глазах было что-то похожее на вину. — Я не знал, что ты её сын, пока не увидел твою фамилию в документах. Прости, Джон. Она была героем. Её жертва дала нам время. Джон продолжил — А мой отец, Валтер Ресстон, мы хотели вместе с ним уехать в Нью Бравьён, но из-за работы он не смог. Я видел его во снах и когда был без сознания, как будто это не сон а послание, он знал что я не умру. Я думал что заражение доберётся до моего родного города, но видимо он жив. Доктор помолчал, сложив руки перед собой. Видно было, что он выбирает слова очень осторожно. — Валтер... Да. Я тоже его знал. Он был... другим, не таким как остальные. Работал снаружи, занимался логистикой и координацией полевых команд. Всегда стремился защитить тех, кто внутри. Особенно вас с матерью. Он встал и подошёл к шкафу, достал оттуда папку с документами, потом снова сел, не открывая её. — Последний раз я слышал о нём за год до катастрофы в первой лаборатории. Тогда он работал в районе сектора Е-5, как раз вблизи Нью Бравьёна. Он посмотрел Джону в глаза. — Возможно, он действительно жив. Ты сказал, что он как будто знал, что ты выживешь... Иногда в крайних ситуациях, особенно когда ты между жизнью и смертью, разум цепляется за то, что ближе всего к сердцу. Иногда это просто память... А иногда — нечто большее. Он положил папку на стол, слегка касаясь обложки пальцами. — Знаешь, я видел людей, возвращавшихся из бездны — и с пророчествами, и с предчувствиями. Не сбрасывай это со счетов, Джон. Возможно, твой отец действительно ждёт. И знает, что ты ещё многое должен сделать. Доктор поднялся с кресла, мягко улыбнулся и сказал: — Джон, тебе правда нужен отдых. Организм ещё ослаблен, даже если разум работает чётко. Я скоро вернусь — принесу тебе обед и, возможно, кое-что, что тебя порадует. А пока — попробуй расслабиться. Здесь ты в безопасности. Он выключил монитор, взял папку с бумагами и вышел из палаты, тихо прикрыв за собой дверь. В палате стало чуть тише, слышно было только лёгкое гудение аппаратов и шум вентиляции. Джон остался один. Впереди было немного тишины... и много мыслей. Время тянулось, словно в затяжном сне. Солнечные лучи впервые за долгое время проникли сквозь окно, ложась тёплыми полосами на стены палаты. Лёгкий ветерок колыхал занавеску, принося с собой запах свежести и жизни. Это была не зима. Это были страшные последствия. Мир начинал заживать. Джон лежал, глядя в потолок, и пытался осознать, что всё закончилось. Война. Мать-паразит. Крики, кровь, дым. Всё это осталось где-то позади. Он выжил. Они выжили. В этот момент дверь тихо открылась, и в палату вновь вошёл врач. В руках у него был поднос с тарелкой и графином воды. Он выглядел спокойнее, чем раньше — на лице была лёгкая улыбка. — Ну что, герой. Ты заслужил горячее. — Он поставил поднос на тумбочку и сел на стул рядом. — Как самочувствие? Лучше стало? Тон у него был тёплым, почти отцовским. — Оу, кстати, — вдруг вспомнил врач, поднявшись со стула и подойдя к Джону, — пора снять эту повязку с руки. Кость давно срослась, ты и сам, наверное, чувствуешь. Он аккуратно размотал бинты, проверяя состояние руки. Было видно, что всё действительно зажило — только тонкий шрам напоминал о прошлом переломе. — Отлично. Всё чисто, подвижность вернулась. С сегодняшнего дня — никакой гипс, только осторожность. Не забывай, ты у нас теперь не просто выживший, а почти киборг. Джон с облегчением выдохнул. Рука снова была свободна. Теперь он хотя бы сможет нормально держать ложку, а не ковыряться левой, как в палате после операции. Джон медленно доел горячее пюре с мясной котлетой и запил простой холодной водой. Еда, пусть и больничная, вернула силы, а желудок впервые за долгое время не ныл от пустоты. Он откинулся на подушку и облегчённо выдохнул. Было проще… спокойнее. Врач, убирая поднос, сказал с лёгкой улыбкой: — Кстати, обещал тебе кое-что особенное. Он подошёл к двери, приоткрыл её и позвал в коридор: — Заходите. Только аккуратно, пациент у нас важный. В комнату один за другим вошли Майк, Мэлли, Люрдвин и Роджер. Сначала они заглянули с осторожностью, но как только встретились взглядами с Джоном — на лицах появились улыбки. Настоящие, тёплые. — Ну ты даёшь, брат, — сказал Майк, подходя первым. — Я думал, ты… ну, ты понял. — Герой, — добавила Мэлли, присев рядом. — Настоящий герой. Мы гордимся тобой. Люрдвин молча кивнул, но глаза выдавали больше, чем любые слова. Роджер хлопнул Джона по плечу, стараясь не задеть повязки: — Всё кончено, чувак. Теперь только вперёд. Комната наполнилась лёгким смехом и беседой — говорили обо всём: о планах, о будущем, даже пошутили про вертолёт, который всё ещё пах гарью после битвы. Это был редкий момент, когда можно было просто быть вместе… живыми. Дни летели не заметно, военных стало меньше, горожан больше, вернулись те, кто в начале сбежал подальше, а проезд в Нью Бравьён перекрыли, хотя там и перекрывать нечего. Обычная жизнь, только люди теперь знали, Джон это не просто прохожий, он тот, кто остановил, парень с особой кровью, которая видимо досталась от отца, а его может и не увидит никогда, но это он сделал сыну вакцинацию якобы "от гриппа", он знал. Но это уже другая история.

Конец "Смерть Земли"

В главных ролях: Джон, Майк, Мэлли, Сэм, Люрдвин, Роджер. Над фанфиком работали: Сюжет — Cherkis Идея — Cherkis Написание текста — Cherkis Помощь в написании — Тайлер Персонажи — Cherkis Отдельное спасибо моему другу Тайлеру за помощь. Основано на моей идее, придумано в момент чистки картошки.