Часть 11

Время постепенно плывёт. Канон, в принципе, не нарушается — Иккинг попадает в ловушку, а потом на бойцовскую арену. Меня на миссии по спасению нашего начальника не было. У меня были свои дела. А если честно — я собирала лечебные травы на одном из островов неподалёку от Драконьего Края. А если быть ещё честнее — мне не хотелось видеть, в каком состоянии драконы. А если уж совсем по-честному — мне просто было лень туда лететь и что-то делать. Так что я потратила тот день на размышления о жизни. О Вигго. О том, что скоро должно произойти по канону. О своих родителях… Кстати, как они там? В общем, вчера у меня был день депрессии. Я бы продолжила это и сегодня, но из-за некоторых обстоятельств пришлось всё отложить. Ребята притащили на остров яйцо Песни Смерти… и вскоре оно должно вылупиться. А это значит, что наш остров наполнится прекрасной (нет) мелодией.

***

Ребята собрались в главном зале, изучая яйцо. — Так, это не яйцо Разнокрыла... — сказал Иккинг, как раз когда я заходила в зал. — Ох, слава Богу, — выдохнул Рыбьеног. — И не яйцо одного из наших драконов… — Ух ты, возможно, это новый вид! — глаза Рыбьенога засияли. — Представьте Сардельку с детенышем! Это успех! — Да, представь, как этот детёныш съедает Сардельку, — буркнула я, облокотившись на балку и скрестив руки на груди. — О, Даша! Ты знаешь, что это за дракон? — спросил Иккинг. — Догадываюсь… — Ух ты, кто-то, кажется, подозревает, что перед ним... — заговорил Задирака к своей Ципе, гордо восседающей на яйце, в два, а то и три раза большем её самой. — Ааа! У неё материнский инстинкт! Правда, Ципа? Он попытался её погладить — Ципа немедленно клюнула его за палец. — Ай! Спокойно, я за тебя! — недовольно сказал Задирака, потирая руку. — Ха-ха… Если она хочет высиживать это яйцо, ей нужно быть птичкой побольше, ну раз в десять, — засмеялся Рыбьеног. — Но попытка — не пытка. — Не слушай его, Ципа! Пока ленивые сидят — ты высиживаешь! — воодушевлённо произнёс Задирака, щёлкнув пальцами. — Детка, ты — наседка! Вдруг яйцо затрещало... Маленький дракончик сначала выбил одну лапу, потом вторую, затем показалась и голова... Голова Песни Смерти. Поначалу до всадников не дошло, чей это детёныш, но когда тот заорал свою песню — всё стало ясно. — Это маленькая Песня Смерти! — сказал Иккинг, закрывая уши. — А мы как будто не поняли! — огрызнулась я. Уже наступил вечер, но эта маленькая тварь всё орала и орала. Мы собрались в главном зале — спать всё равно не получится. — Кто-нибудь может его заткнуть?! — прокричал Сморкала. — Ой, малышу нужна мама! — мягко сказала Хедер. — Бедняжка, он одинок... — Это я и пытался сказать со всей своей искренностью… — подлизывался Сморкала. — С вероятностью в 70% я могу его заткнуть... — измученно сказала я. — И как? — все уставились на меня. — Можно попробовать его усыпить… но для этого нужна мощная настойка снотворного. И что-то, во что её подмешать... — Нет, большой концентрат может навредить малышу! — запротестовала Хедер. — Придумал! — вдруг подскочил Задирака. — Что опять? — вздохнул Иккинг. — Гарфил-Йорк! — Что?! — удивился Иккинг. — Имя! — самодовольно произнёс Задирака. — Без разницы, как его зовут. Всё равно он НИКОГО ИЗ НАС НЕ СЛЫШИТ! — возмутилась Забияка. — Ципе есть разница! Его имя пришло от неё... — Задирака, она не могла... — начал было Иккинг, но осёкся, глядя на взгляд беловолосого. — Ладно, забудь... Малыш запел ещё громче. — Если он не перестанет, наши драконы не выспятся... — подвёл итог Рыбьеног. — Ни они, ни мы! — шикнул Сморкала. — Может, я с ним посижу? — предложила Хедер. — Вот это я и имел в виду! Видишь? Мы как два яка в стойле, — мгновенно поменял мнение Сморкала. Астрид невольно скривилась. — Так… если закрыть двери и заткнуть уши, возможно, удастся уснуть… — Кхм… — прокашлялась я, чтобы привлечь внимание. — Из вас кто-то умеет петь? — Петь? Даш, ты шутишь? — спросил Иккинг. — Нет. Я на полном серьёзе. Кто умеет петь? Все уставились на меня, будто я сошла с ума. — Ну и не надо, идите ложитесь. Я позабочусь о Гарфе… Задирака довольно улыбнулся. — Дарина, только, пожалуйста, без снотворного… — попросила Хедер. — Хорошо, идите уже… Ребята переглянулись, но всё же ушли — особенно после того, как Гарф открыл новое дыхание для песни.

***

— Что бы тебе спеть, красавец? — спросила я у малыша. Я подняла его на руки — тяжёленький, но терпимо. Край суровый в море льда, Есть река там — помнит всё она… Я пела спокойно, укачивая Гарфа. Он смотрел на меня внимательно и… замолк. Засыпай скорей, мой свет И в той реке найдешь ответ Её воды — лишь нырнуть Все расскажут и укажут путь Так доверься глубине Но лишний шаг — и ты на дне Она поет для тех, кто слышит И волшебство та песнь таит Лишь тем, кто страхов своих выше Дано узнать, что река хранит Край суровый в море льда Есть там мама — помнит все она В час, когда домой придешь Утратив всё — ты все найдёшь К концу песни он заснул, свернувшись клубочком у меня на руках. Когда я запела второй круг, к нам приползла Тигра, свернулась клубком рядом с малышом. Потом в зал тихо вошла Дарли, обвила нас хвостом, укрывая, и улеглась кольцом. Я не смела замолчать или заснуть. Пока малыш спал — должна была петь. За всю ночь я так и не сомкнула глаз — всё время пела одну и ту же колыбельную. Иногда делала паузы, чтобы перевести дух и попить воды, которую Дарли, как ни странно, аккуратно подавала мне. (Не спрашивайте как — сама в шоке.) **************************************************************************** Утром в главный зал ворвались всадники, особенно Хедер. И застали довольно милую картину. — Я же просила не давать ему снотворное! — возмутилась Хедер. — Тише! — я на мгновение прервала колыбельную. — Разбудишь! — Ты его не травила? — недоверчиво спросила она. Я отрицательно покачала головой. — Но как? — изумился Рыбьеног. — Она его успокоила пением! — догадалась Астрид. — Кстати, ты очень красиво поёшь… — Так или иначе, он скоро проснётся, и заниматься им будете вы. А я — пойду спать, — устало сказала я. До того, как малыш проснулся, мы успели немного поесть и даже немного поболтать. Ну как — я ела, а ребята, полные сил, что-то обсуждали. Но длилось это недолго. Гарф проснулся — и началось. Я, Тигра и Дарли поспешили удалиться на другой конец острова, оставив всадников один на один с непослушным драконьим ребёнком. Как только я добралась до своего гамака, сразу вырубилась. А мои девочки остались рядом, как верные стражи моего сна. Разбудил меня плач… плач дракона. Он был очень близко. Я приоткрыла глаза — и вижу: Гарф сидит у меня на груди и во всю мощь голосит, будто его обидели. А по обе стороны гамака на меня с перепуганными лицами смотрят близнецы. И — две головы Престиголова, что нависают прямо надо мной. — Привет… — неловко махнул рукой Задирака, глупо улыбаясь. Он и его сестра с какой-то детской осторожностью смотрели на не самую довольную меня.

***

Близнецы потирали ушибленные места и ныли о несправедливости «Безликой». А та в свою очередь строго смотрела на двух болванов, держа в руках заснувшего Гарфа и мягко покачивая его. Ну прямо мама с ребёнком. — Один вопрос. Один! Какого чёрта!? — возмущалась Дарья, едва сдерживая себя, чтобы не заорать. — Вы что, не можете спеть ребёнку какую-нибудь простую песенку или колыбельную!? — Мы пели! Но если бы не один тупой болван... — Забияка очень выразительно посмотрела на брата. — Всё шло нормально! — А я-то тут при чём?! — возмутился Задирака. — Это всё из-за тебя! Гарфил-Йорк не заценил твоё завывание! — О господи, вы неисправимы... — устало выдохнула Дарья. — Летите на Драконий Край. Я вас догоню. Когда они прибыли на базу, все уже собрались в главном зале. К всеобщему облегчению, Гарф спал. Всадники отдыхали кто где: кто на полу, кто на столе, кто просто стоя у стены. Ципа почему-то пыталась спрятаться, видимо, от малыша. — Что с Ципой? — спросила Дарья, уставившись на нервную курочку. — Она же раньше не боялась этого крикучего дракона. — Гарфил-Йорк заточил её в янтарный кокон… и хотел съесть, — коротко ответил Задирака, поглаживая свою любимицу. — Иккинг, чем дальше — тем нам всем труднее, — вмешалась Астрид. — Сам пойми. — Иккинг, она права, — поддержал Рыбьеног. — Сегодня он уже напал на Ципу, а завтра что? Один из нас? — Та давайте его просто отвезём обратно! — предложил Сморкала. — На его музыкальный остров! — Сморкала, ты забыл, как Песнь Смерти пыталась сожрать нас и наших драконов? — спросил Иккинг. — Тц... Забыл. Но ты мне напомнил. Спасибо. — Нет. Ни за что. Нам опасно туда лететь, — сказала Астрид. — И мы даже не уверены, сумеет ли малыш подружиться с сородичем, — добавил Рыбьеног. — Он ещё мал и не понимает, что хорошо, а что плохо... — вмешалась Хедер. — Он просто следует своим инстинктам. — Да, но мы не можем всё время петь ему колыбельные! — вставила Дарья. — А если охотники решат напасть, а мы будем заняты малышом? — Но мы не можем его бросить! — запротестовала Хедер. — Я помню, что такое одиночество… это ужасно. — Хедер права. Мы приручили всех — и его приручим! — подвёл итог Иккинг. Дарья закатила глаза и сделала жест «рука-лицо». — И научим не смотреть на нас как на еду… — продолжил он. — Да? — Мы полюбим его! — с улыбкой добавила Хедер. — Говори за себя… — процедил Задирака сквозь зубы. В этот момент Гарф начал извиваться и громко орать в руках Хедер. — А с этим что делать!? — возмутился Сморкала. — Петь, Сморкала… петь, — Дарья сочувственно положила ему руку на плечо. В этой ситуации они были на одной стороне. Спустя какое-то время непрерывного пения Иккинг явно начал сомневаться в своих словах. И вот в зал врывается недовольная Астрид, вся в мелких каплях янтаря. — Иккинг, я официально заявляю протест! Так больше продолжаться не может! Её тут же поддержали остальные, тоже облепленные янтарём. — Если мы не избавимся от этой надоедливой, крикливой рептилии в ближайшее время, я не буду сдерживать Дарли! — пригрозила Дарья, с трудом удерживая свою дракониху за уздечку. Та уже явно порывалась «приструнить» малыша — и не самым гуманным способом. — Нет! Мы не можем его бросить! — вскрикнула Хедер, явно подавленная. — Не можем! Я никогда себе этого не прощу! — Мы его не бросим, — сказал Иккинг, чуть тише. — Надо было сразу отвезти его туда, где живут его сородичи… — А я говорила! — шикнула Дарья, скрестив руки. Иккинг молча зажёг первый прототип своего огненного меча. — Надеюсь, я тебя неправильно поняла… — с лёгким изумлением произнесла Астрид. — Мы летим на Остров Мелодий! — твёрдо заявил Иккинг. — На поиски Песни Смерти! POV Дарья Иккинг уже всех освободил от янтаря — один за другим. Настала моя очередь. Ну конечно… на меня, как всегда, не хватило слизи. Без сюрпризов. Даша, как всегда, выделилась. Но Иккинг не растерялся — он нашёл выход. Подогрел маленький нож с помощью Беззубика и аккуратно начал вырезать янтарь. И вот — я уже на свободе. Повезло, что Дарли не оказалась в янтаре. А то пришлось бы долго возиться… или звать Сморкалу с его Кривоклыком. Малыш, к счастью, остался на эту ночь с Хедер. Это значит — можно будет выспаться. Слава богам. Утро. Купол. Мы собрались в куполе, как всегда. Ребята спорили — Сморкала, по привычке, подкалывал Иккинга. Не хватало только Хедер с её мелким вокалистом. — Где Хедер? — спросила Даша. — Нам уже пора вылетать, если хотим вернуться на Край до темноты. Как будто по команде, появилась и она — на Розе Ветров. Они аккуратно приземлились, и мы заметили, что Гарф… спит. Ну и слава богам. Никто из нас не был готов к очередному "концерту". — Кхм, Иккинг, ты не забыл, что песня Песни Смерти сводит драконов с ума? — с раздражением спросил Сморкала. — Нет, не забыл, — спокойно ответил тот, доставая из кармана небольшие пучки мха. — Вот, я сделал для них затычки. Он раздал нам мягкие комочки, которые надо было вложить драконам в уши. — Это чтобы они не услышали зов врага, — пояснил Иккинг. — Класс, у них теперь ещё одна причина нас не слушать, — проворчал Сморкала. Кривоклык недовольно фыркнул в ответ. — А для нас что-нибудь придумал? — с прищуром спросила Астрид. — Ха-ха, очень смешно, Астрид, — с сарказмом хмыкнул Сморкала. — Будешь развлекать нас анекдотами. — Может быть, — усмехнулась та, уже взлетая на Громгильде. — Да, может быть… Жаль только, что всем нам будет не до смеха, — буркнул Сморкала ей вслед. Мы взлетели. Впереди — Остров Мелодий. Во время полёта Гарф тихо посапывал у Хедер на руках. — Рыбьеног, как тебе удалось? — удивился Иккинг, глядя на мирно мурчащего дракончика. — Драконья мята, — пояснил Рыбьеног. — Не был уверен, сработает ли на Песню Смерти, но со второй попытки получилось. — Ага, значит, когда я его хотела усыпить — "Даша, только без снотворного!", а как он — "Вау, молодец!" Где логика? — возмутилась я. — Её нет, смирись, — философски выдал Сморкала. — Придётся разбудить его, когда прилетим, — добавил Иккинг. — Иначе всё напрасно. В этот момент Астрид решила развлечь публику: — Как снять однорукого Йоргенсона с дерева? — спросила она. — Помахать ему. Близнецы засмеялись первыми. — Помахать?.. — не понял Сморкала. — А, дошло… ха, правда смешно. — Как утопить лодку, построенную Йоргенсоном? — продолжила Астрид. — Спустить её на воду. На этот раз хохотнули Хедер и Рыбьеног. — Давай ещё! — поддержали они. — Да, давай! — подхватила Хедер, весело улыбаясь. — Ухо-хо, смеётесь, смеётесь… — буркнул Сморкала. — Ещё прибежите ко мне, когда останетесь без геля! Тем временем впереди показался Остров Мелодий. — Запомните, у Песни Смерти точечный и меткий удар, — предупредил Иккинг. — Если разбредёмся — она будет выносить нас по одному.

***

— О, а знаете, как запутать Йоргенсона? — не унималась Астрид. — Поставить его на круглой арене и послать в угол! Смех прокатился по отряду. Даже Кривоклык тихо захрюкал от удовольствия. Все — кроме Даши. Она лишь моргнула и посмотрела на Астрид с непониманием. Она и в своей реальности не очень понимала ети шутки, так что.. — Ты даже шуток не понимаешь… — с обидой вздохнул Сморкала, осекая Кривоклыка. В этот момент из пещеры вышел Иккинг, отряхивая руки. — Его здесь нет, — коротко сказал он. — Это хорошо для Гарфа. — И плохо для нас, — заметила Дарина, неспешно осматривая окрестности. Она знала, что по ходу событий должен вот-вот появиться взрослый, настроенный недружелюбно дракон. Напряжение повисло в воздухе. — Ну ладно, продолжим поиски, — сказал Иккинг, вскочив на Беззубика. — Осторожно. Он может быть где угодно. Даша кивнула, не спеша поднялась на Дарли. Взмах крыльев — и они тоже взмыли в воздух, в то время как остальные всадники разбились на пары и начали прочёсывать скалистую местность. POV Дарья Мы подлетали к Песне Смерти. (Я поняла это по характерному звуку.) Кстати, затычки всё-таки работают — я еле нашла уши у Дарли, но получилось. — Иккинг, кажется, затычки работают! — радостно сообщил Рыбьеног. — Подлетаем ближе, — скомандовал Иккинг. — Предельная осторожность. — Без шуток, — буркнул Сморкала. Конечно, мы не полетели как все. Я же Безликая — никого не слушаю. Дарли замаскировалась и зависла в воздухе. Я решила понаблюдать — пусть сами проверяют, есть ли там дракон или нет. По звукам я поняла, что Хедер и Рыбьенога подстрелили. Взрослый дракон появился. — Помните, если не толпиться — он нас не поймает! — сказал Иккинг. И сразу же дракон сбил Астрид, близнецов и Сморкалу. — Ай, я забыл, как я его ненавижу! — вопил Сморкала, падая вместе с Кривоклыком. Я подлетела к уцелевшему Иккингу и Беззубику. — Дарья? — удивился он. — Ччч! — шикнула я. Тише будь. Взрослая Песня Смерти приземлилась и грозно зарычала. Ну и красавец! Обожаю этого дракона. Дракон уже выбирал жертву, но тут появился Гарф и плюхнулся перед ним. Он начал петь. — Не думал, что буду рад его услышать… — пробормотал Сморкала. Гарф пел, а Песня Смерти прислушивалась, кивнула, плюнула янтарём на землю. Гарф — в ответ. О! Контакт. — Слава Тору, стреляют не в нас… — выдохнул Иккинг. Потом начался диалог из песен. Песня Смерти пела — Гарф повторял. Новая мелодия — снова повтор. Они общались. А мы с Иккингом приземлились к остальным. — Еее, кажется, подружились… — неуверенно сказал он. В этот момент взрослый дракон швырнул Гарфа хвостом в скалу. — Гарф! — вскрикнула Хедер. — Ух, как грубо! — буркнул Йоргенсон. — Иккинг! — не успел предупредить Рыбьеног — и их с Беззубиком замуровали. Дарли накрыла меня крылом, маскируясь, и мы не попали под удар. — Я говорил — мы в беде, почему меня никто не слушает?! — возмущался Сморкала. Гарф, немного пришедший в себя, попытался снова петь, но Песня Смерти была недовольна. Я тихо напевала похожую мелодию, Гарф уловил ритм и подтянулся. А я — к Иккингу, забрала у него огненный меч. — Как активировать? — Искра нужна, — сказал он. — Поняла. Песня Смерти подошла к Астрид, требуя песню. — И что теперь? — спросила та. — Поём как умеем, — пожал плечами Иккинг. — Простите, мне нужно время на распевку, — вставил Задирака. — У меня голосовой инструмент! Песня Смерти вытащила его из кокона. — АААААААААА! — заорал тот, но сразу же начал петь: — Ты большой, ты злой! Плюешься клей, мне страшноооооо! Песня Смерти потрясла его, но Гарф подключился, и крик перешёл в импровизированный хор. Один за другим в пение включились Сморкала, Астрид, Рыбьеног, Хедер, Забияка… даже я — с края. Заодно подрезала янтарь, чтобы ребята могли освободиться. Кажется, песня Гарфа наконец пришлась по вкусу взрослому дракону. Он кивнул и взлетел. Гарф — за ним. — Молодец, Гарф! — крикнула Хедер. — Он спас нас! — улыбнулся Иккинг. — А теперь, — сказала я, — вылезайте. Ребята задвигались, янтарь осыпался. Дарли вышла из маскировки и ласково уткнулась мне в плечо. — Нам лучше убираться, пока дракон не передумал! — уже взлетая, скомандовал Иккинг. — С радостью! — крикнул Сморкала и рванул первым. Все засмеялись. Даже я. Вот так и закончилось наше приключение с Песней Смерти. Возможно, я буду скучать. Возможно...