Часть 16

 От третьего лица. Дом Медарда, малый кабинет. Время двенадцать тридцать. - Это точно? - спросила сильная, мускулистая женщина с тёмно-коричневой кожей и светло-карими глазами. Её вьющиеся волосы, переливаясь от седых до чёрных оттенков, свободно спадали ниже плеч. Ноксианский наряд, соответствующий высокому рангу, был выполнен преимущественно в чёрно-красных тонах с металлическими серебряными вставками. На открытых участках её кожи виднелись многочисленные шрамы, оставленные её противниками. - Так точно. Письмо было доставлено сегодня после завтрака. Курьер — обычный работник, ничего подозрительного. - отчитывался соглядатай за ее сыном. Этот человек был одет в обычную одежду стражника и выглядел как обычный человек. Его лицо не привлекало внимания и ничем не выделялось из толпы. Взглянув на него, вы бы сразу забыли о нём. Его отчёт был прерван взмахом руки. Через мгновение соглядатая отправили продолжать следить за сыном главнокомандующего, оставив Амбессу наедине с ее мыслями и верным охранником. Как бы Амбесса не строила из себя сильную волевую женщину, но своих детей она любила, хоть они отвергли ее путь войны. Сын выбрал свою дорогу, предпочитая дипломатию и считая войну провалом, а Мэл считала убийство последним средством. Амбесса отправила Мэл в Пилтовер, потому что не могла вынести её осуждения своих решений и действий. И вот, спустя время, когда Мэл добилась успеха в этом городе идеалистов, став советником, она отправляет письмо не ей, а своему брату. Как будто не доверяет своей матери. Рука сжалась в кулак, а затем, после долгого выдоха, медленно разжалась, говоря о том, что Амбесса подавила вспышку злости в себе. Естественно, ее сын Кино начнет рыть землю в поисках информации и, возможно, даже что-то нароет. Вот только с поиском информации он может найти и неприятности, так как если работали ноксианские убийцы из гильдии, то заказчик явно не низкого ранга. А что за Черная роза, не знала и сама Амбесса. Нет, она, конечно, что-то слышала про это, но все больше походило на байки, страшилки, рассказанные за костром в походе, но если эти байки правда, то ее дочь в большой опасности. Вот и выходило, что у нее стоял выбор: пустить все на самотек или вмешаться. И она сделала свой выбор, откинувшись на спинку стула и делая большой глоток красного и густого, как кровь, вина из большой позолоченной чаши. - Подготовить корабль, мы плывем в Пилтовер. - обратилась она к своему охраннику Риктусу. Риктус был молодым мужчиной с мускулистым телосложением. Его высокий рост позволял ему возвышаться над Амбессой. Он носил ирокез и каштановые усы и бородку. На его лице были и другие украшения: татуировка между глазами, пирсинг над правым глазом и под ртом, а также черная подводка под глазами. Он носит обычную ноксианскую солдатскую форму и нагрудник, который, по-видимому, был изготовлен на заказ, чтобы соответствовать его мускулистому телосложению. На слова Амбессы он лишь молча кивнул и вышел из комнаты, отправившись передать пожелание его генерала.  ********  От лица Рина. Бар «Последняя капля», общий зал. Время неизвестно. Вот стоило только составить расписание дня, как оно тут же требуется вносить корректировки. А ведь у меня возникли подозрения, когда я заходил в зал, что с той парочкой за столиком что-то не так, и, как оказалось, я не ошибся. Это был Виктор и Хеймердингер собственной персоной. А ведь поначалу я не придал значения их появлению, и, как оказалось, зря. Виктор где-то набрался смелости и подковылял до нашего столика. Я до самого конца надеялся, что он пройдет мимо или струсит, но нет, подошел почти вплотную и задал ведь вопрос. - Можно спросить? - прозвучал его голос неуверенно, очень тихо. Посмотрев на него пристально, я удивлялся его храбрости. - Ну, во-первых, добрый день, во-вторых, ты кто такой? - спросил я, делая вид, что не узнал его. - Прошу прощения, я Виктор, мы встречались в лаборатории, там, где вы. - замямлил он. - Не помню такого. А вы, девочки, помните? - обратился я к девочкам. - Нет. Не помню. - послышалось от них, и мотание головой в отрицании. - Но как же, ведь это же вы. - растерянно начал возмущаться Виктор. - Успокойся. - твердо сказал я. - Возьми стул и садись за стол. Виктор некоторое время растерянно стоял у стола, а затем, пошатываясь, дошёл до соседнего столика и, взяв стул, подтащил его к нашему. Усевшись, он уже собирался заговорить, но я его опередил. - Ну и что тебе от нас нужно? - спросил я. - Я. - растерянно начал он, но замолчал. - Что ты? - подтолкнул я его. - Я умираю от... - От химии в крови, я в курсе, от нас-то ты что хочешь? - спросил я. - Я не знаю. - сказал он, ссутулившись и вцепившись в трость. - Ты хочешь жить? - спросил я. - Да, я хочу жить. - сказал Виктор твердо. - Ну так живи, кто мешает? - спросил я. - Но я умираю. - возмутился Виктор. - Что-то не заметно. Колотых ран нет, дышишь нормально, пульс чуть учащенный, но это из-за волнения. Так что не вижу поводов считать тебя умирающим. - сказал я. - Но мои анализы, да и ты сам сказал, что через семь лет я.. - Я прекрасно помню, что сказал, но это будет через семь лет, а сейчас-то что тебе мешает жить? - спросил я. - Но я умру через семь лет. - И что с того? Это будет через семь или девять лет, я точно не помню, сколько времени прошло с тех пор. Это было так давно, что сейчас я даже чувствую себя немного старым. - буркнул я себе под нос. - Ну а что мешает тебе жить сейчас? - спросил я. - Как ты не понимаешь, я болен и умираю, но я хочу жить. - возмутился Виктор. - Божечки, что за нытик, ты же не был таким, что случилось? Не отвечай, это риторический вопрос. Послушай, я всё понимаю, ты смертельно болен, тебе сказали, сколько жить тебе осталось, и вместо того, чтобы радоваться отведенному времени, пуститься во все тяжкие, переспать со своей помощницей Скай, вроде так ее звали, заделать потомство, напиться от горя или совершить какую-нибудь революцию в технологиях, так, чтобы тебя запомнили, или вообще пойти искать способы вылечиться, ты приходишь ко мне и начинаешь ныть про то, что ты болен. - возмутился я. - Поэтому я здесь. Чтобы узнать, как мне вылечиться. - сказал Виктор. - А с чего ты решил, что мы знаем, как тебя вылечить? - спросил я удивленно. - Не знаю. Мне просто казалось, что вы знаете. - сказал Виктор печально. За столом образовалась давящая на плечи тишина, которую никто не нарушал. - Вы хотите разрушить стену? - вдруг прозвучал вопрос от Виктора. - С чего ты решил? - спросил я удивленно. - Возможно, потому что я бы поступил именно так на вашем месте. Это могло бы объяснить, зачем вы ограбили лабораторию, которая была оснащена современным оборудованием для работы с кристаллами. - сказал Виктор. - И когда мы стали настолько предсказуемыми? - задал я вопрос вслух. Джинкс пожала плечами, как и Иша, а Паудер неуверенно мотала головой, смотря на говорящего. - Я могу помочь. - сказал Виктор. - Чем? Ты что, строишь порталы на заднем дворе своего дома? - спросил я. - Порталы? Нет. Но ты же слеп, а лишние руки вам не помешают. Я многое могу. Расчеты, сборка, я быстро учусь. - сказал Виктор. - А что взамен? - спросила Джинкс. - Помогите мне найти лекарство. - сказал Виктор. - Рин, он прав, помощь нам не помешает, мы годами будем собирать установку, а он поможет, если еще профессора привлечь, то мы решим вопрос с энергией, а может даже и место под установку отыщется. - стала уговаривать меня Джинкс. - Не забывай, всё, что мы знаем о кристаллах и рунах, это всё благодаря им. Они могут помочь и предлагают помощь. Так давай воспользуемся их помощью. Я пристально уставился на силуэт Джинкс, пытаясь разглядеть ее ангельские крылья. И когда она стала такой? - Раз ты так этого хочешь, то фиг с тобой. Но как привести профессора в чувства, чтобы он не замирал от моей энергии, думайте сами. Пойду Вандера потрясу насчет еды, а то он что-то не спешит нас кормить. - сказал я немного раздраженно. Встав из-за стола, я поперся в сторону стойки. Надо же, такого от Джинкс я не ожидал. Привлечь на свою сторону чертового Виктора, нет, он, конечно, еще не стал той еще задницей, но всё же это Виктор, и что ему может взбрести в голову, мне непонятно. Еще, если здесь Виктор и Хеймердингер, то, скорее всего, сюда еще припрется Джейс. Вандер стоял за стойкой и протирал бокал, покуривая трубку. При моем приближении он отложил все в сторону и, как мне кажется, уставился на меня. - Нас кормить будут? - грубо спросил я. - Это не столовая, а бар. - так же грубо ответил Вандер. - Ну а ты чего недовольный такой? - спросил я. - Ты со своей энергетикой мне всех клиентов распугал. - возмутился Вандер. - Дневная выручка падает, люди перестают приходить. Торговцы ищут более спокойное место для сделок. Мне скоро банально нечем будет себя прокормить. - Да еб вашу мать. Ты же понимаешь, что я с этим ничего не смогу сделать. Могу только шестеренок подкинуть, да и то не шибко много. - сказал я раздраженно. - Знаю, но и ты пойми, я не благотворительный фонд. - сказал Вандер. - Да понял я, понял. Хоть ты не нуди. Девочкам накидай на стол, а я пока схожу за сумкой с деньгами. - сказал я, отлипнув от стойки. Спустившись вниз, я подхватил полупустую сумку с шестеренками. Деньги в этом мире таяли, как лед на реке. Сграбастав пару горстей, вернулся к Вандеру и выложил плату на стойку. Вандер сразу подобрел и выставил на стойку тарелку с едой. - Тебе лучше пока не возвращаться за стол. - сказал Вандер. - Вижу, там профессор сидит. Да, пожалуй, не стоит его пугать. - сказал я, оставаясь за стойкой и поедая сэндвичи. Джинкс с одной стороны права, что нам нужна помощь, но с другой стороны помощь от Виктора. Хотя чем он хуже других? Наверное, ничем, и это мое предвзятое мнение. А в ответ нам нужно помочь ему вылечиться. Мда, дилемма, и почему он с этим вопросом не обратился к своему старому учителю? Пока я размышлял, не заметил, как сточил всю выставленную еду на стойке. Опомнившись, залпом опрокинул в себя стакан сока и, посмотрев на увлеченно болтающих девочек с профессором, отправился в низ, в берлогу.  *********  От третьего лица. Бар «Последняя капля», общий зал. Время обеденное. За одним из столиков для посетителей собралась весёлая компания. Две маленькие девочки с большим интересом слушали забавные истории из жизни беловолосого иорда с голубыми глазами. Синеволосая девушка увлечённо объясняла что-то молодому человеку с каштановыми волосами и янтарными глазами, используя столовые приборы на столе. Они так погрузились в беседу, что не заметили, как их общий знакомый покинул заведение. С каждым шагом темноволосый человек погружался всё глубже во тьму, но ему не нужен был свет, чтобы видеть. Гул заводов, шум вентиляции и звуки городской жизни — всё это постепенно исчезало, оставляя его в полной тишине. Он встал на металлическую лопасть воздушного шара, присел и свесил ноги в пропасть. Мрак и тишина снова вернулись в этот мир. Спустя некоторое время тишину нарушил тихий смешок, а в темноте засветились внутренним белым светом два белых глаза. А в баре время текло своим чередом, и стороны договорились встретиться на нейтральной территории и решить вопрос с действием ауры Рина на профессора. Что же до Виктора, то Джинкс примерно представляла, как помочь ему, вот только согласится ли на это Рин, тот еще вопрос. Так же обсудили способы сотрудничества и место установки портала. Как бы Рину не хотелось, но придется изменить некоторые планы, все же пускать еще посторонних на свою территорию Джинкс не хотела. И так убежище превратилось в проходной двор. Когда дверь за спинами профессора с Виктором закрылась, Джинкс наконец-то обратила внимание на то, что Рина в зале нет. Подавив в себе беспокойство о нем, она посмотрела на девочек. - Ну что, пойдемте учиться? - бодро спросила Джинкс. - Давай. - сказала Пацудер, а за ней кивнула Иша. Поднявшись из-за стола, они отправились в убежище. Медленно спускаясь и включая по пути погасшие светильники, они подошли к лопасти, на которой, раскинувшись и свесив ноги в пропасть, с улыбкой лежал молодой человек. Закрыв глаза, он тихо напевал бодрую песенку, не обращая внимания на вернувшихся девушек. Джинкс с хитрой улыбкой тихо подошла к молодому человеку и, наклонившись, протянула руки к его бокам. Она посмотрела на замерших девочек с озорным блеском в глазах и, встретив их улыбки, неожиданно уколола парня своими ногтями. Однако никто не ожидал, что он не обратит внимания на эти уколы, а лишь откроет светящиеся глаза и посмотрит на нарушителя спокойствия. Улыбка Джинкс медленно угасла, когда она заглянула в эти два белоснежных омута, словно подсвеченных изнутри. Однако молодой человек не растерялся и, воспользовавшись моментом, начал щекотать девушку. По расщелине разнёсся её весёлый смех.  ******** От лица Орианны. Пристань Билджвотера. Время вечернее. Четыре дня в городе пролетели как мгновение. В первый же день отец выяснил всю нужную информацию по судам, идущим в Ноксус, и успел договориться с капитаном на одном из судов сопровождения. В те дни, пока мы не отправились в путь, мы с отцом гуляли по городу, и он показывал мне те места, куда разрешал заходить. Правда, дальше рынка мы не заходили и на окраины города не выбирались. Но даже в этих пределах было на что посмотреть. Этот город сильно отличался от Пилтовера и Зауна. Жизнь здесь била ключом: люди не прятались в тенях и закоулках, а ходили шумными компаниями, повсюду слышался смех, ругань, звуки драк, а иногда и перестрелки. Кто-то с кем-то что-то не поделил или просто поспорили. Здесь это было частое явление. Город был полон разнообразного огнестрельного оружия — от мушкета до огромных ручных пушек, стреляющих ядрами. На поясах местных жителей часто можно было увидеть как сабли, так и короткие ножи для разделки туш морских обитателей. Судя по костям, украшающим город, здесь обитали поистине гигантские существа. Например, вход в лавку украшал большой скелет головы рыбы, а над одной из улиц можно было увидеть здоровую рыбину размером с корабль, подвешенную за крючья вниз головой.  На улицах мы встречали представителей самых разных рас и национальностей. Удивительно, но многие люди и нелюди находили здесь приют или место, где можно было переждать какое-то время. Когда мы не бродили по городу, отец занимался врачеванием, чтобы заработать немного денег для нашей жизни. В это время я смотрела в окно на кипучую жизнь внизу и удивлялась разнообразию, царившему на улицах. Иногда я замечала, что инженер, сидя на скамейке, занимается сборкой очередного устройства. В такие моменты я старалась угадать, что именно он делает, но, к сожалению, мои догадки часто оказывались неверными. Признаться честно, я даже немного завидовала тому человеку. Питание здесь также приятно удивило, хотя и было тесно связано с морем. В этом месте можно было найти разнообразные морские деликатесы и экзотические фрукты, которые были в изобилии. Интересно, что на рынке мы встречали продавцов овощей, но их цены часто были выше, чем стоимость самого редкого фрукта в Пилтовере. Сколько бы я ни уговаривала отца остаться ещё хоть ненадолго, он был непреклонен. Так настал день нашего отплытия. Время до вечера тянулось бесконечно. Я знала, что скоро отправлюсь в путь, но мне не хотелось снова переживать качку на корабле. Ведь путешествие до Ноксуса будет гораздо дольше, чем от Зауна до Билджвотера. Вечерняя пристань, свежий бриз и огромный четырёхмачтовый корабль, наполненный до отказа оружием и боеприпасами, изготовленными искусными оружейниками Билджвотера. Его охраняют два трёхмачтовых корабля сопровождения, которые хоть и меньше по размеру, но тоже оснащены мощным вооружением — крупнокалиберными орудиями, способными нанести смертельный удар любому, кто посмеет напасть на это грузовое судно, направляющееся в Ноксус. К одному из малых судов мы и направились. Нас встретил строгий, подтянутый мужчина средних лет. На его лице было серьезное, сосредоточенное выражение. Он носит форменную морскую одежду с безупречной выправкой в цветах Ноксуса. - Я так полагаю, вы наши пассажиры? - спросил мужчина грубым громким голосом. - Верно. Корин Ревек, а это моя дочь Орианна Ревек. - представил нас отец. - Меня зовут Джек Харроу, и я капитан этого судна, которое носит название «Красная звезда». Позвольте мне сразу представить вам правила, которые действуют на корабле. Вы должны внимательно слушать всё, что вам говорят я или команда. Огонь не разжигать, сигналов другим судам не подавать, в случае нападения стараться спрятаться и не мешаться под ногами, раненых мы сами притащим. Во время боя старайтесь не выходить на палубу и по возможности оставаться в своей каюте на протяжении всего плавания. Однако я понимаю, что не всегда возможно следовать всем этим правилам и ситуации бывают разные. На вас будет лежать ответственность за здоровье моего экипажа. Хотя я и держу их в строгости, иногда происходят непредвиденные ситуации. Вам повезло, что наш корабельный врач умер, и мы можем взять вас на борт в качестве временной замены. Это позволит нам укомплектовать экипаж и обеспечить его безопасность. Пока он говорил, за его спиной матросы под руководством кока занимались погрузкой припасов, выставленных на причале. На вид повар был гораздо приятнее, чем на предыдущем корабле. Однако и его не обошла участь быть полным. - Ну что же, давайте я провожу вас до вашего временного места службы. - предложил капитан, развернувшись на месте, и, как мне показалось, сделал это чётким шагом. Однако, к моему удивлению, он слегка пританцовывал, резко выдвигая ноги в сторону. Со стороны это выглядело немного забавно, но я подавила улыбку, которая, казалось, вот-вот появится на моём лице, под хмурым взглядом отца. Мы последовали за капитаном, с любопытством поглядывая на моряков в одинаковой форме, которые с интересом поглядывали на нас в ответ. Пройдя по мостику с деревянными поперечинами, мы поднялись на палубу корабля, где кипела работа: моряки готовились к отплытию, отвязывали швартовы и наводили порядок на палубе. Пройдя по верхней палубе, капитан нас привел в малую каюту. - Здесь вы будете отдыхать. Обычно врач находится в лазарете, но поскольку вы путешествуете с дочерью, а на борту нет других пассажиров, я принял решение поселить вас здесь. Располагайтесь, через несколько минут мы отплываем. Я буду наверху. Как только выйдем в море, я навещу вас или отправлю помощника, чтобы он показал, куда можно ходить, а куда — нет. Мы всё-таки военный корабль, а не пиратская шхуна. - сказал капитан и, развернувшись, ушел, оставив нас в каюте. В каюте было несколько кроватей, она явно предназначалась для большего количества пассажиров. Однако несколько кроватей были сложены и прикреплены к стенам, что оставляло всего четыре спальных места. Я выбрала кровать, расположенную ближе к иллюминатору, и положила на неё рюкзак с вещами. Чувствуя лёгкую качку, я уже начинала испытывать тошноту. На палубе началась суматоха: команда бегала туда-сюда, а капитан отдавал громкие приказы, слышимые даже в каюте. Через пару минут судно тронулось с места и начало набирать скорость. Я выглянула в иллюминатор и увидела, как вдали проплывает город, который вызывал у меня интерес, но я так и не успела его как следует изучить. Я сунула руку в карман, достала один из кристаллов и взглянула на город сквозь него. В этот момент корабль тряхнуло, и я выронила кристалл в воду. От волнения я чуть не последовала за ним, но, осознав ситуацию, чуть не расплакалась от осознания своей глупости. Я села на кровать, подтянула ноги к себе и, обняв колени, опустила на них голову. Как глупо получилось потерять кристалл так просто, всего один неожиданный толчок, и всё, его нету.  ********  От третьего лица. Билджвотер, гавань. Вечер. От пристани отчалили три больших корабля, доверху гружённых товарами. В одном из верхних иллюминаторов виднелась белокурая голова маленькой девочки. Она высунула руку, в которой сверкало что-то синее, и приложила это к глазу. Когда корабли проплывали мимо рифов, окружающих город, один из них случайно задел риф днищем. Девочка, не ожидавшая такой встречи, выронила кристалл в воду. Испуганное лицо девочки скрылось внутри корабля. А наблюдающий за всем этим йорлд-амфибия, обитающий среди рифов, решил вернуть подношение, сделанное девочкой морю. Как часто бывало, он вылавливал и возвращал подношения, сделанные суеверными капитанами, но в этот раз он не подозревал того, что кристалл, уроненный в море, не был подношением, а оказался там совершенно случайно. Физз, так звали йорлда, крепко сжимая трезубец, с лёгкостью преодолел расстояние в несколько гребков и оказался на дне, где, как он предполагал, должен был находиться предмет, выброшенный девочкой. Широко раскрыв свои зелёные глаза, он пристально вглядывался в дно. Наконец, его рот озарила озорная улыбка, обнажая острые зубы, когда он увидел то, что искал — синий шарик с тёмным пятном в глубине. Чем ближе подплывал Физз, тем больше удивлялся он этому странному предмету. Это была не золотая монета, как обычно бывало, а темно-синий кристалл, который выбросила девочка. Кристалл словно источал магическую энергию, притягивая его словно магнит, и в то же время как будто просил о помощи. Поддавшись наитию, схватив кристалл, он бросился вдогонку за стремительно удаляющимся кораблём. Оказавшись прямо под иллюминатором, из которого вылетел кристалл, Физз, воспользовавшись своей водной магией, отправил его прямо внутрь судна струйкой воды. Подождав ещё немного и убедившись, что девочка больше не будет делать подношений, Физз с лёгким сердцем и радостной улыбкой отправился обратно в рифы Билджвотера. Он и не подозревал, что вместо того, чтобы пошутить, как он думал, он совершил доброе дело. Но если бы он задержался ещё немного, то увидел бы, как маленькая девочка с улыбкой в глазах кормит морских обитателей непереваренной пищей.  ******* От лица Корина Ревека. Судно «Красная звезда». Время — вечер. Дочь еще не понимает, для кого я стараюсь, но со временем, я надеюсь, поймет. Я премного благодарен тому демону за возвращение моей дочери, но я не готов платить ту цену, которую он может потребовать. Мне даже страшно представить, что он захочет с меня спросить. Мы не могли оставаться в Билджвоторе слишком долго. Чем дольше мы находимся на одном месте, тем больше следов оставляем для тех, кто хочет нас выследить. Я решил отправиться в Демасию, так как это место было построено как убежище для магов. Я уверен, что демон побоится туда сунуться. Но путь лежит через Ноксус, туда мы сейчас и направляемся. Надеюсь, что там он нас не перехватит. Мне больно видеть, как моя дочь страдает от морской болезни, но я не знаю, как облегчить её состояние. Регенерация дочери сводит на нет все мои попытки дать ей лекарства. Эти препараты относятся к группе подавляющих средств и воздействуют на центральную нервную систему, но я пока не могу понять, как объяснить её организму, что это должно помочь, а не несет вред. Даже составленный на скорую руку подавитель не смог остановить регенерацию. Создаётся впечатление, что кровь, которую влил ей тот демон, уже знакома со всеми химическими преобразованиями, которые я пытаюсь использовать, и выработала методы защиты от них. Мы с легкостью преодолели первую остановку на нашем пути, и я надеюсь, что удача будет сопутствовать нам и в дальнейшем путешествии. Хоть плаванье и продлится больше недели, но я надеюсь, что Орианна выдержит. В крайнем случае попробую ее усыпить. Я был очень удивлён, когда увидел, что моя дочь, уткнувшись лицом в колени, плачет. Да, город, который мы посетили, был прекрасен, но он также скрывал в себе множество опасностей, которые она, в силу своего возраста, не замечала. От карманников до торговцев живым товаром — в этом городе можно легко потерять свободу, деньги и даже жизнь, мы просто не заходили в опасные районы, и поэтому она не видела всей той мерзости, что таит за своими стенами этот городишка. Внезапно меня отвлек стук в дверь каюты. Я встал с кровати и, подойдя к двери, открыл её, чтобы увидеть хмурого матроса. - Сер Ревек? Отплытие состоялось, и капитан велел вас сопроводить до лазарета, прошу следовать за мной. - прохрипел матрос. Вероятно, это было следствием старой травмы горла, которая оставила на шее уродливый шрам. Его глаза навыкате, слегка небритый подбородок, сломанный нос и отсутствующий кусок правого уха — всё это придавало ему несколько необычный вид. Он был одет в стандартную форму: тёмные парусиновые штаны и льняную рубашку красного цвета. Ноги были босы и, кажется, уже пережили множество испытаний, которые лишили их нескольких пальцев на правой ноге. Оглянувшись на уткнувшуюся в колени дочь, я не стал ее тревожить, ей сейчас постепенно будет становиться хуже и хуже из-за качки, так что пускай остается в каюте. - Хорошо, я проследую. - сказал я под мрачное ожидание матроса. Выйдя за дверь, я последовал за матросом, который шагал уверенно, как опытный моряк, проведший на море не один год. Мы проходили через палубы, приближаясь к кухне. Вскоре моряк остановился у неприметной дверцы и, открыв её, пропустил меня в лазарет. - Прошу вас, это наш лазарет. Как видите, Николас всегда строго следовал инструкциям и аккуратно хранил все лекарства на своих местах. Я уверен, вы быстро во всём разберётесь. А теперь я оставлю вас. - произнёс моряк и, закрыв дверь, вероятно, ушёл по своим делам. Комната, именуемая лазаретом, была довольно скромных размеров. У одной стены стояли две койки, расположенные одна над другой. В центре находился операционный стол, над которым висел масляный фонарь. Один иллюминатор был закрыт тёмной шторкой, сквозь которую проникал солнечный свет и свежий морской воздух. Также в комнате стояли небольшой стол, стул и шкаф, где в специальных ячейках были аккуратно расставлены склянки с лекарствами, каждая из которых имела свою маркировку. Когда я подошёл к шкафчику и посмотрел на его содержимое, то сразу заметил, что ячейка с медицинским спиртом была пуста. Похоже, Николас не всегда соблюдал правила или спирт находился в другом месте. Решив проверить, я стал осматривать стол, но не нашёл ничего, кроме перевязочных материалов и заполненных журналов с карточками членов экипажа. А ведь без спирта будет сложно приготовить некоторые препараты. Я тщательно осмотрел всю комнату, но не обнаружил ничего, кроме нескольких заначек с алкоголем. Тогда я решил вернуться в каюту, ведь Орианна оставалась там одна. Выйдя за дверь и закрыв её на щеколду, я направился в малую каюту. По пути я прошёл мимо решетки, через которую выходил густой пар от готовящейся на кухне еды. Судя по запаху, на обед у нас будет перловая каша с кусочками мяса. Не лучшая еда в морском путешествии, но не мне судить их привычки. Я без стука зашёл в каюту и увидел спину дочери, которая выглядывала из иллюминатора. Мне стало грустно, и я тяжело вздохнул. Это путешествие будет непростым для нас.  *********  От лица Орианны. Малая каюта корабля «Черная звезда». Время — вечер. Как только отец покинул каюту, в иллюминатор с брызгами воды влетел синий кристалл. Несколько раз ударившись о деревянный пол, он сверкнул синими искрами, словно выражая своё недовольство, и остановился у стены. Не в силах поверить в происходящее, я осторожно приблизилась к нему и, распознав в нём тот самый необычный кристалл, крепко сжала его в ладонях, прижимая к груди. Я ощущала недовольство кристалла из-за того, что уронила его в воду, и его радость от того, что мы снова вместе. Я тоже была очень счастлива, что кристалл вернулся, и мне не терпелось узнать, как он оказался здесь. Положив кристалл в карман, я осторожно выглянула в иллюминатор, чтобы рассмотреть, кто мне его вернул, и поблагодарить. Я пристально вглядывалась в морскую даль, пытаясь разглядеть спасителя кристалла, но с каждой минутой мне становилось всё хуже. Как только корабль начал покачиваться на волнах, к горлу подкатил тугой комок тошноты. И на очередной волне я не смогла сдержать рвоту. Теперь уже не казалось хорошей идеей следовать наставлению отца и плотно поесть за час до отплытия. Дверь в каюту с зайди открылась, и в каюту вошел отец, он тяжело вздохнул и уселся на кровать. Я опять выворачивала желудок в море, и понимала, что это путешествие будет очень тяжелым для меня.  ********* От лица Джейса. Пилтовер, дом Талисов, спальня Джейса. Время — вечер. Яркий луч вечернего солнца, проникающий сквозь плотно задернутые шторы, медленно полз по стене. Я пристально следил за ним, ожидая того момента, когда солнце окончательно сядет и комната погрузится в ночной мрак, до тех пор пока не покажется луна и ее свет также не проникнет в комнату. Зачем? Я и сам не понимаю. Прошло всего пару дней с момента событий в академии, а в моей голове царила полная пустота. Одна рука была закинута за голову, а в другой я крепко сжимал ремешок с кристаллом, в котором уже много лет назад потухла руна. Время от времени мой большой палец пробегался по граням кристалла, а мысли возвращались к разрушенной мечте. Жизнь уже не казалась такой радостной, как прежде, и всё пошло кувырком после того взрыва в общежитии. Ложь мага в черном, охраняемая лаборатория, взрыв устройства на лестнице — все эти события проносились в голове, как калейдоскоп. Уже несколько дней я не встаю с постели и отказываюсь от еды, потому что у меня совсем нет аппетита. Несколько раз ко мне заходила матушка, но, не добившись от меня ни слова, она с грустью уходила. С тех пор как я вернулся, я даже не переоделся. Сначала у меня не было сил, а теперь мне просто всё равно. Виктор болен, а профессор Хеймердингер, кажется, сошёл с ума, думая, что маг показал нам всё не просто так, и хочет найти его. Как будто есть способ его отыскать. Мои мысли блуждают, перескакивая с одного на другое, но я могу лишь жалеть себя. Мечта о том, чтобы подарить магию обычным людям, была разрушена, потому что теперь я понимаю, к чему это может привести. И все мои попытки исправить ситуацию или не дать ей зайти слишком далеко окажутся напрасными, ведь всё это исчезнет, как только мир вернётся к своему прежнему состоянию. Виктор спас меня и мою мать, перенеся из заснеженных гор на поляну возле Пилтовера. И именно тогда он вручил мне этот камень. В тот момент я подумал, что такая сила должна служить на благо людям. Но, как это часто бывает в жизни, мечта разбилась о суровую реальность. Я чувствовал себя словно на скотобойне, где меня вели, как бычка на заклание. Моя жизнь была спланирована заранее, и лишь недавно я узнал правду. Правду, что разрушила все мое желание бороться. В дверь постучали, и это заставило меня выйти из состояния апатии, в котором я находился, погружённый в мысли о самоубийстве. Я не видел смысла в продолжении жизни. Зачем это существование, если все определено заранее? Стук повторился, скорее всего, это была моя мама, которая снова пришла поговорить со мной. Я не стал отвечать на стук, и, как и в предыдущие разы, она, не дождавшись ответа, тихо открыла дверь и вошла в комнату. - Сын. Там к тебе пришли. - сказала мама. Я молчал, не видя смысла в разговоре. Лишь устало взглянул на маму и тяжело вздохнул, не меняя позы. Кто бы ни был этот человек, мне было безразлично. Сейчас мне казалось, что кто бы ни пытался вернуть меня к жизни, у них не хватит сил. - Я знала, что ты ничего не ответишь, и поэтому заранее впустила их. - устало выдохнув, сказала мама и стала отходить от двери, впуская визитеров. А у меня в голове лишь проскочила искорка любопытства и тут же погасла, как только в дверь зашел профессор, а за ним прохромал Виктор. - Джейс. - грустно произнес профессор. - Печально видеть своего ученика в таком состоянии. - Зачем вы здесь? - все же не выдержал я. Ведь если дать профессору время, он будет много говорить и рассуждать, а у меня не было желания его слушать. - Как зачем? Естественно, за тобой! Нам нужен твой светлый ум. - воскликнул профессор. - Что бы там ни было, мне это не интересно. - буркнул я. - Так что не тратьте свое время и уходите. - Джейс! Мы нашли его. - сказал вдруг Виктор. - Кого? - не понял я. - Того мага в маске. - сказал профессор. - И что с того? Мне это не интересно. - буркнул я. - Мы с ним разговаривали. Они будут строить портал в другой мир с использованием хекстека. - сказал Виктор. - Я уже сказал, мне это не ин-те-ре-сно. - по слогам произнес я и развернулся лицом к стенке, отвернувшись от профессора с Виктором. - Джейс. - печально и тихо произнес профессор. - Джейс! Что с тобой? Почему ты сдался? - спросил Виктор мне в спину. - Потому что это все бессмысленно. - буркнул я. - Бессмысленно? Почему тогда они продолжают? Почему этот маг появляется и пытается изменить мир? Думаешь, все это бессмысленно? Мы можем... - Что мы можем? Мы ничего не можем. - перебил я Виктора, посмотрев на него. - Мы можем изменить мир в лучшую сторону, найти способ сломать стену или придумать еще что-нибудь. Воспользоваться их способом и прыгнуть дальше, и снова, уже с накопленными знаниями, попробовать снова... - Снова и снова, и снова, и так бесконечно. Но что это изменит? Ничего. Всё только усугубится. Если мы не сможем справиться в этом мире, то отправимся в следующий, а там будем уже другими людьми, в другой реальности. Там не будет тех, кого мы знали, а будут другие люди. Тот мир станет чужим для нас. - сказал я. - Тем более надо сломать стену в этом, а без тебя у нас может не получится. - сказал профессор. - Мне все равно. - сказал я и повернулся лицом к стенке, подразумевая о том, что наш разговор окончен. Они продолжали что-то говорить, пытаясь убедить меня, я не слушал, даже не пытался вслушаться в их слова, уйдя в свои мрачные думы, в итоге они сдались и ушли. Мама проводила их, закрыла за ними дверь и оставила меня наедине с моими мыслями. Нашли они мага. И что с того, он все равно преследует свои цели. Цели. А какая у него вообще может быть цель? Ведь если подумать, то он хочет вырваться из мира, а для этого ему надо сломать стену. Но что в итоге, ведь он не знает, как ее сломать. Портал, он строит портал, но зачем? Чтобы добраться до стены? Скорее всего, а если он доберется до стены, он будет пытаться ее сломать. Но с чего он взял, что у него получится? Мой взгляд, непроизвольно блуждающий по стене с портретами моей семьи, отца, матери, меня, остановился на нарисованной руке с ремешком, на котором виднелся маленький кристалл. Я непроизвольно посмотрел на ремешок в своей руке. Чертов Виктор, чертов профессор, они посеяли семена сомнений, и я теперь не могу не думать о портале. Как они его запитают, на чем будет основа, каким образом будут высчитываться координаты и многое другое. Ворох мыслей начал свой разбег, пробуждая во мне ученого. В дверь немного тихо постучали, но в этот раз я тихо сказал. - Заходи. Мама, а это была именно она, тихо вошла в комнату. Я сел на кровати, смотря на нее и удерживая в руке ремешок с кристаллом. Она молча подошла к кровати и обняла меня за голову, прижимая к себе. Постояв немного, она заговорила, поглаживая меня по голове, как в детстве. - Я помню, как молодой человек с горящими глазами, с головой окунулся в мир науки, мечтая о том, чтобы сделать мир лучше. Я помню, с каким восторгом ты вернулся домой, когда тебя приняли в академию. Ты не мог заснуть всю ночь, ворочался до самого утра, а потом проспал до вечера, напугав меня, я даже вызвала доктора. Я помню, как ты улыбался, когда у тебя получилось создать тот эффект, от которого советник Хеймердингер был в восторге. Он очень лестно отзывался о тебе. И ещё я помню, как недавно ты вернулся домой, разбитый, грязный и уставший. Ты закрылся в своей комнате, не хочешь есть и не разговариваешь, а на вопросы не отвечаешь. Мне, твоей матери, больно видеть тебя таким. Я вижу, что ты сломлен. - Тяжело выдохнув, она продолжила. - Когда пришли советник и твой друг, я надеялась, что они смогут помочь тебе прийти в себя. Но, глядя на твоё отстранённое состояние, я понимаю, что ошибалась. Я не очень хорошо понимаю, о чём вы говорили, особенно когда речь зашла о маге и о какой-то стене. Однако, как твоя мать, я всегда буду поддерживать тебя в любых твоих начинаниях. Что бы ты в итоге не выбрал. Но, пожалуйста, возьми себя в руки, стань тем Джейсом, которого я знала, Джейсом, которого вела мечта. - Ты просто не понимаешь, весь мир исчезнет через семь лет, сотрётся, и никто не может этому помешать. - Буркнул я. - Семь лет? Не многовато ли времени для того, чтобы найти решение, как этого избежать? - спросила мама, отстранившись и заглядывая мне в глаза. - Этого мало даже для того, чтобы создать портал. Ведь у нас нет даже теории о том, как он должен работать, на его создание уйдут годы. - Сказал я. - Постой, я не поняла, они же вроде сказали, что есть чертежи портала и даже предварительно согласовали место его установки. - Сказала мама, приводя мои мысли в полный хаос. - Что, но когда они об этом говорили? - спросил я растерянно, ведь я не помнил ничего подобного. - Когда ты отвернулся от них, они много что говорили, но я не разбираюсь в ваших понятиях. Но одно я поняла точно, что у них есть какой-то план. - сказала мама. - То есть... - пробормотал я, но мои мысли уже убежали далеко вперед, просчитывая возможности. Если у них есть чертежи, то, по сути, осталось только собрать портал. Но откуда они? Возможно, их передал маг? Да, точно, они путешествовали по мирам и могли уже пробовать создать портал. Но подождите, он же сказал, что никогда не видел стену. Но он же слепой! Как он мог её видеть? Хотя всё равно что-то не складывается. Может быть, в том мире они ещё не успели испытать портал? Или он недоработан? В голове закрутилось множество мыслей и теорий. Моя мама терпеливо ждала, пока я освобожусь от своих мыслей. И когда я посмотрел на её улыбку, которая расцвела на её губах, я понял, что она уже знала: я нашёл опору, чтобы встать и сделать следующий шаг на пути к спасению мира.  *********  От лица Рина. Расщелина, воздушный шар, потерпевший крушение. Время — а хрен его знает, но точно еще не вечер. Я сижу на лопасти, никого не трогаю и пытаюсь вобрать в себя энергию, которая разлита вокруг меня. Мне это с трудом, но все же удаётся. Самое интересное, что эта идея пришла ко мне спонтанно. Как только я пришел в убежище и сел на лопасть, свесив ноги в пропасть. Если предположить, что из меня выходит энергия через глаза, то что, если начать её обратно вкачивать и стараться не дать ей вылиться? Может быть, мне получится избавиться от окружающей меня энергии, ну а если нет, то всегда есть план Б. Сделать так, чтобы окружающая меня энергия просто сгорела, например, потратить ее на что-нибудь или вкачать куда-нибудь, но это план Б, а сейчас я пытался воплотить план А. Однако, хотя эта идея кажется простой, воплотить её в жизнь гораздо сложнее. Перестать подпитывать глаза легче, чем почувствовать энергию вокруг. Это как воздух: он есть, но мы его не замечаем, пока не подует ветер. Со мной произошло то же самое: я не осознавал энергию, пока не начал закручивать шар в груди, используя метод, который применял, когда собирал себя, запертый в пещере. Энергия, разлитая вокруг, никак не ощущалась кожей или волосками на теле. Она чувствовалась чем-то другим, чем-то, что не относится к миру материальному. Но ее можно было вдохнуть внутрь и выдохнуть, так как она была перемешана с воздухом. Вдох-выдох, медленный вдох, медленный выдох с попыткой задержать энергию внутри себя и почувствовать ее. Как обычно, у меня не получалось. Я остановился, пытаясь придумать, как поглотить разлитую энергию. И снова мне пришла в голову мысль, что нужно впитать только ту энергию, которую разлил я, а энергию мира или аркейна оставить в воздухе. Это усложнило задачу или, наоборот, упростило ее — в зависимости от того, как посмотреть. Но как отделить энергию аркейна от моей? Я не понимал, как они взаимодействуют: смешиваются ли они, или моя энергия поглощает или отталкивает ее, и вообще, если ли различие моей энергии от энергии аркейна, хотя, о чем я говорю, конечно же, есть. И снова мне на выручку приходят мои глаза. Они могут стать моими союзниками. Если предположить, что энергия движется через них, то что, если я попробую направить ее в обратном направлении — не к глазам, а от них, оставляя энергетические каналы пустыми? Возможно, тогда они начнут наполняться из внешнего мира. Я попытался, но опять не получилось. Хотя каналы и опустели, но это создало эффект сдутого шарика — они словно скукожились и сжались, а мои глаза по ощущениям высохли. Тогда я решил создать два водоворота в своих глазах. Я направил энергию в глаза и попытался закрутить её. Это было непросто, но мне удалось. Водовороты медленно, но верно начали расти в размерах без подпитки с моей стороны. Постепенно я начал выкачивать собранную энергию шариками из глаз и направлять её в основное ядро, расположенное в груди. Как только энергия начала поступать внутрь ядра, я сразу осознал, что эта энергия принадлежит мне. От такой радостной новости я широко распахнул глаза и не смог сдержать улыбки, излив наружу радостный смешок. Осталось только приспособиться к постоянно поступающей энергии извне. Однако моя радость была недолгой. Постепенно, по мере того как я учился направлять энергию внутрь себя, обратно в ядро, в моей груди рос комок боли. Сначала я чувствовал лишь лёгкое жжение, но потом оно стало настолько сильным, что я хотел кричать от боли и разорвать себе грудь, чтобы избавиться от комка боли. Перестав впитывать энергию извне, я устало распластался прямо на лопасти, пережидая, когда тугой шар боли сбавит свое жжение. Мне приходило в голову избавиться от лишней энергии, выплеснув её наружу. Однако я пока не мог понять, как можно уменьшить два энергетических шарика, которые пульсировали у меня в глазах, особенно не опасаясь негативных последствий. Они, кстати, постепенно росли в размерах, но пока не выходили за область глазницы. Пытаясь хоть как-то снизить боль в груди, я стал раскидывать энергию по организму, пока не вспомнил о своих ранних экспериментах в баре, еще когда я только ослеп. Мне тогда строго-настрого запретили раскидываться вещами в комнате. Я уже про это и забыл. Стоит, наверное, попробовать. Собрав в руке как можно больше энергии, я начал её преобразовывать. Внезапно мне пришла в голову идея направить её через руну, и я так и сделал, хотя это стоило мне руки по локоть. Энергетический шар как мне показалось, устремился вперёд, но, к сожалению, я не увидел и не услышал результата, потому что я слеп, а вокруг стояла почти полная тишина, не считая летучих мышей, которые недовольно попискивая шуршали своими крыльями. Возможно, шар рассеялся или произошло что-то ещё, но меня радует, что жар в груди исчез, а рука быстро восстановилась. Я, кстати, использовал левую руку, потому что на правой у меня ожерелье из камушков, за которое меня лишат не только руки, но и пару раз головы. Похоже, стоит сделать выводы, основываясь на том, что план А не сработал, вылитую энергию извне я не могу втянуть обратно, так как ядро вырабатывает новую и быстро становится переполненным, что приводит к боли. Значит, переходим к плану Б, временно забросив решение медленно назревающей проблемы с глазами. Нет, я про них не забыл, просто решил, что сначала составлю цепочку рун, а потом использую их как источник энергии. И вот когда я лежал на лопасти, напевая песенку и одновременно представляя в голове последовательность рун, стараясь учесть все детали и не рисовать их пальцами, на меня внезапно напали с целью защекотать до смерти. В целях самозащиты я решил использовать те же методы, что и нападавший. Я начал вслепую щекотать его в ответ, притягивая к себе, роняя смеющуюся и визжащую Джинкс на себя. - Почему у тебя глаза светятся? - спросила Джинкс, когда отсмеялась, я ее крепко прижимал к себе, дабы она не упала в пропасть. - Светятся? - не понял я, а потом до меня дошло. Ведь два шарика, преобразовавшихся из водоворотов, до сих пор крутились у меня в глазах, возможно, она про них. - Я пытался втянуть разлитую мной энергию обратно в себя. Ведь ты же хочешь, чтобы Хеймердингер помог нам. - сказал я. - И как успехи? - поинтересовалась Джинкс. - Результат на лицо, вернее, на глаза, а так никак. Как только немного втягиваю обратно, то тут же начинается жжение в основном источнике, так что это не вариант. Так что думаю использовать другой способ от нее избавиться. Думаю просто ее собрать и использовать. - произнес я. - Хм, может получится, но как ты это провернешь и на что пустишь энергию? - спросила Джинкс. - Пока не знаю. - сказал я. - А ты не пробовал ее направить в кристалл? - спросила Джинкс. - Нет. И не думаю, что это хорошая идея. Все-таки кристаллы сами по себе наполнены энергией, и накачивать ее еще больше чревато его взрывом. - сказал я, устраиваясь поудобнее на лопасти. - А мне не хотелось бы снова пострадать от взрыва. Тем более денег осталось не так много. - Да, это проблема. Кстати насчет Виктора, я тут подумала, ну как сказать, даже и не знаю. - замялась Джинкс. - Говори уже как есть. Что он опять натворил? - спросил я. - Ничего. Ничего он не натворил, я просто подумала, а что если сделать так же, как ты сделал с той девочкой, ну с дочерью алхимика. Ну помнишь, еще тогда, когда мы уснули, а ты психанул из-за этого. Влил той девочке свою кровь, а ее кровь в себя. - зачастила Джинкс, еще что-то тихо говоря, но я не слушал, я просто был в ахуе от ее предложения и пытался переварить все вышесказанное. Нет-нет, я был не в шоке, я был именно что в ахуе, так как даже не мог представить такую вероятность, чтобы влить свою кровь в Виктора, а его кровь в себя. Да даже с девочкой мне крупно повезло, и там либо была совместимая группа крови, либо вообще одинаковая, в тот раз я вообще не предполагал ее выживание и вливание ее крови в себя, просто ошибся. А мне тут предлагают стать донором для человека, который столько пакостей сделал для мира. Нет, конечно, еще не сделал, но есть вероятность, что сделает, и мне предлагают его вылечить путем переливания крови, это какой-то абсурд. - Давай все будем делать поэтапно, сначала разберусь с энергией, потом перечертим чертежи, ну а в конце буду думать, что делать с Виктором. Хорошо? - сказал я, не давая категорического отказа. Ведь чем черт не шутит, может быть, реально залью в него свою кровь, его в себя даже пускать не буду, а помрет, мне-то что с того. Главное, ведь я попытался. Душа, если улетит, то тоже ловить не стану. - Хорошо. Тогда я пошла учить Паудер, как собирать гранаты, а ты, я как понимаю, будешь составлять цепочки рун для выкачивания энергии из окружения. - сказала Джинкс, поднимаясь с меня. - И да, кстати, пока не забыла. Портал будем строить в другом месте. Профессор обеспечит нас пространством и строителями, так что с нас чертежи. - Хорошо. - сказал я, принимая информацию к сведенью и устраиваясь поудобнее на лопасти. Мне нужно было найти способ собрать выпущенную энергию в определённом спектре, не затрагивая энергию Аркейна. В противном случае мы могли бы получить энергетическую пустыню. Хотя я и не совсем понимаю, на что это может повлиять.