Часть 3

(От лица Влада) Выходной — странное слово. У большинства это время, чтобы "пожить". У меня — просто возможность не быть среди них. Я не люблю воскресенья, но сегодня я решил выйти. Просто пойти. Без плана. Без маршрута. Без цели. Сначала пошёл к реке. Потом — в старый парк с облупленной краской на лавочках. Я сидел, слушал музыку, наблюдал за тем, как ветер гоняет листья по асфальту. Было тихо. Почти. — Ты далеко ушёл от меня, — сказал Он внутри. — Сегодня светло. Мне не нужен ты, — ответил я про себя. Он не обиделся. Никогда не обижается. Просто уходит вглубь. Я не слышал Его почти весь день. Только лёгкий холод за плечами, когда я случайно зашёл в тень от здания. Музыка играла фоном. Электронные биты, глухие басы, женский голос пел что-то о свободе. И я почти чувствовал её. Вечер подкрался незаметно. Я взглянул на небо — цвета стали тяжелее. Пора домой. Шёл привычной дорогой. Через перекрёсток, мимо булочной, где уже погас свет. Витрина с куклой была закрыта тканью — спасибо, кто бы ты ни был. Я стоял на обочине, когда это случилось. Музыка в наушниках хрипнула. Голос певицы вдруг замер, растянулся, будто плёнку кто-то тянет изнутри. Звук треснул. В ушах — резкий, чужой голос: — ВЛАД. Я дёрнулся, сбросил капюшон, сорвал наушники и только тогда услышал визг тормозов; Фары, секунда. Я шагнул назад, в ужасе — и машина пронеслась передо мной, задела воздух, отбросив поток ветра прямо мне в лицо. Я стоял. Живой. Рядом никого. — Спасибо, — выдохнул я. Не знал, кому. Или знал. — Не за что, — прозвучало из темноты. Он стоял на другой стороне дороги, между фонарём и деревом. Его силуэт — всё такой же чёрный, глаза — жёлтые, будто светились от злости. — Ты... ты влез в мои наушники? — прошептал я. — Я — часть тебя. Я могу быть там, где ты меня прячешь. Даже в звуке. Я сглотнул. Не страх — странное, острое понимание: Он не просто тень, не просто голос. Он реальнее, чем я думал. — Почему ты спас меня? — Потому что ты мне нужен. — Для чего? — Чтобы жить. Он исчез. Просто стал частью тени. Фонарь мигнул — и всё. Я остался стоять, с разбитым дыханием, дрожащими руками и горячими слезами в уголках глазч и сегодня Он спас меня.