Лучший учитель — практика.

      Людвиг завёл их из офиса в маленькую, но уютную комнату. Похоже, это была импровизированная гостиная, в нежных бежевых оттенках с мебелью из тёмного дуба, к которой в основном относились шкафы, забитые книгами. Посередине комнаты стоял вместимый диван, обитый тёмной кожей, перед ним стоял кофейный столик, а у стены напротив стоял зажжённый камин. — Присаживайся, — учтиво сказал он, жестом указывая на диван. Лора только присвистнула, не в силах оторвать взгляд от интерьера импровизированной гостиной. — У тебя тут настоящие хоромы, — честно сказала она. — Даже завидно... Немного.       Людвиг усмехнулся — от этого искреннего комментария почему-то стало тепло. — Это мелочи, поверь. Видела бы ты комнату Шпиона... — Медик фыркнул, пока как бы между делом подводил Помощницу к дивану. — Но сейчас не об этом. Свидание совсем скоро, нам надо успеть тебя к нему подготовить.       Лора не успела ответить на этот комментарий — Медик успел довести её до дивана и, не переставая довольно улыбаться, тут же ушёл. Смеётся над ней и не краснеет. В отличие от неё. Она с тихим вздохом присела на самый краешек дивана со спиной по струнке и уставилась на камин.       Впервые в жизни вид пламени, лениво перекатывающегося по брёвнам, не мог отвлечь её от происходящего хотя бы на миг. Едва она пыталась осознать, что происходит, как разум тут же переключался на что угодно ещё — лишь бы не думать о том, что сейчас произойдёт. Медик согласился научить её целоваться. Это даже звучит абсурдно. А значит, и произойти не может, верно..?       Спустя пару мучительно долгих минут Медик наконец вернулся. Перед ним предстала напряжённая Лора, нервно теребящая юбку и зарытая в собственные мысли.       В его гостиной.       Одна.       Медик мужественно отринул подкравшиеся мысли и подошёл к ней. Помощница обратила на него внимание только в тот момент, когда он присел рядом. Вздрогнув, она вынырнула из мыслей и подняла на него взгляд. — Куда ты отходил..? — тихо спросила она. — Просто провёл некоторые приготовления, — беспечно ответил Людвиг. Его любопытный взгляд вновь заскользил по ней. — Немного освежился и закрыл дверь на ключ, чтобы нас точно не побеспокоили, — договорил он и довольно оскалился, наблюдая за её реакцией. Наблюдать было за чем: на одно это заявление Лора нервно хихикнула и сжала юбку в кулаках с такой силой, что плотная ткань жалобно заскрипела между её пальцев. — Запирать дверь было не обязательно, — едва просипела она. Док испытывал слишком много удовольствия от происходящего и даже не пытался это скрыть, ради хотя бы пресловутой немецкой вежливости. — Не переживай, я тебя выпущу... Когда мы закончим, — не удержавшись, ехидно ответил он и тихо рассмеялся на запунцовевшую Помощницу. — Ладно, ладно. Думаю, нам пора начинать... Иди сюда.       Лора успела только растерянно пискнуть: Людвиг положил ладонь на её талию и мягко подвинул вплотную к себе. — Только прежде, чем мы начнём, меня съедает любопытство, — как ни в чём не бывало начал он, неохотно убирая руку с её талии. — Что же это за джентльмен такой покорил твоё сердце, что ради него ты готова пойти на столь отчаянный шаг?       Лора насупилась и скрестила руки на груди. Очередная волна стыда окатила за то, что она завела их, но в первую очередь себя, в эту идиотскую ситуацию. — Дело не совсем в нём, — неохотно начала она, изо всех сил игнорируя тот факт, что их бёдра и руки плотно примыкают друг к другу. И почти сразу сдалась, заёрзав так, чтобы не привлекать его внимания, но и не чувствовать его так близко к себе. — Просто я не могу признать тот факт, что в своём возрасте не умею... Целоваться. И что могу всё испортить такой мелочью.       Медик улыбнулся. Такой ответ был вполне в её духе. — Твой идеализм тебя до добра не доведёт, ты же понимаешь это? — с поучительной мягкостью ответил он и потрепал её по голове. От растерянности Лора перестала ёрзать и так и замерла.       "У него такие тёплые руки... — само собой пронеслось в голове. — А губы должны быть ещё теплее", — довольно добавил внутренний голос. Лора едва удержала страдальческий стон. — Угу... — только тихо промычала она в ответ.       Людвиг только через пару секунд осознал, что делает. Неловко кашлянув, он убрал руку с её макушки. — Начнём, пожалуй, — сказал он, чувствуя себя по-странному спокойно: в глубине души он тоже не верил, что это всё сейчас происходит — следовательно, и волноваться было не о чем. — Сразу запомни: обязательно поддерживай зрительный контакт, — его голос стал серьёзнее, как всегда происходило, когда он входил в роль преподавателя. — Не обязательно это делать всё время, но перед... Поцелуем это обязательно.       Лора сглотнула и подняла взгляд с его груди, посмотрев ему прямо в глаза. Впервые их взгляды задержались друг на друге дольше пары секунд. — Подними голову чуть повыше. — вдруг мягко и тихо сказал Людвиг. И не дождался реакции: против собственной воли он поднял руку и аккуратно поддел её подбородок костяшкой указательного пальца. — Да, вот так.       Девушка тут же вытянулась по струнке от прикосновения и подалась было назад, но заставила себя остаться в том же положении. Она несколько раз уводила взгляд, но через мгновение пересиливала себя и возвращала его обратно. Её неизменно встречал внимательный и неожиданно серьёзный взгляд серых глаз, прячущихся за мягким полумраком и отблесками огня на линзах круглых очков. Зачем они ему вообще? Момент начинал казаться всё более подходящим для того, чтобы задать этот вопрос, мучавший её уже долгое время. В один момент Лора поймала себя на том, что уже какое-то время смотрела на него действительно безотрывно. И, что было совсем уж поразительно, ей не было страшно — наоборот, хотелось остаться в этом моменте искусственной, но всё же близости как можно дольше.       "Если мне с таким трудом далась такая мелочь, то что будет дальше?" — Запомни ещё одну важную вещь: мужчина должен потянуться к тебе первым, — выждав пару мгновений после установленного зрительного контакта, сказал Людвиг. — Почему? — Потому что ты ему и так делаешь слишком много чести.       Лора смущённо хихикнула. Людвиг почувствовал, как болезненно сжалось его сердце от умиления и от неуместного чувства. — Я абсолютно серьёзен, — чуть улыбаясь, сказал он и как можно незаметнее погладил её мягкий подбородок костяшкой пальца. — Если хочешь ему помочь, то просто посмотри ему в глаза, как сейчас, чтобы подать знак. Не более, — Лора серьёзно кивнула. Людвиг шумно вдохнул — кажется, на словах больше ничего не объяснить, а это значит...       Он медленно отстранился, чтобы снять очки и положить их на кофейный столик. Глаза Лоры расширились — этот простой жест ясно давал понять, что оттягивать неизбежное больше не получится. Сердце резко сорвалось в неровный и частый темп от нахлынувшего адреналина, и так нечёткий силуэт Медика начал расплываться.       Скрывать свою нервозность было всё сложнее и Людвигу. Он судорожно вздохнул, возвращая взгляд на то бледнеющую, то краснеющую Лору. Медленно поднеся руку, казавшуюся не своей, а чьей-то другой, к её личику, он аккуратно ухватил её за подбородок.       Это не может быть так просто. В бесконечном многообразии вариантов того, как он мог украсть её поцелуй, они оказались в самом абсурдном. Да, всё это абсурд. Совершенный абсурд... — Боюсь, большинство вещей получится объяснить только практическим путём, Лора, - хрипло прошептал он. Девушка, напряжённая до мелкой дрожи, едва кивнула. — Я понимаю, — почти неслышно выдохнула она. Голова, и так подёрнутая туманом, начала кружиться. Невозможное не может произойти, это аксиома. Сейчас Медик рассмеётся над ней и скажет, какая она доверчивая дура, ворвётся какой-нибудь Скаут, вся база взорвётся, потому что Демо спросонья упал на гранаты — произойдёт что угодно, но только не это.       Людвиг медленно, мучительно медленно начал наклоняться к Лоре. Она шумно выдохнула через нос и прикрыла глаза, смотря на него из-под опущенных ресниц. — Сейчас же можно закрыть глаза..? — чувствуя себя ужасно глупо, спросила она и неловко усмехнулась. Людвиг замер, в самой кошмарной позиции, которую она могла представить: достаточно близко, чтобы чувствовать тепло его лица, но достаточно далеко, чтобы глаза ещё могли на нём фокусироваться и видеть его настолько близко. Мысль о том, что он впервые был так близко к ней и скоро станет ещё ближе, едва не заставила пропустить мимо ушей ответ. — Что за глупый вопрос... — рассеянно пробормотал Медик. — "Не бывает глупых вопросов!" — напомнил ему внутренний голос преподавателя. Было бы глупо не согласиться с самим собой, поэтому пришлось добавить, уже гораздо мягче: — Да, сейчас... Сейчас можно.       Лора чуть кивнула и, кинув на него последний неуверенный взгляд, зажмурилась. Хотелось заставить её открыть свои чудесные голубые глаза и увидеть её реакцию во всей полноте, но Людвиг сразу прогнал эту мысль: одним чудом была возможность безнаказанно держать её так близко, почти что в своих руках. В последний раз он взглянул на неё, напряжённую и взволнованную, и со вздохом преодолел последние сантиметры между ними.       Её губы на удивление тёплые, почти горячие. Почему-то он был уверен в обратном. Совершенно не удивительными оказались их мягкость и нежность — ровно такие, как он себе и представлял. Нестерпимо хотелось знать их вкус, но распробовать девушку придётся попозже — торопиться было некуда, а спугнуть её сейчас было слишком просто, чтобы рисковать. Людвиг не рискнул даже по-настоящему поцеловать её, и поначалу просто прижался к её губам своими. Он незаметно скользнул безымянным пальцем к её сонной артерии в попытке понять реакцию. Результат превзошёл все ожидания: пульс такой быстрый, что он не может сразу его посчитать. И всё из-за него. Только из-за него.       Спустя какое-то время пришлось отвлечься от чувства мягкости и тепла на губах — застывшая Лора внезапно задрожала. Людвиг озадаченно нахмурился и с неохотой отстранился. Едва их поцелуй разорвался, как она тут же начала быстро хватать ртом воздух. — Что такое..? — рассеянно спросил он, всматриваясь в её лицо. Раскрасневшаяся, с блестящими глазами, всполошённая... И лишь оттого, что он прижался его губами к её. — Кислород закончился. — едва отдышавшись, промычала Лора и приложила ладонь ко лбу. — Теперь ещё и голова кружится... — Ты не дышала всё это время? — неверяще спросил Медик. — Нет...       Его вдруг осенила простая догадка. Она не перестает его удивлять самыми неординарными способами. — Забыла? — Ага...       Он расплылся в умилительной улыбке. — Попробуй дышать в этот раз, — тихо сказал Медик и поймал её губы в новый поцелуй, не дав и шанса отреагировать.       Лора охнула от неожиданности. Она не отошла от первого поцелуя, а он даже не даёт времени на передышку! С протестующим мычанием она попыталась отстраниться, но Людвиг без каких-либо усилий удержал её за подбородок. Это сработало как надо — девушка недовольно засопела, начав наконец дышать.       С первым глубоким вдохом в лёгкие ворвался его запах, бесцеремонно вытесняя чистый воздух. Если бы Людвиг вел себя нормально, у неё была бы возможность отдышаться и не забивать свои лёгкие этой отравой. Но за не имением иного варианта она делала вдох за вдохом, неизбежно заполняя лёгкие его запахом всё больше и больше.       У него приятный запах. Дикая смесь формальдегида, чистой одежды, кофе и чего-то непонятного, но самого приятного во всей этой смеси. Хотелось вдохнуть этот неуловимый запах ещё, чтобы распознать его. Но сколько ни вдыхай — понятнее не становится, только желание прогонять его по кровеносной системе становится всё сильнее.       Людвиг улыбнулся в поцелуй, чувствуя ослабление сопротивления с её стороны. Едва он решил, что не стоит рисковать, как сразу пошёл на большой риск. Но он ничего не мог с собой поделать: она была слишком... Слишком, чтобы действовать рационально. Медик медленно, аккуратно начал двигать губами. Наконец, наконец-то он действительно, по-настоящему её поцеловал.       Едва его губы, на удивление нежные и мягкие, заскользили по её, Лора слабо замычала от электрического разряда, прошедшего через всё тела вслед за осознанием происходящего. — М? — Медик издал вопросительное мычание в ответ. — М... — Лора едва заметно покачала головой. От ощущения поднявшихся в улыбке уголков губ напротив она лишь чудом не издала страдальческий стон. Смешно ему. Ей вот было вообще не до смеха.       На его улыбку Лора так и не ответила, перестав даже двигаться. Она попыталась прислушаться к ощущениям в попытке запомнить, как надо делать. Но как сконцентрироваться на том, как правильно целоваться, когда голова кружится так сильно, что даже сидеть сложно, в лёгких вместо кислорода циркулирует его запах, попадая в кровь и отравляя её организм, и она чувствует себя так, как будто тонет?       Они оба не знали, сколько они так просидели в тягучем, размеренном поцелуе. Когда прошло, по ощущениям Людвига, четыре мгновения, он с глухим чмокающим звуком разорвал едва созданную между ними связь. — Постарайся двигать губами, — прохрипел он, пытаясь отдышаться. Сам сказал, что надо дышать в процессе, и сам же об этом забыл. Никудышный из него учитель. Лора медленно открыла глаза и едва сконцентрировала на нём осоловевший взгляд. Медик рассеянно улыбнулся. Показалось, что Лора его не расслышала, но она всё же кивнула. — Хорошо. Я... Я просто пытаюсь запомнить, как надо делать, — с плохо скрываемым стеснением выговорила она. — Ты отлично справляешься, — искренне похвалил Медик и, прежде чем снова продолжить её учить, невольно задержал на ней взгляд, о чём нисколько не пожалел: вид раскрасневшейся девушки захотелось как следует запечатлеть в памяти.       Внутри Лоры медленно назревала паника. И не без причины: она поплыла от пары поцелуев так, что уже едва понимала, что происходит. Что же будет ещё через десяток таких? — Мне нужен перерыв, — неожиданно робко сказала она и предприняла попытку высвободить свой подбородок.       Медик от растерянности отпустил её, но через мгновение обвил её талию другой рукой, удерживая на месте. В этом не было необходимости, он понимал это, но от мысли о том, что всё закончится уже сейчас, сердце сжала такая боль, которую он просто не мог вынести. — Зачем? Мы же только начали, — с искренним недоумением и с подавленной паникой спросил он. Лора, почувствовав прикосновение к пояснице, инстинктивно изогнулась в попытке избежать контакта. Людвиг только успел увидеть отличный вид сверху, когда через мгновение Лора ойкнула и отшатнулась обратно. — Н-неважно, мне... Мне нужно покурить, да, —уже совсем не скрывая нервозность ответила она и предприняла попытку встать.       Медик вздохнул и изо всех сил постарался как можно аккуратнее и ненавязчивее удержать её на месте. Надо было срочно что-то придумать, чтобы оставить её здесь, с ним. — Я не переношу вкус сигарет, — довольно быстро нашёлся он. Лора удивлённо глянула на него, но действительно замерла. — Какая жалость, ja? — Но... Н-но..! — она в отчаянии попыталась сообразить хоть один способ законно сбежать и вернуть себе адекватное восприятие реальности, но в голову совершенно ничего не лезло. Ничего, кроме постепенно зреющего и становящегося всё нестерпимее желания вдохнуть его запах ещё, снова почувствовать его так близко, насколько близко только могут быть люди. — Но? — мурлыкнул Людвиг, снова наклоняясь к ней. Получилось, какое счастье. — ...Ничего, — со вздохом признавшего поражение ответила Лора и неохотно подняла на него взгляд. — Замечательно. Так на чём мы там остановились..?       Людвиг снова обхватил её подбородок. Лоре ужасно хотелось отвести взгляд, но он говорил, что надо поддерживать зрительный контакт. И раз уж она здесь, вроде как, учится, надо привыкать. Медик был совершенно не против — сейчас он наконец мог рассмотреть её лицо во всех подробностях. И хоть он понимал, что медлить нельзя, ведь с каждой секундой промедления выглядел всё страннее в её глазах, оторваться от жадного поглощения её вида было выше его сил.       Лора чувствовала, что плавится под его взглядом. И чего он уставился? Едва она открыла рот, чтобы спросить, что не так, как он притянул её к себе. И снова она утопает в этом тепле, в этом запахе, и в этой близости, Господи, зачем надо быть так близко, чтобы целоваться. Какая-то отдаленная часть сознания напомнила, что ей надо целовать в ответ, иначе всё это бессмысленно. Лора медленно, несмело начала двигать губами, пытаясь сквозь головокружение и туман в голове понять, как он сам это делает.       Людвиг не смог удержать стон во вздохе: от поцелуя в ответ, от осознания того, что она целует его, действительно целует по доброй воле, по телу разлилось тёплое щекотливое чувство. Руки чудом своевольно не сгребли девушку в охапку и не вжали в него. Он кое-как вернул себе самообладание, едва заметно кивнул ей в знак одобрения и продолжил её целовать.       Фокус его внимания шире её губ становится нескоро. Он вдруг понял, что обнял её за талию, а пальцы сами собой легко поглаживают её поясницу. Чёрт, всё-таки не удержал контроль. Но, кажется, Лора не заметила. Сегодня ему определённо благоволит удача, в существование которой в этот момент Людвиг действительно был готов поверить. Испытывать её ещё больше было бы смертоубийством, и он неохотно, но убрал руку. Лора недовольно нахмурилась, когда приятное тепло исчезло с поясницы, и с густым чмоком разорвала поцелуй.       Пришлось потратить достойное количество времени на то, чтобы отдышаться чистым воздухом, не загрязнённым его запахом, и кое-как сморгнуть пелену с глаз. — Ну как... Я..? — тяжело и медленно дыша, хрипло спросила Лора. Её взгляд по привычке находился где-то на его груди, и с замирающим сердцем она поняла, что он тоже тяжело и неровно дышит.       Людвиг ответил не сразу, слишком сосредоточенный на её блестящих от его слюны губах и остаточном чувстве её силуэта под его пальцами. — Ты быстро учишься, — наконец ответил он, хоть и сдержанно, но с хрипотцой. Лора смущённо улыбнулась и заправила выбившийся локон за ухо. — Только... Как бы сказать.       Медик снова поймал её подбородок и в притворной задумчивости посмотрел в её глаза. Приходилось действовать всё медленнее и осторожнее: самоконтроль на пару с желанием обладать им ускользал всё быстрее. Не напугать и не выглядеть странным, насколько вообще это было возможно в такой ситуации, становилось сверхзадачей. — Старайся быть менее скованной, — наконец сказал он, с трудом подавив желание вытереть его блестевшую слюну с её губ. — Нет нужды сдерживаться во время учёбы.       Он поднял её лицо ещё выше и снова поймал едва уведённый взгляд. Лора тут же попыталась снова увести взгляд в сторону, но всё же заставила себя вернуться и выдержать зрительный контакт. Она зацепилась за рисунок серой радужки, отчётливо видный на таком расстоянии даже в интимном полумраке. Молчание затягивалось, и она это отлично понимала, но он её не торопил и, похоже, не собирался. К её удивлению, Людвиг был безумно терпелив и внимателен, что было совершенно не в его духе. От мысли о том, что он испытывал хотя бы горсть тех же эмоций, что и она, стало болезненно тепло. Болезненно хотелось, чтобы это было правдой, но было не менее болезненное понимание, что это не так. Не могло быть так.       Спустя тягучую вечность Лора наконец ужасно медленно и неуверенно потянулась к нему. От вида, как она сама тянется к нему за поцелуем, Медик едва слышно замычал от нетерпения и немного поспешно накрыл её губы своими. До всё сильнее сводящей боли в ладонях хотелось отпустить контроль, прижать её к себе и наконец распробовать по-настоящему, но нельзя. Нельзя. Людвиг подавил инициативу в поцелуе ради сохранения безразличного образа и предоставления возможности на нём потренироваться.       Едва Лора поверила в то, что обрела подобие контроля над собой, как получила за это ментальную оплеуху. Едва они слились в поцелуе, как голова снова плотно забилась туманом, границы тела размылись, а восприятие мира сузилось до их губ. С титаническим усилием воли она отмерла и снова медленно и несмело начала целовать его. Из вороха мыслей удалось выцепить самую важную — его наставление быть более активной.       Людвиг был так напряжён от потребности казаться расслабленным, что не сдержал удивленного вздоха от ощущения горячего языка на своих губах. Её язычок неуверенно скользнул по ним, после чего горячие и влажные губы с мокрым звуком разъединились с его, чтобы прихватить его нижнюю губу и чуть потянуть на себя. Острые зубы прихватили нежную кожу, чтобы был повод провести по ней языком ещё раз. Все эти небольшие движения были совершенно неритмичные и то быстрые, то медленные, то слишком нежные, то слишком резкие. Лора действительно не соврала, сказав, что не умеет целоваться, и одна мысль об этом заставляла чувствовать слабость в коленях, мысль о том, что из всех она доверила свою неопытность именно ему. — Расслабься, Лора, — шептал он ей время от времени. — Старайся расслабиться... — Угу... — только мычала она в ответ и действительно всё больше и больше расслаблялась, пока продолжала целовать его, со всей нежностью и аккуратностью сминая его губы своими. — Открывай рот чуть пошире... Да... Да, почти так, чуть меньше... Да, идеально. Идеально...       От каждой похвалы, смятой её губами на его и окружённой тихими чмокающими звуками, по телу пробегала приятная дрожь, отдающая искрящимися разрядами в кончиках пальцев. Чувствовать, как его голос, смятый и нечёткий из-за поцелуя, хвалит её, проезжается по нервам и вызывает волну удовольствия хотелось всё нестерпимее. И Лора действительно попыталась выложиться на полную, стоически игнорируя палёный запах от её изжаренного мозга. В один момент она даже не сразу поняла, что её губы больше не заняты его. Лора несмело открыла глаза.       Людвиг аккуратно держал её за плечи на вытянутых руках и тяжело дышал, склонив голову так, что ей была видна только макушка. — Лю... двиг..?       "Не произноси моё имя вот так", — мысленно взмолился Медик, от одного её зова чувствуя себя так, будто по голове ударили молотом. К сожалению, совершенно не по той, по которой стоило бы.       Молчание затянулось. К Помощнице постепенно вернулось трезвое восприятие мира, а вместе с ним и беспокойство. Она неуверенно повела схваченными плечами и попыталась заглянуть в его лицо, но Медик удержал её на месте. Его ладони были такие горячие, что она чувствовала их обжигающее тепло сквозь свитер. Тут всегда было так жарко? Выбор одежды казался всё более неразумным. — Я сделала что-то не так... Да? — Was? N-nein, nein, Du... Кхм, п-просто мне нужен перерыв. — Но ведь- — Я скоро вернусь. Можешь пока... Отдохнуть. Ja.       Лора только успела открыть рот, чтобы попросить его хотя бы объясниться, когда Людвиг резко поднялся с дивана и пулей вылетел из комнаты. Её тут же накрыло чувством пустоты — ужасно непривычным и столь омерзительно непонятным, что единственно возможным сбежать от него казалось только снова оказаться рядом с мужчиной. Лора так и замерла, во все глаза глядя в дверной проем, за которым исчез Людвиг. Только остатки самообладания и гордости непосильным и неблагодарным трудом удерживали её от того, чтобы не побежать за ним, прочь от этого чувства пустоты.