Глава пятая, в которой мы видим настоящий, волшебный Лондон

Глава пятая

В которой мы видим настоящий, волшебный Лондон

Когда Эйнджел проснулась, то не сразу поняла, где она находится. Кровать была непривычно широкой и мягкой. В камине тихонько потрескивали поленья. Кто-то приоткрыл окно, и из сада в комнату летели ароматы цветов и влажной земли. Девочка открыла глаза, уставилась на потолок – на нём в овальном медальоне был изображён олень, склонивший голову, чтобы напиться из ручья. На стуле рядом с кроватью обнаружилась одежда, которую девочка поспешила надеть –платье из тёмно-зелёного бархата, украшенное кружевом и мягкие зелёные туфельки. Всё пришлось Эйнджел впору, словно на неё и было сшито. Эйнджел выглянула из комнаты и пошла по коридору вперёд. У лестницы с мраморными перилами она ненадолго остановилась, но затем всё же решила спуститься вниз. Судя по всему, она не ошиблась. Из соседней комнаты пахло кофе и свежей выпечкой и доносились негромкие голоса. Эйнджел вошла и увидела вчерашнего беловолосого волшебника. Рядом с ним сидел мальчик, ровесник Эйнджел на вид, с такими же светлыми, почти белыми волосами и тонкими чертами лица. Заметив Эйнджел, Малфой поднялся и вежливо наклонил голову. – Доброе утро, Эйнджел. Позволь представить тебе моего сына – Драко. Мальчик окинул Эйнджел внимательным взглядом и осторожно улыбнулся. – Привет. Рад нашему знакомству. – Я тоже, – тихо ответила Эйнджел, и тут её живот заурчал. – Садись завтракать, – скомандовал старший Малфой. – Сегодня у нас важный день. Эйнджел ухватила с ближайшего подноса тост с мармеладом и во все глаза уставилась на Люциуса. Сегодня он был в другой мантии – чёрной, но отороченной зелёным шёлком. На Драко тоже была зелёная рубашка, заправленная в чёрные брюки. Похоже, Малфои любили зелёный. – Почему сегодня важный день? – Мы полетим в Косой переулок, – сказал Драко. – Нужно купить всё к школе. – О… – Всё верно, Драко. Эйнджел, в самом конце лета вы с моим сыном сядете на поезд и отправитесь в Хогвартс – лучшую школу магии во всём мире. А пока у нас есть время подготовиться. Вот, взгляни. Люциус протянул девочке конверт с письмом из Хогвартса. Помимо самого приглашения в школу, Эйнджел увидела там второй листок.

Форма

Студентам-первокурсникам требуется:

Три простых рабочих мантии (чёрных). Одна простая остроконечная шляпа (чёрная) на каждый день. Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала). Один зимний плащ (чёрный, застежки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента.

Книги

Каждому студенту полагается иметь следующие книги:

«Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс) Миранда Гуссокл, «История магии». Батильда Бэгшот, «Теория магии». Адальберт Уоффлинг, «Пособие по трансфигурации для начинающих». Эмерик Свитч, «Тысяча магических растений и грибов». Филлида Спора, «Магические отвары и зелья». Жиг Мышьякофф, «Фантастические звери: места обитания». Ньют Саламандер, «Тёмные силы: пособие по самозащите». Квентин Тримбл Также полагается иметь: 1 волшебную палочку, 1 котёл (оловянный, стандартный размер №2), 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов, 1 телескоп, 1 медные весы.

Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу.

НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЁТЛЫ.

– Это… Не похоже на обычный список вещей для школы. Драко рассмеялся, едва не облившись соком. Люциус смерил его пристальным взором, и мальчик поспешил отвернуться, аккуратно вытираясь салфеткой. – Хогвартс – не обычная школа, – пояснил старший Малфой. – Не беспокойся, мы поможем тебе с покупками. Тебе понравится в Косом переулке, это прекрасное место для юных волшебников. – Да… наверное. Эйнджел почувствовала, как её лицо заливает краска. – Тебя что-то беспокоит? – цепкий серый взгляд Малфоя остановился на девочке. – Я не смогу всё это купить! У меня ведь нет денег. – Поттеры – богатая семья, – пожал плечами Драко. – Драко! – Что? Ты ведь сам мне это говорил. – Драко, мы не обсуждаем деньги, тем более в таком ключе, тем более за столом, – голос старшего Малфоя прозвучал, как звон металла. – Прошу тебя не забывать об этом. – Но… – Достаточно, Драко. Прошу простить моего сына, Эйнджел. Тем не менее, он прав, Поттеры принадлежали к древнему роду и, безусловно, не оставили тебя без средств к существованию. Когда завтрак закончился, Малфой поднялся, отряхнул мантию, чтобы она безупречно заструилась по фигуре и кивнул сыну. – Вот, возьми немного. Драко протянул девочке пригоршню чего-то, похожего на песок, отливающий изумрудными искрами. На ощупь субстанция оказалась тёплой. Старший Малфой шагнул в стоящий в столовой камин, к счастью погасший, и метнул пригоршню такого же песка себе под ноги. – Косой переулок, – произнёс он, и тут же исчез в вихре зелёного пламени. – Это летучий порох, – объяснил Драко изумлённой Эйнджел. – Не бойся, в перемещении нет ничего страшного. Просто кинь его себе под ноги и скажи: «Косой переулок». Всё понятно? – Кажется, да, – выдохнула Эйнджел. Она вошла в камин и посмотрела на Драко. Тот ободряюще ей кивнул и показал большой палец. Выдохнув, Эйнджел бросила вниз порох, назвала улицу и тут же полетела куда-то вдаль. Ей показалось, что мимо мелькали другие камины, и в некоторых даже горел огонь! Когда полёт закончился, чья-то сильная рука выдернула её из камина на улицу, полную людей и животных. – Не испугалась? – Нет, – удивлённо ответила Эйнджел. – Вообще-то это было… здорово! Из камина появился Драко, смахнул с рукава невидимую пылинку и вышел вслед за отцом и Эйнджел на мостовую. – С чего начнём? Начали они с банка, хотя дойти до него оказалось совсем не просто. Косой переулок был заполнен юными волшебниками, которые, как и Драко с Эйнджел, готовились к школе. Разумеется, их сопровождали родители, но не только они составляли толпу. Взгляд Эйнджел то и дело падал на что-нибудь невероятное – то на ведьму в остроконечной шали, то на закутанного в чёрный плащ таинственного человека, то на парящих над улицей сов. Магазины тоже выглядели необычно. Из окон одной лавки пытались выбраться огромные щупальца, усыпанные цветами, а пожилая волшебница загоняла их внутрь вылетающими из волшебной палочки искрами. В другом магазине кипели сразу несколько десятков котлов, и в каждом клубилось своё зелье – от нежного золотистого сияния, до густой фиолетовой жижи, ужасной на вид. Наконец Малфой остановился у нескладного дома на углу улицы. Он причудливо изгибался всеми тремя этажами, но не падал, словно его удерживало волшебство. «Возможно, так оно и есть», – подумала Эйнджел. Драко придержал для девочки дверь, и она вошла в просторный вестибюль, напоминающий обычный банк, только во много раз роскошнее. И за конторками вместо серьёзных клерков стояли невысокие существа, напоминающие не то уродливых карликов, не то каких-то зверей со средневековых гравюр. – Кто это? – тихо спросила Эйнджел у идущего рядом Драко. – Гоблины, – так же тихо ответил мальчик. – Их лучше не злить. Девочке казалось, что гоблины провожают её недобрыми взглядами. На их хищных лицах было практически невозможно что-то прочесть. Эйнджел инстинктивно подвинулась ближе к старшему Малфою, прячась за его спиной. Её тут же окутал запах благовоний, лёгкий, но удивительно отчётливый. Пройдя через весь вестибюль, Малфой остановился перед конторкой. Она была так высока, что крошечный гоблин над ней возвышался над посетителями. На его напоминающем клюв носу мрачно поблёскивали очки. – Добрый день. Ячейка семьи Поттер, будьте любезны. Гоблин свесился через конторку и внимательно уставился на девочку. Люциус ободряюще похлопал её по спине. – Ключ, – проскрипел наконец гоблин. – Дамблдор передал его мне, – пояснил Малфой, доставая из кармана мантии маленький бронзовый ключик. – Что ж, посмотрим, оставили ли тебе родители достаточно средств к существованию. «Ещё как оставили», – подумала Эйнджел, войдя внутрь огромного банковского сейфа. Прямо на полу громоздились стопки золотых монет. В углу стояли несколько сундуков, большинство закрыты, но у некоторых крышки были откинуты, и девочка видела, как переливаются драгоценные камни. Малфои смотрели на это невероятно богатство совершенно равнодушно, даже Драко не казался впечатлённым. Люциус небрежно сгрёб горсть монет в кожаный мешочек и протянул девочке. – Это золотые галлеоны. В одном галлеоне – семнадцать сиклей. В одном сикле – двадцать девять кнатов. Ничего сложного. Ты легко разберёшься. Девочка кивнула и приняла мешочек, приятной тяжестью упавший в ладонь. – Это правда всё моё? – Ага, – пожал плечами Драко. – Не волнуйся, в Гринготсе твои деньги в полной безопасности. Это здание защищено лучше всех в Англии. – Кроме Хогвартса, быть может, – согласился старший Малфой. – Как видишь, голодать тебе не придётся. К слову об этом – давайте поспешим с покупками, а затем отправимся в кафе Фортескью. – Да! – воскликнул Драко и, позабыв о золотых горах за его спиной, поспешил к выходу из банка. Не раз и не два за время их шопинга Эйнджел порадовалась, что с ней оба Малфоя. В одиночку она наверняка потерялась бы в первом же магазине. А так они легко управлялись с покупками. В «Мантиях на всех случаи жизни» мадам Малкин с помощниками обмерили Эйнджел и Драко и тут же подогнали по размеру школьные мантии. Во «Флориш и Блоттс» будущие первокурсники запаслись всеми необходимыми учебниками, а в «Котлах Потаж» – рекомендованными для учёбы котлами. Проходя мимо магазинчика «Всё для квиддича» Драко издал тоскливый стон и прилип носом к стеклу. Эйнджел встала рядом с ним и заглянула в ярко освещённую комнату. В ней на стенах были развешаны мётлы самых причудливых форм, изящные, обтекаемые, как гоночные болиды. Вокруг них толклись подростки и волшебники постарше, деловито ощупывали прутья, проверяли, удобно ли метла ложится в руку. – Папа, можно мне… – Нет, – тут же отрезал Люциус. – Ты видел письмо, Драко. Первокурсникам иметь личные мётлы запрещено. – Разве они не могут сделать для нас исключение? Надменное лицо волшебника стало ещё более холодным, чем обычно. Серые глаза уставились в лицо сына. – Даже нашей семье не будут делать исключения вечно, Драко. Поэтому стоит оценивать здраво, за что стоит бороться, а с чем необходимо смириться. Я не стану прибегать к своим связям ради детской прихоти. – Да, папа. Последний раз вздохнув, Драко отвернулся от витрины и побрёл дальше. Девочка поспешила нагнать его и осторожно дёрнула за рукав. – Эти мётлы… Зачем они нужны? – Ты не знаешь про квиддич? – охнул Драко. – Чёрт, ну конечно же. Откуда тебе знать, раз ты жила у магглов. Квиддич – лучший спорт в мире. Я покажу тебе карточки вечером. Забыв обо всех огорчениях, младший Малфой решительно зашагал вперёд, размахивая руками и убеждая Эйнджел в достоинствах такого чудесного спорта, как квиддич. Через несколько минут вся компания остановилась у неприметного магазинчика с потёртой вывеской. «Лавка Олливандера» – гласили тусклые медные буквы. – Мы подождём тебя здесь, – сказал Люциус Малфой. – У Драко уже есть палочка. А тебе будет лучше познакомиться со своей без свидетелей. Дверь беззвучно отворилась, приглашая Эйнджел войти. В лавке было пусто. Во всех остальных магазинах в Косом переулке царило оживление, а здесь время словно застыло. Над бесконечными рядами полок кружилась пыль, и отдельные пылинки вспыхивали золотом, как только на них падал солнечный луч. Эйнджел почувствовала себя неловко в полной тишине. Она подкралась к столу и нажала на кнопку звонка. Где-то в глубине магазина зазвучало эхо, но и оно вскоре стихло. Косой переулок со всем его шумом и весельем остался позади. Стёкла лавки были чистыми, но почему-то Эйнджел не могла рассмотреть сквозь них ни ждущих Малфоев, ни соседних домов – ничего, кроме размытых бликов. – Мисс Поттер, – секунду назад этого человека здесь не было, и вот он стоит перед девочкой, склонив голову на бок, как любопытный грач. Седые кудри окружают голову сияющим ореолом, словно перед ней не волшебник, а ангел. – Дочь Поттеров в моём магазине. Честь для меня. Эйнджел не успела ничего ответить, как продавец вновь исчез. Когда он вышел из-за высокого стеллажа, в его руках лежал картонный футляр. Волшебник откинул крышку и протянул девочке палочку из светлого дерева. – Взмахните. Девочка махнула палочкой, но ничего не произошло. Седовласый мужчина разочарованным не выглядел. Пожав плечами, он замурлыкал что-то себе под нос и поспешил к самому верху стеллажей по шаткой приставной лестнице. – Не волшебник выбирает палочку, – назидательно сказал он, – а палочка выбирает волшебника, которому готова служить. Вы пришли с Малфоями. Взять хотя бы юного Драко. В его рябиновой палочке скрыт волос единорога. Удача для его семьи и, быть может, для всего мира. Единороги служат добру. Такие палочки нелегко склонить к тёмному волшебству. Волшебник легко соскользнул на пол и протянул девочке другую палочку, более толстую. Эйнджел сомкнула на ней пальцы, и словно лёгкая искра пробежала по телу. Стоило девочке взмахнуть этой палочкой, как на столе поднялась в воздух учётная книга, а затем рухнула вниз. – Хмм. Продавец на минуту застыл, пристально глядя на Эйнджел, а затем двинулся в заднюю часть магазина, что-то бормоча. Следующий футляр был пыльным. К нему явно давно не прикасались. Волшебник осторожно сдул пыль и медленно, словно опасаясь, что палочка убежит, откинул крышку. Эта палочка оказалась намного длиннее предыдущих, тонкой и гибкой. По всей её поверхности тянулись причудливые изгибы, напоминающие рисунок змеиных тел. – Не спешите! Эйнджел сама не заметила, как протянула руку. Внутри будто свербело, так хотелось поскорее взять палочку в руки, ощутить прикосновение тёмного, почти чёрного, дерева к коже. Наконец волшебник неохотно кивнул, и девочка вытащила палочку из её бархатного ложа. Дерево оказалось прохладным, едва ли не холодным. Несмотря на длину, веса палочки Эйнджел не чувствовала, ей казалось, что в её руке гибкий хлыст, а не кусок дерева. Не дожидаясь понуканий, девочка рассекла воздух и из конца палочки полетели во все стороны серебристые искры. Они садились на стеллажи, на футляры с палочками, на седые волосы продавца. Изумлённая девочка ненадолго разжала пальцы, и волшебство прекратилось. – Шестнадцать с половиной дюймов. Бузина. Это опасное дерево. Приручить его нелегко, и только тем, кому назначена особая судьба подчинится такая палочка. Сердцевина – перо феникса, золотое, как рассвет. Продавец шагнул ближе к Эйнджел и опустил взгляд. Платье, в которое была одета девочка, оставляло открытым ключицы, и тонкий шрам можно было разглядеть. Волшебник медленно прижал к нему палец и покачал головой. – Тот феникс дал два пера. Одно из них – в твоей палочке. Другое, цвета алой зари, в палочке того, кто оставил тебе этот шрам. Эйнджел испуганно отшатнулась. Седовласый волшебник не сводил с неё полубезумного взгляда. – Ваши судьбы связаны навеки, Эйнджел Поттер.