Глава 7. Последнее знакомство.

—И скажи на мислость, почему ты была в компании полиции, Эвелина? —Десять минут. —Чего « десять минут » ? —Твоего терпения хватило ровно на это время. На удивление, Алиса не сразу начала расспрашивать меня, хотя была и решительно настроена. Возможно, ей необходимо было уйти как можно подальше от той напряжённой обстановки и уже в более комфортной узнать о произошедшем, но это не отменяет того факта, что сестрица дотянула аж до десяти минут. —И? — терпеливо дожидалась ответа на изначальный вопрос Алиса, сравниваясь со мной в шаге. — Почему тебя окружили эти парни? Что они от тебя хотели? —Чтобы я рассказала об убийце и, по всей видимости, откуда знаю самого убитого. — невозмутимо выдала, однако, эта невозмутимость брюнетку не порадовала. —Что за бред опять несёшь? Ты шутишь? —Нет, чистейшая правда. Хочешь, поклянусь? — с улыбкой протянула, лишь сильнее вызвав негодование у Алисы. —Вот сдам экзамены и точно прекращу с тобой, чокнутой, общаться. Помниться, я так тоже говорила в целом о семье Уотсон, да? *** Придя в дом, нас уже ожидала другая компашка, во главе которой была никем несравнимая и необожаемая Эмма. Весь её видок говорил, что она яростно желает услышать наши впечатления о прогулке, однако, мало чего приятного можно было сказать, учитывая, что вернулись мы насквозь мокрые. Синоптики нынче знатно врут. Обещали в обед, а ливанул в десять. —Мисс Уотсон, вы не простудитесь, если будете сидеть на подоконнике в одной пижаме? Недавно ведь вышли из ванны. — поинтересовалась Жизель, что заканчивала утреннюю уборку в моей комнате, заправляя кровать. — Может, вы всё же ляжете здесь? —Нет, спасибо. — не глядя на горничную, ответила я, и, только прижав ближе коленки к груди, ощутила, как по ногам медленно стали стекать капли от мокрых распущенных волос, заставляя тело покрыться мурашками. — Но кровать оставь в таком виде. Думаю, я ещё лягу спать. —Хорошо. — послушно произнесла горничная и, спустя пару минут, молча покинула комнату, тихо захлопнув за собой дверью. Я сидела в полном одиночестве, слыша лишь приглушённые постукивания капель дождя об окно и, глядя, как медленно плыли по пасмурному небу серые облака, отчего на душе только сильнее становилось сквернее, словно бы сама погода была разочарована. —Вот и закончилась наша с тобой история. — слабо улыбнулась, и, положив голову на колени, стала наблюдать за проходящими мимо людьми, одна из которых была молодая семья. Отец и маленький сын, что спешили скрыться от дождя, полностью промокнув, однако, те не отчаивались, наоборот, радовались и смеялись нелепому виду друг друга. — Добрых и сладких снов, малыш Джо-Джо ... *** Июнь, 1965 год. Под проливным утренним дождём гремели многочисленные звуки холодного оружия, силуэты пробегающих на мокрой траве людей терялись в густом сером тумане, раздавались повсюду крики отчаяния, боли, решимости. Куда ни взглянь, на свежей траве красовалась кровь. Всё, что оставалось делать, идти вперёд, сражаться, и, даже путая своих же друзей с соперниками, стрелять и биться до конца, не жалея собственных сил. Множество трупов покрывало землю, множество трупов товарищей и незнакомцев. Именно таким запомнилось утро для новобранца в первый же его день участия на войне с Вьтнамом, Джорджу Брауну. —Почему никто не предупредил?! — громко, со злостью ударил по дереву командир взвода американской армии, недовольно сморщавшись. — Эти вьетнамцы, чёртовы партизаны, нас только и поджидали! И, чёрт подери, почему их так много!? Сержант Раян Форс, докладывайте! —Со штабом связались, приказывают продолжать путь! — громко отвечал парень, лет тридцати, одетый в тусклую зелёную униформу, а на животе его красовалось алое пятно. —Чёрт, даже ты ранен! Только не хватало, чтобы и своего помощника потерять из-за некомпетентности этих ублюдков! Так, быстро все встаём на ноги и выдвигаемся. До лагеря осталось недолго! Все тут же бросились собираться, не задавая лишних вопросов. Измученные бойней, уставшие солдаты начали поспешно копашиться, закидывая на спину свои винтовки, и, лишь Джордж стоял, не двинувшись с места. Не прошло и суток с его вступления в ряды американской армии, как руки уже пропитались чужой кровью, а перед глазами возникали ужасающие и жестокие события, свидетелем и непосредственным участником которого ему пришлось стать. И, хоть он и понимал, что здесь работает закон — « Либо ты, либо они » , сердце всё равно продолжало виновато колотиться. —Эй, Джо-Джо! — со спины Брауна прозвучал громкий и женский голос, а, самое главное, такой знакомый, отчего вся тёмная пелена, что засела в его голове тут же исчезла, возвращая ясность сознания. — Слушай, у меня так спина затекла, можешь поддержать чуток? Джордж не верил собственным глазам. Перед ним стояла девушка в той же самой зелёной униформе, что и у него, правда чуть мешковатой, видимо, размера поменьше не нашлось. Её светлые золотистые локоны были собраны в высокий хвост, васильковые глаза любопытно выглядывали из-под густых длинных ресниц, а пухлые розовые губы сомкнулись в беззаботной ухмылке. Но в шок парня ввела даже не протянутая ему винтовка, которая к тому же была снайперской, а факт самого присутствия девушки. —Виктория?! — затуплённо закричал наконец Браун, ошарашенно выпучив свои глаза. — Ты как здесь оказалась?! —Я обещала твоему отцу приглядывать за тобой. Как видишь, выполняю поручение. —Рядовой Робертс, удивлён, что вы до сих пор живы. Не зря вас нахваливали. И впрямь меткий снайпер. — прозвучало похвальное замечание командира, что тут же принялся переговаривать с подошедшим к нему сержантом. —Так мне не показалось?! Снайпер?! — не менее шокированно протянул Джордж, гневно указав пальцем на девушку. — Ты воспользовалась своими связями, да? Я ещё могу свыкнуться с мыслью, что ты уговорила руководство взять тебя в разведовательный взвод с твоими ты выдающими навыками уговора, но снайпер, Виктория?! И как тебя вообще взяли в американскую армию, тебе же только пятнадцать исполнилось! —Я ведь тебе уже рассказывала, Джо-Джо. — с хитрой улыбкой отвечала та, чуть наклонив голову в бок. — Нынешний генерал был моим дедушкой в прошлой жизни. Когда я подавала документы для вступления в армию, он заметил меня и, хоть это и не входило в мои планы, сделал всё, чтобы мне удалось попасть именно в разведовательный взвод капитана Поула. Сказал, что я очень похожа на его внучку и выполнит любую мою просьбу. Забавно, да? —Да как у тебя совести хватило, чтобы появиться на глазах у своего дедушки? —Но я ведь не специально. Кто же знал, что он там будет? Мне бы и без его вмешательства дали бы пропуск во вступление в американские ряды. К тому же, снайпером куда удобнее быть, чем вблизи сражаться. Одежда не пачкается в крови. Правда, в грязи валяться приходиться ... —Не самодовольничай, Виктория! — перебил Джордж, недовольно скрещивая руки на груди. — Ты хоть представляешь, какое потрясение испытал твой дедушка! Он ведь мог сойти с ума или ещё что похуже! —Старик не в том возрасте, чтобы каждый соглашался на его безумные выходки. Разве кто поверит, если он скажет, что его внучка Шарлиз восстала из мёртвых? К тому же, он сам вызвался мне помочь. —Ты ... ! — яростно глядел на легкомысленную девушку парень, крича почти во весь голос. — Алочная, надменная, эгоистичная и упертая старуха! —Премного благодарна за комплимент. —Это не комплимент! —Эй, хватит спорить, — приказал сержант, подзывая последних стоящих в лесу солдат. — Живо по местам! —Есть. — угрюмо произнёс Джордж, и, торопливо зашагав к машине, удивлённо выплюнул. — И как я её только не заметил? Умеет же включать окраску хамелеона, когда надо. К счастью для Брауна, ехали они с Викторией в разных машинах, однако, теперь для него всё наконец стало на свои места. Во время утренней перестрелки, Джорджа не задела ни одна пуля. Удивительно, не правда ли? Хоть он и был причастен к убийствам, но большинство попросту не успевали до него добегать, словно бы кто-то позади прикрывал его, убивая врагов на поражение, а точнее, единственный снайпер во взводе. В то время она была известна как Шарлотта Диаза. Экцентричная особа, с которой ему пришлось столкнуться в возрасте четырех лет. Родители Джорджа были разведены. Жил с матерью, изредко навещая отца. И, когда срок уже достиг нескольких месяцев, Джордж умоляюще просит мать отвести его в отчий дом, потому как у той наконец выдался свободный день. Однако, прибыв туда, маленького Брауна ждал сюрприз. В доме отца уже был гость. Семнадцатилетняя девушка, отличавшаяся ангельским ликом, но, стоило узнать её поближе, как начинаешь ненароком задумываться о демонах. Невероятно прямолинейная и волевая, что, хоть и понимала разницу в возрасте с Дэвидом Брауном, отцом Джорджа, позволяла вести себя с ним дерзко, невоспитанно и даже грубо отзывалась, стоило ей увидеть в доме пришедшего ребёнка. Что странно, всякий раз, когда Джордж навещал отца, Шарлиз, как она просила себя называть, была в доме. Даже когда тот приходил буквально каждый день, она сидела на том же месте, с той же злорадной ухмылкой и с тем же приветствием : —Привет, малыш Джо-Джо, развлекаешься? Младший Браун не понимал, как такая вульгарная особа сумела обворожить его отца, но позже он осознал, что обворожённым никто и не был. —Я старая подруга мистера Брауна, ничего более. Когда-то он помог мне, а потому я у него в долгу. — словно бы прочитав мысли, внезапно произнесла Диаз, с улыбкой наблюдая за искренним удивлением мальчишки, что и вопроса то вслух не успел задать. Проходило время и Джорджу, весьма неохотно, но пришлось смириться с появлением в его жизни такой странной персоны, как Шарлиз. Он пытался не замечать присутствия и острых шуток Диаз, однако, вскоре, Джордж и сам не понял, как начинал первым делом искать взглядом девушку, когда приходил в отчий дом. Был некий шарм в Шарлиз, особенность, которую никак не мог разгадать младший Браун. Он видел лишь молодую, необычайно красивую и одетую всегда в лёгкие, заворажительные и монотонные платья, девушку. И, только к двадцати семи годам, ему удалось узнать, что на самом деле скрывается под особенностью Диаз, которая привлекла и его отца. Когда та явилась с именем Виктория Робертс. Почти всё своё детство Джордж провёл в компании Шарлиз, а, когда его мать умерла из-за неизлечимой болезни, вовсе переехал к отцу. Тогда-то мальчику и связло узнать истинную натуру таинственной девушки, что почти каждую неделю приходила к ним в дом и, хоть с её лица никогда и не сползала хитрая ухмылка, порой ему приходилось видеть иное выражение. Отчаянное, безвыходное, безэмоциональное и холодное, словно бы сама душа Шарлиз невероятно устала, ища собственное пристанище. Это скрытное лицо Джорджу довелось впервые увидеть случайно. Когда тот проснулся посреди ночи из-за сильной жажды. Направляясь на кухню, он заметил открытую дверь гостиной, а внутри сидящую в полном одиночестве Диаз. Она наблюдала за ночным, освещающим луной, видом из окна, будто бы вспоминая о чём-то очень грустном. С того самого момента, попытки всячески оттолкнуть от себя Шарлиз были полностью разрушены. Этот день не отличался от обычного. Двенадцатилетний Джордж встал с самого утра, ожидая встречи с подругой, с которой не виделся уже несколько дней. Даже подготовил пару рассказов о том, что интересного с ним произошло вчера в школе, однако ... даже к ночи Шарлиз так и не явилась. Дэвид обзвонил все возможные места, где бы могла быть девушка, ведь Диаз всегда оповещала, что не сможет придти и такой ситуации никогда не возникало. Лишь к утру стало известно об ужасающей новости. В Принстон, городке штата Нью-Джерси, произошла жестокая расправа в доме одной из самых влиятельных семей в Америке. Семьи военных, Диаз. Мертвы все : мать, отец, двухлетний сын и старшая дочь, Шарлиз Диаз. Пришлось ждать целых пятнадцать лет, чтобы все обсуждения об убийстве семьи генерала в конец стихли. К тому времени, всё уже стало на свои места. Джорджу исполнилось двадцать семь и он активно готовился к переезду в соседний город, ведь там его ожидало постоянное рабочее место, которое ему предложили за неплохие заслуги в журналистике. Постепенно, все обо всём забыли и начали жить с чистого листа, но лишь Дэвид продолжал помнить. Сразу же после смерти Шарлиз, тот заперся у себя в кабинете, в которой раньше большую часть времени проводил с девушкой, делал многочисленные пометки у себя в личном блокноте, не отрываясь ни на секунду и, изредко поднимал взгляд к окну, всматриваясь на уличную дверь, будто бы надеясь увидеть у порога сияющую, как утренняя роса, белокурую девушку с полным запасом припасённых колкостей. Только вот, время шло, а Диаз никак не появлялась. К осени здоровье Дэвида совсем ухудшилось. Возраст, отсутствие сна, плохой аппетит и невыдерживающая нервная система — это дало свои последствия. Джорджу пришлось оставить планы на будущее и позаботиться о больном отце, всякий раз напоминая, чтобы тот поберёг себя, перестал перетруждаться, подумал о своём здоровье и, наконец, забыл о Шарлиз, которая давным давно умерла. Однако, это не впервые, когда Джордж говорит это отцу, и, не впервые, когда тот его не слушает. Как обычно, первым делом младший Браун дал своему отцу выпить лекарств и уложил его спать, собираясь затем сразу же удалиться. Но сегодня больше всего манил отцовский кабинет. Не выдержав, Джордж вошёл в комнату, любопытно пробегаясь по обстановке глазками. —Ничего не поменялось. — хмыкнул угрюмо парень, ведь в последний раз он был внутри около трёх лет назад, если не больше. Отец вечно нудил, чтобы тот не заходил без спроса в кабинет, тем более, один. Когда Джордж уже собирался покинуть комнату, его внимание вдруг привлекает толстый и громадный блокнот с коричневой обложкой, лежавший на письменном столе без присмотра. Явно принадлежал его отцу. И, не долго думая, Джордж берёт блокнот в руки и начинает листать первые страницы, случайно задевая сложенную в несколько раз бумажку. Отложив блокнот обратно на стол, парень поднимает листок с пола, и, сразу же замирает, увидев старый, потёртый портрет юной, на вид пятнадцатилетней, девушки. Длинные волосы, знакомые светлые глазки, пухлые губы, сложенные в радостную улыбку, а также надетое на ней простенькое платье, что чуть ли не сливалось с белоснежным лицом молодой девушки. —Шарлиз? — невольно задался вопросом Джордж, тут же вздрогнув и непроизвольно выронив рисунок на пол, услышав неожиданный звонок в дверь. — Разве мы кого-то ждали? — спросил в спешке тот, быстро поместив портрет обратно в блокнот, но, благодаря своей торопливости, Браун так и не заметил главного. Надпись, которая находилась позади портрета : « 1914 год, Германия. Ренэйт Миллер » ... Громкий звон в ушах, протестующие крики и искреннее непонимание, а, главное, невероятное удивление. Ничего более Джордж не чувствовал, увидев у порога маленький и миниатюрный облик девочки, которая будто сошла с портрета, на который он смотрел несколькими минутами ранее. —Малыш Джо-Джо, будь другом, возьми этот зонт. От него толку, как от немого песня. — вся промокшая, раздражённо ворчала белокурая девочка, быстро забегая внутрь дома. — Боже, и надо же было дождю так не вовремя начаться? Стоит раз надеть опрятную одежду, так каждый надеется либо облить, либо грозовые тучи нагнать. Никакого сострадания. —Джордж, кто пришёл? — показался в коридоре изнурённый, опирающийся об трость, Дэвид, и, в этот момент всё будто замерает. Трость с громким падением оказывается на полу, а седовласый мужчина, что был до того времени в пару метрах, стоит на коленях перед девочкой, крепко прижимая ту к своей груди. —Эй, а не слишком ли ты близко? — недовольно бурчала та, пытаясь оттолкнуть своими маленькими ручками Дэвида, что только сильнее прижимал её к себе. — И с каких пор ты так поседел? —Думал ... я думал ... ты больше не вернёшься... — с паузами, хрипло от слёз проговаривал мужчина, с дрожаньем обхватывая хрупкое тело девочки. — Шарлиз ... —С чего бы мне не возвращаться? Я ведь обещала, что никогда вас не оставлю. Хотела раньше, но ты ведь понимаешь. Пока вспомнишь, сбежить, так ещё и вы переехали. На счёт этого сделаю замечание, в следующий раз хотя бы соседей предупреждайте о новом адресе. Целый месяц угробила, чтобы откопать ваш дом. И на какую глушь вас понесло? Сплошные кустарники. — ... Я ... я не понимаю ... Джордж глядел с широко распахнутыми глазами. Поведение, характер, речь, лицо. Всё это он видел в маленькой, к тому же, намного моложе него самого, что очень удивительно, девочке. В голове стали возникать странные и путанные теории, отчего сознание будто блуждало в тумане. Однако, стоило лишь увидеть этот взгляд ... Тёплый, знакомый, яркий, а ещё эту улыбку, которую доводилось видеть лишь во сне, мир окончательно рухнул. Сердце взволнованно сжалось, а из собственных глаз потекли горькие слёзы. —Привет, малыш Джо-Джо. —Шарлиз ... Шарлиз ... — потерая руками свои глаза, хныча проговаривал вновь и вновь имя давней подруги парень, искренне надеясь, что происходящее всё же реально и это не очередной печальный сон. — Я так тебя ждал ... Шарлиз ... Позже, Джордж узнал, что на самом деле Шарлиз — подруга детства, одновременно и бывшая одноклассница отца, Ренэйт Миллер, в которую Дэвид прежде был влюблён до беспамятства. Однако, та трагично умерла в 1915 году, когда только-только исполнялось пятнадцать. А причиной тому стала собственная семья, что бесжалостно отправили дочь в психиатрическую больницу, что посмела наивно доверить секрет. Но это лишь одна из многочисленных историй, которую пришлось пережить девушке, чья судьба тесно сплелась со смертью ...