Глава четвёртая: "Бог не берёт трубку"

     Девушка медленно поднималась по лестнице к своей комнате. Только когда дверь отворилась, девушка смогла, наконец, вздохнуть спокойно. Дом, милый дом… После всего случившегося, звучало, как издевательство. Коралин повесила шоппер на крючок и включила торшер - комната, некогда погруженная в ночной мрак, озарилась тусклым светом.      Комната была довольно светлой, за счёт белых стен. Серый ламинат придавал помещению “холода”, но, стоило осмотреть мебель, как в душе снова становилось её тепло и уютно. Всё пропитано музыкой – стоявший в углу синтезатор и завешанная гитарами стена были лишь самыми очевидными свидетельствами любви хозяйки к музыке. Тут же, прямо под плакатами с рок-бендами, стояли горшки с растениями, вдыхающие в окружение немного жизни. Приятный аромат красных роз дарил ощущение покоя тела и духа.      Большое количество фотографий было расположено по всему периметру комнаты. На одной девушка вместе с Викторией в смешных пижамах танцует на кровати, напевая новое демо. На другой - заплетает колоски Итану, который в тот момент отрабатывал новый ритм. Одна из главных мест занимала другая – фотография, где они с Томасом стоят в муке, после попытки профессионально приготовить пиццу “Кариоза”. Славная была попытка, если не вспоминать, сколько пришлось оттирать тесто от пола, стола, стен и даже потолка… Но одна фотография стояла на тумбочке возле кровати. Здесь они отмечают выход альбома ребят, который был почти год назад. Все сделали смешные лица, а Дамиано притворился вампиром и пытался укусить бедную Кору, умирающую со смеху. Клыков у “вампира” не было, а вот желания защекотать хоть отбавляй.      Однако одно фото Коралин носила с собой. На нём её шестнадцатый день рождения - они с Дамиано показывают свои парные тату. Парень стоит с голым торсом, а Кора в черном кружевном бра, сзади него. У обоих на рёбрах одинаковые татуировки в виде динозавриков, которых так любила эта парочка в детстве. И ведь только Бог знает, как сильно Диего отчитывал детей за такой неразумный поступок, но… тот день рождения точно был самым лучшим.      Хозяйка комнаты взяла аккуратно сложенные чистые вещи и направилась в ванную. Решение мыться после пары коротких прогулок по проливному дождю ей самой казалось странным, но ей просто нужно было смыть весь сегодняшний день. Сами воспоминания казались липкой грязью, облепившей разум.      Под душем Коралин стояла долго. Первый раз за целые сутки огонь рассуждений потух, оставив после себя жуткую усталость. В мыслях тишина. После пережитой бури она казалась чем-то странным, чего опасалась душа. Абсолютное ничто.      Выйдя из душевой кабины, девушка посмотрела на себя в зеркало и чуть не отшатнулась назад. Ранее пухленькая девушка, которая всегда улыбалась, стала похожа на скелет. Щеки впали и превратились в скулы, губы все обкусаны до крови, а глаза… Глаза, которые всегда поражали красотой зелёных переливов, посерели и на фоне покрасневших белков и смотрелись устрашающе. И это за один-то чёртов день…! **********      Вернувшись в свою комнату, я заметила, что дверь на балкон открыта. По мокрым волосам то и дело проходили волны колкого холода. Кинув влажное полотенце на стул, я направилась к источнику холода. Думала, что моему гостю может быть нужна компания.      Чуть сдвинув тюль, я подошла к человеку, что смотрел на ночной Рим и курил уже не первую сигарету. Я лишь нырнула под его руку и обвила торс руками. -Якопо звонил, - сказал итальянец. Тихо, словно боялся напугать. - Документы будут готовы через три дня, если не будет казусов. Снова.      Он тут же сделал крепкую затяжку, выдохнув целое облако дыма. -Хорошо. Хоть с этим улажено… - С души упал камень. - Дам, а что с похоронами? -Этим тоже занимается Якопо. - Он чуть сильнее меня приобнял. - Прощание завтра в час, а сами похороны в три. -Как он всё успел сделать? Мы же весь вечер провели в участке.      Я просто не понимала, как такое возможно, совмещать два серьёзных дела. Думаю, в такой обстановке, мне не вынести и одного такого. -Хоть мама и в штатах, но во времена интернета возможно всё. - Он посмотрел мне в глаза и слегка улыбнулся. - Она позвонила своим знакомым и всё организовала, так что не переживай. -Спасибо, - я положила голову на его грудь. - Этот день такой кошмарный, что… даже не знаю. Мне кажется, завтра всё будет ещё хуже.      Плечо чуть сдавила ласковая рука. Я почувствовала, словно бы меня схватили перед самым падением в пропасть. -Завтра надо просто пережить. Выдохнуть и всё вытерпеть. – Ещё раз затянулся, на сей раз улыбнувшись. - А потом уедем с тобой в Милан и будем целыми днями сходить с ума. – Вдруг он наигранно отмахнулся от собеседницы, возвышенно заявив: - И не надо хвалить мой план, я и так знаю, что он шикарен! -… Я еще не сказала тебе свой ответ, - начала я, сбивая другу настрой. - Тем более, надо еще с сеньором Грассо поговорить насчёт перехода на домашнее обучение. -Значит, ты, всё же, за поездку? - вокалист с интересом взглянул на меня и ухмыльнулся. Такая улыбочка у него появлялась, только когда в дурную головушку закрадывалась какая-то шальная идея. Он взглядом указал на догорающую сигарету. - Хочешь? -Нет. - Я сморщила свой носик, - Не курила с того дня больше. -Серьёзно?!- Итальянец был в легком шоке. - Скажу честно, удивлён. Тот самый день…      Это было больше года назад. Дамиано расстался со своей девушкой - Лукрецией, и расставание это было очень болезненным. Вокалист пошёл к своей лучшей подруге, так как только она могла помочь ему в это тяжёлое время. Человек, что просто посидел бы рядом и помолчал вместе с ним - это и была столь необходимая поддержка. Иногда в простом присутствии кого-то родного было больше целебного тепла, чем в тысячах слов.      То была крайняя суббота августа. Диего уехал с друзьями на рыбалку, оставив дочь самой развлекать себя. Правда, занятие нашло её само…      Как только девушка открыла дверь бледному, словно призрак, другу, то сразу всё поняла. Боль от утраты сложно перепутать с чем-то ещё… Лучше всего было просто взять его за руку и отвести на балкон, который всё лето оставался устелен разными пледами и подушками. Расположившись там, музыкант начал изливать душу подруге и параллельно куря одну за другой крепкие сигареты. В какой-то момент стало по-человечески жаль его лёгкие. -Дам, а какой кайф в сигаретах? - спросила девчушка. Тогда она только начала познавать мир, во всех его красках… и пороках. -Ну, как сказать… - задумался парень. - Меня это успокаивает. - Он внимательно посмотрел на собеседницу. На лице появилась легендарная шальная ухмылка. - Кор, хочешь попробовать?      Она на мгновение задумалась, вдруг почувствовав приятную дрожь в груди. Отец никогда бы ей не разрешил. И от того хотелось ещё больше… -Хочешь научить меня плохому? – игриво спросила девушка. -Я?! Нет, что ты! Тебе ещё рано… - Парень с важным видом сделал затяжку, подняв подбородок на царский манер. Долго его актёрская игра не продержалась. - Хотя, если так подумать, лучше уж ты покуришь первый раз со мной, нежели с кем-то ещё. Иди ко мне. Девушка встала с противоположной части балкона и села рядышком. Парень аккуратно преподнёс сигарету к невинным девичьим устам, а она в то время лишь слегка разомкнула губы и аккуратно взяла сигарету в рот. Сделав первую и небольшую затяжку, она на мгновенье задержала дым во рту, дабы почувствовать вкус горького табака, и немного погодя выдохнула, плотным потоком в ночное небо. -Ну, как? - спросил Дамиано. В глазах его показалось веселье. -Прикольно, - сказала подруга, едва заметно кашлянув. - Но не моё.      Сделав еще пару затяжек, она отдала сигарету другу. Тот лишь усмехнулся – забавно было наблюдать, как девчушка едва не краснела, стараясь изо всех сил сдержать кашель. Мило это было… Однако даже так Дамиано ловил себя на мысли, что уж слишком долго смотрит на собеседницу иногда. Едва получалось оторвать взгляд. В наши же дни эта проблема только усугубилась…      Итальянец весь погрузился в воспоминания, но и сквозь них почувствовал, как девушка постепенно начала дрожать в его объятьях. Холодно становилось. -Пойдем спать, - попросил Дамиано, погасив окурок. Всё-также обнимая, повел девушку в спальню, попутно выдыхая остатки дыма и закрывая дверь балкона.      “Завтра очень сложный день” – эта фраза повисла в воздухе, хотя не находилось желающего её озвучить.      Они аккуратно убрали плед, скрывающий клетчатое постельное бельё, и легли под огромное одеяло. Оно было холодным, но двое молодых людей быстро прогрели его горячим дыханием. Стоило свету комнаты погаснуть, как друзья тут же провалились в сон, не в силах больше сопротивляться усталости.      Всё следующее утро прошло, как в тумане. Сил не было ни на что – даже на простое “с добрым утром”. Да и откуда вдруг найтись такой глупости, чтобы назвать его добрым… Хоть молодые люди довольно тяжело встали, но сборы были быстрыми и чёткими – задерживаться никто не хотел. Самой страшной в них была тишина – гнетущая и всеобъемлющая. Коралин решила нанести небольшой макияж для того, чтобы скрыть следы усталости и слез. Её глаза болели так, словно в них насыпали песка, а убрать его оттуда просто невозможно.      Когда сборы подошли к концу, они сели в машину и, слушая тяжёлый гул мотора, направились в сторону церкви Сан-Кризогоно на прощание. Обычно, Кора с папой ездили в эту церковь по праздникам. Иногда, правда девушка одна отправлялась туда, когда становилось тяжело на душе. Сколь жестока ирония… Теперь там не ждало избавление от горечи. Лишь новая её порция…      Коралин часто обращала внимание на то, как после разговора со священником или обращений к небесам в жизни появлялись разные сигналы или знаки, которые направляли её. Однако сейчас душа слышала только: “Приёмная Господа находится вне зоны сети, пожалуйста, найдите решение сами, или перезвоните позже”. Если услышишь, как поют колокола, увидишь, как плачет Коралин.